Жанр: Электронное издание
forever
...ался дальше, чем было обещано, а трубу в кустах
вообще пришлось поискать. Актер положил пакет с деньгами, постоял,
прислушиваясь к звукам ночного леса, и пошел обратно. По трассе пронесся
тягач, ранее стоявший на площадке; водитель гнал так, будто его сильно
напугали.
Площадка освещалась единственным фона--рем. Найдя подходящий камень, Актер
разбил лампочку, после чего переставил машину ближе к трассе и стал ждать.
Он рассчитывал, что у него в запасе около получаса - и не ошибся. На
тридцать пятой минуте за деревьями с левой стороны появился человек в
надвинутой на глаза кепке. Не дожидаясь дальнейшего. Актер отпустил
сцепление, и машина прыгнула к шоссе. Вслед прозвучал выстрел...
Круг замкнулся. Теперь Актер знал, кто является вымогателем и где он живет.
Туда Актер и направлялся.
7. Новые лица
Заканчивался понедельник. Подсыхали после влажной уборки полы коридоров,
пустели кабинеты, гас свет в окнах. В помещении "квартирной группы"
конспиративно, под громко включенный приемник, справляли очередную пьянку.
Посланный за добавкой гонец, возвращаясь, торопливо взлетел по лестнице,
прокрался мимо кабинета Катышева, но поскользнулся на повороте и громыхнул
стеклянной тарой; сидевшая к холле женщина в красном плаще и зеленом берете
вздрогнула и прижала к себе сумку. Катышев, занятый разводкой
потенциального спонсора на запчасти для служебной машины, ничего не
услышал.
Волгин курил, сидя в кресле лицом к окну, и очень не хотел подходить к
телефону, но после пятого звонка снял трубку.
- Сергей Сергеевич? - в голосе Казарина звучало торжество. - Наконец-то я
вас застал.
- Да, Рома.
- Хочу вам сказать, что через полчаса я улетаю из этого города. Я тут
посоветовался кое с кем. И с адвокатом тоже. Хочу, чтобы вы знали: я
написал на вас еще одну жалобу. В городскую прокуратуру и вашему
начальству.
- Зря старался. Хватило бы и одной.
- На таких, как вы, одной всегда мало. Знайте, я искренне надеюсь, что у
вас будут неприятности! Я...
- Придурок ты, Казарин. - Волгин повесил трубку, потер висок. С утра болела
голова; звонок Казарина самочувствия не улучшил, но и сюрпризом не был.
Раньше или позже, но опер подобного ждал. Что ж, не жалуются лишь на того,
кто ничего не делает.
Он вытряхнул содержимое пепельницы в корзину, одел плащ и вышел из
кабинета.
- Извините! - требовательно сказала женщина в красном плаще и отточенным за
годы хождений по инстанциям движением достала пачку бумаг; банкетку она
переставила так, чтобы закрыть подход к лестнице, волей-неволей Волгину
пришлось остановиться. - Я не могу дождаться начальника, поэтому придется
вам, молодой человек, меня выслушать. Я в милицию пришла или в частную
лавочку?
Напористый тон в сочетании с кричащей одеждой, немыслимых цветов косметика
и, самое главное, особый, хорошо знакомый каждому менту взгляд. Как
правило, с такими разбираются еще в территориальных отделах. Особо
настырных забирает "скорая психиатрическая помощь", других, не
представляющих опасности, отпускают после беседы с дежурным оперативником.
Правда, встречаются экземпляры, которые доходят до приемной начальника
главка. Оттуда, не вдаваясь в суть вопроса, их заявления "спускают на
землю" с резолюциями: "Немедленно разобраться и наказать виновных".
- Вы в каком звании?
- Капитан. Милиции.
- Товарищ капитан! Я понимаю, что начальника проще отловить с утра, но я не
могу ждать. Дело очень серьезно. Видите ли, в свое время я была доверенным
лицом кандидата в депутаты Нахрапова. От партии "Демократический блиндаж".
Он мне очень доверял, и после того, как был избран и переехал в Москву, на
меня обрушился вал репрессий. Конечно, красно-коричневые, борьбе с которыми
я посвятила лучшие годы жизни, не могли простить... За мной начали следить.
