Жанр: Электронное издание
Rudaz-02
...оваривались! Я прямо сейчас приступаю к составлению
эликсира...
Он и вправду не стал тратить время зря - тут же ринулся к своей маленькой лаборатории
и начал звенеть пробирками.
- Я тебя так и не поблагодарила, демон, - подчеркнуто сухим тоном сообщила Лорена,
слегка наклонив прекрасную голову. - Позволь сделать это теперь.
- Пуркуа па, миледи? Почему бы и нет?
- Эй, демон, ты того... слышал, что ль, о чем мы беседовали? - немного запинаясь,
спросил воевода. Похоже, он не привык разговаривать с демонами. - Так ты это... подумай,
может, правда в войско ко мне поступишь? Нам такие, как ты, во как нужны!
- Ничего подобного, я беру его к себе в телохранители! - тут же отшила Влада
королевна. - А с епископом мы разберемся...
- Даже не знаю, миледи... - хмыкнул я. - Это все, конечно, очень лестно...
- Яцхен, как твое настоящее имя? - крикнул со своего рабочего места Магнус.
- Что-что? - не понял я. - Мистер Магнус, вы же сами только что сказали - Яцхен!
- Нет уж!... - Колдун решительно отверг этот вариант. - Это не истинное имя - для
заклятия не годится. Да ты не бойся - хочешь, я поклянусь, что не использую твое истинное
имя тебе во вред?
- Угу. Погодите-ка секундочку, вы что, хотите сказать, что для заклинания вам нужно
мое настоящее имя?
- Конечно, - колдун удивленно уставился на меня, - то, которое было дано тебе при
рождении. Иначе эликсир Памяти не будет иметь силы!
Я тяжело вздохнул, глядя на этого старого маразматика. Потом взял себя в руки и
терпеливо объяснил ему:
- Мистер Магнус, подумайте как следует, о чем вы просите. Я потерял память, вы
понимаете? Память! В том числе и память о своем настоящем имени! Мне для того и нужна
ваша помощь, чтобы его вспомнить!
- О-о-о... - разочарованно развел руками Магнус. - Так что же ты от меня хочешь,
демон? Я не думал, что ты забыл даже свое имя...
Воевода глядел на меня недоумевающе - до него явно не доходило, почему мы вообще
суетимся ради такой чепухи. Мозг старого вояки совершенно четко делил все имеющиеся в
мире занятия на чепуховые и войну. А вот Лорена смотрела с сочувствием - у нее было более
развитое воображение.
М-да, настоящее имя - это, конечно, проблема... Яков - это не имя, это просто кличка,
полученная от профессоров "Урана". Но где же я узнаю настоящее-то?
- Патрон, а ведь профессору Краевскому должно быть известно твое прежнее имя! -
неожиданно подал голос Рабан. - Слетаем к нему, узнаем что нужно, а потом вернемся сюда и
вернем тебе память, а?
- Здорово придумал! - мгновенно оценил я. - Давай, Рабан, смотаемся обратно на
нашу Землю. Навестим этого профессора, который испохабил мои мозги. Мне ужасно хочется
посмотреть ему в глаза...
- И то верно, патрон, - злобно согласился Рабан. - Его нужно как следует побрить...
До самых костей! Так что, отправлять?
- Погоди секундочку. Ваше Высочество... мистер Магнус... пан воевода... весьма
сожалею, но мне придется отлучиться на день-другой. Навестить одного старого знакомого...
Мистер Магнус, готовьте пока свой эликсир - когда я вернусь, мое имя будет при мне.
Надеюсь...
- Удачи тебе, демон Яцхен! - практически в один голос пожелали мне Лорена и
Магнус.
- А насчет войска все-таки подумай! - строго нахмурился Влад.
- Хорошо, пан воевода, подумаю. Давай, личная шизофрения, стартуй.
- Ллиасса аллиасса алла и сссаа алла асссалла! Алиии! Эсе! Энке илиалссаа оссса асса
эллеасса оссо иииииии! Эссеееаааааааа! Алаасса!
