Жанр: Электронное издание
Gurova04
...ые вижу захмелевшего тролля, - по-шведски сказала Катя.
- Да-а... Мельчает наш народ... - пробормотал Карлссон и пригорюнился.
Сам он, впрочем, был трезв. Хотя существенно уступал Скаллигриму размерами.
Однако, случись им схватиться всерьез, у большого тролля не было бы никаких
шансов на победу.
- Слушай, когда это ты выучила шведский? - задала Кате давно вертевшийся на
языке вопрос Лейка.
- Бот... Выучила. Вообще-то это подарок, - уточнила она.
- Да ты что! А как это?
- Так... От одного... друга.
- Ну ты, Катька, даешь! - не без восхищения объявила Лейка. И тут же, без
всякого перехода, наклонившись к Катиному ушку: - Имей в виду, подруга: что там
у вас с Димкой - меня не касается. Но Карлссон мой. Или мы больше не подруги.
- А как же Эрик? - насмешливо спросила Катя.
- А при чем тут Эрик? - ощетинилась Лейка. - Эрик - это Эрик. А Карлссон - это...
это...
- Это Карлссон, - закончила за нее Катя. - А ты - сексуальная маньячка. Я вообще
скоро домой собираюсь. Я домой вчера звонила: ко мне, может, мама в понедельник
приедет.
- К нам, - решительно заявила Лейка. - Ты ведь не собираешься от меня сбежать?
- Да куда я от тебя денусь! - засмеялась Катя. - Можем втроем поехать. Ты,
Карлссон и я.
- Слушай, а как же Димка? - спросила Лейка.
- А что Димка? Димку можно с Ильей Всеволодовичем отправить. На машине.
- Уверена? - усомнилась подруга. - А если Сережин папаша чего-нибудь выкинет?
- Вряд ли. Мы им еще одного попутчика дадим. Вот его, - Катя кивнула в сторону
Хищника.
- Слушай, а мы тогда на чем поедем? - озаботилась Лейка. - Знаешь, я как сюда
добиралась? Так вот: больше я так не хочу!
- Может, нас твой Эрик отвезет? - предложила Катя. - А что? Будет у вас крепкая
шведская семейка: ты, Карлссон и Эрик.
- Да ну тебя, - обиделась Лейка. - Знаешь, такие шуточки...
- О, а давай-ка, знаешь что - с байкерами поедем! - перебила ее Катя. - С ними
точно весело будет.
- Ты их найди сначала, своих байкеров.
- Найдем как-нибудь. Скалли попросим. Его "агенты" их точно отыщут. Из-под земли
достанут.
- Из-под земли - это у нас ты специалист, - Лейка скушала ломтик селедочки и
заявила: - А все-таки хорошо мы оттянулись этим летом! Будет что вспомнить!
- То ли еще будет, - пообещала Катя.
- Эй, ты о чем, подруга? - заинтересовалась Лейка. - Что это ты задумала?
- Да так, подсказали мне одну идейку...
- Какую еще идейку?
- А вот...
Тут в кармане Лейки завибрировал мобильник Ильи Всеволодовича.
- О! - удивилась Лейка. - Номер шведский. Алё?
- Нет, его нет, - ответила она по-шведски. - Да. Могу. На! Это тебя! - она
протянула мобильник подруге.
- Это кто? - спросила Катя.
- Какой-то полицейский. Сначала спросил Сережкиного папашу, потом тебя.
Катя взяла телефон.
- Слушаю, - сказала она по-английски. Этот язык был ей пока привычней шведского.
- Мисс Малышева? Я звоню по поводу вашего друга, Николаи И-ва-нов...
- Кого, простите?
- Николаи Иванов... Возможно, я не совсем правильно говорю его имя. Ваш
соотечественник. Человек, которого вы обнаружили в бессознательном состоянии
позавчера возле Скансена. Вы понимаете, о ком идет речь?
- Да, - Катя сообразила, что речь идет о Коле Голом.
- Есть проблема, - сообщил полицейский. - У него... В это время дядюшка Ниссе
решил произнести тост.
Голос у дядюшки был преизрядной мощности, перекрывающий все прочие звуки.
- Простите, что вы сказали? - проговорила Катя.
- У вас что-то не в порядке? - осведомился полицейский. - Вы можете говорить?
