Жанр: Электронное издание
dogwork
... желала
отходить от машин, вражьи пахнущих нехорошими людьми. Нина вернулась, встала
перед "уазиком" и потерянно развела
руками - вот мол, все выполнила, как вы сказали.
- Молодец, женщина, - Турды вышел из "уазика" и подал остальным знак, чтобы
присоединялись. - Ух ты, красавица моя! -
не удержавшись, он стремительно облапал женщину, на миг крепко прижал к себе и,
ощутив напряженную неподатливость
сладко пахнущей младой плоти, сладострастно процедил сквозь зубы:
- Ух-х-х, я тебе устрою... Чох яхши, Ниночка! Ягодка! Чох яхши... Чего
уставились? Сначала работать, потом всякие другие
дела. Пошли в дом, - последнее было адресовано соратникам, которые восприняли
поведение хозяина как приглашение
порезвиться: сгрудились, принялись оживленно переговариваться, хищно раздувая
ноздри и насилуя взглядами молодую
женщину.
Посадив Нину, Ефима и Дениса под охраной Дили и Аскера в "детской", Турды
распределил задачи: Абаю с Акяном
притащить припасы, привезенные Ефимом, Сливе и Перу - загнать машины под навес,
подпереть дверь сарая, где собаки
сидят, заколотить ставни гвоздями и принести досок, чтобы на ночь забить дверь.
А сам с Малым заперся в комнате Толхаева и
приступил к беседе. Не сочтя полезным утруждать себя какими-то новшествами, вор
избрал в отношении внезапно
"воскресшего" мецената старую проверенную тактику допроса:
- Тебе, я так понял, смерть не страшна. Ты уже два раза умирал. Но тут у
тебя есть люди: Ефим, Нинка и мальчишка...
- Т-ты кто, ог...ог-грызок? - выдавил Толхаев, неприязненно глядя на
невесть откуда обрушившегося гостя. - От-ткуда?
- Я ваш новый вор, - широко улыбнувшись, сообщил Турды. - Меня Ефим привез
- ехал мимо и прихватил. Я вообще-то по
делу зашел, не просто чай-май гонять. Приехал разбираться по всем вашим делам. И
очень рад, что ты оказался живой. Сейчас
ты мне все расскажешь, и я уеду. Никого обижать не буду. Но - откровенно. Если
будешь врать...
- П-п-пшел вон! - выдохнул больной, гневно сверкнув глазами. - Ефим, ппадла!
Т-т-ты, чмо...
- Я тебе буду задавать вопросы, а ты отвечай мне правду, - посоветовал
Турды, проигнорировав последнее замечание
Толхаева. - Только не ври - я сразу пойму. Если мне твои ответы не понравятся, я
убью Ефима. Если мне не понравятся твои
ответы второй раз, мы вот тут, у тебя, в комнате расстелим Нинку и будем жарить
ее во все дыры. А пацана ее посадим к тебе
на кровать, чтобы видел. Если мне не понравятся твои ответы третий раз, мы Нинку
убьем, а ее пацана будем пялить в задницу
- она у него как раз такая маленькая, нежная - как персик. Ты меня хорошо понял?
Толхаев примолк, на полминуты застопорил взгляд на лице Турды, пытаясь
понять, насколько серьезны обещания этого
нежданного агрессора. Так ничего и не решив, больной тяжело вздохнул и сдал
первую позицию:
- Ч-ч-что хотел?
- Вот - другое дело, - одобрительно буркнул Турды и велел Малому:
- Выгляни, пусть Диля притащит сюда этого Ефима.
Ефима доставили. Турды сделал Диле знак - тот понятливо кивнул, поставил
пленника на колени в угол, приставил к голове
пистолет, взвел курок и выжидательно обернулся к хозяину.
- Смотри туда, - посоветовал вор Толхаеву. - Я люблю шутить, но, когда дела
делаю, я очень серьезный. И все, кто со мной
работает, знают - мое слово как железо. Я тебе сказал: соврешь раз - Ефим.
Соврешь два - Нинка. Соврешь три - пацан. Если
правду расскажешь - всех отпускаю и уезжаю отсюда. Все от тебя зависит. Ты меня
понял?
