marsh4

страница №14

...бные доводы не могут повлиять на полицейское расследование, но спросите
любого человека, который знаком с этим идиотом, и я не сомневаюсь: он скажет
то же самое.
- В качестве грубого, толстокожего полицейского выражаю вам глубочайшую
признательность, - с улыбкой произнес Аллен. - Я рад узнать ваше мнение о
Джереми Джонсе. Ведь не каждый раз встречаешь незаинтересованного свидетеля
с ценными наблюдениями.
- Простите.
- За что? Кстати, прежде чем мы продолжим, не объясните ли вы положение
дел между Найтом, Мейд, Брейс и Гравом? В чем суть? Характерная актриса
обижена, а тем временем восходит вторая звездочка? Или что?
- Стоит ли спрашивать меня, если вы сами все видели? - кисло осведомился
Перри.
- И плюс блистательный молодой декоратор в хвосте свиты без всякой
надежды на продвижение?
- Да. Вот именно.
- Хорошо. Оставим пока это. Вы не знаете, кто именно может быть
покупателем из США?
- Понятия не имею. Это конфиденциальные сведения. По крайней мере, я
понял Гринслэда именно так.
- Случайно, не миссис Констанция Гузман?
- Да не знаю я! Совсем ничего не знаю. Мистер Кондукис, в конце концов,
может быть просто с ней знаком. Да это и не особенно важно.
- По-моему, они знакомы. Во всяком случае, она была на "Каллиопе", когда
произошло крушение. Одна из немногих спасшихся, если не ошибаюсь.
- Подождите-ка... Тут что-то есть... Подождите...
- С удовольствием.
- Я только что вспомнил... Мелочь, конечно. Однако я вспомнил один
эпизод... Когда еще шли репетиции, Кондукис появился в театре и сообщил, что
мы можем выставить реликвию на всеобщее обозрение... Гарри вошел, когда мы
разговаривали в этом кабинете. Он сиял, как медный грош, и нисколько не
смутился. Он поздоровался с мистером Кондукисом, словно на время пропавшим
дядюшкой, осведомился, не ходит ли тот на яхте, и попросил напомнить о нем
миссис Г. На свете, разумеется, тысячи миссис Г., но когда вы заговорили о
яхте...
- Как Кондукис отреагировал?
- Как обычно. Никак.
- У вас есть какие-нибудь соображения по поводу характера его
обязательств перед Гравом?
- Ни малейших.
- Шантаж например?
- Не думаю. А Кондукис, если вас заинтересует и эта линия, мне кажется, в
своем уме. Да и Гарри, насколько мне известно, тоже. Насчет шантажа.., тут я
ни в чем не уверен, хотя вряд ли. Он чудак, он вечный нарушитель мира в
любой труппе, но я не считаю его порочным, способным на преступление.
- Почему?
Перигрин немного подумал.
- Наверное, потому, - сказал он с легким оттенком удивления, - что он
забавен. Во всяком случае, он меня смешит. В театре он сотни раз доводил
меня до белого каления, а потом как скажет что-нибудь
возмутительно-скандальное, так едва смех удержишь, несмотря на злость.
Скажите, вам доводилось обвинять в убийстве подобного клоуна?
Аллен и Фоке призадумались.
- Не помню, - осторожно проговорил Фоке, - чтобы в случаях душегубства
мне приходилось натыкаться на смешные стороны. А вы, мистер Аллен?
- Мне тоже. Однако я не уверен, что наличие или отсутствие чувства юмора
может служить достоверным тестом.
Перигрин улыбнулся - в первый раз за все утро.
- Вам известно, что мистер Грав является дальним родственником мистера
Кондукиса? - спросил Аллен.
- Мне?! Нет! - воскликнул Перигрин. - Кто вам это сказал?
- Грав.
- С ума сойти... Это треп. Хотя.., да, это многое бы объяснило.
- Что именно?
- Железную руку Правления. Распоряжение ангажировать его.
- Да, да. Кстати, что он закончил?
- Уверяет, что колонию для несовершеннолетних преступников. Только я ни
на миг ему не верю. Гарри - сноб, правда, наизнанку.
