Жанр: Электронное издание
RIADIN1
...м, Сельвин и Дерк
запросили пощады. Уставший не менее их Гаран милостиво согласился простить
собратьев по институту, но пообещал дать и им при первой же возможности
вкусить из лейденской банки.
— А вообще-то разовый удар током вполне озаряет мозги, — полчаса
спустя заметил Гаран. — Мне тут мысля одна в голову стукнула.
— Мысля? А-а-а, теперь ты так молнии называешь... — тихо фыркнул
Сельвин.
— А-а-а... Мысли... Ну их... Их думать надо... — зевнул Дерк.
— Мысля. Если бы всю эту энергию — да на наши нужды...
— Ну так и получил ты всю эту энергию прямо на свою "нужду"... --
съехидничал Сельвин. — Упс! Ногу с моей головы убери, а? Так-то уже
лучше...
— Да бросьте прикалываться! — рыкнул Гаран, — Я троечник, но не
дурак! Так вот: если нам набрать такой вот энергии и превращать ее в
магическую, то нам не только на все, на что надобно, хватит, а еще и на
подшутить над деканом останется!
— Так слетай к гоблинам и попроси! Скажи: я, мол, станцию вам погасил,
так что поделитесь киловаттом-другим...
— Ага! А они тебе ответят: "Так мы уже поделились!"
— Значит — у других попросим.
— Сами сделаем, еще скажи!
— А... А... А что, и скажу! Это ж идея! Все равно в столицу гоблинскую
премся, так хоть совместим приятное с очень приятным!
— А платить чем будем? — недоверчиво начал Дерк. — Говорят, что
гоблины забесплатно только прогноз погоды делают, да и то оттого, что он не
точен.
— А чековая книжка декана подойдет? — невинно спросил Гаран.
— Так он тебе ее и даст!
— Уже дал... Пока из лиан выпутывался. Правда — он об этом пока что
не знает...
— Значит — за покупками!"
Сатоурис улыбнулся воспоминаниям...
— Так что в Город Гоблинов наша троица пожаловала не в поисках рецепта
от Напасти, а с целью скупить строительное оборудование и оружие поновей. А
гоблины заявили, что карточка декана у них не котируется, им нужен живой
Серебряный Дракон. Не долго думая, троица уболтала оранжевого дракона
перебросить их в прошлое лет на тысячу, когда Серебряные были еще молоды и
встречались повсюду... Перебросить получилось одного только Сельвина... Да и
тот не мог вернуться назад. Тогда он и создал в прошлом для людей монастырь,
в котором залег в спячку с просьбой разбудить его через тысячелетие. А помог
ему в создании знамения-будильника Сморид, как раз именно для этого
отправившийся в долгое путешествие к монастырю. Ему, кажется, то ли Дерк, то
ли Оранжевый это насоветовал...
— Ты так говоришь, словно сам все это видел... — вздохнул Серый
Дракон.
— А я действительно был в те времена, — спокойно ответил Сатоурис. --
Правда — звали меня тогда немножко иначе — Саттарис, но, согласись, это не
столь уж и существенно. Что я там делал? Да расскажу, пожалуй, это тебе
может интересным показаться...
Глава 7
"Сельвин внимательно всматривался в проплывающие пейзажи: можно было в
любую секунду нарваться на врага. И это было просто: он даже не представлял
себе, как выглядят эти самые Крысы, о которых Мельтор говорил, что они
смогли без труда уничтожить целое колено драконово. Не знал также, какое у
Крыс оружие, какие привычки, какие жилища... Умение же летать бесшумно и
скрытно сводили на нет семеро Серебряных, хлопающих крыльями громко, словно
Орлы.
— А ну, тише, ребята! — скомандовал Сельвин внезапно, заметив что-то
у горизонта.
Серебряные вояки напрягли крылья и спланировали в заросли на макушке
холма. Вовремя. Кажется — никто их не заметил... Впрочем — расслабляться
не стоит, иначе можно вляпаться в очень даже большие неприятности...
