Жанр: Любовные романы
Секрет счастья
...ерну тебя на виселице, и мне
не помешает то, что ты мой друг.
Джек согласно кивнул. Все остальное можно уладить позже, когда Мириам будет
рядом с ним.
- Ты передал ей раковину? - спросил он.
- Да, - ответил Закери, все еще не спуская с друга внимательного взгляда, -
хотя она сказала, что предсказание насчет
истинного возлюбленного, которого она увидит через три дня, полная чушь.
- Через три дня она поймет, что это предсказание - самая правильная вещь на
свете, - сказал Джек с улыбкой. - И
что самое главное, это поможет навсегда избавиться от греческого школяра.
Глава 3
Мириам осторожно наливала чай из начищенного чайника, стараясь, чтобы темнокоричневая
жидкость как можно
изящнее наполняла подставленную чашку. В свое время мама заставила ее выучить
эти несложные, но изящные приемы
поведения за столом, чтобы Мириам могла обслуживать редких знатных посетителей,
останавливавшихся в "Зеленом льве"
на пути из Бостона в Салем. Теперь Мириам была благодарна ей, потому что эти
манеры нравились Чилтону. Она
улыбнулась, протягивая ему чашку, и он одобрительно улыбнулся ей в ответ.
В такой жаркий день, как этот, Мириам с удовольствием выпила бы глоток
холодного молока или лимонада, но Чилтон ни
при каких обстоятельствах не мог изменить своим правилам. Кроме того, полдень
был единственным временем, когда
Мириам, освободившаяся от мытья тарелок после завтрака и еще не занятая
приготовлением обеда, могла провести со своим
женихом. С усталым вздохом она присела на краешек стула, стараясь спрятать в
складках передника покрасневшие от работы
руки.
Она действительно устала, и забота о двенадцати постояльцах "Зеленого льва"
не была тому единственной причиной. Уже
две ночи Мириам почти не спала. Ее мысли занимал Закери, который решительно не
одобрял предстоящее замужество. Как
он не понимает, что Чилтон - это лучший вариант, и с ним она будет счастлива? Но
почему тогда она каждую ночь кладет
под подушку отполированную океанскими волнами раковину, и в тревожных снах к ней
приходит не Чилтон, а Джек
Уайлдер?
- Мириам, дорогая, ты совсем не обращаешь на меня внимания, - раздался
обиженный голос мистера Чаффа.
- Нет, что ты, Чилтон, - слегка виновато произнесла Мириам, подвигая ему
блюдечко с печеньем. - Это лимонное,
твое любимое, не так ли?
- Я совсем не это имел в виду, - слегка раздраженно заметил Чилтон, однако
взял печенье. - Вот уже целых десять
минут ты совершенно не слушаешь, о чем я говорю.
- Это не так, - машинально возразила Мириам.
- Разве? - Он протестующе взмахнул кусочком печенья, элегантно зажатым между
большим и указательным пальцами.
- Если ты сможешь повторить мое замечание о докторе Хайнде и его теории
трансмогрификации, я принесу тебе свои
искренние извинения. Но думаю, дорогая, тебе не удастся этого сделать, значит,
это ты должна извиняться передо мной.
Он отправил кусок печенья в рот и принялся быстро пережевывать его, подняв
голову с видом триумфатора. Глядя на эти
по-кроличьи суетливые движения, Мириам почему-то вспомнила веселую улыбку Джека
Уайлдера, и ей стало нестерпимо
больно при мысли о том, что она потеряла. Чилтон очень респектабельный мужчина,
но ни при каких обстоятельствах его
нельзя было бы назвать привлекательным.
Однако он предложил ей стать его женой, то есть сделал то, чего Джек так и не
удосужился. И за одно только это ее
жених заслуживал уважения.
- Прости, Чилтон, - сказала Мириам, стараясь сдержать неожиданно
навернувшиеся на глаза слезы, - я знаю, как
важны для тебя теории доктора Хайнда, но в последние несколько дней в "Зеленом
льве" столько постояльцев, и я так много
работала...
- О, дорогая, умоляю тебя, не стоит так казниться, - перебил ее Чилтон. Он
протянул руку и слегка похлопал Мириам
по ладони. - Как только ты станешь моей женой, все эти проблемы исчезнут из
твоей жизни без следа.
Она вздохнула и посмотрела на его холеные пальцы, все еще лежавшие на ее
покрасневшей руке. Это рука джентльмена, с
тоской подумала она, и именно так джентльмены утешают настоящих леди. Но почему
тогда ей так хочется, чтобы он не
похлопывал ее кончиками пальцев, а обнял, прижал к себе или даже попытался
поцеловать? Увы, так поступал Джек, но что
хорошего из этого вышло? Неужели тоска по ласкам Джека означает, что она
недостойна стать женой настоящего
джентльмена?
