Жанр: Электронное издание
Kulgal09
...шнему
кокетству.
Наташа посмотрела на него с неудовольствием.
Боже милостивый! А если он узнает, что Стае не остановился на достигнутом?
И с Алисой, и с Линой у него были более
чем теплые отношения. Лина вообще считает, что Покровский все узнал о романе
Алисы со Стасом и с ней развелся именно
из-за этого. Сама Лина тоже хороша - замужем за одним, в любовниках у нее
другой, а травится она из-за третьего! Вот кто
штучка!
- Надеюсь, все это останется между нами, - сказал Покровский.
- Я не болтлива, - коротко ответила Наташа.
- Особенно когда выпьете.
- Скажу вам по секрету, что коньяк как-то странно на меня действует.
Никогда со мной не случалось ничего подобного. Я
что, рассказывала какие-нибудь истории... В тот раз?
- Пьяная вы очень рассудительная, - уклонился от прямого ответа Покровский.
- Еще вопросы есть?
- Самый главный. Вы догадываетесь, кто убийца?
- Какой-то чертовски умный сукин сын. Можете себе представить, что
случилось бы, не появись в моей жизни вы? У этого
человека был четкий план. Пойди все по этому плану, я бы уже не отмазался. Нашли
бы какой-нибудь завалящий отпечаток
пальца и - привет. Пишите письма дяденьке.
Они услышали, что к дому подъехала машина, и Наташа сказала:
- Наверное, Вадим привез вашу дочь.
- И Козлова.
- Лучше уж называйте его гардеробщиком.
Козлов - самая обыкновенная фамилия, но в ваших устах она звучит как-то
обидно.
- Этот гардеробщик собирается покорить нашу семью, как Эверест, - заметил
Покровский. - Когда они вчера уезжали, у
него из кармана кое-что выпало, взгляните.
Он взял со стола книгу и достал из нее лист бумаги.
- Вот. Гардеробщик трактира "Кушать подано" Козлов намечает себе ближайшие
жизненные перспективы.
Наташа взяла криво исписанный лист, прочла и рассмеялась.
"Доказать Андрею Алексеевичу, что я не трактирная грязь. Выиграть городскую
олимпиаду по физике. Вернуть С.Т. 30
баксов. Отводить на занятия математикой не меньше Двух часов в день.
Лучше - три. Поговорить с Андреем Алексеевичем об астрономии (положить его
на обе лопатки!).
Увеличить количество отжиманий от пола в два раза. Повести Марину в
"Современник". Завоевать одобрение ее отца во
что бы то ни стало".
- Чудесно! - воскликнула Наташа. - Это самая интересная программа-минимум,
которую я когда-либо видела.
- Еще ему надо включить в свой план выработку характера, - сказал
Покровский тоном молодого учителя,
размышляющего о судьбах страны. - Он постоянно краснеет! Вы обратили внимание?
Когда они вышли в холл встречать провинившуюся парочку, то увидели, что
никаким румянцем там и не пахнет. Оба
были бледно-зеленые, как поганки, и, судя по всему, отчаянно трусили.
- Папа, - с надрывом сказала Марина, - что же такое творится?
Они обнялись, и Покровский попытался ее успокоить:
- Ничего-ничего, все образуется. Вот увидишь. Надо только подождать. Ты
должна сейчас проявить мужество.
Валера Козлов стоял рядом с пакетом в руках.
В пакете лежало штук шесть порций наполовину растаявшего мороженого.
- Берите! - жалобно предложил он, обращаясь к Лине. - Мы всем купили.
Вероятно, это была попытка задобрить семью.
Лина с сомнением заглянула в пакет, потом сунула в него руку и достала
кривое эскимо в мокрой бумажке.
- И вы берите! - предложил Валера Наташе и потряс перед ней своим "мешком
Деда Мороза".
Наташа выбрала крем-брюле в вафлях, которое немедленно накапало ей на
босоножки.
- Я сейчас блюдечки принесу! - всполошился Генрих. - Давайте сюда вашу
пачку, Наталья. "
Наташа не отвечала. Пустыми глазами смотрела она в пространство, а внутри у
нее все вибрировало от напряжения.
Наконец, эконом отобрал у нее брикет, и она с трудом взяла себя в руки.
