Жанр: Электронное издание
where_nt
...ле
града, подобного ему.
Плодились адамычи быстро, а ременные межи оставались прежними. Самые смелые
сбивались в ватаги, уходили из Нестьграда искать себе иные угодья и так
потихоньку снова заселили весь обезлюдевший было мир. Стало быть, всякий
пришелец приходился им родственником. Его и встречали, как родного.
Никакой стражи адамычи не выставляли и твердо верили, что тот, кто
беспрепятственно перешел границу, вреда им не принесет. Жихарь и его
спутники, появившись на рубеже, шатались из стороны в сторону и несли
околесицу по случаю пребывания в жестокой лихорадке. Принц Яр-Тур
утверждал, что ему суждено получить смертельную рану от родного племянника,
а какой у него мог быть племянник? Царь Соломон рассказывал самые забавные
истории про свое правление, но никто не смеялся. Жихарь, разумеется,
выбалтывал все сокровенные тайны своего поручения, полученного от Беломора,
- первые слушатели оказались, по счастью, недалеки и простодушны. Одного
Китовраса лихорадка не брала, да ведь и его можно было понять, только
внимательно вслушиваясь и крепко задумавшись.
Адамычи бросились обихаживать и жалеть пришельцев, поить отварами и
отмывать от грязи и ржавчины. Пришельцы не обращали на заботы никакого
внимания. С таким же успехом их могли грабить и резать. Но за ременной
границей хворобам воли не было, поэтому на третий день все пришли в себя.
Хозяева, как и положено учтивым людям с такой древней родословной, ни о чем
не спрашивали и не дознавались. Странники отъедались и отсыпались молчком.
Китоврас, насытившись за столом, шел в конюшню, чтобы набить овсом конский
желудок. Мало-помалу он начал рассказывать конюхам о лошадиных болезнях и о
том, как их лечить, ведь сама-то лошадь только плакать будет и вздыхать, а
объяснить ничего и не может. Будимир, едва обсохнув, сразу же подался по
курятникам - учить уму-разуму петухов и ухаживать за курами. К царю
Соломону воротился утраченный было по дороге живот. Принц и Жихарь после
еды выходили во двор княжеского терема - поселили-то их не где попало, а у
самого князя Микромира - и там упражнялись, перебрасывая друг дружке
здоровенное бревно.
"Не обманете, я ученый, - думал Жихарь. - Это все мне только кажется. Не
бывает на свете никаких адамычей, есть одни умруны из Костяного Леса. И
кормят небось какой-нибудь пакостью, и князь Микромир - скелетина, и дочка
его никаких таких прелестей в теле не имеет, глаза мне отводит..."
Временами ему казалось, что он все еще в Бессудной Яме.
Сомнения его разделял и царь Соломон.
- Это невозможно, чтобы так все было хорошо, - говорил он. - Это нас самих
нашими же мечтами и морочат...
Но мечты показались Жихарю какими-то куцыми - жрать до отвалу и спать без
просыпу. Да и Принц Яр-Тур то и дело напоминал в самых неподходящих
случаях, что дело витязя - подвизаться, а не тунеядничать.
Царь Соломон, вдоволь откормившись и насомневавшись, предложил князю в
награду за гостеприимство рассудить всех по совести и в краткий срок. Но
выяснилось: судить здесь некого и не за что - между адамычами не водилось
даже семейных ссор. Все здесь было хорошо и ладно. На своих пашнях они
ковырялись едва-едва, а жито перло из земли такое, что стороннему человеку
становилось дурно.
"Отчего же люди уходят отсюда на иные земли?" - задумался Жихарь и вдруг
понял - отчего. Баловаться с бревном надоело.
- Княже, а не надо ли побить кого? - умоляюще вопрошал он хозяина. - Не
ходит ли вражина вдоль границ?
- Вдоль всех границ ходит, - соглашался князь, - а переступить их никак не
может. Да вот сам погляди!
В княжеской светлице лежал на столе земной чертеж. Жихарь и Принц
внимательно изучили его. Соседи у адамычей, прямо сказать, были незавидные
- лесные подляне, задиристая Наглия, бездумная Бонжурия, лихие степняки.