- Еще какой!
- По-моему, он начал в военно-воздушных силах, затем болтался по разным
странам, пока не прибился к "Лестнице в подвал". Это театр. Однажды у него
так долго не было работы, что он перебивался чем попало: шофер на грузовике,
лакей и официант в заведении со стриптизом. Он утверждает, что на языке у
него гораздо больше, чем позволяет себе высказать.
- Когда это было?

- Лет шесть назад. Как раз накануне "Лестницы", куда он попал после
беготни по многочисленным агентствам. - Перигрин помолчал, потом спросил:
- Все?
- Я хочу попросить вас еще об одном одолжении. Я понимаю, что у вас
сейчас масса хлопот, но, если найдется свободная минутка, пожалуйста,
припомните все детали ваших встреч с мистером Кондукисом и все, что
случилось прошлым вечером, и подробно запишите. Каждую мелочь. А заодно все,
что вы могли упустить из виду вчера.
- Вы действительно считаете, что Кондукис имеет какое-то отношение к
событиям прошлого вечера?
- Не знаю. Он здесь был. Возможно, он совершенно ни при чем, но надо
проверить. Выполните мою просьбу?
- Должен признаться, с крайней неохотой. Это малоприятно.
- Как малоприятен и вид тела Джоббинса, - сказал Аллен.
- Что бы там ни произошло, - проговорил побледневший Перигрин, - кто бы
ни опрокинул бронзового дельфина, я не верю, что это было обдуманное,
хладнокровное убийство. Мне кажется, этот некто перевернул подставку в
слепой попытке остановить надвигавшегося Джоббинса. И, клянусь Богом, мне
вовсе не хочется принимать участие в погоне за этим человеком, кто бы он ни
был: мальчик или кто другой.
- Прекрасно. Кстати, как насчет мальчика, если он ни в чем не виноват?
Почему вы пытаетесь использовать его в качестве буфера, удобного предлога
для оправдания собственной неохоты, более удобного, чем защита постороннего
человека? Учтите, что его сбросили с яруса. Именно сбросили. Он уцелел
благодаря одному шансу из сотни, да и то хрустнув, как яичная скорлупа. О
да, - добавил Аллен, внимательно наблюдавший за Перигрином, - это сравнение
отдает плохим вкусом. Убийства вообще отличаются дурным вкусом. Вы имели
случай столкнуться с одним из них, так что должны бы понимать.
- Зачем вы так? Это отвратительно.
- В таком случае ступайте, и пусть вас вытошнит. А потом, поразмыслив на
досуге, сядьте и запишите все - абсолютно все! - что вы знаете о Кондукисе и
прочем. В данный момент я вас больше не задерживаю. Проваливайте!
- Из моего собственного кабинета, смею вам напомнить. Кроме того, на
площадке лестницы провалиться вряд ли удастся. Разве что откину копыта.
- Очко в вашу пользу, - засмеялся Аллен. - Не сердитесь. Уверяю вас,
гораздо лучше откинуть копыта на лестнице, чем в комнате ожидания
Скотленд-Ярда. Ладно, попробуем еще раз. Если ваша совесть и желудок не
станут слишком возражать, может быть, вы расскажете мне вкратце о прошлом
членов труппы? Нет-нет, - Аллен слегка приподнял руку, - я знаю, что вы
относитесь к ним лояльно, и вовсе не прошу компромата. Я только хочу
напомнить вам, Джей, что подозрение так или иначе падает на лиц, работающих
в театре, поэтому неизбежны долгие беседы и различные предположения. В
труппе, за исключением вас, мисс Дюн и мисс Мейд, поскольку у вас хорошие
алиби, и, возможно, Гарри Грава, нет ни одного человека, включая Уинтера
Морриса и Джереми Джонса, который не имел бы физической возможности убить
Джоббинса и покалечить ребенка.
- Не понимаю, откуда вы это взяли. Все они, кроме Тревора, ушли. Я сам
видел, как они уходили. Двери были заперты на замок и засов.
