Жанр: Электронное издание
RIADIN1
...уголков, и размышляют... Они готовы
поделиться воспоминаниями и своими мыслями о тонкостях строения Мироздания,
призвать слишком горячие головы к размышлениям и рассудительности...
Благородны Драконы Смирения. Но — забывает часто народ, что таковыми
становятся они лишь к старости, пресытившись увиденным и испытанным. Молодые
же — часто горячи, нахальны и ядовито язвительны. И нередко творят не то,
что подсказывает рассудок, а то, что на ум взбредет. В текущий момент...
Брантос был молодым драконом, едва вышедшим из подросткового возраста и
поэтому переполненным озорством и легкомысленностью.
Ну сами посудите: кому еще могло взбрести в голову долететь до
северного полюса и там струей пламени выжечь в вековечных льдах крупными,
чтобы видно было из космоса, буквами "Этот Полюс в 1027 году посетил и
отметил Брантос Карэ".
Возникнув прямо над полюсом, Брантос принялся поливать льды огнем.
Дело спорилось, и огромные канавы, заполняемые талой водой, уже
сложились в "Полюс" и дату, когда посредине слова "посетил" блеснул под
водою металл. Серый, словно сталь или серебро, подернутое дымкой веков.
Оставив тело парить над недописанным словом, Брантос вылетел астральным
телом из своей физической оболочки и спикировал на обнаруженное сокровище.
Сквозь толщу воды просматривались два огромных металлических кольца,
вложенные одно в другое и...
Рассмотреть подробности он не успел: что-то с силой ударило его по
носу, и он мгновенно оказался вновь в физическом теле!
— С каких это пор драконы суются в те места, откуда их так беспардонно
гоняют? — спросил сам себя Брантос. И сам же себе и ответил:
— ВСЕГДА!!!
Он нырнул в воду и стремительным зигзагом пронесся в глубину. Вообще-то
любые драконы чувствуют себя в глубине ничуть не менее уютно, чем дома.
Когда тебя окружает все уплотняющаяся реальность — ты ярче видишь все
необычное вокруг. Черные, пораженные эффектами глубины, вообще переселились
туда навсегда, лишь изредка появляясь в надводной мировой реальности. Но
Синие не разделяют их восторгов от глубины, прыгая в Пространстве куда
угодно и вольготно чувствуя себя и в небе, и под водой.
Металлоконструкция надвигалась, словно колесо с девятью спицами. Кто
обронил ее тут в незапамятные времена? Сколько столетий валяется она, утопая
все глубже в снегу? Уж не легендарное ли кладбище Духов Льда?
Растопленная пламенем минут пять назад, вода начала промерзать вновь.
Не хватало еще замерзнуть тут, как праук в янтаре!
Брантос рванулся вперед и вниз, переносясь к самому ободу "колеса".
На мгновение в глазах потемнело, и вдруг он понял, что вместо воды
вокруг воздух! Жутко болела голова.
Машинально распластав крылья, синий дракон заложил вираж и огляделся.
Только что вокруг был колючий холод — а теперь вдруг жара и влага океанских
просторов. Субтропики.
Врожденное чувство пространства подсказало: сорок третья параллель,
северное полушарие. Глаза добавили к этому панораму моря и небольшой
каменистый островок далеко внизу.
Закружилась вдруг гудящая голова. Инстинктивно Брантос напрягся и
телепортировал к истокам Матери Всех Рек, где располагался его дом...
Лес замер, как перед грозой, и вдруг что-то незримое пронеслось,
расщепляя деревья и истирая в пыль травы и кусты. Метнулся в сторону зеленый
дракон, что-то нервно выкрикнув парящему над джунглями силуэту. В ответ с
неба донеслось размеренно-спокойное:
— Вчера ж еще предупреждал: сегодня испытываю заклинание. Новое.
Необъезженное! Кто не спрятался...
Зеленый описал две петли вокруг фиолетового гиганта и что-то тихонечко
пробормотал себе под нос. Разбитые деревья почти мгновенно срослись, и новая
трава прорезала землю.
