Жанр: Электронное издание
Prosh-09
...а, я уже связался с кораблем. На орбите
подтвердили.
- Что они подтвердили? - бросила Ксена, впиваясь взглядом в экран.
- Симбиотические системы распадаются. Все пять. Вернее, три. Две уже полностью
утрачены.
- Чьи?!
- Дантист и Серый. Да и остальные... с ними тоже фактически покончено.
Ксена положила руку на клавиатуру и напряглась так, что заскрипело кресло. На
экране остались три метки, и они изменились, словно подавая сигнал бедствия. Так
оно и было: организмы-носители оказались повреждены настолько, что симбионты не
могли их восстановить. Кровь вытекала из разорванных тел, и заживлять там было
уже нечего.
- Сколько прошло времени? - спросила Ксена.
- Полторы минуты.
- Ну и какого черта?! - вскричала она. - Почему не сразу? Чего вы ждали,
болван?!
Стив отшатнулся и наконец-то пришел в себя.
Ксена затребовала идентификацию меток, но для одной из систем даже это оказалось
слишком сложной задачей. Волков и подруга Серого пока отвечали, но назвать их
живыми было бы преувеличением. Всего лишь плоть еще не распавшаяся, но уже
остывающая. Самое бледное из трех пятнышек погасло - майор Канунников ушел вслед
за Саблиным и Владимиром.
У Стива запищала трубка. Послушав,- он сообщил:
- Местные зафиксировали взрыв. Это то самое место. База Серого.
- Где наш операционный блок?
- По-прежнему на крейсере "Адмирал Мельник". Крейсер стоит в Брисбене.
- Самым быстрым транспортом получится...
- Около пяти часов, - отозвался офицер. - Это не считая времени на путь к
аэродрому. На поляне военный самолет не сядет.
- Тогда поднимайте челнок.
- Челнок предназначен для аварийной эвакуации в случае катастрофы, или...
- Без всяких "или", - отрезала Ксена. - Катастрофа у нас уже есть.
Часть третья
КРЕСТ НА СЕРДЦЕ
А вдруг всё то, что ищем,
Прямо где-то здесь смеется,
Например - внутри зеркально-новогоднего фонарика...
Е. Летав, "Вселенская большая любовь"
За помощью вы обратитесь к адвокату Мейстеру. Фамилию запоминать не нужно.
- Интересно, как же я тогда?..
- Он сам вас разыщет. Когда придет время.
- А когда оно придет? И вообще, о чем вы?
- Это неважно.
- Мне начинает казаться, что в нашем разговоре я лишний.
- Если вы присутствуете, значит, это необходимо.
- Я не могу пошевелиться.
- И не сможете, так лучше. Расслабьтесь. Ваша жена...
- Что?! Не трогай ее! Слышишь, ты?!
- Прекрасно вас слышу. Не бойтесь ни за себя, ни за Елену. Мы не причиним ей
вреда. Сейчас она проходит аналогичную процедуру. Это не очень удобно, но
совершенно безболезненно. Вам ведь не больно? Вы что-нибудь чувствуете?
- Не знаю. Нет.
Где-то рядом - словно бы удовлетворенный кивок. Совсем близко, но увидеть лицо
невозможно: голова не поворачивается.
- Итак, вы получаете свои инструкции, а Елена в данный момент получает свои. Как
Мейстер и еще несколько человек.
- Кто-кто?
- Мейстер. Ваш будущий адвокат.
- Я не собираюсь ни с кем судиться
- Это произойдет независимо от вашего желания. После одного события отказаться
от участия в процессе вам будет крайне затруднительно.
- Почему?
- Потому, что в зал суда вас будут водить под конвоем.
- Я не преступник.
- Придет время, и вы им станете.
- Опять "придет время"! Да что это за время такое? Отпусти меня!
- Вас никто не держит.
- Но я не могу пошевелиться!
- На сегодня хватит. Сейчас вы заснете, а когда проснетесь...
- Да я и так сплю! Что, разве нет?
- Хорошо, считайте, что видите меня во сне. Так легче воспринимать
действительность.
- Пошел ты знаешь, куда?!
- Повторяю: когда вы проснетесь, вы почувствуете себя...
