Жанр: Электронное издание
kalin2
...лько видов соков. В такую жару я бы посоветовал
вам сок.
И, не дожидаясь нашего согласия, он нашел пару разнокалиберных и чудом
выживших стаканов, коробку с соком и
треснутый графин. Один из стаканов он немедленно разбил, коробку уронил, на
графин только посмотрел и отставил его в
сторону, от греха подальше, а лед просыпался у него на красивое кожаное кресло и
начал там потихоньку таять. Это его не
сильно смутило, видимо, подобное случалось с ним частенько. Он нашел еще один
фужер, налил в него сок и не стал класть
лед. Поставив напитки возле нас, он приступил к беседе.
- О чем же мы хотели поговорить? - жизнерадостно произнес он, видимо
решив, что с обязанностями
гостеприимного хозяина уже покончил.
Я приготовилась выслушать очередную порцию Маришиного вранья, но вместо
него раздался звон разбитого
стекла. Ловким движением локтя Мариша отправила на тот свет еще один стакан.
- О! - обрадовался наш хозяин. - Теперь Татьяна не будет ворчать на меня,
что я всю посуду перебил. Я вижу, что
не я один такой.
Мысль о том, что некая Татьяна больше не грозит, явно доставила ему ни с
чем не сравнимое чувство
удовлетворения. Он испытывал легкий триумф. Одним битым стаканом Мариша
завоевала его признательность на долгие
часы, если не на годы.
- Знаете, - доверительно сообщил нам маленький господин, - эта Татьяна
приехала только сегодня с утра и сразу же
взяла на себя все хозяйственные хлопоты. Приехала она почти одновременно с
грузом гуманитарной помощи, которую
наша организация регулярно получает из Польши. Два поступления, а такие разные.
На этом месте его речи Мариша сделала выражение лица, означающее: "Ага,
что я тебе говорила!"
Но господин вертел в руках ручку, глаз не поднимал, потому ничего не
заметил и продолжал щебетать:
- Только несколько часов как приехала, а уже успела войти полностью в
курс наших дел. Просто молодец!
Концовка у него прозвучала как-то кисло. Но над информацией, которую он
нам выдал, стоило поразмыслить.
Слишком много людей крутилось возле этого внешне невинного груза. Елизар и
староста понятно, а вот остальные и
особенно таинственно возникшая ниоткуда Татьяна - это уже слишком.
Маленький господин, поведав нам все о надоевшей ему Татьяне, замолчал, и
в разговоре возникла тягостная пауза,
которую никто не знал как заполнить. К счастью, дверь распахнулась и вошла Ира с
подносом в руках.
- А вот и наша Татьяна! - обрадовался господин.
Увидев нас, Ира сказала:
- Ой! - и уронила поднос на пол.
- А! - радостно воскликнул наш знакомый. - Не я один все бью. Очень
славно, теперь буду знать, а то некоторые
совсем измучили меня своими упреками.
- Значит, вы и есть Татьяна, - многозначительно произнесла Мариша. -
Очень приятно познакомиться.
После ее приветствия Ира настолько побелела, что этого не мог не заметить
даже наш рассеянный хозяин.
- Не стоит так волноваться! Это всего лишь посуда, - засуетился он возле
Иры, видимо, сердце у него было доброе и
он уже простил ей ее многочисленные придирки.
Ира перевела на него непонимающий взгляд и сказала:
- Я что-то неважно себя чувствую и, пожалуй, пойду.
С этими словами она пулей вылетела в коридор.
- Нам тоже пора, - засуетились мы, - нас тетя ждет.
Перепрыгнув через лежавший на полу поднос, мы бросились прочь.
- Передавайте привет от меня тете и заходите еще, - успел крикнуть нам
вслед маленький господин, но на ответную
реплику времени у нас уже не хватило.
Ира неслась вниз, прыгая через две ступени.
- Таким темпом она от нас уйдет! - застонала Мариша. - Давай на лифте!
Лифт как на заказ стоял на нашем этаже, поэтому внизу мы очутились
практически одновременно с Ирой, она
опережала нас всего на несколько метров.
