Жанр: Любовные романы
Красота - оружие
..., когда она вошла в офис любовника своей матери. — Наверное, я
ожидала увидеть красавца, мачо, сумевшего подчинить своей воле умную
женщину, какой была мама, но...
Предательские слезы все же прорвались, и Мюриэл смахнула их со щек тыльной
стороной ладони, но легче не стало. Она испугалась, что сейчас совсем
раскиснет, потеряет самоконтроль и предстанет перед Мэттом в далеко не
лучшем виде.
— Давай остановимся, — предложил он. — Съезжай на обочину.
Мюриэл послушно кивнула. Остановив машину, она выключила мотор, и в салоне
стало совсем тихо. Лишь дождь стучал по крыше, неутомимо и настойчиво.
Мэтт обнял Мюриэл за плечи. Он чувствовал, как она дрожит, и знал, что уже
никогда не позволит ей остаться одной, наедине с этими воспоминаниями, с
этой навсегда застрявшей в ней болью. Разделив с ним свое горе, отчаяние,
Мюриэл подсознательно искала в нем поддержку, опору в жестоком трагичном,
циничном и тем не менее прекрасном мире. Разлуки, лишения, потеря близких
неизбежны, и каждый раз, теряя дорогих людей, человек утрачивает надежду,
делает шаг навстречу мраку одиночества. Страшно, если одна надежда не
сменится другой, если никто не подаст руки и не поможет выйти из тьмы на
свет.
— Это все в прошлом, милая.
— Да, в прошлом. — Мюриэл всхлипнула, прижимаясь заплаканным лицом к его
груди. — Извини, я не хотела...
— Все в порядке. — Мэтт гладил ее по спине, как ребенка, нуждающегося в
ласке и заботе. — Все будет хорошо.
Она шмыгнула носом и подняла голову.
— Я, наверное, ужасно выгляжу, да?
Мэтт заглянул в ее блестящие от слез глаза, убрал за ухо выбившуюся прядь
волос и неожиданно рассмеялся.
— Черт возьми, женщины — странные существа.
— Что ты хочешь этим сказать? — обиженно спросила Мюриэл.
— Только то, что после слез ты стала еще обольстительнее.
Она укоризненно взглянула на него и отвернулась, чтобы посмотреться в
зеркало.
— В таком случае хочу сказать, что мужчины...
— Ну-ну, это интересно.
— ...мужчины — существа еще более странные. У вас на уме только секс.
Мэтт развел руками.
— Ты права. По крайней мере, в отношении меня. Я сейчас только и думаю, как
бы...
Мюриэл улыбнулась, и улыбка, как солнце, сделала ее лицо свежим, сияющим и
добрым.
— Спасибо, Мэтт. Знаешь, мне стало намного легче. Но нам надо спешить, иначе
придется провести еще одну ночь в каком-нибудь мотеле.
— Ничего не имею против.
— Не забывай, меня ждут. Стюарт и так волнуется, потому что не хотел
посылать меня в Амарилло. Он сойдет с ума от беспокойства, если я не вернусь
к вечеру.
— Тебе нужно позвонить ему, вот и все.
— Я так и сделаю. А теперь давай двигаться дальше. Дождь, похоже, зарядил
надолго.
— Хорошо.
Мэтт уселся поудобнее и вдруг нахмурился.
— В чем дело? — забеспокоилась Мюриэл.
— Сейчас посмотрим. — Он привстал, пошарил рукой по сиденью и наткнулся на
помятый шоколадный батончик. — Похоже, я его изрядно отутюжил. Извини, но
этим я с тобой поделиться не могу.
— Я так и знала, что этим все кончится.
Они дружно рассмеялись. Мюриэл поймала себя на том, что ей действительно
хорошо. Неужели для того, чтобы чувствовать себя счастливой — нет, быть
счастливой! — надо так мало?
Они проехали добрый десяток километров, когда Мэтт спросил:
— Ты не против поговорить?
