Жанр: Электронное издание
Kaldar15
...абываемые дни своего отпуска.
Мы с подругами ехидно хмыкнули.
- Ну как, полицейские уже нашли тело Ксюты? - шепотом спросила Мариша,
подкравшись к Греку сзади.
Тот едва не упал от неожиданности. Затравленно посмотрел на Маришу и отрицательно
покачал головой.
- А искали? - требовательно спросила Мариша уже погромче.
Грек сложил руки в умоляющем жесте.
- Не нужно так громко. Идите наверх, Тата все вам расскажет, - прошептал он нам. -
Видите, я же принимаю гостей.
Они не должны ничего знать.
- Видим, - вздохнули мы. - Сплошное притворство.
- Кстати, я себя что-то плохо чувствую, - сказала Юлька. - Весь день голова
кружится, и сыпь какая-то по телу пошла.
Грек озабоченно посмотрел на нее и пообещал заглянуть к нам в номер попозже.
- Зачем ты сказала ему про сыпь? - прошептала Мариша. - Мы же договорились, что
пока ты умирать не будешь.
- Я пока и не умираю, - ответила Юлька. - Но первые признаки болезни уже вполне
могут проявиться.
Поднявшись в отель, мы разместили свои покупки в нашем номере и отправились на
розыски Таты. Она обнаружилась в бельевой комнате, где спешно выдавала горничным
запасные комплекты постельного белья.
- Прибыло на три человека больше, чем указано в списке, - сказала она нам. - Но
ничего, мы справимся. Свободных комнат у нас пока достаточно.
- Тата, а полицейские были сегодня на Козенце? - спросила у нее Юлька.
Тата поспешно выпроводила горничных, заперла дверь и кивнула.
- Были, - сказала она. - Они обыскали весь остров, но тела Ксюты не нашли. Они
говорят, что их поисковая собака вела себя так, словно девушка была там какое-то время. И они
очень жалели, что весельная лодка утонула.
И Тата с укором посмотрела на нас, словно это мы были виноваты, что лодка оказалась
словно решето.
- Кроме того, в воде, в единственной приличной бухточке Козенцы, полицейские нашли
в воде пятна бензина. Поэтому они считают, что кто-то привез тело Ксюты на Козенцу на
весельной лодке, а потом увез его дальше уже на моторке или катере.
- Но зачем? - спросила Мариша.
- Этого они не знают, - пожала плечами Тата. - Да, кстати, они хотели поговорить с
вами. Думаю, что завтра они снова приедут сюда или вызовут вас в Палермо.
- Зачем? - спросила Мариша.
- Ну, муж пропавшей девушки отказывается брать вину в ее исчезновении на себя, -
потупившись, сказала Тата. - Он говорит, что одна из вас или даже вы все трое прикончили
его жену. Якобы из ревности. И потом вы проявили такую удивительную страсть к
расследованию этого дела, что полицейские поневоле заподозрили неладное. Ну и показания
Артема тоже не в вашу пользу, согласитесь?
- Ясное дело, - вздохнула Юлька.
О подлом поведении Артема мы были уже наслышаны.
- Просто свинья неблагодарная этот Артем! - воскликнула Мариша, когда мы оказались
у себя в номере. - Как он вообще смеет надеяться, что мы будем помогать ему выпутываться
из этой истории, если он так ведет себя! Сам рассказал нам про слежку за Ксютой, про ее
любовника, про детективное агентство, а теперь, видите ли, закладывает нас с вами.
- Артем всегда умом не блистал, - сказала я. - Иначе бы уже давно женился на Юльке.
- И что мы завтра скажем полицейским? - спросила Юлька.
- Ничего, скажем, что, когда погибла Ксюта, мы все время были вместе. Что, кстати
говоря, будет чистой правдой, - сказала Мариша. - А вот Артем, между прочим, бродил
неизвестно где.
- Да, - кивнула я. - Когда мы подошли к их номеру, он как раз откуда-то примчался
весь растрепанный.
- И сказал, что искал жену! - воскликнула Мариша.
- Жену и ее любовника! - поддержала ее Юлька. - Так это могло и быть. И нам
скрывать нечего.
