Жанр: Электронное издание
Rudaz-02
... не человек.
Близорукий дальтоник еще мог бы перепутать его с оным, но я-то сразу разглядел, что кожа у
человека изумрудно-зеленая, волосы ярко-синие, уши остроконечные, как у эльфа, а зрачки
вертикальные, как у кошки.
- Ба-ба-ба, да кто же это к нам пожаловал? - насмешливо хохотнул император.
- Ваше Величество... - коротко поклонился инопланетянин,
- Уполномоченный посол Лхбожеи Дирситус обращается к Императору Солнечной
Системы и Проксимы Центавра с официальной жалобой! - воскликнул вошедший следом
точно такой же зеленокожий.
- Ро-Тага забыл, - милостиво напомнил Император, - Ну давай жалуйся, чего уж
там...
- Ваше Величество, - сухо начал посол, - я хотел бы заявить протест по поводу
незаслуженного обращения с нами. Наше посольство сегодня утром было разгромлено, и этот
факт весьма меня печалит и заставляет грустить.
- Язык подучил, молодец, - кивнул Император. - Но недостаточно - предложения
строишь неправильно. Так ты жалуешься, что твое посольство разбомбили?
- Его камнями закидали, Ваше Величество! Мы спаслись, но едва-едва, моему адвокату
проломили голову, ему лечиться придется теперь! Мы требуем объяснений!
- Объяснений, говоришь... Вот ведь какая беда, и с чего бы это наш народишко так на
вас взъелся? - хитро прищурился Император. - Адъютант, ты не знаешь случайно?
Молодой человек в очках тут же оживился, раскрыл свой ноутбук и, чуть улыбаясь,
сообщил:
- Я рискую ошибиться, Ваше Величество, но, по моим предположениям, этот
прискорбный факт напрямую связан с финалом Кубка Гуманоидных Планет по футболу.
- Что?! - возмутился посол. - Но какое отношение...
- Ну как же, - поджал сморщенные губы Император. - Вчера ведь был этот самый
финал, не так ли? Конечно, правильно - я сам смотрел по головизору. С каким счетом там
дело закончилось, а, адъютант?
- Один - ноль в пользу сборной Лхбожеи, - с готовностью откликнулся адъютант. -
Хотя всего было забито три мяча...
- Вот ведь какая несуразица... - цокнул языком Император. - А как же это так
получилось?
- Форвард сборной Земли Джош Куипо, который как раз и забил два недостающих мяча,
был уличен в применении допинга. Что интересно, сей факт заметили не перед матчем, когда
проверяли всех, а в самом конце, всего за пять минут до финального свистка. Куипо
дисквалифицировали, забитые им голы не засчитали.
- Но это действительно так... - все еще не понимал, в чем дело, посол.
- Разумеется, так, - согласился адъютант, - Точно так же несомненно то, что матч
проходил на Лхбожее, что судья был лхбожейцем и врачи, проводящие тест, тоже. То, что
нашим врачам не дали даже ознакомиться с результатами экспертизы, также немного
настораживает. И уж совсем подозрительно то, что за последние три недели, пока проводился
этот проклятый Кубок, лхбожейцы уже трижды выигрывают за счет подобной удачи -
"вовремя" замеченного допинга.
- Суд совершенно четко высказался...
- Лхбожейский суд, - внес очередную поправку адъютант. - К нашему никто даже не
обращался.
- Ну вот что, любезный, - снова заговорил Император, - меня, признаться, нисколько
не удивляет, что вас закидали. Скорее уж удивляет то, что это были камни, а не гранаты... Был
бы я помоложе годков на сто, тоже бы в тебя чем-нибудь таким запульнул...
Телохранители мгновенно подобрались, видимо ожидая прямой команды на
уничтожение. Посол испуганно заерзал, кажется начиная соображать, что дипломатическая
неприкосновенность в некоторых ситуациях не такой уж и прочный щит. К его счастью,
Император всего лишь шутил.
