Жанр: Электронное издание
Tureck01
...ики и всех систем живучести корабля. Похожая ситуация сложилась во
время катастрофы со знаменитой ныне, в печальном, разумеется, плане,
подводным ракетоносцем "Комсомолец" одиннадцать лет назад. Версия нуждается
в проверке. Но конструкторы подобное предположение и на дух не переносят.
Ничего, им придется смириться.
Далее, согласно восьмой версии, "Сокол" должен был провести учения по
спасению экипажа с глубины сто метров. В этом случае затопление корабля
могло произойти в результате чьей-то ошибки. Однако такая ошибка никак не
объясняет характер разрушений в носовой части подлодки. К тому же экипаж
"Сокола" считался на Северном флоте одним из лучших, чтобы так
опростоволоситься.
Девятая версия, на которой особенно настаивали представители
военно-морской разведки ФСБ, указывала на "чеченский" след. Исходили из
того, что если взрывное устройство большой мощности заложить в район
переборки между первым и вторым, центральным, отсеками лодки, то мгновенное
затопление двух наиболее объемных помещений вполне осуществимо.
На удуговском сайте в Интернете уже появилось утверждение, что на
"Соколе" был мусульманин-камикадзе. Называлась и его фамилия. Теоретически
отрицать такую возможность нельзя было. В практическом же отношении
случайный человек, каким мог бы явиться гражданский специалист, в
обязательном порядке тщательно "просвечивается" органами военной
контрразведки. Другое дело, что при нынешней нищете армии и флота,
вынужденных экономить буквально на всем, в том числе и на службах режима,
подобные версии с ходу не отвергнешь. В настоящее время ведется новая
проверка всего списочного состава экипажа, в котором, к сожалению, имеется
несколько неясностей.
Десятая версия тоже была связана со взрывным устройством, правда,
"чеченский" след в ней отсутствовал. Зато присутствовала "высокая"
политика. Взрыв был произведен с целью заставить российское руководство
умерить активность своего подводного атомного флота в Мировом океане.
Версия также не отвергалась с ходу, хотя абсолютное большинство
присутствующих на совещании прекрасно понимали иную стратегию, по которой
наиболее сильным взрывным устройством являлся худосочный государственный
бюджет.
И наконец последняя, одиннадцатая версия называла возможной причиной
катастрофы взрыв торпеды в торпедном аппарате лодки.
Штатная учебная торпеда не содержит в себе взрывоопасных компонентов.
Однако принятым правилам противоречил ряд фактов, о которых становилось
известно по мере продолжающегося расследования.
Во-первых, "Сокол" незадолго до учений возвратился из длительного
автономного плавания. В походах такого рода подводный корабль идет с полным
вооружением. Были ли сняты с "Сокола" боевые торпеды, этот вопрос до сих
пор не выяснен до конца. Между тем акустики, зафиксировавшие два взрыва,
утверждают, что второй был гораздо сильнее первого и мощность его
определяется примерно в две тонны тротила. Причиной подобного взрыва могут
быть сдетонировавшие боевые торпеды. Если они действительно находились на
борту "Сокола". В этой связи нуждается в самой тщательной проверке база
вооружений, где грузилась лодка перед выходом в море. Этим сейчас
занимается специальная комиссия.
Во-вторых, и это в данной ситуации приобретает чрезвычайную важность,
имеются неясности с составом экипажа. Дело в том, что после возвращения из
автономного плавания несколько моряков подлежали демобилизации. Этим
вопросом лично занимался командир корабля. И в то же время на борту должны
были находиться гражданские специалисты, прибывшие для проведения испытаний
новой торпеды-ракеты типа "Шторм" с уникальным двигателем. Поскольку
подготовка к учениям проходила, как обычно, в спешке, на базе имеются не
все документы по списочному составу. Данный вопрос также уточняется.
Наконец, в-третьих, собственно само изделие, так называемая УГСТ -
универсальная глубоководная самонаводящаяся торпеда, за которой - и это
также известно компетентным органам - ведется самая настоящая охота
иностранных разведок.
Так вот, по неохотному признанию американских военных, высказанному,
разумеется, в частном порядке, вблизи района учений на Баренцевом море,
помимо разведывательного судна ВМС США, находились как минимум еще и две
американские подводные лодки. Проанализировав записи, сделанные их
гидроакустиками, они высказали и свою версию случившегося.