— Испытатель... — фыркнул зеленый, — Бога на тебя нет,
экскрементатор!
— Бог спит, и будить его негоже... — философски заметил фиолетовый. И
вдруг рухнул вниз, сметая все на своем пути и утробно рыча.
— Психованный, — вздохнул зеленый и полетел подальше от греха.
Сельвин, Дерк и Гаран в уютной пещере, оборудованной под лабораторию и
временное жилище, рассматривали скелетик, найденный еще позавчера. Судя по
запаху и радиоуглеродному анализу — костям было не менее тысячи лет. Тем не
менее они неплохо сохранились. Вероятно — это был какой-то ныне полностью
вымерший грызун, ростом со среднего человека, и умеренно разумный. По
крайней мере, левой передней лапой он тянулся к отлично сохранившемуся
арбалету из незнакомых материалов, значит — умел им пользоваться.
— Или — хотел научиться, — заметил Дерк. — Доучился...
— Воскресим — спросим, — предложил Сельвин.
— Сперва спросим с того идиота, что сверху буянит! — рыкнул Гаран и
кинул на трясущийся потолок недовольный взгляд.
— А если это декан? — невинно спросил Сельвин.
— С декана спросим!
— Тебе бы все спрашивать! Вот провалим лабораторку — будем знать!
— Если скелет рассыплется — точно провалим! — и Гаран метнулся к
выходу из пещеры, хватая в лапы то, что казалось потяжелей.
— Эй, положь микроскоп на место! — завопили хором Дерк и Сельвин.
Гаран не удостоил их ответом.
— Будет гнев декана, — вздохнул затем Дерк.
— И будет он страшен... — добавил Сельвин, но договорить не успел:
что-то могучее сдавило мозги и навалилось многотонной тяжестью. Сперва
показалось, что рухнул свод пещеры. Затем — что кому-то стало интересно
содержимое их завтраков. А затем — пришло ОНО. Чувство ненависти и желания
уничтожить, направленное на бедных драконов. То же чувство, что сбило с
высоты их собрата над джунглями. Жуткая головная боль и ощущение, что тебя,
именно тебя сейчас кто-то очень могучий желает убить, раздавить как
праука!..
Ощущение пропало так же неожиданно, как и появилось. И тут сверху в
потолок пещеры ударило что-то большое и тяжелое.
— Лабораторка провалена, с чем вас всех и поздравляю! — рыкнул
Сельвин, с отчаянием глядя на рассыпающиеся в пыль кости. — Чтоб я
пожелтел!
— Ага! — злорадно добавил Гаран, — вот как к ректору вызовут да там
за грехи за все... — он похабно ухмыльнулся, — Так будешь чувствовать
себя, как желтый в девятилетку!
— Ах ты!.. — и Сельвин кинулся за убегающим сотоварищем.
Последним из пещеры выбрался Дерк. Глянув на Сельвина, вываливающего в
грязи Гарана, он миролюбиво произнес:
— Порезвились? А теперь слушай мой совет. Почему мы лишились скелета?
Да потому, что он был хрупкий! Сель, ты самый тут вумный из нас, так вот
тебе задача: придумай, как укреплять такие вот ископаемые! Если принесем
такой метод — зачет нам поставят точно!
— Не поставят! — и Сельвин кончиком хвоста указал куда-то за спину
Дерка.
Порывисто оглянувшись, дракон увидел охающего и потирающего отшибленные
бока декана, пытающегося выбраться из-под завала деревьев и ОЧЕНЬ
быстрорастущих лиан. Вдалеке слышалось тоненькое похихикивание Зеленого...
— Поможем? — с надеждой спросил Сельвин.
— За заче... — Гаран не договорил, вновь макнувшись в грязь.
— За зачет, — подтвердил Дерк.