Сверху наползла пелена, и все исчезло.
- Вы понимаете, что они с вами сделали?
- Что?! - Андрей дернулся с такой силой, что свело мышцы.
- Это сравнимо с изнасилованием.
- Не надо мне таких сравнений. Для мужчины они особенно неприятны.
Андрей зевнул, и у него закружилась голова. Он снова вздрогнул, стукнулся
затылком обо что-то умеренно жесткое и лишь после этого проснулся окончательно.
Голос - женский, как будто знакомый - пропал, и вокруг не осталось ничего,
Андрей чувствовал тепло - это все, что он мог бы сейчас о себе сказать. Ни
звука, ни искры света. Его будто бы выключили, а потом запустили в аварийном
режиме. Необходимый минимум: способность осознавать себя как разумное существо,
В голове ворочалась каша из перепутанных сновидений.
- Эй?..
- Да, я здесь, Волков. Впрочем, не знаю, можно ли вас теперь так называть.
- Да хоть горшком. Кто вы? Где?
- Здесь, здесь. - Хороший голос, как у врача.
- Я вас не вижу.
- Попробуйте открыть глаза.
- Ах вот оно что... - Андрей хотел засмеяться, но вместо этого кашлянул. Над
лицом нависал серый свод. Он согнул руку, и пальцы уперлись в тот же потолок:
теплый, невыносимо близкий. Поверхность была матовая, но кое-что сквозь нее все
же проглядывало. Какой-то хрупкий силуэт. Не блондинка однозначно.
- Вы, как ни странно, живы, - сказала женщина. - Первое время это оставалось под
сомнением, Потом все определилось: вас сочли мертвым даже симбионты. Но...
внутренние резервы человеческого организма ужасающи. Хотя то, что от вас
осталось после взрыва, считать организмом было невозможно.
- Ксена?..
- Да, это я.
- Не понимаю, о чем вы. Не помню.
- Все восстановится. Вы проведете в камере еще сутки или чуть больше. Не нужно
беспокоиться, это совсем не та камера, о которой вы подумали.
- Ничего я не подумал. Не до этого мне как-то. - Андрей вдруг почувствовал
смертельную усталость.
- Вот и поспите.
- Мне показалось или вы действительно назвали меня человеком? - спохватился он.
Ксена не ответила.
- Опять ты?
- Мы же с вами договорились: вы видите меня во сне.
- Я хотел сказать, что ты снова мне снишься.
- Если вы не будете отвлекаться, я доведу до вашего сведения то, что вам
необходимо знать. На расстоянии семи световых лет от Солнца ваши астрономы
обнаружат новую звезду. Ее назовут Викторией.
- Вот сразу же поймал! - неизвестно чему обрадовался Андрей. - Семь световых лет
- это слишком близко, на таком расстоянии ничего нового найти нельзя.
- Я сказал "обнаружат", но я не говорил, что Виктория находится именно там.
Звезду увидят сквозь линзу Аномалии. Однако это не то, что я собираюсь вам
сообщить. В настоящее время между потомками колонистов, заселивших планету в
системе Виктории, идет война.
- Я видел. В кино.
Андрей почувствовал резкую боль в макушке. Впрочем, боль сразу прошла, и он уже
не был уверен, что действительно ее испытывал.
- Это что было? Наказание?
- Нет. Как вы оцениваете войну? - спросил невидимый собеседник.
- Война... Война с большой буквы.
Теперь Андрей не просто верил, он о ней знал. Не ведая, кто с кем и за что
бьется, он, тем не менее, отчетливо представлял масштаб, сроки и цену победы.
"Сфера и Колыбель, - отозвалось в мозгу. - Два новых мира, колонизированных
после того, как на Земле-2 началось глобальное противостояние".
Андрей утратил способность к сопротивлению, и островок информации посреди хаоса
стал превращаться в континент. Ничто не связывало эти знания с его личным
опытом, однако то, что он постигал, было несомненно, и чем дальше отодвигались
границы, тем ближе для Андрея становилась чужая история.
- Вы уже освоили значительный массив информации, - прокомментировал собеседник.
- Насколько значительный? Мегабайт? Гигабайт? Больше?
