Жанр: Электронное издание
Kulgal06
...,
а сама поскакала в ближайший магазин.
Вспотевший Бунимович вывалился следом, чтобы купить себе бутылочку "Рерsi Light",
которую очень рекомендовали по телевизору - в целых двух литрах воды содержался ноль
калорий, а Костя каждый день собирался начать худеть. Местные красавицы не могли не
обратить внимание на столь видного представителя противоположного пола. Так что, когда
Полина вернулась, она застала своего шофера окруженным стайкой дородных девушек,
лузгающих семечки. Сандалии ловеласа Бунимовича были засыпаны шелухой, однако он не
обращал на это никакого внимания.
- ..А последний солдат в строю - без сапог, - рассказывал Костя и улыбался,
предвкушая, как доберется до финала. - Прапорщик говорит: "Солдат Иванов, почему без
сапог?".
- Девушки! - воскликнула Полина, растолкав всех локтями и пробившись к машине. -
Не думайте, что у этого типа такое же большое сердце, как он сам. Когда ему надоедает
рассказывать анекдоты, он начинает бить морды.
Она через силу улыбнулась девицам, продемонстрировав заклеенную пластырем скулу и
фингал под глазом. Те брызнули в разные стороны, как луковые слезы из глаз. - Ну зачем
ты? - обиделся Костя, не зная, которую из них провожать глазами. - Такие телки потрясные!
- Костя, почему ты до сих пор не женат? - спросила Полина, рассеянно глядя по
сторонам.
- Мамане никто из моих краль не нравится. Одна, говорит, дура набитая, другая -
финтифлюшка, третья - слишком требовательная и для жизни со мной непригодная. Так ты
узнала что-нибудь в своем сельпо? - неожиданно вспомнил он.
- Ничего, - махнула рукой Полина. - Моя идея оказалась - как это говорится? -
неплодотворной.
Они выехали на шоссе и отправились в обратный путь. Костя взахлеб рассказывал о том,
как служил в армии и какая сволочь был у них сержант, когда Полина неожиданно увидела
толстый грязно-желтый автобус, который отвалился от остановки, издавая звуки,
напоминающие хрипы старой клячи. На обочине он оставил двух опрятных тетенек в белых
платочках. У одной на локте висела корзинка, другая катила тележку на колесиках. Прямо
рядом с остановкой примостился крохотный павильончик, на котором большими - прямо
станционными - буквами было написано: "Хозяйственный магазин".
- Тормозни-ка, Костя, я сюда тоже зайду, - попросила Полина.
- Да мы уже вон куда уехали! - воскликнул тот. - Чего тут спрашивать? Об этой
Демьяновке тут и не слыхивали - глушь несусветная! А здесь все-таки дорога на Москву.
Воскликнуть он воскликнул, но все-таки остановился и, пока Полина пропадала в
магазине, просмотрел газету за прошлый год, торчавшую в боковом кармане, и удивился,
сколько с тех пор произошло изменений в родном отечестве.
Наконец, она вышла из магазина, но вместо того, чтобы бодро загрузиться в машину,
остановилась и стала смотреть в небо. Костя терпел-терпел, потом не выдержал и крикнул в
окно:
- Госпожа Федотова, поезд отправляется!
Полина вздрогнула и потрусила к нему.
- Извини, - пробормотала она. - У меня что-то голова закружилась.
- А я говорил! - забубнил Костя. - Вместо того чтобы мотаться по провинции, тебе
нужно отлежаться. Сейчас приедешь - и давай, отлеживайся. Хочешь - на диване, хочешь -
в тенечке в гамаке. У Андрюхи где-то шезлонг был, можно поискать.
- Я лучше так, на травке, - пробормотала она.
Мысли разбегались, словно давешние Костины девушки. Полина никак не могла
сосредоточиться и решить, что делать. Дождаться Никифорова и выложить все как на духу?
Или лучше прямиком к следователю?
Нет-нет, к следователю потом, когда она успокоится и сообразит, можно ли считать то,
что она только что узнала, уликой или доказательством.
Едва они загнали машину на участок, как зазвонил Костин телефон.