Комната Магнуса Рыжебородого стремительно растворилась совершенно в иной
местности - выжженной равнине с землей ядовито-черного цвета. Кое-где торчали... думаю,
все-таки деревья, хотя таких деревьев я еще не видел.
ГЛАВА 16
Когда наша компания выходит на прогулку, следы потом
сохраняются еще очень долго...
Брань, Глад, Мор и Смерть
- Это не Земля, - авторитетно заявил я. - И на Миргород тоже непохоже.
- Конечно, не похоже. Из Дотембрии в твой мир одним шагом не шагнешь. Если идти
через Миргород, пришлось бы сделать четыре шага, а если вот так, как сейчас, - только три.
Сейчас отдохну немного, и прыгнем дальше.
Я слегка прошелся взад-вперед. Почва под ногами крошилась и проваливалась, как если
бы я шел по прогоревшей насквозь доске. Вдали я увидел что-то напоминающее автомобиль.
Мне стало интересно.
Это и правда оказался автомобиль, только без колес. Похоже, таким его сделали с самого
начала - днище было гладким, и вдобавок оно было покрыто каким-то странным синеватым
металлом. Во всем же остальном - самый обычный "фольксваген"-"жук". Конечно, очень
старый - эта штука ржавеет здесь уже лет десять, не меньше.
- Это тоже в какой-то степени Земля, только другая, - сообщил Рабан. - Здесь уже
двадцать четвертый век.
- Это наше будущее? - недоверчиво переспросил я, оглядываясь по сторонам. На
горизонте струился дым, над головой ползли тяжелые тучи, почему-то зеленого цвета. Кроме
странных деревьев, больше напоминавших корявые арматурины, не было никаких признаков
жизни. Такое будущее мне не понравилось.
- Альтернативное, - пояснил Рабан. - После ядерной катастрофы.
- Здесь была война?
- Точно. Да не одна, а шесть войн - с Первой по Шестую Мировые. Самая первая
началась еще в девятнадцатом веке.
Мне снова стало интересно. Рабан это мгновенно уловил и принялся рассказывать:
- Первую Мировую в этом мире начала, как ни удивительно, Швейцария. Но корни всех
бед кроются гораздо глубже. Началось все в тысяча восемьсот сорок третьем году, когда в
бедной швейцарской семье родился некий Генрих Пфаальтен, человек, неизвестный в истории,
которую знаешь ты. С юных лет Пфаальтен проявлял необычайные способности. Он был
гением - однозначно гением, да таким, что Эйнштейн рядом с ним показался бы жалким
дилетантом. Пфаальтен всегда-стремился к самому истоку - к ядру атома. Он хотел расщепить
его и посмотреть, что получится. Ему едва перевалило за тридцать, когда он создал первую
атомную бомбу. Однако пока что только на бумаге. У молодого гения не было денег, и не
существовало людей, способных заинтересоваться его проектом. Академии наук и физические
институты только презрительно фыркали, когда он пытался представить им свой проект.
Маститые профессора авторитетно заявляли ему, что это бред собачий, что такое невозможно.
Неудивительно - Пфаальтен на полвека опередил естественное движение науки.
- Но потом он все-таки сумел протолкнуть эту бомбу?
- Да. А вот в твоем мире он или вовсе не родился, или умер никому не известным,
проклиная недалеких академиков, не понявших гения. Но в этом мире родился еще один
человек, которого не было в твоем, - Матиас Рейерман, сын бранденбургского крестьянина,
переехавшего в Швейцарию. У Рейермана тоже был дар, только не научный, а политический -
он умел увлекать за собой людей примерно так же, как Гитлер или Ленин. В конце
семидесятых в Швейцарии грянул переворот, его возглавил молодой Рейерман. После чего
страна превратилась в некое подобие нацистской Германии. И тогда Пфаальтен решил
обратиться со своим проектом на самый верх. Всеми правдами и неправдами он умудрился
добиться аудиенции у Верховного Архистратига Рейермана...
- Подожди. Это что же, титул такой?