Вы слушаете, товарищ капитан? Они неоднократно проникали в мою квартиру,
когда я отсутствовала, и устраивали несанкционированные обыски. Чтобы я не
могла читать, подменили мне очки на более слабые, а на день рождения,
представляете, тайно, тайно, заменили хорошее "Советское" шампанское на
прокисшее итальянское. Но я их засекла! Они попались на мою хитрость! Я
ушла, а в коридоре положила влажную тряпку. И они на нее наступили. Когда я
пришла домой, то увидела... - женщина понизила голос, - следы босых ног!
Они вели к шкафу в моей комнате. Но в шкафу - в шкафу никого не было!
Теперь вы понимаете, что ждать нельзя? Они ведь могут прийти еще раз.
- Мы этим займемся. Что у вас в заявлении?
- Все, о чем я говорила. И план квартиры. Я нарисовала, как могла. Боюсь,
вы не все прочитаете, у меня такой ужасный почерк...
- Разберемся. У нас отличные криптографы.
- Да?
- Да. Заявление пока оставьте себе.
- А я хотела, чтобы вы мне здесь, на копии, расписались...
- Опасно. Если я возьму заявление, то может произойти утечка информации.
Они будут знать, что мы на вашей стороне.
- А это не может быть КГБ? Я читала, они ушли в подполье...
- Тс-с! У них везде свои уши. Я подключу лучших специалистов. В том числе и
зарубежных. Подразделение "Икс файлы", специальный оперуполномоченный Фокc
Малдер. Слыхали, наверное? И правильно, вы не могли слышать: это секретное
подразделение. Ваше дело по их части, а он - лучший специалист. Лучше меня.
Некоторое время женщина колебалась, потом неожиданно улыбнулась и спрятала
бумаги.
- Вы меня убедили, товарищ капитан. Значит, теперь я могу не волноваться?
- Ваше спокойствие - наша работа. Если они проникнут в вашу квартиру, то мы
их тут же задержим. Но вы ничего не узнаете. Вы и не должны ничего знать.
Ведите себя так, словно ничего не замечаете. А сейчас уходите. Если вы
будете долго здесь находиться, они могут насторожиться. Я провожу вас до
выхода. Идите и не оборачивайтесь. Постойте, я выйду первым. Посмотрю, нет
ли засады. Подождите пять минут и идите. Главное, не оборачивайтесь.
- Спасибо!
"Бедная тетка. Не дай Бог так заканчивать свои дни! С моим образом жизни
это вполне реально. Или, наоборот, у меня иммунитет?"
Вадим Хмаров жил в неведомо как доставшейся огромной квартире в
отреставрированном старом фонде, но пользовался только спальней, основную
площадь которой занимала кровать с водяным матрасом. Другие пять комнат
пустовали и периодически использовались под склад порожних бутылок. Хмаров
имел врожденную склонность к авантюрам, но замазаться в чем-то серьезном
боялся и перебивался мелким, в духе героев ОТГенри, мошенничеством (когда
основной источник дохода - сексуальные контакты обоего рода - временно
пропадал). Этакая разновидность Ромы Казарина, с той лишь разницей, что
один вполне искренне пытался угробить Волгина, а второй, в
противоположность ему, частенько оказывал оперу и отечеству ценные услуги.
Само собой, строго конфиденциальные.
- Здравствуйте, Сергей Сергеевич! Как здоровье, как работа?
- Не дождешься.
Хмаров заржал и сделал приглашающий жест в сторону спальни.
- Обставляешься? - Волгин показал на два кресла и телевизор, появившиеся за
последнее время.
- Прибарахлился по случаю. Так ничего, да?
В общении Хмаров был неприятен, и для Волгина оставалось загадкой, чем он
соблазнял женщин в возрасте от шестнадцати до плюс бесконечности, а также
пассивных гомосексуалистов с банковским счетом.
- С чем пришли, начальник? - Быстрый в движениях и гибкий, Хмаров не мог
усидеть на месте; вскочил с подлокотника кресла, обежал вокруг телевизора,
плюхнулся на кровать и снова вскочил: - Опять задачка для бедного мальчика?