Спать нам решительно не хотелось. Поэтому мы пошли немного прогуляться вокруг
отеля. Далеко мы решили не отходить, потому что после недавних событий охота к ночным
прогулкам по окрестностям у нас напрочь отпала. Но, как выяснилось впоследствии, не все
были настолько предусмотрительны и осторожны.
Как только мы с подругами устроились на ярко освещенной лавочке на площадке перед
отелем, как из бара отеля вышли Кати и Густав. Оба выглядели так, словно только что
влюбились друг в друга. Вдобавок Густава изрядно пошатывало от выпитого вина.
- Мы решили немного прогуляться, - проворковала Кати. - Густаву не спится. И
вообще проветриться ему не мешает.
А ночь и в самом деле такая чудная.
Мы снисходительно покивали им в ответ. Кати с Густавом, обнявшись, отошли немного
подальше, поцеловались там, счастливо посмеялись и скрылись за зданием отеля. А мы так и
остались на лавочке.
- Чувствую себя столетней старухой, - неожиданно сказала Мариша. - Тут люди
целуются, воркуют, гуляют под звездами, а мы с вами сидим на лавочке и сплетничаем.
- А что ты предлагаешь? - спросила я.
- Пошли вместе с Густавом и Кати, - сказала Мариша. - Впятером не так страшно.
- Ты что? - удивились мы с Юлькой. - Люди пошли специально чтобы побыть
наедине и, может быть, заняться любовью где-нибудь в живописном месте. А мы им помешаем!
Мариша взглянула на дело под Юлиным углом зрения и согласилась, что и вправду может
получиться неловко. И мы продолжали сидеть на лавочке. Прошло около получаса, и вернулись
Густав с Кати. Вид у них был очень довольный. И они присели рядом с нами.
- Чудесный вид открывается сразу за отелем, - сообщил нам Густав. - Мы там гуляли
вчера с Кати днем, но ночью там куда романтичнее. Я понимаю ту девушку, которая пострадала
из-за своей любви к ночным прогулкам. Ночью и в самом деле в горах очень поэтично.
Кажется, что всюду невидимые сказочные существа поют свои мелодии. Да, Кати?
Но Кати явно не слышала последних слов своего приятеля.
Она смотрела на него и страдальчески улыбалась.
- В чем дело, дорогая? - удивился Густав.
- Моя шаль, - застенчиво прошептала Кати. - Мы забыли ее там. Ну, помнишь... Там,
где мы с тобой...
После этого Кати залилась очаровательным румянцем. Густав тоже покраснел и
закашлялся.
- Надеюсь, с шалью ничего не случится до утра, - сказала Кати. - Не хотелось бы ее
потерять. Эта шаль мне очень дорога, а теперь с ней еще и связано много приятных
воспоминаний.
При этом она снова кинула на Густава взгляд влюбленной серны. Разумеется, Густав тут
же вскочил на ноги.
- Милая, я сейчас же принесу тебе твою шаль.
Кати расплылась в счастливой улыбке.
- Ты мой рыцарь! - сообщила она Густаву. - Дай я тебя поцелую.
Она и в самом деле запечатлела на его губах страстный поцелуй. И потом еще долго
обнимала, что-то очень ласковое шепча ему на ухо.
- Так я лечу! - воскликнул Густав, когда Кати отпустила его из своих объятий И он в
самом деле помчался.
- Осторожней! - хором крикнули мы ему вслед.
Но Густав только рукой махнул и скрылся за поворотом.
- По той дороге, которой шли мы, там довольно светло, - сказала Кати. - Луна, звезды
и свет от отеля. Надеюсь, что Густав пойдет именно этой дорогой.
И на ее лицо набежало облачко тревоги.
- В чем дело? - спросила проницательная Мариша.
- Ни в чем, - ответила Кати, зябко поежившись. - Пока ни в чем. Я уверена, что все
будет в порядке.
Но по ее лицу было видно, что какая-то мысль точит ее.
Прошло всего десять минут, и беспокойство Кати передалось нам. Мы тоже стали нервно
вскакивать и прислушиваться, не идет ли Густав. В конце концов мы все встали и пошли ему
навстречу.