...У подножья холма прямо посреди зарослей высился замок. Огромный и
немного непривычных форм, он был окружен невысокой стеной из серого
мерцающего камня. Ворота в стене распахнуты настежь, словно хозяева не
боятся вторжений... И — никого...
Внезапно легкое движение воздуха затуманило проход, и перед замком
прямо из ниоткуда возник всадник на горячем гнедом скакуне. Ладный камзол,
берет с большим петушиным пером... Спрыгнув с коня, девил огляделся.
Драконов, засевших в лесу, он явно не почувствовал, больше же вокруг не было
совершенно никого. Достав из кармана совершенно крохотную дудочку-гудочек,
всадник нажал на крохотную резиновую грушу, приделанную к ней... Громкий
звук разнесся над замком, эхом заметался по окрестностям, заблудился в
лесу... Даже конь вздрогнул и нервно всхрапнул. Никто не ответил ему, только
со скрипом и скрежетом распахнулись ворота самого замка. Внутри ничего не
было видно, лишь темнота дышала в глубине...
Проведя рукой, девил что-то шепнул. Конь мгновенно превратился в
двухмерную картинку, которая с бумажным шелестом втянулась в один из
карманов Саттариса. Оглянулся еще раз по сторонам. Никого. Крикнул в пустоту
входа:
— Эй! Слышит ли меня хозяин этого жилища! Я пришел с хорошими вестями!
Легкий шорох пролетел по округе, но ни слова не прозвучало в ответ
Саттарису. Он сделал шаг к замку. Второй. Третий...
— Слышите ли меня! Я пришел с миром! — вторично закричал он. Лишь
тишина была ему ответом... Если кто и был в замке, то он не спешил о себе
заявлять...
Войти очень хотелось, и с каждой секундой это чувство росло. Может --
это и насторожило визитера: показалось, что кто-то заманивает его в
середину, в ловушку... И что войти будет значительно проще, чем выйти...
Словно миллионы глаз впились в стоящего у входа...
Саттарис нервно оглянулся, собираясь уйти. И тут же понял, что это
невозможно. Он был окружен тремя рядами арбалетчиков. У подножья стен --
первые, на балюстрадах — вторые. Третьи стояли на самой стене.
Быстро просканив местность, он с ужасом обнаружил, что за стеной, ближе
к лесу, и в самом лесу — тоже арбалетчики... Можно было бы попробовать
убраться отсюда тем же путем, что и явился, но на наложение заклинания уйдет
восемь секунд. Интересно — сколько секунд понадобится воинам, чтобы
превратить его в ежика?.. Проверять это на себе почему-то резко
расхотелось...
— Я пришел с миром! — громко выкрикнул Саттарис и медленно развел
руки в стороны, показывая, что не держит оружия.
Никто не шевельнулся. Только тот арбалетчик, на которого упал взгляд
девила, вытянул свободную руку вперед и молча указал на вход в замок, словно
приказывая войти.
Воины были одного роста и одинаковой комплекции, одетые в серый плюш.
Неподвижностью и невозмутимостью своей они казались зловещими, как манекены.
Они были похожи, как близнецы. Как капли вина на льде зеркал... "Похожие,
как две капли помоев" — вспомнилась почему-то фраза из старой недописанной
пьесы. Саттарис читал ее недавно...
У девила хватило ума не пытаться делать шаг к выходу. В конце-концов,
будучи живым он рано или поздно найдет выход из положения, а вот мертвый уже
никак не отвертится: прийдется оказаться в вечном рабстве у своих недавних
экономических партнеров...
Арбалетчики не шевелились, один из них все так же указывал вытянутой
рукой на вход. Оставалось подчиниться моральному нажиму...