- Бедному мальчику придется поработать своим маленьким пальчиком.
- Фу, как грубо! - В руке Хмарова оказалась розовая гвоздика, он понюхал ее
и бросил на подушку. - Я весь внимание, шеф.
- Есть такая контора, "Полюс" называется. Вот адрес... В конторе
секретаршей работает Лена Шарова. Симпатичная во всех отношениях девушка,
но вот откровенничать со мной почему-то не пожелала, хотя знает очень
много. Я сегодня днем с ней общался... Работу она заканчивает в пять часов,
завтра ты ее встречаешь - машины у нее нет, с работы она уходит одна, едет
домой на "маршрутке" - и быстренько знакомишься. Вот, посмотри фотографию.
Девушка яркая, так что не ошибешься.
- А если завтра после работы ее уже будет встречать молодой человек? Не
такой красивый и обаятельный, как я, но тем не менее уже знакомый. Что мне
делать?
- Удавись. Ее никто встречать не будет. Это я знаю точно, так что, если
попытаешься мне сбрехать - пеняй на себя.
Полдня Волгин провел в "Полюсе", беседуя с Шаровой и с другими работниками,
но результатов это не дало. Федоров ничего нового к тому, что сообщил в
первый раз, прибавить не смог, а Лена, явно располагавшая информацией,
молчала.
- Чем труднее, тем интереснее, - Хмаров подхватил с подушки цветок, помахал
им, как нунчаками. - А если, допустим невозможное, мое обаяние все-таки не
подействует и девочка не захочет углубления отношений? Применять грубое
насилие?
- Вадик, ты у нас неотразимый, так что все подействует. Постарайся, а я
найду способ тебя отблагодарить.
В прошлом опер пару раз уберег Хмарова от серьезных неприятностей.
- Шеф, вы не задумывались, каким грязным зачастую оказывается путь к
истине? И нужна ли истина, полученная такой ценой? Мне что-то на память
приходят всякие критические высказывания о цели, оправдывающей средства.
- Я возьму этот грех на свою душу. Не переживай и не терзай себя вопросами
- это моя прерогатива. Твоя задача намного проще и приятнее.
- Не скажите, Сергей Сергеевич. Мы с вами - одно целое, можно ведь и так на
это дело посмотреть. Еще неизвестно, кто от кого больше зависит. Я-то ведь
без вас точно обошелся бы, а вот вы...
- Вадик, в последнее время ты много говоришь не по делу. Послезавтра я с
тобой свяжусь. Постарайся меня обрадовать.
Прощались они, как и здоровались, без рукопожатий.
- Вчера тоже работал?
- Нет.
- И что ты делал в свой выходной?
- Пил.
Ответ был правдивым. Волгин все же сорвался и принял изрядную дозу, в чем
долго раскаивался наутро.
- Проходи в гостиную...
К Ларисе он заехал после Хмарова. Она сама позвонила ему на "трубу" и
предложила встретиться, пообещав рассказать нечто важное.
- Сейчас я на кухне закончу. Посмотри в баре, там на любой вкус.
К его приезду она готовилась, и обстановка в комнате не очень подходила для
делового свидания. Полумрак, свеча на низком столике, масса холодных
закусок и выпивки. Над убранством квартиры потрудился дизайнер. Пли же сама
Лариса обладала тонким вкусом и знанием психологии. Не суть. Хотелось
расслабиться и остаться. Хотя бы до утра. На что, собственно, Волгину и
намекали. Именно намекали, с большим тактом и мастерством.
Хозяйка устроилась в кресле напротив Сергея.
- Тебе надо поговорить с Катей Багровой. Инна бывала с ней достаточно
откровенной, и приятели у них есть общие. Вот адрес и телефон... Только
поторопись, она на днях вернулась из Италии и в конце недели собирается
обратно, надолго. Если что-то знает - скрывать не станет. В крайнем случае,
сошлись на меня.
Волгин разлил по стаканам виски, разбавил, бросил лед. Если бы все
расследования проходили в таких условиях! Так нет, бомжи и притоны ему
гораздо привычнее светских салонов, благородных напитков и соблазнительных
женщин. Как сказал бы Катышев, в натуре, обидно.