- Ты не думай, Дирситус, мне эта дурацкая чашка не нужна, - доверительно сказал
он, - Мне за державу обидно, понимаешь? Некрасиво поступаете, и ведь уже не в первый
раз... Ты своему президенту передай - понятия нужно соблюдать, зарываться сильно не
надо... А то ведь я могу и напомнить, что у вас всего одна планета и армия - полтора
миллиона лхбожейцев, а у нас этих планет - четырнадцать, не считая спутников, а в армии
почти сто миллионов человек! И военных кораблей у вас полторы тысячи с мелочью, а у нас
двадцать тысяч с гаком!
- Ваше Величество... - испуганно пролепетал Дирси-тус.
- Вот ты иди и подумай как следует. И я тоже прикину, как с вами поступить...
Посол с помощником торопливо поклонились и чуть ли не бегом смылись из тронной
спальни. Дряхлая развалина, именующаяся Императором, пробормотала себе под нос весьма
непечатное ругательство и злобно скрипнула зубами.
- Достали, сволочи инопланетные... Ни стыда ни совести... Вот помру - на кого
Империю оставлять? Сожрут вас без меня, живьем сожрут... Ну да ладно, даст бог, проживу
еще годок-другой. Давай-ка продолжим с тобой...
Император поманил меня пальцем, и я послушно приблизился.
- Ты вот, Олег, мне скажи - а к чему ты этот вопрос насчет дат задал?
- Просто дело в том, Ваше Величество, что в моем родном мире сейчас только
двадцатый век... то есть нет, уже двадцать первый. Простите, он начался всего несколько лет
назад, и я еще не привык.
- Вот как? - не особо удивился монарх. - Так ты, значит, все равно что из прошлого
явился...
- Ваше прошлое и наше настоящее неидентичны, Ваше Величество.
- Так уж и не идентичны... Вот скажи - в твоем двадцатом веке Первая и Вторая
мировые войны были?
- Были.
- А русская революция?
- Была.
- А англо-арабская конфронтация?
- А вот этого не было! - обрадовался я. - Ничего похожего!
- Действительно, разные... Но я вот чего не пойму - если у вас там все почти как у
нас... Почти, я сказал! Так вот, ты-то откуда там взялся? Ты кто вообще такой?
- Яцхен, Ваше Величество.
- А это что такое?
- Яцхен - это и есть яцхен. Искусственное существо, эксперимент. Мозг у меня
человеческий, а вот все остальное - нет.
- Интересно-то как... - хитро прищурился старик.
- Ваше Величество, отдайте это существо мне! - внезапно попросил старичок в очках,
который уже давно с нескрываемым интересом пялился на меня. - Разрешите мне забрать его
в мою Академию!
- Это еще зачем? - поинтересовался Император.
- Ваше Величество, это же бесценный кладезь информации! - возмутился академик. -
Мы просто обязаны воспользоваться этим источником! Представляете, какой это будет
прорыв?
- А в какой области?
- Да во всех! В изучении параллельных миров, в генетике, да мало ли где еще!
- Я, между прочим, стою прямо здесь, - сухо напомнил я. - Мне не нравится, когда
мою судьбу обсуждают, совершенно не советуясь со мной.
- Грубовато, но по сути верно, - согласился Император. - Что скажешь, профессор?
Профессор только пренебрежительно отмахнулся: мол, стоит ли говорить о таких
мелочах?
- Знаете, профессор, вы мне напоминаете некоего Павла Романовича Краевского, -
задумчиво сообщил я. - Он тоже хотел запереть меня в клетку и исследовать до посинения,
причем мое согласие его нисколько не интересовало.
- Занятно, занятно, - хмыкнул Император. - И как же вы с ним разобрались в такой
ситуации?
- Ну последний раз, когда мы виделись, он лежал с перерезанным горлом, а на моих
когтях была его кровь... - равнодушно ответил я.
- Понял, профессор? - крякнул Император. - Уели тебя, уели...
Профессор обиженно надулся.
