Жанр: Электронное издание
Mesanif1
...- сказал Кимли. - По коням.
Мы не заставили просить дважды, уже через пять минут собрались и были в седлах. За это
время туман приблизился на расстояние полета стрелы. Он был непроницаемым, ничто не
проникало сквозь его стену, он словно поглощал деревья, землю, дорогу и само пространство.
- Вперед! - крикнул Кимли.
Лошади не успели отдохнуть, но тоже словно почувствовали, что с этим странным и
отнюдь не атмосферным явлением лучше не связываться, поскольку без всякого принуждения
понеслись во весь опор. Туман почуял, что жертвы ускользают, и прибавил скорость. После
этого у меня уже не оставалось сомнений, что главная его цель - мы.
Безумная скачка по ночному тракту - опасная затея. Лошадь может в любой момент
угодить ногой в яму, упасть или скинуть своего седока, но никто из нас не снижал темпа. Никто
не хотел встречаться с туманом и с тем, что он скрывает внутри.
Ноги принадлежащего гному пони были короче, чем ноги наших лошадей, однако он был
моложе и питался куда лучше, поэтому Кимли не отставал.
Преодолев небольшой подъем, мы остановились. Туман двигался на нас, было видно, что
он простирается глубоко в лес, так что сворачивать с дороги нам не стоит. От тумана мы не
избавимся, зато потеряем в скорости.
- Если мы будем продолжать в том же духе, то загоним лошадей насмерть еще до
рассвета, - сказал сэр Реджи.
- Да, - согласился гном.
- Другие предложения есть? - поинтересовался я.
- Нет! - крикнул сэр Реджи и пришпорил коня.
Мой скакун нес самый большой вес, поэтому не было ничего удивительного, что он
скопытился первым. Через два часа нашей бешеной скачки он остановился и более не сделал ни
шагу, как я его ни пришпоривал. Ноздри его раздувались, бока, вздымавшиеся в тяжелом
дыхании, покрылись пеной.
Сэр Реджи развернулся и поскакал ко мне. Одним движением он выскочил из седла и
оказался рядом.
- Эта кляча не сделает больше и шага, - сказал сэр Реджи. - Садись на моего коня.
- А ты?
- Ни одна из оставшихся кляч не выдержит двойного веса, тем более при такой
скорости, - сказал он. - Я побегу рядом.
И он действительно побежал, держась рукой за мое стремя. Я никогда не думал, что
человек может составить конкуренцию лошади в скорости передвижения. Но раньше я не знал
сэра Реджи.
Пони сдался на рассвете. Он рухнул на бок и остался лежать бездыханным. Мой новый
конь недалеко от него ушел, мы бросили и его тоже. Туман приближался.
Светало, и мы смогли рассмотреть бесплотного врага.
Туман был серым, с каким-то серебристым отливом цвета металлик, как у породистого
"мерседеса". Облаком кубической формы он плыл по дороге и по лесу, своими прямыми
линиями отвергая любую мысль о естественном, природном происхождении. И надвигался он
быстро, с неотвратимостью судьбы и неумолимостью смерти. За ним не оставалось ничего,
кроме пустой земли, он словно поглощал деревья, траву, плодородный слой почвы. Поглотил
он и животных, оставленных нами на дороге, словно жертвоприношение древнему и жестокому
богу.
Мы задыхались, особенно тяжело приходилось грузному и кряжистому гному. Бежать уже
не было сил, мы просто переставляли ноги по дороге, спотыкаясь почти на каждом шагу, и
скорость наша не сделала бы чести и черепахе со сломанной ногой. Туман приближался.
Я остановился. Разумом я понимал, что остановка равноценна самоубийству, но тело
просто отказывалось двигаться дальше. Наверное, те же чувства испытывали наши скакуны.
Кимли остановился через два шага после меня.
- Идемте, - сказал сэр Реджи.
- Нет, - Я покачал головой. - Мы не смогли оторваться от него на конях, пешком мы
тем более не уйдем.