- Дайте уж мне тоже мороженого, - сказал Вадим, поглядев на Наташу
пристально. - Не пропадать же добру.
Когда Марина отправилась в свою комнату переодеваться, Наташа нагнала ее в
коридоре и спросила:
- Марин, мне очень важно знать: вы с Алисой разговаривали об отце? Я имею в
виду его предполагаемую женитьбу? Хотя
бы на том дне рождения?
- А что? - Было видно, что она занервничала.
- Пожалуйста. Я пытаюсь помочь Андрею Алексеевичу, но мне нужны факты.
Факты, а не лабуда, которой все тут друг
друга потчуют.
- Я... Мы... Мы еще раз встречались с Алисой.
Тут, в доме. Она приезжала, когда отца не было, - выдавила из себя девушка,
- Я ему не говорила. Но вы никому не
расскажете?
- Никому, не сомневайся. Ты что, обещала Алисе свое содействие? Хотела
помочь ей вернуть расположение отца?
- Как я могла? Папа в личных делах такой скрытный. Нет, я просто сказала,
что проинформирую ее, если узнаю чтонибудь
важное.
- И что же ты узнала в тот раз, когда Алиса приезжала в Березкино?
- Папа разговаривал по телефону с Вадимом и упомянул, что не пригласит Люду
на шашлыки в следующем месяце,
потому что терпеть не может внушать женщинам ложные надежды.
- Алису это, конечно, обрадовало, - задумчиво сказала Наташа. - Она
наверняка воспринимала Люду как свою главную
соперницу.
- Я не знаю. Возможно. Папа больше ни с кем не общался так тесно, как с
ними двумя.
Наташа возвратилась в холл и, отведя Покровского в сторону, сказала,
лихорадочно блестя глазами:
- Андрей Алексеевич, мне нужно ненадолго уехать.
Он некоторое время молча смотрел на нее, потом неожиданно разрешил:
- Можете вообще все это бросить к чертовой матери. Уезжайте совсем! Я
заплачу вам за потраченное время и за
упущенные возможности. Что вы тут, в самом деле, подвергаетесь опасности? Архив
- это такая вещь, которую можно
разбирать всю оставшуюся жизнь, - Нет, я не уеду, - покачала головой она. - Я
все равно прохожу свидетельницей по делу,
так что совсем выбросить вас из головы у меня не получится. Я хочу вас вытащить.
- Вы.., что-то узнали? - с еле уловимой надеждой в голосе спросил он.
- Я знаю не больше вашего. Может, даже меньше. Просто у меня возникла одна
догадка, которую следует проверить. Но
мне не на чем добраться до города.
- Я вас отвезу, - сказал Покровский.
- Вы заснете за рулем, и мы разобьемся, - отказалась Наташа. - Пусть меня
лучше Вадим довезет или вон Валера Козлов.
Вадим отчего-то замялся в ответ на ее просьбу, а вот Валера Козлов охотно
согласился. В сущности, Наташе только и
нужно было, что добраться до цивилизации. На оживленной трассе легко подхватить
любую машину.
- Довези меня до города и можешь возвращаться.
- Как вы думаете, а возвратиться - это удобно? - спросил серо-зеленый
Козлов.
- Удобно-удобно. Тем более что сегодня Андрей Алексеевич к тебе благоволит.
Уж не знаю, почему, - приврала она.
Окрыленный Козлов перелетел Кольцевую и высадил ее у ближайшей станции
метро. После чего умчался обратно в
Березкино, а Наташа достала из сумочки телефонную карту и сунула в автомат. На
память набрала номер и застыла в немом
ожидании. Когда трубку сняли, она тихо сказала:
- Парамонов? Это Наталья Смирнова. Мне бы с Негодько поговорить. Нету у
меня его телефона.
Но мне срочно нужно! Он пообещал, что не бросит меня, вот что! Пусть
выполняет свои обещания. Вы милиция или кто?
Хорошо, я перезвоню через полчаса.
Выйдя на дорогу, она остановила частника и отправилась проверять возникшую
у нее версию.
Благо, ехать далеко не пришлось. Через полчаса она отыскала еще один
телефон-автомат и снова позвонила Парамонову.