- Служебная дверь была заперта, но не на засов. Хокинс отпер ее
собственным ключом. Главная дверь была открыта, когда уходила мисс Брейс, а
на засов ее закрыли только после ухода Морриса и Найта. Они слышали, как
Джоббинс гремит задвижкой.
- В таком случае их можно со всей уверенностью исключить.
- А вы примерьте ситуацию на себя, - возразил Аллен. - Джоббинс еще жив.
Кто-то стучит в главную дверь. Он спускается в нижнее фойе. Знакомый голос
просит открыть. Скажем, актер забыл в гримерной деньги или еще что-нибудь.
Джоббинс впускает его. Вошедший направляется за сцену, говоря, что уйдет
через служебный вход. Джоббинс возвращается на пост. В полночь он делает
свои обычные телефонные звонки. Продолжение следует.
- Откуда вы знаете?
- Господи, дорогой мой сэр! Для блистательного драматурга у вас не все в
порядке с логикой. Я не знаю. Я просто выдвигаю версию, которая может свести
на нет вашу теорию о запертом театре. Это простое, даже простейшее
предположение недалеко от истины. Ну ладно. Я лишь пытаюсь внушить вам
мысль; желая выглядеть деликатным и лояльным, даже защищая убийцу, вы никак
не поможете очиститься от подозрений остальным шестерым, или даже семерым,
если учесть Кондукиса.
Перигрин задумался.
- По-моему, - сказал он наконец, - все это чистая софистика, но считайте,
что вы меня убедили. Только учтите: вы ставите на неудачника. У меня
скверная память. Вот например. С момента катастрофы у меня в голове вертится
что-то тревожное. Вы думаете, я знаю, что именно? Ха-ха.
- А с чем оно связано?
- Не знаю. Быть может, со стонами Тревора. С Кондукисом. С тем утром,
когда он показал мне реликвию. Правда, в тот момент я был навеселе, так что
полагаться на меня вообще нельзя. Впрочем, спрашивайте, а я постараюсь
ответить.

- Весьма любезно с вашей стороны, - сухо сказал Аллен. - Начнем с.., да с
кого угодно. С Маркуса Найта например. Вы можете рассказать о нем подробнее,
чем газеты. Биография его мне известна. Он действительно такой
темпераментный?
- Ax, это! - Перигрин испытал облегчение. - Он сам дьявол, о чем всем
известно, однако он несравненный актер и потому мы изо всех сил стараемся
примириться с его характером. В принципе он веселый малый, собирает марки,
но не выносит и намека на критику - взрывается сразу, как ракета. Любит
распускать хвост павлином и умирает от любой неодобрительной фразы в газете.
Люди говорят, что в глубине души он - просто прелесть, хотя добраться до
этой глубины не так-то легко.
Аллен поднялся из-за стола и подошел к стенке, где были развешаны
фотографии всех членов труппы в костюмах их персонажей и с подписями. Маркус
Найт был запечатлен на фоне потрясающе сходного с ним портрета Графтона.
Перигрин присоединился к Аллену.
- Поразительное сходство, - заметил Аллен. - Какая удача для вас!
Он повернулся к Перигрину и обнаружил, что тот внимательно разглядывает
подпись на фотографии.
- Самоуверенный росчерк, - сухо заметил Аллен.
- Да. Но дело не в этом. Что-то было... Черт! Не помню.
- Может быть, вспомните. Оставьте пока. Лучше скажите, всегда ли Грав
поддразнивает Найта, как это было сегодня, называя королем "Дельфина" и
прочее?
- Постоянно.
- Но если Найт действительно так вспыльчив, почему он до сих пор не
стряхнул прах "Дельфина" со своих ног? Что его удерживает?
- По-моему, - откровенно сказал Перигрин, - ему нравится роль.
- Мой дорогой Джей, приношу вам свои глубочайшие извинения. Ну конечно
же! Вне всякого сомнения, это его лучшая роль, если не считать шекспировских
образов.
- Вы действительно так думаете?
- Клянусь вам.
Лицо Перигрина неожиданно просветлело.
