Жанр: Электронное издание
RIADIN1
...ые, по всей вероятности, содержали какие-то значащие
символы.
— Мы пытались их расшифровать, — прочитал намерения Загорского
старик. — Никаких результатов, хоть все время кажется, что идея символики
до невозможного проста.
— Ну, это ВЫ пытались.
— Ну теперь попробуете и Вы, — в его голосе почудилось: "Теперь это и
Ваше родовое проклятие".
На обратном пути к проникателю хранитель задумчиво добавил: --
Вещества, из которых состоит этот летающий храм, тоже не поддаются хим.
анализу, разумеется нашему, мембарскому, — поспешно добавил он, увидев
выражение лица СБ-шника.
Когда проникатель отошел от "ската", старичок заметил: — Паучка
посетить не предлагаю, так как Вы... опасаетесь к нему приближаться, хотя и
непонятно почему: наши исследователи излазили его вдоль и поперек.
— И они после соприкосновения с ним остались живы? — удивился
Загорский.
— Как видите, я был среди них.
— Вы это... нашли там, где я думаю?
— Нет, на него наткнулся наш лайнер шестьдесят лет назад. Корабль был
пуст и заброшен, так же как и "скат". Но в отличии от этого летающего
недоразумения, был абсолютно сломан, да и покинут экипажем незадолго до
обнаружения.
— ЭКИПАЖЕМ?
— В составе одного человека, если верить выводам нашей комиссии.
— ЧЕЛОВЕКА?!
— Тени, как известно, не оставляли в кабине обертки от поп-корна,
бутылки из-под ликера и кока-колы, и не обвешивали всю кабину, от пола до
потолка, зеркалами. Причем последнее заставляет нас думать, что корабль
принадлежал женщине.
Сочетание ликера, поп-корна и кока-колы показалось Загорскому до боли
знакомым, но расспрос Малдера он решил отложить до возвращения на Землю.
Тем временем проникатель поднимался в зенит конструкции, приближаясь к
огромной, багровой сфере диспетчерской службы. У главного шлюза был
пришвартован до боли знакомый варлонский "клевер-четырехлистник".
— О-о-о! И тут они! — простонал Загорский.
— Не переживайте, Яромир Савельевич, — сказал хранитель, — Это всего
лишь мой сменщик... — и вдруг, резко сменив тему, продекламировал:
И высоко над облаками
Летим в пространственной пыли,
Где со времен войны с Тенями
Ржавеют наши корабли...
СБ-шник окинул взглядом стройные ряды припаркованных ветеранов и
хмыкнул:
— Я-то кладбище кораблей представлял себе как грандиозную свалку, где
толкутся на орбитах стада металлолома, временами сходящего с орбит и
падающего на планету...
— Как это по-земному, — вздохнул старик. — У вас, людей, полное
пренебрежение к Кораблям... Вы или просто роняете их где попало, или делаете
из них орбитальные бордели и забегаловки.
— А Вы считаете, что лучше было бы разрезать эти корабли на
металлолом?
— По крайней мере — это было бы честнее по отношению к самим
Кораблям. И порядочнее. Они заслужили почет и покой... А у Вас там от
Великой Войны остался один "Агамемнон", да и тот превратили в музей,
остальные же...
— Ну и что плохого, что остальные продолжают приносить пользу
народу...
— Мне трудно объяснить это человеку, не видящему разницы между
Кораблем и кабаком...
— Ну знаете ли... А народ не против посещать их. А что касаемо
"Агамемнона", то там ведь существует Почетная Вахта, состоящая из
заслуженных ветеранов и в сущности это по-прежнему боевой корабль...
— Ага! С муляжами пушек и имитацией реактора. Вы бы еще двигатели из
картона поставили!
— Впервые слышу. Всегда считал, что это боевая гордость земной армии,
которая не имеет права подвергаться такой насмешке.