Толхаев, неотрывно глядя на пистолет, приставленный к голове своего
управделами, громко сглотнул и внятно сказал:
- Да.
- Молодец, - похвалил Турды. - Начнем... Допрос Толхаева занял гораздо
больше времени, чем предварительная беседа с
Ефимом. От волнения больной стал разговаривать еще хуже, и Турды пришлось на
ходу изобретать систему общения по
принципу: вопрос - однозначный ответ типа "да" - "нет". Тем не менее результат
стоил затраченных усилий. Если после
общения с Ефимом вор светился как лампочка, то сейчас он иллюминировал наподобие
рождественской елки.
- Ай да я - какой молодец! - светло глядя в будущее, пробормотал Турды. -
Значит, зря Рому замучил .. А когда, говоришь,
этот твой Пес должен сюда подскочить?
Толхаев устало пожал плечами и взглядом показал в угол, где по-прежнему
стоял на коленях потенциальная жертва вранья
номер раз - Ефим.
- А, да - я же обещал, - спохватился Турды. - Ефим, можешь отдыхать. Диля,
притащи сюда пацана.
Диля вышел и притащил Дениса, который странно зевал, тер глаза и пытался
примоститься спать на плече моджахеда.
Оказалось, что среди привезенных Ефимом припасов нашлись несколько бутылок
хорошего ликера, который тут же принялись
пробовать недисциплинированные Слива и Перо. Эти недруги, несмотря на вялые
протесты Нины, угостили сладким пойлом и
мальчишку, мотивировав свой поступок тем, что ребенку в такой стрессовой
ситуации нужно крепко расслабиться и уснуть.
- Г-г-гады! - ненавидяще глядя на Турды, выдавил Толхаев, поняв, что
ребенок крепко пьян. - Ч-ч-что тт-твори-те, а?
- Ничего, ему это не повредит, - отмахнулся вор, наблюдая, как Диля
укладывает Дениса на постель возле больного. - И
нервничать не будет, когда мамка завизжит.
- Почему мамка должна визжать? - тревожным эхом отозвался из угла Ефим. -
Ты обещал... ты же обещал!
- Потому что мы сейчас отдыхать будем, - похабно подмигнул Турды, выходя из
комнаты. - Малой - сторожи, мы потом тебя
сменим. Диля, пошли, мужики уже заждались...
Вскоре за тонкой перегородкой послышались характерные звуки, предшествующие
длительной ночной гулянке: звон
бутылок, оживленный гомон и контрастом выделявшийся на фоне мужского бубнения
возражающий голос Нины.
- Т-ты виноват, - глядя в потолок, обронил Толхаев. - Все из-за тебя. Гад.
- Я не хотел! - плаксиво пискнул в углу Ефим. - Они меня поймали! Они...
Они меня пытали!
- Не надо! - звонко крикнула за перегородкой женщина. - Пустите! - затем
послышался звук пощечины и угрожающие
ругательства.
- Помогите! - заголосила Нина. - Господи, да что ж вы делаете! Пусти... -
крик оборвался - видимо, кто-то зажал женщине
рот.
- Да держи ты! Ногу держи! - прорезался на фоне нехорошей возни нервный
голос Турды. - Вот так, нормально... Ар-р-р...
Ох! Ох, хорошо! Ох, сладкая! Держи, держи - нормально... Ах! Ах! Ах... Ар-р-р...
- Па-а-адла! - вынес вердикт Толхаев, скосив взгляд на Ефима. - Чтоб ты...
с-сдох, па-а-адла...
- Я не хотел! - отчаянно пискнул Ефим. - Я...
- Рот закрой! - лениво прикрикнул Малой, с любопытством прислушиваясь к
шуму за перегородкой. - Слушать не мешай,
тварь...
Пьяное веселье в большой комнате, начавшееся в девятом часу вечера,
продолжалось глубоко за полночь. Звенела посуда,
гомонили на своем моджахеды, славяне пели блатные песни про тюремную романтику и
объяснялись вору в
интернациональной любви. Иногда вскрикивала охрипшим от напряжения голосом Нина
- ближе к ночи ее беспокоили все
реже.
