Жанр: Электронное издание
akvitani
...м никто не подумает, вдалеке от официальных центров и
всего, связанного с военными. "Список. Должен быть список!" - твердил Сэм. Для
летчика у него было слишком богатое воображение. Думаю, именно поэтому он был
так хорош со своими штучками на высоте сорок тысяч футов. Атакуй со стороны
солнца, откуда никто тебя не ожидает, или со стороны темного горизонта, где тебя
не может поймать радар. Он знал все это. Он был тактическим гением.
Пока Меткалф говорил, Стоун все ближе наклонялся к нему, пристально
вглядываясь в его лицо и как бы впитывая в себя каждое его слово.
- Шархёрн, - проговорил он почти шепотом. - Это - Шархёрн!
Двухмоторный "Риемс-406" сделал круг над частным аэродромом в Сен-Жерве в
пятнадцати милях к востоку от Шамони, где янтарного цвета фонари отбрасывали
оранжевый свет на две посадочные полосы, ярко светившиеся на фоне низкого
ночного неба. Пилот получил разрешение на посадку, и Прюдомм проверил ремни
безопасности.
"Боже мой, какой безумный день!" - подумал он, глядя на свою правую руку в
тусклом свете приборов на доске управления. Синяки были, конечно, менее заметны,
чем кровь, которая покрывала всю его руку несколько часов назад. Жуть! Человек,
назначенный ему в палачи, даже не пытался скрывать полученное им задание -
невиданная наглость, взращенная Иностранным легионом! И смертный приговор был
ему объявлен прямо в автомобиле в дальнем конце автомобильной стоянки в
Булонском лесу! Человек этот позвонил ему прямо в служебный кабинет; по правде
сказать, Прюдомм думал о том, что он может позвонить, и потому не очень
удивился, более того - он успел к этому звонку подготовиться. Тот попросил
своего недавнего начальника о свидании и назначил место встречи - автомобильная
стоянка в Булонском лесу: у него, сказал он, есть потрясающие новости. Он будет
в своем служебном "пежо", и, поскольку ему нельзя отходить от радиотелефона в
машине, не согласится ли Прюдомм пересесть к нему? Прюдомм, естественно, не
возражал.
Однако никаких потрясающих новостей у того не оказалось. Только вопросы,
задаваемые с большой наглостью.
"Что вы делали сегодня утром и почему?"
"Что вы имеете в виду: то, что я побрился? позавтракал? сходил в туалет?
поцеловал жену? О чем вы?"
"Вы отлично знаете о чем! Агент на бульваре Распай. Вы врезались в его
машину. Потом подбросили наркотики и арестовали его под этим предлогом!"
"Я не одобрял его действий. Точно так же, как не одобряю и этого
разговора".
Прюдомм неуклюже потянулся к дверной ручке левой рукой, в то время как его
правая рука была занята совсем другим.
"Стойте! - Подчиненный схватил своего начальника за плечо. - Вы помогали
той женщине!"
"Все подробности в протоколе. Позвольте-ка мне выйти".
"Я позволю тебе отправиться в ад! Я убью тебя, ничтожество! Жалкий
бюрократишка!"
Недавний подчиненный выхватил из-под пиджака пистолет, однако он опоздал.
Не вынимая из кармана зажатый в правой руке пистолет, Прюдомм выстрелил. К
сожалению, пистолет этот был малого калибра, а бывший полковник из Иностранного
легиона был очень крупным человеком, и он тут же, в автомобиле, бросился на
Прюдомма. Однако ветеран Сопротивления, решивший на всякий случай вернуться к
прошлым военным привычкам, был готов и к этому. Лацканы его пиджака укрывали
тонкую стальную проволоку достаточной длины и с двумя петлями на концах. Он
быстро вытянул её, забросил за голову своего подчиненного, скрестил запястья и
сильным рывком натянул проволоку - кровь из горла палача оросила руки
приговоренного человека, приговоренного, но живого.