— Так, студенты! — рявкнул освобожденный декан. — Что вы угробили
скелет — я уже услышал! Что я вам в этом помог — сделаю вид, что на первый
раз поверил! Что кто-то тут собрался косить под Серого дракона — на первый
раз не замечу. Не улыбайся, грязь все равно стоит смыть! Так вот — сменяю
вам задание!
— Наказать зеленого змия? — с радостным нетерпением спросил Гаран.
— Зеленку я сам! Может быть... А вам — сами перевыбрали тему: ищите
методы упрочнения. Но это потом. Пока же — узнайте, кто на нас наезжал!
Время не ограничиваю, но если к сессии не успеете — гарантирую незачет!
— А если найдем?
— Если? Вот тогда и поговорим!..
— М-да... Послал нас шеф на задание, — глубокомысленно изрек Дерк,
как только декан скрылся из поля слышимости.
— Уж послал так послал, — ехидно ухмыльнулся Сельвин.
И только Гаран летел молча, прошаривая все мыслимые диапазоны вещания и
роняя в глубину джунглей отваливающиеся куски подсыхающей серой грязи...
Впрочем — джунгли под ними завершились значительно раньше, чем грязь на
брюхе...
— Итак, — нарушил молчание Гаран. — Что я понял. Напали на всех
наших. Одновременно!
— На весь институт?! — Дерк даже сбился с курса и качнулся от
удивления, — Так это что, универовские подшутили?! — и он собрался
развернуться и полететь в противоположном направлении.
— Остынь! — рявкнул Гаран, — На них тоже напали, они тоже верещат во
весь голос! И на остальных! На всех — это на всех фиолетовых! Так что летим
куда летели, пускай гоблины нам подскажут, что и к чему, они умные!
— Ну вот, три дня переться, а мы сорвались тут, понимаешь ли, даже не
пообедали...
— Зато даму хорошо в грязи изваляли! — довольно фыркнул Сельвин.
Гаран хотел было возмутиться и затеять драку в полете, но затем
смекнул-таки, что Сельвин имеет в виду их "случайное" задевание той
смешливой зеленой драконессы, что мило упаковала их декана в лианы... Она
так неосторожно пролетела между ними, когда они, совершенно не заметив ее
стройную фигурку, кинули друг в друга по парочке заклинаний... И попали...
Не в сотоварищей... А внизу — гря-а-азь! Серая!.. Видимо — от
благодарности декан и посоветовал им поискать помощи у гоблинов в их старой
столице...
— А вижжала-то она, как трезвеющая брукса! — довольно ухмыльнулся
Гаран.
— "Как ты при таком же купании..." — тихонько подумал Сельвин, но
благоразумно смолчал...
— Слышь, народ! А может — это желтые выпендривались?! — вдруг
спросил Дерк. — Тогда мы немного не туда летим!
— Туда... — возразил Сельвин, — Или тебе охота выслушивать этих
желтых ослов, страдающих недержанием молитв? Запишут нас в свое Желтое
Братство, и пикнуть не успеем! Пусть уж гоблины с ними разбираются! А наше
дело...
— Наше дело — допрашивать всех, кто в эфир не вылез! — резонно
заметил Гаран.
— А вдруг...
— Декан сказал — к гоблинам, значит — к гоблинам! — прервал
дискуссии фиолетовый забияка.
— Первым делом по дороге стоит допросить Голубых! А они, блин,
болтуны, но все, что болтают — не в тему!
— Да уж, потрепаться любят... Не драконы, а справочное бюро... Охотно
перечисляющее списки, чего они НЕ знают и НЕ видели!..
Клан Фиолетовых был не единственным, испытавшим на себе неизвестное
нападение. Как ни странно, но почувствовали его и давние противники
Фиолетовых — Желтые...
Храм их стоял далеко на востоке, у истоков реки Леран. Величественный и
могучий, он словно рос из холмов, являясь их продолжением. Способный
вместить толпы — сейчас он был почти пуст...