- Валентин Львович уже едет к вам, - обрадовал ее тот. - Не вздумайте
никуда слинять, а то он вам голову оторвет.
Негодько явился на свидание взъерошенный, как воробей, побывавший в луже.
- Что случилось? - спросил он, подсаживаясь за Наташин столик в придорожном
кафе и отхлебывая кофе из той чашки,
которую она для него заказала.
- А у вас есть полномочия отдавать вещи на экспертизу? - осторожно спросила
Наташа. - Тут такое дело... Надо проверить
одну мою версию.
Если все сойдется, я вам сразу расскажу подробности. Это по поводу убийства
женщин в Березкине.
- Вас что-то больше заботят чужие дела. О себе-то не хотите подумать?
- Ну пожалуйста!
- Где вещь? - спросил Негодько, допивая кофе.
- Вот, - ответила Наташа и достала из сумочки целлофановый пакетик с
землей.
- Боже мой, откуда вы ее выскребли? С чьей-то могилки?
Наташа уселась поудобнее и пообещала:
- Я сейчас вам все-все расскажу.
- А мне некогда, - бросил Негодько. - Потом изложите. У меня есть еще две
минуты, так что лучше я вам изложу то, что
стало известно по вашему делу.
- А на меня заведено дело? - удивилась Наташа.
- Дело заведено по поводу убийства двух Наташ Смирновых, не прикидывайтесь
пустоголовой дурой! Вас тоже хотят
убить, не забыли?
- А! - воскликнула она. - Ну конечно. Как я могу забыть, я же прячусь.
Ночью я пережила такой ужас, когда в меня ткнули
ножом...
- Появился свидетель, который открыл нам глаза на все происходящее. Сидел
себе, скотина, дома, и даже в голову ему не
пришло к участковому заглянуть.
- Свидетель чего?
- Похищения. Недавно возле супермаркета исчезла жена одного
предпринимателя.
- Ой, я знаю! Мне Ольга Кушакова рассказывала.
Негодько зыркнул на нее недовольно и пояснил:
- К супермаркету подъехал автомобиль, из него вылезли два бугая, взяли
тетеньку под белые ручки и засунули в салон.
Потом по сторонам огляделись - а неподалеку, возле строительства, там, где трубы
прокладывают, стоит мадам с болонкой
на руках и, разинув рот, на них смотрит. Они - к ней. Но дойти не успевают - к
супермаркету как раз подъезжает
микроавтобус. Из него вываливается целая компания людей, и один красавчик
радостно кричит:
- О! Наташка Смирнова! Привет, красавица!
Собачку выгуливаешь?
Красавица хватает собачку под мышку и бежит домой. Заметь - в милицию не
звонит. Сидит себе - и ни гуту. А на
следующий день ее убивают.
А потом еще одну.
- Еще одну - зачем? Они же свидетельницу видели!
- Значит, плохо разглядели. В темноте дело происходило. Вот и
перестраховались. Мужик-то при них крикнул: "О!
Наташка Смирнова!" Они это, конечно, запомнили.
- А по собачке нельзя было определить? - жалобно спросила Наташа. - Раз
собачки нет - значит, не та женщина.
- Шутите вы, что ли? Эти типы человека похитили, там деньги на кону
огромные, а они будут выяснять про собачек?
Замочили всех, кто в районе проживал под таким именем, - и концы в воду.
Вот вас только не достали.
- Почти достали, - застучала зубами Наташа. - Если бы не туалетная бумага,
меня бы уже похоронили на сельском
кладбище. Но вы их уже арестовали, конечно?
Негодько отвел глаза:
- К сожалению...
- Как это?! Да возле моей квартиры вертелся какой-то качок! Даже моя
подруга его видела. Взять его за жабры - и все!
- Все! - передразнил Негодько. - А там женщина в заложницах. Думаете, все
так элементарно - отловил, расколол.... Надо
его не просто так взять, а на чем-то. Чтобы он с нами захотел сделку заключить.
- Погодите-погодите, - Наташин лоб сложился гармошкой. - Если я правильно
понимаю, вы хотите взять его.., на мне?!
Валентин Львович, который только что собирался срочно куда-то бежать,
подпер голову кулаком и стал прихлебывать
остывший кофе с огромным наслаждением.
