Жанр: Электронное издание
Молодильные яблоки
Дмитрий Мансуров
Жил-был Иван-царевич, развлекался в свое удовольствие, ни в чем не нуждался. И
вдруг его непоседливый папаша - царь тридевятого царства и большой любитель
яблок - узнал, что есть на свете яблоки не простые, а молодильные. То есть съел
- и живи сколько хочешь! Ну, как водится, призвал родитель отпрысков и повелел
добыть ценные фрукты, а взамен пообещал тому, кто привезет молодильные яблоки,
царский трон... после своей смерти! И отправились братья в разные стороны. Но лишь
Иван-царевич, охотник до всяческих приключений, сумел разгадать загадку чудофруктов.
И вышло все не так, как в сказке!..
Молодильные яблоки
Пролог.
Новолуние.
Большая часть звездного неба была закрыта темными тучами, далеко-далеко к северу
виднелись грозовые сполохи. Лес опустел, на деревьях не осталось ни одного
листочка. Развесистые кроны выглядели мрачно и угрюмо.
Осень, наступившая раньше обычного, превратила некогда живой лес в место,
пугающее тоскливым воем ветра. Пожелтевшая листва засыпала землю, и на упавших
листьях образовалась тонкая ледяная корочка. По ночам температура опускалась
ниже нуля, но днем солнце все еще старалось подарить земле остатки былого тепла.
Медленно-медленно, словно уставшая черепаха, в эти места вползала зима.
Сквозь мертвую листву виднелись человеческие скелеты.
Еле слышный новый звук прорвался сквозь завывание ветра. Казалось, еще немного,
и нарастающий топот разобьет однотонный и тоскливый гул, лес пробудится и грянет
могучим хором. Стук копыт становился все громче и громче: среди деревьев
показался всадник. Конь несся, не разбирая дороги, и наездник пригнулся к его
шее, чтобы не получить ветками по лицу. В его глазах читалась усталость,
перемежавшаяся с нарастающим отчаянием. Всадник не оборачивался проверить, нет
ли кого позади: он ждал, когда конь вырвется из леса на дорогу.
Подмерзшие листья хрустели под копытами и отлетали вперемешку с комьями земли.
Страх медленно, но неумолимо одолевал всадника: в отзвуках погони ощущалась
уверенность преследователей в том, что ему не удастся уйти, как бы он ни
старался.
Наемник Хорк умчался далеко вперед, когда по его следам проскакали четыре
всадника, закованные в серую матовую броню. Преследователи постепенно настигали
его, и там, где копыта их лошадей касались земли, она покрывалась тонким слоем
льда.
Перед мысленным взором Хорка появился образ кошеля, битком набитого золотыми
монетами,- обещанная награда за выполненное задание, деньги, которые обеспечат
ему безбедное существование до самой смерти. Мешала самая малость:
преследователи не намеревались оставить его в покое и неустанно мчались следом.
Он вспоминал, как его стращали рассказами о чудовищах, обитающих в лесу и
убивающих любого, кто попадался им на глаза. И когда увидел множество
человеческих скелетов, не обглоданных и не растащенных, то решил, что его брали
на испуг: ни один зверь не будет убивать ради жажды убийства, это приходит в
голову исключительно человеку. И теперь до него дошло, что под видом зверей
подразумевались преследовавшие его люди.
- Маньяки! - злобно пробормотал он,- Убийцы, черт бы вас побрал!
Сквозь кроны деревьев показались высокие каменные стены заброшенного города.
Ворота не закрывались много десятилетий. Некогда оставшись открытыми, они за
прошедшее время вросли в землю, и для их освобождения потребовалось бы приложить
немало усилий.
Хорк влетел на пустую улицу, эхо разнесло стук копыт между домами. Порывистый
ветер сдувал сухие листья в кучи и кружил их в мрачном осеннем вальсе, тоскливо
подвывая в черных провалах окон.
