Жанр: Электронное издание
coalt2
... О чем ты, пуговка?
- Мама утром взяла нас в парк, покататься. Все было хорошо, пока эта
плохая дама и мужчина на огромной белой лошади не остановили нас. Я хотела
швырнуть ее в Темзу. Она была злая и грубая и ругала нас, и мама страшно
расстроилась.
- Как ругала? Что эта леди сказала твоей маме?
Сердце Найта тревожно колотилось. Он боялся услышать "это" из уст
девочки.
- Она назвала маму какой-то шлюхой и развратницей, а меня и Тео и Сэма
ублюдками и сказала, что ты хороший человек, но люди из.. из... как это...
общества...
- Изгонят из общества?
Лора Бет кивнула и маленький пальчик вновь вернулся в рот.
Найт хотел разразиться проклятиями. Но надо было держать себя в руках в
присутствии четырехлетней девочки! Так, значит. Лили в очередном припадке
мученичества умудрилась сбежать! Ничего умнее не придумала! Черт бы побрал
ее чрезмерную чувствительность! Неужели не понимает, что он прекрасно сможет
позаботиться как о себе, так и о ней с детьми!
- Лора Бет, сейчас мы вместе пойдем к Тео И Саму. Бьюсь об заклад, твоя
мама оставила им письмо.
- Почему не мне?
- Потому что ты читать не умеешь. Ну-ка пойдем.
Девочка цеплялась за него, словно обезьянка, но Найт, ничего не замечая,
велел ей не вертеться, и они оба на цыпочках отправились в комнату Сэма. В
самом деле, Найт сразу же заметил конверт, прислоненный к умывальному тазу
на комоде. Схватив его, он спустился с девочкой в библиотеку. Не выпуская
Лору Бет, Найт разорвал конверт и прочитал письмо Лили мальчикам:
Двойственное чувство охватило его: сердце разрывалось от боли и одновременно
хотелось свернуть Лили шею.
"Мои дорогие мальчики. Дядя Найт стал теперь вашим опекуном по закону. Я
знаю, вы любите его, и он тоже хорошо к вам относится. Попытайтесь вести
себя хорошо и не сердить его. Я уезжаю, чтобы положить конец этим мерзким
слухам. Пожалуйста, попытайтесь понять. Несправедливо, чтобы я оставалась!
Ведь из-за этого его друзья так плохо обращаются с ним. Пожалуйста, простите
меня И все-таки постарайтесь понять. Позаботьтесь о Лоре Бет. Я скоро напишу
вам. Вся моя любовь принадлежит вам.
Мама."
Найт гневно скомкал тонкий листок. Лора Бет спала, раскинувшись на его
коленях. Он осторожно поцеловал ее в висок, отнес наверх и уложил в постель.
С этой минуты он действовал решительно и спокойно, хотя был до смерти
перепуган. С Лили может случиться что-нибудь ужасное. Она так красива и так
одинока! Совсем одна, и в Лондоне! Проклятая глупышка!
Ему хотелось избить ее до потери сознания. Но, по крайней мере, хоть
мальчики не прочтут то письмо. Кстати, а где послание к нему? Найт не
сомневался, что таковое существует и, должно быть, содержит еще худшую
чепуху.
Он уже хотел позвать Дакета, чтобы тот послал лакеев обыскать все
почтовые станции в Лондоне, но вовремя спохватился. О нет, он отлично знает,
Где она. Без сомнения, отправилась в единственное, известное ей место.
Конечно, Найт сознавал, что рискует, но почему-то все же был уверен, что
нужно искать Лили именно там. Он накинул плащ, натянул перчатки и объявил
Дакету:
- Миссис Уинтроп - идиотка. Я отправляюсь за ней. Никому ни слова.
- Конечно нет, милорд.
- Арнольд! Что вы здесь делаете? Лили не испугалась, но была неприятно
удивлена.
- Здравствуйте, Лили.
- Здравствуйте, здравствуйте, но все-таки, повторяю, что вы здесь
делаете? Собираетесь вернуться домой?
Лили обернулась, делая вид, что хочет показать на здание почтовой
станции, одновременно получив предлог отстраниться и одернуть плащ.