Царь Соломон, поглядев на чертеж, ахнул и без слов начал колотить Китовраса
посохом по спине. Китоврас вяло отбрыкивался и отмахивался хвостом.
- Я с тебя за каждый лишний шаг вычту! - приговаривал премудрый. - Это же
надо - шли в одну сторону, а попали совершенно в другую! Ты забыл, к
которому дню нам надо в Иерусалим?
Китоврас прогудел в том смысле, что ременно обутые аргивяне всю жизнь этой
дорогой пользуются и всегда попадают куда надо. И что муж жестоковыйный,
ложной премудростью тщась, сам себе ставит препоны.
Царь успокоился, отложил посох, развел руками.
- Где люди, где кони? - и закатил глаза.
- Добрый у тебя чертеж, - сказал Жихарь князю. - Вот бы срисовать... Но
нет, нельзя. Тогда мы будем знать, куда идем, а это не по уговору...
- Можно ли странствовать без цели? - удивился князь Микромир. Был он, как
все адамычи, светловолос, дороден и не склонен ни к каким странствиям, тем
более бесцельным. - Глядя на вас, опять наша молодежь не усидит дома,
пойдет искать иных мест... А чего, спрашивается, ходить? У нас никакой рот
не лишний...
- Да, живете крепко, - сказал Жихарь. - И отчего это вам так боги
благоволят?
- Так они же все от наших и вышли! - всплеснул руками Микромир.
Царь Соломон ухмыльнулся - у него на этот счет имелись свои соображения.
- Так оно и было, - продолжал князь. - Однажды вышел грозный витязь
Световит из дому по малой нужде - поискать себе подвигов, сошел с крыльца и
только что сделал шаг, а нога на землю ступить не может - застыла на
полдороге, словно под ней ступенька. Он другой шаг сделал - и другая нога
оторвалась от земли. Иной бы плюнул и вернулся в дом досыпать, но не таков
был Световит. Он и еще раз шагнул, и еще, а перед ним как бы невидимая
лестница. Собрался внизу народ, отговаривает, а он топ да топ. В разные
стороны ходили наши богатыри, а вверх еще не случалось.
Конечно, кое-кто за ним подался. Но только не у всех получилось. А день был
ясный-ясный.
Ушло их с десяток, как бы не больше. Световит впереди, все поднимается и
поднимается. Вот уже птицы рядом с ним летают. Обернулся, помахал рукой.
Потом побежал прыжками и скрылся с глаз. Остальные небоходы тоже
попрощались - и за ним. Люди, которые внизу, повалились на колени.
Дня три прошло. Люди совсем ничего не делали - только в небо смотрели. А
был среди нас один старец, который мог на самое солнце глядеть не мигая -
все равно слепой. Но слепой-то слепой, а разглядел на солнце Световита.
Сердится на кого-то, строжится, кулаком грозит и мечом ужасно помахивает.
Потом в ясном небе загрохотал гром, засверкало все и сверху посыпались
неведомые существа.
Высоко им довелось падать, в лепешку поразбивались, а по одеждам видно - не
наши, и даже головы у некоторых нечеловеческие. Один в кулаке молнию зажал
- должно быть, не успел метнуть. Тут мы, адамычи, и догадались, что наши
богатыри всех, кто на небе водился, перебили. С тех пор над нами круглый
год светит солнце и дожди идут только вовремя. Да ведь Световита всякий
знает, у него еще прозвище было - Ярила, а Перун - кузнец бывший, а Олеля с
Полелей...
Царь Соломон закусил губу, живот у него колыхался от нутряного вежливого
смеха. Китоврас помянул каких-то Космогонию и Титаномахию. Принц Яр-Тур
только мотал головой, собирался что-то сказать, да так и не собрался. У
Жихаря тоже слов не нашлось, боялся обидеть хозяина: может, все это и
правда. Очевидцы-то все давно умерли...
- Кузнеца Перю особенно жалко, - сказал князь Микромир. - До сих пор ни у
кого руки не дойдут коней подковать. Хотя и зачем - земля все равно
мягкая...
- А если в поход? - спросил Жихарь. - Мы бы с Яр-Туром взялись всех
перековать, да вы бы нам за это коней парочку...