Но и их оказалось достаточно для того, чтобы она первой миновала вахтера,
оставив его в недоумении перед
бешено завертевшейся вертушкой. В этом состоянии он пребывал недолго, так как
сразу же за Ирой возле него возникли
наши фигуры.
К нам он питал стойкое предубеждение с момента нашей первой встречи. Это
было тем более некстати, что мы
очень спешили и выяснять с ним отношения у нас времени не было, но он считал
иначе.
Выскочив из своей будки, он грудью заслонил нам дорогу, а так как перед
этим заблокировал вертушку, то
препятствие на нашем пути возникло серьезное.
Уговаривать его времени не было, поэтому Мариша просто сиганула через
вертушку, а за ней и я. Одно могу
сказать - хорошо, что первой приземлилась Мариша, вахтер набросился на нее, а я
смогла прошмыгнуть в это время мимо.
Накинувшись на Маришу, вахтер малость не рассчитал своих сил. Видимо, он жил не
сегодняшним днем, а своим далеким
прошлым, когда был полон сил и энергии, а девушки ему попадались хрупкие и
субтильные. Он и сейчас был полон сил,
только вот девушка ему попалась... нестандартная. С Маришей, даже когда она в
хорошем настроении, опасно вступать в
единоборство, а со взволнованной, спешащей очистить себе путь Маришей я бы
никому не советовала связываться.
Поэтому не удивилась, когда позади меня раздался душераздирающий вопль и звон
разбитого стекла.
Оглянувшись, я обнаружила, что вахтер больше уже не болтается, злобным
терьером вися на Марише. А вот
стеклянная перегородка здорово потеряла во внешнем виде в сравнении с недавним
временем. Ее целостность была
существенно нарушена врезавшимся в нее вахтером, который барахтался теперь среди
осколков битого стекла, пытаясь
подняться и броситься за нами в погоню. Его движения успокоили меня: если у него
хватало сил, чтобы помнить о нас,
значит, с ним все в порядке. Не знаю почему, но я вспомнила про маленького
господина, неучтиво оставленного нами
наверху. Определенно сегодня был его день, стекло билось только так.
Но долго размышлять о сегодняшней везучести преследуемого неудачами
господина мне не дали.
- Что ты застыла? - подбегая, орала Мариша. - Беги за ней, она же уходит!
Где нам потом ее искать?
Вопрос был по существу. Про Киев я знала всего несколько вещей, что в нем
есть Крещатик, бульвар Тараса
Шевченко и Киево-Печерская лавра. Если Мариша потом потребует от меня тратить
драгоценное время отпуска на поиски
Иры, которые в огромном городе легко могут оказаться бесплодными, то лучше уж
догнать беглянку сейчас и выяснить у
нее наконец мотивы ее странного поведения.
Погоня за Ирой была продолжена. Мы бежали через какие-то подозрительно
чистые дворы. Погоню сильно
замедляли наши рюкзаки, болтающиеся за спиной, и вынужденные зигзаги, которые мы
делали из-за возникающих на
каждом шагу дорогих иномарок. Они скопились тут просто в устрашающих количествах
и затрудняли движение. Ира
огибала их с необычайной грациозностью, я по мере сил, а Марише приходилось
нелегко - она привыкла переть как танк и
сейчас проигрывала нам в скорости. Но дворы обладали одним свойством - не все
были проходными. Наступил момент,
когда Ира уперлась в стену, дальше бежать было некуда.
- Ну, Татьяна, - задыхающимся голосом произнесла подоспевшая Мариша, -
давай поговорим начистоту.
Какое-то время мы все трое потратили на то, чтобы отдышаться, потом Ира
покаянным тоном сказала:
- Ладно, девочки, признаюсь, что была не права, когда удрала от вас. Но я
так испугалась, когда неожиданно застала
вас в кабинете Дмитрия Семеновича. Я подумала, что вы расскажете ему все обо
мне.