- Вы прекрасно выглядите, - выпалил Арнольд.
Лили на мгновение застыла, но тут же пришла в себя и спокойно, тихо
спросила:
- Как поживает Гертруда, Арнольд? - Он ничего не ответил, просто стоял и
жадно смотрел на нее, словно голодный бедуин на отбившуюся от стада овцу. -
Разве вы не писали Гертруде? Сколько времени прошло со дня вашего отъезда из
Йоркшира?
- Я последовал за вами. Лили. Я хочу вас. Пожалуйста, я дам вам все, что
попросите, но вы должны уехать со мной. Мы отправимся во Францию, в Италию,
куда пожелаете. Лили, только...
- Перестаньте, Арнольд, успокойтесь. Ей требовалось время, чтобы все
хорошенько обдумать. Боже, в каком чудовищном положении она оказалась!
- Благодарение Богу, вы избавились от детей. Вы сделали это ради нас, не
так ли? Позволили виконту стать их опекуном, чтобы без помех уехать со мной?
Лили начала раздражаться.
- Арнольд, - наставительно сказала она, - вы не имеете к этому никакого
отношения. Виконт стал их опекуном по двум причинам: во-первых, желая
выполнить свой долг и, во-вторых, стараясь не допустить, чтобы вы заманили
нас... меня в Йоркшир, где я должна выносить оскорбления Гертруды и ваши
приставания.
- Лили, нет! Я не буду приставать к вам, клянусь, не буду. Я люблю вас!
Только сейчас Лили заметила бледный нездоровый цвет кожи, расширенные
зрачки, услышала дрожь в голосе. О Господи, что случилось с Уродиной
Арнольдом?
- Послушайте меня, - сказала она, осторожно кладя руку на рукав его
пальто. - Давайте зайдем в зал и выпьем по чашке чая. Вам бы хотелось этого,
Арнольд, правда? Вы что-то неважно выглядите.
И верно, у него был вид религиозного фанатика, а глаза маниакально
блестели. Неужели именно она - цель его устремлений?
Лили непроизвольно вздрогнула.
- Вы ведь ждете, пока я коснусь вас, верно, Лили? Я видел, как вы
страстно ждете прикосновения моих рук, моих губ! О небо. Лили, давайте уедем
прямо сейчас. Мы можем быть в Дувре еще до рассвета и....
- Нет! Довольно!
Лили отпрянула он него и, повернувшись, хотела направиться в здание
станции, но Арнольд схватил ее за руку и дернул к себе. Она почувствовала,
как щеку обожгло горячее дыхание, костлявая ладонь запечатала рот, талию
стиснуло, словно клещами. Он настоящий безумец! И как назло, ни одного
прохожего!
Стало совсем темно, даже луна скрылась за тучами. Недалеко, всего в
тридцати ярдах отсюда, мужчины и женщины смеялись, разговаривали, шутили...
Ознобный страх охватил Лили.
"Не будь трусихой, - уговаривала она себя. - Это Арнольд, всего-навсего
Уродина Арнольд". Она несомненно справится с ним, как и тогда, на Дэмсон
Фарм!
Он тащил ее куда-то в сторону от гостиницы. Лили ударила его локтем в
бок. Арнольд охнул, но не ослабил хватки.
Лили изо всех сил начала сопротивляться, зная, что направленные метко
удары попадают в цель, причиняя боль Арнольду. Но он вцепился в нее, как
дворняга в кость. Лили пыталась укусить его за руку, но зубы только
царапнули гладкую ладонь. Господи, все это просто бред какой-то.
Арнольд потащил Лили за конюшни в зловонный переулок.
- Еще немного, - пропыхтел он ей на ухо. - Я снял для нас комнату
неподалеку. Мы будем там одни. Лили, наконец одни, и тогда ты поймешь, как
хочешь меня.
Лили на мгновение прикрыла глаза и попыталась взять себя в руки. Нужно
придумать, как перехитрить Уродину Арнольда. Она, конечно, способна на это,
у нес вполне хватит здравого смысла. Но тут раздался чей-то незнакомый
голос, и сердце Лили упало:
- Вы поймали ее, мистер Смит?