- Андрюха, - шепотом сообщил он Полине. И громко произнес в трубку:
- Да, на месте. Да, хорошо. Давай. Мы будем ждать. Гости? Ну... Пусть гости. Мы
пожрать привезли. Не купили, а у тебя из холодильника выгребли. Конечно, молодцы, а ты
думал?
- Мне в таком виде самые гости! - возмущенно сказала Полина. - А не знаешь - кто?
- Темнит начальник. Мы, кстати, благодаря тебе в последние дни с Андрюхой так плотно
общаемся! У меня прямо отпуск получился. Правда, партнер недоволен, но я его потом на Кипр
отпущу, хотя у меня есть подозрение, что море, которое не пахнет бензином, ему не
понравится.
- Ну да, - пробормотала Полина. - У тебя получился отпуск по уходу за больной
знакомой.
- Какая же ты знакомая? - немедленно возразил тот. - Ты уже родня!
Полина не стала уточнять, на почве чего, по его мнению, они породнились, а прошлепала
в никифоровскую ванную, чтобы хоть немного привести себя в порядок. На дом Люды и
Максима она старалась не смотреть.
Жилища Дякиных отсюда не было видно, но, подъезжая, они заметили, что оно выглядит
брошенным. Хозяева испарились, не зарыв ни одной траншеи в саду. Вот и верь после этого
людям...
- Кто-то приехал! - крикнул Костя, выбив длинную заячью дробь по двери ванной
комнаты. - Не пойму, кто. А-а-а, теперь вижу!
- Андрей? - с детской радостью спросила Полина, вываливаясь наружу. - О-о-о!
По дорожке к дому с видом вестового, движущегося в ставку с важным пакетом, шагала
тетя Муся, ведя за собой, словно коня в поводу, замученного Эдуарда. Свои любимые
солнечные очки он зацепил за воротник футболки, обнаружив красивые, но безумно усталые
глаза. Сегодня на тете Мусе было красное платье с розой на плече и с широким цветастым
подолом. К ее бульдожьей мордочке и консервативной прическе платье совсем не шло.
Крошечные ножки в атласных туфельках протопали по ступенькам, - бам, бам, бам! - и тетя
Муся влетела в гостиную, шумно отдуваясь.
- Пелагея, ты что, скрываешься от следствия? - рявкнула она с порога. - Твой телефон
не отвечает!
- Костя, где мой телефон? - растерянно спросила Полина. - Может, я его у
Никифорова на постели оставила? Или у тебя? Не помнишь?
- Пелагея, ты что, ночуешь по мужчинам? - краешком рта улыбнулся Эдуард. - Мне
нравится твой стиль!
- Тебя избили любовники! - Тетя Муся наставила на нее маленький указательный
палец.
- Ну что вы! - возмущенно воскликнул Костя. И уверенно сказал:
- Она упала с лошади.
- С какой лошади? Где она ее взяла?
- На лугу, - пожал плечами Костя. - Там полно бездомных лошадей. Они сбиваются в
табуны и пасутся. Мы иногда скачем, чтобы выработать равновесие. Тогда в самолете тошнить
не будет, - непоследовательно закончил он.
Тетя Муся поглядела на него, слегка обалдев, и снова обратилась к Полине:
- Так ты скрываешься, дорогуша?
- Меня что, разыскивает следователь? - испугалась та. - Или нет?
- Достаточно того, что тебя разыскиваю я! - отрезала тетя и, прошествовав к дивану,
без приглашения опустилась на него. - А где тот молодой человек, который травил меня
собаками?
Бунимович фыркнул, и она смерила его неодобрительным взором.
- Вон он едет, - показал Костя большим пальцем себе за спину.
Автомобиль Никифорова действительно медленно вплывал в ворота, издали кивая
мордой, словно приветствуя гостей.
- Собственно, нам нечего тут рассиживаться, - пожал плечами Эдуард. Вероятно, его
совсем не прельщала встреча с хозяином дома. - Мы только заехали сказать, что милиция
нашла машину Люды.
- А в ней - чемодан Максима, - добавила тетя Муся. - Машина просто заляпана
отпечатками пальцев, как будто в ней по очереди прокатили роту новобранцев.