- Точно. Швейцарский диктатор не был обделен тщеславием. Так вот, после того как
Рейерман ознакомился с проектом Пфаальтена, он моментально сообразил, что в его руки
попал самый настоящий клад. Он-то сразу понял, как это можно применить. Пфаальтену была
дана зеленая улица, огромные средства и строгий приказ в кратчайшие сроки создать
действующий образец.
- И ее создали, - закончил я.
- Правда, не очень быстро. Переход от теории к практике занял двенадцать лет -
все-таки дело происходило полувеком раньше, чем в вашем мире, и техника была более
примитивной. Но тем не менее ядерное оружие все-таки было создано... К тысяча восемьсот
девяносто четвертому году у Рейермана имелось уже двадцать прекрасных бомб. Не ракет,
заметь, - до реактивного двигателя в этом мире вообще так и не додумались. Первоначально
их планировали сбрасывать с дирижаблей...
- Ну и когда же разразилась война?
- В тысяча восемьсот девяносто седьмом. Причем сразу атомная - Рейерман не
разменивался на мелочи. Первое, что он сделал, - сбросил одну из самых мощных бомб на
Краков.
- И тут с Польши начали!
- Такая уж судьба у нее, видать. Впрочем, остальной мир подключился очень быстро -
новое оружие швейцарского диктатора никому не понравилось. До этого момента на то, что
там творилось, смотрели сквозь пальцы: мол, внутренние проблемы, - но когда Архистратигу
показалось мало его крошечного государства...
- Угу. Хорошо, я понял - переходи сразу к концу.
- Извини, патрон, увлекся. Ну вот, Первая Мировая здесь продолжалась почти девять лет.
Всего через двенадцать лет после ее окончания началась Вторая Мировая. Собственно, все эти
шесть войн - это одна колоссальная война с небольшими мирными промежутками. Шестая
Мировая закончилась в две тысячи одиннадцатом году, и с тех пор в этом мире войн не было.
Просто больше некому стало воевать. В конечном счете выжили какие-то несколько тысяч,
попрятавшиеся по разным медвежьим углам. Естественно, минуло три с половиной века,
теперь здесь населения побольше... Но все равно мало, и жизнь у них поганая -
радиоактивный фон за это время стал почти нормальным, но планета напоминает тлеющий
уголек.
- Угу. А вот объясни-ка - что это за тачка и откуда она здесь взялась?
Рабан на некоторое время задумался. Действительно, загадка - если в этом мире от
цивилизации не осталось почти ничего, что здесь делает эта штуковина?
- Такие автомобили изготовляли в Североамериканских Штатах Свободной Америки в
промежутке между Пятой и Шестой войнами, - наконец промямлил он. - До реактивного
двигателя они не додумались, зато умудрились изобрести антигравитацию. А вот почему она
тут валяется... Ума не приложу - разве что тоже сохранили несколько штук в каком-нибудь
бункере. А какая разница?
- Угу. Я понял. Рабан, нас здесь что-нибудь задерживает?
- Все понял, патрон. Ллиасса аллиасса алла и сссаа алла асссалла! Алиии! Эсе! Энке
идиалссаа оссса асса эл-леасса оссо иииииии! Эссеееаааааааа! Алаасса!
Сумрачный свет апокалиптического мира померк, сменившись другим - мягко-голубым.
Такой цвет обычно окрашивает небо особенно приятным утром. Только вот в этом мире небо
было сразу со всех сторон!
Я в ужасе замахал крыльями, оказавшись где-то в поднебесье, но уже в следующий
момент сообразил, что никуда и не падаю, а просто висю (или все-таки вишу? Никогда не знал,
как это правильно произносить) в абсолютной пустоте. Правда, судя по тому, что пространство
вокруг было не черным, как в космосе, а нежно-голубым, это все-таки была не пустота.
- Объяснения будут? - без лишних предисловий поинтересовался я.
- Будут, конечно... - промямлил Рабан. - Только вот как бы объяснить попонятнее...
Хм, патрон, ты, может быть, слышал, что другие миры могут быть совсем не такими, как твой?
Я имею в виду - совсем не такими.
- В смысле?
