Жанр: Электронное издание
MURKOK02
...л им, что ни один не имел ничего общего с
бензином, хотя и солгал.
Они попросили меня оставить им немного газолина, и я согласился.
Однако, я собирался сделать так, что он не сработает, когда они испробуют
его.
Я отказался возвращаться обратно на их страшных носилках, поэтому мы
вернулись так же, как пришли.
Хотя Одиннадцать и не подали виду, это казалось им неприятным, и потом
я понял, почему. В конце улицы, по которой мы шли, из дома вышел человек и
направился, спотыкаясь, к нам.
На губах у него пузырилась кровавая пена, а от шеи до носа расползалась
по лицу зеленоватая клякса. Одна рука казалась парализованной и
бесполезной, другая болталась так, словно он пытался сохранить равновесие. Он увидел нас, и из его рта вырвался неразборчивый крик. Глаза его были лихорадочно-яркими и блестели ненавистью.
Приблизившись к Одиннадцати, он закричал:
- Что вы наделали! Что вы наделали!
Одиннадцать все, как один, повернулись, оставив меня одного лицом к
лицу с поражённым чумой несчастным.
Но он проигнорировал меня и кинулся за ними.
- Что вы наделали! - снова пронзительно крикнул он.
- Слова ничего не значат. Нельзя отвечать, - сказал Девятый.
- Вы виноваты! Вы выпустили чуму! Вы навязали нам это нечестивое
правительство! Почему столь немногие понимают это?
- Неэффективный, - раздался холодный мёртвый голос Шестого.
Затем из тех же дверей выбежала девушка. Она была хорошенькая, лет
восемнадцати, и одета в нормальную марсианскую одежду - коротенькую тогу.
Её каштановые волосы растрепались, а по лицу струились слёзы.
- Отец! - закричала она, бросаясь к несчастному.
- Уйди, Ала Мара! - крикнул он. - Уйди, мне предстоит умереть. Дай мне
воспользоваться оставшейся во мне малостью жизни, чтобы выступить против
этих тиранов. Дай мне попробовать заставить их почувствовать что-то
человеческое - даже если это будет всего лишь ненависть!
- Нет, отец! - девушка потянула было его за руку.
Я заговорил с ней:
- Я сочувствую вам обоим, - сказал я. - Но подождите ещё немного. Может
быть, я сумею вам помочь.
Один из Одиннадцати - по-моему, он называл себя Третьим - повернулся. В
руке у него было оружие шивов. Даже не моргнув глазом,он нажал на курок.
Оружие это действует только на коротком расстоянии - а тут стреляли почти
в упор. Человек со стоном упал.
Девушка издала громкий вскрик и принялась молотить Третьего по груди
кулачками.
- Вы убили его. Вы могли, по крайней мере, оставить ему ту малость
жизни, что у него осталось! - с ненавистью рыдала она.
- Неэффективный, - произнёс Третий. - Ты тоже неэффективный, - и он
начал поднимать пистолет.
Я не смог это вытерпеть.
С безмолвным криком я прыгнул на него, вышиб из руки пистолет и
обхватил девушку за талию.
Я ничего не сказал.
Он ничего не сказал.
Мы просто стояли молча, рассматривая друг друга, когда повернулись
десять других членов Совета.
Я выхватил свободной рукой меч.
- Мёртвый человек - самый неэффективный из всех возможных, - высказался
я. - И я могу сделать такими нескольких из вас, если вы сделаете хоть один
шаг.
Девушка теперь плакала от реакции на случившееся, и я от всего сердца
жалел её теперь даже больше, чем раньше.
- Не беспокойся, Ала Мара, - сказал я, вспомнив имя, названное её
покойным отцом. - Они не причинят тебе вреда.
Один из Одиннадцати, находившийся дальше всех от меня, поднёс к губам
свисток, игнорируя мою угрозу. Его звук пронзил воздух, и я понял, что
свисток предназначен для вызова стражи.
Закинув девушку на плечо, я кинулся по улице. Я знал, что ворота - за
следующим поворотом, и что если я смогу достаточно быстро создать
дистанцию между собой и Одиннадцатью, то их стража не причинит мне вреда.