— Не против. Даже наоборот.
— Расскажи, как вы жили потом, после...
— Ну, рассказывать особенно нечего. Стюарт стал работать в детективном
агентстве, которое открыл с помощью друга отца, Дуга Симпсона. Поначалу
занимался простыми делами, вроде обеспечения безопасности и наблюдения.
Потом, набравшись опыта, расширил сферу деятельности. Когда Чарли ушел в
армию, Стюарт начал брать меня с собой, потому что не хотел оставлять одну.
Иногда он давал мне какие-то мелкие поручения. — Она посмотрела на Мэтта и,
словно прочитав его мысли, кивнула. — Я знаю, о чем ты думаешь. Может быть,
работа в детективном агентстве действительно не самое подходящее занятие для
еще не окончившей школу девушки, но у брата не было других вариантов, а я...
мне это нравилось.
Мэтт не удержался от улыбки, ему бы это, наверное, тоже пришлось по вкусу.
— Вот, значит, как ты попала в этот бизнес.
Дождь уже лил как из ведра, и, хотя до вечера было еще далеко, стало почти
темно. Мюриэл включила фары.
— Да, так все началось. Постепенно я поняла, что мне действительно
доставляет удовольствие выслеживать преступников, помогать людям.
Разумеется, я была слишком молода, чтобы помогать Стюарту по-настоящему. Да
он и не подпускал меня к опасным делам. За пару лет Стюарту удалось накопить
денег на колледж, хотя он и не одобрял моего решения пойти по стопам отца.
Мэтт задумчиво кивнул.
— Его нетрудно понять. Ты была младшей сестренкой, и он хотел уберечь тебя
от неприятностей.
— Проблема в том, — со вздохом заметила Мюриэл, — что я так и осталась
младшей сестренкой. Чарли до сих пор называет меня
малышкой
. Быть женщиной
— большой недостаток. Все считают тебя хрупкой, слабой и ненадежной.
— Хрупкой и слабой? Вот уж не согласен. К тому же мне больше нравятся как
раз слабые и хрупкие.
— Значит, я не в твоем вкусе?
— Эй, не лови меня на слове!
Мюриэл выразительно фыркнула.
— Когда я поступила в полицию, никто не принимал меня всерьез: ни коллеги,
ни мужчины, с которыми я встречалась, не верили, что женщина способна
исполнять все обязанности полицейского. И оказались правы, — тихо добавила
она.
Мэтт ожидал продолжения, но, судя по затянувшемуся молчанию, Мюриэл не
готова была объяснить свои последние слова. Наконец она взглянула на него, и
Мэтта поразило выражение грусти и боли, застывшее на ее лице.
— Извини, я рассказала о себе слишком много невеселого. Кому хочется
выслушивать жалобы...
— Ничего подобного, — возразил Мэтт.
Теперь, узнав Мюриэл лучше, он видел в ней женщину, отстаивающую право быть
собой, стремящуюся к тому, чтобы ее принимали такой, какая она есть, и
уважали ее способности. И все же Мюриэл пока не поделилась с ним другими
своими тайнами.
— Я бы хотел знать все о тебе. Все, что касается тебя, Мюриэл Ломакс.
Она рассмеялась.
— После того, что я уже рассказала, осталось не так уж и много.
— И все-таки. — Мэтт не собирался отступать. — Например, как называют тебя
братья и друзья. По-моему, Мюриэл слишком длинное имя.
Похоже, она не ожидала, что его могут заинтересовать такие мелочи.
— Отец называл меня Эл. Не могу сказать, что мне это нравится, но ничего не
поделаешь.
— Эл, — произнес Мэтт. — Эл...
Он не знал, сможет ли привыкнуть к новому звучанию ее имени. Оно, это новое
звучание, не отражало, как ему казалось, мягкой, нежной стороны натуры
Мюриэл, но зато в нем присутствовали энергичность, легкость и какая-то
романтичность.