Едва он вошел в коридор, как вспыхнули три пары факелов, освещая
кусочек прохода. В видимой части коридор был абсолютно пуст. Саттарис
осторожно пошел вперед. Стоило поравняться со второй парой факелов, как
впереди вспыхнула еще одна. Так было и дальше. Факелы вспыхивали впереди и
тут же гасли за спиной. Они словно указывали, куда надо идти... Это вдруг
резко разонравилось: слишком уж тихо и мирно все было... Оставалось рискнуть
и попробовать, что будет, если пойти не вперед, а назад. Повернуться...
Сделать шаг...
Вспыхнула только что погасшая пара факелов. Ясно — мешать идти назад
по коридору ему никто не стремится. А может — и из замка никто не мешал бы
уйти, а арбалетчики — просто почетный эскорт?
Мирность коридора теперь уже не пугала, а успокаивала. А значит --
стоит идти туда, куда предлагают... Но сперва — не вредно было бы
подготовиться к возможным неожиданностям...
Девил полез в свою сумку, достал из нее серебряную ложку, поморщился и
сунул ее обратно. Следом на свет была извлечена книжка "Пособие начинающего
иллюзиониста". Открыв ее наугад, Саттарис прочел что-то, хмыкнул и уронил
книгу обратно в сумку. Третьим были извлечены очки непривычного вида.
Водрузив их на нос, девил вновь огляделся. Стекла очков позволяли видеть
истинную сущность вещей, то, что они из себя представляли...
Ну и зачем, спрашивается, было напяливать очки?! Чтобы вновь лишиться
душевного равновесия?! Глупо это...
Сквозь магические стекла стали отчетливо видны многочисленные скрытые
ниши в стенах, и в каждой нише стояло по арбалетчику, облаченному в серый
плюш. Арбалетчики абсолютно равнодушны, даже скучающи. Они словно не видят
идущего по коридору. Или видят, но им приказано пока не трогать?!
Лучники — не единственное, что разглядел девил. Стал очевидным тот
магический принцип, по которому работала система факелов. Никогда не стоит
упускать возможность позаимствовать что-то полезное. Даже в подобной
ситуации. Поэтому на свет появилась пухленькая записная книжка. Но стоило
открыть ее на свободной страничке и коснуться ручкой, начав записывать
формулу, как формула вместе с комментариями уже оказалась в книжке. Причем
— почерком самого Саттариса! Вздрогнув от неожиданности, девил испуганно
оглянулся. Стражники в нишах так же равнодушно перились в пустоту...
Это было так странно, что девил машинально зачеркнул формулу. След
зачеркивания немедленно исчез!
Медленно и аккуратно Саттарис вырвал страничку из записничка. Сложил из
нее самолетик и приценивающе оглянулся вновь, прикидывая, куда запустить
голубка. Но — передумал и развернул бумажную модельку вновь. Лист был
девственно чист! Зато в записничке вновь оказалась страничка с формулой,
словно ее оттуда и не вырывали. Пересчет страниц убедительно доказал, что
листик для самолетика не мог быть в книжке — там все страницы на месте...
Тогда Саттарис нарисовал вокруг формулы пантакль Соломона. Пантакль
незамедлительно исчез, лишь была проведена последняя линия... А может --
блокнот приобрел тут новые свойства? Или пантакли здесь не живут? Но --
нарисованный на другой страничке пантакль так и остался на месте... Тогда
Саттарис вырвал листок с пантаклем и кинул его в пламя ближайшего факела.
Ярко вспыхнув, листок сгорел и серым пеплом упал на пол. Пантакль в книжке
вновь не появился и страничка не отросла...
Девил сильно занервничал, и тут из ниоткуда раздался вкрадчивый мягкий
вежливый голос:
— Зачем же ты нервничаешь? Это — подарок тебе... Ты же сам хотел эту
формулу! Вот я ее тебе и подарил, благородный путник! Слово гостя здесь
закон... почти всегда...
— А что я взамен...
— Ничего... Это так, маленький презент... знак внимания к гостю, так
сказать... Не стоит даже благодарности...
— Слушай, забери его, а?