Задыхаясь, я свернул за угол и бросился к раскрытым воротам.
Когда я пробежал через ворота, ко мне бросились стражники, и я молился,
чтобы мне удалось добраться до поджидавшего корабля прежде, чем всё будет
потеряно.
Хул Хаджи, должно быть, увидел, что меня преследуют стражники, потому
что он вдруг появился у входа в гондолу воздушного корабля. Я швырнул ему девушку и повернулся как раз, чтобы отбить удары мечей первых двух человек.
С оружием они обращались неумело, и сперва я защищался легко. Но вскоре
в бой вступили и другие, и мне пришлось бы туго, не окажись со мной рядом
массивная фигура Хул Хаджи.
Вместе мы удерживали их, пока несколько не оказались на земле убитыми
или ранеными.
- Поднимайся на борт корабля, - бросил мне вполголоса Хул Хаджи. - Я
тотчас же присоединюсь к тебе.
Всё ещё сражаясь, я сумел забраться в гондолу.
Хул Хаджи сделал один последний выпад, убивший стражника, и в возникшем
в эту секунду затишье, прыгнул в гондолу.
Я стоял наготове у двери и тут же захлопнул её. Предоставив Хул Хаджи
запирать её, я проскочил мимо всё ещё испуганной девушки и уселся за пульт
управления кораблём.
Прошло всего несколько мгновений, и моторы мощно взревели, оживая. Я
освободил якорные канаты, и вскоре мы поднимались в воздух.
- Что теперь? - спросил Хул Хаджи, мельком взглянув на девушку и
усевшись в специально изготовленное для него кресло.
- У меня есть сильное искушение сейчас же вернуться в Варналь, - сказал
я. - Но вероятно, будет лучше всего сразу же отправиться к подземельям
якша и посмотреть, не сможем ли мы найти машину для исцеления чумы. Ещё
лучше было бы, если бы нам удалось вступить в контакт с шивами.
- Шивы редко вступают в контакты с нами, - напомнил мне Хул Хаджи.
- Но если бы они узнали!
- Наверное, они знают.
- Ладно, - сказал я. - Мы летим к подземельям якша. Наверное, там мы
найдём средство вступить в контакт с шивами.
- А что насчёт девушки? - спросил Хул Хаджи.
- Ничего не остаётся, кроме как взять её с собой, - решил я. - В конце
концов, помогая ей в первый раз, я возложил на себя ответственность за её
дальнейшую судьбу.
- И на меня, друг мой, - улыбнулся Хул Хаджи, пожав мне плечи своей
рукой.
Позади нас Ала Мара слабо проговорила:
- Спасибо вам, незнакомцы. Если я буду вам чемто мешать, высадите меня,
где хотите. Вы сделали достаточно.
- Чепуха! - ответил я, устанавливая курс на север к подземельям якша. -
Мне хочется в конце этого приключения вернуть тебя обратно в Кенд-Амрид.
Кроме того, у нас есть основания надеяться, что мы получим средства для
уничтожения всех царящих там бед.
Наверное, тронутая этим, и явно вспомнив смерть отца, девушка снова
принялась рыдать. Я обнаружил, что мне трудно не обращать внимания на её
эмоции, и прошло долгое время прежде, чем я смог подумать о способе,
которым я рассчитывал найти машину, способную исцелить чуму, исходя из
предположения, что она существовала в подземельях якша.
Пройдёт ещё несколько дней прежде, чем мы доберёмся до своей цели. За
это время я должен научить себя действовать и мыслить хладнокровно.
Я, конечно, не знал тогда, что ждало меня впереди. Если бы знал, то
скоре всего, вернулся бы в Варналь.
Как оказалось, события скоро развернулись таким образом, что мы все
оказались в отчаянном положении!
*
Глава пятая: ВАРВАРЫ.
Наконец, мы полетели над пустыней, решив навестить Мендишар, отечество
Хул Хаджи, на обратном пути. Частично это было решением моего друга,
поскольку он объяснил, чт олишь недавно улетел оттуда и испытывал
уверенность, что там у него в настоящее время забот нет.