Ефим тихо скулил в углу - терзался. Толхаев отрешенно смотрел в потолок и
всех подряд ненавидел. Рассуждал так:
подавляющее большинство мужиков - недоразвитые дети, на вид вроде бы во всех
отношениях нормальные. Сам идиот - зачем
Ефима отправлял? Ефим идиот дважды: врагов привез в усадьбу. А вас где носит,
славные вояки - Соловей и Масло?
Поохотиться захотелось? Порезвиться малость, ноги размять? Ну-ну... А тут
басурмане девчонку вашу на части рвут.
Охотнички, мать вашу! Не выдержал: тихо заплакал от бессильной злобы, капая
слезой на подушку...
Малого так и не сменили: Слива принес бутылку текилы, палку сервелата, хлеб
и сообщил, что вор велел оставаться здесь.
Маленький мытарь безропотно пожал плечами, выдул полбутылки, умял полпалки,
одолел полбулки и, покосившись на
"зачморенного" Ефима, поставил на прикроватную тумбочку Толхаева то, что
осталось.
- Кишкуй, братуха. В мире много зла и несправедливости. На все сердца не
хватит. А надо о себе подумать...
В ответ с кровати больного плеснуло такой ненавистью, что Малой, хоть и
выпил двести пятьдесят грамм кактусовой
настойки, непроизвольно отшатнулся - не по себе стало.
- Ну, как знаешь... - обескураженно пробормотал он после некоторой паузы,
пристраиваясь дремать на коврике у двери. - Это
не я так все устроил - оно так от начала времен...
Часам к трем все упились до нормы, связали Нину, чтобы не удрала, и
завалились спать вповалку. А немногим позже
случилось происшествие. Ефим, оказывается, не просто терзался в углу. Под утро
он перетер каким-то образом капроновую
веревку, крадучись выбрался из спальни, переступив через лежавшего у двери
Малого, и, оказавшись в большой комнате,
зачем-то напал на спящего Дилю, предварительно вооружившись торчавшим в столе
кинжалом.
Результат нападения был весьма плачевным. Моджахед успел проснуться до
того, как управделами приблизился к нему на
расстояние метра - Ефим лишь слегка оцарапал подставленную под удар руку и в
течение последующей минуты был
профессионально забит насмерть озверевшим со сна Дилей и подоспевшим ему на
помощь Аскером.
- Думал - просто жирная свинья, - вынужден был признать Турды, отправляя
Сливу и Перо закапывать труп Ефима. - А он
умер как солдат. С оружием в руках... Молодец, настоящий мужик. Только зачем?
Посидел бы спокойно ночь - жил бы себе
дальше...
Утро было безрадостным для всех без исключения живых особей, находившихся в
усадьбе, несмотря на обильное солнце и
ярко-синее небо, лживо обещавшее жителям Земли уют и благоденствие. Захватчики
страдали похмельем, пленники по
понятным причинам радоваться не могли, собаки не желали находиться в сарае и
требовательно заявляли об этом.
- Иди, воду погрей, помойся, - распорядился Турды, опохмелившись и вновь
рассмотрев в истерзанной за ночь Нине
привлекательную юную женщину. - Только быстро и без глупостей - пацан твой у
нас, если что. Да не смотри ты волком:
ничего страшного не случилось, красавица! Жизнь продолжается. Мы уйдем, через
неделю ты про все забудешь. Ничего тебе
такого не сделали. Подумаешь - помяли немного. Давай, Аскер, развяжи ее...
До девяти часов захватчики успели сделать все что планировали: по разу
пропустили по кругу Нину, плотно пожрали, как
следует вмазали и уселись ждать охотников.
Где-то в половине десятого в усадьбу ворвался джип, жизнерадостно галдя
переливчатым клаксоном и взрыкивая на
бугорках от избытка мощности. Охотнички, оживленно галдя, вывалились наружу:
несмотря на бессонную ночь, физиономии
их лучились первобытным восторгом кроманьонцев, только что забивших здоровенного
мамонта.
Нина с Денисом сидели на крылечке. На шеях у обоих были затянуты капроновые
петли, обратные концы которых убегали в
приоткрытую дверь. Соловей, расплывшись в улыбке, сделал шаг по направлению к
крыльцу и замер, мгновенно изменившись
в лице. Собаки тревожно лаяли где-то взаперти, жена с сыном не бежали навстречу,
Ефим не встречал...