Лишь раз в девять лет собираются здесь драконы. Собираются, чтобы
принять участие в Великом Таинстве Продолжения Рода. При этом молодые
драконы поют гимны Всевышнему и Светлые молитвы, а семеро Избранных
выполняют сам ритуал. Три старейших и наиправеднейших дракона и три наиболее
верных Единому драконессы занимаются слиянием телес, седьмой же, в этот день
воздерживающийся от плотских радостей, читает Молитву Чистоты И
Непорочности, превращающую плотский грех в угодное Единому действо. И --
старейшие драконы порождают новых, Самых Молодых. И не все удостаиваются
чести к старости стать Продолжателями Рода, ибо лишь самые праведные
достойны нести праведность далее в детях своих, сорное же семя не должно
давать плодов своих!
Сейчас шел только третий год после прежнего Праздника, и поэтому в
Храме было лишь двое драконов и драконесса. Внезапно, посреди молитв
праведных, ощутили они страшный гнев и ярость, что низошли на них, и чуть не
предались греху, невзирая на обет Воздержания. И было это страшно. А затем
чья-то ненависть навалилась, желая смести с лица мира, и было это неуютно.
— Это все происки Врага Мира! — воскликнула драконесса.
— Враг вернулся. Он уже здесь, — холодно изрек старейший.
— Мы — оповестим всех.
— Встречаемся здесь же ровно через сутки. Я — к Черным. Крунская — к
зеленым. Ты — охраняешь Храм от посягательств Носителя Греха.
Черные — редко поднимаются из глубины, и отзовутся ли на зов? Стоит
лишь в одном месте пытаться позвать их — в небольшом море на юге... Под
сильными крыльями воздух рвется и свистит, внизу проносятся заливы и реки.
Мелькнул каменистый островок. Снова залив... Лес...
Этот лес Желтые не любили: здесь устроили свою резиденцию Фиолетовые,
что вместо поисков Духовного Совершенствования во имя Единого занимались
богопротивной наукой и признавали богом Врага Мира, что давным-давно
трусливо спрятался от бога в теснинах Вечных Холодов.
Старейшина давно убедил сам себя, что все причины ненависти к
Фиолетовым — в греховном пути их. И даже верил себе, кажется... На самом же
деле он просто боялся очередной пакости, которую могут устроить Фиолетовые
не благородной и богоугодной магией, а с помощью своих хитрых приспособлений
из металла и кремния.
На удивление — в лесу было тихо, и никто не мешал долететь ему к
морю...
На клич Желтого Собрата поднялись из глубин морских Черные Драконы
Глубины.
— Зачем пожаловал? — лениво спросил старейшина Черных.
— Вы знаете наверное уже, что вернулся в мир Враг Мира, и что первым
своим деянием пожелал он истребить нас, драконов! И поэтому я призываю...
Договорить он не успел. Перебивая его, Черный заявил:
— Отучаемся говорить за всех, лады? Истребить всех, говоришь? Видать
— не потрафили вы, желтые, раз вас собираются шлепнуть! Или согрешили, а?!
— И вас убьет он, неужели вы не поняли этого?
— Не-а! Нам было дано ясное знамение, что нас любят, и что мы не
просто останемся целыми и здоровыми, нам пришедшая сила обещала успехи и
процветание!
— Во имя Священной Войны...
— Слушай, отцепись, а? Достал ведь! Открытым текстом говорю: мы не
лезем в ваши желтые заморочки! И отказываемся поддерживать ЛЮБУЮ войну, хоть
праведную, хоть какую! У нас какое правило: в глубине все равны и свободны!
Ну так и не зарься на нашу свободу!..
И Черные тенями скрылись в глубине моря, оставив Желтого наедине с его
праведным негодованием...
Крунская спустилась посреди прекрасного ухоженного леса и огляделась по
сторонам. Как мило. Как уютно. Была бы лет этак на сто-двести моложе --
переселилась бы сюда, наслаждаться совершенством природы. Валяться на
травке, слушать щебет пичуг... Неужели старею?!
От дерева отделилась тень. Чуть темнее лиан, чуть проворнее молнии.