Мы опустились перед очищенным нами раньше входом и, причалив воздушный
корабль, оставили Алу Мару сторожить его.
У входа, накрытого нами в предыдущее путешествие листом сплава, не
подверженным коррозии, мы заметили признаки того, что его потревожили.
Хул Хаджи указал на землю.
- С тех пор, как мы его оставили, здесь побывали люди, - сказал он. -
Вот отпечатки ног. А вот следы, как будто по земле волокли что-то тяжёлое.
Что ты об этом скажешь, Майкл Кэйн?
- На данный момент у меня не больше мыслей, чем у тебя, - нахмурился я.
- Нам лучше вести себя осторожно. Наврное, внутри мы обнаружим следы, по
которым сумеем распознать чужаков. Кто же мог залезть сюда?
Хул Хаджи покачал головой.
- Отпечатки ног показывают, что это люди не моей расы, а твоей - но, с
другой стороны, никаких низкорослых людей в этих краях нет. Должно быть,
они явились издалека.
Мы подняли крышку и прошли в прохладное помещение. Оно освещалось
казавшимися неиссякаемыми огнями древней расы.
В свой последний визит мы соорудили деревянную лестницу, и ступеньки её
были теперь расщеплены и побиты, опять-таки доказывая, что по ним волокли
тяжёлые предметы.
Когда мы пробрались дальше в катакомбы якша, то ахнули от гнева, увидев
учинённые разрушения. Машины валялись перевёрнутые и разбитые, сосуды с
химическими веществами - сломаны и разнесены вдребезги, артефакты частично
уничтожены.
Мы шли дальше, через многие помещения подземного города, находя
дальнейшие доказательства бесчувственного вандализма, пока не вошли в одно
достаточно большое помещение и не нашли его почти пустым. Я вспомнил, что
в этом месте хранились многие из наиболее интересных машин, машин, которые
принесли нам множество интересных знаний, если дело дошло бы до их
исследования.
Но они исчезли!
Где они?
Я не мог догадаться.
Вот тут-то мои уши уловили впереди звук движения, и я выхватил меч. Хул
Хаджи последовал моему примеру.
Как только мы сделали это, из двери напротив той, которой
воспользовались мы, вбежало, размахивая мечами, множество людей с круглыми
щитами из грубо кованного металла.
Однако, больше всего меня поразил в них тот факт, что все они оказались
бородатыми. Люди, виденные мною на Марсе, были лишены волосяного покрова
на лице.
Эти приземистые мускулистые люди носили тяжёлые кожаные нагрудники,
начисто лишённые обычных драгоценных камней. Единственными их украшениями
являлись воротники и ножные браслеты из кованого металла, похожего на железо, хотя у некоторых они, казалось, были сделаны из золота или бронзы.
Они недружно остановились, так как мы приготовились встретить их с
мечами наготове.
Один из них, косоглазый человек, даже более волосатый, чем большинство
других, чуть склонил голову на бок и обратился к нам резким наглым тоном:
- Кто вы? Что вы здесь делаете? Это наша область грабежа. Мы первые
нашли её.
- Да ну, неужели?
- Да, мы. Странно такой паре, как вы, оказаться здесь вместе. Я думал,
что вы, синие гиганты, всегда дерётесь с людьми вроде нас.
- С людьми вроде вас обязательно нужно драться, судя по тому, что вы
сделали с этим местом, - ответил с отвращением в голосе Хул Хаджи.
- Я хочу сказать - и с людьми вроде него тоже, - уточнил бородатый,
махнув мечом в моём направлении.
- Этот вопрос не имеет значения, - нетерпеливо бросил я. - Так что
перейдём к делу. Кто вы?
- Не твоё дело.
- Может оказаться, что это наше дело! - проворчал Хул Хаджи.
Бородатый резко и надменно рассмеялся.
- Ах вот как? Ну, можете попробовать, если хотите. Мы - багарады. И наш
вождь - Рокин Золотой. Мы самые свирепые бойцы по обе стороны Западного
моря.
- Так значит вы прибыли из-за Западного моря, - догадался я.
- Неужели ты слышал о нас?
Я покачал головой, но Хул Хаджи сказал:
- Багарады. Я немного слышал о вас от своего отца. Варвары, грабители,
налётчики из страны за Западным морем.