Джоэл и Валери молча слушали рассказ человека из Сюрте. Нарисованная им
картина выглядела довольно грустно. Интерпол скомпрометирован,
arrondissement"Окружная (фр.)" полиция стала жертвой манипуляций, сама Сюрте
коррумпирована, правительственные сообщения все ложны.
- Я расскажу вам все, что знаю, потому что мне необходима ваша помощь, -
сказал Конверс, поднимаясь с кресла и направляясь к столу, на котором лежали в
зеленой папке машинописные листы сделанных по всей форме показаний. - Лучше,
если вы прочитаете все это собственными глазами, но боюсь, вам придется читать
здесь. Утром я сделаю несколько копий, но до этого я не хочу, чтобы этот
документ покидал комнату. Кстати, Вэл заказала для вас отдельный номер, не
спрашивайте меня, как ей это удалось, но думаю, что администратор закажет себе
теперь новый гардероб, а может быть, и купит новый домик.
- Mersi"Спасибо (фр.)", мадам.
- Фамилия - Френч"Здесь игра слов: "френч" - по-английски "французский",
"французы"", - добавил Джоэл.
- Простите?
- Я хочу сказать, что фамилия - Френч.
- Qui"Хорошо (фр.)".
- Учтите, я имею в виду...
- Pardon, mon vieux, - вмешалась Вэл. - Le nom sur le registre est
"Monsieur French", c'est un nom anglais, pas francais. French. Artur
French"Извините, старина, для регистрации выбрана фамилия "мсье Френч", это
фамилия английская, не французская. Френч. Артур Френч (фр.)".
- Но мне ведь придется что-то подписывать, говорить... Тогда может
раскрыться, что...
- Ничего не придется подписывать и ничего не придется говорить, - прервала
его Вэл, беря ключ с прикроватной тумбочки и вручая его Прюдомму. - Комната
оплачена за трое суток. После этого, а возможно и раньше, если вы согласитес!
нам помогать, мы, все трое, будем уже далеко.
- Жуть. И я должен все это прочитать?
- Mon ami - mon ёроих - est un avoue brilliant"Мой друг - мой муж -
блестящий адвокат".
- Je comprends"Я понимаю (фр.)".
- Тут примерно сорок страниц, - сказал Конверс, передавая бумаги Прюдомму.
- Чтобы проглотить это, вам потребуется по меньшей мере час. А мы пока что
спустимся вниз и перекусим.
- Bien"Ладно (фр.)". Мне многое хочется узнать.
- А как насчет вас самого? - спросил Джоэл, стоя рядом с французом. - Труп
в машине наверняка уже обнаружен.
- Скорее всего, так, - согласился Прюдомм. - Я специально оставил его на
месте. Однако Сюрте не сможет связать это со мной.
- А отпечатки пальцев? Или ваше внезапное исчезновение из кабинета?
- Еще одна привычка времен войны, - сказал человек из Сюрте, доставая из
кармана тонкие хирургические перчатки, обрезанные чуть ниже запястья. - На
всякий случай я вымыл их ещё в Булонском лесу. Немецкие оккупационные власти
имели отпечатки наших пальцев во всех архивах. Так что лишних действий им не
требовалось. А что же касается моего отсутствия, то оно объясняется очень
просто. Я сказал одному из помощников, что несколько дней проведу в Кале,
расследуя дело контрабандистов, и буду позванивать в Париж. Многолетняя служба
дает мне некоторую свободу действий.
- Вы говорите о Сюрте, но есть ещё и другие. Те, откуда являются
легионеры.
- Я учитываю и это, мсье. Придется соблюдать осторожность, а к этому мне
не привыкать.
- В таком случае наслаждайтесь чтением, - сказал Джоэл, кивком приглашая
Вэл. - Если что-нибудь понадобится, позвоните в отдел обслуживания.
- Bon appetit"Приятного аппетита (фр.)", - пожелал им Прюдомм.