- Они потребовали выкуп, но мы уверены, что заложницу все равно убьют. Это
не настоящая банда, а какая-то.., стихийно
сложившаяся. Первый раз у них такое. Нервничают, перестраховываются, поэтому и
переговоры сильно затянулись. Так что
время у нас еще есть.
- Время на что? - зловещим голосом спросила Наташа. - Я нахожусь в
эпицентре дела с двумя отравлениями, вы разве не в
курсе? Я не могу находиться в эпицентрах двух дел одновременно! Я надеялась, что
милиция защитит меня хотя бы от
бандитов с ножом, про которых все известно!
- Ну и защитит, - кивнул Негодько. - В этом как раз вся задумка - вас
защитить. Когда они, значит, нападут.
- На меня уже напали, Валентин Львович!
Я ведь вам выложила все подробности и даже нож отдала.
- Так в то время еще руководство никакого решения не приняло, - ответил
Негодько. - А теперь вот распоряжение дали - и
расставим вокруг вас... Сети.
- А если я не согласна?
- Значит, не расставим, - скучным голосом ответил Негодько.
Это означало, что ей просто ни о чем не скажут.
- Так, - пробормотала Наташа. Подумала-подумала, потом хлопнула ладонями по
столу:
- Проведете экспертизу земли, буду вам всячески содействовать. В противном
случае начну в панике метаться по стране и
прятаться в самых неподходящих местах.
Негодько протянул руку и взял пакетик с землей, который так и остался
лежать возле салфетницы.
- И что мы должны там обнаружить? - спросил он без всякого любопытства.
- Посторонние примеси. То, чего там быть не должно. Это верхний слой почвы
- что там обычно бывает?
- Ладно, черт с вами, - пробурчал он и побарабанил пальцами по столу.
- Ничего себе - черт со мной! Хорошее пожелание человеку, за которым
охотятся похитители людей, чтобы угрохать как
возможного свидетеля.
- Главное - совершенно неясно, где они во второй раз попытаются на вас
напасть! - радостно подхватил ее мысль
Негодько. - Они же понимают, что в дом Покровского теперь не так просто
проникнуть. Скорее всего, будут дожидаться,
пока вы куда-нибудь поедете.
- Но если бы я была той самой Наташей Смирновой, я бы уже давно на них
донесла!
- Не факт, - ответил Валентин Львович. - Настоящая свидетельница, судя по
всему, видела похищение, но никому ничего
не сказала.
- Испугалась, наверное.
- И где она теперь со своим испугом? - сердито парировал Негодько. - У нас
все умные! Охраняй нас, милиция. А чтобы
прийти и сообщить о подозрительных происшествиях или личностях - тут их нету.
- Классический монолог героя из американского сериала про копов.
Негодько рассмеялся, спрятав маленькие глазки в многочисленных складочках.
- Это правда. Мне очень нравится, когда эти копы сердятся на свое
правительство и своих граждан. На фоне тамошней
жизни это выглядит уморительно. Так, значит, будем работать вместе?
- Не знаю, как вы собираетесь со мной работать, а я с вами уже давно
работаю! - гордо сообщила Наташа.
- В общем, вы пока живите себе, а я, когда надо будет, выйду с вами на
конспиративную связь.
- А экспертиза? - спросила она.
- Я думал, вы пошутили, - удивился Негодько. - Как я вашу просьбу эксперту
объясню? В рамках какого уголовного дела
эта земля проходит?
- Так я за деньги!
- Тоже мне, нашли платную службу по проведению экспертиз, - обиделся
Негодько. - Поезжайте в какой-нибудь НИИ, вот
там можете торговаться.
- Спасибо за идею, - буркнула Наташа.
Идея действительно была неплохая. Друг ее детства Максим Погудкин работал в
Тимирязевской сельскохозяйственной
академии. Состав почвы там запросто определят! Только сделать это надо
оперативно. Она позвонила Ольге и насела на нее
так, что та в конце концов взвыла.
- Ладно! Пришлю к тебе Севу Шевердинского.
Срываю с места ценного работника, сама вместо него сяду за стол простого
клерка. Оценишь ли ты когда-нибудь величие
моего подвига?