Я только однажды посетил Западный континент, да и то случайно, когда
пережил приключения в странном Городе Паука, откуда мы с Хул Хаджи едва
сбежали, спасая свои жизни. Так значит они тоже с того таинственного
континента, неисследованного до сих пор марсианскими путешественниками.
- Варвары! - бородатый снова издал утробный смех. - Может быть. Но
скоро мы будем покорителями мира!
- Как так? - спросил я с подозрением.
- Потому что у нас есть оружие - оружие, и не снившееся человеческим
существам. Оружие некогда обитавших здесь Богов!
- Они не были Богами, - поправил я его. - Скорее всего, жалкими
демонами.
- Что ты знаешь о Богах? - нахмурился варвар.
- Я же сказал тебе: построившие этот подземный город, не были богами.
Они были простыми людьми.
- Ты говоришь ересь,гладкокожий! - прорычал варвар. - Поосторожней со
словами! И всё же, кто ты?
- Я - Майкл Кэйн, брадинак Варналя.
- Брадинак, да? Х-м-м, за тебя можно получить хороший выкуп, а?
- Несомненно, - холодно ответил я. - Но это будет выкуп за труп, так
как я скорее умру, сражаясь, чем позволю коснуться рукам таких, как вы.
Варвар ухмыльнулся, наслаждаясь оскорблением, полученным им.
- А кто другой?
- Я - бради Хул Хаджи из Мендишара. Мне нет нужды повторять слова моего
друга, поскольку они такие же, как мог бы сказать я. - Хул Хаджи слегка
переменил стойку.
Варвар задумчиво опустил свой косой взгляд.
- Отлично, отлично. Два хороших приза, если мы сможем взять вас живыми,
не так ли? Я - Зонорн Растерзай - имя моё вполне заслуженное. В своё время
я любил отрывать у людей конечность за конечностью.
- Полезное занятие, - насмешливо заметил я.
Его лицо стало серьёзным.
- Да, это так там, где правят багарады. Никто не сможет плюнуть в глаза
Зонорну, кроме единственного человека, более сильного чем я.
- Судя по тому, что ты говоришь, такого вообще нет, - заметил я.
- Я говорю о нашем собственном бради - Рокине Золотом. Ты можешь
оскорблять меня, и я оценю оскорбление по достоинству. Жаловаться я буду
только, если оно окажется слабым. Но скажи мне хоть слово против Рокина,
истинного военного бради, и я разрежу тебя на части. Мне не нужен меч или
щит, когда я имею дело с человеком.
- Так значит вы по приказу Рокина украли машины. Это так?
- Приблизительно так.
- А где теперь эти машины? Всё ещё по эту сторону Западного моря?
- Некоторые да, некоторые нет.
- Вы дураки, если имели смелость копаться в них. Они так же легко
могут уничтожить вас, как и тех, против кого вы планировали их направить.
- Не пытайтесь озаботить меня подобной болтовнёй, - проворчал Зонорн. -
Мы знаем, что делаем. Никогда не называй дураком человека из Багарада,
пока не отрастишь свою бороду, - он разразился хохотом, явно наслаждаясь
обычной шуткой своего народа.
- У меня нет бороды, - напомнил я ему. - А вы будете мудрецами, если
вернёте украденное. Вы не можете понять смысла того, что сделали, даже
если бы я объяснил вам его.
- Мы тебя не боимся, - пробормотал он. - И не боимся твоего
здоровенного друга. Нас много, и мы - лучшие бойцы по любую сторону
океана.
- Тогда мы заключим сделку.
- Какую сделку?
- Если мы побьём вас в честном бою, вы привезёте оборудование обратно,
- я подумал, что это может оказаться привлекательным для простых
варварских обычаев.
- Нельзя, - отказался он, качая головой, словно разочарованно. - По
такому делу должен принять решение сам Рокин.
- Тогда что же нам делать?
- Я честный человек, - задумчиво проговорил он. - И у нас в настоящее
время маловато сил. Я позволю вам уйти. Как насчёт этого?