Остановив коня, наемник спрыгнул, ударил его по крупу, и тот, напуганный
страшным местом, самостоятельно поскакал прочь. Хорк вбежал в дом и поднялся на
плоскую крышу, намереваясь переждать, пока преследователи проскачут по ложному
следу, после чего сесть на заранее спрятанного в другом доме второго коня. Пока
погоня будет идти за первым, он ускачет далеко от этих мест.
На покрытой слежавшейся грязью крыше лежали мумифицированные трупики голубей,
скорлупа от разбитых яиц и несколько стрел, оставшихся со времен канувших в
вечность сражений.
Одинокий человеческий череп пялился на него пустыми глазницами, в одной из
которых небольшой паучок сплел паутину.
Хорк призадумался: куда делось тело? Отрубили человеку голову во время сражения,
а туловище упало на землю? В жизни всякое бывает.
Он лег у края крыши и выставил перед собой крохотное стеклышко, с одной стороны
покрытое копотью: приподнимать голову в такой ситуации - верный способ ее
лишиться. Череп по соседству на равноценную замену никак не потянет. Разве что
позже, лет через двадцать после смерти, когда его скелет станет таким же чистым,
как и череп.
Хорк помотал головой, отгоняя мрачные мысли, и установил стеклышко в углублении
среди каменной кладки так, чтобы дорога хорошо просматривалась. Отражение было
слабым, но этого хватало, чтобы увидеть преследователей. А они вряд ли заметят,
что за ними следят: ведь на преследователей не охотятся, от них убегают.
Они приближались. Наемник вжался в холодную крышу и замер.
Ветер заунывно подвывал, трупики голубей то и дело срывало с места сильными
порывами, и они перекатывались по крыше. Медленный танец смерти. Мрачный вальс
давно ушедшей жизни.
Бр-р-р-р-р...
Хорк поежился и дотронулся до мешочка: не ровен час, потерял бы во время бегства
- и пиши пропало. Без него все ухищрения по собственному спасению не имели
смысла.
Мешочек оказался на месте. Крепко привязанный, он не мог сорваться или
отвязаться, но дело стоило внушительной суммы, и лишний раз проверить
сохранность груза не помешает. На душе стало легче, и жизнь уже не казалась
такой же тоскливой, как ветер.
Преследователи поравнялись с домом и, не сбавляя скорости, проскакали дальше.
Хорк глубоко вздохнул. Мысленно досчитав до восьми - не нравились круглые
числа,- он вскочил и бросился вниз. Конь находился через три дома по этой улице,
и если преследователи обнаружат запасную лошадку, то сначала обыщут дома по
соседству. Этого времени хватит, чтобы незаметно перепрятаться.
Хорк выбежал на улицу и бросился к приготовленному коню. Четверка ускакала
далеко вперед, но наемник, как и любой нормальный человек, не собирался
настигать их и с извинениями занимать положенное ему место преследуемого.
Конь оказался именно там, где ему и полагалось быть. Хорк отвязал уздечку,
вскочил в седло и направил коня из дома, пригнувшись около дверного косяка,
чтобы не удариться. Но едва наемник оказался на улице, как почувствовал, что его
окутывает навевающий сон туман.
В следующий миг Хорк увидел, как из внезапно ставших обжитыми домов выходят
люди. Они шли, как сомнамбулы, вытянув перед собой руки, и уходили прочь из
города медленными шагами, переваливаясь из стороны в сторону. Бледная кожа,
застывший взгляд и окровавленные рты внушали ему дикий ужас. Наемник сглотнул,
догадавшись, почему ему стало не по себе: мимо него шагали мертвецы!
Он непроизвольно ахнул, и в тот же миг мертвецы стали озираться по сторонам,
отыскивая источник звука и поворачиваться к нему лицом. Хорк окаменел. Повсюду
зазвучало злобное ворчание. Невнятные голоса повторяли одно слово, и
приближавшиеся к нему мертвецы тянули к Хорку руки и раскрывали рты в кровавом
оскале. Наемник помотал головой и внезапно понял, что за слово звучит вокруг:
- Отдай... Отдай... ОТДАЙ!- вразнобой повторяли умершие, глядя на него жуткими
глазами.