- Не выйдет, - вздохнул князь. - Кони наши по заклятию за рубеж не идут -
сразу дохнут. Тут и без коней молодежь не удержишь...
Снова вернулись к чертежу. По нему выходило, что царю с Китоврасом, если
мыслят идти в Иерусалим, надо забирать влево и вниз, к теплому Островитому
Морю.
- Пойдем с нами, - снова стал уговаривать царь Соломон. - Я сделаю вас
тысяченачальниками. А не понравится, дам самый лучший корабль из настоящего
ливанского кедра, и можете себе спокойно грабить страну Офир. Что такое
значит Полуденная Роса? Тьфу, и ничего больше. Подумаешь - Полуденная
Роса...
- Постой, постой, - сказал князь Микромир и как-то весь подобрался. - Так
вот что вы ищете? Значит, старик Беломор так и не отказался от своей
безумной затеи?
- Это прямо какие-то дурачки, - сказал Соломон. - Может, хоть ты их
отговоришь, у меня уже нет никаких сил...
- И то, - согласился князь. - Зачем вам эта Полуденная Роса? Солнышко
светит, девушки водят хороводы...
- Птички поют, - поддакнул Жихарь. - А время ходит и ходит по кругу, и мы
вместе с ним... - Тут он понял, что сболтнул лишнее.
- О! - воскликнул царь Соломон. - Значит, надоело вам, что род приходит, и
род уходит, и возвращается ветер на круги своя? Князь, есть ли у тебя
зеркало - вызвать старого колдуна на крупный разговор?
Они с Микромиром переглянулись и рассмеялись. Потом князь нахмурился и
велел Жихарю с Принцем выйти из терема и побегать с девушками в том самом
хороводе и под тем самым солнышком, а когда понадобится, так их позовут.
Девушки племени адамычей действительно нашлись не в огороде, а в хороводе,
хотя пора была летняя. Жихарь спросил, кто же будет сорняки полоть, но ему
ответили, что здесь слова такого не знают: чему положено расти, - то и
растет.
- Сожалею я о своей молодости, - сказал Яр-Тур. - Только что нас выставили
из совета мужей, на котором, вероятно, решаются судьбы мира.
- Чего зануд-то старых слушать? - удивился Жихарь.
Покружились в хороводе, попели песни, а потом и по березнику решили
побегать в догонялки, так что княжеские слуги еле докричались
разрезвившихся молодцов.
- Не подумайте дурного, сэр Джихар, - уверил Принц, когда они возвращались
- к терему. - Будущая королева... Понятия чести... Я соблюдал себя...
- Да я вовсе ничего не думаю, - сказал Жихарь и понял, что мыслей в голове
впрямь стало как-то маловато.
На дворе темнело. В княжеской светлице горели толстые желтые свечи. На
столе и на лавках лежали старинные свитки и непонятные вещи. Царь Соломон
поспешно спрятал что-то за спину.
- Будимира с вами нет? - спросил он и, удостоверившись, что нет, с
облегчением принялся догрызать куриную ногу. - Петушок и тот лучше их
понимает о жизни, - указал он косточкой на побратимов.
Князь сокрушенно вздохнул.
- Ничего с ними не поделаешь, - сказал он. - Потом они нас же и
проклянут...
- Они проклянут нас в любом случае! - вскричал Соломон. - Нет человека,
властного над ветром, умеющего удержать ветер, особенно когда этот ветер в
голове. Не хотят слушать старших - пусть идут. Пусть хлебнут горя своей
золотой ложечкой. Ай, ай, скажут они, а ведь старый Соломон был прав!
- Лишь одолением преград зиждется доблесть героя, - сказал Китоврас,
поднимая голову от чертежа. - Славным походом таким не пренебрег бы Геракл.
- Вы правильно поняли нас, досточтимые сэры, - поклонился Принц Яр-Тур. -
Ни мой побратим, ни я не собираемся отказываться от своих намерений.
- Да я и то смотрю, - сказал князь. Он разложил на столе три одинаковых на
первый взгляд пергамента. Телячьи шкуры, на которых были нанесены очертания
земель и держав, были выделаны до полной прозрачности. - Вот перед вами все
три мира - Явь, Правь и Навь, - сказал князь. - В Яви живем мы с вами. В
Прави обитают боги и вообще высшее начальство. Навь, или Навье Царство,
находится у нас под ногами и населена умрунами...