- Только ты сначала позвони Максиму и договорись с ним.
- Я же пообещала - все беру на себя!
Наташа решила никуда не ходить, а скоротать время тут же, за столиком кафе.
В ее положении толпа - это самая большая
опасность: здесь к человеку легко подобраться незамеченным. Она сидела, тянула
сок через согнутую кочергой трубочку и
обкатывала в уме свою версию случившегося в Березкине. Она догадалась, кто
преступник. Неожиданно догадалась. А
теперь сама не может поверить в свою догадку. Неужели она права? Просто в голове
не укладывается, что это - убийца! Если
экспертиза подтвердит ее выводы...
К сожалению, результаты этой экспертизы следствие не примет во внимание. И
даже если обратиться к тем людям,
которые заняты поисками преступника здесь, в Березкине, они вряд ли поддержат ее
версию - версия целиком построена на
психологических наблюдениях, и в ее фундаменте не лежит ни одного достоверного
факта.
Как же вывести преступника на чистую воду?
Есть только один надежный способ. При всех намекнуть на то, что она в курсе
дела, и предоставить преступнику
возможность с ней расправиться.
А кто защитит ее в самый последний момент? Покровский? Тогда ему заранее
придется рассказать всю правду, а Наташа
боялась, что он с собой не совладает - слишком сильным будет потрясение. Ему
ведь придется притворяться, а большинство
мужчин вообще на это не способно, и Покровский как раз из их числа.
Пока она размышляла, приехал Сева Шевердинский. Он удачно припарковался,
вышел из машины и, отыскав взглядом
вывеску, двинулся вперед. Наташа сидела под зонтиком в глубине кафе и
обмахивалась салфеткой. Сева увидел ее и, изменив
направление, зашагал более целеустремленно. В тот же миг возле Наташи как из-под
земли вырос официант и спросил:
- Сока не желаете?
И подал ей карту. Руки у него были огромные, загорелые, с толстыми корявыми
пальцами. Мужчина за столиком
напротив засобирался и, поднявшись на ноги, принялся сгребать со стула свое
добро - газету, солнечные очки, футляр...
"Да это наверняка оперативники! - догадалась Наташа. - Негодько, конечно,
мне ничего не сказал, но не дура же я
совсем!" Она поглядела на Севу, заулыбалась и отчаянно замахала ему рукой. Сева
тоже помахал и показал зубы гребешком.
Чего ж ему не порадоваться - его вытащили из душного офиса и дали возможность
немного попрохлаждаться.
Увидев, как Наташа с Севой рады друг другу, мужчина напротив раздумал
уходить и крикнул официанту:
- А принесите-ка мне порцию мороженого!
У Наташи сразу потеплело на душе. Значит, ее и в самом деле охраняют.
Отлично. Вот кому она сдаст убийцу, когда тот
попытается отправить ее на тот свет, - оперативникам! Теперь, главное, все
правильно спланировать. Чтобы, как говорится, -
и волки были сыты, и овцы остались целы. Придется совместить все так, чтобы ее
сначала захотели отравить, а потом уже
зарезать.
- Давай посылочку, - велел Шевердинский, приземлившись на стул. - Отвезу
тебя в твое Березкино и сразу поеду в
Тимирязевскую академию.
Ольга сказала, что дело суперсрочное.
- Как мне тебя благодарить, Севочка? - воскликнула Наташа.
- Ну, это мы после обкашляем, - пообещал любимец женщин и, залив в рот
полбутылки "Аква минерале", зажевал ее
льдом. - Главное, ты правильно ставишь вопрос - благодарность я с тебя
обязательно потом стребую. Сходишь куда-нибудь
со мной - в ночной клуб потусоваться или в ресторан покушать под музыку.
- Хорошо, Севочка. - Наташа была готова на все, лишь бы он сделал, о чем
его просили.
Всю дорогу до Березкина Сева рассказывал ей смешные истории, которые
случались с ним, как правило, в моменты
бурного ухаживания за женщинами, а Наташа думала только об убийце. Ей нельзя
выдать себя. Он не должен знать, что она
уже догадалась. Его следует напугать, намекнув, что она вот-вот догадается.
Непростая задачка!
Покровский курил на крыльце и, когда Наташа вышла из машины, затоптал
окурок и спустился к ней.