— Ты хочешь обидеть отказом хозяина замка, отвергая подаренное от
чистого сердца?
— Я даже не знаю имени хозяина этого жилища!
— Знаешь... Не лги сам себе — знаешь... Аль боишься сам себе
признаться-назвать?.. Я — Крысиный Король...
— Где ты? Я тебя не вижу!
— Иди по следу факелов... Я встречу тебя там... И не бойся ты моих
стражников в нишах: не тронут они тебя! Они для других гостей --
непрошеных... Ты же был приглашен: ведь для тебя я открыл двери в мое
скромное обиталище...
Вспыхнули почти все факелы. Мерцание волнами побежало вглубь коридора,
указуя путнику, куда идти. И он шел. Шел строго по пути, высвеченному
бегущими огнями факелов, минуя затемненные коридоры-отвороты, поворачивая
вслед за огнем... А за его спиной факелы гасли: к чему светить там, где они
не нужны...
Если бы не постоянные повороты, то Саттарис был бы уверен, что
пройденный путь уже значительно больше замка. По крайней мере — больше
замка, увиденного снаружи... Но — стоило лишь подумать об этом, как коридор
немедленно кончился, выводя в ярко освещенный зал.
Зал был просто великолепен. Невероятная, необъятная сокровищница. Но --
не из тех, где все валяется как попало, куча на куче. Здесь стояли и лежали
на специальных стеллажах чаши, кубки, диадемы, короны, клинки, амулеты,
граненые самоцветы... Это напоминало огромный музей, где нет запасников, где
все выставлено в экспозицию. Тему музея не установить — слишком уж все
разнообразно. А где же хранитель музея?
— Приветствую Вас, молодой человек...
Взгляд назад. За спиной девила стоит, приветливо улыбаясь, полный
добродушный мужчина чуть старше средних лет, облаченный в серый плюшевый
камзол. За спиной — тяжелая мантия из серых благородных мехов... Вот мех
серебристой лисицы, вот — песца, седого соболя, горностая... Остальные
вставки и не угадать, столь экзотичен порой мех королевской мантии. На
голове короля — простая серая корона из стали, возле одного зубца --
выщерблина, как от меча или кинжала... Это становилось уже интересным...
Девил осторожно приподнял очки. Без магических стекол почти ничего не
изменилось, только корона из стальной превратилась в массивную золотую,
украшенную большими острогранеными рубинами.
— Приветствую и Вас, Ваше Величество, — ответствовал девил, всем
видом стараясь доказать, что приподнятие очков — часть ритуала приветствия
у его народа...
— Вещи не всегда то, что кажутся... — словно сам себе заметил король.
— И тогда полезно различать, где настоящее, а где — так себе...
— Прошу прощения, Ваше Величество, но сюда меня привели вполне
определенные стремления. Как говорится в остальном мире: у Вас товар — у
Нас купец!
— Хм-м-м... И что же Вы желаете предложить мне? Или — спрошу
корректнее: что Вы желаете получить от меня в качестве... м-м-м... оплаты?
— Вы даже не интересуетесь, что я за товар предлагаю? — удивился
девил.
— А что Вы можете предложить? Думаю — то же, что и остальной народ
Вашего роду-племени: услуги. Разнообразные и без дефектов, с гарантией, так
ведь обычно Вы рекламируете свой бизнес?
— Поразительно! Вы очень даже неплохо осведомлены, Ваше Величество...
Позволю себе спросить Вас: а чем Вы вообще занимаетесь? Чтобы понять круг
Ваших, э-э-э, интересов?!
— Я коллекционер.
— И что же Ваше Величество коллекционирует?
— Души.
Ответ был прост, но именно он чуть не заставил Саттариса вздрогнуть.
Почти не соображая, что делает, бедняга чуть не перекрестился, чтобы
испариться отсюда по аварийным каналам... Но — внешне он остался совершенно
спокоен, ни одна жилка не дрогнула на лице...