- Господи боже! - испуганно воскликнул он, крестясь и отгоняя от себя явное
наваждение. Ходячие трупы неохотно превращались в разноцветный туман и таяли в
воздухе, но слово звучало и после того, как последний мертвец превратился в
легкую дымку. Хорк выдохнул и щелкнул пальцами. Замерший конь моргнул и
шевельнулся.- Что за колдовство?!
"Я здесь слишком задержался! - подумал наемник.- Пора и честь знать!"
Конь перешел в галоп и почти доскакал до выезда из города, когда Хорк увидел у
покосившихся ворот преследователей. В их руках были арбалеты, нацеленные точно в
грудь беглеца.
- Стой! - крикнул он, дергая за уздечку. Арбалетные болты впились в грудь
вставшего на дыбы коня. Несчастное животное пошатнулось и стало заваливаться на
бок. Хорк с проклятиями соскочил с седла и побежал в сторону ближайшего дома,
бормоча неласковые слова о неугомонной четверке.
Преследователи отбросили арбалеты и пришпорили коней.
Наемник вбежал в дом, поднялся по ступенькам на крышу, разбежался и перепрыгнул
на соседнюю. Упал и покатился по голубиным трупикам - птички мира давно
облюбовали все городские крыши под собственные кладбища. Перепрыгнул на третий
дом и только потом глянул назад: отстающие преследователи все еще поднимались на
первую крышу.
Он спрыгнул с крыши на ступеньки. Выскочил на улицу, подбежал к оставшимся без
присмотра лошадям, закованным в броню, вскочил на одну, подхватил уздечки
остальных и рванул прочь из города.
- Догоняйте меня на своих двоих, умники! - прокричал он. Четыре отличные лошади
в качестве военного трофея - это еще два кошелька с золотыми монетами! Прямо
праздник, а не опасная работа.- Вперед, скакуны, время не ждет!
Хорк сидел в знакомом кабинете, где получал последнее задание, выполнение
которого оказалось немыслимо сложным. Зато продажа скакунов принесла
дополнительно немалую сумму. Теперь он твердо знал, что обеспечил не только
себя, но и детей, да и внуков тоже не обделил. И пусть еще нет ни тех, ни
других, но это уже не проблема. Главное, что с такими деньгами не нужно больше в
чем-то себе отказывать. Но придется купить большую пушку и отгонять внезапно
явившихся из ниоткуда якобы потерявшихся много лет назад бедных родственников.
Колдун появился несколько минут спустя, молча кивнул в знак приветствия и сел за
широкий рабочий стол, заваленный рукописями и бумагами. На миг повеяло осенним
холодом, и наемник вздрогнул: ему вспомнился заброшенный город. С большим трудом
сбежав от преследователей, он до сих пор при порывах холодного ветра чувствовал
себя загнанным в ловушку зверем.
Колдун приветливо улыбнулся, и неприятное ощущение пропало. Хорк вытер холодный
пот со лба.
- Ты отлично справился с заданием! - похвалил его колдун.
Наемник посмотрел ему в глаза. Тот ответил спокойным взглядом, и у Хорка отлегло
от сердца: он до последнего момента опасался, что его обманут.
Колдун много лет поддерживал здоровье магическими составами. За это время
произошло привыкание, и составы больше не могли сдерживать надвигающуюся
старость. Много времени у него ушло на опыты по созданию эликсира бессмертия, но
колдун не преуспел. Подопытная живность ни в какую не хотела жить дольше
обычного после принятия новых омолаживающих составов. Больше того, она не
доживала и до положенной ей средней продолжительности жизни, умирая значительно
раньше. Чаще всего подобная неприятность происходила в первые минуты после
употребления состава вечной молодости. Колдуна неизменно получавшийся способ
остаться навечно молодым не устраивал совершенно - такое подойдет разве что
закадычным врагам, пожелавшим увековечиться в памяти безутешных родственников. И
когда колдун узнал о существовании природного омолодителя, то незамедлительно
нанял человека, способного за приличную плату добыть это чудо природы.