- Чилтон, ты слишком добр ко мне, - начала она с отчаянием в голосе. - Не
знаю, почему ты...
- Не желаю слышать никаких возражений насчет моего выбора, - прервал ее
мистер Чафф. - Обещаю, как только мы
поженимся, я обеспечу тебе более достойную жизнь. Ждать осталось не так уж и
долго.
Мириам заставила себя улыбнуться. Чилтон прав. Замужество положит конец ее
тревогам и воспоминаниям о прошлом,
которые уже две ночи не дают ей спать. И все это из-за Закери с его дурацкой
раковиной!
- Я бы хотела, чтобы наша свадьба состоялась завтра, - почти мечтательно
сказала Мириам.
- Моя милая нетерпеливая невеста, - с улыбкой сказал Чилтон, поднося к губам
ее руку и слегка целуя запястье. - Я
тоже этого хочу, но пока нам необходимо сдерживать свои животные инстинкты.
- Но я совсем не это имела в виду!
- Я знаю, что ты имела в виду, - снисходительно заметил Чилтон. - Но не виню
тебя в этом. Ты выросла в варварском
краю среди дикой природы, далеко от общества, поэтому нет ничего удивительного в
том, что у тебя проявляются такие... ээ...
непредсказуемые импульсы. Но мы не должны подчиняться страсти. Напротив,
следует подавлять ее силой разума.
Длинные букли его парика заскользили по ее руке, и Мириам подумала о том, что
он намного лучше, чем она,
справляется с подавлением своих импульсов. Она обязана научиться обуздывать свои
страсти, иначе ей никогда не стать
счастливой с Чилтоном и, что важнее, с самой собой.
Но одно дело принять такое решение, и совсем другое - воплотить его в жизнь.
К тому времени, когда все постояльцы
отужинали, посуда была перемыта и все убрано, у Мириам едва хватило сил, чтобы
подняться в свою душную комнату на
втором этаже. Раскаленная дневным солнцем крыша еще не остыла. Мириам в
изнеможении упала прямо поверх покрывала,
раскинув в стороны руки и ноги, в надежде освежиться хотя бы легким ветерком,
проникавшим сквозь раскрытое настежь
окошко.
"Сегодня ночью, - твердо сказала она себе, - я буду спать и не увижу ни
одного сна".
Но стоило ей закрыть глаза, как сознание вышло из-под контроля.
Ей снилось, что она снова сидит рядом с Чилтоном. Она улыбнулась и протянула
ему руку. Чилтон рассмеялся приятным
грудным смехом. Но это был не его смех, и когда он повернул к ней лицо,
оказалось, что это Джек. Его темные, слегка
вьющиеся волосы падали на загорелый лоб, а светло-серые глаза насмешливо
смотрели из-под красиво очерченных бровей.
Его рука крепко сжала ее талию, легко подняла в воздух, и уже через секунду она
сидела у Джека на коленях, ощущая под
собой возбуждающую твердость его бедер. Он привлек ее к себе, и их губы слились
в страстном поцелуе...
Мириам резко поднялась на кровати. Сердце буквально выпрыгивало из груди, а
дыхание было частым, словно после
продолжительного бега. Горячий воздух комнаты давил на нее с такой же силой, с
какой Джек обнимал ее во сне. "О, это же
только сон!" - со стоном подумала Мириам, прижимая ладони к пылающим щекам.
Джек не снился ей уже несколько лет, почему же сны о нем начали приходить к
ней именно сейчас, когда она уже
пообещала выйти замуж за другого? Да, ее страсть необузданна, как табун диких
лошадей, но она должна научиться
контролировать ее, она просто обязана это сделать. Мириам крепко сжала веки и
перевернулась на бок, засовывая руки под
подушку. Округлая прохладная раковина словно сама проскользнула в ее ладонь.
- "Невестино желание", как же, - пробормотала она, доставая из-под подушки
подарок Закери. - Лучше бы назвали ее
"невестино мучение".
Она не была слишком суеверна, и ей хватало переживаний. Мириам поднялась с
кровати, зажав раковину в руке. В
короткой ночной рубашке из прозрачных кружев она прошла на кухню, дверь из
которой вела во двор.
Выйдя из дома, Мириам на секунду замерла, потрясенная царившим на улице
спокойствием. В такой час в Уэстхеме все
спали. Прилепившиеся друг к другу домики и магазинчики казались безлюдными под
молочным светом луны и сверканием
звезд. С берега реки раздавалось мелодичное пение цикад, дополнявшееся тихим
шелестом волн, накатывавших на
прибрежный песок. Мириам направилась к воде, от которой веяло прохладой. Это
Закери виноват в том, что мысли о Джеке
лезут ей в голову, подумала она. Нужно справиться с ними, пока не случилось чтото
плохое.