— Хм...
— Спасибо за комплимент, — съязвила она и, бросив взгляд на приборную доску,
нахмурилась. — Похоже, перегрев двигателя. Я не очень-то разбираюсь в
автомобилях, так что точнее сказать не могу.
Они проехали еще пару километров, но все же вынуждены были остановиться —
стрелка прибора переползла в красную зону. Мюриэл посмотрела в затянутое
тучами небо и раздраженно ударила по рулю.
— Черт побери! Машина в прошлом месяце прошла техосмотр.
— Всякое бывает, — заметил Мэтт. — Случаются поломки, которые просто
невозможно предотвратить. Я выйду и загляну под капот. Тебе повезло — рядом
с тобой специалист.
Он уже собирался открыть дверцу, но Мюриэл схватила его за руку.
— Я сама.
Решительный тон и воинственный блеск глаз не располагали к спору, но Мэтт
вовсе не собирался сидеть в машине, пока женщина будет мокнуть под дождем.
— Одна голова хорошо, а две лучше, Эл.
— Ладно. — Мюриэл отстегнула ремень, откинула спинку сиденья и пролезла к
багажному отделению, где у нее хранились коврик, фонарик и зонтик. — Раз уж
тебе так не терпится выйти, то возьми зонтик. Подержишь, пока я проверю
мотор.
Мэтт гримасой выразил свое отношение к отведенной ему роли, но промолчал.
Пусть она делает, что хочет, он не станет ей мешать.
Понадобилось не более двух минут, чтобы выяснить причину поломки, но и за
это время оба успели промокнуть, несмотря на попытки Мэтта защититься
зонтиком от разбушевавшейся стихии. Мюриэл, со злостью захлопнув крышку
капота, предложила вернуться в салон.
Она попыталась дозвониться до дорожной службы, но надпись на дисплее
известила, что абонент находится вне зоны досягаемости.
— Отлично, — пробормотала Мюриэл. — Без посторонней помощи нам не выбраться.
Дождь зарядил надолго. Что нам делать?
К несчастью, Мэтт не обладал способностями волшебника и не мог остановить
ливень или с помощью подручных средств починить машину, но если нельзя
изменить неблагоприятные обстоятельства, то почему бы не воспользоваться ими
для иной цели? Почему бы не расслабиться и не доставить друг другу
удовольствие? Почему бы не переждать непогоду, а потом отправиться за
помощью пешком?
Мэтт погладил Мюриэл по плечу.
— Теперь, когда тебе не нужно следить за дорогой, мы могли бы заняться кое-
чем более приятным. У нас есть отличная возможность проверить прочность
заднего сиденья. — Он многозначительно подмигнул. — Разумеется,
окончательное решение принимаешь ты, Эл.
Она склонила голову набок, обдумывая открывающиеся перспективы. Согласиться?
Продолжить то восхитительное, возбуждающее приключение, которое они начали в
мотеле? Мэтт видел, как сковавшее ее напряжение постепенно уходит, а в
глубине карих глаз пробуждается желание. Выражение озабоченности и
раздражения незаметно растаяло, и щеки и губы Мюриэл ожили и расцвели.
— Я в игре, — прошептала она.
— И что достанется победителю?
— Как говорится, победитель забирает все.
— Не слишком ли жестоко по отношению к проигравшему?
— Кто не рискует...
Он задумчиво потер затылок.
— Итак, проигрывает тот, кто останавливается первым?
Мюриэл смерила его оценивающим взглядом.
— Ставки сделаны?
— Да, — без колебаний согласился Мэтт.
9
Мэтт знал, что пора вставать и будить Мюриэл, но ему было приятно лежать
рядом с ней, чувствовать тепло ее тела, слышать спокойное и ровное дыхание.