— Музейно-боевая гордость. Вы о последнем плане реставрации слышали:
предполагается взять корпус современного линкора, и к нему укрепить носовую
часть и палубные надстройки "Агамемнона", потому что старый корпус, видите
ли, износился, и реставрации не подлежит! Каково?!
— Ну, скорее всего это хороший материал для одного моего знакомого
писаки.
— А из этого не делают секрет. Более того — объявлен сбор средств для
выкупки подходящего линкора. Можете пошарить по Интернету, там это есть.
— Кстати о выкупке линкоров, помнится Вы продаете Земле свои
"скалярии"...
— Продаем. Все, кроме двух. Две остаются на почетном покое — это
места паломничества представителей касты Воинов.
— Музеи! — съехидничал СБ-шник.
— Нет. Дань уважения. Кораблям. Настоящий Корабль должен или быть
свободным — в полете, или стоять на заслуженном отдыхе, готовый к полету в
любую секунду. Иначе это оскорбление Корабля. Лучше уж взорваться бесследно
или упасть в недра звезды, чем быть музеем, облапываемым праздными
туристами, или забегаловкой, залитой шашлычным соусом!..
Загорскому не нашлось что ответить и он просто гордо замолчал, мысленно
отметив, что теперь он сам себе напоминает кого-то до боли знакомого, чей
корабль торчит рядом, у шлюза.
И лишь идя по коридорам в центральную рубку, Загорский сказал: — Так
Вы что, продаете "скалярии" вместе с вооружением?
— Разумеется, — ответил старик-хранитель. — Классический Ритуал
Приветствия требует, что бы подходил с открытыми орудийными портами.
— Ага, из которых можно пальнуть в любую секунду! Помнится, в
сороковых годах 23-го века один ваш корабль так поприветствовал первый
встреченный им земной корабль. Только в 2248 успокоились тогда, да?
— Это было недораз-зумение-е-е! — голос сказавшего это был странен, и
лишь несколько секунд спустя Загорский сообразил, что слышит варлона. — Вы
тогда были агрес-сивны. Как центаврийцы. Вспомни, кто стрелял первым?
Яромиру Савельевичу не нашлось чем возразить, но он знал как отомстить
наглой фигуре, сокрытой скафандром, и, ничего не говоря, он развернулся и
направился прочь, увлекая с собой хранителя. Сзади доносилось
раздосадованное шипение.
Глава 10
— Оригинальный старик этот хранитель корабельного кладбища... Считает,
что он мембарец.
— Знаю, мне уже сообщали. Вернемся к заданию. Итак, он сообщил Вам,
что...
— Он утверждает, что все переговоры между землянами и Мембарией велись
не через него, и что его поставили перед фактом уже тогда, когда договор был
подписан. Причем он говорит, что одобряет эту сделку, мотивируя это...
— Знаю, своей забавной теорией о судьбе и чести кораблей... — Дракон
произнес это утвердительно, без малейшей вопросительной интонации...
— По этой же причине корабли продаются в полном комплекте: с оружием и
прочиим. Впрочем — тут есть и плюс: оружие соответствует кораблям, так что
в нынешние времена годится разве что центаврийцев вздрючить...
— Или обстрелять какой астероид... Например, Химеру...
— Ну, это уже будет сложнее... — пожал плечами Загорский.
— А дальнейшая судьба этой гордости аквариумов известна? — спросил
вдруг фельдмаршал.
— В том-то и дело, что нет. В договоре идет речь о продаже, а не об
аренде флота, так что вряд ли "Скалярии" вернутся в свою паутинку...
— Прийдется проверить... У меня есть серьезные опасения, что после
окончания эксплуатации переселенцами корабли могут быть проданы террористам,
например — этим воякам из "Сопротивления Лукавому"...
— Такое старье они и сами на любой свалке найти смогут!
— Не на любой... Заботливо обхоженные корабли редко встречаются даже в
портах Внутренних Рейдов, а тут — такая забота, чуть ли не религия! Их бы с
их корабельными теориями — да в Нанарбек, руины отстраивать!..