Мириам прошла мимо развесистой ивы, под которой привязывали лошадей, и
направилась к пристани. Давным-давно ее
дед понял, как выгодно построить постоялый двор именно в этом месте, на новой
дороге, ведущей из Бостона. Многие
путники желали отдохнуть и отведать горячей пищи перед дальним переходом к югу
или путешествием по реке.
Гладкие, отполированные за много лет доски приятно охлаждали ступни Мириам.
Она подошла к самому краю, где висел
причальный колокол, и наклонилась посмотреть на чернеющую воду. Так они делали в
детстве - она, Закери и, конечно,
Джек. Она не делала этого уже давно, но теперь, в лунном свете, ей подумалось,
что смотреть ночью в воду - самое
правильное и логичное из всех занятий.
Она поднялась и поднесла к лицу лежавшую на ее раскрытой ладони раковину.
- Вот, Закери Фэрборн, - сказала она, замахиваясь как можно сильнее, чтобы
выбросить раковину в реку, - что я
думаю о твоей волшебной раковине, вот что я думаю о твоей дурацкой настоящей
любви, вот...
- Ты опоздала.
Она обернулась так резко, что едва не потеряла равновесие и не свалилась в
воду. Однако стоявший возле нее мужчина не
сделал ни единого движения, чтобы ее удержать. Лишь длинная тень, отбрасываемая
им в лунном свете, коснулась ее ног.
- Уже полночь третьего дня, Мириам, - тихо сказал Джек Уайлдер. - Иди сюда и
поздоровайся со своим
возлюбленным.
Джек представлял себе их встречу бесчисленное множество раз, но ничто не
могло сравниться с реальностью. Она только
что встала с кровати, силуэты ее грудей и округлых бедер легко угадывались под
кружевной тканью рубашки. Волосы,
заплетенные в косу, немного растрепались, и забавные русые кудряшки плясали
вокруг шеи. Глаза Мириам были еще
немного заспанными и припухшими. Она действительно изменилась, но совсем не так,
как говорил Закери. Из юной, не до
конца оформившейся девушки она превратилась в настоящую женщину, ради которой
Джек вернулся из ада и которую хотел
сделать своей навеки.
Но к сожалению, эта женщина смотрела на него сейчас с яростью.
- Джек Уайлдер, не ты мой истинный возлюбленный, - почти прошипела она,
стараясь запахнуть на груди рубашку. -
Ты мой истинный никто! - добавила она, подчеркивая последнее слово.
- О нет, - возразил он совершенно спокойно, и его взгляд заскользил по ее
телу. "Она налилась, как спелый плод, -
подумал Джек, - и стала еще соблазнительнее". - Мириам, ты превратилась в
настоящую красавицу! - восторженно
произнес он. - Даже больше чем в красавицу.
- Перестань глазеть на меня, - сказала девушка, тщетно пытаясь прикрыться. -
Что ты тут делаешь? Зачем вернулся?
И почему ты вернулся именно сейчас?
Она нетерпеливо тряхнула головой, и коса, описав дугу, переместилась за
спину. Улыбка Джека стала еще шире. Она все
еще старается ему понравиться, хотя и не хочет признаться в этом самой себе,
подумал он.
- Судя по тому, что рассказал мне Закери, я приехал в самый нужный момент.
Мирри, ты что, забыла меня, променяла
на эту ученую размазню?
Мириам едва не задохнулась от возмущения, и ее губки красиво округлились.
- Мне нужно было сразу догадаться, что вы сговорились! Все как обычно, Закери
и... ты! Ах ты!
Она бросила в него раковину, стараясь попасть в лицо, но он легко поймал ее
одной рукой.
- А, "невестино желание"! - сказал он, делая шаг по направлению к Мириам.
Джек рассматривал раковину, словно
видел ее впервые. - Я слышал, что эта раковина всегда говорит женщинам правду.
Похоже, так оно и есть.
- Интересно, сколько времени ушло у вас с Закери, чтобы придумать всю эту
ерунду? - сказала Мириам, потихоньку
отходя назад. - Стой там, где стоишь, Джек Уайлдер, и не смей подходить ближе.
- Тогда сама стой, где стоишь, Мириам Роу, и не заставляй меня гоняться за
тобой.
- Джек, прошу тебя, - жалобно промолвила Мириам, отодвигаясь от него еще на
несколько дюймов, - уходи. Оставь
меня в покое. Все, что было между нами, уже в прошлом. Все кончено. Уходи
немедленно.
- Мне пришлось объехать весь мир, чтобы вернуться к тебе, - произнес он
слегка охрипшим голосом. - Неужели ты
думаешь, что я уйду именно сейчас, когда ты находишься от меня на расстоянии
вытянутой руки?