- Это мы знаем! - Жихарь махнул рукой. - Ты дело говори!
- Знаем, знаем! - рассердился князь и пребольно перетянул богатыря своим
княжеским жезлом поперек спины.
- В дороге будут учить не палкой, а острым железом, - прибавил царь
Соломон.
Удовольствовавшись воспитательным действием, князь дал подержать жезл
оторопевшему от науки Жихарю и наложил три чертежа один на другой.
- Видите - и тут река, и в небе река, и в Нави тоже река, только называются
они по-разному. Здесь город, и здесь город, и тут он же...
Разговор начался ученый, упоминали и Коркиса-Боркиса, и самого Ваню
Золотарева, и всякие непонятные слова. Жихарь прислушался: не скажется ли
ночной урок старого Беломора, но понятнее не стало. А особенно обидным было
то, что в споре принимал участие и побратим - он изредка и робко вставлял
словечко-другое, и мудрецы не поднимали его на смех.
Разговор шел все о том же, о колесном ходе времени. Не без интереса Жихарь
узнал, что, оказывается, всякий город на земле воздвигнут на своих же
собственных развалинах, а грозные заклинания и расклинания станут детскими
считалками, чтобы со временем вновь набрать магическую силу. Потом князь
Микромир хватился какой-то точки и собрался ее вычислить.
Для этого он, кряхтя, нагнулся и достал из-под стола нечто вроде сажени,
которой землю мерят, только поменьше. Рейка, соединяющая обе части
устройства, была не прямая, а полукруглая, да еще со щелью и на винте, так
что одна из планок могла свободно ходить.
- Циркулюс! - похвастался познаниями Принц. Князь одобрительно глянул на
него и стал прикладывать циркулюс к чертежам и так и эдак. Царь Соломон
досадливо крякнул и попытался отобрать прибор у князя с целью добиться
гораздо больших успехов. Они тянули каждый за свою деревяшку, осыпали друг
друга весомыми словами и стремительно падали в глазах молодежи и
кентавроса. Но тот не попустил, вырвал циркулюс у спорщиков, пока не
сломали.
- Тщетно пытаетесь вы обрести надлежащую точку, - сказал он. - Зрите же,
как поступать славный Эвклидос учил!
Ну, с Эвклидосом-то и дурак точку найдет, только оказалась она далеко за
пределами чертежей, на белой льняной скатерти. Такой итог заставил всех
разинуть рты, и совсем было хотели поднять Китовраса на смех, как в
светлицу влетел, распихав крыльями стражу, петух Будимир. Он в мгновение
ока очутился на столе и стал долбить новообретенную точку. В скатерти
образовалась дыра, полетели деревянные брызги из столешницы.
- Птица врать не станет, - робко промолвил Жихарь и почесал наказанную
спину. - У нее голова маленькая, чтобы врать.
- Совершенно верно, - сказал царь Соломон. - Петух умен, а мы с вами должны
разодрать одежды и посыпать головы каким-нибудь там пеплом. Ведь
кончилась-то не земля, а человеческое знание о ней!
- Меня учили, сэр царь и сэр князь, - сказал Принц Яр-Тур, - что за Чистым
Морем лежит некая обширнейшая страна. Друиды установили это по полету птиц.
Какие-то кольца на лапках... - Он смешался. - Впрочем, я всего лишь воин...
- Нурдаль Кожаный Мешок наверняка ходил туда в молодости, потому что он
везде бывал, - поддержал Жихарь. - Но он помнит только про то, что там
награбил, а какая земля, кто на ней живет - не добьешься. Уж кто-нибудь да
живет, коли их можно грабить... Миктлан, - вдруг сказал он и напугался
незнакомого слова. - Полуденная Роса в стране Миктлан, в Адских
Вертепах...