— В таком случае мы с Вами, Ваше Величество, коллеги, так сказать?
— Почти, но не более. Вы ведь, помнится, коллекционируете души живых
существ, так ведь?
— Ну разумеется, а как же ина...
— Я же, — не дослушал его король, — собираю любые души, достойные
собирания... Вы посмотрите, сколько тут вещей, в которые вложены души! В
одни — авторы-творцы вкладывали душу, когда изготовляли. Другие
одухотворились в общении со своими хозяевами... Третьи — так и
задумывались... Так что души живых — это лишь крохотный участочек моей
огромной коллекции! А есть и совершенно уникальнейшие экземпляры!
С этими словами король взял с полки тонкий острый клинок ослепительной
черноты, с узорной кожаной рукоятью и медной гардой с кольцом-клинколомом.
— Вы даже не представляете себе, — улыбнулся толстяк, — сколько душ
содержится в этом клинке! Он пил даже души богов!
— Увы — сейчас они бесполезны... — резонно заметил девил. — Он не
отдаст их никому...
— Ну почему же, почему же... — пожал плечами король. — Можно легко
выпустить их... Достаточно раскрыть вот это кольцо... И все эти души пойдут
в Ваше распоряжение, если Вы окажете мне одну услугу...
— Какую же?
— Экий Вы нетерпеливый, юноша... Сперва присмотритесь, приценитесь,
подумайте, что в оплату взять захотите... Коллекция у меня богатая: сюда
попадают все вещи, которые утеряны в миру или считаются погибшими. Все они
здесь, лежат и дожидаются своего часа, когда в мир вернуться... Видите --
вот Кубок, замечательная вещь работы Курумо. Где-то на полках и Чаша его
валяется... Вон — Гронд, а вот — Гронд-младший работы Ронгара. Этот
небольшой кулончик — Лестница. Да Вы сами смотрите! Выбирайте! Можете даже
руками потрогать: это Вам не музей!
Говоря все это, король время от времени брал то один, то другой предмет
своей пухленькой рукой, затянутой в тонкую серую плюшевую перчатку. Словно
торговец, что нахваливает свой товар в лавке, при том стараясь не брать
ценные вещи голыми пальцами, чтобы не испортить их вид.
— А вот...
— Погодите минуточку... А вот этот берет с пером... Он мне кажется
очень знакомым!..
— Ну разумеется, разумеется! Это дядюшки Вашего, Мефистофеля! А
главное — что в нем! Видите — целых две души! И дядюшка Ваш, и этот
алхимик-философ... как его там... имя не помню...
— Как Вам удалось?!
— Элементарно, мой друг! Просто элементарно! Этот... который... ну...
а, вспомнил — Фаустус! Так вот, он не прошел Суда Божьего: конклав
Архангелов зарубил ему визу в Рай из-за занятий алхимией и сотрудничеством с
Мефисто, а в ад ему путь был закрыт постановлением Бога от более раннего
числа... Вот и попал он прямехо ко мне! А дядюшка Ваш завис из-за другой
непонятки: он-то проиграл исключительно пари с богом, причем проигрыш был
расценен всевышним как главенствующий по сравнению с буквой контракта. А это
нарушило условия самого контракта и создало двусмысленность положения... И
вот он у меня!.. Я положил их вместе: теперь у них будет много времени,
чтобы побеседовать, кто прав и кто виноват... Попросите одного из них
выпустить?
— Не-а! Дядюшка мне родственник, но конкурентов в бизнесе я не люблю!
— Я так и думал...
— А тот серый камень на третьей полке... Рядышком с тремя шариками...
— А, пустячок! Серое Кладбище для какого-то ответвления покалеченного
Хаоса. Просто удивительно, как некоторые могли считать эту безделушку
драгоценностью... А рядом с ним — это три луны того мира, где покалечили
Хаос... Я их по просьбе Паладайна заменил на луну Альтераана, что валялась в
запасниках... Невыгодный обмен: ни убытка, ни прибыли... Кстати, пройдем в
следующий зал. Как Вам Кладбище кораблей?