Возможно, при заряжании или пуске торпеды с ракетным двигателем
произошла осечка, и ее двигатель или находящееся в нем топливо взорвались.
И когда спустя короткое время (между двумя зафиксированными взрывами) на
"Соколе" увеличили мощность ядерного реактора или продули балласт для
всплытия, взрыв торпедной боеголовки пробил в носовой части лодки зияющее
отверстие.
По мнению же некоторых российских специалистов-оружейников, этот
новодел, пока его окончательно не довели до ума, считался "с дурнотой", как
говорят на флоте. Поэтому и работа с УГСТ требовала особой
предосторожности.
Что же касается конкретно "Сокола", то на отдельных лодках данного
проекта переборки между первым и вторым отсеками делаются облегченного
типа. А при выполнении торпедной стрельбы вполне могли быть специально
открыты переборочные люки - для выхода воздуха из торпедного аппарата.
Естественно, что в этих условиях подрыв боевых частей торпеды мог повлечь
за собой катастрофические последствия. От полученных повреждений лодка
практически мгновенно уткнулась в дно, в скальный грунт, получила еще один
мощнейший динамический удар, который привел к срыву с фундаментов основного
оборудования. Взорвались аккумуляторные батареи, и возник пожар...
Кончался день. Выступавшие выдохлись.
Ну что ж, худо-бедно, а удалось подвергнуть детальному анализу все
версии, выделить наиболее уязвимые места, четко обозначить главные
направления дальнейших расследований и даже так распределить усилия, чтобы
члены объединенной группы не мешали, а помогали друг другу. В этом,
последнем, пожалуй, и заключалась наибольшая сложность: убрать
ведомственные перегородки. Кажется, удалось-таки. Во всяком случае,
Александр Борисович мог позволить себе так считать.
Грязнов соглашался. Богаткин важно кивал.
Еще во время обсуждения версий, когда речь зашла о списочном составе
экипажа, Турецкий написал на бумажке, чтобы не отвлекаться на разговоры и
не мешать выступавшим коллегам:
"Влад, на тебя вся надежда. Постарайся как можно скорее добыть полный
и точный состав экипажа. Там может быть ключ".
Богаткин прочитал, сложил записку и сунул в карман. И только потом
кивнул Турецкому.
А позже, в одном из следующих выступлений, прозвучала фамилия Мовлади
Удугова, этого чеченского Геббельса. И Турецкий остановил докладчика, чтобы
уточнить фамилию того мусульманина-камикадзе, который взял на себя роль
убийцы "Сокола". Полковник юстиции порылся в своих бумагах и сказал:
- Вот, пожалуйста, Александр Борисович... Был назван некто Мамедов
Махмуд Гасанович. Вознесенный к Аллаху за его бессмертный подвиг.
- Благодарю, - чуть улыбнулся Турецкий и стал писать записку Грязнову.
"Слава, то, что это бред, понятно, но сам факт настораживает. Ты ведь
понял, о ком речь. Возьми на себя".
Грязнов прочитал, подумал и написал ниже:
"По-моему, Ярковец послал свое требование в Махачкалу. Раису, что ли,
взять за жабры?"
"Тебе видней", - приписал в самом низу Турецкий.
Когда совещание подошло к концу, Александр Борисович слегка
расслабился и подумал: "Неужели удалось преодолеть сопротивление материала?
Скажи кто еще утром, решил бы, что он сумасшедший... Отчего же это
произошло - и сравнительно спокойно? Видимо, по той простой причине, что
все находящиеся здесь являются профессионалами, а сейчас каждый сумел
избавиться от своего узкого взгляда на событие и оценил наконец общую
картину. И она его, в общем-то, потрясла... Справимся. Будем работать все
вместе..."
Вечером докладывал Меркулову.
Богаткин куда-то торопился или просто устал. Поэтому в кабинете
заместителя генерального прокурора собрались втроем: сам Костя и Турецкий с
Грязновым, которым бежать было некуда. Костю интересовал, по сути, лишь
один вопрос: удалось ли найти общий язык. Он на совещании не был, не хотел
мешать и давить своим авторитетом.
- Поначалу было трудновато, - сказал Александр, - но ближе к концу,
кажется, удалось договориться. Немало, конечно, шелухи, но есть очень
разумные версии.
Грязнов засмеялся:
- Если говорит сам мастер версий, это чего-то стоит, верно, Костя?