- Ого! - сказал Никифоров, открыв дверь и увидев всю честную компанию. - Здрасьте,
товарищи. Партия шлет вам пламенный привет! - Тетя Муся возмущенно фыркнула. - Не
ожидал, что вас тут так много. Я, кстати, тоже не один.
Он посторонился, пропустив вперёд себя Владимира Сергеевича Глухова и никому не
известного молодого человека в чересчур плотно сидящих джинсах и фривольно расстегнутой
до пупа рубашке. Молодой человек старался держаться независимо, но испуг проступал сквозь
эту независимость, словно жирное пятно сквозь бумагу. У него было круглое лицо с очень
коротким, по-детски курносым, носом и длинная челка, зализанная на одну сторону.
- Прошу любить и жаловать, - жестко сказал Никифоров. - Петя Глухов, один из
главных действующих лиц пьесы, которую я сегодня собираюсь снять с репертуара.
- Здрасьте, - пробормотал Петя, задержав долгий взгляд на Полине.
- Это вы затащили меня в морг! - тоном оскорбленной добродетели возвестила она. -
Нормального человека может стошнить от вашей вендетты! Вы никогда не смогли бы стать
героем приключенческого фильма!
- Но на роль убийцы из детектива я тоже не гожусь! - довольно развязно ответил Петя.
После его хлипенького "Здрасьте!" это было довольно неожиданно.
- Предлагаю устроить "круглый стол", - весело сказал Никифоров. - Давайте
рассядемся и чаю, что ли, попьем!
Стол у него в гостиной действительно был круглый. И достаточно большой для того,
чтобы разместить всех присутствующих.
- Мы тоже будем пить чай? - громким шепотом спросила тетя Муся у Эдуарда.
- Конечно! - ответил за него Никифоров. - Вам придется. Потому что вашего сына я
отсюда просто так не выпущу.
Эдуард уперся твердым взглядом в благородный никифоровский лоб. Тот ответил ему не
менее пристальным взором. Когда все расселись - кто с большей охотой, кто с меньшей, -
тетя Муся мрачно спросила у Полины:
- А что это он имел в виду?
- Я имел в виду, - любезно откликнулся Никифоров, - что подозреваю вашего сына в
двойном убийстве. И даже попытаюсь это доказать.
Полина ахнула, а у Кости Бунимовича сделался такой изумленный вид, словно у ребенка,
который незаметно для себя съел все конфеты и теперь смотрит в пустую вазочку.
У Эдуарда была совсем другая реакция.
- Ну-ну! - усмехнулся он и сложил руки на груди, будто предлагая, чтобы Никифоров
немедленно начинал доказывать.
Тетя Муся так взъярилась, что едва не выпрыгнула из своего цыганского платья. Роза у
нее на плече задрожала от возмущения.
- Чтоб отсох ваш проклятый язык! - выплюнула она и хотела добавить что-то еще,
столь же драматическое, когда Глухов приподнялся на стуле и удивленно сказал:
- Сюда кого-то ведут!
Все как один повернули головы и уставились на охранников, которые и в самом деле вели
под руки незнакомого коренастого дядьку с черными курчавыми волосами, злыми глазками и
короткой верхней губой, из-под которой выглядывали широкие квадратные зубы.
- Андрей Андреевич! - воскликнул охранник Витя, когда Никифоров распахнул для
них дверь. - Вы были правы на все сто! Этот тип действительно прятался в доме Дякиных!
Вызвать наряд?
Полина, знакомая с социальными взаимоотношениями по "новым русским" сериалам,
подумала, что, наверное, Андрей этим охранникам что-нибудь отстегивает на бедность, иначе
они вряд ли стали бы его слушаться как отца родного.
- Не надо наряд, - Никифоров сделал королевский жест рукой. - Взлома не было.
Потому что это никакой не грабитель, а Иван Леонидович Дякин.
У охранников вытянулись лица, а Полина несколько раз моргнула, не в силах поверить,
что этот отвратительный мужик на самом деле - ее милейший сосед. Отсутствие усов самым
плачевным образом сказалось на его внешности.
- Может быть, порадуете нас и снимете парик? - ласково спросил Никифоров. - А то
жарко, замучаетесь пот вытирать.