— Во-первых, этим они и без совета земных спецслужб занимаются, ну, а
во-вторых, на той свалке такая охрана, что террористы давно могли бы увести
эти корабли, даже не заплатив и ни разу не выстрелив.
— Тогда поясните мне, что сейчас делает в среде лидеров переселенцев
Шон Али, идеолог СЛУКовцев!
— Последние пол-года он вообще отошел от дел и занят только проблемами
переселенцев...
— В тихом омуте... — многозначительно изрек Дракон. — Так что
потрудитесь, проверьте... Лично. Сейчас, насколько мне известно, он вылетел
пассажирским рейсом на Риадан, в городок у Большой Реки, которая Мать
Чего-То Там... Так что если воспользоваться "Призраком" или проникателем, то
можно даже увидеть прилет лайнера...
— Я понимаю, что просьба начальства — это приказ, но — посылать
начальника отдела в слежку за террористом-одиночкой, тем более — бывшим
террористом...
— Не забывайте: ВОЗМОЖНО бывшим... Это раз. В городе же проживают не
только земляне и риаданцы, это два. Опыт прямого общения с варлоном, причем
выведший варлона, невозмутимого варлона, из себя — есть только у Вас, это
три. А четыре — это то, что данное задание полностью попадает под действие
Комиссии по Контактам с высокоразвитыми цивилизациями, то есть под Ваш
отдел. А пять... Впрочем, этого достаточно.
— Можете считать, что я заинтригован пятой причиной... — Загорский
немного помолчал и добавил: — Принимаю к исполнению. Кстати — Рабинович
мне советовал посетить местные бани...
— Считайте это пятой причиной: будете знать, как потчевать шефа
фиолетовой клубничкой... Идите-идите... И не забудьте попросить Рафика
отписать меня от этой гадости...
Загорский знал, где искать Малдера. Тот развалился в запасничке 14-го
отдела на старом потертом диване, который достался им в комплекте с
шифоньером и журнальным столиком после списания их в подшефном институте.
Вообще-то Загорскому эта мебель была совершенно не нужна, но фельдмаршал так
старался завладеть ею, что грешно было не подсидеть шефа. И теперь, впервые
за последние лет тридцать, диван использовался по прямому назначению. Дэвид
обложился книгами и микрофильмами, а из-под дивана торчал уголок нотебука.
Он был полностью поглощен "Властелином Колец" и не заметил, как над ним
склонилась фигура шефа.
— Ну, как чтиво? — неожиданно раздалось над ухом Малдера.
— Гэндальфа жалко: в пропасть уронили... балрогом.
— И тут балроги! Они хоть на настоящих-то похожи?
— Как описанное пиво на пятизвездочный коньяк: ни рожи, ни виду.
— Ладно... Я пока не за этим пришел... Тут мембарцы Вам счет за
стоянку транспорта предъявили, — На лице Загорского появилась та самая
ухмылка, которая никогда не предвещала ничего хорошего. Малдер еще не
понимал в чем дело, но уже стал искать взглядом, в какой угол можно
забиться. Он с надеждой посмотрел на шифоньер, и тот в ответ скрипнул.
Тогда, чуть успокоившись, Дэвид ответил:
— Они паркуют велосипеды?
— Ага. Черные такие, пятнистые, паукообразные, знаете ли.
Двухсотпятидесятилетней давности... Для прогулок... по Галактике...
Малдер, кажется, начал догадываться, откуда ветер дует, но на всякий
случай переспросил:
— И какое же отношение имеет сие транспортное средство ко мне?
— Помнится, каждый раз, когда я бывал у тебя в гостях, в твоей
квартире варлон ногу бы сломал от изобилия бутылок из-под портвейна,
кока-колы и пакетов попкорна. Так вот, такая же картина была обнаружена
мембарскими спасателями на борту одного "паучка". Странное совпадение, не
правда ли, агент Малдер?