- Да, Боггс, наконец-то. В твоих услугах больше нет нужды, парень.
Погоди, сейчас отдам твои два соверена.
- Черт, ну и хорошенькая же штучка! - подивился Боггс. Поглядите-ка на
волосы, мягкие, как шерсть котенка! А личико! Белое, чистое! Господи Боже,
лучше, чем в последний раз, когда я ее видел в Пантеон-Базар и хотел...
Это были его последние слова. Потрясенная Лили увидела, как огромный
громила бесшумно соскользнул на землю бесформенной грудой.
Найт! Он стоял в тени, осторожно растирая затянутые в перчатку костяшки
пальцев правой руки.
- Не будете ли так добры, мистер Дэмсон, немедленно отпустить ее?
Голос почему-то звучал весело. Неужели он не понимает, что на самом деле
все происходило всерьез и Уродина Арнольд задумал похитить ее?
- Нет! - взвизгнул Арнольд. - Она моя, черт бы вас побрал! Моя и
останется со мной, понятно?
- Вы кричите достаточно громко, чтобы привлечь внимание сыщиков с
Боу-стрит. Конечно, я слышу вас. Однако, вы не можете увезти Лили с собой.
Прошу вас сейчас же оставить ее в покое.
Вместо ответа Арнольд сильно дернул ее за руку и отступил от Найта. Лили
вновь ударила его локтем, на этот раз в живот. Арнольд взвыл, но продолжал
цепляться за Лили, словно утопающий за плот в бушующем океане.
- Вы начинаете надоедать мне, Арнольд, - процедил Найт, - и по всей
видимости раздражаете даму.
В следующую секунду Лили, внезапно освободившись, не удержалась на ногах
и приземлилась на четвереньках прямо в грязь. Почти сразу же придя в себя от
изумления, она обернулась и увидела, как Найт, ухватив Арнольда за воротник,
оторвал от земли и начал трясти, как крысу, говоря при этом медленно,
раздельно и крайне убедительно:
- Вы поедете домой, Арнольд, или я прострелю вам руку. Надеюсь, вы меня
поняли?!
- Нет! Я хочу...
Найт впечатал его в стену дома.
- Слушай хорошенько, ты, жалкий маленький слизняк! Не смей больше никогда
беспокоить ее, ясно? Попробуй еще хоть раз показать свою гнусную физиономию,
и я всажу пулю не в твою хилую руку, а в черное пакостное сердце! Убирайся
домой к своей жене!
Найт выпустил Арнольда; тот сполз по стене на землю и остался лежать
неподвижно. Он вообще отличался удивительной понятливостью, если объяснения
были достаточно убедительными.
- Лили, с вами все в порядке? - обернулся Найт.
Лили, по-прежнему стоя на четвереньках, подняла голову:
- Как вы нашли меня? Найт небрежно пожал плечами:
- Вы не очень-то изобретательная беглянка. Я сообразил, что вы
отправитесь на единственную почтовую станцию, которую знаете. Так и
случилось. Ну вот, а теперь позвольте, я помогу вам встать.
Он протянул руку, и Лили, благодарно ухватившись за нее, поднялась,
пошатнувшись от слабости; но Найт не сдвинулся с места, чтобы подхватить ее.
Наконец Лили обрела равновесие, и только тогда он стиснул ее ладонь и
потянул подальше от переулка.
- Я хотел бы сказать все, что думаю о вас, подальше от ушей этой швали.
Не хватало еще, Чтобы они мне мешали!
Лили молча шагала рядом с ним. Наконец они оказались возле наемного
экипажа, ожидавшего по другую сторону почтовой станции.
- Мой саквояж... - растерянно пробормотала она.
Найт, не. останавливаясь, окинул ее ледяным взглядом:
- Забудьте о нем.
Открыв дверцу, он протянул ей руку, а потом велел кучеру:
- Поезжайте помедленнее. Я скажу, когда остановиться.