- Юмор - это хорошо. Продолжайте шутить и говорите, что вам непонятно.
- А ты, значит, будешь мне объяснять?
- Я снимаю конфликты на сознательном уровне.
- А на бессознательном? Продолжаешь пичкать меня данными?
- Мы укладываем в вашу память то, что вам понадобится. Пласт за пластом - все
то, что вы должны будете вспомнить, когда придет время.
- Опять "придет время"... Ты меня программируешь?!
- Хотите быть избранным?
- Нет! - отрезал Андрей.
- Не возражайте, этого хотят все. Но все нам не нужны, мы выбрали тех, кто нам
подходит.
- Ну и что дальше?
- Узнаете из следующего массива, а пока хватит.
- Долго ты меня собираешься вот так вот... runнотизировать?
- Все наши контакты уложились в пятьдесят одну секунду, и они в некотором роде
уже окончены.
- Пятьдесят секунд! - с сарказмом произнес Андрей.
- В данный момент вы находитесь в парке. Вы с супругой сидите на скамейке возле
фонтана. Елена читает книгу, а вы рассматриваете стоящую поблизости женщину.
- У нее что, юбка задралась?
- Когда вы встретите ее вновь, вы сразу позвоните Алексею Монахову.
- Лехе?! А откуда вы про него... И вообще при чем тут Леха? Да мы с ним лет пять
не виделись!
- Монахов приготовил для вас двадцать шесть килограммов пластита.
Наверное, Андрей должен был испугаться, но он вспомнил, что это лишь сон.
- Двадцать шесть килограммов. Ни хрена себе.. И что будем рвать?
- Пассажирское судно "Данциг". Подробности будут позже.
- После рекламной паузы? - передразнил Андрей.
- Когда вы проснетесь, вы почувствуете себя...
На этом все оборвалось.
Андрей не мог понять, откуда приходят эти сны. Он испытывал стойкое дежа вю,
словно все эти разговоры уже где-то были и сейчас постепенно восстанавливались в
памяти, как что-то реально пережитое. Тот, кто истязал его этими беседами,
ссылался на скамейку у фонтана. Якобы жена читала книгу, а Андрей сидел рядом...
Это могло быть тысячу раз. Вроде он еще засмотрелся на какую-то девушку. Почему
бы нет? Он должен был ее запомнить и, встретив снова... Что?
Приступить к действиям.
Не открывая глаз, он поднял руку, но пальцы, против ожиданий, ничего не
нащупали. Полупрозрачный колпак исчез, Андрей лежал на обычной кровати. Окон в
каюте не было. Качки не ощущалось, но Андрей, тем не менее, решил, что он на
корабле, почему - он даже не задумался. Просто понял это, как люди понимают, что
они голодны.
Кстати, есть не хотелось совершенно.
Ни тапочек, ни одежды Андрей не нашел, зато на стене, возле запертой - можно не
проверять - двери висело большое зеркало. Ступая мягко и непривычно, Андрей к
нему приблизился и включил боковые светильники.
И как будто вернулся в сон. Лицо оказалось и знакомым и незнакомым. Его
собственное лицо, которое у него было всю жизнь, до самой вербовки. Знакомое,
конечно. Идеально выбритое. Андрей вновь обернулся на кровать и попробовал
оценить, сколько времени он провел в беспамятстве. Как минимум несколько суток.
Достаточно, чтобы появилась щетина, даже если человек находится в коме.
Андрей пощупал горло и подбородок. Полное отсутствие растительности почему-то
продолжало его тревожить. Даже под носом кожа была абсолютно гладкой, хотя усы у
него пробивались в первую очередь. А сейчас это смахивало на перманентную
эпиляцию. Надо бы радоваться: избавился от главной мужской мороки. Но усы...
Иногда он размышлял, не отпустить ли ему усы, и вот теперь, выходит, вопрос был
снят навсегда.
Пальцы, продолжавшие гладить кожу, вдруг на что-то наткнулись, на какое-то
слабое сопротивление. Андрей подался к зеркалу и обнаружил над верхней губой
темную полоску.
Усы у него росли. С невидимой, но осязаемой скоростью. Нечеловечески быстро.