- Я была права, у Эдика давно есть подруга. Некая Жанна Кольская,
выбеленная болонка, этакая Мэрилин Монро. Танцевала в ночном клубе, там и
зацепила Эдуарда. Года полтора назад. Оказывается, он спустил на нее кучу
бабок. Не ожидала от него такой прыти.
- Седина в бороду - бес в ребро, - Волгин задумчиво потер лоб.
Кольская... Фамилия была знакомой. Он даже видел ее выступление в
стриптиз-баре. Заведение имело претензии на оригинальность, в танцовщицы
брали двойников известных людей, звезд мировой моды и кинематографа,
российской эстрады. На достаточно бледном фоне товарок выступление
новоявленной М.М. "цепляло". Понятно, что Локтионов потерял голову.
Значилась Кольская и в картотеке Волгина. Не как артистка стриптиза - как
бандитская связь. Проходила по многим делам, но предъявить обвинение ей
пока никто не смог. От коллег из других районов и РУОПа Волгин слышал, что
разговаривать с дамочкой бесполезно, будет либо улыбаться и сверкать
коленями, либо закатит истерику: "Ты чо, начальник, на бедную девушку
вешаешь?!"
Эх, зацепить бы ее на чем-нибудь, тогда бы поговорили предметно!
- Завтра будет возможность Кольскую взять, - Лариса улыбнулась. - При
толковом подходе она много чего рассказать может. У тебя должно получиться.
Предложишь примитивную "вилку" - камера или разговор, и она "поплывет",
отвечаю.
Правда, я до сих пор не верю, что Эдуард как-то в смерти Инны завязан. С
Казариным точно мимо?
- Ты знаешь его фамилию?
- Времени зря не теряем.
- Вижу... Нет, с ним мимо. Так что у нас с Кольской?
- Кольская у нас, точнее, у вас на территории, приторговывает героином.
Понемногу, только для своих. Не ради денег - оказывает нужным людям услуги
в обмен на ответную помощь. Завтра у нее будет товар. У кого берет -
извини, сказать не могу, но "стрелка" с поставщиком в семь утра,
соответственно через полчаса она будет дома. Грамма три-четыре у нее быть
должно. Обычно носит в контейнере из-под "киндер-сюрприза". При опасности
его легко сбросить, а потом - так же легко найти. Возможно, ее будет
прикрывать кто-то из знакомых. Справишься?
- Постараюсь. О том, что у нее будет товар, многие знают?
- За меня переживаешь? Боишься, что подставлюсь? Не волнуйся, я сама о себе
позабочусь. Жена Цезаря вне подозрений.
- Я слышал, она подумывала о разводе?
- Навряд ли это было серьезно. Так, под влиянием момента. Эдуард ее во всем
устраивал.
- Но она говорила об этом?
- Бывало.
- Летом у них случился какой-то скандал. Эдуард якобы показывал фотографии,
где она кувыркается с кем-то из общих знакомых.
Лариса надолго задумалась. Потом покачала головой:
- Сомневаюсь. По крайней мере, мне она об этом даже не заикалась. Может,
Катька что-то - слышала? Поговори с ней...
Волгин ушел через час. Закрыв за ним дверь, Лариса вернулась в гостиную,
медленно выпила неразбавленное виски, а потом шваркнула стакан об пол.
Волгин планировал провести задержание Кольской силами сотрудников местного
отдела милиции, чтобы Локтионов раньше времени не догадался о проявленном к
нему и его любовнице интересе со стороны опера-"убойщика". Но по причине
раннего времени собрать народ не удалось, и в семь двадцать Сергей и
младший инспектор районного ОНОН[10] Родионов заняли позицию недалеко от
дома Жанны, откупорили две бутылки пива и стали ждать. Волгин употреблял
безалкогольное, Родионов баловался полноценным "классическим".
- У нас Кольская ни разу не светилась, - Родионов начинал службу во
времена, когда Волгин ходил с комсомольским значком, а Жанна писалась в
пеленки, и публику свою знал назубок, от немощных старцев, промышлявших
марафетом в послевоенные годы до подающих надежды тинэйджеров. - Банкует
только для избранных?