Дождь почти прекратился, ветер стих, и снизошедшие на мир тишина и покой как
нельзя лучше соответствовали тому состоянию, в котором пребывал Мэтт. После
невероятного, ошеломляющего оргазма наступила полная расслабленность.
У них был восхитительный секс — бурный, страстный, всепоглощающий, — и они
пришли к финишу вместе, одновременно. И все же с фантастическим оргазмом,
ставшим кульминацией долгой эротической игры, пришло что-то не менее
прекрасное и значительное, что-то еще более интимное — эмоциональная связь,
которую Мэтт чувствовал с самого начала и против которой, как ему казалось,
боролась Мюриэл.
Их соединили нежность и доверие, уважение и забота, то, что напрочь
отсутствовало в жизни Мэтта и отсутствие чего он не замечал до тех пор, пока
не встретил Мюриэл. И... все переменилось.
Мэтт вдруг поймал себя на том, что именно этого покоя и этой
удовлетворенности ему не хватало. Этот комфорт, эту роскошь физической и
эмоциональной близости с женщиной он принес в жертву погоне за успехом,
обеспеченностью, деньгами. Что ждало его в будущем? Та же изматывающая,
отбирающая силы гонка, то же соперничество и та же пустота? Или дом, жена и
дети?
Когда-то Мэтт стремился создать семью, боясь стать копией отца. Но после
разрыва с Сандрой многое изменилось. Исчезла уверенность в себе, появился
страх. Страх перед чем? Теперь Мэтт понимал, что его страшила возможность
превратиться в замкнутого, сосредоточенного на бизнесе мизантропа.
На протяжении последних лет Мэтт довольно успешно избегал каких-либо
серьезных, долгосрочных отношений с женщинами. И дело было не только в том,
что, поглощенный делами, он не имел лишнего времени для развития таких
отношений, но и в том, что ни одна из его знакомых, включая Сандру, не
возбуждала в нем такого интереса, как Мюриэл. Ни к одной его не тянуло так,
как к этой немного странной, противоречивой, откровенной и загадочной,
скромной и свободной во всех своих проявлениях женщине. Ее чувственность и
сексуальная раскрепощенность пробудили, в нем настоящий мужской голод,
вызвали небывалый подъем сил, зарядили энергией. В Мюриэл сконцентрировалось
все, чего он хотел от женщины. Всего лишь за сутки она изменила его взгляд
на жизнь, заставив поставить личные желания и потребности выше интересов
бизнеса. Мюриэл вернула ему уверенность в себе, без которой мужчина
превращается в ходячий манекен, неспособный на риск, авантюру,
безрассудство, благородство, то есть на то, что и является смыслом
существования.
Однако не все было так просто, как хотелось бы. Мэтт прекрасно осознавал,
какие трудности ждут его впереди. Ему предстояло принять решения, от которых
зависела судьба нескольких человек, в первую очередь его друга Кайла. Но еще
более важным было то, как эти решения повлияют на Мюриэл, как будут
встречены и оценены ею. Возможно, она еще не готова к тому, чтобы продлить
их отношения.
Мюриэл ясно дала понять, что ставит на первое место независимость. Для нее
отсутствие обязательств в отношениях с мужчиной означало сохранение свободы
и уверенности в собственных силах. Понимая, что она никогда не признается в
своих слабостях, Мэтт знал и то, что не может и не хочет препятствовать
Мюриэл в стремлении быть самостоятельной и желании доказать это себе самой,
братьям и любому, кто попытается сблизиться с ней. В том числе и ему, Мэтту
Карригану.
Для нее не существовало запретов в любви. Она отдавала себя полностью и
безоглядно и брала все, что хотела, но во всех других сферах старалась
держаться на расстоянии, ревностно охраняя личное пространство. И если для
того, чтобы раскрыть тайны Мюриэл, докопаться до сути и укрепить отношения,
потребуется использовать секс, то Мэтт был готов с радостью уплатить такую
цену.