- А вот что скажешь, если мы тебя наймем? - хитро прищурился Император. -
Подсобишь нашим умникам там, где они тебя попросят, а тебе за это денежку платить будут, а?
Как идейка?
- Соглашайся, патрон! - влез Рабан. - Пока-то я еще сориентируюсь, в какую нам
сторону лететь... Если нас далеко закинуло, может не одна неделя пройти! Надо же пока
чем-то...
- Не возражаю, - уже не слушая доводы керанке, согласился я. - Но с одним условием
- никакой вивисекции! Резать я себя не позволю!
- Ну это дело ясное, кому ж такое понравится, - ухмыльнулся Император. - А насчет
остального - договорились?
- Договорились, Ваше Величество.
- Ну тогда ступай себе... Эй, кто там есть, доставьте его по назначению! А мне спать
пора, вон врач уже весь изнервничался, по часам стучит...
ГЛАВА 22
Это - МОЙ город!
Юрий Лужков
Миновало четыре с половиной недели, с тех пор как я согласился поработать на
императорских ученых двадцать девятого века, пока Рабан ищет путь домой. Вообще, я не
пожалел о своем согласии - приятно было какое-то время пожить относительно спокойной
жизнью. Очень относительно, если честно...
К моему облегчению, оказалось, что, когда тот профессор называл Академию своей, он
имел в виду не то, что он там самый главный, а всего лишь то, что он тоже там работает.
Это меня порадовало - я отнюдь не желал оказаться под началом у кого-то вроде
незабвенного Краевского.
ЦАН, она же Центральная Академия Наук, размещалась в стопятидесятиэтажном здании,
формой напоминающем Вавилонскую башню. Каждый этаж высотой шесть метров, немалая
подземная часть, да еще и Шпиль. Кстати, этот самый Шпиль занесен в.местную Книгу
Рекордов как самое высотное искусственное строение на Земле. Собственно, он был всего лишь
узкой башней диаметром метров пять. Внутри у него размещались только опорные
конструкции, да еще скоростной лифт. Зато высота... Достаточно сказать, что верхушка Шпиля
находится выше атмосферы. А теперь попробуйте сами подсчитать, какова его высота. Как всю
эту фигню вообще умудрились построить, я просто ума не приложу...
ЦАН угнездилась в Терраполисе - столице этой многопланетной Империи. Терраполис
же располагается в самом центре Западной Европы - в двадцатом веке на его месте
находились такие города, как Цюрих, Берн, Мюнхен, Турин, Милан, Генуя, Женева, Лион,
Марсель, Ницца и Княжество Монако. Чудовищный мегаполис поглотил почти всю
Швейцарию, северо-запад Италии и юго-восток Франции. Даже до Германии дотянулся.
Впрочем, в этом мире вся Земля была единым государством.
Ученые, коих в ЦАНе насчитывалось больше ста тысяч, обрадовались мне как родному.
Инопланетяне в этом мире давно уже не были новостью - первый контакт с иной расой
состоялся восемь с половиной веков назад. А вот пришельцев из параллельных миров они
доселе не встречали. Насколько я понял объяснения Рабана, с помощью техники можно
сравнительно легко путешествовать между звездами, а вот в другие миры получается плохо. А
магия, наоборот, легко открывает врата между мирами, но даже на Марс с ее помощью
добраться трудновато.
Прежде всего меня заграбастали те самые физики, которые разрабатывали механизм
перемещения. Мне раз двадцать пришлось заставлять Рабана гонять нас туда-сюда -
несколько раз с видеокамерой, дважды - вместе с наблюдателем. Они всячески исследовали
все это, но только безнадежно разводили руками. Я написал им на бумажке Слово энгахов, но
они мне попросту не поверили! Они не поверили, что я (ну хорошо, Рабан!) просто произношу
эту фразу и перемещаюсь между мирами. Для очистки совести они попробовали сами - надо
ли говорить, что из этого ничего не вышло?
- Этого не может быть! - упорно твердил Каннинг - молодой доцент, последние
десять лет своей жизни посвятивший проблеме перемещения между мирами. - Это же всего
лишь набор звуков - как это может действовать?!