- Для самых избранных. Нам с тобой не продаст.
- А чем она тебе насолила? Разговаривать не желает?
- Да я пока особо и не настаивал.
- Дело хозяйское.
Родионов умел и любил работать, но получить высшее образование не
сподобился, а вот дурную привычку спорить с начальством приобрел, и эти два
фактора много лет тормозили его продвижение по службе. В свои сорок пять он
носил звание старшего прапорщика, перспектив не имел и регулярно
задумывался о выходе на пенсию, хотя и понимал, что с увольнением жизнь его
потеряет всякий смысл. Семья распалась лет десять назад, а единственным
достижением за всю карьеру являлась прописка в ментовской общаге.
- С Бешеным вчера поругались...
- Чего он хотел?
- Да ну его в задницу! За последние дни совсем трђкнутым стал! Не обращал
внимания?
- По-моему, он всегда одинаковый.
- Вспомни, каким он был, когда в начале девяносто четвертого к нам пришел.
- Я тогда на "гражданке" вкалывал.
- Ах да, я и забыл! С ним, вообще-то, темная история. Из внутренних войск
он уволился, почти год где-то болтался, а потом его неведомо каким образом
восстанавливают в органах, и сразу - на командирскую должность. Ишь, какой
незаменимый! Где-то у него есть мохнатая лапа, но, что интересно, никто не
знает какая. То ли в мэрии, то ли еще где повыше. Я так думаю, через
жениных родственничков. Ты их никогда вместе не видел?
- Родственников?
- Быка с женой. Блин, никогда бы не подумал: она им вертит как хочет, он ей
в рот заглядывает и пыль сдувает. Папа, я так понял, у нее непростой... А
вот и она!
- Жена?
- Кольская! Подожди чуток...
Красная "девятка" неспешно катилась по двору навстречу засаде. Кольская
сидела рядом с шофером, разложив сиденье и выставив над "торпедой" колени,
курила в боковое окошко. "Ауди" Волгина, припаркованная среди других машин,
ее внимания не привлекла; Родионов вылез, постоял у машины, оправляя
помятый пиджак, и пошел к подъезду. Высокий и седой, с обветренным красным
лицом и торчащей из кармана бутылкой, он напоминал алкаша, которого
"разводят" на квартиру, и Кольская, стрельнув в него пренебрежительным
взглядом, опасности не ощутила.
- Чао, дорогой! - Чмокнув водителя в щеку, она нагнала опера у двери
парадной и взвизгнула, когда он, отступив в сторону, крепко схватил ее за
локоть: - Ты чо, козел?
- Спокойно, уголовный розыск.
- Какой розыск? Пусти руку, урод! Водитель тоже купился и вместо того,
чтобы дать по газам, вылетел из машины с твердым намерением отоварить
подозрительного субъекта. Кольская обернулась, ища поддержки, и тот ускорил
шаг, одновременно опуская руку за пазуху, но Волгин был уже рядом, руку
перехватил, коленом в промежность расслабил его, сделал подсечку и
зафиксировал на запястьях "браслеты". Кольская побледнела и на миг
прекратила брыкаться, но тут же впилась зубами в предплечье Родионова и изо
всех сил наступила каблучком ему на ногу. Родионов ногу убрал и добычу не
выпустил; девушка притихла и с бессильной яростью наблюдала, как мент
достал из ее кармана красно-желтый футляр из-под детской игрушки.
- Куда пихаешься, сука? Не мое это, понял? Сам подбросил.
- Посмотрим.
- Чо смотреть будешь, дятел? Хер чего докажешь!
- Попробуем, - Родионов опустил футляр обратно в карман и затянул "молнию".
В его усталом голосе было столько убежденности, что Кольская заткнулась и
всю дорогу до отделения хранила молчание, отвернувшись к окну и пряча
наручники под манжетами куртки.
В дежурной части оформили протокол изъятия, подписывать который Кольская
отказалась:
- Ничего не скажу без адвоката.