- Вы боитесь с нами драться, не правда ли? - рассмеялся, поглаживая меч
Хул Хаджи.
Этого говорить не следовало.
Если бы Зонорн отпустил нас восвояси, мы смогли бы вернуться с силами
Мендишара и остановить их прежде, чем они погрузятся на свои корабли и
отплывут на западный континент.
Но Хул Хаджи задел варварскую гордость Зонорна.
Теперь решить дело могла только кровь.
Заревев от гнева, Зонорн бросился на Хул Хаджи.
Его люди тоже кинулись на нас.
Вскоре мы дрались с несколькими варварами, окружившими нас. Варвары
оказались крепкими, сильными бойцами, но в их фехтовании отсутствовало
искусство.
Защищаться было довольно легко, даже против столь многих, но мы уже
знали, что скоро будем убиты, если только нам исключительно не повезёт.
Мы дрались, стоя спиной к стене, и наши клинки скоро окрасились от
острия до рукояти кровью противников.
Я уклонился от неловкого выпада и ударил над краем щита, попав
нападающему в горло. И только когда я убил его и схватился с другим
противником, я понял, что убил самого Зонорна.
Через некоторое время моя рука, державшая меч, стала побаливать, но я
продолжал отчаянно драться, зная, что в этом бою ставка была намного
больше, чем наши собственные жизни.
На чаше весов лежала судьба Кенд-Амрида. Наверное, даже судьбы всего
Марса.
Мы должны найти нужную машину, либо в подземельях, либо в имуществе
необразованного варвара, называвшего себя Рокин Золотой.
Я блокировал удар сверху и обернулся, когда нападавший упёрся мне щитом
в грудь.
Я скользнул лезвием меча по его оружию до рукояти, внезапно расцепился,
а затем вновь сделал выпад вперёд, метя ему в сердце.
И всё же казалось, что как бы быстро мы не убивали их, находились
другие, занимавшие их места и, как обычно, я вскоре потерял представление
обо всём, кроме боя. Я сам стал боевой машиной, хотя и ненавидел это,
сфокусировав внимание на сохранении своей жизни, даже если это стоило
многих других жизней.
При всех своих прекрасных идеалах, когда доходило дело до этого, я был
таким же убийцей, как и другие.
Я говорю это только для того, чтобы показать, что я не наслаждаюсь
убийством и избегаю его, когда могу даже на Марсе - планете, на которой
войны часты.
Мы дрались и дрались до тех пор, пока не утратили всякое ощущение
времени, и снова и снова казалось, что мы на волосок от смерти.
Но наконец, кажется, наши противники тоже стали уставать. Я увидел
брешь и решил, что в данном случае мы лучше всего послужим своей цели,
если попытаемся бежать.
Прокричав Хул Хаджи, я нырнул через разрыв в рядах врагов, видя уголком
глаза, что он последовал за мной.
Затем я заметил, что откуда-то из темноты вынырнул ещё один человек и
сбоку бросился на Хул Хаджи. Инстинктивно я понял, что мой друг не заметит
его во-время.
С предупреждающим криком я повернулся придти к нему на помощь.
Повернулся я слишком резко и поскользнулся на крови.
Последнее, что я запомнил - ухмыляющееся бородатое лицо и щит, которым
меня бьют по моему лицу.
Я попытался не потерять сознания, попробовал подняться и увидел, как
Хул Хаджи схватился за бок с гримасой боли на губах. Затем моё зрение
омрачилось.
Я упал лицом вперёд, уверенный, что никогда больше не очнусь.
*
Я очнулся, но пробуждение было не из приятных. Меня подбрасывало на
спине животного.
Открыв глаза и зажмурившись от яркого солнечного света, я увидел, что
связан по рукам и ногам и приторочен ремнями к спине большого дахара,
универсального ездового и вьючного животного всех, когдалибо встреченных
мною марсиан.
Солнце светило мне прямо в глаза, у меня болела голова и все мускулы
тела. Но в общем я, кажется, был цел.
Я гадал, что стало с Хул Хаджи.
А потом я подумал, что стало с Алой Марой, оставленной нами сторожить
воздушный корабль.
Я молился, чтобы эти грубые варвары не обнаружили её!