- Как мы и договаривались,- колдун открыл ящик стола и положил на раскрытую
ладонь большой тугой кошель,- плата за твой тяжкий труд. Теперь твой ход!
Хорк отвязал от пояса мешочек, распустил веревочку и аккуратно вытряхнул на
ладонь тщательно оберегаемое яблоко. Золотисто-оранжевое, оно приятно лучилось
янтарным светом, и сквозь прозрачную мякоть просматривались темные косточки.
Колдун выдохнул от счастья.
- Так вот ты какое, молодильное яблоко! - воскликнул он. С минуту любовался
сияющим фруктом, потом протянул руку. Наемник забрал кошель и положил в
освободившуюся ладонь яблоко. Требовать доплату за непредвиденные сложности он
не стал: колдун сразу предупредил, что премиальных ожидать не стоит, но сама
плата будет весьма щедрой и достойной, с лихвой окупая все мыслимые и немыслимые
затраты. Так и оказалось. Плюс продажа коней - миссия прошла куда успешнее
задуманного.
Снова повеяло диким холодом. Наемник не сдержался и задрожал. В следующий миг от
испуга екнуло сердце: обстановка тягучим медом стекла на пол и расплылась в
туманной дымке, а кабинет на глазах превратился в старое, полуразрушенное
помещение с разбитым окном и выбитыми дверьми.
Мешочек с золотом остался. Осталось и яблоко. Но пропал колдун. Вместо него
перед Хорком сидел один из преследователей. Держа в металлической перчатке
молодильное яблоко, он внимательно смотрел на онемевшего беглеца.
Хорк понял, что попался: все, что ему вспоминалось о бегстве из города и
возвращении в родные края, оказалось магическим миражом.
Преследователь положил яблоко в стальной герметичный контейнер и закрыл крышку.
- Ты хорошо держался, незнакомец.- Его низкий глубокий голос действовал
успокаивающе и нагонял сон.- Я уважаю тебя и твою находчивость. Но не могу
оставить тебя в живых. Извини и прощай!
Он вытянул руку с баллончиком. Из крохотного отверстия вылетела мощная струя
охлаждающего газа. Хорк закрыл ладонями лицо и застыл, превращаясь в ледяную
глыбу.
Когда баллончик опустел, преследователь встал и легонько толкнул наемника
указательным пальцем. Заледеневшая фигура упала и разлетелась осколками
вперемешку с рассыпавшимися обломками золотых монет.
Преследователь постоял секунду, на миг закрыл глаза, устало вздохнул и вышел из
дома.
- Опять не вышло! - прокричал колдун, в ярости ломая деревянную палочку.
Магический экран, наколдованный на дистиллированной воде в большом котле,
отчетливо показывал, что происходит. Но толку было мало: колдун не мог повлиять
на ход событий, оставаясь только зрителем.
Когда экран показал, что Хорк, вместо того чтобы убежать, спустился с крыши на
первый этаж и преспокойно уселся на старый стул, колдун потерял дар речи. От
дальнейших событий его чуть не хватил кондрашка, чего он старался избегать всю
сознательную жизнь.
- Что ты творишь, дуболом?! - закричал он, наблюдая, как Хорк добровольно
передал молодильное яблоко преследователю.
Нет, определенно, наемники не годились для этой работы. И хотя первые шесть
погибли, не добравшись до города, а седьмой сошел с ума и добровольно отдал
яблоко, судьбу предшественников ему пришлось разделить в полной мере. Охранники
яблоневого сада постоянно проделывали номер с заморозкой, но колдун не мог
понять, какой смысл в эффектной и необычной расправе, если ее никто не видит?
Он вздохнул: похоже, дело с доставкой яблок превращается в изощренное
уничтожение наемников. Если так пойдет и дальше, то последние в скором времени
останутся разве что в дырявой людской памяти. Потому что никогда не справятся с
этим заданием. Они заинтересованы в деньгах, но этого мало. Требуется человек,
решивший добровольно пойти на смертельные опасности не ради денег, а по велению
сердца. Возможно, тогда появится шанс заполучить яблоко.