Андрей отвел от зеркала взгляд - ненадолго, лишь на мгновение, - а когда
посмотрел на себя снова, сомнений не осталось: это была трехдневная щетина. Еще
пара минут, и надо будет подравнивать.
"Что за бред! Зачем мне усы?"
Губа зачесалась, и Андрей случайно смахнул с лица волоски. Ну вот и побрился...
Он машинально отряхнул плечи - свои родные, а не того мачо, которого из него
слепили в Миссии, - и наткнулся взглядом на крест.
Черный крест на сердце, далеко не стильная, но качественная наколка, сделанная
им в пересыльной тюрьме.
Андрей накрыл татуировку ладонью и зажмурился.
- Медитируете? - Ксена прихлопнула дверь и, убрав магнитную карту в задний
карман, встала рядом у зеркала. На ней были кремовые брюки и такая же водолазка.
- Это корабль, - уверенно произнес Андрей.
- Знакомый вам "Адмирал Мельник", - подтвердила она.
- А вы все бледнеете.
Ксена равнодушно осмотрела себя в зеркале и заметила, что он держится за грудь.
- На Земле принято закрывать не это, - сказала она.
Андрей опустил голову, увидел то, что должен был увидеть, и прикрылся.
- Так и будете стоять в позе Венеры?
- Венера вообще без рук, - буркнул он. - Вы бы дали мне какую-нибудь одежду, я
бы и не отсвечивал.
- Никто не рассчитывал, что вы поднимитесь так скоро. Пока можете завернуться в
простыню.
Удивившись, как это он не догадался сам, Андрей соорудил себе что-то условноантичное.
Ксена заметила, что свободный конец полотна он закидывает на левое плечо.
- Татуировка вас беспокоит? - спросила она. - Если хотите, мы постараемся ее
убрать, но... если бы вы этого действительно хотели, ее бы у вас уже не было.
- Не понимаю.
Ксена присела на кровать.
- Когда вас доставили на крейсер, вы весили двадцать шесть килограммов и
умещались в двух ящиках со льдом.
- Двадцать шесть... - прошептал Андрей, опускаясь рядом.
- Голова, шея, остатки плечевого пояса. Немного внутренних органов: кишечник,
часть легких и еще по мелочам.
Андрей боязливо взялся за пах.
- Чтобы собрать больше, потребовалось бы значительное время, - сказала Ксена. -
К тому же не все фрагменты удалось идентифицировать на месте. Когда в эпицентре
взрыва оказываются пять разных тел... В общем, на борт "Адмирала Мельника" вы
прибыли...
- В двух коробках, - перебил он. - Подробности мне интересны, но только не
такие. Если от меня осталась одна голова...
- Лицо было полностью сожжено, - вставила Ксена.
Андрей снова себя ощупал.
- Вот же... бл-ля.
- Не вся ваша кровь успела свернуться, кое-что мы заморозили. Соответственно, не
все ваши симбионты погибли. Они-то вас и восстановили, точнее - вырастили
заново. Был риск, что в контейнеры попадут фрагменты, принадлежащие не вам, и
симбионты не смогут разделить генотипы. Но они справились. Хотя признаться, в
вашем случае даже медицина Колыбели, - Ксена сделала едва заметную паузу, - или
Сферы была бы бессильна. Эффективность симбиотической системы превзошла все
ожидания. Разумеется, наши усилия были направлены не на оживление мертвой плоти,
а на поддержку симбионтов.
- То есть на основе генной информации они построили мне новое тело?
- Совершенно верно. Но и это еще не самая большая удача. Главное, что симбионты
реанимировали ваш мозг. Структурно он уцелел: возможно, голова ударилась о
кресло или упала на диван. После того, как отделилась от туловища, - добавила
Ксена.
- Да уж, везуха...
- Сейчас ваше тело полностью функционально, и тут вопросов нет. Кроме одного.
- Крест, - угадал Андрей. - Татуировка не может быть занесена в генокод.
- Она у вас появилась не сразу, а возникла позже, когда стала нарастать
церебральная активность. Симбионты извлекли татуировку из вашей памяти. Мы
провели анализ: это не тушь, а естественная пигментация кожи.