Дорога, о которой говорила Кати, и в самом деле была вполне безопасной. Она мирно
вилась среди нагромождения скал, нигде не обрываясь. Кое-где на ней стояли стилизованные
под старину светильники. Так мы дошли до уютной лужайки, на которой был устроен
маленький круглый мраморный бассейн, в котором бил небольшой фонтанчик. Должно быть, о
нем нам и рассказывала Юлька. Именно тут на плоских камнях, которыми была выложена
площадка, и лежала шаль Кати. Девушка подняла ее и растерянно посмотрела на нас.
- Шаль здесь. А где же Густав? - спросила у нее Мариша. - Он что, заблудился?
И мы стали звать Густава. Минут через пять мы поняли, что это бесполезно. Густав не
отзывался. А Кати выглядела такой напуганной, что на нее было жалко смотреть.
- Ну, говори, - сказала ей Мариша. - В чем дело?
- Он, наверное, пошел другой дорогой, - едва сдерживая слезы, ответила Кати. - Она,
конечно, много короче, но и опасней. Днем там еще можно пройти, мы, во всяком случае,
проходили. Но ночью... Там есть несколько мест, с которых ничего не стоит сорваться. И раз
Густав по короткой дороге так и не дошел до этого места, значит...
- Кошмар! - воскликнула Юлька. - Побежали скорей туда!
Как выяснилось на пути к отелю, короткая дорога тоже вела к фонтанчику. И Кати с
Густавом прошли по ним обеим, дружно решив, что обе тропинки привлекательны в своем
роде. К сожалению, Кати помнила, как пройти по короткой дороге только от здания отеля.
Поэтому нам и пришлось вернуться обратно.
Потом началось самое сложное. Короткая тропинка и в самом деле оказалась не для
слабаков. С самого начала она показала себя. И нам пришлось буквально цепляться руками и
ногами за скалы, чтобы не свалиться. К счастью, Мариша захватила фонарик и светила им по
сторонам в поисках Густава.
- Тут и в самом деле нетрудно себе чего-нибудь сломать, - пробурчала она, когда мы
друг за другом скатились на животе по расположенной под углом в сорок пять градусов
совершенно плоской скале.
- Дальше идите еще осторожней! - послышался умоляющий голос Кати. - Там
впереди есть место, где скалы образуют настоящую ловушку. Если не знать, на что ступить, то
ничего не стоит загреметь вниз.
- Ничего себе! - присвистнула Юлька. - Ну и дорожка!
И мы мужественно двинулись дальше. Но до трех скал, которые и в самом деле
образовывали замысловатую конструкцию, мы не дошли. Потому что Кати сказала:
- Вы слышали? Кто-то стонет!
Мы прислушались, но ничего не услышали.
- Я уверена, что кто-то стонал! - стояла на своем Кати. - Это Густав. Он, наверное,
где-то тут. Мариша, умоляю, посвети вокруг получше.
Мариша послушно стала светить вокруг, и вскоре луч фонарика в самом деле наткнулся
на человеческий силуэт, который, скрючившись, лежал на одной из скал.
- Густав! - воскликнула Кати и кинулась к своему любимому.
- Кати! - только и успели воскликнуть мы, как обе ноги девушки заскользили словно по
льду, а сама она плюхнулась на пятую точку.
- Ох! - выдохнула Кати. - Тут так скользко!
- Сиди на месте! - крикнула ей Мариша. - Не двигайся.
- Нет, мне нужно к Густаву, - ответила Кати. - Не беспокойтесь за меня, я осторожно.
И она стала спускаться, не поднимаясь с пятой точки. Съехав в небольшое углубление,
которое образовывали собой две скалы, она вполне благополучно добралась до низу. Мы
последовали за ней. Скалы и в самом деле местами были такими скользкими, словно их полили
маслом. Но сейчас нам было не до выводов. Мы торопились узнать, что случилось с Густавом.
- Ну как он? - спросила Юлька у Кати, когда мы все оказались в ущелье.
- Не знаю, - дрожащим голосом ответила Кати. - У него голова вся мокрая.
Мариша направила луч фонарика на голову Густава, и мы увидели, что все его лицо
залито кровью.