— Странное... Такие вкусы — и у Теней? Я всегда считал, что они были
поцивилизованнее нас...
— Помнится, у Вас в роду альфалоны были... Чет-то я не припомню ни
одного альфалона со светящимися глазами...
— А Артагорт утверждал мне, что я похож на неразвоплощенного назгула.
— Ага, Кольца тебе только и не хватает! Да плаща с капюшоном — в
жутиках сниматься! — а про себя Загорский отметил, что, похоже, Толкинизм
таки заразен, как это и утверждали в двадцать первом веке... И тут до него
дошло — АРТАГОРТ!!!
Тем временем Малдер спокойно махнул перед носом шефа рукой, на среднем
пальце которой блеснула холодная сталь-змейка:
— Такого кольца?
— Вы гений, Малдер! Видит Бог — я снимаю шляпу пред Вами!.. Кстати,
если уж на то пошло — что ж Вам еще сказал Артагорт... И где, что мне не
менее интересно. Кстати — колечко он тоже Вам дал?
— Он, подарил... Здесь... Кто бы еще, по-Вашему, помог мне достать
бумажное издание этих книг! Это же раритеты, первоиздания! — и Малдер
благоговейно положил руку на темно-коричневый "кирпич" Толкиена, лежащий на
какой-то большой книге в алом кожаном переплете. — А вот интересного не
говорил... Сказал, что улетает по делам, но в конце месяца залетит за
книгами... Привет Вам передавал, говорил: "Эхо гасят эхом...", правда — я
не понял, к чему это он...
— Ладно... — Загорский сделал вид, что не понял намека... — Так вот,
вернемся к нашим баранам... То есть паучкам... Велосипедам! Сей транспорт
был обнаружен шестьдесят лет назад, буквально за несколько часов после того,
как его покинули. Хотя Тени, насколько мне помнится, были разгромлены и
покинули галактику вместе с большинством варлонов, мягко говоря, несколько
раньше...
— Заблудился кто-то, видимо... А питался у центаврийцев, не иначе!
— Ага, кока-колой, которую они на дух не переносят!
— Именно! А куда ж они, по-Вашему, гуманитарку с Земли девают? Впрочем
— я несколько моложе, чем надо, чтобы насвинякать на корабле...
— Я понимаю... К тому же Вы — не женщина...
— А ЭТО-то тут при чем?! — просто ошалел агент, а журнальный столик
подбежал на пару шагов к спорящим.
— Брысь, чудо Приваловское! — рыкнул на столик Загорский. — Так о
чем это я? Ах, да! Никто ж и не утверждает, что это Вы катались...
— Хотя — неплохая мысль, — прервал шефа Малдер, — А почему бы не
предположить, что кораблем управлял кто-то совершенно левый, просто
потерпевший крушение а потом нашедший этот... эту... это...
— Да, Вы правы... Если не считать того, что кораблем Теней могут
управлять только Тени и их представители типа Мордена. Остальным же
ментальность не позволит... Не поймут...
— Бред! Любая Тварь или любой самый завалящий Супероборотень...
Впрочем, вот им-то это совершенно не нужно, они и без этого круты и не
слабы!.. А вот детишки типа... Стоп! Шестьдесят — это в 2446-й... А
массовое суперменство — с 2487 года... Нет, не получается...
— Именно! В том-то и дело, что не получается! — Загорский чуть не
засветился от удовольствия. — Да и насколько мне помнится, живете Вы сами,
а на попкорн у Вас аллергия, но это не мешает пакетам из под него, валяться
по всей Вашей квартире...
— Что не мешает сотоварищам свинюкать где попало, а потом даже мусор
не выносить, это раз. А во-вторых — не стоит путать аллергию с язвой
желудка, как говаривал один тролль.
— Какой язвой?
— А какой, к чертям, аллергии?
— А вот этой! — предусмотрительный шеф вынул из кармана распечатанный
пакетик попкорна и поднес его к лицу Дэвида. Бедняга отворотил нос от
ненавистно пахнущего продукта. — Я же не говорю про физиологическую
аллергию, — продолжил Загорский. — Это же чисто психологическая штука.