- Черт с вами! - устало пробормотал пленный и стащил с головы свои черные кудри. -
Как вы догадались, где я прячусь?
- Во-первых, куч во дворе стало на одну больше. Во-вторых, - все так же охотно
пояснил Никифоров, - я просто не мог поверить, что вы рванули в глухую сибирскую
деревню, не дождавшись окончания следствия. Вероятно, вы жили надеждой, что все, наконец,
раскроется и всякие обвинения с вас будут сняты.
- Какие обвинения? - спросила Полина. - Разве его кто-то в чем-то обвинял?
- Но могли обвинить, - немедленно откликнулся Никифоров, отодвигая для Ивана
Леонидовича стул. Безусый, он был непривычен глазу, и Полина все примеривала свое старое
впечатление к его новому облику.
У спинки стула был столь благородный изгиб, что Дякин никак не мог к нему
приспособиться и ерзал на месте. Возможно, впрочем, что он ерзал от волнения.
- Эдуард! - воскликнула тетя Муся. - Чай не полезет мне в горло, если ты сейчас же,
сию минуту не скажешь мне, что это не правда. Ее горло, по всей видимости, действительно
сжалось от дурных, предчувствий, потому что голос прозвучал так низкой хрипло, будто тетя
Муся курила с двенадцати лет.
- Мамуля, ну что ты в самом деле! - раздражился Эдуард и сплел пальцы, словно
собирался потянуться. - Человек сейчас выскажется, и ты все поймешь сама.
- Можно сначала я выскажусь? - спросил Владимир Сергеевич Глухов надтреснутым
голосом. - Я узнал, что Петя и Митя превысили пределы допустимого без согласования со
мной. Я велел им проводить Анохиных до самолета - каждого по отдельности, а они не дали
им вылететь из страны. Их задача состояла лишь в том, чтобы в самые неожиданные моменты
звонить по телефону и угрожать.
- Мы любили тетю Ларису! - высокомерно заявил Петя. - Вот и подумали: что это за
месть, если преступники, убийцы, всего лишь слегка напуганы какими-то там абстрактными
угрозами? Ну, мы взяли и отвезли их в ту деревню. Демьяновку. Привязали к стульям и уехали.
Думали, они денька два помучаются, а потом мы их отвяжем - и все.
- А как вы их.., заманили? - спросила Полина, которую рассказ о смерти сестры и ее
мужа вгонял в дрожь. - Максим ехал с Эдуардом в аэропорт и вдруг, ни с того ни с сего,
пересел в ваши "Жигули".
- Мы сказали, что его жена попала в автомобильную аварию, находится между жизнью и
смертью, хочет его видеть. Он даже не сообразил спросить, как мы его нашли и узнали - так
перепугался. Врачиху взяли на тот же понт. Люди перестают соображать, когда их напугаешь.
- Они и меня таким же макаром подсекли, - встрял Дякин. - Сманили от отделения
милиции, где я Полину должен был ждать.. Помните, Поленька? Сказали, что брат мой в
аварию попал.
- Еще бы мне не помнить! - буркнула она. - Я потом полдня по канализационным
люкам пряталась.
- Засранцы! - с чувством добавил Иван Леонидович.
- Но не убийцы! - парировал Петя. - Когда мы с Митькой приехали в следующий раз,
их уже порешили. И мы.., испугались.
- Там было полно их отпечатков пальцев, - добавил Глухов. - Повсюду. И тот парень
с автозаправки мог их опознать. Они видели, как он провожал их глазами, когда Анохин влез в
салон со своим чемоданом.
- А зачем он чемодан-то взял? - вслух удивился Костя.
- Это, наверное, у него нервная реакция такая была, - охотно откликнулся Петя. - Мы
ему потом укольчик сделали, он сразу отрубился.
- Кстати, как это получилось, что у вас вся семья уколы умеет делать? - спросила
Полина.
- Мы с женой за Ларисой ухаживали, Петя с Ирочкой - сами медики.
- Медсестра и медбрат? - проворчала Полина, не в силах простить семейству Глуховых
страха, которого она натерпелась по их вине. - Кстати. Кто тот жуткий тип, который
преследовал меня от самого Манежа? С большими рукам и белым лицом? Я до сих пор уверена,
что он маньяк.