- Дай бог...
- Политическую сторону, - вкрадчиво заметил Турецкий, - мы с
Вячеславом решили, ты уж извини, взвалить на твои могучие плечи, Костя.
- Что ты имеешь в виду?
- А все вопросы, связанные с визитом директора ЦРУ, с телефонными
беседами нашего и американского президентов и прочее, что нам со Славкой не
по чину. Ты уж не оставь, благодетель.
- Не понимаю, - развел руками Меркулов, - это мы тебя должны просить о
подобной помощи. Зачем же тогда у тебя такой приятель, как Питер Реддвей?
- Костя, старина Пит, о котором я уже подумывал, не скрою, имеет одну
особенность. Он бывший прожженный церэушник. И в наших с ним отношениях,
как тебе хорошо известно, всегда присутствует одно наипервейшее условие: он
никогда ничего не будет предпринимать, если наш интерес может коснуться
государственных интересов Соединенных Штатов. Террористы - другое дело. Но
я же не могу заявить ему: "Пит, дружище, узнай для меня, это парни из
твоего ведомства кинули подлянку нашему подводному флоту?" Как ты думаешь,
что он на это скажет? Нет, Костя, я сам, да и Славка, который тоже неплохо
знает характер нашего приятеля, мы не имеем права поставить его в неловкое
положение. Он и не станет этим заниматься. Тут нужен тонкий подход.
Политический. А вот если бы ты напряг свои связи в Службе внешней
разведки... Если бы ты, к примеру, где-нибудь в президентском окружении
смог выяснить ну, скажем, такой вопрос: имеется ли в нашем высшем
руководстве уверенность в том, что американцы чисты в этом деле? - ты бы
избавил нас от многих ненужных блужданий в темноте и поиска черной кошки
там, где ее отродясь не бывало. Как, Слава?
- Я всегда завидовал связям нашего дорогого Константина Дмитриевича. -
Грязнов едва не присел в нижайшем поклоне.
- Ах вы, негодяи! - засмеялся Меркулов. - Чего не могу, того не
обещаю. Но... попробую... Однако же у вас все-таки имеется, поди, уже своя
собственная версия? Не поделитесь?
Турецкий с Грязновым переглянулись и тоже заулыбались.
- Кое-что наклюнулось, - сказал Турецкий, - но торопиться не хотелось
бы. Пока лично у меня два варианта. Вернее, два виновника катастрофы.
Первый - столкновение, а второй - торпеда. Не исключаю, что эти два фактора
совпали. Я даже не исключаю, что наши вояки сами умудрились влепить торпеду
в свою же лодку. Но ведь они в этом никогда не сознаются... Мы еще раз,
Костя, проанализируем все материалы, коих... выше крыши, и будем
действовать, исходя...
- На Север уже не собираешься? - усмехнулся Меркулов.
- Пока действительно нет необходимости.
- Ну вот, я так и предполагал. А то, понимаешь, все сопроматом
потрясал! Можно подумать, что ты в нем разбираешься...
- Не в прямом смысле, Костя, я - в переносном.
- А как Богаткин?
- А вот он у нас пока и будет заниматься версией столкновения. Или
наезда, как хочешь. И вообще, его дело шпионов ловить. Пусть и ловит.
- Тогда, если позволите, ребятки, и я хочу внести свою малую лепту. Не
возражаете?
- Костя! - хором воскликнули Грязнов с Турецким.
- Я знал, что вы меня уважаете... Значит, такая штука, я тоже
попробовал кое-что прокрутить в голове, опираясь, естественно, лишь на
общеизвестные факты. Не более. Поэтому, возможно, мои соображения вам
покажутся излишне субъективными, что ли. Но послушайте... Мне все не дает
покоя та история, которую раскручивал наш молодой талант Дениска. Странная,
скажу, история. Насколько мне теперь известно, а я просил товарищей кое-что
уточнить, "Мосдизель" производит среди всякого прочего вооружения еще и
новейшие торпеды с какими-то совершенно уникальными показателями. То, что к
работе предприятия проявляется пристальный интерес, ни для кого не секрет.