- Будет сделано, милорд, - согласился кучер и щелкнул кнутом. Найт сел
напротив Лили. Неожиданно колесо попало в глубокую выбоину, и девушку
отбросило прямо на Найта. И тут, словно плотину прорвало: он схватил Лили за
плечи и начал бешено трясти.
- Вы, проклятая безмозглая курица! Как можно было устроить такой дурацкий
фокус!
- Не знаю, - призналась Лили, остро сознавая, что их ноги переплелись, ее
груди прижаты к его груди, а губы почти соприкасаются.
Найт злобно выругался, посадил ее к себе на колени, притянул еще ближе к
себе и поцеловал. Крепко.
Глава 9
Найт словно обезумел. Он жаждал отведать вкус ее губ и, к его бешеному
восторгу, она приоткрыла их. Он безошибочно почувствовал тот момент, когда
Лили начала отвечать ему, отвечать раскованно, невероятно страстно, и это
окончательно лишило его разума. Его язык оказался у нее во рту, проникая все
дальше, исследуя влажные глубины, наслаждаясь сладостными ощущениями.
Наконец неизвестно сколько времени спустя ему удалось обрести какое-то
подобие рассудка и слегка отстраниться. Поцелуй стал мягче, нежнее,
осторожнее. Но Найт не мог ничего поделать с руками - они, словно по
собственной воле, обнимали Лили все крепче, втискивая в сиденье; потом
правая рука коснулась груди, гладя, сжимая, знакомясь... и неожиданно он
почувствовал, как Лили вздрогнула и выгнулась, полностью отдавшись его воле.
Найт услыхал тихий стон, и эта сладкая песнь сирены привела его в
чувство. Он отпрянул так быстро, что Лили едва не упала, и, схватив ее за
талию, пересадил на противоположное сиденье. Потом пристально всмотрелся в
нее. Освещение было тусклым, но это не имело значения, Найт все-таки мог
видеть Лили, и это вновь потрясло его до глубины души. Она, не отрываясь,
смотрела на его рот потемневшими от страсти, голодными глазами. Найту было
больно дышать.
- Лили, не смотрите на меня так. Лили не знала, о чем он говорит. Она
хотела сказать ему, что почему-то ощущает странный тревожащий жар в животе,
настойчиво-тянущую, восхитительную боль, заставившую ее крепче стиснуть
бедра. Она слышала буйный стук собственного сердца, заглушающий все вокруг.
Во рту остался вкус его губ, груди набухли и ныли. Лили чувствовала, что
пробудилась от долгого сна. Она смотрела на Найта, не понимая, но желая
рассказать ему, заставить снова испытать то, что она пережила сейчас.
- Прекратите же, черт побери!
Найту потребовалась вся его воля, чтобы вновь не наброситься на нее. Руки
судорожно сжатые в кулаки, лежали на коленях. Он велел им оставаться на
месте. Но Лили по-прежнему не отрывала от него взгляда, словно не сознавая,
что происходит, словно не хотела, чтобы он перестал целовать ее, касаться
ее, ласкать ее...
- ...Перестаньте!
- Я слышала вас, - пробормотала она с тихим вздохом. - Но я ничего не
делаю.
- Вы глазеете на меня, - грубо бросил он, - словно мечтаете, чтобы я
овладел вами... взял прямо здесь, в этой проклятой грязной колымаге! Именно
этого вы хотите. Лили? Мечтаете, чтобы я задрал вам юбки, раздвинул ноги и
врезался в вас, прямо здесь, прямо сейчас?
Безумно колотившееся сердце неожиданно вернулось к нормальному,
болезненно медленному ритму. Накатывающиеся волны жара улеглись. Лили
пыталась осмыслить злые слова, понять, что он пытается втолковать.
- Дьявол бы побрал тебя, женщина! Ни к чему строить из себя девственницу,
это просто смешно! Трис взял вас в пятнадцать лет! Что с вами? Томитесь по
мужчине? Похоть одолела? Желаете меня так же, как я вас? Почему в таком
случае не остались с Уродиной Арнольдом в Йоркшире? Он был бы более чем
счастлив не слезать с вас с утра до вечера, захоти вы только! Бог видит, это
меня спасло бы от безумия!