Попкорнофобия, можно сказать... Да и если на то пошло, то эти ваши
"сотоварищи" и в кабинете у Вас свинячат, то есть там, куда им по
определению вход заказан! А дежурная система, кроме Вас, там больше никого
не регистрировала... из лиц физических...
— Так она и тут никого, кроме меня не регистрирует, даже Вас, — а
мысленно добавил: "Пока с Дивана не встанете..." и продолжил: — Что же
касаемо аллергии, то скажу Вам только одно, — и Малдер заговорщицким
шепотом произнес: — Тушенка!.. Свиная!.. — затем ловко уклонился от
рефлекторно метнувшегося в него кулака Загорского, перепрыгнул через
журнальный столик: — У каждого своя фобия.
— Тебе бы... неделю... на холодной тушенке! Впрочем, я ее уже могу
спокойно есть, просто терпеть ненавижу, когда меня этим пытаются достать!..
Но мы не на ту тему уклонились. Я, кажется, говорил о Тенях... и о Вас.
Впрочем, по-моему, это одно и то же... — Загорский загадочно улыбнулся и
направился к выходу, оставляя ошарашенного последней фразой Малдера наедине.
Когда шаги шефа смолкли, Малдер фыркнул в пустоту:
— Ну, что, тетушка, допрыгались с твоим неряшеством, а?
— Выкрутимся... — огрызнулась пустота...
— Кстати, а как это ты тогда с корабля свалила, а, что тебя не
обнаружили? Только не говори, что улетела на мембарском спасателе: они до
сих пор с собой щупачей или варлонов таскают!
— А я и не на спасателе, — проскрежетала пустота и журнальный столик
отпрыгнул, словно его толкнули... — Меня один мальчик оттуда увел, прямо
через стену кабины...
— Мальчик?!
— Ага... Симпатичненький такой блондинчик, с элегантными клычками...
Тут Малдер заметил лежащий на журнальном столике пакетик из-под
попкорна, оставленный шефом. На обратной стороне пакета было что-то
написано. Пакетик завис в воздухе и шелестящий голос тети прочитал:
— Корабль я могу вернуть. Не беспокойся — мы не намерены выносить сор
из избы, просто в следующий раз можно было бы быть со мной пооткровеннее: уж
если я от Дракона тебя отвоевал, то и Пси-копам подавно не выдам... — голос
тетки замялся, затем оправдательно произнес: — подпись неразборчива...
— А дай-ка я гляну! — зычный бас заставил задребезжать посуду в углу
и подпрыгнуть сковородку. Шифоньер склонился над пакетом и пробасил: --
Видал я почерки и похуже... Тут написано "Твой шеф". А вот ниже --
полустертое что-то... То ли "Веп.." то ли "Зеп..." Не пойму...
Несколько крупинок попкорна перекочевали тетке в пасть, и вдруг
вылетели обратно: — Ой, этой дряни не менее шестидесяти лет! Хм! Так это из
ТЕХ пакетов! Кажется, я тут имя того парнишки записывала... Блин, все новая
записка вымарала! — кажется, впервые за столько лет малдеровская тетушка
оказалась раздосадованной...
Погода была не ахти какая. Мелкий весенний дождик окроплял тающий снег
и потоки воды размывали дороги на пути к "палаточному городку", возле
которого и приземлился десантный проникатель. Он казался куском сияющего
летнего неба, вброшенным в эту серую слякоть ранней весны. Пробегающие по
округлым бортам сполохи казались отражением выхваченных солнцем жемчужных
облаков на хромированной кирасе великана...