- Вполне, - ответила Катя. - У нас тут маленький праздник... Презентация... Банкет.
- Так вот, - продолжал полицейский, - у вашего друга есть проблема...
Проблема, как выяснилось, состояла в том, что Коля Голый, которого поместили в
шведскую больницу, несмотря на все усилия медиков, всё еще пребывал в
бессознательном состоянии. Никаких перспектив на скорое выздоровление. И, что
особенно печально, сумма его медицинской страховки, уже не перекрывала стоимость
пребывания в клинике. Но выкинуть больного, пусть даже и чужестранца, не
позволяло шведское законодательство. По крайней мере Катя именно так поняла то,
что сказал полицейский.
"Не может ли Катя забрать своего соотечественника?" - поинтересовался
полицейский.
"Не уверена, что у меня есть такая возможность", - уклончиво ответила Катя. Но
она знает, что мистер Иванов - вполне обеспеченный человек. И у него найдутся
средства, чтобы оплатить лечение.
В таком случае не могла бы мисс Малышева подъехать в клинику и поговорить с
финансовым директором?
Могла бы, ответила Катя.
В таком случае ее собеседник готов прислать за ней машину. По какому адресу?
- Точного адреса я не знаю, - сказала Катя. - Стремгатан, кажется. Могу
выяснить. Это отель "Шератон".
- Ничего выяснять не надо, - ответил инспектор. - Где находится ваш отель, я
понял.
В его голосе прибавилось уважения. Или Кате показалось?
- Когда прислать машину? Как долго продлится ваша презентация?
Катя поглядела на столы. На столах осталось немного. Тролли кушали очень хорошо,
вернее, очень быстро.
- Думаю, уже через полчаса я могу уехать, - сказала она.
- Чего ему надо? - спросила Лейка, когда Катя закончила разговор.
- Коля Голый. Он всё еще в больнице. Без сознания. Надо ему помочь.
- Чем, интересно, мы можем ему помочь? - усомнилась Лейка. - Это же Швеция. Тут
в больницах всё есть.
- Вот поеду и посмотрю, - сказала Катя.
- Поедем, - тут же уточнила Лейка. - Поедем все. Всё равно тут делать больше
нечего. Ну эти тролли и жрать...
ГЛАВА 43
Pyна смерти
Тролль приходит к хирургу.
- Слышь, - говорит, - после автокатастрофы ты мне голову пришивал?
- Я, - подтверждает хирург. - Что, швы плохие?
- Нет, - отвечает тролль. - Швы хорошие. Голова не моя.
Машина, вопреки Катиным ожиданиям, была не полицейская, а самая обыкновенная. И
управлял ею, как выяснилось, не полицейский, а служащий больницы.
Поехали втроем. Катя, Лейка и Карлссон. Дима тоже рвался, но его не взяли.
- Пить надо меньше, - назидательно сказала Лейка. По дороге Карлссону стало
нехорошо. Он как-то посерел и обмяк.
Даже водитель заметил, что дело неладно.
- Что с вашим другом? - спросил он у Кати.
- Болен.
- Я могу позвонить, чтобы нас встретил доктор и ему оказали помощь, - предложил
водитель. - Чем он болен?
- Болезнь крови, - соврала Катя. - Очень редкая. Помощи не надо. Это приступ.
Скоро пройдет.
Катя очень надеялась, что так и будет.
Однако к тому времени, когда они приехали, Карлссону легче не стало. Поэтому
пришлось оставить его на скамейке в больничном парке. Кате стоило большого труда
уговорить водителя, что медицинской помощи в данном случае не требуется. Это
только представить, что будет, если у Карлссона, допустим, возьмут анализ крови...
В вестибюле их встретил представитель администрации. Сообщил, что больной в
сознание не приходил. Но в целом состояние пациента улучшилось. То есть сначала
имел место отек легких, отек мозга (если, конечно, Катя правильно поняла то, что
сказал врач) и куча всяких мелких "неисправностей", но сейчас всё прошло, причем
прошло удивительно быстро. Однако больной по-прежнему в коме, и энцефалограмма у
него очень-очень плохая. В полицейском отчете этого нет, но специалисты
полагают, что у больного, возможно, была остановка сердца. Причем достаточно
длительная, чтобы мозг претерпел необратимые изменения. Не может ли госпожа
Малышева внести ясность в этот вопрос?