Спиралью ниспала с дерева, покружила вокруг драконессы. Замерла перед ее
носом. Изумрудными глазами взглянула на Крунскую.
— Добро пожаловать в наши леса, — Зеленые всегда неимоверно вежливы и
улыбчивы. — В гости, отдохнуть на природе? Развеяться?..
— Вот смотрю я на тебя и удивляюсь: вы все такие беспечные стали, или
ты один?..
— Во-первых, одна... Во-вторых — а в чем же беспечность? Или есть
повод для беспокойства?!
— А то его нет! Или ты не чувствовал, как Враг Мира напал на всех
драконов и грозил уничтожить их быстро и бесповоротно!
— Враг Мира?! — зеленая драконесса разволновалась. — Я ничего не
чувствовала... Но — вам, Желтым, виднее... Побегу, сообщу мужу!.. Кстати --
мы можем чем-то помочь?
— Можете. Собирай добровольцев, и через неделю ровно ожидаю всех
пожелавших вступить в Битву на землях Кривого Острова.
— Битва состоится там?
— Не-ет! — рявкнула Крунская, — Сбор состоится там! Сбор участников
Битвы!..
Бурление улеглось, и вновь только мерный бег волн морщил море. Делать
было нечего: на Черных надежды не будет... Желтый распахнул крылья, готовясь
взлететь, когда у самого берега появилась из воды голова.
Был этот дракончик уродлив даже по меркам Черных. Хиленький,
щупленький, с неимоверно разросшимися надбровными дугами, нависающими над
глазами козырьком. Сами же глаза глядели из-под козырька плутовато и
затравленно.
— Они ушли, потому что им обещана власть, когда остальных победят, --
без предисловия выпалил дракончик. — Я их обличал! Я им всегда доказывал,
что пути их порочны! А они не прислушивались ко мне! Они гнали меня и
говорили, что не терпят меня в глубине! Ну что же: пусть они погрязают в
распутстве и своих бездарных играх, пусть ждут обещанного послепобедного
блага, пусть не терпят моих обличений — я-то знаю, что надо делать!
— И... что же? — спросил немного ошалевший старейшина Желтых.
— Ясный пень: помогать вам, Желтым, в борьбе! Приказывайте — исполню!
На всякий случай старейшина просканировал мысли дракоши. Странно — но
он говорил правду! Он действительно готов служить! И действительно не раз и
не два говорил он с другими драконами глубины, с каждым в отдельности, и
пытался доказать им их ничтожество и никчемность, неправильность их пути...
А в ответ — его пинали и гнали, на него рычали, а раз даже сломали плавник
(вон он, след на правом плавнике от того перелома...). И прозвище прилепили
оскорбительное, издеваясь над надбровными дугами-переростками: Козырек!
Щипали и шпыняли! И — никто не любил!..
— Значится — так! — изрек старейшина, закончив сканировать, — Ты
отправишься на северо-северо-запад, проникнешь в Ледяной Замок Печали и
узнаешь планы тамошнего Владыки. А главное — обличи его и направь на Путь
Истинный, чтобы понял он заблуждения свои и признал Истинного Бога!
Раскаялся чтоб! Я — верю в тебя!
И с этими словами Желтый взмыл в небо и помчался на север. Под ним
промелькнула троица Фиолетовых, так увлеченная своею беседой, что даже не
приметила своего вечного соперника, не почувствовавшая, как он покопался в
их головах и выловил там одну мысль...
Черный Козырек посмотрел вслед улетающему и тихо шепнул:
— Еще как переубежу! Но не в имя тебя, ящерица молитвенная, а во имя
Великой Истины! А затем и тебе докажу, что не прав ты в своих убеждениях!
Он не любил никого. И не верил он тоже совершенно никому... Ни своим,
ни чужанам... А поэтому решил сперва отправиться строго на запад. Конечно --
драконам глубины проще плавать, нежели летать: плавники — это не крылья. Но
тогда оставался бы риск нарваться на своих собратьев... А при новых планах и
перспективах это было бы очень некстати...