- Вы все-таки вернулись, - сказал он без всякого выражения.
Он вроде бы совсем не обрадовался, хотя она на это надеялась. И сердито
спросила:
- А что, вы уже отдали вакансию кому-то другому?
- Архив - ваш, - коротко ответил он. - Хотите есть? Народ собирается
ужинать.
- Да, - ответила Наташа. - Очень хочу.
На самом деле есть она не хотела, зато мечтала попасть за общий стол.
- Вы должны быть тронуты вниманием близких - они вас поддерживают.
- Конечно, - заметил Покровский. - Поддерживают. Но кто-то из них может
оказаться убийцей. В голову лезут всякие
нехорошие мысли.
- Андрей Алексеевич, - твердо сказала Наташа, останавливаясь прямо перед
ним. - Вы не должны прятать голову в песок.
Надо быть готовым к худшему.
- Черт бы вас побрал! - неожиданно воскликнул Покровский. - Вы что-то такое
крутите-мутите. Вы кого-то подозреваете?
- Никого конкретно, - соврала Наташа. - Но это безусловно кто-то из своих.
Как говорили в одном эротическом фильме -
ставлю голову против задницы.
- Меня это измучило, - понизив голос, признался Покровский. - Моя жизнь
остановилась, а милиция занимается каким-то
дерьмом!
- Не волнуйтесь, из этого дерьма позже обязательно вылупится что-то
стоящее.
- Спасибо на добром слове, - хмыкнул он и открыл дверь, пропуская ее в дом.
- Наташа! - обрадовалась Марина и помахала ей рукой со своего места.
Валера Козлов, испытывающий постоянный стресс на территории Покровского,
вертелся на стуле, словно грешник на
сковородке. Он рассеянно улыбнулся Наташе и снова углубился в горку тертой
морковки.
- Отлично, что успели к ужину, потом не разогревать, - заметил Генрих и
поставил на стол еще один прибор.
- Как город? - поинтересовалась Лина, подмигнув Наташе. Вероятно, таким
образом она выражала ей свою женскую
солидарность.
- Стоит, проклятый, - ответила та и накинулась на картошку.
От картошечки Генриха, поджаренной на сливочном масле с чесноком, любой
гастрит подавал в отставку.
- А у нас тут грустно, - сообщил Вадим, медленно, по-лошадиному,
пережевывая салат. - К нам опять наведывались
следственные органы.
- Кстати, Андрюшка, ты отдал им ботинки? - спросил Стае. - Ну те, про
которые ты рассказывал? Те, что Бубрик на дереве
нашел?
- Отдал, - коротко ответил Покровский. - И ботинки отдал, и заколку в
банке.
- Из-за этой банки даже я чувствовал себя глупо, - признался Вадим. - Как
объяснить нормальному человеку, откуда она
взялась?
- Им Гарик объяснил, - хмыкнула Лина. - Даже садовника затаскали! А уж с
нас-то вообще не слезут.
- Мне кажется, что тут все дело в Андрее Алексеевиче, - осторожно сказала
Наташа.
- Ясный пень, - подтвердил Стае. - В нем все дело. Около его дома
промышляет преступник.
- Знаете, что я подумала? - Наташа отложила вилку и посмотрела на всех по
очереди. - Я думаю, когда Алиса остановилась
на той дороге и открыла дверцу, она ожидала увидеть совсем другого человека. И
Люда тоже. Появление убийцы оказалось
для них полной неожиданностью.
- Но вы же сами говорили, что они ему доверяли! - воскликнула Лина. -
Убийце.
- Доверяли, я и не отрицаю. Абсолютно доверяли.
- Девушка говорит загадками, - недовольным тоном заметил Стае.
- Я сама еще не совсем разобралась, - смущенно ответила Наташа. - Но мне
кажется, разгадка преступления просто
носится в воздухе. Еще немного - и я все пойму.
- Милиция будет рада, - искренне заверила ее Лина. - Они сами в полном
пролете. И не знают, что делать.
- Конечно, они не знают, - проворчал Генрих. - Потому что задумали пришить
оба убийства Андрею Алексеичу, а у них не
получается.
- Они точно подкапываются, - заметил Вадим. - Под Андрея. Я это чувствую.