Хаим Абрахамс поднял остывающую руку убитой с судорожно зажатым в
побелевших пальцах пистолетом и нацелил оружие ей в грудь, прямо в кровоточащую
рану. Большие карие глаза так и не закрылись! Они осуждающе - осуждающе! -
смотрели на него.
- Чего ты от меня хочешь? - закричал он. - Мертвых я уже навидался. Я жил
среди мертвых! Оставь меня в покое, женщина! Ты никогда не могла возвыситься до
понимания моих целей!
Нет, она его понимала, понимала долгие годы. Она готовила мясо - цыпленка
или тощего ягненка, пойманного в топях, - и кормила боевиков Иргуна и Хагана,
никогда не оспаривая целесообразности смертельной борьбы. Борьба велась за
надежду, за простую надежду, которая всегда предшествует воплощению мечты. Земля
принадлежала им - по праву справедливости, исконному, библейскому праву, и
просто логически! Они боролись, и они победили! Две тысячи лет они были изгоями
- презираемыми, ненавидимыми, высмеиваемыми, сынов и дочерей колена Израилева
сжигали в печах и травили газами, но они все-таки выжили. И теперь племена эти
сильны! Теперь они победители, а не побежденные!
- За это мы боролись! За это мы молились! Чего же ты хочешь, почему в
твоих глазах осуждение? - выкрикивал Хаим Абрахамс, прижимаясь лбом к лицу
мертвой жены.
Hitaodut"Самоубийство (ивр.)" является одним из тягчайших преступлений
против установленных Талмудом законов. Лишение себя жизни противоречит воле
Всемогущего Господа, сотворившего человека по своему подобию. Совершивший
hitabdut не может быть похоронен на еврейском кладбище. Так будет теперь и с
женой Хаима Абрахамса, самого правоверного еврея из всех евреев.
- Я должен сделать это! - выкрикнул он, возводя очи горе. - Ради общего
блага, неужели ты не понимаешь?
Прюдомм налил себе чашку кофе и снова уселся в кресло. Валери села
напротив него, а Конверс, поглядывая на человека из Сюрте, остался стоять у
окна.
- Мне сейчас не приходят в голову никакие вопросы, - сказал француз, глядя
встревоженным взглядом поверх чашки с кофе, которую он держал в руке. Морщины на
его лице проступили ещё сильнее. - Хотя очень может быть, что я все ещё пребываю
в состоянии столь глубокого шока, что вообще не могу нормально думать.
Опровергать что-либо из этого бессмысленно - все это очень даже вероятно. Мир
запуган, он просто вопиет о стабильности, люди ищут места, где можно было бы
спрятаться от всего - от небес, от улиц, от себе подобных... Я верю, пришло время,
когда мир согласится на любую откровенную, абсолютную силу, и плевать всем на
то, во что это обойдется.
- Рабочее слово в данном случае "абсолютная", - сказал Джоэл. - Абсолютная
власть и абсолютный контроль. Конфедерация милитаристских правительств,
поддерживающих друг друга и изменяющих законы во имя стабильности. А в
результате несогласные будут объявлены людьми с нарушенной психикой и
ликвидированы. А если несогласных станет слишком много, то снова начнется хаос,
значит, "Аквитания" опять в выигрыше.
Все, что им требуется сейчас, - волна террора, цунами убийств и всеобщего
хаоса. "Ключевые фигуры", "аккумуляция", "резкое ускорение" - вот слова, которые
они употребляют. В полудюжине столиц будут уничтожены авторитетные и влиятельные
политические деятели, их место займут генералы со своими командирами. Таков их
сценарий, если судить по их собственным словам.
- В том-то и проблема, мсье. Все это - только слова, вы можете повторить
их очень немногим людям, но и они, весьма вероятно, окажутся не теми, за кого вы
их принимаете. И хуже того - вы можете сократить этот "отсчет времени", как вы
его называете, можете сами спустить курок, подать сигнал к началу резни.