Левитируя из последних сил, Козырек черным червяком пролетел над
джунглями Фиолетовых и с наслаждением плюхнулся в воды истоков Ладона.
Теперь можно было расслабиться и отдохнуть, пока течение будет нести тебя
через Пустошь, Ламир и Дион к самому Эгернийскому морю... Прохлада
успокаивала...
Ворвавшись в Храм, старейшина нервно выкрикнул:
— Значится так: Черные предали Дело! Все, кроме одного! Нам надо
спешить, скоро может начаться Война!
Он так явственно выделил слово "Война", что только глухой бы усомнился,
что речь идет о Великой Войне из пророчеств...
— Зеленые на нашей стороне, — равнодушно доложила драконесса.
— Неплохо! Но не это сейчас важно! По дороге я встретил трех
Фиолетовых. Ясное дело — их интеллект не смог устоять против натиска моего,
и я прочитал в их мозгах, что они отправляются в Город Гоблинов на западе. И
сейчас я принимаю решение: мы летим туда же, чтобы разведать, зачем им
понадобились гоблины!
— "Натиск интеллекта!.. — мысленно хмыкнула Крунская, — Урвал
случайную мысль — и бахвалишься, словно мальчишка... Титан мысли!.." — к
счастью, у нее хватило такта не высказать это вслух. А прочесть ее мысли
Старейшему не удавалось никогда...
Подобно трем ослепительно-желтым стрелам вылетели драконы их Храма. Они
мчались на запад. Мчались, не забывая время от времени телепатически орать
на общей для всех драконов волне: "Слава Единому Богу! Слава Единому!"
Брантос вынырнул прямо над Матерью Всех Рек и теперь лениво парил,
вспоминая недавние происшествия. Жаль, конечно, что не удалось добраться до
железячки, но с другой стороны — никуда она из-подо льда не денется, так
что будет еще время покопаться там... А вообще-то забавная фиговинка, стоило
бы ее присоединить к своей коллекции безделушек..."
На этом сон и оборвался...
Глава 6
Ашана рассказывала Серому Дракону о других Драконах, вспоминая
поведанное Учителем. Затем вздохнула:
— Я все пытаюсь распределить Драконов по цветам... Смотри, что
получается... Белый — драконы удачи, радости и любви. Они же — Драконы
Дороги. Голубой — горные драконы. Обитают у родников и горных чистых рек...
Зеленый — драконы жизни. Древесные драконы, так сказать, творцы новой жизни
в природе. Фиолетовый — Драконы Тьмы. Драконы Ночи. Маги от рождения. Синий
— драконы смирения, они несли духовное самосовершенствование. Черный --
драконы вод. Красный — драконы неба. Именно из их рода явился и стал их
старейшиной Сморид Великолепный. Желтый — драконы Света. Оранжевый --
драконы Времени, для которых просто нет такого понятия, как "прошлое" и
"будущее", а есть только размазанное по всем временам "сейчас"... Серебряный
— покровители магии и алхимии, перенесшиеся на ¦ми. Золотой — не знает
никто, но и самих Золотых никто в глаза не видал, о них лишь легенды бытуют,
странные и противоречивые... Фейери-драконы — пестрые до аляповатости --
вообще несерьезные создания...
— Так в чем же вопрос, дитя мое, — пробасил Серый...
— А ты... Серые — вы драконы чего?
— Дракон звезд, если так можно сказать. Дракон "Эй, Ты Там, Подвези
Меня До Этой Звезды И Не Забудь Потом Вернуть Обратно!" Я не прославился
подвигами, как те, о ком ты мне говорила, хотя и помогал людям
неоднократно... А они... Они бросили меня, лишь только убедились, что у меня
нет больше силы летать... Ушли и сгинули черт его знает где...
— Ты их ненавидишь за это? — осторожно спросила девушка.
— Ненавижу?! Хм, зачем? Они поступили именно так, как и поступили бы в
этой ситуации все... А разве ты поступила б иначе?