- Это воздыхатель Ларисы, - пояснил Владимир Сергеевич. - Он к ней всегда весьма
трепетно относился. Согласен, внешность у него не слишком.., приятная. Он очень хотел
отомстить.
- Объясните-ка, Петя, почему вы отвезли Анохиных именно в Демьяновку. В тот
заброшенный дом?
- Легко, - пожал плечами Петя и облизал сухие губы. Перед ним стояла чашка, полная
чаю, но он, кажется, ее не замечал. - Мы с Митькой задумали похищение еще за пару дней до
отъезда врачей. Батяне решили ничего не говорить. Сначала хотели взять мужика. Следили за
ним, конечно. Он со своим соседом... Вот с этим, насколько я понимаю.., встретился в Москве.
- Сейчас я расскажу! - оживился Дякин. - Я заехал за Максимом, чтобы отвезти его
сюда, на дачу. У него машина забарахлила, жена чем-то занята была. А на общественном
транспорте добираться, знаете ли, не очень-то приятно. Особенно человеку, который не привык
к столпотворению. Он мне позвонил, и я за ним заехал. Только я его предупредил, что мне крюк
надо будет сделать, завернуть на свой старый участок и взять кое-какие инструменты.
- Как это - на ваш старый участок? - немедленно возмутилась тетя Муся, которая
прослушала все очень внимательно. - Мне следователь совсем другую фамилию называл. И
даже фотографию настоящего владельца дома в Демьяновке показывал. А вы говорите - ваш
старый участок!
- Дак записан он на первого мужа моей бывшей жены. Он от нее ушел, а дачку в
Демьяновке ей оставил. Не отписал, а так, на словах отдал. Мы на участке с ней одно время
цветочки сажали и все такое. Жизнь там кипела, я вам скажу. А потом и деревня вся на нет
сошла, и мы с женой разошлись. Она женщина больная, родственников у нее никого нет, вот и
забросила домишко. А я в нем все пооставлял - лопаты, инструменты разные. Никак руки не
доходили забрать. А тут мы папанькино наследство стали разыскивать, нам сразу ого-го
сколько всего понадобилось! Вот я и наметил смотаться на старую дачу. Да не знал, что там все
в таком запустении. Вещички все разворовали. Паразиты, а не граждане великой державы!
- Мы с Митькой их до того дома проследили, - подхватил нить повествования Петя. -
Всю эту историю с бывшей женой он Анохину тоже рассказал. Пока они вокруг дома лазили,
собирали всякий хлам, мы с Миткой и подумали - а что? Отличное место для того, чтобы
спрятать двух пленных. И как случай подвернулся, их туда свезли.
- А я-то тут с какого боку? - высокомерно спросил Эдуард, не выдержав напряженного
ожидания. - Что на меня-то вас вывело, уважаемый?
Обращался он, конечно же, к Никифорову, и тот мгновенно ответил:
- Да очень просто, любезный! Когда я сообразил, что ни у Мити с Петей, ни у господ
Дякиных никаких мотивов для убиения Анохиных нет, я задумался: неужели кто-то еще в тот
день следил за врачами? Да быть того не может! Это просто шпионский триллер какой-то
получается. Решил остановиться на тех действующих лицах, которые уже были заявлены в
самом начале. Помните, вы рассказывали Поле, как везли Максима в аэропорт, а он вдруг
пропал? Она мне все слово в слово повторила. Вы употребили такое выражение: я там
покрутился полчасика и домой поехал. Безлошадная Поля, естественно, подумала, что вы
побегали вокруг бензозаправки. Но мы-то с вами понимаем, что вы покрутились полчасика на
машине. Вы знакомы с теорией вероятности? - спросил он, сияя глазами.
- Андрюха, не начинай! - попросил Бунимович. - Ты так складно рассказываешь,
давай без математики обойдемся.
- Ну, хорошо, - неохотно согласился тот. - Обойдемся без математики. Я подумал -
очень логично, если бы, узнав у работника заправки, на какой машине уехал Максим, Эдуард
попробовал бы ее догнать. Или он просто плюнул на Максима и догнал эти "Жигули"
случайно. Я не знаю, а сам Эдуард, кажется, не намерен говорить.