- Не всякую опасность надо встречать лицом к лицу, - сказал сэр Реджи. - Иногда
более мудро отступить. Мы ведь даже не представляем себе, с чем столкнулись.
- Как долго еще мы сможем отступать? Еще немного, и мы свалимся бездыханными, как
наши лошади, - сказал гном.
По лицу сэра Реджи было видно, что лично он способен уйти еще очень далеко и
сдерживает скорость только из-за нас. Поистине ничто не властно над Парящим Ястребом
Кантарда - ни мечи, ни магия, ни само время. Но я таким не был.
До тумана осталось около двадцати метров, когда я повернулся к нему лицом и обнажил
меч, сам удивляясь своему поступку. Лезвие Валькирии горело ясным светлым огнем. Свечение
моего меча передалось молоту гнома и клинку сэра Реджи, который был вынут из ножен
последним.
Туман накатил на нас и накрыл с головой. Он бы липким и вязким, опадал на наши тела, и
каждая капля причиняла жжение и боль, словно сутью тумана была кислота. Я сразу потерял из
виду своих спутников. Туман гасил звуки и сковывал движения. Я рубил туман своим
светящимся мечом, словно был охвачен безумием, и лезвие Валькирии прочерчивало в плоти
тумана горящие линии. Я кромсал туман на части, колол, рубил и резал, сражаясь с невидимым
противником, танцуя безумный танец, каждое па которого могло завершиться смертью.
Я не знаю, сколько это продолжалось. Туман поглотил не только меня и моих спутников,
он поглотил время и пространство, отправил нас в мир призраков. Но я не заканчивал своего
танца, не останавливался ни на миг, потому что знал: стоит мне остановиться, сдаться, и мне
никогда не не выйти на свет.
Мы выстояли, хотя я до сих пор не понимаю, как нам это удалось. В один момент, когда
мне уже начало казаться, что туману не будет конца и что остаток своей жизни я проведу в этой
борьбе, туман спал и лучи солнца осветили дорогу. Мои спутники, живые, хотя и совсем не
невредимые, отыскались рядом, буквально в паре шагов. Вид их был страшен, одежда
разорвана или растворена туманом, корка засыхающей крови покрывала тела, оружие их
светилось остаточным огнем. Наверное, и я выглядел не лучше. Мы стояли посреди пустыни,
образовавшейся на месте когда-то могучего леса.
Не сговариваясь, мы убрали оружие и пошагали прочь от этого проклятого места. Мы
устали, но никто из нас не хотел останавливаться на привал здесь.
Лишь отойдя на порядочное расстояние, мы попадали на землю и заснули мертвецким
сном, не потрудившись даже выставить часового. Приспешники Темного Властелина могли бы
взять нас голыми руками в тот день, но никто не потревожил наш сон. Противник, а я не
сомневался, что туман был отправлен Темным Властелином, слишком полагался на свою магию
и не потрудился продублировать волшебный туман человеческим подкреплением.
Проснулись мы только вечером, чувствуя себя вымотанными до предела. Время
поджимало. Колодец Хаоса не будет ждать, пока мы окончательно очухаемся. Мы привели себя
в порядок, насколько смогли, и отправились дальше.
Запасы провизии и воды были потеряны вместе с лошадьми, поэтому нам пришлось
обойтись без завтрака-ужина. Голодные и усталые, мы шагали по дороге. Путники окидывали
нас удивленными взглядами, к их удивлению примешивался испуг, и они ускоряли ход, чтобы
побыстрее оторваться от нашей тройки. Как назло, по пути не попалось ни одного трактира или
придорожной гостиницы. Леса, наверное, кишели дичью, но у нас не было ни времени, ни сил
охотиться.
Мы шли. Я закрывал глаза, но все равно видел дорогу под ногами, переставлял
отказывающиеся слушаться ноги плелся за своими спутниками.
Гном сдавал. За последние дни он потерял добрую четверть своего веса, и одежда висела
на нем складками. Но глаза его горели несгибаемым упрямством.
Я чувствовал, что и сам потерял в весе. Заныла рана нанесенная мне Тонкаром, ноги
превратились в ходули, каждый шаг давался с огромным трудом и усилием воли. Я понимал,
что так мы долго не протянем.