Мэтт посмотрел на часы. Мюриэл спала уже больше часа, и ему не хотелось
будить ее. В конце концов, спешить некуда, а у нее была беспокойная ночь, да
и провести почти восемь часов за рулем не так-то легко. С другой стороны,
дождь прекратился и затишьем неплохо бы воспользоваться, чтобы поискать
помощь. Кто знает, не нагрянет ли к ночи новая буря.
— Эл, — тихонько шепнул Мэтт, наклоняясь к самому уху спящей. — Эл, пора
вставать. Надо вылезать из машины и искать телефон. — Неплохо бы и
подзаправиться, подумал он. После напряженного секс-марафона его организм
требовал чего-то более существенного, чем шоколадка. — Эл, просыпайся.
Мюриэл зашевелилась и лениво потянулась всем телом. Как жаль, что все
хорошее слишком быстро заканчивается, подумала она с грустью.
Теперь перед Мюриэл стояло две проблемы: доказать невиновность Мэтта
Карригана и убедить брата в ее компетентности. И то, и другое требовало
времени, и, зная характер Стюарта, твердо верящего в силу улик и не
приемлющего разговоров на общие темы, Мюриэл не сомневалась в том, что он
помогать ей не станет. Тем более что тень ее прошлых ошибок до сих пор
мешала ему беспристрастно и справедливо оценить достижения и способности
сестры.
Мюриэл прекрасно понимала, что брат сейчас тревожится, не имея от нее
известий на протяжении уже почти двух суток, и собиралась, как только
доберется до благ цивилизации, первым делом позвонить Стюарту и лишь затем
заняться другими вопросами — буксировкой
ниссана
в ближайшую
автомастерскую и поисками ночлега.
Оставив машину у обочины и захватив с собой только документы и оружие, они
бодро зашагали по дороге, укрываясь от мелкой противной мороси единственным
имевшимся в их распоряжении зонтом. Минут через сорок пять из серой пелены
тумана проступили очертания двухэтажного строения.
— Слава Богу! — воскликнула Мюриэл, прибавляя шаг. — Похоже, мы спасены.
Надеюсь, тот, кто здесь живет, поможет вызвать тягач или отбуксирует
ниссан
до ближайшей мастерской.
— А нас подбросит до ресторана, — с усмешкой добавил Мэтт. — Мне надо
поесть. По-настоящему.
Мюриэл искоса взглянула на него. Есть хотелось им обоим, но вот другой
аппетит, сексуальный, они, похоже, удовлетворили, по крайней мере, на
ближайшее время. Она покраснела, вспомнив то, что происходило в салоне
ниссана
. Мэтт оказался восхитительным любовником, нежным, внимательным,
страстным, и теперь ее тело пело, воспринимая жизнь всеми пятью чувствами
одновременно.
Они свернули на асфальтовую дорожку, ведущую к дому.
— Наверное, здесь живет фермер, — предположила Мюриэл. — Видишь, там, за
домом, что-то похожее на хозяйственные постройки.
— Лишь бы не людоед, — проворчал Мэтт.
Еще через несколько минут Мюриэл постучала в дверь.
— Кто там? — послышался ворчливый мужской голос. — Тим, это ты?
— Сэр, нам нужна ваша помощь, — громко сказал Мэтт, неожиданно для Мюриэл
беря ее под руку.
Дверь открылась. На пороге стоял пожилой мужчина в линялом джинсовом
комбинезоне. В серых глазах, полускрытых выцветшими кустистыми бровями,
застыла настороженность.
— Так чем я могу вам помочь? — спросил мужчина, переводя взгляд с Мэтта на
Мюриэл и обратно.
— Кто там, Алекс? — донесся из глубины дома мягкий женский голос.
Мужчина ответить не успел — невысокая, довольно полная женщина лет
шестидесяти пяти с седеющими волосами и приятной, доброжелательной улыбкой
вышла в прихожую.
— У нас гости?