- Отсчет времени и без нас подходит к концу, не заблуждайтесь на этот
счет, - заметил Конверс. - И все-таки способ есть. Хотя, вы правы, слова
"аккумуляция" и "резкое ускорение" можно понять и в ином смысле: аккумулирующие
слова, ускоряющие слова. Но я все ещё не могу выступить в открытую, пока не
могу. Ни один суд, ни одно правительственное учреждение или позиция не могут
помешать им убить меня, а когда я буду мертв, все мои предостережения назовут
бредом сумасшедшего. Поймите, я совсем не спешу расстаться с жизнью, но сама по
себе моя жизнь - дело второстепенное. Важно другое: умри я - и исчезнет
возможность установить истину, потому что только я один разговаривал с четырьмя
цезарями Делавейна, а может быть, и с пятью, считая англичанина.
- А все эти заявления, эти юридически оформленные показания, о которых вы
говорите, они могут изменить положение?
- Если правильно повернуть дело, могут.
- Почему?
- Потому что реальный мир, тот сложный мир, в который нам нужно как можно
быстрее проникнуть, он существует, и в нем есть люди, которым можно доверять и
которые способны предпринять действенные меры. Именно это я и пытался сделать
пару недель назад, но выбрал неправильный путь. Я хотел перепоручить все
человеку, которого я знаю, Натану Саймону - лучшему из известных мне адвокатов.
Тогда я даже не подозревал, что тем самым лишь связываю ему руки, а возможно, и
обрекаю на смерть. - Джоэл отошел от окна и сразу стал похож на адвоката,
выступающего в суде. - К кому бы он мог обратиться без меня, что бы он смог
доказать, опираясь только на слова "психопатического убийцы"? Но стоило бы мне
объявиться, чего бы он наверняка потребовал, мы оба были бы мертвы. Но тут Вэл
рассказала мне, что с ней пытался связаться по телефону какой-то человек в НьюЙорке,
а потом кто-то преследовал её в Лас-Вегасе, и тогда я пришел к
правильному выводу: это были те, кто выслали меня вперед. Теперь они пытаются
установить со мной связь. Потому что люди, которые стремятся нас убить,
пользуются иными методами - они не раскрывают себя.
Потом Валери описала мне свою встречу с Сэмом Эбботом, сказала, что он
упомянул имя некоего Меткалфа, которому он полностью доверяет. И наконец, в
Париже обнаружились вы. И то, что вы говорили, что вы сделали, как вы предложили
помощь, воспользовавшись тем же паролем, который назвал мне Рене Маттильон, -
"семья Татьяны", - все говорило о вашей надежности. Ведь Татьяна - это имя или
код, как я понимаю, означающий доверие даже среди самых настоящих акул.
- Именно так, мсье.
- Но я понял это, только сопоставив одно с другим. Если бы я смог каким-то
образом установить связь со всеми вами, тогда появился бы выход. Правда такова:
некоторые из вас знают все, другие, подобно вам, - только фрагменты, тем не
менее все понимают масштаб грозящей опасности, понимают, что могут сделать
генералы и их "Аквитания", вернее, что они уже делают. Понимаете даже вы, мсье
Прюдомм. О чем вы говорили? Вы говорили, что Интерпол скомпрометирован, что
полицией манипулируют, что Сюрте коррумпирована, что все официальные сообщения -
ложь. Добавьте к этому Анштетта в Нью-Йорке, Перегрина, командующего силами
НАТО, Маттильона, Биля, Сэма Эббота... Коннел Фитцпатрик пока под вопросом - и Бог
знает сколько других. Все они мертвы. Генералы уже на марше, они уже убивают!..
Если вы все согласитесь написать официальные заявления, а мне удастся передать
их Натану Саймону, он будет вооружен.
Я наплел Стоуну в Нью-Йорке всякой юридической чепухи, но он сыграет свою
роль и заставит остальных присоединиться ко мне - у него нет иного выхода.