Даже по железному сэру Реджи было видно, что он устал. Походка потеряла былую
упругость, движения, некогда плавные и грациозные, как у хищника из семейства кошачьих,
стали резкими и неровными.
Мы выбивались из сил и все равно не успевали к сроку. Не было с нами Моргана, чтобы
сотворить волшебство, снимающее усталость, не было с нами Гармона, чтобы поддержать дух
веселой балладой, и сами мы уже почти отчаялись.
Тремя еле двигающимися трупами, живым подобием зомби, пересекли мы мост над
небольшой рекой, которая обозначала границу Пятого Королевства.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ,
в которой герой встречает эльфов, участвует в дуэли с
представителем Дивного Народа и находит потерянного друга
На дороге сразу стало многолюднее. В этом были свои плюсы - значит, тут должны быть
и гостиницы, и свои минусы - мы выглядели личностями очень подозрительными, каких
проверит первый же конный разъезд, а сэра Реджи в этих краях разыскивали за убийство.
Конечно, трудно признать блестящего щеголя и дуэлянта в этом грязном бродяге, увешанном
оружием, которого хватило бы на троих , но все же рисковать нам не хотелось.
Люди шарахались от нас, как от прокаженных. Никто из крестьян не предлагал подвезти
нас на своей повозке. Более того, стоило нам заговорить с кем-то, тот сразу же ускорял шаг или
подстегивал свою лошадь. Словно окруженные невидимой стеной, мы двигались по тракту, и,
хотя каждый шаг приближал нас к цели, шагов впереди было еще очень много, а силы и время
таяли буквально на глазах.
Вечером второго дня нашего пребывания в Пятом Королевстве мы достигли гостиницы, в
которой нас отказались обслужить. Только сверкание глаз сэра Реджи и звон полновесных
монет в кармане Кимли убедили хозяина предоставить нам номер, три таза горячей воды и
ужин, который мы съели в своей комнате. Спускаться в общий зал нам не хотелось, да и
хозяина, я думаю, наше стремление уединиться не слишком огорчило.
Однако горячей воды, ужина и первого с тех пор, как мы покинули гостеприимную
поневоле деревню, ночлега под крышей и на нормальных постелях было недостаточно, чтобы
полностью восстановить наши силы. Утром мы выглядели чуть лучше, чем вечером, и
чувствовали себя чуть лучше, но это было весьма незначительное "чуть". Лучше - не означает
"хорошо".
От хозяина гостиницы мы выслушали очередную версию падения башни Корда, больше
похожую на правду, чем все, слышанные нами ранее. Помимо Корда в ней фигурировали и
зомби, и даже Черный Лорд Тонкар, однако считалось, что битва между ними произошла без
постороннего, то бишь нашего, участия и Корд обрушил башню собственноручно, погребя под
ее останками своих врагов, и сам лег с ними в братскую могилу. Спорить мы не стали.
Были новости и о войне. Лорд Келвин по прозвищу Смерть, всеми признанный гений
тактики и профессор стратегии, продолжал свое победоносное шествие по принадлежавшим
Империи землям и был в двух днях перехода от Ущелья Рока, за которым начинались владения
Черной Цитадели. Еще немного, подумал я, и война завершится без нашего вмешательства.
Хотя я и понимал, что выдаю желаемое за действительное, но задачу можно решить
только в поставленных рамках, а рамки эти были узкими, как ножны Валькирии, и выйти за них
мы не могли. Сказано сразить Темного Властелина зачарованным мечом - будьте любезны,
сражайте. И никакие армии вам не помогут. Один на один, так должна была решиться судьба
этого мира. Герой всегда в светлом, против него главный злодей, носящий черные цвета.
Рыцарь Света против Князя Тьмы. Упрощенная схема любого противостояния. А кто из двух
антагонистов носил цвета тьмы, потом решит победившая сторона. В конце концов, историю
пишут не проигравшие.