Ашана вспомнила, как помогала добраться раненой Элге до ближайшей
пещеры, где ее не приметили бы вражеские патрули, как месяц выхаживала ее,
вечерами в сумерках выходя на охоту, чтобы добыть мясо, необходимое
драконессе... Как вернулась в отряд под радостные крики бойцов... И как Арат
отказывался носить на себе другого бойца, когда Элмир погиб, но кинулся на
помощь совсем неизвестному пацану, на которого напала волчья стая... В
отряде всегда драконы заботились о людях, а люди — о драконах... И Ашана
ответила уверенно:
— Да. Иначе. Я не привыкла бросать друзей в беде. Видимо — я
старомодна.
— Ты знаешь, — вздохнул дракон, — Я сейчас с удивлением понял, что
волнуюсь за них... Кто знает — может, они отправились за подмогой, и
сгинули в пути... Или попались в лапы копам, а это пострашней стаи волков
будет... Или заплутали... Скорей всего — они просто бросили меня, как и
всякий разумный человек на их месте, а я вот волнуюсь... За них волнуюсь...
...Девушка ушла на охоту — людям надо что-то есть, они не умеют
питаться солнечным светом... Очень захотелось поболтать с кем-нибудь. С кем?
Рейст — неразговорчив и подозрителен по природе, Сатоурис сам вызывает
подозрения... И все же он лучший собеседник, чем Всадник...
Серый Дракон рассказал ему свой сон...
— Логично! — радостно воскликнул тот, — До жутиков логично! Осмелюсь
предположить, что все именно так и было! От себя же добавлю, что Сельвин,
Гаран и Дерк долетели до цели и получили советы от гоблинов... Правда — не
совсем те, на которые рассчитывал их декан. А все оттого, что в пути с ними
случилось маленькое приключение... Хочешь, расскажу? Ну, тогда слушай!
"-- Все на своих да на своих, — проворчал Гаран, — Создать бы
реструкцию помощнее, да накрыть эпицентр угрозы, расщепить к черту и не
мучиться!"
— Ну-ну, а силенок-то хватит? — скептически хмыкнул Сельвин. — Ты
вот Ролу приворожить пытался — сколько тебя потом от стены отшкребали?
— Так ведь тогда вся энергия на курсовой шла, вот и прокололся! --
жиденькая струя пламени пронеслась над макушкой Сельвина и угасающим салютом
вяло осыпалась вниз, на землю. Похоже — Гаран был не на шутку раздосадован
воспоминанием.
— Да и огонь — так себе, — фыркнул было Дерк, но развить свою мысль
не успел: чуткие драконьи уши уловили доносящиеся с земли интересные слова.
Вообще-то язык был гоблинский, знакомый, но смысл почти не улавливался:
что-то о ящерицах-переростках и особенностях их интимной жизни в узком
родственном кругу.
Лениво скосившись на землю, Сельвин узрел пылающую крышу какой-то
куполообразной гоблинской постройки, окруженной мельницами с громадными
узкими лопастями...
— Поможем гасить? — спросил Дерк, проследив за направлением взгляда.
— Не думаю, — лениво зевнул Сельвин. — Кажется — уже помогли...
Пусть уж лучше их автоматика гасит следы ревности нашего Гарана.
— Так это я?! — взрычал вдруг Гаран.
— А кто же еще огнем тут плевался? — съехидствовали его сотоварищи.
— Ма-а-алчать! Так это Я — ящерица недотраханная?! Да я им щас такое
напогашу! — и дракон молнией метнулся вниз, щедро сбивая пламя запасами из
мочевого пузыря.
Проникнув сквозь прогорелую крышу, едкий раствор сбил пламя и... В
следующий момент Гаран отлетел в сторону, окутанный зигзагами молний.
— Догасился? — хмыкнул Дерк. А Сельвин пропел:
— Умник наш поссял на клеммы!
Спустя часа три, утомленные скоростным полето
...Закладка в соц.сетях