- Но ведь действует же, - неизменно отвечал я.
В конце концов им это надоело. Они объявили дальнейшие опыты в этом направлении
неперспективными и меня больше к себе не приглашали. Не очень-то и хотелось к ним
заявляться.
Генетики тоже очень, мной интересовались. Но к ним я сам ходил неохотно - все они
смотрели на меня как сластена на торт. Им явно не терпелось разрезать меня и посмотреть, из
чего я состою внутри. Только недвусмысленный приказ Императора останавливал этих палачей
от науки.
Правда, потом они тоже ко мне охладели. Я остался для них чем-то вроде винограда из
басни Крылова - видит око, да зуб неймет. Поэтому они, так же как и в басне, единогласно
решили считать меня не представляющим интереса. Я попытался заинтересовать их той самой
слизью, которую так желал заиметь Краевский, но оказалось, что в двадцать девятом веке
похожее вещество уже существует. Не настолько эффективное, но вполне пригодное и очень
дешевое. Называется - регенерин. Образцы они на всякий случай взяли, но и только.
Тем не менее оставалось еще множество других отделов, в которых меня в любое время
суток принимали с распростертыми объятьями. Биологи с моей помощью изучали флору и
фауну параллельных миров, химики - природные элементы, не встречающиеся в этом мире,
социологи - иномирные цивилизации. Физики ошалели от восторга, когда я доставил им диск
с записью мира, в котором пространство и время взаимопроникаемы. Правда, записать эту
штуку удалось далеко не сразу - я никак не мог привыкнуть к тому, что с течением времени в
том мире ты не только стареешь, но еще и движешься в определенном направлении. Причем
разные предметы движутся с разной скоростью - камеру то и дело вырывало у меня из рук.
Историки буквально засыпали меня заказами, когда узнали, что, перемещаясь между мирами,
можно реально посетить самое настоящее прошлое. Нет, не совсем настолщее, конечно, но
вполне достойную замену. Палеонтологам я доставил яйцо самого настоящего цератозавра, и
они потом долго умоляли меня привезти вылупившегося детеныша. А лучше - взрослую особь.
А уж как благодарны были криптозоологи (есть, оказывается, и такие!), когда я привез им
детеныша мантикоры...
Почти в каждой экспедиции я пересекался с Серым Плащом - он по-прежнему с
большим любопытством наблюдал за тем, что я делаю. Похоже, он ничуть не смущался, что
забросил меня так далеко от дома, - скорее, наоборот, выглядел очень довольным. Если,
конечно, эта резиновая маска вообще может иметь выражение лица...
А сегодня у меня выходной. Первоначально эти профессора воспринимали меня
примерно как персонального робота, нужного только для того, чтобы выполнять их заказы, но я
быстро их разочаровал. Я нашел удивительно легкий способ сбивать спесь с самых настырных
- я попросту стрелял в их сторону хвостом, останавливая жало буквально в сантиметре от
наглой морды. Действует безотказно.
Выходные я обычно проводил здесь же, в ЦАНе, на сто двадцать седьмом этаже. Мне
выделили здесь нечто вроде квартиры - две комнаты и довольно обширная кладовая. Обедать
и ужинать я ходил в столовую на этом же этаже. Здесь же располагались квартиры некоторых
особо фанатичных ученых, предпочитающих не покидать место работы даже... да никогда
вообще-то.
Семьсот пятьдесят метров - это очень высоко. Однако для моих глаз такое расстояние -
пустяк, я прекрасно различал всех, кто сейчас проходил внизу. Вот, кстати, что мне
понравилось в этом мире - к инопланетянам здесь привыкли, и моя внешность ни у кого не
вызывала ничего, кроме рассеянного любопытства. За те пятнадцать минут, что я отрешенно
смотрел в окно, я узрел уже троих пришельцев - красно-зеленую гусеницу с тремя десятками
толстых лапок, существо, похожее на одноглазого Колобка, и маленькую рептилию-гуманоида.