Огромный зал, огромней ангаров Звездных Рейнжеров, был уставлен
морскими, воздушными и космическими кораблями самых разнообразнейших
конструкций... Медная обшивка, дюралевые бока, пласталевая броня,
нейтритовый панцирь, звонкий борт из дариальского дерева... Порой трудно
было понять, какой стихии принадлежит то или иное судно. Вот — парусник с
причальной иглой планетарного рейсера и звонкими золотыми парусами,
прикорнул между фрегатом и каравеллой. Неподалеку — странный гибрид корпуса
лодки и торчащих вверх мачт с короткими вертолетными винтами в три ряда.
Рядом — нечто подобное, но еще и с перепончатыми стрекозиными
крыльями-веслами. Над ними — помятый бок спиралодиска... Диски, тарелки,
чечевицы, паруса, винты, крылья, кили, стабилизаторы, шасси и причальные
иглы, лыжи и гребные колеса... И среди этого великолепия — тусклая огромная
черная тварь, похожая на помесь спрута и паука, словно свалившаяся из ночных
кошмаров. Порой по глубокой черноте пробегают багровые сполохи и сиреневое
сияние...
— Это... тоже корабль? — шепотом спросил девил.
— В некотором роде... — равнодушно ответил король. — Это твой тезка
в некотором роде: Саттар. Он мне сам себя продал, в обмен на покой... Так
что я обеспечиваю ему тут абсолютный покой, чтобы никто его не тревожил, а
взамен — имею в своей коллекции самого Короля Неодухотворенности! Круто?
— Кручее некуда... — Саттарис был просто ошеломлен. — И он навсегда
твой?
— Зачем же навсегда? До тех самых пор, пока ему не придет время вновь
появиться в мире... Тогда я его выпущу туда... Точнее — вытолкаю туда,
потому что ему тут очень уж нравится!
— Он... слышит нас?
— Он спит. Я бы не советовал тебе будить его... Душу он все равно тебе
не продаст... Кстати — посмотри, кто там рядышком, на красном песочке...
На кирпичного цвета песке лежало три таких же "саттара", но помельче
размером.
— Дети?
— Чьи?! Саттаровы?! Не смешите меня! У Бездуховности не бывает детей!
Это — младшие мамбеты, в некоторых древних цивилизациях их называют иначе:
Тени. Они не урожденные мамбеты, а потерявшие одухотворение древние Корабли.
Когда люди затеют раскопки на Марсе — я верну их туда обратно, и кто-то
неосторожно войдет внутрь них, внеся витальную силу своей одухотворенности.
И они вновь оживут... А пока пусть поваляются тут, чтобы не простыли бы на
марсианской прохладе...
— Так Тени вернутся?
— А как же!
За Корабельным залом были и другие, но Саттарис вернулся в первый зал.
— Спасибо, Ваше Величество, но я уже увидел достаточно, чтобы
выбирать... Так в чем будет Ваше предложение?
— Элементарно, друг мой! Вы отправляетесь в один мир и покупаете там у
одного человека его душу. На любой срок. А я в ответ предложу Вам столько
душ, сколько Ваша душа пожелает! Кстати — как Вам каламбурчик-с?
— Ничего, очаровательно... А что за планета?
— Земля.
— Земля?! Надеюсь, душу покупать предстоит не у философа?!
— О-о-о, понимаю Ваши эмоции. После Фаустуса Вы философов не любите...
Успокою: Вы купите душу одного музыканта. Живет он, правда, в те же времена,
что и Фаустус, и даже в примерно том же регионе, но — философией не
пробавляется. А в данный момент он, кстати, направляется в город Гамельн.
— Крысолов?!
— Он самый.
— Тогда даже не спрашиваю, зачем Вам понадобилась эта афера. Остается
выявить размер оплаты... Вы говорили, Ваше Величество, что готовы предложить
мне любые души на выбор... Из чего выбираем-с?