- Все! - восхитилась я. - Мы же о тебе сами ровным счетом ничего не
знаем, а наши догадки этому Дмитрию
Семеновичу до лампочки.
- Но вы вполне могли ему рассказать, что я вовсе не Татьяна и что имею к
этому грузу, на который все утро
избегала смотреть, чтобы не навлечь на себя подозрение, самое непосредственноо
отношение. И тогда, несмотря на то, что
он такой рассеянный и забывчивый, он смог бы сложить два плюс два и
заинтересоваться причинами моего появления.
Тогда мой план неминуемо провалился бы, - не сдавалась Ира.
Про то, что у нее, оказывается, существует план, мы слышали впервые. Час
от часу не легче. Мало мне было одной
Мариши, у которой тоже вечно полна голова грандиозных идей, так теперь еще и Ира
взялась за то же.
- Небось хотела, пока никто не видит, покопаться в вещичках? - спросила
проницательная Мариша. - Признавайся,
что они там перевозят? И не надо снова начинать нам про западных зей и их
бескорыстную помощь.
- Хотите верьте, хотите нет, но я и сама толком ни о чем не знаю, -
горячо заговорила Ира, и мы почему-то ей
поверили.
Через час мы сидели на скамеечке на бульваре Леси Украинки, под живописно
раскинувшимся кленом и жевали
копченую колбасу с пышным белым хлебом. Сначала мы пытались взять хот-доги, но
Мариша случайно заглянула в ларек,
где их готовили, и вернулась с вытянутым лицом. Мы молча вышли из очереди и
пошли в ближайший продуктовый
магазин. Может, есть на улице бутерброды с колбасой и не столь эстетично, как
хот-доги, завернутые в аккуратные белые
или розовые салфетки, но зато мы остались живы и здоровы. А как сказала Ира,
следует учесть, что за сегодняшнюю ночь
нам надо провернуть несколько важных дел, а значит, состояние нашего здоровья
куда важней какой-то эстетики. Мы с ней
полностью согласились. Еще через пару часов мы зашли в маленькую уютную
квартирку в новостройках в Саперной
слободке, куда добирались на метро от площади Льва Толстого, потом на автобусе,
а после шли пешком по парку, сильно
смахивающему на лес. Тут обитала Ирина бабушка в окружении любящих
родственников. Честно говоря, родственников
могло бы быть и поменьше. Или выглядели бы они иначе, или если бы, на худой
конец, они проповедовали свои
религиозные точки зрения не с таким жаром, то было бы славно. Учитывая, что
температура за окном перевалила сильно за
тридцать градусов, хотелось бы приема попрохладней. Однако довольно скоро
родственники увидели, что мы совершенно
равнодушны и откровенно позевываем над их рассказами о царстве божием, которое
нам уготовано на небе, если мы
незамедлительно присоединимся к их братству, и отстали от нас.
- Я согласна вступить в ваши ряды, если вы, или кто у вас там отвечает за
это, обеспечите мне обещанный рай не
потом, а непосредственно в моей земной жизни! - крикнула Мариша вслед поспешно
удаляющейся процессии обиженных
родственников.
- Вы их разочаровали, - сообщила Ира, вернувшаяся из магазина, куда ее
отослали родственники, чтобы не мешала
обрабатывать нас с Маришей. - Надеялись на быструю победу, раз вы пришли со
мной. Но они так просто не отстанут,
теперь они засели на кухне и продумывают свои дальнейшие действия. Им не
впервой, и думать будут долго и старательно,
мы за это время сможем поспать.
Идея оказалась кстати. Ночь обещала быть бурной. Как же мне надоели эти
бурные ночи, неужели так и не
доведется за время отпуска поспать хоть в ночное время? Мы проспали до самого
вечера под монотонное гудение голосов
из кухни, обсуждающих наши души и стоят ли они того, чтобы их спасать.