Мы выступили утром, часов в восемь, сразу после легкого завтрака. Точнее, завтрак был
легким для нас с сэром Реджи, гном же не отказывал себе ни в чем. Я только диву давался, как в
субъекте столь скромных габаритов помещается столько поглощаемой им пищи. Он словно
наедался про запас. Как верблюд.
В полдень мы попали в пробку.
Что такое пробка? Если вы живете в Москве или в любом другом крупном городе, мне нет
нужды вам это объяснять. Куча людей, движущихся от точки А к точке В, вынуждены
проводить огромную часть своего времени в точке С, в которую им совершенно не надо, но
которая имеет неосторожность лежать между точками А и В. Как показывает практика, точка С
смещается вместе с вами, она может встретиться вам сразу же по выходе из точки А и
проводить вас до самой точки В, как бы вам ни хотелось, избавиться от ее назойливости. В
точке С, как правило, скучно, душно и безнадежно.
Что такое пробка в мире, где нет автомобилей? Примерно то же самое, только вместо
стальных коней в нее попадают кони оригинальные, природные, так сказать, иные с седоками,
иные тянущие деревянные повозки.
Повозок собралось до черта и больше, всадники и пешеходы огибали их и попадали в
огромную очередь. Конец пробки, а точнее, ее начало, скрывалось за поворотом.
Ну, с телегами-то все понятно, скажете вы. Но что мешает всадникам и пешеходам обойти
пробку через лес, срезать, так сказать, угол и вырваться на оперативный простор? Очень
просто. Им мешают лучники и алебардщики, стоящие вдоль дороги и не дающие выбраться на
обочины.
- Проверка, - буркнул сэр Реджи. - Надо же, как нам не повезло.
- Насколько мы застрянем? - спросил я.
- Надолго, - сказал сэр Реджи. - Блокпост, если они не идиоты, а они вряд ли идиоты,
устроен на мосту за поворотом. Минуя дорогу, на мост не попасть. Кроме того, есть у тебя с
собой какие-нибудь бумаги?
Бумаги у меня с собой были, как то: водительские права, выданные мне районным
управлением ГИБДД, земного ГИБДД, а не этой чертовой Инквизицией из Десятого
Королевства, технический паспорт моего безвременно скончавшегося скакуна, куча
дисконтных и кредитных карт , пачка баксов, немного российских денег и еще какая-то
мелочь, однако ценность этих бумаг здесь приравнивалась к ценности другой бумаги.
Туалетной.
- У меня есть бумаги, - удивил нас Кимли. - Разрешение перемещаться по Двенадцати
Королевствам без всяких ограничений.
- Кто ж тебе ее выдал? - поинтересовался сэр Реджи.
- Подземный Король, - сказал Кимли. - Он имеет на это право согласно договору о
взаимовыгодном сотрудничестве от...
- Понятно, - сказал сэр Реджи. - Но у меня такой бумаги нет. Кроме того, я здесь
вроде как в розыске.
- Не думаю, чтобы они тебя узнали, - сказал Кимли.
Я присмотрелся к сэру Реджи внимательнее. Он сбросил пару килограммов, особенно
обострились черты его лица. Одежда рваная и потрепанная, вся в запекшейся крови, лицо
украшает недельная щетина, которую уже скоро можно будет назвать бородой. Конечно, я
видел эти перемены каждый день, шаг за шагом, поэтому и привык к ним, считая чем-то само
собой разумеющимся, однако я должен был признать, что нынешний сэр Реджи разительно
отличался от того сэра Реджи, которого я встретил по выходе из Врат, открытых кристаллом
Радагана.
Не должны узнать. Если бы не оружие, находящееся в отличном состоянии, его можно
было бы принять за бродягу, коих мы уже встречали предостаточно. Но выбросить оружие сэр
Реджи никогда не согласится, кроме того, выбрасывать оружие во время войны просто глупо.
Еще неизвестно, какое в Пятом Королевстве предусмотрено наказание за бродяжничество.
- Почему они устроили блокпост здесь, а не на границе? - поинтересовался я.