- Так и было задумано, - снова подала голос Наташа. - Чтобы под него
подкапывались. Но я спутала убийце все карты. У
хозяина дома появилось алиби.
- Наташ, вы просто детектив какой-то, - сказал Стае. - Так рассуждаете обо
всем! Я - адвокат и то не возьмусь распутывать
все эти нагромождения ложных улик.
Наташа бросила на него быстрый взгляд и спросила:
- Тут главное - рассуждать логически.
- Вы что - рассуждали? - оживилась Лина.
- Ну да. И вот, кажется, начинает кое-что брезжить. Может быть, я завтра
утром проснусь и - бац! - уже знаю имя убийцы.
- Не боитесь, что он вас.., того? - неожиданно спросил Валера Козлов. -
Тоже отравит?
- Ну, пацан, ты вообще! - с деревянной улыбкой ужаснулся Стае. - Как то
ружье в пьесе. Молчишь, молчишь, висишь себе
на стене, а потом каак выстрелишь!
- Но я же еще ничего такого, - отступила Наташа. - Я просто так... И вообще
- я могу есть консервы и кто меня тогда
отравит?
Вадим рассмеялся и подчистил тарелку корочкой хлеба:
- Ну, здесь, в доме, вас никто травить не станет. Видите же, убийства
выносятся за нашу территорию. Это тоже, наверное,
что-то значит.
- Хорошо бы, преступником оказался кто-нибудь посторонний, - неожиданно
высказалась Лина. - Бубрик, например.
Отличная кандидатура.
Алиби у него нет. Это очень удачно.
- Но почему Бубрик? - робко вступился за художника его партнер по
развлечениям Генрих Минц.
- Мало ли! Может, ему было завидно, что Андрей со вкусом одевается и у него
женщины красивее. Он сначала стащил,
его ботинки, а потом поубивал близких приятельниц.
- Душенька, прекрати нести ахинею! - одернул жену Вадим. - Это не повод для
развлечения.
- Полагаешь, я развлекаюсь? - хмуро спросила Лина. - Да я в панике, - А ты,
Андрей, почему молчишь? - обратился к нему
Стае.
Покровский постукивал рукой по столу, не притронувшись к еде.
- Сегодня ночью и в первой половине дня я наговорился на два года вперед, -
ответил он.
- Но о чем ты размышляешь?
- Я не в состоянии размышлять. Сейчас у меня в голове - думское заседание с
дракой на кулаках.
Одна мысль выскакивает вперед другой, и никто не соблюдает регламент.
Беседа в таком духе продолжалась до тех пор, пока тарелки не опустели
окончательно.
- Надо идти спать, - высказала всеобщее пожелание Лина. - У меня глаза
слипаются.
- Вы поедете домой, молодой человек? - обратился Покровский к Валере
Козлову. - Или собираетесь довершить то, что
вчера начали?
- Нет, пить я больше не буду, - ответил тот, и Вадим захохотал.
- Вот как он элегантно вышел из положения!
- Я вам, Наталья, Азора приведу, - пообещал Генрих, складывая тарелки в
мойку. - Аркадий знает, что мы его забираем на
ночь.
- Дураки! - махнула рукой Лина. - Как есть дураки! Я ведь говорю вам - это
может быть Бубрик. А вы доверяете его собаке
сторожить Наталью!
- Но мы же не самому Бубрику доверяем, - буркнул Стае.
- Могу вас успокоить, - заявил Генрих. - Азор лает на всех. Когда
появляется хозяин, он тоже лает. Возможно, от радости.
Чертовски несдержанная собака.
- Генрих, - вполголоса сказал Покровский, задержавшись на кухне, - Азора
приведешь ко мне в комнату.
- Хорошо, - коротко ответил тот, ни о чем не спросив.
Зато Наташа, которая все слышала, остановилась возле двери и накинулась на
него:
- Как это - Азора к вам. А я?!
- Вас - тоже ко мне.
- К вам в комнату?
- А что? Чем моя комната хуже вашей?
- Вы задумали сидеть там со мной вдвоем?
- Втроем. Азора не забудьте.
- Я не пойду.
Покровский немедленно рассердил
...Закладка в соц.сетях