Главное теперь - передать материалы Саймону. Как только у него окажутся
письменные показания, сделанные под присягой ответственными людьми, это уже
будет самое настоящее дело. Поверьте мне, с этими материалами он будет
обращаться как с планами нейтронной бомбы. Завтра же они будут у него в руках, и
он обратится с ними к нужным людям, вплоть до Овального кабинета Белого дома,
хотя, возможно, он сочтет это излишним. - Джоэл сделал паузу, пристально
посмотрел на человека из Сюрте и кивком указал ему на свои собственные
показания, лежащие на столике подле француза. - Я подготовил все для отправки их
в Нью-Йорк самолетом завтра утром. Теперь очередь за вами.
- Разумеется, я все напишу, мсье. Но можно ли полагаться на вашего
курьера?
- Мир может разлететься на части, а эта женщина будет сидеть в своем доме
в горах и не заметит этого. Или просто не заинтересуется данным фактом. Как у
вас с английским?
- Довольно сносно, я полагаю. Мы ведь разговариваем уже несколько часов.
- Я имею в виду ваш письменный английский. Было бы хорошо, если бы вы все
написали этой ночью.
- По-английски я, возможно, пишу не лучше, чем вы по-французски.
- Пишите по-английски, - посоветовала Валери. - Я подправлю. А если вы в
чем-то не уверены, ecrivez en francais"Пишите по-французски (фр.)".
- Мерси. Итак, в моем распоряжении ночь?
- Стенографистка придет утром, - пояснил Конверс. - Она перепечатает
текст. Завтра же, после полудня, она вылетает из Женевы в Нью-Йорк.
- И она согласилась?
- Она согласилась принять крупную сумму в фонд охраны природы, эта
деятельность составляет смысл её жизни.
- Очень удобная позиция.
- Но это ещё не все, - сказал Конверс, присаживаясь на подлокотник кресла
Валери и наклоняясь к французу. - Теперь вы знаете правду, и я могу сказать вам,
что, кроме срочной отправки материалов Саймону, мне предстоит сделать ещё коечто.
У меня сейчас на руках крупная сумма денег, банкир на острове Миконос
подтвердит, что я могу получить ещё больше, - вы уже читали об этом. Будь у меня
время, я бы сам нашел нужных людей и все подготовил, но времени у нас нет.
Поэтому требуется ваша помощь, все связи, которые у вас есть.
- Для чего, мсье?
- Для сбора последних доказательств. Мне нужны свидетельства противной
стороны. Я хочу организовать похищение троих людей.
Глава 37
"Я, Питер Чарльз Стоун, пятидесяти восьми лет, проживающий в Вашингтоне,
округ Колумбия, проработал двадцать девять лет в ЦРУ, за время своей службы
занимал должности начальников отделений в различных странах Европы, а также был
вторым заместителем начальника отдела тайных операций в Лэнгли, штат Вирджиния.
Мой послужной список хранится в архивах ЦРУ и может быть затребован для
ознакомления с соблюдением принятой процедуры. После ухода из ЦРУ я работаю в
качестве консультанта и аналитика на многие разведывательные службы, о чем также
можно навести справки по соответствующим каналам.
15 марта прошлого года со мной вступил в контакт капитан армии США Ховард
Пакард, который попросил разрешения прийти ко мне на квартиру для обсуждения
весьма конфиденциального вопроса. Прибыв ко мне, он отрекомендовался
представителем небольшой группы сотрудников военного министерства и
государственного департамента, число которых и имена он мне не называл. Далее он
заявил, что они нуждаются в профессиональной консультативной помощи опытного
офицера разведки, который в настоящий момент не связан по службе с её органами.
Он сказал, что располагает определенными средствами для оплаты моих услуг, если
меня заинтересует их предложение. Следует при этом отметить, что капитан Пакард
и его компаньоны провели тщательное, если не сказать - полное, исследование
моего прошлого и отлично знали о моем пристрастии к алкоголю и прочем..."