- И не надо, - там у тебя грамма четыре, а для уголовного дела и десятой
части этого хватит, - Родионов пожал плечами. - Думаешь, кто не признается,
тот не садится? Тем более что мы задержание на видеопленку фиксировали, тут
хоть молчи, хоть кричи - не отвертишься.
У водителя оказалась обрезанная милицейская дубинка, ответственности за
ношение которой законом не предусмотрено. Тем не менее Волгин отправил его
в камеру. Сделать из него соучастника перевозки героина, скорее всего, не
удастся, а вот свидетель по уголовному делу получится. Время для работы
было: раз задержаны вместе, то и справки эксперта о том, наркотик это или
нет, будут дожидаться вдвоем.
- Может, договоримся, командир? - шепотом предложила Кольская, когда рядом
никого не было. - На хрена тебе все это надо?
- Это нужно не мне, это нужно Франции.
- Ты же знаешь, я сама не ширяюсь. Скажешь - и я больше к этой гадости и
близко не подойду. Премию рассчитываешь получить? Так я больше заплачу.
Пять штук зелени тебя устроят?
- Нет.
- Мало?
- Позже поговорим. Пока, красавица, отдохни.
Когда все бумаги, связанные с изъятием наркотика, были оформлены, Волгин
забрал водителя из камеры и отвел на второй этаж, где располагались
кабинеты уголовного розыска. В двух шла работа, третий оказался свободен -
молодой опер по фамилии, кажется, Борисов собирался уйти и стоял перед
зеркалом, примеряя кепку с большим козырьком.
- Я посижу у тебя немного?
- Сиди, - Борисов отработал неполный год, но считал себя тертым
оперативником и в любой ситуации держался развязно. - По "мокрушке" кого
притащил?
Водитель, как видно, был знаком с милицейским жаргоном, потому что
побледнел и икнул. Волгин сделал страшные глаза и показал Борисову из-за
спины кулак, но тот лишь хмыкнул и, проходя мимо задержанного, отвесил ему
легкую затрещину:
- Чтоб все рассказал, понял? Полковник мелочевкой не занимается, он по
убийствам работает. Я через час приду, узнаю, как ты себя вел. Не будет
откровенности - сильно пожалеешь.
Волгин тихо матюгнулся. В принципе, Борисов работал на него, ставя
задержанному примитивную вилку "плохой - хороший", но в данной ситуации
такая помощь равнялась вредительству.
Борисов поднял воротник куртки и вышел. Останавливать его Волгин не стал.
Будет возможность объясниться позже.
- Садись и давай знакомиться...
Познакомиться они успели, но этим дело и ограничилось. Как только
ритуальные вопросы иссякли и можно было переходить ко второй части беседы,
коротко звякнул "прямой" телефон и дежурный порадовал Волгина:
- Тебя РУВД ищет. Муженек супружницу ножом запорол. Катышев сказал тебя
подключать.
- Взяли мужика?
- В том-то и дело, что нет. Сам заяву по "ноль два" сделал, но пока к нему
ехали, одумался и слинял. Пиши адрес...
Можно было бы отвертеться, но Волгин все же поехал, за что и проклинал
впоследствии себя, а еще больше - Катышева с его неуемной энергией.
Ситуация была очевидной, но злодей, и правда, подался в бега, так что
Волгин застрял до позднего вечера, проверяя адреса его возможного
появления. Сергей по телефону связался с Родионовым, и тот пообещал держать
ситуацию с Кольской под контролем.
- На экспертизу еще не повезли, машины нет, но никуда она не денется.
"Герыч" там чистый, отвечаю. И мужика продержим, сколько надо. Не
переживай...
Родионову можно было верить.
Поиски женоубийцы окончились ночью. Он прятался у двоюродной сестры.
Пожилая испуганная женщина молча кивнула на шкаф в коридоре, и Катышев,
расправив плечи, одним ударом вышиб фанерную створку:
- Вылазь, артист! Пришел твой аншлаг...
В отделении ББ разок врезал мокрушнику в печень, после чего утратил интерес
к происходящему и удалился, чтобы грамотно написать сводку о раскрытии.
- Сергеич, ты без меня справишься?
- Будет трудно.