- В твоем мире... да и во всех остальных, в которых мы уже побывали, физические
законы примерно одни и те же. Вселенная устроена по единому принципу - бесконечный
вакуум, в котором плавают звезды, планеты и все остальное, что там еще есть. Но это всего
лишь один из вариантов устройства Вселенной!
Я молчал, не совсем понимая, о чем он, собственно,талдычит.
- А вот здесь Творец использовал другой вариант. Космос тут тоже бесконечен, но он
отнюдь не пуст! Звезд, планет и вообще объектов крупнее маленького астероида здесь нет. Зато
и вакуума нет - все пространство заполнено уникальным газом.
- И в чем же его уникальность? - скептически осведомился я, медленно вращаясь
вокруг своей оси.
- Идеальная дыхательная смесь. Подходит для любых живых существ. В этом мире по
космосу свободно можно путешествовать на самолете, на воздушном шаре... да хоть просто
вплавь! Еще здесь невероятно узкая температурная шкала: абсолютный нуль равен плюс
семнадцати по Цельсию, а абсолютный максимум - плюс двадцати двум по той же шкале.
Температура всегда удерживается в этом промежутке.
- Абсолютный максимум? - удивился я.
- Конечно. В твоем мире абсолютный максимум настолько велик, что его до сих пор не
смогли вычислить... э-э-э, вообще-то ваши ученые даже не знают, что он существует.
Я еще некоторое время повертелся, силясь разглядеть в этой бесконечной голубизне хоть
что-нибудь определенное. Далеко-далеко виднелась крошечная черная точка, и на этом пейзаж
заканчивался.
- Здесь хоть кто-нибудь живет?
- А как же! - искренне удивился Рабан. - Жизнь приспосабливается к чему угодно!
Только тут, конечно, все по-другому... Местные формы жизни больше всего похожи на рыб и
прочую водную живность - в невесомости ноги, крылья и прочая ерунда никому не нужны.
Зато вот реактивный двигатель, как у кальмаров, - очень даже востребован! Эй, патрон, ты
еще хочешь тут побыть или мне можно перемещаться?
- Угу.
- Угу - да или угу - нет?
- Угу. И не зли меня!
- Как скажешь, патрон. Следующая остановка - Земля! Ллиасса аллиасса алла и сссаа
алла асссалла! Алиии! Эсе! Энке илиалссаа оссса асса эллеасса оссо иииииии! Эс-сеееаааааааа!
Алаасса!
Небо над головой по-прежнему оставалось голубым. Зато я почувствовал под ногами
твердую поверхность. Снег. Холодный снег, в который я сразу же провалился по щиколотку.
Еще бы, с моими когтями ходить по снегу или песку довольно трудно.
Уж не знаю, куда нас занесло, но это ничуть не напоминало Москву - я откуда-то
помнил, как она выглядит. И тайгу, в которой я родился во второй раз, - тоже. Дело в том, что
ни в Москве, ни в тайге нет и быть не может таких гор. Исполинские пики, вершины которых
терялись где-то за облаками, чередовались с более пологими, но не менее заснеженными. На
одном из них я сейчас и стоял - примерно на полпути к вершине.
- Рабан, где это мы?
- Что? Ах да... Это Тибет.
- Тибет? - переспросил я.
- Тибет, - подтвердил Рабан.
- Тибет. Тибет? Тибет! Прости, а что мы вообще здесь делаем? Вряд ли профессор
Краевский сейчас где-нибудь в Тибете!
- Извини, патрон, у меня опыта пока маловато... - виновато пробурчал мой
симбионт, - Я просто не сумел попасть поточнее... Извини, а?
Я посердился немного. Потом еще немного. А потом простил Рабана.
- Ладно, Тибет так Тибет. А поточнее? Он большой, если я не ошибаюсь...
- Самая середка. Юго-Западный Китай, самый безжизненный район. На двести
километров вокруг ни единого человека. До ближайшего города - пятьсот километров.
- В какой стороне Москва и сколько до нее лететь?
- Северо-запад, три тысячи восемьсот километров. Десять часов полета.
- Далековато... - загрустил я. - Пожалуй, сначала я вздремну, потом поем, а уж
потом... Давай усыпляй меня... - я на миг запнулся, - усыпляй, чего ждешь?