"Я, Ховард Н.М.И. Пакард, капитан армии США, номерной знак 507538,
тридцати одного года, в настоящее время проживаю на Оксон-Хилл, Мэриленд,
прикомандирован к 26-му отделу управления технологического контроля Пентагона,
Арлингтон, штат Вирджиния. В декабре прошлого года Э. Престон Холлидей, адвокат
из Сан-Франциско, с которым у меня установились дружественные связи в связи с
тем, что в наш отдел поступало множество заявлений от имени его клиентов (все
блестяще составлены и абсолютно законны), пригласил меня на обед в небольшой
ресторан в Клинтоне, примерно в десяти милях от моего дома. Он извинился за то,
что не пригласил мою жену, объяснив это тем, что не хочет её волновать, ибо то,
что он намерен мне сообщить, взволнует и меня, но в данном случае это относится
к моим служебным обязанностям. Он добавил также, что наша встреча никак не может
считаться нарушением служебной этики, поскольку у него нет сейчас никаких дел с
нашим отделом, за исключением одного, которое должно быть подвергнуто проверке и
прекращено..."
"Я, Уильям Майкл Лэндис, лейтенант военно-морского флота США, холост,
двадцати восьми лет; в настоящее время проживаю по адресу: Сомерсет-Гарден,
Вена, штат Вирджи-ния, являюсь программистом военно-морского министерства в
управлении военно-морских сил, располагающемся в Пентагоне, Арлингтон, штат
Вирджиния. Хотя у меня и нет соответствующего звания (оно должно быть присвоено
мне в ближайшие два месяца), фактически я возглавляю большую часть работ по
составлению программ по связи Пентагон - министерство морского флота, поскольку
защитил докторскую диссертацию по компьютерной технике в Мичиганском
университете, инженерный факультет..."
- Наверное, я говорю здесь что-то не то, сэр.
- Кройте дальше, молодой человек.
"...Я заявляю об этом потому, что, имея в своем распоряжении сложнейшее
оборудование, а также доступ к определенным кодам, могу работать со множеством
компьютеров, позволяющих преобразовывать, или, если угодно, дешифровывать,
записи совершенно секретной информации.
В феврале этого года капитан Ховард Пакард и три других человека - двое из
управления по контролю за вооружениями государственного департамента и третий -
офицер морской пехоты, которого я знал по отделу десантных операций в управлении
снабжения флота, - пришли ко мне в воскресенье утром. Они выразили
обеспокоенность по поводу целой серии операций, связанных с поставками
вооружения и секретной технологии, которые, по их мнению, проводятся в обход
госдепартамента и военного министерства. Они дали мне данные относительно девяти
подобных сделок, предупредив о необходимости соблюдать при расследовании полную
секретность.
На следующий день, использовав известную мне систему кодов, я ввел эти
данные в компьютер. Первоначальные сведения получили подтверждение: цифры
никогда не изменяются, чтобы избежать возможного дублирования, однако в каждом
случае, после получения подтверждения, информация с пленки стиралась. Шесть из
этих девяти случаев были прослежены вплоть до их первоначального источника,
которым явилась фирма "Пало-Альто интернэшнл", принадлежащая отставному генералу
армии по фамилии Делавейн..."
- С этого началось мое сотрудничество, сэр.
- А кто эти трое, лейтенант?
- Не стоит называть их имена, сэр. Это навредит их семьям, и только.
- Как прикажете вас понимать?
- Они мертвы. Эти офицеры вернулись в свои подразделения и начали задавать
вопросы, что и стало причиной их смерти, сэр. Двое погибли, якобы столкнувшись с
грузовиками на проселочных дорогах, по которым они никогда домой не ездили, а
третий был застрелен психически ненормальным снайпером, когда занимался бегом в
Рок-Крик-парке. Там бегают сотни людей, но почему-то тот снайпер выбрал именно
его.