- Баба и пацан у нас на прицеле! Бросай оружие! - скомандовал из-за укрытия
Турды.
Бывалый Василий бережно положил оружие перед собой, отступил на шаг и
поднял руки. Соловей и подоспевший Масло
замешкались: возникло на миг необоримое желание кувыркнуться за джип и влупить
из двух стволов на голос. Капроновые
веревки натянулись, Нина закашлялась, прижимая к себе Дениса и обреченно глядя
на мужа.
- Как глупо! - досадливо пробормотал Соловей, бросая карабин на землю и
пристально всматриваясь в лицо жены. - Это
что... Что они с тобой...
- А теперь все отошли на три шага, повернулись спиной и легли! - не дал
развить тему Турды. - Быстро, а то замочу всех!
Через пять минут с пленниками поступили точно так же, как накануне с
бедолагой Ефимом: разули, завязали глаза, срезали
пуговицы на штанах и располовинили резинки трусов. Затем связали руки и заперли
в бревенчатой бане.
- Слышь, старшой, - негромко обратился к Турды Соловей, припав к крохотному
рубленому оконцу в две ладони. - Я не
вижу. что там с моей женой... Но чую - что-то неладно. Я хочу тебя предупредить.
То, что вы все очень скоро умрете, это коню
понятно. Я не о том. Ты, лично ты, будешь умирать очень скверно. В страшных
мучениях. Я тебя зубами загрызу. А не я, так
мои братья загрызут. Я позабочусь об этом.
- Я таких угроз наслушался, парень, - насмешливо бросил Турды, жестом
остановив рванувшегося было к бане Дилю. - И как
видишь, до сих пор еще жив и здоров. Грызли меня всякие - зубы поломали... А вы
нам не нужны - мы этого вашего Пса хотим
и его бабу. Так что сидите спокойно, и будете жить...
- Окно забить - предложил понятливый Слива. - А то ненароком засекут, когда
этот Пес приедет, и бакланить начнут.
- Забей, - безразлично махнул рукой Турды и обратился к Диле:
- Ну что - будем ждать Пса. Когда он приедет - хрен его знает, но он нам
нужен позарез. Мы сейчас с русаками покатимся в
город - дела там у меня. А вы тут охраняйте - Нинку держать в доме, на улицу не
пускать. У дороги со стороны города
выставить пост наблюдения. Давай...
- Посадка?
- Норма. Сидит как влитой. Как кусок пластмассы.
- Адаптация к резким перепадам скоростного режима?
- Пойдет. Скорость хорошо чувствует, моментально примеряет к координатам
цели. Нет, конечно, когда с боеприпасами
будем работать, там посмотрим... Но пока - очень даже ничего. Надо будет потом
на конечной модели прокатиться пару раз -
чтобы привык.
- Согласованность по времени?
- Норма.
- Что значит - норма? Все у тебя "норма" да "норма"! Не запаздывает? Не
срывает раньше положенного?
- Да нет - все синхронно. Еще пару дней работы, и будем думать
одновременно.
- Ну-ну... А реакция на отвлекающие факторы?
- Реакция? Гм... Нет, практически отсутствует. Стойкий оловянный солдатик.
- "Практически"! Ты чего сегодня такой ласковый? Ухо трепал? Щекотал? В
задницу пинал?
- Да все делал, шеф! Ну, в самом деле - чего ты прицепился? Я отвечаю - все
в норме.
- В норме, говоришь... Короче, я так понял - он тебе нравится.
- Ну как тебе сказать... Он же не баба, чтобы мне нравиться. Но материал -
высший сорт. Очень даже, я тебе скажу, ничего.
Пойдет, одним словом.
Март хмыкнул и изучающе уставился на Рекса. Директор пытался понять,
объективен "икс" № 2 - его правая рука, или
добросовестно заблуждается, подпав под незаурядное обаяние Умника. Где-то в
глубине звериной интуиции Директора
шевельнулась тонкая иголочка недоверия: а правильно ли это? Почему Умник всем
нравится? Не совершают ли все они
страшную ошибку, поддавшись какому-то необъяснимому порыву, тщательно
спланированному и умело подогнанному под
обстоятельства неким хитромудрым злодеем?