Вообще-то малыш никогда не видел великанов, он только слышал о них из
сказок бабушки, но когда воображение живо и не скованно, великана
представить несложно: что-то высокое, как энт, мускулистое, как людские
рыцари, и занудное, как гоблин... нет, занудное, как Учитель, когда
проверяет задание! Но этот более походил на огромную рыбу-птицу... Видимо,
великан был рыбаком, и обронил свой улов, гоняясь здесь за своей улетевшей
шляпой... А шляпа... Шляпа где-то спряталась, скорее всего — среди так
похожих на нее куполов, что поставили у реки неизвестные Люди Неба.
Загорский с неудовольствием уставился на экран:
— Скрыто возникнем?! Даже комар не заметит?! Да проще было бы
возникнуть на центральной площади городка — затерялись бы среди множества
их кораблей. А теперь этот малец растрезвонит всем, что вдали от города
возник проникатель!
— Так я ж завжды казав: якщо хош сховати — клады на виду — дидька
лысого знайдэ хтось! — радостно заявил майор Коваленко.
— А вот инструкции гласят, что для скрытого появления необходим
участок, удаленный от исследуемого объекта ровно на сутки пешего хода из
расчета 4 километра в час.
— Замолкни, Фриц! Припарил уже со своими инструкциями.
— И это говорит шеф отдела! — изрек полковник Гельберг, изобразив на
лице ангельское долготерпение...
— Говорю, — Хмыкнул Загорский, — Или у тебя и на случай малолетних
наблюдателей есть инструкции?
— А как же! — радостно ответил Гельберг, — Его надлежит изловить и
удерживать до завершения операции!
— Ага! Задержать! Десятилетнего пацана! А шаровую молнию в руках
удержать не пробовал?
— Так то ж землянина, а цэ ж якийсь аборигэн, та ще й нелюдь якийсь, а
про них инструкции нэ пысани. То можна й спийматы.
— Ты умный — ты и лови! Но учти: если его папы-мамы кинутся
разыскивать свое чадо и при этом разберут наш проникатель на запчасти — то
назад полетим на черте!
— На Вакулином?
— Нет, на давшем совет ловить мальца!
— О Фрице! Тоби пощастыло! — сказал майор Коваленко и выпрыгнул из
люка. Вслед ему донесся занудствующий голос Гельберга:
— Согласно инструкции по технике безопасности, пункт 47, часть третья
прим, не рекомендуется содержание технически образованного пленника внутри
техногенных объектов, в частности — нашего проникателя.
— Пока что в нем от эльфа я бачу тильки гостри уши...
Десятилетний опыт работы в десантном отряде по колонизации активных
миров дал о себе знать — эльфеныш и пикнуть не успел, как оказался внутри
проникателя. Огляделся. Огромная плечистая фигура в пятнистом костюме,
доставившая его сюда, торчала у входа. Внутри сидели еще двое — похожие. А
вокруг — полно мерцающих огоньков, непонятных железячек... Прямо как у
сказочных гоблинов.
— Ой! Еще одна гоблинская экспедиция вернулась? — певуче спросил
малыш.
Мгновенно распознав нужный диалект, Петро обратился к Загорскому на том
же языке:
— Ну вот, малыша доставил. В ценности и сохранности.
Яромир Савельевич понял, что хитрый хохол затеял какую-то шутку, и тоже
ответил на эльфийском:
— Ну так локализуй его.
В мгновение ока малыш оказался связанный по рукам своим же поясом.
Фридрих, имея голову на плечах, поддержал эту "эльфийскую" беседу:
— Ну вот, теперь его родители завалятся сюда и начнутся разборки!
— Ну и что? — равнодушно зевнул Коваленко, — Ты что, совсем позабыл
про мой ВОЛШЕБНЫЙ ТАЛИСМАН, в котором сидят 13 ведьм — Мельторовских
учениц? Они живо им объяснят, куда соваться не следует и почему.
Челюсть малыша отвисла, а глаза заметно округлились.
— Ой, обделает он нам корабль... — брезгливо сморщился полковник.