- Значит, я стал немножко негром. - Он пошаркал пятками по полу.
- Дело в другом. Татуировка исчезнет сразу, как только вы этого захотите.
Андрей почувствовал, что у него на спине поднимаются волосы.
- Вот это реакция! - пробормотала Ксена.
- Что? Что такое?.. - Он дернулся в сторону зеркала.
- Нет-нет, успокойтесь, все в порядке. Успокойтесь! - Она схватила его за руку и
усадила обратно на кровать. - Любопытно, весьма любопытно... Вам придется
следить за своими эмоциями. А в остальном... ничего страшного.
- Что случилось?
- Сейчас вы... как говорят, переменились в лице.
Андрей помолчал, подавленно глядя в пол.
- Насколько переменился? - спросил он.
- Значительно, - ответила Ксена так же осторожно. - Вас действительно
встревожило известие о... сверхпластичности вашего организма?
- Сверхпластичность. - Он оценил слово на слух. - Звучит положительно. Мне
следует радоваться?
- Не знаю. Опыт с усами вас напугал? Но в этом, кажется, нет ничего опасного.
- Вы видели?
- Нечто подобное с вами уже было, когда вы лежали без сознания. И не только это.
У вас появился целый ряд дополнительных способностей. Вернее, не у вас, а у
вашего организма. Теперь вы должны научиться их контролировать.
- А конкретней? Что за способности?
- Не сразу, Волков. Сначала привыкните к тому, что уже знаете. Мне придется
пояснить. - Ксена закинула ногу на ногу.
Андрей подумал, что Коля Канунников на ее месте непременно бы закурил, а то и
глотнул бы из припасенной фляжечки.
- Дело в том, что вас восстанавливали симбионты, я уже говорила, - продолжала
она. - То, что привезли на крейсер, ни один медик не назвал бы даже органами. Мы
были вынуждены полностью довериться симбионтам, ничего другого нам не
оставалось. И они выстроили вас заново - по спецификации, заложенной в ваших
генах. Но это еще не все. Они вас модифицировали.
- Что?!
- Они сделали вас лучше. Я сомневаюсь, что вы научитесь летать, как птица, или
видеть сквозь стены, но ваша выживаемость и ваше владение телом - пока, правда,
неосознанное - не идут ни в какое сравнение с человеческими.
- Ксена, эти ваши симбионты... вы ведь сами о них почти ничего не знаете?
- У нас не было времени. Отправляя Миссию, Колыбель собирала все, что могла. В
том числе передовую разработку биомехаников, которая не успела пройти масштабных
испытаний. Автономная квазиинтеллектуальная симбиотическая система. Полное
название выглядит длиннее: самоорганизующаяся, самообучающаяся... и что-то еще.
Цель системы - заботиться о носителе. Кажется, она и так постепенно
перестраивала ваш организм. Но когда у нее появился шанс исправить все и
сразу...
- Она сделала это, - глухо закончил Андрей.
- Сообразуясь с собственным пониманием блага и целесообразности, - ответила
Ксена. - Симбионты не причинили вам вреда. Если бы не они, вас бы не было в
живых. А новые способности... В конце концов, вы можете ими не пользоваться.
Выбор за вами.
- Так... - Он встал и снова подошел к зеркалу. - Ну и?..
- Я не знаю, насколько отодвинулся ваш горизонт. Мне остается лишь повторить,
что теперь ваше тело подчиняется вашим желаниям в большей степени, чем раньше.
Не отрывая взгляда от зеркала, Андрей поднял руку и сжал кулак. Ксена молча
смотрела ему в спину, словно тоже чего-то ожидая.
- Спортсмен-обаяшка, - хмыкнул Андрей.
- Вот она, причина, - отозвалась Ксена. - Когда вы согласились с нами
сотрудничать, мы изменили ваш облик. Он был хорош, но вы относились к нему
негативно. На стадии формирования скелета симбионты слушались нас.
- Ну ясно. Это тоже ваша система.
- Теперь ваша, Волков. При первых проявлениях церебральной активности, когда ваш
мозг еще не включился, но уже ожил, программа восстановления изменилась. Вы
подсознательно хотели вернуть себе прежнее тело. Его вы и получили. А потом и
татуировку.