- Проверь пульс, - мрачно шепнула мне Мариша. - Видишь, Кати не может. Она в
шоке.
Я с трепетом взяла руку парня и принялась нащупывать пульс. Пульс не находился, хотя
рука была еще теплой и гибкой.
- Поищи у него на шее, - предложила мне Мариша.
- Что поискать? - не поняла я.
- Пульс, - рявкнула моя подруга, и фонарик в ее руках нервно заплясал.
Ощупав шею Густава, я грустно покачала головой.
- По-моему, он мертв, - сказала я. - Нужно звать Грека или кого-нибудь более
опытного.
Рыдающую Кати мы забрали с собой. От места, где разбился Густав, до площадки с
фонтанчиком и в самом деле было всего несколько десятков метров. Мы вышли к фонтанчику,
побрызгали водой на теряющую сознание Кати, умылись сами и побрели к отелю.
По дороге нам некогда было переговариваться, потому что Кати умудрилась терять
сознание не меньше трех раз. И каждый раз нам приходилось тащить ее на себе. Бросить ее
одну мы почему-то боялись. Вдруг она бы помчалась снова к тому месту, где лежал ее Густав, и
по дороге сверзилась со скалы. В ее помраченном состоянии разума это было раз плюнуть.
Грека мы нашли в его номере. При виде висящей у нас на руках Кати и нашей измазанной
светлой пылью и пятнами масла одежды он побледнел.
- Что случилось на этот раз? - с тревогой посмотрев на Кати, спросил он у нас.
- Очередное несчастье, - прошептала я. - Ее друг свалился со скалы. И кажется, он
мертв.
Грек позеленел.
- Где? - прошептал он мне в ответ. - Где это произошло?
- Пойдем, мы покажем, - кивнула Мариша. - Только возьми фонарь. И иди осторожно.
Там снова кто-то полил маслом дорогу.
- Господи, за что мне это? - пробормотал Грек, надевая ботинки. - Девочки, пусть
кто-то из вас пойдет со мной.
А две других отведут эту бедняжку в номер и вообще позаботятся о ней.
Мы так и сделали. Мариша пошла показывать дорогу, а мы с Юлькой потащили Кати в их
бывший с Густавом номер. К счастью, в отеле было уже безлюдно. И мы по дороге никого не
встретили. Дотащив Кати до дверей их номера, мы встали перед проблемой. Ключей от номера
в карманах Кати не было.
- Потащили ее к нам, - прошептала мне Юлька. - Так будет еще лучше. А то она
очнется у себя в номере, сразу вспомнит, что Густава больше нет, и начнет рыдать. А у нас в
номере ей будет легче. И вообще нужно за ней присмотреть.
Так как другого выхода у нас все равно не было, мы потащили Кати к себе. Уложив ее на
кровать, я помчалась к Тате за нашатырным спиртом. В результате вернулась я не только с
нашатырем, но и с Татой. Мы привели Кати в чувство, дали ей успокоительное, которое тоже
нашлось у Таты, и сели в кружок у кровати. Юлька держала Кати за руку и уговаривала, что все
еще, может быть, обойдется.
На наше счастье, успокаивающее средство подействовало быстро и оказалось достаточно
сильным. Кати уснула, а мы смогли обсудить сложившуюся ситуацию. То есть смогли бы, если
бы в это время не вернулись Грек с Маришей. Вид у него был просто несчастный. Казалось, что
за полчаса он похудел килограммов на десять. Увидев Тату, он тут же поманил ее за собой. И
они вдвоем выскользнули из нашего номера.
- Ну что? - спросила я у Мариши.
- То самое, - мрачно ответила та. - Скалы политы маслом. Густав стопроцентно мертв.
И к тому же от него пахнет спиртным. Похоже, они с Кати отпраздновали свое примирение по
полной программе. Так что неудивительно, что он громыхнулся со скалы. В таком состоянии
это легко могло случиться и без оливкового масла.
- Ты думаешь, что?..
- Конечно, - кивнула Мариша. - Кто-то подготовил ловушку. И Густав в нее угодил.
- Но кому могло понадобиться избавляться от Густава? - прошептала я. - И кто мог
полить маслом скалы?