- Может, шлепнуть его, пока не поздно? - вслух усомнился Директор.
- Сомневаешься? - прищурился Рекс, поджигая от догоревшей до фильтра
сигареты новую - в отличие от шефа, "правая
рука" безобразно много курил. - Есть причины?
- Почему-то он, сволочь такая, всем нравится, - поделился Март. - Этакий
всеобщий любимец, мать ето ети. Мне, например,
он сразу понравился, хотя я "вел" его потом целых два месяца, пытаясь
разобраться, что к чему. Док от него млеет. Тебе, как ни
странно, он тоже нравится. Ну-ка, напомни мне, кто из курсантов за последние три
года получил от тебя по теории огневой
подготовки хоть что-то выше тройки? А к этому у тебя никаких претензий - Что
это?
- Мне на него наплевать, - возразил Рекс и для пущей убедительности сплюнул
на землю. - Но! Он хорошо решает огневые
задачи. Уж как я ни извращался, работает как компьютер. Прекрасно чувствует
партнера. Стреляет не хуже меня... Да нет - чего
уж там: лучше меня, гаденыш! Лучше как минимум на порядок. Обидно, досадно, но -
факт. Мастер он. Вот отсюда и любовь.
А Доку он нравится потому, что оба молодые, начитанные, приколистые, хлебом не
корми, дай похохмить да повеселиться. А
тебе он нравится... Нет, вообще - ты чего меня грузишь?! Это ты у нас
психоаналитик, ты и решай.
- Ладно, разберемся, - закрыл тему Март. - Смотри - тебе с ним работать...
Давай, хорош курить, пошли дальше. Прогоняем
все варианты, только уже с боеприпасами. Начинаем с четвертого...
Нет, в Умнике Март сомневался скорее по привычке, нежели в силу каких-то
объективных причин. Просто он давно уже не
проводил подготовку к акции в таких условиях: вне "Абордажного" универсального
полигона со всеми удобствами, надежной
охраной и достаточным количеством людей для наиболее реального воспроизведения
грядущей обстановки на месте событий.
Это обстоятельство порождало массу проблем, заставляло на ходу менять
отработанную годами методику тренировок и в целом
изрядно нервировало: Директор чувствовал себя весьма некомфортно. Отсюда и
чрезмерная настороженность в отношении к
новичку: почему-то этот подающий надежды "икс" в любой ситуации чувствовал себя
как дома. Коэффициент адаптивности:
три единицы...
- Готовы? Рекс, брось сигарету! Работаем в режиме реального времени.
Вперед! - Март включил секундомер, поставил в
блокноте птичку напротив номера варианта и положил палец на тумблер включения
мишенного двигателя.
"Мазда" с пробуксовкой рванула с места, сильно занося задницу, заложила по
наезженной за три дня дороге пару крутых
виражей и выскочила из балки, предсмертно взвыв на верхней точке подъема.
- Изнасилует машину - не на чем будет ездить, - ворчливо отметил Март,
присаживаясь на переднее сиденье "31" - го. По
условиям упражнения, Руль должен выложить кривую в три с небольшим километра, с
достаточной точностью
воспроизводящую конфигурацию маршрута, по которому будет перемещаться объект в
данном варианте. Можно несколько
минут посидеть в одиночестве и слегка расслабиться.