- Так уже все сделано, патрон, - хмыкнул Рабан. - Ты спал три часа, больше тебе пока
не нужно. Еще будут пожелания?
- Будут. Как насчет еды?
- Примерно в километре к северу пасется горный козел. Упитанный, сочный, вкусный.
- Устраивает.
Я расправил крылья и взмыл вверх. Не пришлось даже прикладывать усилий -
восходящий воздушный поток поднял меня сам собой. Правда, ветер дул с запада, и меня
понесло немного не в ту сторону. Я расправил крылья так, чтобы улавливать ветер и двигаться
именно в ту сторону, в какую нужно. То же самое в свое время исхитрялись делать капитаны
парусных судов.
Бедный козлик только мемекнул, когда я упал на него сверху. Но по крайней мере он не
мучился - одним взмахом когтей я перерезал ему горло. Голова повисла на ниточке.
- Может строганину забабахаем, а, патрон? - с интересом осведомился Рабан,
наблюдая, как я расчленяю козлиную тушу. - Климат подходящий...
- Угу. Только времени нет. Сейчас перекусим и отправимся в Москву.
- Давай лучше в Питер? - хмыкнул Рабан. - В Москве мы с Волдресом уже были, а вот
в Питере как-то не довелось...
- Угу. А где вы еще были?
- Да так, там-сям... Лет двести назад в Америке были... Бенджамина Франклина
знаешь? Мы у него целую неделю гостили, даже продали ему кое-что.
- Что?
- Кое-что, - опять уклонился Рабан. - Какая разница теперь?
- Понятно. А еще с кем-нибудь из знаменитостей ты знаком?
- Ну... Так, про Джордано Бруно я тебе уже рассказывал... Еще мы пару раз встречались
с Ницше и один раз с Францем-Иосифом.
- А это кто такой?
- Император Австрии! - удивился Рабан. - Ты что, патрон, это же он Первую Мировую
развязал! Больше, кажется, ни с кем не встречались - мы не так уж часто у вас и бывали. В
первый раз еще в шестнадцатом веке, в Италии. Во второй - уже в конце восемнадцатого, в
Соединенных Штатах. В третий раз - в начале девятнадцатого, в Индии и немножко в Непале.
В четвертый - в конце девятнадцатого - в Германии и Австрии. Ну а в последний раз - вот
два года назад, в вашей России. Искали проект "Зомби"...
Прошло еще сколько-то времени... Усталости я не ощущал, безразлично наблюдая за
проносящимися подо мной красотами. Пока еще это были горные пейзажи Тибета. Но, как
подсказывала мне память, в недрах которой замаячила географическая карта мира, в
ближайшие часы должны начаться степи Киргизии и Казахстана, а там уже и до России
недалеко...
К сожалению, у моей бешеной скорости и фантастической выносливости имелась и
оборотная сторона - метаболизм требовал постоянного притока топлива. То есть, вульгарно
выражаясь, жрачки. Желудок уже не помнил о том, что сравнительно недавно проглотил
целого горного козла, все настойчивее сигнализируя о своих потребностях. С помощью
Направления я поймал на лету какую-то птицу, похожую на ястреба, и сожрал ее прямо с
перьями. Вкус отвратный, но живот на время утихомирился.
- Киргизия, патрон! - выкрикнул Рабан. - Если будешь лететь так, как летишь,
проследуем точно над Бишкеком!
- Киргизия, говоришь? Это что, выходит, мы только что границу пересекли?
- Точно так. Китай кончился!
- Ты что мелешь, дурак? - дернулся я. Уж очень эта фраза нехорошо прозвучала. - А
вот интересно, у китайцев есть такие тайные базы, как "Уран"?
- Да должны быть, - неуверенно ответил Рабан. - Что же они, хуже других? Вам,
кстати, с китайцами еще повезло...
- Чего это вдруг?