- Нет, - ответила Катя. - Не могу. А можно нам посетить больного?
Оказалось, можно.
В палате было три койки. Две пустовали. На третьей лежал Коля. Его бритый череп
успел прорасти белесой щетинкой. Борода вроде тоже отросла и выглядела неплохо.
Сам Коля тоже выглядел неплохо. Дышал сам. Никакого кислорода. Но - в коме.
Катя решительно уселась на стульчик у кровати, положила руку на гладкий лоб
между нашлепками датчиков.
- Что ты делаешь? - удивилась Лейка.
Катя не ответила. Закрыла глаза, попыталась прислушаться непонятно к чему...
Ничего не произошло. И ничего не привиделось.
Катя открыла глаза, посмотрела на Лейку. Лейка утирала слезы. Ей было жалко
Колю.
Катя жалости не чувствовала. Только острое разочарование от того, что не удалось
помочь.
- Скоро его друзья придут, - сказал шведский врач. - Сначала они лежали вместе,
но потом друзьям стало лучше, и их выписали. К сожалению, они совсем ничего не
помнят. И понять их трудно. Даже нашему переводчику. Я сожалею.
- Я тоже, - сказала Катя. - Пойдемте к вашему менеджеру. Лейка, ты останешься?
- Я тут посижу, - сказала Лейка. - Боже мой, как жалко! Какой мужик...
С администратором договорились быстро. Шведская сторона берет на себя доставку
больного в Россию, причем если провести это по шведской схеме, то стоить это
будет всего десять тысяч крон. Но ответственность за возможные осложнения Катя
должна взять на себя. Кстати, кем она приходится больному?
- Сестра, - ответила Катя. Подумала и добавила: - Сводная. Деньги - сразу?
Нет, сразу платить было не обязательно. Главное, Катя должна подписать документ
о том, что принимает на себя ответственность за последствия.
Катя подписала. Наверно, это было неправильно. Наверно, надо было посоветоваться
с Колиными друзьями. Наверняка у Коли в Питере были друзья, родственники... Но
Катя чувствовала себя ответственной за то, что произошло.
Выйдя из кабинета менеджера, она открыла сумочку, достала серебряную цепочку,
которую подарила (как давно это было!) Коле на день рождения. Красивая цепочка.
И руны получились тоже красивые. Райдо, руна Пути, и эйбас, руна Перехода. Руна
Смерти, сказал баньши. Нет, ну такого просто не может быть. Это просто
совпадение...
В палате Коли народу прибавилось. Пришли Шурин с Бараном.
А Лейка уже не плакала, а строила глазки. Но скорее - по инерции. Мордочка у нее
была печальная.
Катя сказала, что подписала документы для отправки Коли домой.
- А чё - ты? - набычился Баран.
- А кто еще? Ты, что ли? - осадил его Шурин. - Ты уже с этими докторами
побазарил. Чуть полицию не вызвали. Всё правильно, Малышка. Спасибо. Говори,
чего надо. Мы всё сделаем.
- Да я пока сама еще не знаю, как и что... - Катя смотрела на Колю. Неужели, это
всё-таки она виновата? Эта гравировка...
- Что лекаря говорят? Когда он очнется? - спросил Шурин.
- Ничего хорошего. Говорят, может, он вообще... Никогда. Говорят: возможно, что в
мозгу необратимые изменения.
- Чё-то я не въехал. Это чё значит - необратимые изменения? - спросил Баран.
- Значит, что кончился наш Колян, - буркнул Шурин. - Абзац.
Лейка всхлипнула.
- Фигня! - мотнул башкой Баран. - Не верю! Голый встанет. Я его знаю. Он должен
встать! Это, слышь, как в "Бригаде". Там этот, который каскадер, тоже лежаллежал,
а потом - о-па, очнулся!
- Это, братан, кино, - сказал Шурин. - В кино всегда в конце всё хорошо.
- Хрена себе - хорошо! - возмутился Баран. - Их там, типа, порезали всех!
В палату заглянула пожилая медсестра. Высказалась недовольно.
- Чё она сгрузила? - спросил Баран.
- Просила потише, - перевела Лейка. - Еще сказала: через десять минут они тут
будут что-то такое делать с пациентом, поэтому нам предложено выметаться.