- Не знаю, - покачала головой Мариша. - Но я точно знаю, кто этого сделать не мог.
Мы с интересом уставились на Маришу.
- Вот она, - кивнула Мариша на спящую Кати.
- Почему? - спросила я.
- Потому что маслом скалы политы совсем недавно, - сказала Мариша. - Грек сказал,
что днем этой дорожкой пользовались и все было в полном порядке. Он бы заметил, если бы
скала была полита маслом. Так что полили маслом скалу уже ближе к вечеру. А Кати была в это
время на Сицилии. А потом мы плыли домой, и Кати не могла ничего поливать маслом. Потом
они с Густавом посидели в баре, где он так и нализался.
А потом они пошли прогуляться до фонтанчика. Тоже вместе.
- Да уж ясно, - кивнула Юлька. - У Кати просто не было времени, чтобы полить
маслом скалу.
- Нет, ловушку готовили для кого-то другого, - задумчиво сказала Мариша.
- Девчонки, а ведь считайте, что нам повезло, - неожиданно прошептала Юлька. - Мы
с вами ломали голову, как бы подсунуть Греку и Тате фальшивый труп, а тут пожалуйста.
Словно по заказу появился самый настоящий, стопроцентный труп.
- Юля, - простонала я. - Ты думай хоть иногда, что говоришь. Ты ведь о мертвом
человеке говоришь. Нельзя ли хоть немного уважения?
- А что такого? - встала на сторону Юльки Мариша. - Она права. Если мы хотим
проследить за действиями Грека и Таты, то сейчас самое время.
- И мне безнадежно больной притворяться не придется! - подхватила Юлька. - И
мазаться разной дрянью, чтобы лишаи по телу пошли, тоже не придется. И вообще, умирать
даже понарошку не очень-то полезно для здоровья. Вдруг накаркаешь.
И придя к выводу: что ни делается, все нам на руку, мы приступили к обсуждению того,
как мы будем следить за Татой и Греком.
- Когда мы с Греком возвращались обратно в отель, то он сказал, что тело Густава до
рассвета придется оставить там же, в скалах, - сказала Мариша.
- Ну да, - кивнула Юлька. - Конечно, полиция Грека в прошлый раз, когда он
самовольно распорядился перенести тело Ксюты в морозильную камеру, чуть не сожрала. Так
что теперь он поумнел.
- Поумнел или по какой-то другой причине, но тело мы с ним вставили в расселине, -
сказала Мариша. - И я предлагаю устроить засаду прямо там.
Это была хорошая мысль. И в самом деле, чего нам шататься по отелю за Татой и Греком,
рискуя навлечь на себя их подозрения, если можно спокойно сидеть возле тела Густава,
поджидая тех, кто за ним явится.
- А как быть с Кати? - спросила я.
- С ней придется кому-то из нас остаться, - вздохнула Мариша. - Нельзя, чтобы она
проснулась среди ночи одна.
Предлагаю кинуть жребий, кому оставаться с Кати.
Мы кинули, и жребий выпал мне.
- Не расстраивайся, - попыталась утешить меня добросердечная Юлька. - В
следующий раз пойдешь ты.
- Ты думай, что говоришь, - прошипела ей в ответ Мариша. - Какой еще следующий
раз? Ты что, еще одного покойника накликать хочешь?
В общем, они ушли, прихватив с собой фонарики и кое-какую теплую одежду, потому что
теперь мы уже знали: если долго сидеть без движения, то и южная ночь покажется холодной.
А я прилегла на соседнюю с Кати кровать. Спать у меня и в мыслях не было. Я собиралась
честно прободрствовать до утра.
Чтобы немного отвлечься, я взяла инструкцию в синей коленкоровой папке, к которой
прилагался план острова. Изучая его, я поняла, что мы еще не видели много интересного, что
предлагал остров. Например, мы не были на противоположном его берегу, на котором, судя по
карте, и находились те гроты, про которые рассказывал нам Игорь в наш первый день на
острове.
Зевнув, я подумала, что неплохо было бы съездить туда, когда кончится вся эта история.
Потом я зевнула еще раз. Нет, спать я не собиралась, но природа взяла свое, и незаметно для
самой себя я уснула.