- Спасибо. Я вам верю.
- Странно, что вам есть дело до моих мыслей. Вы ведь сами должны
понимать, насколько хороша ваша пьеса.
- Да, но мне нравится, когда об этом говорят. Из чего вы, между прочим,
можете сделать вывод, что в этом плане наши с Марко характеры весьма схожи.
- Они с Дестини Мейд были любовниками?
- Да, причем постоянными, пока Гарри не бросил бедняжку Герти и не разбил
парочку. К сожалению, характер исполняемых ими ролей удивительно совпал с
ситуацией. Подобные совпадения чреваты неприятностями. А способность Марко
беситься из-за капли на шляпу.., о, тут может произойти все, что угодно.
- Мисс Мейд, насколько я понял, не.., не относится к, интеллектуальному
типу личности.
- Она настолько тупа, - задумчиво сказал Перигрин, подыскивая сравнение,
- ну настолько, что просто диву даешься. Милочка Десси. Но, - добавил он,
приподняв палец, - не без доли хитрости. Право, без элемента притворства тут
не обошлось.
- Вам, наверное, пришлось нелегко, особенно если учесть тонкий характер
ее роли?
- Да нет. Нужно только вовремя сказать: "Дорогая, ты печальна. У тебя
разбито сердце. Ты больше не в силах сдерживаться", - и мгновенно ручей
слез. Или:
"Дорогая, ты слишком умна для них", - и она тут же становится жестче
мрамора. А проще всего: "Дорогая, ты отправляешь его в дальний путь", -
тогда она вообще ничего не делает, а смотрится - очаровательно. Понимаете,
она изображает, а додумывает уже публика.
- Темпераментна?
- Только в тех случаях, когда считает нужным устроить скандал. В принципе
- добрая душа.
- Найта она отвергла сразу или отвадила постепенно?
- Очень постепенно. Было забавно наблюдать за ними на репетициях. В
любовных сценах. Она рассматривала свои ногти, подправляла ресницы, а потом
вообще попросила прогонять эти эпизоды чисто формально, поскольку не должна
обдумать свой подход. Никакого подхода у нее, разумеется, нет и не может
быть - только чистая интуиция на основе блестящей техники и изрядного гонора
звезды.
- Кажется, она разошлась со своим вторым мужем и живет одна?
- Э-э.., да. Официально.
- Что еще вы можете сказать о ней?
- Она азартный игрок. Способна проиграться в пух и прах. Собственно
говоря, именно по этой причине и распался ее второй брак. Муж был просто не
в состоянии выдержать все эти рулетки и партии в покер.
- В целом ей везет?

- Думаю, она и сама толком не знает.
- А мисс Брейс?
- О, тут совсем другое дело. Я ничего не знаю о ее прошлом, но сейчас на
ее долю достаются все пощечины, причитающиеся Оскорбленной Женщине. Она..,
она не всегда умеет быть снисходительной и часто ведет себя так, будто
попала в осиное гнездо. С Марко они объединились на почве отвергнутых
чувств. Марко сейчас - ходячая уязвленная гордость и смертельная обида. Он
до сих пор не может поверить, что с ним так обошлись. Кстати, трогательный
штрих: вплоть до сегодняшнего дня он никоим образом не задевал Дестини.
Вообще-то я опасался, что он налетит на Гарри.
- Ударит?
- Да. Отвесит пару добрых оплеух. Герти в своем мщении пока не заходит
дальше шипения и язвительных выпадов в сторону вероломного.
- Таким образом, мисс Мейд оставлена в покое, а Грав терпит нападки с
двух сторон?
- Вот именно.
- Найт и мисс Брейс в самом деле ненавидят его?
- Пожалуй, нет, но... Да к чему все это? Какое вам дело до чувств Марко и
Герти по отношению к Граву?
- Пожалуй, что никакого. Перейдем к Рэндому. Каковы ваши комментарии к
его характеру?
- Чарли? Никаких трудностей и неприятностей. Может быть, как вы могли
заметить, он не стопроцентный мужчина, но что с того? Это все за порогом
театра.