Но вот посмотрите: странные, повторяю, происходят вещи. Вдруг кончает жизнь
самоубийством генеральный директор, академик, крупный ученый. Перед этим он
вернулся из Штатов. Далее, как и вам известно, гибнет при странных
обстоятельствах главный конструктор по вооружению. И заодно лишь по
счастливой случайности не прихватывает за собой нашего Саню. Наблюдение за
директором и его сотрудниками выявляет господина Дроуди, бывшего офицера
морской разведки Штатов. Ныне, правда, известного бизнесмена. Ну и все эти
истории с чемоданчиками...
- Там всего один и был, Костя, - возразил Грязнов.
- А этого вам мало?
- С одной стороны, больше чем достаточно, - продолжал Грязнов, - а с
другой - практически ничего. И вообще, этим делом занимается ФСБ.
- Вы помните отдельные детали разговоров, записанных на аудиокассетах?
- Можно еще раз послушать. Во всяком случае, эротических переживаний
там хватает, - сладострастно поморщился Турецкий.
- Там имеется и более интересное, - не принял шутки Меркулов. - И я
настоятельно советую...
- Костя, дорогой ты наш, - заулыбался Турецкий. - Если бы я был твоим
школьным учителем, то прямо сейчас поставил бы тебе пятерку с двумя плюсами
за домашнюю работу. Можешь мне не верить, но там, на совещании, мы со
Славкой уже прикоснулись к этому варианту. Вячеслав, скажи, что не вру!
- Точно, - подтвердил Грязнов и полез в карман за бумажкой, на которой
был записан его диалог с Александром. - Вот! - Он расправил листок и
протянул Меркулову.
Тот прочитал и взглянул вопросительно на Турецкого.
- Ах, ну да, ты же не знаком со всеми действующими лицами. Раиса,
которую собирается подержать за жабры наш Вячеслав, является вдовой
Мамедова. А фамилия Мамедова, с именем и отчеством, названа в качестве
камикадзе, подорвавшего лодку. Только я подумал, что Удугов, сообщивший об
этом в Интернет, по какой-то причине не узнал, что его камикадзе погиб за
несколько дней до начала испытаний. Факт вранья, может, и незначительный,
но заставляет думать. Вот мы со Славкой и решили копнуть. Тем более что
отсюда прямой выход на "Мосдизель".
- Ну тогда я за вас спокоен, - удовлетворенно вздохнул Меркулов.
- Не-е! - погрозил пальцем Турецкий. - Рано успокоились, ваше
высокопревосходительство! Во-первых, за труды нам вполне полагалось бы...
Но если у тебя больше нет или ты - жадина, мы поймем. А вот во-вторых, ты
не забывай и о нашем тебе задании. Кто ж, если не ты, Костя?! Вячеслав,
подтверди!
- Со всем нашим усердием, - снова "присел" Грязнов.
Меркулов расхохотался и пошел к сейфу.
- Бес с вами, заработали... Но - по одной, не больше... За знание
сопромата.
Глава пятнадцатая. О ВРЕДЕ БОЛТОВНИ
Пользуясь своим правом заместителя руководителя объединенной
следственно-оперативной группы, Вячеслав Иванович пригласил к себе
следователя межрайонной прокуратуры Северного административного округа
Ярковца, а также "важняка" из Московской городской прокуратуры Мартынова со
всеми материалами по делам о ДТП на Ленинградском шоссе и по самоубийству
академика Самарина. В связи с вновь открывшимися обстоятельствами, объяснил
Грязнов следователям.
Позвонил он и Денису, зная, что тот, передавая материалы наблюдений в
ФСБ, копии фиксации эпизодов операции оставил у себя. Теребить по этому
поводу Владлена он просто не хотел, пусть тот занимается своим
направлением.
- Есть некоторые основания полагать, Валентин Еремеевич, - сказал он
Ярковцу, - что ваш "глухарь", или "висяк", как угодно, может получить
некоторое продолжение... Не исключаю, Зиновий Абрамович, - добавил уже
Мартынову, - что и в вашу проблему удастся внести некоторую ясность. Но
давайте по порядку...
Предварительно проштудировав распечатки разговоров Нолиной с Мамедовым
и Козловым, Грязнов остановил свое внимание на следующих эпизодах.
Первый. Упоминается какой-то родственник Махмуда (или его супруги),
который "засветил" его в Пятигорске. Сам же Махмуд отговорился от супруги
тем, что ездил в Нальчик на приборостроительное предприятие.
По родственникам уже делал запрос Ярковец, но надо будет узнать и что
это за предприятие. Был ли там Махмуд или просто соврал для прикрытия?
Отдыхая с Нолиной.