- Заходи, Кэй, - не оборачиваясь, сказал я.
- Можно? - запоздало поинтересовался Кэй - мой новый друг, весьма
многообещающий минералог. - Хей, Олег, а как ты узнал, что это я?
Направление, разумеется... Я здорово наловчился им пользоваться - своих знакомых я
могу почувствовать хоть на другом конце города. Но ему я об этом рассказывать не стал.
- Как дела?
- Да так, идут... - неопределенно ответил Кэй. - Я тут хотел насчет того камешка
спросить...
- А что с ним?
Вчера я по заказу отдела минералогии доставил им груду булыжников из пары
прилежащих миров. По большей части это были обыкновенные минералы, такие же как и
здесь, - я не очень-то в этом разбираюсь. Но вот один заинтересовал их конкретно -
тускло-желтый, внешне похожий на большой кусок окаменевшей слюды.
- Так и не расшифровали! - восторженно воскликнул Кэй. - Удивительное вещество
- совершенно никуда не вписывается! Атомный вес - двести двадцать, тяжелее свинца, а в
воде не тонет! Лазер его не берет, а простой нож - запросто! Там, откуда ты его принес, еще
есть такие?
- Да полно. Там его целые глыбы. Я-то думал, что это что-то ненужное, вот и принес так
мало... И можешь меня больше не спрашивать, я таких камней никогда раньше не видел.
- А те, кто там живет... ну в том мире... Они ничего не знают?
- Те, кто там живет, думают, что их солнце - это огромная огненная птица, которая
утром вылетает поохотиться, а вечером возвращается в гнездо. Этот камень они называют
"шолай" и делают из него топоры и дубинки.
- Ага... - задумчиво кивнул Кэй. - А принес бы ты еще немножко образцов, а?
- Кэй, я почти не сплю и поэтому тружусь в три смены, правильно?... - Я устало
посмотрел на назойливого ученого. - Так вот, завтра я с шести до одиннадцати работаю на
гидрологов - они просили притащить побольше образцов воды из разных миров. Особенно из
того, про который я рассказывал, где кислорода нет вообще, а вода почему-то есть... С часу до
шести я перехожу к ботаникам - буду собирать всякие цветочки. А с восьми до часу ночи -
теологи. Везу их оператора с камерой аж в сам ад.
- В ад?! - ужаснулся Кэй. - А почему не в рай?
- В раю мы были неделю назад. Но нас сразу вытурили - только и успели, что Врата
заснять. Хотя пленка все равно потом оказалась совершенно чистой. Тот священник так
матерился...
- Что бы мы без тебя делали, Олег... - умильно поглядел на меня минералог. - А если
сегодня, а? В качестве дружеской услуги?
- Кэй, не наглей. Я и так на вас пашу как проклятый, пожрать некогда, а ты меня еще и
выходного лишить хочешь? Записывайся в очередь!
- Хорошо... - скис молодой ученый. - А когда ты освободишься-то? Послезавтра?
- Послезавтра меня вообще освободили. Меня Его Величество в гости пригласил! -
похвастался я. - Ему тоже интересно. Вот такой вот я удивительный зверек...
- А послепосле... тьфу, в общем, в среду?
- В среду?... - задумался я. Кстати, у Рабана оказалось еще одно очень приятное
свойство - он обладал абсолютной памятью и соответственно служил чем-то вроде записной
книжки, подключенной непосредственно к мозгу. Вот и сейчас он моментально подсказал мне
мое расписание на среду, а я послушно повторил: - В среду моя первая смена - историки
каменного века, вторая - остеологи, третья - литературоведы.
- А этим-то чего надо? - изумился Кэй.
- А ты думаешь, в других мирах литературы нет? - в свою очередь удивился я. - Сам
прикинь, сколько так можно новых книг надыбать!
- Чего? - не сообразил Кэй.
- Найти, - поправился я.