Когда я открыла глаза, уже темнело. Зажгла свет, взяла книжку, которую
мне всякий раз что-то или кто-то мешал
прочесть до конца, и начала читать. На ней точно лежало заклятие, и, должно
быть, весьма сильное, потому что не успела я
пробежать глазами первый абзац, как сразу же дверь открылась и появилась
процессия родственников. Мне оставалось
только пихнуть изо всех сил ногой Маришу и надеяться на то, что она не останется
глуха к моему призыву, так как я
чувствовала, что одной мне не выстоять против этих ласковых тетенек с
пронзительными глазками, которые твердо
вознамерились обеспечить себе за счет спасения наших душ тепленькое местечко в
своем баптистском раю.
Мариша открыла глаза, увидела, что в спальне полно народу, и сказала:
- Проходите-проходите, я по средам не подаю.
И хотя сегодня был четверг, бабушки, видимо, незнакомые с классиками и
вместо Ильфа и Петрова читающие
Священное писание в переложении западных проповедников, что, конечно, не могло
не сказаться на их чувстве юмора,
обиделись и заговорили хором. Общую идею уловить было нетрудно. Поэтому мы
быстренько вылезли из постели,
умылись, но уже не так быстро, нас было целых три человека, так что приходилось
подолгу ждать своей очереди. И так как
ужина в кастрюлях и холодильнике не нашлось, мы решили обойтись без него. Только
после этого мы вышли на улицу, где
уже зажигались первые огоньки.
Искать дорогу к конторе баптистов доверили Ире. Она долго вела нас по
улице Червоноармей-ской, настолько
долго, что в конце концов мы стали подозревать ее в каком-то умысле. Тогда она
сменила тактику и начала сворачивать во
все подходящие переулочки. Это нам тоже в конце концов надоело.
Но как только я открыла рот, чтобы выяснить в сотый, и последний, раз,
когда же мы придем на место и долго ли
она еще собирается водить нас кругами, тотчас очутились у знакомого знака,
воспрещающего остановку по нечетным дням.
- Мы добрались до места, - сообщила нам Ира. - Но стоит ли соваться туда
в такое время? Я предлагаю подождать
хотя бы до трех ночи, говорят, в это время сон у людей самый крепкий и лучшего
времени для проникновения в их
квартиры не найти.
- Кто это говорит? - подозрительно спросила Мариша. - Странные у тебя,
однако, знакомства.
- Молчи уж, - прошипела я ей на ухо. - Кто-то тут собирается вломиться в
ночное время в закрытый офис. Или я
ошибаюсь?
- Хорошо было бы также устроить засаду, - продолжала убивать нас своими
познаниями Ира. - Всегда полезно
знать, кто и когда уходит.
Но на это не согласилась Мариша. Плевать на тех, кто уходит, она хотела
ужинать, и этим все было сказано.
- Мало того, что твои друзья не дали нам позавтракать утром на судне,
заявившись ни свет ни заря, так ты хочешь
еще лишить нас и ужина, - ныла она. - Один человек за весь день отнесся к нам
по-человечески и угостил соком, да и того
мы по твоей вине потеряли из виду.
- Хорошо, - согласилась мягкосердечная Ира. - Пойдемте ужинать.
Вдоль улицы располагался ряд маленьких и не очень маленьких кафе, в
которых подавали самую разнообразную
еду. Но при выборе Ира твердо стояла на том, чтобы мяса не подавали.
- Но я же видела в твоем доме сало, - возму-тилась Мариша.
- Когда это ты там была? - удивилась Ира.
Пришлось ей рассказать, как мы посетили ее дом и что из этого вышло. Мы
так увлеклись повествованием, что не
заметили, как очутились за белым столиком в чистеньком зале со светлыми стенами.
Кроме нас, тут было еще десятка
полтора посетителей. Они мирно жевали что-то травянистое. Ирке удалось все же
затащить нас в "Курени", где отдавалось
предпочтение еде из свежей зелени.
- Зато тут дешево, - успокаивающе заметила я Марише, которая с
трагическим лицом изучала меню, вытянувшись
на белоснежном стуле так, словно его привезли сюда прямо из застенков
инквизиции.
- Кто это может есть? - почти прорыдала Мариша. - Это же сплошной гарнир.