Откуда этот самый Миктлан объявился в голове, богатырь ведать не ведал. Он
закрыл глаза и явственно почувствовал, как нож вспарывает его грудь, а
когтистая рука вырывает оттуда сердце. Над ним склонилось костистое
раскрашенное лицо, голова убийцы венчалась высокой причудливой прической -
волосы навсегда были скреплены засохшей кровью. Глубокий бас причитал:
Полные печали,
Остаемся мы здесь, на земле,
Где та дорога,
Что ведет пас в Миктлан,
В место нашего спуска,
В страну лишенных плоти?
Есть ли там действительно жизнь,
В этой стране загадок?
- Вот что значит бегать за девушками, вот что значит проявлять
невоздержанность!
Последние слова насчет девушек, впрочем, произнес не кровавый злодей, а
хозяин гарема на тысячу голов. Царь прикладывал ко лбу Жихаря холодную
мокрую тряпку, сам богатырь разлегся на лавке.
"Только падучей мне и не хватало!" - опечалился он.
- Как вы себя чувствуете, сэр брат? - спросил Принц. - Мне бы не хотелось
отправляться в страну Миктлан одному. Судя по тому, что вы говорили, это
довольно скверное место...
Жихарь сорвался с лавки.
- А что я говорил?
- То и говорил, что нечего туда ходить, - строго сказал князь Микромир.
- А я так думаю, что нет нужды ходить так далеко, - сказал премудрый
Соломон. - Спуски в Адские Вертепы встречаются и в других местах, нужно
только поспрашивать.
- Все-таки в стране Миктлан есть где разгуляться доброму мечу! - воскликнул
Яр-Тур. - Ваше видение вопиет! Мы отучим их мазать волосы кровью!
- Так вы тоже это видели? - ужаснулся Жихарь.
- И видели, и слышали, - сказал царь Соломон. - Такое сильное видение было
у тебя, что и нам немножко досталось.
Он подумал и добавил:
- Вот как силен яд Полуденной Росы. Можно себе представить, что там
творится! Истинно, ступайте со мной - там вы спокойно проживете жизнь, а по
грехам своим попадете в случае смерти прямо в Шеол, где тоже таки не
сахар, но все-таки... Ваш Мидгардорм еще не скоро проглотит себя целиком -
вот чего наш Левиафан никогда бы себе не позволил! Зачем вам брать на себя
то, от чего давно отступились и мудрецы, и герои? И потом, если у вас все
получится, хорошо я буду выглядеть со своими стихами про возвращающийся
ветер...
- Где наша не пропадала! - решил про себя Жихарь.
- А я знаю, где она не пропадала? Вы спятили, гоим, и старый Соломон спятил
вместе с вами... Ему хочется уже стать молоденьким царевичем, и чтобы все
кричали: "Самсон побил тысячи, а Соломон десятки тысяч!" Только вот
почему-то ему еще хочется умереть в своей постели, а до нее идти и идти,
причем в другую сторону...
Царь медленно осел на лавку и погрузился в бездну своей премудрости -
только часть головы над золотым венцом и была видна.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Мудрец, покидающий нас, лучше, чем примкнувший к нам дурак.
Аль-Ахнар ибн Кайс
Выспаться как следует не удалось - ни странникам, ни всему безмятежному
Нестьграду.
Оказывается, Будимир остался сильно недоволен голосистостью здешних петухов
и вздумал дать им урок. Ученики тянулись за мастером и кричали как резаные.
"Задавить бы тебя", - неблагодарно думал Жихарь. Даже Принц Яр-Тур
спросонья забыл о приличиях и произнес несколько бранных, по его понятиям,
слов. Царь Соломон зевал с завываниями, а князь Микромир и вовсе не
ложился, собирая гостей в дальнюю дорогу.
По счастью, не все мастера у адамычей ушли на небо, нашлось кому починить
кольчугу, выправить латы, наточить мечи, изготовить запас стрел.
Хозяева всячески извинялись за то, что не в силах дать странникам коней.
- У нас даже сам цыган Мара не умел угнать! - говорили они с известной
гордостью. - Уморить многих уморил, а угнать ни одного не вышло.
Китоврас услышал славное имя, поведал о том, что знаком с цыганом и что
Мара, впервые с ним, Китоврасом, встретившись, чуть не тронулся умом:
угонять, или не угонять? Зайдет сзади - вроде надо, зайдет спереди - какой
же это конь с бородищей-то?