Большинство моих жаргонных слов в этом мире не понимали, как соответственно и я не
понимал местный жаргон. Та самая магия, что позволяла путешествовать между мирами,
послушно переводила каждое слово, так что и мне, и жителям Земли двадцать девятого века
казалось, что мы общаемся на одном и том же языке, но этого было недостаточно. Кстати, язык
здесь тоже стал единым, хотя, как я слышал, лет пятьдесят назад тут еще оставались какие-то
другие наречия. Но к настоящему дню все они полностью забыты. А говорили здесь на некой
смеси английского, французского, немецкого, испанского, русского и арабского. Даже из
японского и китайского позаимствовали некоторые слова.
- Хорошо, так когда ты освободишься-то? - терпеливо спросил Кэй.
Я сверился с Рабаном:
- В четверг.
- А, ну это еще... - начал было радоваться минералог.
- Через две недели, - охладил я его пыл. - До этого все расписано. Так что, тебя
включать в очередь?
- Да ты чего, Олег?! - возмутился Кэй. - Да мы не можем столько ждать!
- Вас много, а я один. А будешь хамить, вообще твой отдел вычеркну.
Я не шутил. Заведующий отделом мирмекологии, после того как я доставил ему каких-то
удивительных муравьев, несколько часов подряд увивался за мной и нудил, чтобы я срочно
отправился туда же и привез ему их королеву. Я отказывался - сделай одному поблажку, и
сразу все на шею сядут, но он начал требовать. Даже мое жало его не напугало.
Тогда я просто вычеркнул его из своего списка и отказался иметь с ним дело. Он
попытался скандалить, но все остальные заведующие моментально смекнули, что теперь в
освободившееся время я буду работать на кого-то из них, и молча игнорировали все его жалобы.
Да уж, отношения между отделами тут были примерно такие же, как между кланами Корлеоне
- Барзини - Татталья. Разве что друг в друга не стреляли.
Похоже, что Кэй тоже вспомнил про этот случай. Во всяком случае, он прекратил вопить
и молча уселся в одно из гостевых кресел. Гостевых - ибо сам я так и не научился сидеть в
кресле. Хвост мешает. Так что для себя я держу обыкновенную табуретку.
- Заходи, - неожиданно произнес я.
В комнату ввалился Каллисто - физик средних лет, живущий через три квартиры от
меня. Он, как и Кэй, не успел постучать, и теперь ошалело смотрел на меня. Про Направление в
ЦАНе не знал никто - я решил придержать хотя бы один козырь.
Вид у Каллисто был очень кислый. Да что там - он выглядел так, как будто у него только
что умерла любимая бабушка и оставила все наследство соседу по лестничной площадке.
- Случилось чего? - полюбопытствовал я.
- Гав-гав, - кивнул Каллисто.
Вот, кстати, это меня сильно смешило. На местном жаргоне "гав-гав" означает примерно
то же, что в нормальном языке звучит как "к сожалению". Местные-то привыкли, а я каждый
раз, когда это слышал, едва удерживался от смешка.
- Жена звонила... - растерянно сообщил Каллисто. - Первый раз, с тех пор как... ну
это...
Эту историю я помнил. Чуть больше трех недель назад Каллисто развелся с женой.
Квартира осталась ей, а он переехал в бесплатную квартирку при ЦАНе. Ей же остался и их сын
- довольно наглый пацан лет шестнадцати. Он заканчивал двенадцатый класс (всего в школе
двадцать девятого века четырнадцать классов) и состоял в Терраполисском обществе диггеров
- под городом располагались колоссальные катакомбы, оставшиеся после Третьей ядерной
войны двадцать седьмого века.
В этом мире всего было три таких войны. Первая ядерная состоялась в конце двадцать
первого века и была трехсторонней. С одной стороны США и Западная Европа. С другой
Россия, к тому времени успевшая объединиться в единое государство с Украиной, Белоруссией,
Польшей, Молдавией, Румынией, Болгарией, странами Кавказа и Средней Азии. С третьей -
гордый и одинокий Китай. Китайцев разбомбили подчистую - кстати, именно из-за этого в
данном мире их доля на душу населения гораздо меньше, чем было в двадцатом веке. Две
оставшихся стороны кое-как согласились на ничью. Плохонькую, шаткую, но все же ничью.