Я требую мяса, оно мне просто необходимо.
Заказ делать она отказалась, и мы с Ирой на свой страх и риск попросили
принести ей апельсиновое желе, салат с
орехами и жареную картошку с помидорами.
Себе мы выбрали тоже какие-то растительные блюда и с аппетитом приступили
к еде. Мариша же скорбно
ковыряла в своей тарелке и от нечего делать глазела по сторонам. Поэтому именно
она первой увидела вошедшего в зал
Дмитрия Семеновича.
Его сопровождала, или, точней, он сопровождал блондинку гигантских
размеров.
Все его внимание целиком было приковано к ней. Блондинка была настолько
роскошной, что становилось
совершенно непонятно, что она могла найти в нашем тщедушном знакомом.
Мариша наблюдала за Дмитрием Семеновичем из-за колонны, за которой стоял
наш столик. Все шло прекрасно до
тех пор, пока блондинка не пожелала пройти в дамскую комнату, а галантный
Дмитрий Семенович не отправился
сопровождать ее. Путь их проходил мимо нашего столика, который к тому же был
хорошо освещен. О том, что к нам
направляется наш знакомый, Мариша не сочла нужным нас информировать. Поэтому
когда возле нас неожиданно возникла
его худощавая фигура, я подавилась салатом, а Ира, в этот момент поднесшая к
губам чашку с чаем, сделав судорожный
глоток, заглотила бумажный пакетик и начала задыхаться.
Дмитрий Семенович ласково похлопал ее по спине и произнес:
- Танюша, тебе надо быть осторожней.
- Добрый вечер, Дмитрий Семенович, - блеснула своими свежеприобретенными
познаниями Мариша. - Зашли
перекусить?
- Да, - скромно потупился он. - Мы с моей подругой предпочитаем
вегетарианскую кухню.
Я собралась сказать, что эта кухня никак не помогает его подруге прийти в
норму и сильно вредит ему самому,
лучше бы им забыть о ней, чего ради себя мучить, если пользы все равно никакой,
но не стала. Никогда не знаешь, как
человек отреагирует на правду. Поэтому я лишь улыбнулась и вновь уткнулась в
свою тарелку.
Ира наконец избавилась от застрявшего в горле пакетика и вполне могла
теперь поддержать беседу, но отчего-то не
хотела. Пришлось Марише взять все в свои руки. Она поднялась со своего места и
улыбнулась Дмитрию Семеновичу.
Улыбка у нее получилась чуточку плотоядная, чего и ждать, если за весь
вечер ей не досталось ни грамма
свежатины. Но блондинка, которая как раз вернулась в зал к моменту, когда Мариша
начала улыбаться, трактовала ее как
однозначно опасную для своих планов относительно Дмитрия Семеновича. Поэтому она
поспешила к нашей группе.
Даже она по сравнению с Маришей была мелковата. Дмитрий Семенович это
тоже заметил и стал поглядывать на
Маришу с большим интересом. Блондинка мигом учуяла опасность и обвилась вокруг
своего друга. Верней, попыталась, но
из-за разницы в габаритах она его просто задавила своими телесами. Разговор не
клеился, и скоро Дмитрий Семенович
откланялся.
- Какого черта он приперся именно в это место? - злобно поинтересовалась
Мариша неведомо у кого. - Тут же куча
разных кафе.
- Как ты думаешь, он сделает выводы из того, что видел нас вместе? -
спросила я Иру как человека, который дольше
всех знает Дмитрия Семеновича.
- Похоже, сейчас все его мысли заняты исключительно раздутой от силикона
особой, - ответила она, а так как мои
мысли вертелись в той же области, то я согласилась с ней.
Доев свой ужин, мы еще немного посидели в кафе, а потом отправились
дежурить у офиса. Занятие это было
чрезвычайно скучное, никому бы не советовала так проводить свое свободное время.