Потом я закрыл глаза от солнца,раздумывая о способах бегства от
пленителей, способах найти машину, если только она существовала, для
исцеления чумы в Кенд-Амриде. Я так устал, чтомне трудно было мыслить
логично.
Когда я открыл глаза в следующий раз, то смотрел прямо в хитрое лицо
варвара.
- Так значит ты жив, - ухмыльнулся он. - Я думал, что южане слабые, но
там, в подземельях, мы убедились в обратном.
- Дай мне меч и развяжи мне руки, и ты усвоишь этот урок лично, -
проговорил я,еле ворочая языком.
Он в удивлении покачал головой.
- Если бы у тебя была борода, ты мог бы быть багарадом. Думаю, ты
понравишься Рокину Золотому.
- Куда мы едем?
- На встречу с Рокином.
- Что случилось с моим другом? - я намеренно не упомянул о девушке.
- Он тоже жив, хотя и получил лёгкую рану, - пока варвар говорил, мы
по-прежнему двигались. Оказалось, что он ехал на дахаре.
Словно камень упал у меня с плеч, когда я узнал, что Хул Хаджи жив.
- Мы не смогли найти ваших дахаров, - сказал варвар. - Как вы сюда
попали?
Услышав этот вопрос,я испытал ещё большее облегчение, так как это
означало, что они не обнаружили Алу Мару. Но где же она? Почему они не
заметили воздушного корабля? Я попытался ответить таким образом, чтобы
прояснить для себя эти вопросы, по крайней мере частично.
- У нас было воздушное судно, - сказал я. - Мы прилетели сюда.
Варвар засмеялся.
- Наглости у тебя хватает, - одобрил он. - Ты можешь врать, как и
драться, не хуже, чем багарад.
- Разве вы не видели воздушного корабля?
- Мы не видели никакого корабля. Ты называешь нас варварами, друг мой,
но даже мы знаем достаточно, чтобы не верить в детские сказки. Все знают,
что людям не предназначено летать - следовательно, они не могут это
делать.
Я слабо улыбнулся в ответ. Я не мог ему сказать, что улыбаюсь его
наивности, и потому что это наверняка означало, что они не видели ни моего
воздушного корабля, ни Алу Мару. Я по-прежнему недоумевал, что же
случилось с девушкой.
Наверное, воздушный корабль каким-то образом унесло ветром. Я не знал,
что случилось, и мог только надеяться, что они в безопасности.
Через некоторое время упадок сил заставил меня заснуть несмотря на
тяжёлую тряску, которой я подвергался.
Когда я очнулся в следующий раз, было темно, и дахары двигались
медленнее.
Сквозь рокот варварского разговора я услышал другой звук - прибой моря.
С упавшим сердцем я понял, что мы приехали к лагерю варваров, и мне
вскоре придётся встретиться с их обожаемым вождём - Рокином Золотым.
Через некоторое время дахар остановился и тяжёлые руки отвязали ремни
от моего тела и сбросили меня на землю. Один из варваров, наверное тот, с
кем я разговаривал прежде, поднёс к моим губам бурдюк с тёплой водой, и я
жадно принялся хлебать её.
- Скоро и еда, - пообещал он. - После этого на тебя посмотрит Рокин. -
Он ушёл, и я лежал на твёрдой гальке, прислушиваясь к близкому шуму моря.
Я всё ещё находился в ошеломлённом состоянии.
Позже я услышал голоса, и раздался глухой стук. Я повернул голову и
увидел лежащее рядом со мной огромное тело Хул Хаджи. Я осмотрел его рану
и заметил, что у варвара хватило порядочности по крайней мере на то, чтобы
перевязать её, хотя и грубо.
Он повернул голову и мрачно улыбнулся мне.
- По крайней мере, мы живы, - философски заметил он.
- Но надолго ли? - отозвался я. - И стоит ли жизнь этого? Мы должны
сбежать как можно скорее, Хул Хаджи. Ты знаешь, почему?
- Знаю, - ровным тоном ответил он. - Мысль о побеге не выходит у меня
из головы. Но в настоящее время мы можем только ожидать своего часа. Что
насчёт девушки спасённой тобой в Кенд-Амриде? Где она?