Он ударил кулаком в крышу, и экипаж немедленно остановился.
- Идите домой, в постель! У вас, кажется, болела голова, не так ли?!
Он рывком распахнул дверь и, спрыгнув, снова с силой захлопнул ее за
собой. Лили смутно услышала, как он дает адрес кучеру. Она ничего не
сказала, только стиснув руки и окаменев, застыла на потертом сиденье. Пошел
дождь. Крупные капли барабанили в окна экипажа. И Лили внезапно поняла, что
тревожится за Найта, - если он промокнет, может простудиться. Дура! Какая
она дура!
Дакет ждал ее и, бросив лишь один взгляд на измятую грязную одежду,
спутанные волосы, бледное лицо и потрясенные глаза, поспешно .позвал миссис
Олгуд. Та немедленно взяла девушку под свое крыло:
- Пойдемте со мной, дорогая, и ни о чем не тревожьтесь. Я уложу вас в
постельку. Нет, за детей не беспокойтесь. Лора Бет крепко спит. Его лордство
позаботился об этом перед самым уходом. Нет, ничего не говорите, я вас
понимаю, честное слово понимаю.
Но Лили невольно спрашивала себя, понимает ли она сама, что произошло. И
не находила ответа.
- О дорогая, боюсь вы окончательно испортили платье. Но ваш прекрасный
плащ еще можно отчистить. Мех совсем целый.
Через четверть часа Лили уже лежала в постели. Лора Бет прижалась к ней,
сонно посапывая.
Не слезать с вас с утра до вечера...
Наверное, Найт говорил о тех минутах, когда мужчина берет женщину,
владеет ею...
Она осторожно коснулась живота, медленно передвинула руку ниже, к тому
месту, где сосредоточилась восхитительная пульсирующая боль. Лили вовсе не
была глупа и невежественна и, хотя ни разу не видела обнаженного мужчину,
знала, что их тела различны и между ног мужчины находится некий отросток,
который напрягается и поднимается вверх, когда мужчина испытывает желание.
Однажды, когда Трис после смерти ее отца тесно прижался к ней, она
почувствовала как этот отросток упирается в живот, но это вызвало у нее лишь
легкую брезгливость. Не сразу она поняла, что он хотел проникнуть в ее тело.
После произошедшего Лили больше не задумывалась над подобными вопросами;
наверное, потому, что на первый взгляд все эти действия казались ей ужасно
странными и ужасно постыдными для мужчин. Когда же Найт целовал ее, сжимал
груди, осыпая безумными ласками, она желала все большего - чтобы это никогда
не кончалось - и не понимала, пока Найт не отшвырнул ее от себя, что он
перестал хотеть ее.
Лили вздрогнула. Найт обвинил ее в том, что она сводит его с ума. Ну что
ж, она может последовать за ним в Бедлам за то, что он сделал с ней в экипаже, - превратил в другого
человека, женщину, потерявшую власть над собой.
Лили снова вздрогнула, представив, как это, должно быть, прекрасно -
ощущать, как эти длинные сильные пальцы поднимают ее фланелевую сорочку и
гладят обнаженную плоть.
Прекрати это, полоумная! Прекрати!
Но мысли о Найте продолжали терзать девушку, пока наконец ее глаза не
закрылись.
Найт держал себя в руках, прекрасно сознавая, что сел за письменный стол,
чтобы быть подальше от Лили, поставить ее в положение просительницы. Ну и
пусть! Все, что угодно, лишь бы получить над ней хоть какое-то преимущество.
Нужно использовать для этого любое средство!
Через десять минут в дверь библиотеки еле слышно постучали.
- Войдите, - отозвался он, довольный, что голос, как он и добивался,
звучит холодно и безразлично.
В комнату скользнула Лили. Именно скользнула, по-другому и не скажешь,
подумал он, наблюдая за ней и чувствуя, как в нем бурной волной поднимается
безумное желание. Будь она проклята, почему?! Этим утром на ней было простое
серое муслиновое платье, подхваченное под грудью лентой, с длинными узкими
рукавами и высоким, едва не до подбородка, воротником. Роскошные волосы
гладко зачесаны и стянуты узлом на затылке. Но все попытки принять
монашеский вид привели лишь к тому, что она казалась еще соблазнительнее.