За все три часа, пока мы сидели в
чахлом и пыльном кустарнике, из здания вышло всего два человека. Судя по
поцелуям, которыми они обменивались, это
была влюбленная, но не имеющая на сегодняшний день иного крова над головой
парочка. Больше в здание никто не входил
и не выходил из него. Создавалась обманчивая видимость безопасности нашего
предприятия.
Но из рассказов пронырливой Иры мы уже знали, что, помимо ночной охраны,
в здании есть и сигнализация,
проведенная к двери интересующей нас конторы. Но до сигнализации еще предстоит
добраться, поэтому мы не стали
ломать себе голову над тем, как будем выводить ее из строя, а вплотную
приступили к обсуждению вопроса о том, как бы
нам миновать охранника и бдительного вахтера.
- Вахтера предлагаю скрутить, - сказала кровожадная Мариша, - а охранник
может вообще нам не встретиться. Он
ведь один на все здание?
Ира сказала, что их баптистская община оплачивает услуги только одного
охранника, это она подсмотрела в
ведомостях заработной платы на столе у бухгалтера.
- Но они вполне могут не перечислять остальных охранников в ведомости по
каким-то своим соображениям, -
заметила я.
Возразить на это было нечего, и мы оставили пока эту проблему. В итоге
наш план сквозил многочисленными
прорехами, которые предстояло ликвидировать на месте. Мы терпеливо ждали того
часа., когда, по уверениям Иры, сон
сваливал самых стойких.
- У меня с собой есть желудочное средство, вызывающее дикие колики, -
сказала Мариша. - Может быть, удастся
его использовать?
- Как ты предполагаешь это сделать? Возникнешь перед измученным бессонной
ночью охранником с
приготовленной чашкой крепкого кофе, в котором растворишь упаковку своего
средства? Или протянешь ему бутерброд с
сыром, покрытым тонким налетом белого порошка, в который превратишь свои
таблетки? - издевалась я над ее
предложением.
Мариша обиделась и сказала, что мы дурочки, а она, если захочет, может
заставить любого мужика выпить не то
что кофе со слабительным, но и раствор стрихнина, причем жертва будет полностью
осознавать, что она делает.
Все это было весьма интересно, но пришло время лезть в здание, чтобы
потрошить таинственный груз на предмет
обнаружения в нем наркотиков.
- Как подумаю, что мы вполне могли это на судне сделать практически без
всякого риска для собственной свободы,
прямо плакать хочется, - пожаловалась Мариша.
- Мы вполне можем отказаться от нашей затеи, - я с готовностью поддержала
ее терзания.
- Еще чего выдумала! Уже все решено, - тут же пришла в норму Мариша и
прекратила нытье.
Дверь в здание, через которую мы попадали в него днем, была закрыта.
Стучать в нее с последующей просьбой открыть мы по понятным причинам не
стали.
Оставались окна первого этажа, которые, хоть и находились на несуразно
большой высоте над уровнем земли, всетаки
были более доступны для нас, чем входная дверь. Правда, если бы не решетки
на каждом из них.
- Есть еще черный ход, - сказала Ира после того, как мы детально обсудили
возможность распилить одну из
решеток. - Но боюсь, там будет дежурить охранник.
- Но ведь может так случиться, что его и нет, - ответила Мариша, и мы
двинули к черному ходу.
Не доходя до него, наткнулись на окно, которое по странному недосмотру не
было зарешечено, и в нем обнаружили
форточку. Самая маленькая из нас легко могла бы протиснуться в нее. Самой
маленькой после детального обсуждения была
признана Ира.
Маришу мы приставили к стене, и Ира вскарабкалась с моей помощью ей на
плечи. Форточка была закрыта, и
открыть ее можно было, только разбив предварительно стекло. Ира разбила,
повернула шпингалет и скользнула в узкое
отверстие. Следом за этим раздался грохот - это Ира, сорвавшись, полетела вниз.
- Ты жива? - через некоторое время спросила Мариша.