- Насколько я знаю - в безопасности, - сообщил я ему. - Или, во всяком
случае, не захвачена в плен варварами.
- Хорошо. Как ты это выяснил?
Я немного рассказал ему о том, что узнал.
- Наверное, она заметила, что что-то случилось, и отправилась за
подмогой, - предположил он, хотя явно и не убеждённый этим.
- Она не могла управлять кораблём, если только не наблюдала за моими
действиями очень внимательно. Я не могу придумать никакого объяснения. Я
просто надеюсь, что с нею всё будет в порядке.
- Ты заметил, - спросил внезапно Хул Хаджи, - единственный, имеющийся у
нас настоящий шанс?
- Какой именно?
- Спрятанный нож.
Вот это уже кое-что! Все синие марсиане носят всё ещё спрятанные в их
разукрашенных боевых пакапу маленькие ножи. Для того, кто не привык искать
подобные вещи, он покажется частью общего украшения. Я однажды раньше уже
имел возможность поблагодарить изощрённые военным умы тех, кто придумал
эту одежду. К несчастью, на мне теперь был пакапу южного стиля, не
содержавший ножа. И всё жеодин лучше, чем ничего. Если я смогу дотянуться
до него зубами, то может быть сумею перерезать путы Хул Хаджи.
Я перекатился для этого поближе к нему, как вдруг сверху раздался звук.
Оказавшись на спине, я посмотрел вверх.
И увидел очерченную на фоне освещённого только Фобосом неба гигантскую
фигуру, полностью облачённую в яркий металл. Металл был золотом, грубо
обработанным в форме доспехов, с большими, ясно выделявшимися гнутыми
заклёпками, державшими все части в соединении. Это была роскошная картина
грандиозной варварской показухи, и человек носил их с определённым
достоинством.
У него была изящно расчёсанная жёлтая борода и волосы ей под стать,
длинные, ниспадающие и явно чище, чем у его собратьев. На бедре он носил
огромный меч, рукоять которого он сжимал, глядя на меня. На лице его
расползалась усмешка.
- Ты кто? - спросил он глухим весёлым голосом. - Бради или брадинак?
- А ты кто? - ответил я вопросом на вопрос, хотя и угадал очевидное.
- Бради, мой друг, как тебе хорошо известно, если ты говорил с моими
людьми настолько долго, как они это утверждают. Бради Рокин Золотой, вожак
этих псов, багарадов. А теперь, будь любезен, ответь мне.
- Я - брадинак Майкл Кэйн из Варналя, Города Зелёных Туманов, самого
прекрасного города на всём Вашу, - ответил я столь же гордо, употребив
марсианское название их планеты.
Он снова усмехнулся.
- А вот этот, другой, должно быть бради, а?
- Бради из длинного ряда бради, - гордо ответил Хул Хаджи. - Бради
Мендищара. Для меня не существует более гордого имени.
- Ты так думаешь, да?
Хул Хаджи не ответил, а посмотрел на Рокина долгим взглядом.
Рокин, казалось, не возражал.
- Мне сказали, что вы перебили много моих людей, включая моего лучшего
помощника Зонорна Растерзая. Я считал его бессмертным, по крайней мере не
способным умереть от клинка врага.
- Это было легко сделать, - ответил я. - И это произошло случайно. Я и
не понял, что он был одним из тех, кого я убил, пока не схватился с
другими.
Рокин громко засмеялся.
- Вот это бахвальба! Лучше, чем багарад!
- Некоторых, как мне говорили, лучше, - согласился я. - В это нетрудно
поверить, если все они такие, как Зонорн.
Он чуть нахмурился, хотя по-прежнему усмехался, показывая на меня
сочленениями своих золотых доспехов.
- Ты так думаешь? Ты обнаружишь, что немногие способны побить
багарадов.
- Кто эти немногие?
- Э? Что ты имеешь в виду?
- Кого ты имеешь в виду? Детей!
- Нет, мужчины, друг мой! - лицо его просветлело. Подобно многим
первобытным людям, он, кажется, ценил оскорбление само по себе, незави
...Закладка в соц.сетях