- Мне не нравится то, к чему вы ведете! - непреклонным тоном заявила тетя Муся,
платье которой как-то нелепо перекосилось, Вероятно, она сильно натянула его на коленки.
- Будто мне нравится! - буркнул Никифоров. - Я бы с удовольствием засветил вашему
сыночку в глаз и закончил на этом. А там бы пусть с ним милиция разбиралась.
- Зачем же в глаз? - засмеялся Эдуард. Лицо у него было такое розовое, довольное,
словно ему только что рассказали какую-то веселую историю, а он хлопал себя по ляжкам и
хохотал до икоты. - Вы дальше, дальше излагайте.
- Да, собственно, излагать мне осталось совсем нечего, - пожал плечами Никифоров. -
Вы видели, милый Эдик, куда привезли вашего родственника. Но ничего не сделали для того,
чтобы его освободить. На следующий день вечером вы снова отправились туда. Вам не спалось,
не кушалось, вы решали для себя трудный вопрос - ввязываться в это дело или оставить все
как есть? Итак, вы отправились туда и нашли там не одного Максима, а еще и Люду, его жену.
Ваших богатых родственников. Богатых и, на тот момент, совершенно беспомощных. Вместо
того, чтобы освободить их, вы достали из машины два пакета, скотч и совершили свое черное
дело. Думаю, у вас в багажнике даже перчаточки какие-нибудь завалялись. Вы совершенно
правильно рассчитали, что милиция заподозрит в убийстве тех типов, которые похитили и
связали Анохиных, и наверняка оставили в доме массу отпечатков. А не вас, любящего и такого
благополучного во всех отношениях родственника.
Тетя Муся превратилась в каменного божка с бульдожьей рожицей. Она даже вместо
красной сделалась коричневой, словно в ее сосудах бежала не кровь, а тот чай, который она,
нервничая, глушила чашками. И сама себе, между прочим, подливала.
- Простите великодушно, - молвил Эдуард, вскидывая подбородок, который он
принародно брил, когда рекламировал заморский гель для бритья. - А... Какой же у меня
мотив? Я что-то никак в толк не возьму? Зачем я их так злодейски прикончил? У меня,
простите, нет никакого корыстного интереса!
Это был тот самый вопрос, на который Никифоров не мог ответить.
- Ерунда! - тем не менее уверенно отмахнулся он. - Я думаю, что через полгодика
всплыла бы какая-нибудь липовая дарственная, или липовое завещание, или еще что-нибудь!
- Если бы да кабы! - передразнил его Эдуард. - Пожалуйтесь на меня дяде
следователю! Он пошлет вас в задницу.
- Андрей! - спросил Бунимович с задумчивым видом. - А кто перевернул весь дом
Анохиных и напал вчера на Полю?
- Дом Анохиных перевернули близнецы Дякины в поисках мифических сокровищ, -
пожал тот плечами. - А на Полю напал просто какой-то урод, которому захотелось денег.
- На меня напал не какой-то урод, - тихо сказала Полина, но все ее услышали и
повернулись к ней. - На меня напал Эдуард.
- И ты туда же?! - воскликнула тетя Муся и потрясла кулачками над головой. - Да это
заговор против моего сына! Он не убивал ни Люду, ни Максима, дурьи вы головы!
- Конечно, он не убивал, - подтвердила Полина. - Это вы убили, тетя Муся.
- Час от часу не легче! - фыркнул Эдуард.
- Что-о? - спросила тетя Муся беззвучно. Словно рыба, упершаяся в стеклянную стену
аквариума. И потом вдруг в полный голос повторила:
- Что-о?!
- Вы выдали себя с потрохами, - продолжала Полина, глядя на нее страдальческим
взором. - Я должна была тогда еще сообразить... Меня на эту мысль навели рубашки.
- Слушай, что с этими рубашками, объясни ты толком! - нетерпеливо потребовал
Костя.