- Кто знает. - Сэр Реджи пожал плечами. - Военное мышление. Границы сейчас
понятие чисто фиктивное, толпы беженцев скоро начнут курсировать по всем Королевствам, а
здесь в соседней деревне стоит гарнизон. Вот и разместили блокпост поближе к нему на случай
заварушки.
За время нашего разговора мы продвинулись вперед только на три шага. Перед нами была
непробиваемая толпа из крепких крестьянских спин, в десяти метрах впереди над ней
возвышался всадник верхом на вороном жеребце. Все смиренно ждали своей очереди.
Нацеленные луки и готовые к употреблению алебарды служат хорошим средством убеждения.
- У тебя есть еще золото? - спросил я у Кимли.
- Пара монет завалялась в карманах.
- Дай их мне.
- Что ты собираешься покупать здесь? - спросил гном.
- Немного времени.
Для чего устраивают блокпосты и стационарные пикеты ГАИ? Конечно же для
повышения благосостояния сотрудников, задействованных в этих пикетах служб. Потому что
больше никакого толку от этих живых очередей нет и быть не может в принципе. Не хочешь
стоять - дай на лапу. Не подмажешь - не поедешь, и так далее... Народная мудрость учит нас
давать взятки.
- Эй! - крикнул я, перелезая через телегу и подходя к стоявшему в ряду лучнику. -
Приятель, мы можем с тобой поговорить?
- А что толку? - лениво спросил он, направляя стрелу мне в грудь. Тетива натянута не
была, и я расценил это как обычный жест вежливости.
- Почему бы не поговорить с хорошим человеком? - спросил я. - Женат?
- А то как же. - Он вздохнул.
- И дети есть?
- Двое, - сказал он, копируя героя Андрея Мягкова из "Служебного романа". -
Мальчик и мальчик.
- А жена знай целый день долдонит одно и то же, - сказал я.
- Ты знаком с моей женой? - В его глазах появился живой интерес.
- Нет, - успокоил я его. - Просто все они одинаковые, верно? Всем женщинам нужно
только одно.
- Деньги, - сказал он, отводя свое оружие в сторону. - Плешь проела жаловаться,
какая у меня маленькая зарплата. Другие, говорит, вон сколько домой приносят, а ты сколько?
А я всего лишь капрал, куда мне до других? Я в оцеплении пять лет стою, верно, тут и умру...
- Я могу помочь твоему горю, - сказал я, показывая ему один золотой. - Не сильно,
конечно, но на пару дней она замолчит.
- Чего хочешь? - быстро спросил он, глядя на деньги с алчным блеском в глазах.
- А ты как думаешь? - спросил я. - Можешь?
- Сколько вас?
- Трое, один гном.
- Три золотых.
- Ты хочешь ублажить свою жену надолго, - сказал я. - Это тебе быстро надоест, с
непривычки-то. Два.
- Согласен.
Он отвернулся, сказал что-то своему соседу с алебардой и покинул строй, знаком
приказав следовать за ним. Я крикнул своих товарищей, и через десять минут, став беднее на
два золотых, мы были уже на другой стороне моста.
Коррупция.
Она ведь вне времени и вне миров.
Она в людях.
- Мы могли быть имперскими шпионами! - бушевал сэр Реджи, когда очередной
поворот дороги скрыл от нас мост и стоявших на нем солдат. - Беглыми преступниками,
убийцами и насильниками! Как он мог пренебречь своим долгом, наплевать на свою службу,
опозорить имя своего отца?! Продажная крыса!
- Он тоже хочет есть, - сказал я. - И тебе лучше благодарить Бога, или в кого ты там
еще веришь, что он оказался продажной крысой, а не выполнил свой долг и не поднял тревогу.
Кто из нас в розыске?
- То, что его продажность пошла на пользу нашему делу, не оправдывает его поступка и
не снимает с него ответственности!
- Какой взрыв нравственности, - пробурчал гном. - И откуда бы?
- Каждый должен делать свое дело, - не унимался сэр Реджи. - И делать его хорошо,
иначе мир полетит в тартарары без всякого Темного Властелина. Сапожник тачает сапоги,
крестьянин сеет хлеб, а стражник стоит в оцеплении!