- Опроси его пока, штаны изыми - видишь, все кровью заляпаны. Я
распоряжусь, чтобы следака сюда быстрее доставили, он на месте давно уже
отработал... Кстати, что за бабу ты утром притащил?
- Подругу Локтионова.
- А на хрена?
- Нам что, "палки" по наркоте не нужны?
- Тоже верно. Правильно мыслишь, Шарапов! Кстати, что с нашим Казариным?
- Удрал ваш Казарин, Анатолий Василич. Не успел я на него дерьма накопать.
- и... Ладно, потом разберемся. Баба в каком отделе? Я присмотрю, чтобы не
напортачили.
- Присмотри. Там с ней мальчик сидит, так пусть меня дождется.
Опрос задержанного длился недолго.
- Что ж ты так?
- А что я? Она сама первая начала. И не специально я, так получилось!
- Тринадцать ножевых в шею и грудь - не специально. Сама, что ли, на нож
падала?
- Начальник! Ну что я, душегуб какой, что ли? Проучить хотел, чтоб не
гуляла...
Поперечный давно приехал и сидел в соседнем кабинете, балуясь чаем с
баранками.
- Разобрались?
- Ага. Более или менее.
- Признается? Впрочем, может и молчать. Адвокат ему нужен?
- Он и слова-то такого не знает.
- Все равно я вызову дежурного. Чтоб потом никто ничего... Доказухи
навалом. Люблю такие дела!
Волгин привел задержанного к следователю, приковал наручниками к батарее и
вернулся обратно. Его роль закончилась. Только сейчас он обратил внимание
на головную боль и ломоту в спине на месте ушибов, которыми наградил
Казарин. Вспомнил и о том, что весь день не ел. Закурил, надеясь никотином
перебить голод и боль, сел к телефону.
Родионов ушел домой, но дежурный подтвердил, что Кольская с шофером тоскуют
в соседних камерах, а наркота отправлена на экспертизу.
- Давно повезли?
- Да только что. Не знаю, как обратно забирать станем. Бензина пять литров
осталось, и уже две заявки "по скандалам" висят...
Экспертно-криминалистическое управление, где проводился экспресс-анализ
наркотических веществ, располагалось на окраине города, так что каждый рейс
туда превращался в настоящую пытку для дежурного, вынужденного полтора-два
Часа выкручиваться без транспорта. Зачастую именно в такие часы на
отделение обрушивался шквал всевозможных заявок, от бытовых скандалов до
серьезных преступлений, и ссылки на отсутствие автомашины никем не
принимались.
- Витя, я все понимаю, но там реальный героин. Много-много героина.
- На дело-то хватит?
- Даже лишнее останется. "Палку" срубите. Волшебное слово "палка". С
дежурного их не спрашивают, но все же приятно, когда за смену удается
"нарубить" несколько штук. Можно попасть в сводку за успешную организацию
работы, на почетное место между начальством и опером, который
непосредственно произвел задержание.
- Да? А наш Борисов смотрел, и ему не понравилось.
- Ваш Борисов, извини меня, не эксперт.
- Ладно, сделаем в лучшем виде. Что я, не понимаю, что ли? И Катышев
звонил, предупреждал. Водилу тоже придержим, Родионов рапорт написал, что
тот сопротивление оказывал. А то сейчас подъезжай, поработаешь до утра.
Ехать не хотелось. Организм требовал горячей пищи, контрастного душа и
мягкой постели. Волгин посмотрел на часы: стрелки расплывались перед
глазами.
- Нет, не приеду. Дома буду. Если что - звони, тогда сразу подскочу...
...Сергей проснулся от звонка телефона. Отбросил одеяло и сразу вскочил,
думая, что это - дежурный. Чертыхнулся, когда, нашаривая аппарат, столкнул
на пол пепельницу.
- Да!
Звонил Родионов. Волгин не сразу его узнал - младший опер был возбужден и
почти кричал:
- Их отпустили, обоих.
- Кого? Как отпустили?
- Молча, бля! Якобы экспертиза ничего не дала. Лекарственный препарат с
сахарной пудрой. Я что, похож на идиота? Да я герои
...Закладка в соц.сетях