- У вас с Андреем одинаковые рубашки, - пояснила Полина. - Но когда он тебя
увидел, то подумал, что ты надел его рубашку. Я еще посмеялась, потому что это была очень
странная реакция. Почему - его рубашка? Такая же точно, вот и все! И тут я вспомнила
следующую вещь. Когда тетя Муся приехала сюда и рассказывала, как опознавала тело Люды,
она сказала: на ней был зеленый брючный костюм и белая блузочка. А на руке часы Пелагеи -
такие, знаете, с темным ремешком. Так вот. Мне эти часы директриса подарила. Как тетя могла
определить, что это именно мои часы, а не другие, похожие? Она могла знать это, только если
ей Люда сама сказала. Но когда это могло случиться? Я свои часы Люде отдала перед самым ее
отъездом в аэропорт. Она встретилась по дороге с Наташей Скворцовой и.., исчезла. Тем же
вечером ее убили. Вот я и подумала: значит, тетя Муся встречалась с ней уже после Наташи
Скворцовой. Тетя же утверждала, что в тот день они вообще не виделись.
- Какое пространное, и глупое объяснение! - заявил Эдуард. - Что она подумала, что
не подумала... Пелагея, ты просто дура.
- Я тоже решила, что я дура, - смущенно ответила та. - Разве могла моя милая
маленькая тетечка быть убийцей? Разве могла она справиться с Максимом? Да и с Людой тоже!
Я отбросила свои подозрения. Однако Андрей выдвинул новую версию: что похитили
Анохиных одни люди, а убили - совсем другие. И я снова стала мучиться. Что, если похитили
сестру с мужем родственники Ларисы Запольской, а тетя Муся каким-то образом узнала об
этом и прикончила их. Ведь они были связанные, беспомощные, и не требовалось большой
физической силы, чтобы надеть им на голову пакеты и обмотать клейкой лентой. Я не знала,
почему вы решили их убить. И до сих пор не знаю. Но к следователю я пойду вот с чем. Про
эти часы вы сказали мне в присутствии свидетелей, так что от своих слов уже не откажетесь,
тетечка. А вчера я нашла в своей сумочке старую квитанцию из часовой мастерской. Я хорошо
помню, что прадедушку мы хоронили десятого апреля. По квитанции выходит, что десятого
апреля мои часы были в ремонте, при мне их не было. Я просто не могла надеть их на
похороны. А мы с вами виделись только в тот день. Первый и последний раз до несчастья с
Людой и Максимом. Так вот, ответьте мне, тетя Муся, - Полина повысила голос. - Если вы
никогда ничего не видели на моей руке, с чего вы взяли, что на мертвой Людмиле - мои часы?
- Пелагея, что ты несешь? - рассердился Эдуард. Вскочил и отбросил стул, который
покатился по полу с раздраженным стуком. - Черт с вами, я признаюсь. Все так и было! Я
следил за "Жигулями", видел, куда привезли Анохиных, я даже зашел и посмотрел, что с ними
такое.
- Наконец-то, - закатил глаза Никифоров. - Ваши пальчики, Эдик, обязательно
намажут чернилами и проверят отпечаточки. Вы ведь хватались за дверь, да? И безо всяких
предосторожностей! Вы же не думали, что их убьют, правда? Вы просто не пришли им на
помощь. Это не криминал.
Эдуард поднял стул, сел и схватился за голову.
- Ты туда входил? - жалким голоском спросила тетя Муся. - Ты там наследил?
- Так кто из них убил Анохиных? - нетерпеливо спросил Костя, который все это время
слушал, затаив дыхание.
- Эдуард! Ты же сказал мне, что не заходил в дом! - в отчаянии пропищала тетя
Муся. - Ты сказал, что издалека глядел. И не заходил. Эдуард, что же ты наделал?
- О, господи! - воскликнул Никифоров. - Теперь-то мне, наконец, все стало ясно.
Эдуард следил за Петей и Митей, которые похитили Максима. Потом приехал домой и
рассказал все маменьке. Только не признался, что заходил в дом. Маменька решила, что он
остался в стороне от всего этого ужаса. Думаю, вы отчаянно боролись с собой, да, тетя Муся? У
вас имелось основание желать Анохиным смерти. Ну? Что у вас там было в запасе?
Закладка в соц.сетях