Сегодня Март собирался закруглиться с тренировками: четвертый день
барахтаются, все отработано до мелочей, и вообще, в
народе говорят: ученых учить - только портить. Да, вместо уютного полигона
пришлось довольствоваться загаженными
пустошами необъятной белогорской промзоны. Материальную базу создавали своими
руками из подручных средств за
рекордно короткие сроки и весьма приличные деньги: купили фанеру на ДСК,
приобрели двигатель, сварочный аппарат,
рельсы, вагонетку, наняли два грейдера и экскаватор. Подыскали балочку для
стрельбища - поглубже да подальше (а в нагрузку
она оказалась еще и самой захламленной - известное дело, где глубже, туда и
валят), спланировали дорогу, произвели разбивку
маршрутов по каждому варианту, стараясь точно следовать схемам Марта,
вычерченным в городе, на реальных маршрутах,
которыми имели обыкновение пользоваться "объекты". Проложили ненормативную
узкоколейку длиной в сто метров,
утопленную на метр в траншее, выпилили и сколотили макет автомобиля, посадили
его на вагонетку, нарезали ростовых
мишеней, воспроизвели участок шоссе - только без асфальта, убили грунтовку
грейдерами. Не хватало еще бригаду
асфальтоукладчиков нанимать! В общем, пришлось как следует потрудиться - и все в
угоду максимальной достоверности.
Последним штрихом в плане подготовки материального обеспечения для
предстоящей акции было приобретение почти
новой "ГАЗ-З!" черного цвета с тонированными стеклами - точно такой же, как и
машины, состоявшие на вооружении у банды
Турды. Правда, номера у нее были не московские, но это особой роли не играло:
Руль нашел в соседствующем с Белогорском
Коровьеве ("Волгу" приобретали там, дабы не мелькнуть ненароком на белогорском
криминализированном авторынке)
местечко, где за отдельную плату какой-то левый жестянщик соорудил два нужных
номера, не задавая лишних вопросов.
"Волга" и так была недурна - прежний хозяин холил ее и лелеял, а продал лишь
потому, что неожиданно "попал на деньги" -
как он выразился, и срочно должен был заплатить долг. Однако Руль отыскал в
Коровьеве самую убогую СТО где-то на выезде,
загнал туда покупку и за неполный световой день с помощью двух полупьяных
автомехаников отладил "ГАЗ-З!" под свои
мастерские запросы. Теперь "Волга" работала как часы, с места разгонялась до
сотни ненамного медленнее хорошо
отрегулированной "девятки" и легко преодолевала подъем, угол которого в
"газовском" каталоге даже и не упоминался.
- Ммм-да... Недолог же твой век, ласточка, - сожалеюще протянул Март,
ласково похлопав по обшивке сиденья. - Ты
умрешь молодой и красивой, так и не познав горечь увядания...
Директору было жаль "Волгу" - он вообще любил всякие железяки и всегда
страдал, когда после акции нужно было
избавляться от хорошего оружия и техники, в которые вкладывал часть своей души в
период подготовки. Носишься с этой
железякой, как с ребенком малым, настраиваешь ее, подгоняешь под себя, выводишь
до профессионального уровня, когда она
становится твоей частичкой, фрагментом твоего организма - и все для того лишь,
чтобы она прозвучала либо прокатилась один
разок. А потом под пресс, в воду, в огонь, либо бросить на месте происшествия,
чтобы криминалисты баловались в лаборатории
и, злорадствуя по поводу убогости материальной базы правоохранительных органов,
подспудно пели дифирамбы твоему
обезличенному мастерству: "...у нас в России настоящего киллера поймать
невозможно. Вот хотя бы на это взгляните - шедевр!
Куда там Западу..."
"Мазда" с экипажем свалилась в балку как привидение - бесшумно и мягко,
Директор даже вздрогнул от неожиданности. Не
Руль, а черт механический! Преодолев треть спуска на нейтрали, машина взяла
нужную скорость и равномерно покатилась по
импровизированной земельной автостраде, приближаясь к запараллеленной слева от
"обочины" узкоколейке.
- Вот вам объект, - Март щелкнул тумблером и с тревогой глянул на экран
миниатюрного радарного устройства,
разложенного на сиденье рядом с водителем. Наблюдателя, как это полагается при
нормальном раскладе, не выставляли -
некому было. Все заняты делом, это не "Абордажный" полигон, где можно выставить
по периметру с десяток надежных людей,
которые и мыши не дадут пробежать. А вон он, наблюдатель, болтается на шесте,
вбитом на кромке балки: датчик
обнаружения, сканирующий радиус около трех километров и передающий радиосигнал
на приемник. Сейчас он выдает на
экран две светящиеся точки: одна маленькая - статична, вторая побольше и
движется. И вроде бы ничего сторож, однако
полного комфорта не получается. Если вдруг появится на экране третья точка,
никто не сообщит по рации: "Это мимо, шеф, -
можно работать". Придется быстренько карабкаться по скату балки, чтобы
посмотреть: мимо ли.