Второй. Среди восторженных воспоминаний об Америке у мадам
проскользнуло упоминание о пребывании в гостях у какого-то ракетчика.
Если имеется возможность, проверить по программе пребывания Самарина в
Штатах, с кем он общался.
Третий. Упоминается несколько раз некий американец, который хочет
что-то приобрести в институте.
Понятно, имеется в виду "Мосдизель". А американец, скорее всего, и
есть Эрнст Дроуди. Кто он - уже достаточно известно. Упоминается также и
предмет интереса: бандура. Что это такое? Вероятно, одно из изделий
"Мосдизеля". Бандурой обычно называют что-то крупное и неудобное,
громоздкое. Торпеда? Проверить.
Четвертый эпизод. Мамедову, а затем и Козлову, которого Нолина
собирается как бы завербовать, интересуется, в каких отношениях Махмуд с
Иваном, а затем все-таки решает взять этот вопрос на себя (и берет с
большим успехом!), предлагается уже через неделю гонорар - порядка ста
тысяч долларов. В зависимости от вклада каждого.
Пятый. Речь идет о "шестьдесят восьмой". Опять - торпеда?
Проверить на "Мосдизеле".
"Диктуем мы", - говорит Нолина. Что, условия сделки?
Шестой. Во время пребывания Нолиной в постели Козлова лишь однажды
возник вопрос: "Ты согласен?" Ответ: "Да".
Наконец последнее. Параллельно академик Самарин встречается в
Серебряном Бору с Дроуди. Разговор ведется на английском. Записи его нет.
Только видеосъемка.
Конец наблюдений ознаменовался сценой свидания Самарина и Нолиной с
Эрнстом Дроуди. Фигурирует кейс, который затем вместе с Самариным уплывает
в институт.
Одновременно по чьему-то сигналу на даче академика обнаруживаются
следящие устройства. Их отключают, затем снова включают, после чего ставят
во всю систему закладку, являющуюся на сегодня, по мнению Влада Богаткина,
чуть ли не венцом технической мысли.
И странное самоубийство Самарина.
А перед этим - явно спровоцированное дорожно-транспортное
происшествие, в котором гибнет Мамедов. И обещание Самарина выплатить вдове
какие-то непонятные суммы. В качестве компенсации?
Как говаривал классик советского детектива, информации к размышлению -
более чем достаточно... Может, и не вполне шпионская история, но что
сволочная - эт-то точно!..
- Ну, давайте начнем потихоньку, Валентин Еремеевич, - сказал Грязнов,
с юмором глядя на печальный, как у птицы марабу, опущенный нос Ярковца. -
Так что у нас с родней господина Мамедова Махмуда Гасановича?
Родни оказалось с избытком. Как, впрочем, в каждой кавказской семье,
где одну фамилию может носить целое селение. В ответ на требование из
Москвы из Министерства внутренних дел Дагестана пришел ответ за подписью
замминистра, из которого следовало, что Махмуд - один из четырех братьев.
Двое занимаются мелким бизнесом в Махачкале, а вот третий, самый младший -
Азат, проживавший в селении Ботлих, во время недавней чеченской агрессии
был замечен среди боевиков Басаева. С ними позже и ушел на территорию
Чечни. Объявлен в розыск, но пока никаких положительных результатов.
За другими, старшими братьями незаконных действий не замечено.
Не замечено - и только.
Получается, что одна зацепка уже имеется.
Со стороны же супруги Мамедова, в девичестве Гасановой, родни
оказалось вдвое больше. Но ни к одному из членов этой семьи у
правоохранительных органов серьезных претензий не было. А несерьезных?
Этого хватало. Бизнес, которым занимаются все без исключения мужчины, не
может не иметь криминального оттенка. Это хорошо понимали сами дагестанские
правоохранители и смотрели на мелкое жульничество, на всяческие разборки
снисходительно, если они, конечно, не заканчивались кровавым финалом.
Ехать в Махачкалу лишь для того, чтобы задать всем этим Мамедовым и
Гасановым один вопрос: известно ли вам, где работал Махмуд Мамедов и чем он
занимался, было бы безрассудством. На подобное могла ответить и вдова
Махмуда. Но факт уже то, что версия о возможной мести Махмуду, с учетом
того, что его младший братец в настоящее время скитается где-то в горах
Северного Кавказа вместе с чеченскими боевиками, если, разумеется, не убит,
могла стать вполне рабочей.