"...Будучи армейским капитаном и имея допуск ко всем секретным материалам, я
смог обеспечить полную стерильность своего телефона (то есть установить такой
телефон, который регулярно проверялся на подключение подслушивающих устройств и
возможностей подключения к нему другого телефона), поэтому мистер Холлидей имел
возможность связываться со мной в любое время дня и ночи, не опасаясь, что наш
разговор подслушивают. Совместно с мистером Стоуном и лейтенантом Лэндисом мы
собрали секретные досье на хорошо известных лиц, упоминание о которых Холлидей
обнаружил в бумагах Делавейна. Особенно это касалось генералов Бертольдье,
Ляйфхельма, Абрахамса и ван Хедмера. Используя денежные средства,
предоставленные в наше распоряжение доктором Эдвардом Билем, мы прибегли к
услугам частных фирм в Париже, Бонне, Тель-Авиве и Йоханнесбурге, чтобы
пополнить наши досье данными о нынешней деятельности интересующих нас лиц.
К настоящему времени нами обнаружено девяносто семь случаев уничтожения
компьютерных материалов, напрямую относящихся к экспортным лицензиям и военным
поставкам на сумму 45 миллионов долларов. Значительная часть этих поставок
проходит через "Пало-Альто интернэшнл", и без дополнительных данных проследить
их дальнейшее движение не представляется возможным. Их перемещение напоминает то
появляющиеся, то исчезающие на экранах радаров блики, по которым..."
"Долгие годы работы в ЦРУ научили меня тому, что чем сложнее схема, чем
выше количественные данные, тем большая активность проявляется в каком-то
секторе. Ничего оригинального в подобном умозаключении нет, но его зачастую
упускают из виду. Поскольку именно Вашингтон имеет доступ к незаконному экспорту
военных материалов на многие миллионы долларов, нетрудно предположить, что
именно там находятся десятки осведомителей Делавейна, работающих на него как
сознательно, так и неосознанно, как убежденные его сторонники, так и
подкупленные или запуганные лица, которые имеют отношение к делам "Пало-Альто
интернэшнл". Не вдаваясь в подробности, капитан Пакард подтвердил это, рассказав
об инцидентах, стоивших жизни трем офицерам, которые попытались проследить
количество пропусков в компьютерных данных. Это означает, что мы имеем дело не
просто с идеологическими экстремистами, но с фанатиками и убийцами. Отсюда мной
был сделан вывод - и я принимаю на себя полную ответственность за последствия, -
что большего и скорейшего успеха можно добиться, направив человека на периферию
деятельности Делавейна и снабдив его информацией, достаточной, чтобы найти связь
с "Пало-Альто интернэшнл". Учитывая характер груза, именно так легче всего
выявить незаконного получателя. Совершенно очевидно, что исходной точкой для
расследования послужили имена, обнаруженные в записях Делавейна. Однако, не имея
кандидата достаточно опытного для выполнения такого задания..."
"Примерно 10 июля мистер Холлидей позвонил мне по стерильному телефону,
который я установил специально для переговоров с ним, и сообщил, что нашел
подходящего кандидата на выполнение предложенного мистером Стоуном задания. Это
адвокат, юрист, специалист по международному частному праву, человек, которого
он знал много лет назад. который был в плену в Северном Вьетнаме и который, судя
по всему, имеет все основания ненавидеть людей, подобных генералу Делавейну. Его
имя Джоэл Конверс..."
"Я, Алан Брюс Меткалф, сорока восьми лет, полковник военно-воздушных сил
США, в настоящее время состою в должности начальника разведки военно-воздушной
базы Неллис, округ Кларк, штат Невада. Тридцать шесть часов назад, то есть 25
августа, примерно в 16.00, мне позвонил бригадный генерал Сэмюэл Эббот, командир
авиабазы Неллис. Генерал сказал, что нам нужно срочно встретиться,
предпочтительно за пределами базы. У него есть новая, и совершенно неожиданная,
информация относительно недавнего убийства главнокомандующего вооруженными
силами НАТО и американского посла в Бонне, ФРГ. Он настаивал, чтобы оба мы были
в штатском, и в качестве места нашей встречи пр
...Поділитися у соцмережах