— Не знаю, Фанни. Это я и стараюсь выяснить.
— Здравствуйте. — Женщина кивнула Мэтту и посмотрела на Мюриэл. — Вы
заблудились?
— Видите ли, мэм, мы с женой едем из Амарилло в Остин, — с милой улыбкой
объяснил Мэтт, — но наша машина сломалась...
— А где ваша машина? — поинтересовался недоверчивый Алекс.
— Мы оставили ее на шоссе и свернули на вашу дорогу в надежде добраться до
ремонтной станции.
— Здесь поблизости нет никакой станции, — возразил Алекс.
— Помолчи, — оборвала его Фанни. — Вам, наверное, нужен телефон, да? И, как
мне кажется, вы не прочь перекусить. Проходите в дом.
Алекс протянул руку Мэтту.
— Меня зовут Алекс Доррман, а это моя жена Фанни.
Мэтт пожал протянутую руку.
— А я Мэтт Карриган. Моя жена — Мюриэл.
Жена?! Что это, черт побери, он говорит?! Мюриэл открыла рот, но Мэтт крепко
сжал ее руку.
— Ты, наверное, хочешь позвонить, дорогая?
Мюриэл вздохнула.
— Да, конечно. Если вы позволите.
— О, разумеется. — Фанни подтолкнула мужа. — Проводи гостей в комнату,
Алекс, а я приготовлю что-нибудь перекусить.
Мэтт благодарно кивнул.
— Спасибо, мэм. Очень любезно с вашей стороны.
Через пять минут гости сидели в столовой и с вожделением смотрели на
ростбиф, ветчину, яичницу и блюдо с овощами.
— Вы, должно быть, ужасно проголодались, пока пережидали дождь, а потом
добирались сюда пешком. Так что подкрепитесь, а потом мы поужинаем, —
предложила Фанни.
— Спасибо, но нам нужно поскорее добраться до Остина, так что мы уедем, как
только сможем, — сказала Мюриэл.
— Даже не думайте, что мы отпустим вас голодными, — решительно заявила
Фанни. — А до Остина вам сегодня уже не добраться. Мне кажется, самый лучший
выход — переночевать в мотеле. Как ты думаешь, Алекс?
Хозяин кивнул.
— Конечно, ты права. В любом случае вашу машину починят не раньше утра.
— А нам будет приятно провести вечер в компании молодой пары, — добавила
Фанни. — Гости у нас бывают нечасто.
— Мы с удовольствием примем ваше приглашение, — быстро откликнулся Мэтт.
— Вот и чудесно! — обрадовалась Фанни. — Вы пока ешьте, а мы с Алексом
присоединимся к вам минут через пять.
Хозяева удалились, и Мюриэл сразу же повернулась к Мэтту, который уже
отрезал себе кусок ростбифа.
— Что это ты придумал?! — возмущенно зашептала она. — Какая еще жена? Зачем
тебе понадобилось все это выдумывать?
Прожевав мясо, Мэтт запил его минералкой и лишь после этого взглянул на
Мюриэл.
— А что, по-твоему, я должен был сказать? Что я преступник? Что ты тащишь
меня в Остин, чтобы упрятать в тюрьму? Полагаешь, нас пустили бы дальше
порога? Накормили?
— Наверное, ты прав, — неохотно согласилась Мюриэл. — Но разыгрывать
супружескую пару — это чересчур, тебе не кажется? У нас ведь даже колец нет.
— Колец? Да, надо что-то придумать. — Мэтт задумчиво посмотрел на безымянный
палец. — Я как-то не сообразил. Может, никто и не заметит?
— Алекс, может быть, и не обратит внимания, а Фанни, я уверена, нам не
провести. Женщины очень наблюдательны.
— Попробуй ветчины, — посоветовал Мэтт. — В магазине такую не купишь.
— Нет, спасибо. А ты не считаешь, что мы обременили хозяев своим визитом?