Но не успела я задремать, как Кати очнулась и стала звать Густава. Звала она его громко и
очень печально. Слушать ее стоны было ужасно. Я не знала, что бы мне придумать, чтобы
заставить Кати забыться. Таблетки, которые дала Тата, похоже, действовали не очень-то
эффективно. Потому что Кати хоть и не просыпалась до конца, но Густава звать не переставала.
Наконец Кати осознала, что Густава больше нет, и снова разрыдалась.
- Дай мне ключ от вашего номера, - сказала я. - Я принесу тебе какую-нибудь вещь
Густава. По себе могу сказать, что так тебе будет легче пережить эту ночь.
Кати кивнула, пошарила по карманам и протянула мне ключ. Как мы его с подругами не
нашли сами, уму непостижимо!
Наверное, смерть Густава нас потрясла все же сильней, чем мы хотели показать С
ключами Кати я сходила к ним в номер. Но так как не знала, что лучше взять, то взяла тот
чемодан, с которым приехал на остров Густав, целиком. А немного подумав, прихватила и
сумку самой Кати.
- Раз уж она переселилась к нам, то пусть и вещи побудут у нас, - пробормотала я себе
под нос. - Вдруг ей среди ночи понадобится что-то из ее вещей. И мне снова придется
тащиться к ним в номер. Нет уж!
Вернувшись к себе, я отдала Кати ее ключ, чемодан Густава и ее личную сумку. Кати
выбрала в чемодане из многочисленных вещей мягкий трикотажный свитер Густава и,
свернувшись вокруг него клубком, снова уснула, тихонько всхлипывая во сне.
Запихнув чемодан и сумку под Юлькину кровать, я тоже прилегла на свою кровать и через
некоторое время уснула. Проснулась я оттого, что по комнате кто-то ходил. Вообще-то я не
отличаюсь чутким сном. Если уж засну, то хоть в пушки пали, я вряд ли проснусь.
Но тут после последних событий нервы у меня, должно быть, были ни к черту. И я
проснулась от такого пустяка, как чужие шаги в комнате. Некоторое время я лежала и думала,
открывать мне глаза или нет. В том, что это не были шаги Мариши, Юльки или Кати, у меня не
было никакого сомнения. Как и в том, что, перед тем как лечь в кровать, я надежно заперла
входную дверь.
Наконец я пришла к выводу, что как-то выходить из положения нужно, да и любопытство
одолело, и я начала осторожно приоткрывать оба глаза. Ресницы у меня густые и длинные,
сквозь них можно многое разглядеть. Но сейчас в комнате было темно, поэтому единственное,
что я разглядела, был силуэт мужчины. Он двигался по нашему номеру в сторону кровати, на
которую мы положили Кати.
Что-то меня в нем насторожило. Понимаю, что звучит глупо. Но помимо того, что
мужчина оказался ночью у нас в запертом номере, в нем было еще что-то настораживающее. Я
немного подумала, а подумав, поняла и покрылась холодным потом.
Правая рука мужчины была немного длинней левой и заканчивалась какой-то штукой, в
которой я после недолгого сомнения признала пистолет с глушителем.
Я открыла рот, издала вопль, который должен был перебудить весь отель, и скатилась под
кровать. Сделала я это очень кстати, потому что через долю секунды моя кровать несколько раз
дрогнула, и было похоже, что не просто так, а от пуль, которые в нее попали. Я быстро заползла
поглубже под кровать, не переставая орать и каждую секунду ожидая, что увижу перед собой
руку убийцы и дуло пистолета.
- Что случилось? - послышались крики соседей из коридора, и в дверь забарабанили.
Похоже, нервы не у меня одной были ни к черту, потому что барабанили все сильней.
Внезапно в комнате вспыхнул свет.
И голос Кати сказал:
- Даша, почему ты лежишь под кроватью? И чего ты орешь?
Я осторожно выглянула из-под свисающего покрывала и огляделась.
- Он ушел? - спросила я у Кати.
- Кто ушел? - недоуменно спросила у меня Кати.
- Как кто? - удивилась я. - Мужчина с пистолетом! Он стрелял!