Над идеей стоило подумать.
Колдун провел рукой над котлом - изображение превратилось в бесформенный клубок
красок и бесследно исчезло. Он вышел из кабинета и закрыл дверь на замок.
РАЗГОВОР
Позвольте представиться: меня зовут Иван-царевич.
Нет, в моем паспорте написано только "Иван", без приставки, потому что "царевич"
- это не часть имени, а мое кредо. Мне суждено быть царевичем до самой смерти,
ведь я младший сын, и царский трон мне светит только во сне. Хотя я могу на нем
посидеть, пока братьев и отца с мамой нет рядом. Царем я, конечно, не стану, но
настроение себе подниму. Впрочем, особой радости в этом нет. Отец увидит -
прогонит со своего рабочего места, братья - тем более: они сами мечтают на троне
посидеть. Впрочем, с приходом отца их тоже попросят. Я знаю - отец хитрый, он
следит в щель между дверями: не сидит ли кто на троне, и прячется до тех пор,
пока я или братья не нагреем холодное сиденье. Вот тогда он и появляется,
занимая тепленькое местечко. Это маме хорошо: никто на ее трон не сядет, он
всегда свободен. Правда, мамы во дворце почти не бывает: она обожает ездить по
царству и дарить яблоки подданным.
Так вот и живу, наслаждаюсь жизнью, мечтаю о несбыточном и развлекаюсь как могу.
Но сегодня случилось невероятное: только что у меня появилась возможность стать
царем! Не верите?
Еще вчера я сам не поверил бы в подобную чушь, но сегодня...
Сейчас объясню. Издалека.
Родился я двадцать лет назад в тридевятом царстве. Не удивляйтесь такому
названию. Я понимаю: оно звучит сухо и безлико. В стародавние времена было
иначе: царства и королевства назывались звучно и красиво, но однажды появился
человек, решивший завоевать весь мир. На это дело жизни ему, понятно, не
хватило, но он успел создать огромную империю, объединившую десятки царств и
королевств. Он лично нарисовал карту империи, изменив границы бывших государств
и прочертив новые по линейке. Он дал каждой стране порядковый номер, и с той
поры мы так и живем по его математической системе, хотя империя давным-давно
распалась. С помощью системы императора легко отыскивалось любое царствогосударство:
приставка "три" означала, что мы находимся в третьем ряду, а
"девятка" - что мы девятые в этом ряду, если считать слева направо.
Я - третий сын в царской семье. Старшие братья-Афанасий и Никита - много лет
пытаются поделить царство. Они близнецы, и даже родители не могут толком
отличить их друг от друга. Неофициально старшим назван Афанасий, но на самом
деле родители умыли руки, предложив братьям самостоятельно разобраться с
вопросом первородства. Чем они и занимались всю сознательную жизнь. Я, как
младший сын, не имел прав на престолонаследие, а у братьев были равные шансы, и
они не желали уступать место перворожденного друг другу. Оба выросли лидерами,
готовыми взяться за любое дело, лишь бы доказать свое превосходство: по их
негласному договору лучший и становился престолонаследником.
На беду, братья добивались одинаковых успехов. Вперед вырывался то Афанасий, то
Никита, но ни тот ни другой не мог явно изменить ситуацию в свою пользу. И
продолжалось соперничество до тех пор, пока им не подкинули колоду игральных
карт. Кто это сделал, осталось загадкой, но с тех пор прошло три года, а братья
до сих пор упорно играли в дурака на земли царства. Они изрезали карту царства
на квадратики и сражались за каждый клочок земли. И здесь Никита одерживал
победы с завидной регулярностью.
Я как-то предложил им править поочередно, по четным дням - Никите, а по нечетным
- Афанасию, но братья подняли меня на смех, сказав, что ничего глупее им слышать
не приходилось.