Например, его совершенно спокойно можно оставить в одной гримерной с
мальчиком.
- Хобби?
- Кроссворды, головоломки, древние манускрипты. Мне говорили, что Чарльз
не чужд антиквариата. Джер утверждает, что у него просто нюх на редкости.
Половину своего времени он проводит в дешевых лавочках у Чарингкросса.
Хороший, думающий актер. Обычное образование и театральная школа.
- До этой постановки все члены труппы знали друг друга?
- Да, за исключением Эмилии. Она из начинающих.
- Скажите, знаком ли вам пиджак Гарри Грава?
- Видел раз нечто невообразимое, когда он уходил после одного из
представлений. Надо сказать, цвет бросился в глаза даже с противоположной
стороны улицы. Труппа немало забавлялась по этому поводу.
- Как он выглядел?
- Я, наверное, не... - тут голос Перигрина стих. - О нет. Не может
быть... Это невозможно.
- Что?
- Он не на Генри Джоббинсе?
- Грав подарил свой пиджак Джоббинсу в пятницу. Он объяснил это тем, что
данная часть его гардероба никому не нравилась. Вы были в курсе?
Перигрин покачал головой.
- Не понимаю.., совершенно не понимаю, почему я не узнал его на
Джоббинсе... Он ведь сказал, что это подарок.
- Быть может, вам помешал шарф?
- Шарф? Не помню на нем никакого шарфа.
- Вот как? Яркий желтый шарф?
- Подождите. Да, - Перигрин опять побледнел - Конечно. Я.., я помню. Уже
потом...
- Но не до? Не в момент, когда вы разговаривали с ним?
- Тогда не помню. Его не было видно.
- Пожалуйста, Джей, никому ничего не говорите об этом пиджаке. Это
исключительно важно. Не говорите даже Эмилии.
- Хорошо. А можно узнать почему? Аллен коротко объяснил.
- Понятно. Но ведь это не особенно продвинуло вас вперед, не так ли?
- Если никто не знал о том, что пиджак сменил хозяина...
- Да, конечно. Я не сообразил.
- Ну вот. Теперь действительно все. Извините, что задержал вас.
Перигрин направился было к двери, но, поколебавшись, обернулся:
- Я постараюсь записать все, что знаю о Кондукисе.
- Спасибо. Я рад, что вы решили помочь. Вас не затруднит передать мне
написанное сразу же, как только оно будет готово?
- Да, конечно. Где вас найти?
- В течение следующего часа здесь, а затем не знаю. В театре будет
дежурить полицейский. Я введу его в курс дела. Вы действительно согласны?
- Не думаю, что мои записки окажутся полезными.
- Кто знает... Итак, до свидания. Пожалуйста, попросите по дороге зайти
сюда мистера Найта.
- С удовольствием. Учтите, что уже половина первого. Думаю, он грызет
удила.
- Вот как? Ну что же. Зовите его.

Глава 9

ВЕЛИЧЕСТВЕННЫЙ НАЙТ

Маркус Найт не столько грыз удила, сколько впал в зловещую
высокопарность. Когда Аллен принес свои извинения за то, что заставил
чересчур долго ждать, он только помахал рукой, словно говорил: "Не стоит об
этом, но..."
- В нашей работе никогда не знаешь заранее, как долго будет длиться
беседа, - сказал Аллен.
- От моего внимания не ускользнуло, - величественно произнес Найт, - что
вас уже почтили визитом.
- Вы о Хартли Граве? Да. Он кое о чем подумал.
- Он думает о массе вещей; большинство из них оказываются просто
мерзкими.
- Вот как? По-моему, думать - занятие вполне безобидное. Мне интересно
знать, обратили ли вы внимание на его пиджак.
Мистер Найт с явным отвращением признал, что обратил, и сухо добавил:
- Впрочем, тут нечему удивляться. Содержание обычно выражается в
адекватной форме. Мой Бог, что за одеяние! Как он посмел!..
Аллену стало ясно: о том, что пиджак перешел к Джоббинсу, он ничего не
знает.