- Тебе показалось, - заверила меня Кати, отпирая двери, в которые барабанили соседи
- У нас все в порядке, - сказала она. - Даше просто что-то приснилось.
В результате все разошлись, а в комнату вошла одна Тата, которая почему-то не поверила,
что у нас все в порядке.
- Нет, не приснилось! - упиралась я. - Тут был мужчина.
С пистолетом.
- Тут никого нет, - возразила Кати. - Посмотри сама.
Я осмотрела номер, и действительно - никого не было. Ни в шкафах, ни в ванной
комнате, откуда и появилась Кати.
- И чего ты орала? - недовольно спросила у меня Тата. - Дурной сон приснился?
К этому времени я уже окончательно пришла в себя, сумела воссоздать события по
порядку и потому наконец-то обратила внимание на свою постель.
- Ничего мне не приснилось! - заорала я. - Посмотрите, вот следы от пуль! Он стрелял
в меня. То есть в мою кровать.
- Да кто он? - возмутилась Тата.
- Не знаю, - растерянно ответила я. - Откуда мне знать?
Во всяком случае, это был мужчина. В темноте я не могла разглядеть его лица. Он шел к
кровати Кати, я испугалась, скатилась под свою кровать и заорала. Тогда он, должно быть, и
стал палить в меня.
- Но мы не слышали выстрелов, - возразила Тата. - Ты все придумываешь.
- Пистолет был с глушителем, - буркнула я. - И я не придумываю. Если я
придумываю, то дырки на моем одеяле и подушке откуда?
В ответ Тата выразилась в том смысле, что я сама проковыряла их в постельном белье,
исключительно ради того, чтобы привлечь внимание к своей персоне. Это было так глупо, что я
даже не обиделась. Вместо этого я сказала:
- Я понимаю, Тата, что тебе ужасно не хочется, чтобы о твоем отеле пошла дурная слава.
Но ничего не поделаешь. Факт остается фактом, у нас в номере был преступник. И он пытался
убить Кати.
- Почему Кати, если стрелял он в тебя? - спросила Тата.
- Стрелял, потому что я заорала, - ответила я. - А сначала он двигался в сторону
кровати Кати.
И тут до меня неожиданно дошло, что кровать Кати на самом деле была вовсе не
кроватью Кати. На этой кровати всегда спала Мариша. Только на одну ночь мы положили туда
Кати. Но знали об этом только мы с подругами. Убийца мог быть и не в курсе того, кто лежит
на кровати Мариши. И, конечно, думал, что там лежит Мариша. Значит, и убить хотел не Кати,
а Маришу.
И тут я вторично покрылась холодным потом.
У меня даже ноги подкосились, и я плюхнулась на свою простреленную кровать. Одно
дело знать, что опасность угрожает случайной знакомой. А другое - подозревать, что
неизвестный преступник охотится за твоей ближайшей подругой.
- Который сейчас час? - спросила я.
- Четверть третьего, - ответила Тата.
Выходило, что Мариша с Юлькой сидят в засаде всего около часа. Ну и пусть там сидят.
Сейчас для них там будет более безопасно, чем в отеле, где разгуливает преступник с
пистолетом с глушителем. Кати тем временем рассматривала свою кровать, а вернее, кровать
Мариши.
- Знаете, - неожиданно подала она голос, - а ведь на этой кровати белье тоже
испорчено. И подушка вся в дырках.
Мы с Татой кинулись к кровати Мариши и убедились, что на ней имеются такие же
дырки, как и на моей кровати. Только у меня их было всего две, а на Маришиной кровати
насчитывалось сразу четыре. Хотя бы из этого становилось ясно, кто являлся истинной целью
ночного убийцы.
- А где Грек? - спросила я. - Пусть немедленно вызывает полицию. Они должны
приехать, может быть, по горячим следам им легче будет поймать преступника.
- Да, видимо, придется, - со вздохом признала Тата. - Но все равно вряд ли они
приедут раньше рассвета.
Так и случилось. И остаток ночи до приезда полиции мы с Кати просидели, тесно
прижавшись друг к другу и вздрагивая от малейшего шума.
- Подумать только, - дрожащим голосом говорила Кати, - если бы не случайность, что
я проснулась и пош
...Закладка в соц.сетях