— Не успеет. Как только ЭТО доиграет — так корабль и ликвидирует
остроухого... Прямо в чертоги предков... — с этими словами Коваленко достал
кассету и сунул ее в звукоцентр. Вырвавшиеся с кассеты 500-летней давности
звуки потрясли бы до глубины души не только эльфа, но даже самого
закаленного в боях орка: децибелы железных аккордов бас-гитары, безумный
грохот ударника и ужасающий вокал, нечеловеческим басом ревущий что-то
невнятное, грозились разрушить проникатель без помощи родителей эльфенка.
Малыш кивнул в сторону майора и тихо буркнул:
— Нет, он не прав. Я не умру, когда закончится этот кошмар. Это
произойдет гораздо раньше.
Расслышавший это Коваленко ухмыльнулся и обратился к Загорскому:
— Кстати, не перекусить ли нам перед походом? Ты не помнишь, куда я
засунул шмат сала? Ребята, помогите мне его найти... Нет, нет. Фриц, не
закрывай люк — душно, — с этими словами Петро совершенно невзначай оставил
неподалеку от малыша нож, достаточно острый, чтобы перерезать путы, и
направился к вещ-отсеку, увлекая за собой еще ничего не понимающих
сотоварищей. В течении минуты они усиленно "искали" сало, причем интереснее
всего его было искать в радаре и пилотском кресле. Коваленко, правда, в
самом деле извлек из рюкзака пакет с салом и бутыль кристально чистой
жидкости, которую он называл "домашний продукт". Когда же они вернулись,
эльфа, естественно, и след простыл, виброножа — тоже.
— Ну ось! — вздохнул Коваленко на "Ридний мови": — А говорят, только
на Кринне трэба за вещами следить. Кэндэреныш...
— Упустили? — сухо осведомился Фридрих.
— А как Вы догадались? — съехидствовал Загорский, и, повернувшись к
майору, добавил: — Я всегда говорил, что хитрый татарин хуже еврея, а
хитрый хохол — хуже татарина! Молодец Петро — одним махом избавил нас от
надоедания местных!
— Мовчы, москаль! Краще сядьмо пыты, а то горилка скиснэ! — улыбнулся
бывалый десантник.
— Да "не скиснэ твоя горилка"! — перекривлял украинца полковник. --
Слушай, Петро, может ты и дальше по-эльфийски говорить будешь?
— А що такэ?
— А ты на нем без акцента изъясняешься, по крайней мере... Кстати --
чьих это ведьм ты там поминал?
— Мельторовых. Если верить донесениям Михаила Измайловича, то Мельтор
— один из тутошних древних богов, что-то типа помеси Локи и Аида,
кажется... — ответил за Коваленко Загорский. — Крылатая такая пакость,
есть изваянная из камня возле Горта. Но это не имеет отношения к текущему
заданию.
— Прежде, чем мотаться у цю провинцию, я хоча б прочытав тутошни мифы,
помогает! — вздохнул Коваленко. — А вот проникатель я б зачыныв, на всяк
выпадок.
— На всякий случай можно и запереть — в соответствии с пунктом
семьсот двенадцать Устава ВКС...
Загорский пожал плечами и поставил на стол опустевшую стопку...
Лес оказался на удивление пустым... Похоже — Коваленко не ошибся в
своих расчетах и весть о странном талисмане распугала по округам не только
эльфов, но и всю мыслимую нечисть... По крайней мере единственное, что
доставляло неудобство — это чавкающая под ногами грязь...
Так что открывшийся впереди город показался спасением и обещанием
долгожданного тепла и горячей воды.
Пластиковые купола трехэтажек гулко стучали под каплями влаги, на
космодроме посреди городка высились и ширились десятки крупных и сотни
мелких корабликов, включая и штук сорок десантных проникателей. Загорский
ВЫРАЗИТЕЛЬНО посмотрел на Гельберга и постучал в дверь ближайшего
официального купола...
— Вечер добрый! Это всего лишь я... — Загорский посмотрел поверх
очков на открывшего ему дверь Шо
...Закладка в соц.сетях