Верно, Лили была невероятно прелестна, но он встречал прелестных женщин и
раньше, спал с ними, получал наслаждение, и в конце концов без сожалений
бросал. Может, нужно, всего-навсего овладеть Лили, чтобы эти странные
чувства, которые он ощущает в ее присутствии, исчезли?
Но Найт не мог. Не мог. Она настоящая леди, вдова покойного кузена и... и
такая страстная женщина, что одно воспоминание о том, что произошло,
заставляло его дрожать. Найт судорожно выпрямился и застыл в кресле.
- Садитесь, Лили. - Сам он не поднялся, хотя знал, что ведет себя грубо.
Все равно, будь что будет. Она ни разу не взглянула на него. Это помогло. -
Как ваша голова сегодня утром? При этих словах Лили резко вскинула голову и
непонимающе уставилась на него. - Ах так, значит и это ложь, не так ли?
- Да, - кивнула она, опускаясь в кресло и со вздохом добавив:
- Боюсь, это именно так. Нужно было подумать, прежде чем говорить не
правду.
Найт на мгновение нахмурился, но сразу же придал лицу выражение
натянутого безразличия.
- Дети здоровы?
- Да.
- Через три часа придет Джон Джонс. Поговорите с ним. Надеюсь, вы
.сможете дождаться его и никуда не исчезнуть?
- Я не уйду, пока вы не выкинете меня из дому.
- О нет, я не сделаю этого, иначе с детьми сладу не будет. Кроме того,
как я смогу заставить их понять, что их мать - глупая, безрассудная женщина,
бросившая детей только из-за идиотского стремления заслужить ореол
мученицы?!
- Вам, скорее всего, это не удастся. Я имею в виду - заставить понять.
Сэм, Возможно, не дослушает и набросится на вас с кулаками, если посчитает,
что вы меня оскорбляете.
Найт помедлил. По крайней мере, она хоть заговорила с ним. Уже хорошо.
- Ну ладно, хватит упреков. Поверьте, мне не доставляет удовольствия
видеть, как вы сидите тут с видом побитой собачки.
Заметив, как она вспыхнула, Найт понял, что почти достиг цели: довел ее
до белого каления. Она этого заслуживает.
Найт поднял руку, чтобы остановить Лили:
- Я знаю, почему вы вчера убежали. Слыхал о леди и джентльмене, которые
преследовали вас в парке вчера утром.
Лили мгновенно встрепенулась:
- Но Сэм и Тео обещали, они....
- Лора Бет не обещала. Именно она все и объяснила мне. Призналась, что
хотела швырнуть даму в Темзу, сказала, что леди назвала вас шлюхой и
развратницей, обвинила в том, что по вашей вине меня - достойного
прекрасного человека - презирают друзья и отталкивает общество. Позвольте
задать только один вопрос - почему вы не рассказали мне. Лили? Поверьте,
существовала некая возможность, что я предложу вам иной выход, кроме как
удариться в бега.
Лили долго старательно изучала огромный глобус на медной ножке, стоявший
у письменного стола, и наконец решилась:
- Вы правы. Но я не хотела вас расстраивать. Наверное, старалась защитить
вас, такой человек, как вы, не заслуживает этого мерзкого злословия.
- Мой Бог, женщина, надеюсь мои враги никогда не вздумают защищать меня
подобным способом.
- Кроме того, не хочу, чтобы вы винили детей или ври взгляде на нас
проклинали тот день, когда мы появились в доме.
- Я уже делал это бесчисленное множество раз, - бросил он и заметил в
широко распахнутых, устремленных на него глазах боль и мучительное
изумление. Рука Найта рассекла воздух:
- Кто эти люди? Вы их знаете?
- Дама не представилась, хотя, очевидно, ей было известно, кто мы.
Джентльмен не говорил ничего, пока она не отъехала, а потом...
Лили мгновенно замолчала и принялась старательно изучать глобус.