Оно конечно, Ярковцу-то лучше всего подходила бы версия о
неисправности транспортного средства, повлекшего аварию со смертельным
исходом. Копать нечего, дело можно легко прекратить. Но теперь уж ничего не
поделаешь, надо рыть дальше. Нет, не обрадовал печального следователя
Вячеслав Иванович.
Впрочем, не исключено, что какие-то факты могут возникнуть в процессе
дальнейшего расследования дела о гибели подводной лодки "Сокол". Объединять
же эти два дела в одном производстве Вячеслав Иванович считал для следствия
преждевременным, о чем и высказал свое мнение Турецкому. Александр был
согласен. Время покажет: пусть работает сепаратно, а если отыщутся
доказательства, то примем к производству.
Зиновий Абрамович Мартынов представил протоколы допросов свидетелей,
которых можно было разве что с большой натяжкой назвать очевидцами, и акты
экспертиз.
По всему выходило, что налицо самоубийство. Правда, ничем не
мотивированное. А какие могли быть мотивы? Да самые неожиданные. Начиная от
семейных неприятностей и кончая служебными.
Жена с детьми, достаточно уже взрослыми кстати, уехала за границу на
отдых. Назвать ведь такой отъезд можно как угодно. А если это и есть
результат той самой семейной ссоры, из-за которой, собственно, и разгорелся
сыр-бор? И все тут не так просто?
Но, с другой стороны, как теперь стало известно, сам акт самоубийства
практически совпал с катастрофой на подводной лодке "Сокол", известия о
которой, просочившиеся в печать, вполне возможно, могли быть уже известны
академику (и если он, к примеру, чувствовал какую-то долю и своей вины, вот
и другое объяснение).
Однако одновременно с этими версиями следствие уже имело ряд
необъяснимых пока фактов, которые косвенно указывали на то, что
самоубийство могло быть грамотно инсценировано. А в действительности
произошло умышленное убийство, но это требовалось еще доказать.
С оружием, кстати, проблем не было, академик имел разрешение на
пистолет Макарова. Но судмедэксперт сделал неожиданный вывод. Выходило так,
что в момент выстрела ствол пистолета был не просто приставлен к груди
погибшего, а с силой вдавлен в тело. Но при этом, как утверждает уже
криминалистическая экспертиза, иных следов пальцев, кроме тех, что
оставлены самим Самариным, ни на стволе, ни на рукоятке не имелось.
Далее, было известно, что академик иногда - не курил, нет, а
покуривал, причем предпочтение отдавал крепчайшим мексиканским сигариллам,
которые покупать мог разве что в Штатах, поскольку Европу завалили подобные
же изделия голландского производства. Так вот, по свидетельству охранника
Акимова, который появился в доме спустя не менее пяти часов после выстрела,
в помещении остро ощущался запах табачного дыма, но ни сигарет, ни пепла,
ни даже пепельницы не было. Возможно, тот, кто находился в доме вместе с
Самариным, уходя, унес и пепельницу с окурками, боясь, что на ней могли
сохраниться следы отпечатков его пальцев. Не говоря уже об окурках со
следами слюны.
И на бутылке с остатками виски, как и на стакане, были только
отпечатки-следы пальцев академика, а полированная столешница оказалась
тщательно вытертой. Зато на кухонном столе были обнаружены свежие жирные
следы, какие оставляет вскрытая упаковка с колбасой либо ветчиной, хотя ни
того, ни другого в доме не обнаружено.
Вдова академика - ее удалось разыскать в парижском отеле через
туристическую фирму с помощью всезнающей секретарши Самарина Серафимы
Павловна - прилетела немедленно и оказалась женщиной дотошной. Обследовав
буфет в гостиной и шкафы на кухне, она сразу отметила отсутствие одного из
стаканов, которыми очень дорожил Всеволод Мстиславович, поскольку привез
этот набор из Штатов. Не нашлось в доме также большой разделочной доски,
красивого расписного блюда, привезенного в давние времена из Средней Азии,
и пластикового ведерка с крышкой, сделанного по принципу термоса и
предназначенного для хранения льда. Уж виски-то академик не стал бы пить
безо льда и содовой воды, несколько упаковок которой постоянно хранилось в
подвале. Пластиковой бутылки на столе, кстати, тоже не было.
...Закладка в соц.сетях