- Я - гном, - сказал Кимли. - Мое дело - сидеть под землей и разрабатывать жилу, а
не служить проводником у двух полоумных верзил, которые сами не понимают, чего хотят, и
думают, что могут спасти этот мир. Как тебе такой довод?
- Ты - воин.
- В первую очередь я все-таки гном.
- Биться с Темными Властелинами не мое дело, - сказал я. - Я - бизнесмен.
- Ты - Избранный, - возразил сэр Реджи.
- Не по собственному выбору.
- Не мы выбираем себе дорогу, дорога выбирает нас.
- Значит, дорога выбрала этот день, чтобы подарить стражнику два золотых, - сказал
я. - Если ты веришь в фатум, чего же ты кипятишься? Это судьба, кисмет.
- Ястреб, - сказал гном, - ты - воин. Ты - солдат. Ты сражаешься и убиваешь, и
делаешь это хорошо, потому что тебе это нравится. А этот парень, скорее всего, был набран в
стражники по воинской повинности и по сути своей является крестьянином или
ремесленником, который делает не свое дело. И ему не нравится стоять в оцеплении, только и
всего.
- Если ему выпала такая дорога, он должен идти по ней до конца.
- Все верзилы такие твердолобые?
- Все гномы такие демагоги?
- Как?! - задохнулся Кимли. - Как ты меня назвал?!
- Тише вы, горячие эстонские парни, - примирительно сказал я, видя, что гном кипит
уже совсем нешуточными страстями и перепалка вот-вот может вылиться в приличную
ссору. - Вы еще подеритесь.
- Клянусь бородой Вотана! - воскликнул гном. - Прости меня, Гранитный Воин,
пожалуй, я немного увлекся в своих рассуждениях.
- Прости и ты меня, благородный сын Дэринга. Корысть этого стражника вывела меня из
себя.
- Мы все устали, - сказал я. - И физически и морально. Давайте жить дружно, ребята,
а?
- И умирать вместе, - тихо добавил гном, которому всегда надо было оставить за собой
последнее слово.
Стемнело. Лес подступал вплотную к дороге, и мы не видели места, где можно было
остановиться на ночлег. Мы устали, но ночевать на деревьях, подобно древним предкам
человека, не хотелось. Тем более что согласно теории эволюции Дарвина гномы должны были
бы произойти не от обезьян, а от кротов.
Я не люблю ходить пешком. Пешие прогулки никогда не были моим коньком, да и мой
прежний социальный статус подразумевал более изысканный способ передвижения, нежели
приземленный по самое "не балуйся" одиннадцатый номер. Но так уж повелось, что, если
кто-то в этой жизни чего-то не любит, именно этого он получает вдоволь.
Если человек любит поспать подольше, его работа обязательно будет требовать подъема в
шесть утра. Если человек не любит холода, он обязательно загремит в длительную
командировку на север. Если человек не любит сладкого, он получит работу дегустатора на
кондитерской фабрике. А если человек не любит ходить пешком, он сотрет ноги по самые
плечи, изображая из себя корабль пустыни.
- Я вижу впереди свет костра, - сказал сэр Реджи. - Может быть, нам стоит
присоединиться к тем, кто его развел?
- Вряд ли они будут гореть желанием взять нас в свою компанию, - сказал я.
- Путник путнику рознь, - молвил сэр Реджи.
Костра мы достигли минут через двадцать. Вокруг него сидели пятеро типов весьма
пестрой наружности. Они были то ли вольными охотниками, браконьерами, в моем понимании,
то ли дезертирами, а может, и обычной разбойничьей шайкой, но, едва в отбрасываемый
костром круг света вступил сэр Реджи и назвался Крадущимся Вепрем мы превратились в
лучших друзей этих серьезных мужчин и были приглашены разделить их трапезу.
Трапеза состояла из густой похлебки, мяса в которой было больше, чем овощей, не самого
свежего хлеба и дрянного местного пива, однако на голодный желудок все это показалось мне
пищей богов. За едой говорили мало, обмениваясь короткими замечаниями, просьбами налить
еще и тщательно пережевывая пищу, но после, когда сотрапезники с набитыми животами
принялись отваливаться от костра и набивать свои трубки, потекла беседа.