- Понятно, - пробормотал Баран. - Нет, ну вот ведь непруха... Всё из-за этой... -
поглядел на Катю и смягчил выражение: - ...суки! Найду - натрое порву!
- О-о! Нашлась! - Баран обратил внимание на цепочку, которую Малышка всё еще
держала в руках. - Отдали шведы, да? А цепура его где?
Катя вопрос проигнорировала. Она думала.
Если действительно виноваты выгравированные ею руны, то, может, надо
выгравировать что-то такое... отрицающее.
- Лейка, не знаешь, как отменить руну? - спросила она.
- Может, перевернуть? А зачем тебе?
- Надо. Нет, думаю, перевернуть - не подойдет... - Катя потерла пальцем
пластинку. - Ладно, пошли отсюда.
Карлссона они нашли там же, где оставили. На скамейке. Но выглядел он получше.
- Здорово, братан! - приветствовал его Баран. (С Шурином Карлссон поздоровался
молча.) - Ну чё, нашел должника своего?
- Нашел, - сказал Карлссон.
- А у нас, видишь что. Ты ушел, а мы, это... Ну, беда, в общем.
- Я знаю, - ответил Карлссон.
- Лейка, такси поймай, - попросила Катя. - В гостиницу поедем.
- В "Шератон"?
- Нет, в нашу. Шурин, вы где остановились?
- Так, у девчонок одних... местных.
- Телефон мой запишите, хорошо? Это мобильный и - в номере.
- И адрес сразу дай, - попросил Шурин. - А нашего я не знаю. Узнаю - позвоню.
Бывай!
И они ушли. Здоровенные, в черной коже... Но какие-то потерянные.
Уже в такси Катя спросила:
- Карлссон, как можно отменить руну?
- Какую, кто резал?
- Руну эйвас. А резала я сама.
- Покажи. Катя показала.
- Может, ее просто зачеркнуть?
- Нет. Если на дереве, можно было бы срезать, а с серебром - не получится.
Металл всё равно будет помнить.
Некоторое время ехали молча.
На спину сиденья такси кто-то наклеил стикер "пацифик", самолетик в круге с
надписью по-шведски: "Бог против войны. А ты?"
Лейка, сидевшей впереди, надоело молчать. Она повернулась и спросила:
- Слышь, Катерина, а помнишь, ты на банкете говорила про какую-то идею. Перед
тем как из госпиталя позвонили. Что за идея такая?
- Да так, идейка, - наматывая на палец цепочку, пробормотала Катя. Ее мысли были
заняты руной эйвас. - Скаллигрим подкинул. Организовать что-то такое вроде
детективного агентства...
- Почему - детективное? - удивилась Лейка. Катя не ответила. Она смотрела на
стикер... Вдруг поняла, что нужно сделать. Открыла сумочку, достала косметичку,
положила серебряную пластинку на зеркальце, взяла маникюрные ножницы, подождала,
пока такси остановилось у светофора, и острием ножниц решительно процарапала на
серебре вокруг грозной руны неглубокую бороздку.
Потом сбросила всё обратно в сумочку, откинулась на спинку, закрыла глаза - и
увидела баньши. Баньши печально улыбался. Впрочем, иначе улыбаться он не умел...
...А в шести километрах от тронувшегося такси, в палате интенсивной терапии
шведского госпиталя имени Олафа Святого у больного, зарегистрированного под
именем Николая Иванова, человека, в жилах которого текла толика тролльской
крови, дрогнули веки...
Конец второй книги
notes
Примечания
Где сил? Куда он ушел (шведск.)
Сид пошел в Скансен. Он хочет убить Карлссона. Карлссопа и его Хищника. Понятно
(англ.)
Карлссон? Охотник Карлссон? Ты знаешь Карлссона (шведск )?
Да. Я знаю Карлссона (англ.).
Карлссон - мой друг (англ.).
Карлссон гонится за сидом (шведск.)...
Нет, это сид хочет поймать Охотника (шведск.)
Скансен? На острове Юргордэн (шведск.)
Этому человеку нужна помощь (англ.).
Как насчет чашечки воды?
Я хочу пить!
Кто ты? Как тебя зовут (шведск.)?
Там много троллей (шведск.).
Вы - шведка (шведок.)
Убери свет (шведск.)
Что здесь происходит? Говори (шведск.)
Поділитися у соцмережах