— Присаживайтесь, покажу... — король кивнул на стоящий рядом простой
деревянный стул.
Деревянный?! В таком музее простой стул казался более чем диким! А если
взглянуть без очков?
Саттарис приподнял очки и с удивлением заметил на месте стула трон из
цельного рубина.
— Тот самый трон?
— Ага, безделушка...
— А... почему он сквозь очки видится простым стулом?
— Хе, — усмехнулся король, — А как Вы считаете, чем был этот трон
для его настоящего хозяина, а? Просто стулом, куда можно более-менее удобно
пристроить свое седалище...
Саттарис достал из кармана свой записничок и с кислой миной что-то в
нем зачеркнул. Затем заметил:
— Логично... Спасибо, но я постою... Так что там с душами?
— Если Вы пожелаете — то возьмете столько душ моих Крыс Сознания,
сколько пожелаете. Например — для начала тех арбалетчиков в нишах...
— А позвольте спросить — по какому ведомству проходят их души, а?
После смерти они попадают куда? Как быстро реинкарнируют? Попадают ли они в
Нараку, Ад, Аид, Хель, Рай, Парадиз? Может — в более экзотические
области?..
— Нет-нет! — замахал руками в серых перчатках Король, — С тех пор
как они приняли Служение мне — они могут вселяться лишь в тела Крысовы, я
сумел им дать это благо, и они теперь независимы от любых других богов!
Впрочем — если кто из них приглянулся тебе и мы поладим — то в оплату ты
сможешь взять их на любой условленный тобой срок — и немедленно!
— Спасибо, но я пока воздержусь... Я сперва хочу рассмотреть все
возможные предложения...
— Души из Черных Клинков, например...
— У меня другое предложение, Ваше Величество.
— Какое же? Слушаю Вас, молодой человек. Не стесняйтесь...
Девил вздохнул поглубже, набираясь храбрости, и выпалил:
— Вашу душу, Ваше Величество!
— И только-то? Охотно! Давайте бумазею, где там надо подписаться-то?
— Но мы не обговорили подробности контракта... — осторожно начал
девил.
— Все просто. Если Вы покупаете душу Крысолова — то в Ваше
распоряжение попадает и моя, на установленный Вами срок. Если не сможете
купить его душу до того, как его убьют или как он помрет — контракт теряет
силу... Подробности доправятся в Контракте сами... Кстати — предлагаю Вам
выбрать любые предметы, какие только пожелаете. Это не торг, а просто выбор
амуниции: предлагаю все, что Вам нужно для успешного дела. Выбирайте, не
стесняйтесь!
Саттарис вновь достал свою записную книжку и принялся сосредоточенно
листать ее.
— Ага, нашел! У Вас есть такая штуковинка, как Браслет Лата?
— Пожал-ста, — Король прошелся вдоль стеллажа и взял из полотняного
мешочка цвета бетона небольшой золотой браслет. Кинул его девилу. Тот поймал
его и сунул в карман. Отметил галочкой что-то в своих записях. Полистал
дальше...
— А... что-нибудь из средств по созданию магических Сетей имеется?
— Лови!
Следом за Браслетом полетело колечко ослепительно-белого света. Девил
поймал его и поставил еще одну галочку в блокноте. Затем сунул Кольцо в
карман и застегнул его поплотнее. Поклонился:
— Спасибо за него, Ваше Величество!
— За них, молодой человек, за них...
— Ах, да, еще ж Браслет...
— А еще я тебе посоветовал бы взять с собою Чашу.
— Спасибо, но я как-нибудь воздержусь... Опасная вещица...
— Опасная для того, кто из нее пьет... А вот для того, кто не пьет, но
дает испить другим — ну совершенно безвредна!
— И все же — я не хотел бы рисковать...
— Ваше право, юноша... Может — возьмете еще что?
— Думаю, я
...Закладка в соц.сетях