- Что снова привело тебя в наши края, Вепрь? - спросил один из них.
Его звали Гансом. Судя по отношению к нему других, по изредка бросаемым на него
уважительным взглядам, в этой компании он был главным.
- Дела, - коротко сказал сэр Реджи, и Ганс понимающе кивнул. Такие люди уважают
чужие тайны. - Расскажите лучше вы. Я хотел бы услышать о том, что нас ждет на этой
дороге.
- Смутные времена, - сказал Ганс.
Я уже начал уставать от этой присказки, постоянно вклинивающейся в любые разговоры.
Как дела, брат? Смутные времена. Который час, друг? Смутные времена. Как поживает ваша
дражайшая половина? Смутные времена.
- В государстве осталось мало мужчин, почти всех забрали в армию лорда Келвина.
Женщины и старики не способны защитить свои дома, поэтому в округе развелось много
всякой нечисти. Неспокойно.
- Говоря "нечисть", ты подразумеваешь человеческую нечисть либо нечисть
настоящую? - спросил гном.
С его стороны это был не самый тактичный вопрос, но Ганс не обратил на нюанс ни
малейшего внимания.
- Разная встречается нечисть, - сказал Ганс. - Есть люди, но бродят и орочьи шайки;
недавно видели огромную стаю волков, поговаривают, были среди них и оборотни. Два дня
назад из лесу выполз тролль, убил уйму народу да и уполз обратно. Мы идем по его следу,
главы двух деревень назначили награду за его голову.
- Опасная затея, - заметил сэр Реджи.
- Награда больно хороша, - сказал Ганс. - Для нас была бы честь разделить ее с тобой,
Вепрь. И лишний клинок в таком деле никогда не помешает.
- У меня нет времени на шалости, - сказал сэр Реджи. - Мой долг призывает меня. Но
что троллю делать так близко от дороги? Обычно они сторонятся наезженных мест.
- Смутные времена.
Универсальный ответ, не находите? Надо и самому попробовать при случае.
- Кто знает, что выгнало его из глубин леса.
- Говорят, эльфы, - сказал другой охотник за наградами, молодой парень с длинным
косым шрамом на правой щеке. - Двадцать луков Дивного Народа шли мимо одной
деревеньки неподалеку.
- Где наш друг развлекался с прекрасной вдовушкой. - Ганс хохотнул, охотники
вторили ему. - Чего не померещится в такой-то момент!
- Нет, правда, - обиженно сказал парень. - Я сам видел рогатые шлемы, блестящие
кольчуги и луки, такие большие, какие не согнуть ни одному смертному.
- Тролль в этих краях, это уже странно, - сказал сэр Реджи. - Но эльфы - дело
неслыханное. Их владения находятся на западе отсюда, и они редко покидают его границы с тех
пор...
- ...С тех пор, как младшие братья оттяпали себе все земли, наплевав на древние
договоры, - сказал Кимли. - Повезло гномам, что люди не могут селиться под землей. А вот
эльфам с их любовью к лесам не повезло.
- Эльфов мало, - сказал Ганс. - И они занимали слишком большую территорию. Мы
просто немного их потеснили.
- Немного, - согласился гном. - Совсем чуть-чуть.
- Их город в лесу остался у них, - сказал Ганс. - Пусть радуются хоть этому.
- Когда-нибудь вы доберетесь и до него, - сказал Кимли. - Только, надеюсь, меня к
этому времени здесь уже не будет.
Говоря "здесь", не думаю, чтобы он подразумевал территорию Пятого Королевства и
прилегающую к нему местность. Скорее всего, он имел в виду весь этот мир.
Охотники отказались от наших услуг в несении дежурства и поделили смены между
собой. Никто особо не протестовал против такого решения, ибо спать хотели все. Утром
пришлось прощаться. Наш путь лежал по дороге,
...Поділитися у соцмережах