"Мазда" догнала движущийся фанерный макет, окатила с левого борта свинцом
и, наддав, как на форсаже, вылетела по
противоположному скату прочь из балки. Директор выключил мишеиный двигатель,
щелкнул секундомером, записал цифры
напротив номера варианта и пошел к макету. По времени результат такой же, как и
при тренировках "насухую", без
боеприпасов. Длительность огневого контакта - три секунды. Это вполне приемлемо:
в принципе можно поставить на этом
варианте жирный крест, на скорую руку прогнать остальные, менее сложные, - и
отдыхать. Если бы работал постоянный состав,
Март не колеблясь так бы и сделал. Но тут вот есть Умник такой - новичок. А
потому команда будет тренироваться до седьмого
пота, пока несколько раз не отработает по каждому варианту.
- Норма! - крикнул от макета Рекс - пока Директор перемещался от "Волги" к
узкоколейке, "Мазда" вернулась в балку и
поспела к мишени раньше. - Нет, действительно норма - посмотри...
Март мелком отметил три пробоины в голове силуэта на фоне заднего "окна" -
работа Умника и заштриховал двенадцать
отверстий, веером рассыпанных по нижнему обрезу "дверей" и контуру "колес" -
дело рук Рекса. "Икс" № 2 явно
поскромничал, утверждая, что новичок его переплюнул: работать в водительское
окно через голову Руля и при этом
исхитриться не послать ни одной пули в салон - это вам не над бабкой
парализованной глумиться. Это особый класс.
- Вот что, Умник... Когда будешь повторять это упражнение, выпускай
полмагазина, - задумчиво полюбовавшись на работу
"иксов", распорядился Директор. - Первая очередь - по объекту, вторая - россыпью
понизу. Иначе любой баллистик сразу
вычислит, что никакая это не блатота обкумаренная, а целенаправленно работал
снайпер на фоне прикрытия из аналогичного
оружия.
- Вы сказали - работать только по объекту, - невозмутимо напомнил Умник,
сохраняя каменное выражение лица - после
выполнения упражнения прошло едва ли две минуты, а физиолептика практически
нулевая! - Если я дам вторую очередь, есть
риск поразить водилу и "телка" на переднем сиденье. А вы сами сказали: процент
поражения посторонних должен быть
минимальным.
- Не выкай, Умник, опять получишь в ухо, - недовольно дернул щекой Директор
и похлопал указкой по пробоинам Рекса:
- Тебя никто не просит мочить водилу и "телка", не умничай. Вот смотри: так
работать надо. А если и зацепишь кого по
ногам - ничего страшного. Они за это страховку получат. А мы получим более
достоверную картину. Вопросы?
- Попробуем, - скромно пообещал Умник, уважительно глядя на Рекса: в ходе
плановых занятий в "Абордаже" начальник
кафедры огневой подготовки никогда не демонстрировал свое искусство. - Я,
конечно, не волшебник, я еще учусь, но...
- Ну вот и ладушки, - Март потыкал указкой в сторону сиротливо ожидавших на
склоне балки ростовых мишеней. - Поехали
дальше: вариант номер один...
Следуя отработанной методике, Директор в ходе трехдневных практических
занятий выкроил время и для моральнопсихологической
подготовки. Возможно, это следовало обозвать идеологической
обработкой, но Март принципиально
исключал из своей системы координат все, что связано с идеологией, считая оную
дурным наследием старого режима.
- Я тебя за идиота не держу - боже упаси, - пояснил он Умнику, вывозя его
на экскурсию по местам боевой славы членов
Первого Альянса. - Но в течение часа попрошу помолчать и внимательно слушать.
Комментарии будут потом...
Саранов вполне оправдал надежды Директора и за несколько отведенных ему
часов состряпал целое досье на
вышепоименованных членов, вылив при этом на их светлые головы здоровенный ушат
слегка аргументированной грязи.
- Экспонат номер 1, - Март, сверясь с записями, притормозил у н
...Закладка в соц.сетях