- Выходит, я могу управлять даже цветом кожи? - Он подошел к постели и встал
напротив Ксены.
- Хотите себя разукрасить? Волков, ваше отношение к себе слишком наивно.
Садитесь, не маячьте. За нами наблюдают, не вынуждайте моих коллег нервничать.
- Миссия меня боится? Я... действительно опасен? Я настолько изменился?
- Вы уверены, что вам это нужно узнать прямо сейчас? - Ксена посмотрела на
потолок, туда, где работала одна из камер. - Перечислить все ваши способности -
это то же самое, что описать все формы теплого воска. Бессмысленное занятие.
Понять, что вы собой представляете, я смогу лишь после того, как будет найден
предел ваших возможностей. Несомненно, он есть и у вас, но пока мы его не нашли.
- Она взглянула Андрею в глаза. - Желаете конкретики? Пожалуйста. Абсолютная
сопротивляемость всем известным вирусам. Фантастическая способность к
регенерации. Все это слова, да? Хорошо, вот вам пример. Во сне, когда обменные
процессы замедляются, вы можете обходиться без легочного дыхания.
- Чего?
- Не дышать, Волков. Ни носом, ни ртом. Покровное дыхание присуще всем людям, но
оно не заменяет основного. У людей. А вы при достаточной концентрации кислорода
умеете дышать кожей. Как насекомое. Совсем без кислорода вы обходиться не можете
- это и есть одна из искомых границ. И значит, один способ лишить вас жизни нам
уже известен, - заключила Ксена.
- Как насекомое... - прошепталАндрей.
- Вы не рады?
- Я?!
- Вдумайтесь: это не уродство, это благо. Дополнительная степень свободы.
- А-а... другие степени... свободы, - с трудом выговорил Андрей. - Они такие же?
- Какие?
- Не человеческие.
Ксена пожала плечами:
- Они все нацелены на повышение вашей выживаемости, я предупреждала.
- Насекомое! - с ужасом повторил Андрей.
- Покровного дыхания вам хватает только во сне, - сказала она. - Попробуйте не
дышать сейчас, и вы убедитесь, что это невозможно. Хотя продержаться без
кислорода вы способны дольше, чем кто-либо из людей.
- Я стану отличным ныряльщиком, - кисло улыбнулся он.
- Не только. Пловец из вас тоже был бы... - Ксена запнулась и поправила волосы.
- В прошлый раз вы спрашивали о своих снах.
- Меняете тему? Тонко, - с сарказмом сказал Андрей. - Вы упорно называете меня
человеком, и я уже понял, что это не случайно.
- Вы и есть человек. Сфера нас переиграла.
- То, что мне грезится, - правда?
- В некоторой степени. Разговора, который прокручивается в ваших снах, скорее
всего, не было. Это лишь интерпретация. Вы на сознательном уровне осваиваете
некую мнемопрограмму, принудительно внедренную в вашу память. Сновидения,
которые вас посещают, можно сравнить с кругами на воде: это видимая реакция на
брошенный и уже скрывшийся под поверхностью камень.
- Скажи-ите, какая поэтика, - пробормотал Андрей.
- Мы тоже прошли курс погружения, иначе я не знала бы русского языка. Но наши
программы помогают нам ориентироваться на Земле, и не более. А ваша - управляет.
Управляла раньше, - поправилась Ксена. - На Сфере далеко продвинулись в
мнемокодировании, и я, признаться, ожидала чего-то подобного... но я не
рассчитывала, что ваш курс будет настолько глубок. И уж, конечно, я не думала,
что они это сделают с гражданином Земли. Взять обычного человека и внушить ему,
что он солдат Сферы, живущий по легенде... поменять местами воспоминания
подлинные и наведенные... заставить его верить, что он сражается за свою родину,
в то время как он не знает ни одного географического названия.
Андрей растерянно пожевал губами.
- Ни одного, - подтвердил он. - Зато теперь Данциг и Шиашир перестали быть для
меня пустыми звуками.