- А вот мы с Волдресом были в одном мире, там тоже есть Китай, только немножко
другой... Так вот в том мире китайцы еще в девятнадцатом веке начали "дранг нах ве-стен" -
натиск на запад. Сорок пять лет воевали, но захватили-таки всю Евразию и оттяпали себе
почти всю Африку. А потом и на Америку перекинулись. В том мире белые остались только в
Калифорнии, а черные - в ЮАР. Резервации, чтоб его... Весь остальной мир - Великий
Китай.
Я тупо попытался представить себе карту, выкрашенную одним только желтым цветом.
Два пятнышка сиротливо прячутся где-то по углам... А с Австралией что стало?
- А Австралии в том мире нет, - охотно объяснил Рабан, моментально уловивший мою
мысль. - В том мире материк My утонул целиком.
- Какой материк?
- Материк My. He слышал, что ли? В вашем мире он после первого Потопа раскололся на
два маленьких - Лемурию и Австралию, а после второго Лемурия большей частью утонула, а
то, что осталось, стало Индонезией и Филиппинами.
- Второго Потопа? А сколько же их всего было?
- Только два... кажется. А в том мире, где Китай победил, - всего один, но зато вдвое
мощнее.
- Ты-то откуда все это знаешь?...
- Чай, грамотный... - почему-то обиделся Рабан. - В том же Миргороде зайди в
библиотеку магической школы, загляни в исторический отдел, все и прочтешь. У них для
многих миров летописи есть...
- И вы просто для развлечения прочитали историю нашего мира за последние... хрен
знает сколько лет? - скептически осведомился я.
- Ну не прочитали, конечно... К твоему миру у них летописи сорок тысячелетий назад
начинаются, там месяц будешь читать - не прочтешь. Так, полистали пару часиков... Должны
же мы были узнать, куда отправляемся и чего там ждать? А Всемирный Потоп - событие
значительное, мимо него никак не пройдешь...
По-моему, получилось вполне сносное поселение, вам не кажется?
Юрий Долгорукий
- Чепуха какая-то... - загрустил я, глядя в окно.
Я уже четвертый день пребывал в относительно комфортном месте - небольшом
московском отеле, название которого вылетело у меня из головы через минуту после того, как я
его прочел. Номер мне достался не то чтобы высшего класса, но вполне пригодный для
проживания одного неприхотливого существа. Даже с телевизором. Правда, он не работал. Но
по уважительной причине - у него не было антенны. Зато можно было смотреть видео - я
купил на барахолке подержанный видеоплеер и несколько видеокассет.
Надо признать, поначалу мне пришлось нелегко. Первое, что я сделал, приземлившись в
столице России, - совершил налет на очередной магазин одежды. На сей раз я замотался во
столько слоев одежды, что на поверхности не осталось ни единого миллиметра моей
нечеловеческой серой чешуйчато-хитиново-панцирно-скелетной кожи.
Вопрос с деньгами тоже решился довольно просто - я нашел не слишком щепетильного
ювелира и загнал ему крест, конфискованный у дотембрийского кардинала. Побрякушка
действительно оказалась на редкость дорогой. Даже как золотой лом она тянула на весьма
солидную сумму, а если учесть стоимость креста как ювелирного изделия... Конечно, я
получил в лучшем случае десятую часть его истинной стоимости, если не меньше, но тут уж
ничего не поделаешь... Впрочем, расставаться с крестом мне не хотелось, поэтому ближайшей
же ночью я проник к этому ювелиру в лавку, разрезал сейф на ленточки и забрал свое добро.
Ничего страшного, он не обеднел - того, что осталось в сейфе, хватило бы, чтобы купить еще с
десяток таких крестов.
Гораздо сложнее оказалось решить проблему с документами. Помог Рабан - он дал мне
адрес человечка, который решил эту проблему для Волдреса, когда они были в Москве в
последний раз. Этот тип и вправду оказался знатным фальсификатором, или как там
называется его профессия... Паспорт, который я у него купил, выглядел даже убедительнее
настоящего. Правда, он очень ругался, что я наотрез отказываюсь сфотографироваться, - у
него имелись и готовые фотографии, но моего лица на них, естественно, не было... Я объяснил,
что мое лицо ужасно изуродовано и в паспорт такую фотографию вклеивать просто нельзя, но
он мне, разумеется, не поверил...