- Если по дороге цыган вам в руки попадется, - советовали знающие люди, -
так вы его не отпускайте и бейте, пока не откроет Главную Цыганскую Тайну.
Тому, кто ее узнает, всегда будет удача и достаток. Только упрям этот
Мара...
- Лишь бы на нас навернулся, - мечтал Жихарь. - Я у него не только тайну -
порты последние заберу.
На прощание князь Микромир провел их по всему Нестьграду, расположенному
вокруг чистого озера, сводил в храм Бугая - у входа были вкопаны в землю
бычьи рога ростом в пять человеческих ростов, настоящие, те самые.
- А в храме, - понизил голос хозяин, - сидит знаменитый отшельник и
пустынник Самамудра - он из тех, кто на Бугае приехал.
- Так сколько ему лет? - ахнул Жихарь.
- До сих пор терпит! - сказал князь. - Да вы сами гляньте.
Отшельник Самамудра помещался в стенной нише. Темно-коричневая кожа
обтягивала острые кости, глаза были залеплены пылью. В одной руке он держал
краюху хлеба, и давно, видно, держал, так что ногти далеко проросли сквозь
хлеб. В седых, торчком торчащих волосах застряли пестрые скорлупки -
кто-то вывел у него прямо на голове птенцов или змеенышей. Ноги у
отшельника были переплетены не пойми как.
- Да он живой ли? - усомнился Жихарь, с опаской склонился к груди
отшельника и послушал. Слушал долго, шея даже затекла, а дождался
одного-единственного удара. Деда, деда! - зашумел богатырь. - Не время
спать - время вставать! Конец света проспишь!
И собирался для верности хлопнуть отшельника по спине.
Микромир перехватил руку.
- С ума сошел - всех можешь погубить! Ведь во всей Подвселенной, если по
совести сказать, один только этот гуру Самамудра и существует, остальное же
- и Явь, и Правь, и Навь - ему только снится. А когда проснется - вот
тут-то и будет конец света! Мы, то есть предки наши, его так на Бугае
спящим и везли. Так что пусть еще подремлет...
- Пусть, - шепотом согласился Жихарь.
- Все никак не соберемся замуровать его от греха подальше, - зевнул князь.
"Вы много чего не соберетесь", - подумал богатырь.
Царь Соломон снял свое кольцо и долго разглядывал сквозь него отшельника, а
Китоврас благоговейно опустился на передние ноги.
- Вы берегите старичка-то! - покровительственно заметил Жихарь, желая
оставить за собой последнее слово.
Князь фыркнул и погнал всех из храма на свет.
- Что это у вас под глазом, сэр брат? - спросил Яр-Тур.
- А что? - встревожился Жихарь и пощупал в указанном месте.
- Кто-то... - Принц поискал нужное слово. - Кто-то ударил вас, сэр Джихар?
И вы стерпели? Этого нельзя так оставить!
На самом деле не выспался богатырь вовсе не из-за петухов, но, куда он
бегал ночью и чем все это кончилось, он не хотел говорить даже себе самому.
Можно было по привычке ответить, что в темноте ударился о поленницу, но
беспечные адамычи вовсе не заготовляли дров, у них, поди, и зимы-то не
было.
- Это он, - сообщил Жихарь Принцу на ухо и показал большим пальцем за
спину, на храм. - Это дедушка сушеный меня своим незримым духовным
кулачищем поучил за дерзость.
- А я уж было подумал, что местные витязи осмелились, - облегченно вздохнул
Принц.
"Из-за каждого сарафана мечами махаться - мечей не напасешься", - подумал
богатырь, но вслух почему-то заметил, что вкладывать в кулак железку -
последнее дело.
На княжеском дворе их ждало еще одно испытание. Господа кузнецы, нимало не
уставшие от ночной работы, развлекались тем, что по-переменке били друг
друга в голову Жихаревым кистенем и громко смеялись особо удачным ударам.
Чугунные осколки оставляли на кузнецовских головах только легкие царапины,
а вот свинцовый шар сплющился по бокам и стал похож на игральную кость.