В ответ раздался сдавленный стон, а вслед за тем открылось окно. Первой
забралась в него Мариша и, протянув
оттуда руку, помогла забраться мне. Мы оказались в маленькой комнатке, служившей
для складирования старых газет и
буклетов. Чтобы обеспечить хранение этой макулатуры, и в самом деле не нужна
была решетка, желания покуситься на нее
ни у одного нормального человека возникнуть не могло.
Дверь в комнатушке была только одна, и это при ее размерах было настоящей
роскошью. Дверь оказалась заперта. -
Что теперь делать?
Вместо ответа Мариша извлекла из своего рюкзака ключи Никитина и с видом
профессионального взломщика
подошла к двери.
- У этого человека просто дар собирать нужные ключи, - сказала она
несколько минут спустя, когда дверь уже не
представляла для нас препятствия.
- Нужные, заметь, нам, - добавила я.
Мы прошли в следующую комнату, где настоящим взломщикам было чем
поживиться. Тут находилась различная
офисная техника, стоящая бешеных денег. Но мы проскочили мимо нее, почти не
глядя по сторонам, и остановились только
перед следующей дверью, которая по всем приметам вела в коридор.
- Она может быть под сигнализацией, - предупредила Ира, но было поздно,
Мариша уже начала ковыряться в
замке.
Либо это была какая-то особо коварная сигнализация, подававшая сигнал
тревоги непосредственно охране, не
заставляя взломщиков преждевременно волноваться, либо на этой двери ее вовсе не
было, так как вой сирены не заглушил
скрежет ключей. У этой двери мы потеряли значительно больше времени, невзирая на
то, что только один из замков был
врезным. Остальные представляли собой проблему только для тех, кто хотел войти в
комнату. Мы же хотели выйти из нее...
Чутко прислушивались, не раздадутся ли в коридоре тяжелые шаги охранника,
но он что-то запаздывал. К
сожалению, прислушивались мы только до того момента, пока возились с дверью, как
только нам удалось с ней справиться,
об осторожности в состоянии триумфа мы забыли. Все же мы успели выбраться из
офиса и удалиться от него на солидное
расстояние, когда из-за угла возникла улыбающаяся физиономия молоденького
охранника, который шел, пританцовывая
под музыку своего плейера.
Если бы тут орудовала целая банда с газосваркой, этот горе-охранник все
равно ничего бы не услышал. Но если уши
его были заняты, то по крайней мере глаза он держал открытыми и увидел нас сразу
же, как, впрочем, и мы его.
Удивлен он был нашим появлением чрезмерно, что не скажешь о нас. Поэтому
не было особой нашей заслуги в
том, что мы первыми бросились бежать. Мы с самого начала были настроены на
бегство. Но побежали мы в сторону,
противоположную той, откуда появился охранник, и очень скоро очутились в холле,
где опять дежурил наш давний недруг -
вахтер. Что ему тут понадобилось в ночное время?
Загадка. Какая нелепость заставлять человека сидеть круглосуточно в
стеклянной будке. От этого любой может
озвереть, а не только пожилой человек, у которого и нервы не в порядке.
- Опять вы! - раздраженно взвыл он и очень быстро выскочил из-за своей
перегородки, в которую уже успели
вставить новое стекло.
Прошлое ничему его не научило. Бывают такие люди, что им надо по десять
раз повторять, они и тогда не поймут.
Наш вахтер был явно из их числа. Дневной полет и битое стекло уже выветрились из
его памяти, или он не придавал им
значения, считая случайностью, а это было весьма опрометчиво. Ведь если днем
Мариша просто торопилась, то сейчас она
очень и очень спешила. А стало быть, скорость ее была выше и сила, с которой они
сшиблись, значительнее.
Это было эффектное зрелище. Вахтер проделал в воздухе красивую дугу и
спиной прилепился прямо к стеклу,
которое треснуло и со звоном упало на пол.
Словом, повело себя в точности так, как и первое, выбитое несколькими
часами раньше с другой стороны будки.
Охранник, преследующий нас по пятам, на минуту остановился, не зная, что ему
следует сейчас делать. То ли кидаться на
выручку вахтеру, то ли наоборот - мстить ег
...Закладка в соц.сетях