Конечно, я не настолько свихнулся, чтобы останавливаться в "Метрополии" или еще
какой-нибудь элитной гостинице. Отельчик, ставший моим домом на эти несколько суток, явно
доживал последние дни. В нем было всего два этажа, потолки протекали, из кранов удавалось
добыть только холодную воду, да и то не всегда. Про антенну я уже говорил... С кормежкой
вообще полный пинцет - подобными обедами, вероятно, кормят в солдатских столовках. Хотя
тараканам явно нравилось - их в этом отеле было больше, чем в Москве - лиц кавказской
национальности.
Все это время я занимался исключительно поисками чего-нибудь полезного. Профессора
Краевского, некоего Баринова или хотя бы Палача. Днем я в основном торчал в своей
комнатушке, изо всех сил напрягая Направление, а по ночам летал над городом, действуя опять
же с помощью него. Но все без толку.
Палача я не смог обнаружить вообще. Скорее всего он снова включил свою блокировку.
Да и не так уж он мне нужен вообще-то... Краевский и Баринов... К сожалению, я не видел в
лицо ни того ни другого, а найти человека исключительно по фамилии не получалось. Быть
может,в тайге что-нибудь и вышло бы, но здесь, в многомиллионном городе... Сигналы
поступали отовсюду, и мне никак не удавалось их рассортировать.
Базу "Гея" я тоже не сумел обнаружить. Я не знал даже, под землей ли она или на
поверхности. Знал только, что где-то неподалеку от Москвы. Но "неподалеку" - понятие
растяжимое, оно может означать как один километр, так и сотню. Россия велика...
Еще меня неоднократно навещал Серый Плащ... целых четыре раза. Пакостей не делал -
просто появлялся где-то поблизости и внимательно на меня смотрел. Я на него уже и не
реагировал - привык, знаете ли...
В дверь постучали. Ненавязчиво, даже равнодушно, как бы заранее извещая, что
стучащему, собственно говоря, все равно, откроют ему или нет. Чувство Направления
незамедлительно сообщило, что тот, кто за дверью, совершенно безобиден, и я оттянул
задвижку в сторону.
Вошедший парень шмыгнул носом, неторопливо поставил принесенные подносы на стол,
так же неторопливо сунул в карман заранее приготовленные чаевые и, не сказав ни единого
слова, удалился. А я приступил к ужину.
Вообще-то в этом отеле полагалось спускаться к трапезе вниз, но за отдельную плату
вполне могли доставлять жратву и в номер. Мне было бы весьма затруднительно питаться на
людях, поэтому я, естественно, выбрал последнее. Доставкой попеременно занимались двое -
миловидная зеленоглазая девушка и этот самый парень. Как ни странно, я предпочитал именно
второго - в отличие от своей напарницы он был безразличен ко всему, выходящему за рамки
его задачи. Принес, забрал деньги, бесшумно удалился. Все. А вот девушка каждый раз
пыталась завязать разговор, нисколько не смущаясь тем, что я только огрызаюсь. Ее ужасно
интересовало, почему я даже в жару (а на улице сейчас стояла редкая для мая жара) не снимаю
всех этих одежек.
Качество пищи оставляло желать лучшего. Как и всегда. Успевшая остыть овсянка с явно
недожаренными котлетами, скверно приготовленные голубцы, позавчерашняя булочка с
повидлом и вишневый компот. К компоту претензий нет - компот у них хороший. Подносов
было два - на одном три двойных порции никак не уместились бы. Как-никак это двенадцать
тарелок и шесть стаканов! Кстати, этот вопрос тоже очень интересовал любопытную
официантку - как я умудряюсь слопать такое количество пищи? Не прячу ли я здесь еще
кого-нибудь?
За едой я продолжал думать. В первую же ночь я навестил квартиру Краевского - ту, в
которой Волдрес и Рабан встречались с уважаемым профессором два года назад. Увы,
безуспешно. В квартире жили совершенно другие люди, переехав
...Закладка в соц.сетях