Аллен коротко перепроверил передвижения Найта. Из театра он поехал на
"ягуаре" прямо домой, в Монтпелье, где, как обычно, поужинал в заведении,
которое содержала супружеская пара итальянцев. Было это, кажется, в самом
начале двенадцатого. Он никуда не выходил, однако не сможет этого доказать.
Исключительно мужская безупречная красота встречается не так уж часто.
Маркус Найт был одарен ею в высшей степени. Овальное лицо, точеные черты,
удивительный разрез глаз, блестящие волосы могли бы пригрезиться
какому-нибудь ренессансному художнику, не говоря уж о графтоновском портрете
Шекспира. Под одеждой угадывалось стройное гармоничное тело. Артист
двигался, как пантера. Сколько ему лет? Около тридцати пяти? Или сорок?
Впрочем, это не имело значения.
Аллен заговорил о его бесподобной роли и постепенно подвел к обсуждению
работ его коллег. Замечания Найта были острыми, но предельно эгоистичными, с
изрядной долей неприязни, особенно когда речь зашла о Гарри Граве.
Выяснилось, что прочтение роли В.Х. Гравом абсолютно неверно. Его игра
эстрадна, вульгарна, едва-едва в рамках приличий.
Аллен перевел разговор на кражу перчатки и документов. Найт обрадовался
известию о том, что они найдены, и, не сводя глаз с Аллена, все допытывался:
точно ли, что реликвии не пострадали? Это совершенно, вне всякого сомнения
достоверно? Аллен заверил его в этом и заговорил об уникальности реликвий.
Найт несколько раз величественно наклонил голову в знак согласия.
- Уникальны, - протянул он на воркующих нотах. - Совершенно уникальны.
"Интересно, - подумалось Аллену, - что бы он сказал, знай о подлоге,
совершенном Джереми".
- По крайней мере, - беззаботно продолжал он вслух, - мистер Кондукис и
анонимный покупатель из Америки могут вздохнуть спокойно. Мне очень
любопытно, кто она такая.
- Она?!
- О, разве я сказал "она"? - воскликнул Аллен. - Наверное, я подумал о
миссис Констанции Гузман.
Лицо Найта мгновенно поменяло оттенок: от сливового до пурпурного и
обратно. Он грозно сдвинул брови. Втянул верхнюю губу. В голове у Аллена
промелькнуло: "Как жаль, что роль Шекспира исключает подобные демонстрации
ярости".
- Что этот индивид, - вопросил он, вставая и возвышаясь над Алленом, -
этот Грав сказал вам? Я требую ответа. Что он сказал?
- Вы имеете в виду, что он сказал о миссис Констанции Гузман? Ничего.
Зачем бы ему заводить о ней речь?
- Вы лжете!
- Уверяю вас, нет, - спокойно произнес Аллен. - Грав действительно не
упоминал о ней в разговоре со мной. Но она - известный коллекционер. А в чем
дело?
Несколько секунд Найт яростно созерцал его и не произносил ни звука. Фоке
тихонько откашлялся.
- Клянетесь ли вы, - начал Найт на самых тихих регистрах своего
замечательного голоса, постепенно переходя на крещендо к концу фразы, -
клянетесь ли вы, что имя Гузман не было - упомянуто - в связи - с Моим
Собственным. Сегодня. Здесь. В этой комнате. Можете ли вы поклясться? А?!
- Нет, не могу. Упоминалось.
- Все! - внезапно взревел Маркус. - Хватит! Это последняя капля! Он
перешел всякие границы. Не возражайте мне! Он обманул глубокое, глубочайшее
доверие. Оказанное в момент слабости. С моей стороны. Прежде чем я узнал,
насколько этот человек фальшив! Он - рассказал - ей. Мисс Мейд? Дестини?
Можете не отвечать. Я вижу по вашему лицу.
- Я еще не разговаривал с мисс Мейд, - возразил Аллен.

- Они оба смеялись! - прорычал Найт. - Надо Мной!
- О, для вас это совершенно непереносимо, если так было, - заметил Аллен,
- но, простите, по-моему, это совершенно не относится к обсуждаемому
вопросу.