- Паром "Данциг" потопили вы, и это реальность. Мотивы суду почти безразличны,
но вы действовали неосознанно, в тот момент вы не принадлежали себе. Формально
вы убийца, но я склонна считать, что ваша совесть чиста. Если для вас это имеет
какое-то значение.
- Между прочим, пять лет я уже отсидел. Кто бы ни околачивался в одиночке
"Каменного Чертога" - я, или не совсем я, или даже совсем не я... - Андрей
покачал головой. - Все это так далеко... Не знаю, хватит ли мне жизни, чтобы
разобраться в себе до конца.
- Боюсь, столько времени у вас нет, - осторожно произнесла Ксена. - Мне хотелось
бы знать, какие чувства вы испытываете к Сфере сейчас.
- Ах вот оно что! Ойо! - Андрей вскочил, раскинул руки и пошел по каюте
вприсядку. Простыня при этом распахнулась, но ему было наплевать. - Мотивация от
противного, да? - спросил он, останавливаясь. - Смотри, мол, Андрюха, что за
гниды населяют Сферу. А мы не такие! Поэтому давай-ка, дружок, в наш теплый
кружок, как говорили на пересылке всякие маргинальные личности.
- Вы имеете в виду тех, кто спит под нарами?
- Какая поразительная осведомленность!
- Степень моего погружения в вашу среду довольно высока, иначе я не могла бы
адекватно воспринимать ни вас, ни ваш мир, - спокойно ответила Ксена. Матросские
танцы ее нисколько не впечатлили. - Я повторяю, Волков: то, что сделали с вами
представители Сферы, на мой взгляд, гораздо хуже физического насилия. Они
надругались над вашим сознанием. Вывернули вашу личность наизнанку, заставили ее
служить слепо и рефлекторно, как мышцу, не обладающую собственной волей. Если вы
помните первую встречу со Стивом, то условия вашего выбора тоже были жесткими.
Разумеется. Но самого выбора мы у вас не отнимали. Вы могли вернуться в камеру.
Понимаете? Вы могли вернуться в свою камеру, - медленно и внятно повторила
Ксена. - И мы бы не стали применять к вам физическую силу. А посланец Сферы,
занимавшийся вашей подготовкой... Когда я говорю, Что он вас изнасиловал, это не
кажется мне преувеличением.
- Ну а вы что сделали?! Не со мной лично, а со всей планетой. Вы мою родину
изнасиловали. Миссия поставила на колени не отдельного человека, а всю Землю. И
этого забыть нельзя.
- Но у нас нет другого выхода.
- А ни у кого нет! - взорвался Андрей. - Ни у вас, ни у Сферы, ни у старого
кретина Кастеля. Ни у кого нет выхода, у всех только входы, мать вашу!
- Это значит, что вы оправдываете Сферу в ее действиях?
- Это значит, - Андрей понизил голос, - что я ненавижу любых гадов, независимо
от их места проживания и температуры тела. И Колыбель, и Сферу. Ненавижу вас
поровну. Вы одинаково виноваты в том, что решаете свои проблемы здесь, на Земле.
Убейте друг друга и сдохните сами, это ваше право. Но при чем тут мы? Мы дали
вам жизнь, обоим вашим мирам. Вы распорядились ею, как сумели.
- Отличная речь, Волков. - Все это время Ксена не шевелилась, лишь следила
взглядом за его нервными передвижениями. - Пафос убедительней логики. На Земле,
- уточнила она. - Но если оставить в покое барабаны и горны, то какое зло мы
принесли вашей планете? Лекарства от шести неизлечимых заболеваний.
- Унижение!
- В этом вы всегда преуспевали и сами. И я просила обойтись без манифестов. Ну
что же вы? Продолжайте перечислять. Нечего? Скажу больше: мы настолько бережно
относимся к вашей среде, что лет через сто, а может, и раньше, Миссия
превратится в легенду. На Земле не останется никаких доказательств нашего
присутствия. Кварцевую плиту в пустыне мы разрушим, а других следов нет. Наши
медикаменты?.. Вы удивитесь, насколько быстро у них найдутся местные
"разработчики". Миссию забудут не сразу, но уже очень скоро наш визит обрастет
таким количеством
...Закладка в соц.сетях