Между прочим, именно после этого Россия и США стали империями - мир вернулся к тому,
что вроде бы было отвергнуто навсегда. А еще через полвека обе империи объединились в одну.
Спустя еще сто лет на планете осталось одно-единственное государство. Дольше всех
продержалась Аргентина, по каким-то причинам непременно желавшая сохранить
независимость, но в 2244 году уступила и она. Этот год и стал первым годом новой эры.
Вторая ядерная война произошла в конце двадцать пятого века, когда Земля воевала с
союзом Султаната Целиба и ГРОУС (как эта аббревиатура расшифровывается, я не знаю). В ту
войну очень пострадала Южная Америка - на нее пришлось восемьдесят процентов ядерных
ударов противника, и от амазонских лесов мало что осталось. Кстати, именно после победы над
Целибом Земля и заимела планету Ро-Тага - абсолютно никому не нужную, но все-таки
прибавившую несколько слов к официальному титулу императора...
Третья ядерная война состоялась двести пятьдесят лет назад. Тогда против людей воевали
механоиды - удивительная форма жизни, на девяносто восемь процентов состоящая из
металлов. Первопричиной стало банальное недоразумение - они узнали о существовании на
Земле роботов и решили, что те порабощенная раса. Их бедные родственники, так сказать.
Внешнее (да и внутреннее) сходство действительно было. Спустя несколько месяцев
недоразумение разъяснилось, и дипломатам удалось худо-бедно разрулить конфликт, но
Терраполис к тому времени успел сильно пострадать от бомбежек. Его практически стерли с
лица земли. Территорию очистили от радиации (в то время это уже стало возможным), но
город решили не восстанавливать, а построить новый - поверх старого. Это действительно
обошлось дешевле, но под городом осталась сеть катакомб.
Древние, с каждым годом все более ветшающие, они стали чем-то вроде второго города.
Там еще сохранялась остаточная радиация, уцелевшая после зачистки, там жили разные
подонки, не нашедшие себе места наверху, там был настоящий рассадник мутантов и прочей
пакости. Одни только гигантские крысы, непомерно расплодившиеся за эти века, доставляли
терраполисцам столько неприятностей, что общественность то и дело требовала, чтобы власти
уничтожили эти подземелья. К сожалению, выяснилось, что делать это надо было сразу же, а
теперь подобное уничтожение потребует таких деньжищ, что выгодней было оставить все как
есть.
- Так чего у тебя случилось?
- Сын пропал... - еле выдавил Каллисто. - Борух... Это меня тоже развлекало -
чудовищная смесь имен.
Примерно три четверти имен двадцатого века растворилось в потоке веков, но остальные
уцелели. Плюс к ним присоединились новые, родившиеся за эти девятьсот лет. Так что здесь
вполне можно было встретить такую ситуацию, когда отца звали, скажем, Чангом, а сына,
скажем, Изей. Причем многие имена стали фамилиями, и наоборот. К примеру, Каллисто было
именно именем - фамилию он носил Токушек. Каллисто Токушек.
- Три дня назад... - шмыгая носом, продолжал Каллисто. - Ушел со своими
друзьями... этими, которые по подземельям лазят...
- Диггерами?
- Во-во. И гав-гав... Так и не вернулись до сих пор...
- А обычно на сколько они туда спускаются?
- Да никогда еще так долго не было! Всегда на сутки, не больше... Один раз только
ночевать не пришел...
- А сотовый?
В этом мире сотовая связь стала настолько дешевой и доступной, что маленькие
аппаратики были у всех абсолютно. Даже у трехлетних детей и.столетних старушек. Встретить
человека без сотового было так же трудно, как в двадцатом веке - без штанов. Ну или юбки,
если дело касается женщин.
- Не берет в катакомбах... - поделился со мной новой информацией Каллисто. -
Гав-гав...
- Точно,
...Закладка в соц.сетях