Внутренности Найта стянуло тугим узлом:
- Что он сказал вам?
- Ничего.
Найт встал, опираясь ладонями на крышку стола:
- Лили, клянусь, я задам вам трепку...
- Он просто хотел, чтобы я стала его любовницей, когда порву с вами.
Разве не все считают, что я ваша содержанка?
- Ага, - кивнул Найт, - я так и думал.
- Если думали, почему заставили меня сказать это вслух?
- Опишите их, - резко велел Найт.
- Молодая дама очень красива, темноволосая, по-видимому, иностранка,
экзотичной внешности. Джентльмен... джентльмен, я бы сказала, распутник и
повеса. Правда, он постарше дамы. Сидел на белоснежном жеребце, одет тоже в
белое.
- Боже милосердный!
- Это ваши знакомые? - Совершенно верно.
И тут Найт начал хохотать, обхватив себя руками, не в силах уняться.
Лили, совершенно сбитая с толку, молча наблюдала за ним. Наконец Найт
угомонился:
- Леди, - объявил он, - вовсе не леди. Ее зовут Дэниелла, и она моя...
была моей любовницей. Вы правы, она действительно иностранка, итальянка, а
джентльмен - ее последний покровитель, лорд Доу, и действительно не очень
приятный человек, тут вы тоже не ошиблись.
- Вот как?
- Видите ли, моя дорогая Лили, я человек столь высокой нравственности,
что два дня назад расстался с любовницей. По правде говоря, она начала меня
крайне утомлять.
"Это, конечно, не совсем так, но Лили ни к чему знать, как было на самом
деле".
- Так или иначе, я слышал, что лорд Доу пытается занять мое место, а я
никогда ни с кем не делюсь. Скорее всего Дэниелла попросту хотела отомстить.
И выбрала вас орудием мести. Кажется, я совершил глупейшую ошибку, выкрикнув
ваше имя в момент наивысшего наслаждения.
Найт неожиданно осекся. Боже, что это с ним?! Говорить о таких вещах с
леди, вдовой брата?!
Он вгляделся в лицо Лили и заметил в этих прекрасных, широко открытых
глазах смущение... и почему-то вопрос. Он хотел хорошенько встряхнуть ее за
дурацкое бегство. Он хотел целовать ее, пока снова не услышит тихую песнь
сирены, песнь любви, пока она не окажется у него на коленях и не начнет
срывать с него одежду.
- Лили, - прошептал он с трудом, словно превозмогая боль, - простите меня
за болтливый язык. То, что я сказал, просто неприлично и...
- Если желаете узнать, что такое настоящее неприличие, вам следует
поучиться у Сэма. Найт улыбнулся одними губами:
- То, что вы наделали, более чем глупо. Я не скажу мальчикам, будьте
уверены, но Лора Бет знает, что вы уходили. Она плакала и кричала, пока
Бетти не пришла за мной.
- Я думала, она крепко спит.
- Так и было, пока что-то не разбудило ее. Проснувшись, малышка
обнаружила, что вас нигде нет.
- Миссис Олгуд сказала, что вы уложили ее.
- А что прикажете - ожидать? Что я - оставлю девочку вопить и плакать,
пока она не перебудит весь дом? Конечно, я позаботился о ней. Бедняжка и
вправду походила на крошечную мартышку, с такой силой она цеплялась за меня,
словно за дерево.
Теперь Лили в свою очередь подняла руку, чтобы остановить его:
- Но проблема по-прежнему не решена. Вы действительно уверены, что люди
перестанут болтать, если я с детьми покину Лондон?
- Естественно. С глаз долой - из сердца вон, как говорит пословица, так
что любители позлословить скоро забудут о вас. Если вы одобрите кандидатуру
Джона, дня через два можете отправиться в Каслроз.
- Я вам не верю.
- Не верите, что сплетники перестанут болтать? - Найт пожал плечами. - Вы
совсем не знаете общества. Это мои родные джунгли, Лили, и мне известны все
правила... Господи, да я сам помогал их учредить и представляю, как устроены
умы его членов. Вас не будет, значит издеваться и терзать больше неко
...Поділитися у соцмережах