- Вы мне всю бирюльку сломаете, - сказал Жихарь. - Я ее нарочно сделал
своему младшенькому на потеху - ему-то она как раз по руке.
Смущенные кузнецы вернули кистень владельцу, а Яр-Тур вытаращил глаза и
сказал:
- Сэр Джихар, я и не знал, что у вас есть наследники...
- Кий, Щек и Хорив, - с ходу придумал имена мнимым сыновьям богатырь. Он
посмотрел на кистень и порадовался, что адамычи встретили их с миром и с
миром же провожают.
Несколько молодых воинов с юными женами и невестами решили воспользоваться
случаем и покинуть Нестьград - дескать, нужно проводить пожилых царя и
кентавроса.
- Да мы недалеко, - уверяли они князя Микромира.
- Знаю я ваше "недалеко", - отвечал он. - Давайте уж как следует
попрощаемся.
- Места у нас жаркие, - предупредил царь Соломон. - Вверх по Нилу-реке есть
где поселиться. Но солнце там такое, что вы же совсем почернеете и станете
носить золотое кольцо в носу...
- А нам, адамычам, все равно - что на жаре, что на льдине, - отвечали
отходчики. - Кабы мы не ходили, вся земля до сих пор пустая стояла.
- Дело хорошее, пусть проводят, - сказал Жихарь. - А то на дороге мало ли
кто привяжется: "Почему на четырех ногах? Почему нос горбатый?.."
- Ох, слоники наши, слоники, - вздохнул Соломон. - Ох, львы наши рыкающие,
вы совсем пропали...
- Слоников не обижайте - оставляйте на развод! - велел Жихарь на всякий
случай, потом спросил, каковы слоники.
Царь объяснил, показывая руками высоко и широко.
- А слоники добрые? - спросил Жихарь.
- Подобрее некоторых, - сказал Соломон.
- А я еще добрее! - объявил Жихарь и протянул царю золотую ложку на память.
Но царь Соломон предпочел железный гребешок.
- Когда вернусь в Иерусалим, жены и наложницы сразу же закричат: а что ты
нам привез? А вот что, отвечу я и кину им в толпу гребешок. Пока они будут
его делить, я успею как следует отдохнуть с дороги...
- Они что, гребешков не видели? - удивился Жихарь.
- Дорог не подарок, а внимание, молодой человек...
Тогда богатырь предложил тот же дар князю Микромиру.
Князь замахал руками:
- Не приму, не приму! Она вам еще пригодится, это не простая ложка: ею
любое горе можно расхлебать! Да потом кажется мне, что это вовсе не
ложка... Хороша ли она в деле?
- Тяжела даже для моей руки, - сказал Жихарь. - Течет, пузыри пускает.
Хлебать ей несподручно, держу только для славы или пропою.
- Дай-ка я проверю, - ликующе сказал князь и по-молодому полетел к себе в
терем.
Царь Соломон долго толковал с Китоврасом, потом подошел к Жихарю и протянул
тростинку, заткнутую с обоих концов.
- Мы тут посоветовались, - сказал он, - и есть мнение: что это мы, два
первых в свете мудреца, будем ссориться из-за какого-то червячка? Он свое
дело сделал. Камнееда зовут Шамир, и он прекрасно прогрызет для вас стену в
любой темнице. Только по дороге не забывайте подкармливать и следите, чтобы
Будимир его не скушал - тогда конец обоим...
Вернулся князь Микромир.
- Это что угодно, только не ложка, - сказал он. - Я развернул стол с
чертежом так, чтобы восток совпал с солнцем, так стебель стал показывать на
то самое место. Теперь вам не о чем беспокоиться: поставили ее на ровное
место и определили свой путь. Ложка эта досталась тебе неспроста, и я даже
не хочу спрашивать откуда.
Жихарь и Яр-Тур, не сговариваясь, низко поклонились своим старшим спутникам
и князю, после чего увлечены были за стол - присесть на дорожку.
Прощались весело, а расходились в печали. Даже Будимир на шлеме нахохлился.
- Скучно без них будет, - вздохнул Жихарь. В животе бодро бурчало
расстанное вино.
- Не оглядывайтесь, сэр брат, - сказал Принц. - Честно говоря,
...Поділитися у соцмережах