— Перестань. Мы поможем им скоротать вечер...
— А заодно и бесплатно поужинаем, — язвительно добавила она.
— Если у тебя такие крепкие моральные устои, то можешь отказаться, —
парировал Мэтт. — Что же касается меня, то я собираюсь воздать должное
кулинарным способностям Фанни. Мне нужно восстановить силы, и, что бы ни
приготовила наша милая хозяйка, это в любом случае будет намного лучше, чем
шоколад, чизбургер или чипсы.
Мюриэл с напускной жалостью покачала головой.
— Ах, бедняжка, как тебе не повезло. Ладно, заправляйся, но не жди
кулинарных изысков в Остине.
В глазах Мэтта мелькнуло разочарование.
— Ты не готовишь?
Она усмехнулась.
— Почему же? У меня получается отличный суп из концентратов, я умею
разогреть бифштекс в микроволновке, а салат... Короче, у меня нет времени
готовить что-то сложное.
Мэтт вытер салфеткой губы и откинулся на спинку стула.
— По-моему, ты тратишь слишком много времени и сил на погони за плохими
парнями вместо того, чтобы расслабиться и узнать вкус жизни.
— Знаешь, я живу так, как считаю нужным. Это моя жизнь и мой выбор.
Столь резкий ответ стал для Мэтта неожиданностью. Боже, какая же она
чувствительная! Как ревностно защищает свое право на самостоятельность и
независимость! Что ж, каждый сам решает, как ему жить. Мэтт не собирался
критиковать Мюриэл, он лишь хотел сказать, что они могли бы попытаться
сделать их отношения более стабильными и предсказуемыми.
Мэтт хотел объяснить Мюриэл, что он имел в виду, когда в столовую вошел
Алекс.
— Будем обедать, — сообщил он, ставя на стол поднос со свежим ароматным
хлебом.
Через пару минут к ним присоединилась Фанни, и все четверо воздали должное
ее кулинарным талантам. На столе не было изысканных блюд или деликатесов, но
тушеное мясо, картофель и овощи отличались тем особенным вкусом, который
свойствен только домашним продуктам.
Мэтт, уплетавший за обе щеки, не скупился на комплименты хозяйке, которая
краснела от смущения и удовольствия. Мюриэл ничего не оставалось, как
вздыхать и покачивать головой, как бы извиняясь за обжору-
супруга
.
— Оставьте место для десерта, — предупредила Фанни.
— У нас сегодня яблочный пирог и фисташковое мороженое, — похвастал Алекс.
Мэтт, занятый пережевыванием куска мяса, энергично закивал, а Мюриэл
поспешила успокоить хозяйку:
— Не волнуйтесь, Фанни, — она со снисходительной улыбкой посмотрела на
своего самозваного мужа, — у него не желудок, а бездонная бочка.
—Это прекрасно, когда у мужчины отменный аппетит, — заметила Фанни, явно
симпатизировавшая Мэтту.
Мэтт поблагодарил защитницу лучезарной улыбкой.
— Видите ли, дело в том, что дома меня, к сожалению, не всегда так кормят.
Так что вы устроили мне настоящий пир. Спасибо, Фанни, спасибо, Алекс.
Мюриэл покраснела и опустила глаза.
— Послушайте, Мэтт, — сказал Алекс, — а почему бы вам не переночевать у нас?
Мы предоставим в ваше распоряжение комнату.
— Звучит заманчиво. — Мэтт вопросительно посмотрела на Мюриэл. — Что ты
думаешь, милая?
— Это было бы чудесно, — осторожно ответила Мюриэл, — но нам не хотелось бы
вас стеснять, мы и так доставили вам много хлопот.
— О чем вы говорите, какие хлопоты! — воскликнула Фанни. — Кстати, вы давно
поженились?
— Всего три месяца назад, — не моргнув глазом ответил Мэтт, вновь опереж
...Закладка в соц.сетях