- О да, - страстно подтвердил Найт. - По-вашему. Но - видит Бог! - я
рассею ваше заблуждение. Я сдерживал себя. Я не позволял себе говорить об
этом человеке. Я был щепетилен, чтобы меня не сочли пристрастным. Но теперь
- теперь! - Я скажу вам с абсолютной уверенностью в собственных словах:
если, как вы считаете, противный мальчишка ни в чем не виноват и подвергся
нападению того человека, который убил Джоббинса, то когда он придет в себя и
вспомнит, кто это был, - его палец укажет на В. Хартли Грава. Да, да!
Аллен выждал секунд пять, пока к нему вернется слух после заключительного
рыка, после чего спросил, есть ли у Маркуса иные причины, кроме уже
упомянутых, для подобного обвинения. Как выяснилось, нет. Только смутные
ссылки на дурную репутацию и сомнительное прошлое. Выпустив пар, Найт,
похоже, утратил и аргументацию. Более того, он вернулся к отвергнутой
версии, согласно которой Тревор Вере действительно был пойман Джоббинсом на
месте преступления, опрокинул бронзового дельфина, а затем так быстро
помчался по проходу яруса, что не смог вовремя остановиться и перелетел
через барьер. Аллен еще раз построил логическую цепочку, которая опровергала
данную гипотезу.
- Но разве не мог кто-нибудь из зрителей спрятаться в театре во время
представления?
- Джей уверяет, что нет. Как всегда, здание тщательно осмотрели, ничего
не упуская. Да в театре и негде особенно прятаться.
Найт зловеще кивнул.
- Таким образом, вы утверждаете, что преступление совершено Одним из Нас.
- Весьма похоже на то.
- Передо мной - пугающая дилемма, - возвестил Маркус и немедленно стал
похож на человека, совершенно измученного неразрешимой проблемой. - Что
делать, Аллен? Бесполезно притворяться, что по отношению к этой личности я
испытываю иные чувства, чем... Я знаю, насколько он никчемная, презренная...
- Минуточку. Речь по-прежнему о Гарри Граве?
- Да. (Несколько грозных кивков.) Да. Я сознаю, что оскорбления,
нанесенные им мне, могут создать впечатление предвзятости.
- Уверяю вас...
- Нет, это Я уверяю вас, и совершенно серьезно, что среди нас он
единственный способен на преступление.
Сосредоточенный взгляд Найта застыл на лице Аллена.
- Я изучал физиогномику, - неожиданно сказал актер. - Когда я был в
Нью-Йорке...
На мгновение он страшно смутился, но тут же взял себя в руки и продолжил:
- ..мне довелось свести знакомство с настоящим авторитетом в этой области
- я говорю об Эрле П. Ван Смите, - и я занялся этой наукой всерьез. Я
изучал, наблюдал и проверял свои заключения. Снова и снова. Я полностью
удовлетворен своими успехами, - полностью - и потому, когда вы видите пару
чересчур круглых глаз, да еще широко расставленных, светло-голубых и
неглубоких, - будьте начеку. Начеку! - повторил Маркус и кинулся обратно в
кресло.
- Чего же следует ждать? - поинтересовался Аллен.
- Предательства. Ухищрений. Забвения этических ценностей. Я цитирую Ван
Смита.
- О, Господи.
- Что же до Кондукиса... Но неважно, неважно.
- Какие же характерные признаки вы обнаружили в мистере Кондукисе?
- Я.., я не знаком с мистером Кондукисом.
- Но ведь вы, безусловно, встречались с ним?
- Чисто формально. На премьере.
- А до того?
- Может быть. Годы тому назад. Я предпочитаю, - неожиданно добавил Найт,
- забыть о сопутствующих обстоятельствах.
Он величественно отмахнулся рукой, словно прогоняя надоедливую муху.
- Можно спросить почему?
После продолжительного молчания актер ответил:
- Некогда мне довелось быть его гостем, если это слово сюда подходит, и
испытать на себе оскор...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• 15
• 16
• 17

Закладка в соц.сетях