- Мы же разные, как день и ночь! - отвечали они одинаковыми голосами и с
одинаковым выражением лица.- У нас интересы не совпадают, мы по-своему думаем о
правлении. И как, скажи на милость, народ выдержит то, что сегодня положено
одно, а завтра - совсем другое? Так ведь, Ваня, и до народного бунта недалеко!
Снесут нам головы за издевательства, и тебе не поздоровится: ты хоть младший, но
из нашей же дикой семейки, и ждать от тебя разумного правления, по мнению
народа, бессмысленно - у нас одно воспитание! Так что извини, братец, но править
будет один из нас, и никак иначе!
Ну это братья думают, что они разные. Им виднее, конечно, но по мне, так более
похожих людей найти просто невозможно. Даже отражение в зеркале похоже на них
меньше, чем они похожи друг на друга.
Вот так мы и жили-поживали. Братья готовились стать царями, я намеревался
посвятить жизнь путешествиям, но сегодня произошло то, что изменило устоявшийся
статус-кво, и шанс стать царем появился даже у меня. А если и не стать, хотя бы
вволю напутешествоваться, как я и мечтал с самого детства. Так почему бы и не
воспользоваться неожиданным подарком, раз он сам падает в руки?
А началось все в тот момент, когда отец среди бела дня срочно вызвал нас во
дворец.
Я был в царском саду и стрелял из лука по спелым яблокам. Мартин, мой закадычный
друг и слуга по совместительству, хотел отнести несколько штук своей подруге: он
решил постепенно накормить ее яблоками всех сортов, какие здесь растут.
- Вон те, красные, подойдут? - спросил я, указывая на верхушку дерева.
- Еще как! - воскликнул Мартин.- Стреляй!
Я разжал пальцы, и тугая тетива метнула стрелу точно в цель. Острый наконечник
срезал тонкую, ветку, и она упала на землю вместе с висевшими на ней яблоками.
- Пойдет! - Мартин развязал котомку и сложил в нее плоды.
- Вы бы еще на грибы облаву с собаками устроили! - возмутился пожилой садовник
Андэк.
Мы переглянулись.
- Интересное предложение! - согласился Мартин.- Пригласить вас в качестве
консультанта?
- Делать мне больше нечего! - Андэк посмотрел на наши серьезные лица и покачал
головой: - Анюту свою угощаешь?
- Ага! - коротко ответил Мартин.- Она любит яблоки из этого сада.
- Еще бы, других таких во всем царстве не сыскать! - с гордостью воскликнул я:
отец собрал яблони разных сортов со всех концов света. И если где по чистой
случайности существовал сорт, о котором он еще не знал, то находился тот в
неприступном, скрытом от людских глаз месте, потому что все другие места и
закоулки были изучены и обшарены царскими агентами вдоль и поперек с лупами в
руках.
- Я все-таки никак не пойму, в чем смысл? - спросил Мартин, когда садовник
скрылся за деревьями.- Нормальные цари собирают золото или драгоценности, а твой
отец - яблоки!
- А что такого?
- Несолидно как-то для царя. Мелко.
- Не скажи! - усмехнулся я.- Ты просто не знаешь, сколько денег приходит в казну
от продажи яблок! Например, те, которые мы сбили сегодня, в сумме стоят половину
деревни, где ты родился!
Мартин растерянно поморгал и посмотрел на яблоко в руке как на алмаз схожих
размеров.
- Мама родная... - пролепетал он.- И ты мне все эти годы ничего не говорил?! У
меня из жалованья не вычтут их стоимость?
- Не вычтут! И дело далеко не в щедрости царя, совсем наоборот. Тебе столько за
всю жизнь не заработать, так что ешь и ни о чем не думай: для рабочего персонала
и его родственников бесплатно!
Далекая труба проиграла знакомый протяжный мотив. Я прислушался, мелодия
повторилась: отец приказывал сыновьям срочно явиться во дворец. Вероятнее всего,
появилось безотлагательное дело, требующее повышенного внимания царской семьи. Я
торопливо сложил стрелы в колчан и повесил его вместе с луком на плечо.
- Вот так всегда! - сказал Мартин, поднимая котомку.- Стоит нам устроить охоту
за яблоками, как найдется веская причина ее прервать.
- В другой раз продолжим - яблоки, в отличие от зверей, не убегут. А я
царственно побежал! - сказал я, вскакивая на коня, которого уже подвел
стражник.- Анюте привет передавай!
- Непременно. А это как "царственно побежал"? Раньше я от тебя подобных слов не
слышал!
Я усмехнулся:
- Я мчусь вперед, не разбирая дороги, но несут меня чужие ноги! Это и есть -
царственно бежать!
- Злобный феодал! - прокомментировал Мартин.- Узурпатор чужих конечностей!
- Что поделать,- с грустью ответил я.- Нести мне этот тяжкий крест до самой
смерти...
- Махнемся не глядя? - Мартин сощурил правый глаз.- Отдам свою тяжкую долю
взамен твоей и яблок сверху добавлю!
- За кого ты меня принимаешь? - возмутился я.- Чтобы я передал непосильную ношу
лучшему другу?! До самой смерти себе не прощу! Ты же надорвешься!
- Ладно-ладно... - пробурчал Мартин.- Все вы, царевичи, такие!
- Ты и с братьями на эту тему разговаривал?
- Нет, сам догадался! А царевичам не до бесед, они в карты играют.
- Это они умеют,- кивнул я.- Слава богу, им не подкинули домино, иначе от
грохота костяшек все бы давно оглохли!
- А в шахматы почему не играют? Интеллектуальная игра, как раз для высшего
света.
- Бесполезно, они угадывают ходы друг у друга - близнецы! А игра в карты несет в
себе элемент неожиданности, потому что игрок не видит карт противника.
- Как все сложно... Расскажешь, в честь чего так срочно требуют твоего присутствия
во дворце?
- Ага, только сокращу секретную часть, чтобы продлить твою молодость,- кивнул я.
- Меньше буду знать - позднее состарюсь?
- Именно,- подтвердил я.- Когда вернешься?
- Вечером. Удачи, Ваня!
- И тебе того же!
Мартин отправился в свою деревушку неподалеку от нашей разросшейся столицы, а я
пришпорил коня и через пять минут прибыл во дворец.
Старшие братья уже сидели за столом, когда я вбежал в тронный зал. Отец строго
посмотрел в мою сторону и с намеком перевел взгляд на настенные часы.
Часы пробили полдень.
- Иван! - не менее строго сказал царь. - Право появляться в последнюю секунду
есть только у меня. Я польщен, что ты во всем берешь с отца пример, но в
следующий раз приходи заблаговременно. А теперь садись к братьям! У нас
серьезный разговор.
Я сел за стол - испытывать терпение отца не улыбалось: он хоть и отходчивый, но
все равно лучше не перечить.
Афанасий повернулся и прошептал:
- Хамишь, братец!
- Ты научил! - огрызнулся я.
- Когда?! - возмутился Афанасий.- Мне некогда ерундой заниматься, серьезным
делом занят!
Никита хмыкнул.
- Три года ходить в подкидных дураках? - язвительно заметил я.- Да, это крайне
серьезно! И к тому же отнимает уйму времени.
Никита закашлялся, с трудом сдерживая рвущийся смех.
- А ты чего кашляешь, братец? Воздухом подавился? - вполголоса пробурчал
Афанасий, медленно краснея от стыда. - Сейчас по спине хлопну, не паникуй!
И прежде чем Никита успел запротестовать, Афанасий влепил ему крепкий
подзатыльник. Голова среднего брата дернулась вперед, но кашель как рукой сняло.
- Это, по-твоему, спина?! - вскипел он, набрасываясь на Афанасия с кулаками.
- В верхних пределах допустимой погрешности! - заумной фразой отпарировал тот,
ловко отбивая удары, - Ты от кашля сильно дергался, и я не попал куда надо.
- Прекратить балаган! - рявкнул царь. В зале воцарилась тишина. Мы, как один,
уставились на отца.
В пятьдесят
...Закладка в соц.сетях