Она покачала головой и сделала еще шаг назад, совершенно забыв о том, как
близко находится к краю причала. В ту же
секунду Мириам почувствовала, что теряет равновесие. Она замахала руками,
пытаясь удержаться, а Джек немедленно
схватил ее за запястье и притянул к себе, заключив в объятия.
Слишком поздно Мириам поняла, что он сделал, и слишком поздно пожалела о том,
что не выбрала темные воды реки
вместо куда более опасных объятий Джека. Упав в реку, она могла бы легко
добраться до берега, а будучи прижатой к
широкой груди Джека, оказалась совершенно беззащитной. Ощущение близости с ним
мгновенно всплыло в ее памяти.
Словно все это было вчера. Четыре года не смогли заставить ее забыть, как сильно
билось сердце, когда он ее обнимал.
- Отпусти меня, Джек, - сказала она, пытаясь освободиться. - Отпусти, черт
тебя побери!
- Нет, - ответил он, прижимая ее еще сильнее. - Не отпущу.
- Джек Уайлдер, если ты немедленно...
- Тс-с, - приказал он, наклоняя к ней свое лицо. - Больше ни слова, поняла?
Она не собиралась ничего понимать, но его губы уже накрыли ее рот, сводя все
попытки протестовать к нулю. Желание
захлестнуло ее с такой силой, что она инстинктивно раскрыла губы навстречу
поцелую, жаркому, как самый знойный
июльский полдень. Мириам почувствовала, что Джек хочет ее даже сильнее, чем она
ожидала.
- Ты моя, Мириам, - произнес он хриплым шепотом. - Ты вся моя.
Нет, он ошибается, вдруг подумала она. почти теряя рассудок и совершенно не в
силах превозмочь собственное желание.
Но все же Мириам уперлась ладонями ему в грудь и оттолкнула Джека.
- Это ты целиком принадлежишь дьяволу, - почти крикнула она, пытаясь хоть
как-то привести себя в порядок. - Я не
твоя, Джек, даже не надейся!
Однако, глядя в его бледно-серые глаза, обрамленные густыми ресницами, она
почувствовала, что ей не удастся его
переубедить. Джек остался таким же высоким и стройным и все так же походил на
мальчишку. Его длинные волнистые
волосы разметались по плечам, а подбородок и щеки покрылись темной щетиной. Изпод
расстегнутой куртки выглядывал
цветастый шейный платок, а рубашка выбилась из пояса штанов. Но все же это был
уже не тот мальчик, которого она когдато
любила и который любил ее. Всем своим существом она ощущала произошедшие в
нем изменения.
- Я не твоя, - повторила она менее уверенно, чувствуя, что ее слова ничего
для него не значат. - Не твоя.
- Да какого черта я должен верить в то, во что ты сама не веришь? - спросил
он, проводя пальцами по ее волосам. -
Разве твой поцелуй не доказывает обратное?
Она яростно замотала головой.
- Ты потерял на меня все права в тот момент, как уехал, Джек. Ты получил
мою... невинность, а потом исчез, даже не
подумав о возможных последствиях.
- Черт побери, Мириам, я не виноват! - воскликнул он. - На этом корабле я был
настоящим пленником! Неужели ты
думаешь, что я мог по собственной воле оставить тебя после самой прекрасной ночи
в моей жизни?
- Но ты сделал это, - произнесла она с горечью.
- Я страдал не меньше тебя, я думал, что сойду с ума. Бог свидетель, как я
хотел вернуться к тебе! Но эти ублюдки не
спускали с меня глаз ни днем, ни ночью. Они сказали, что выполняли волю моего
отца, когда забирали меня на свой корабль.
- Не смей приплетать сюда отца! - в отчаянии воскликнула Мириам. Она
почувствовала, как боль и мука тех дней
охватывают ее с новой силой. - Он умер еще до твоего рождения, и не было никакой
необходимости идти по его стопам.
- Господи! Мириам, все совсем не так просто, - покачал головой Джек. - Пойми,
это так трудно объяснить.
Она молчала. У Джека никогда раньше не было от нее секретов, и Мириам
почувствовала, что недоговоренность встает
между ними как каменная стена.
- Даже мне? - спросила она тихим голосом.
- Особенно тебе, - ответил он с отрешенным видом. Его мысли витали где-то
далеко. - Я даже не знаю, с чего начать.
- Но зачем тогда ты вернулся? - прошептала она. - Почему не остался в Индии,
Китае или в каком-нибудь другом
проклятом месте?
- Ты сама должна знать ответ, - сказал он, снова беря ее за руку. - Неужели
ты думаешь, что я хоть на мгновение
забывал о нас с тобой?
Тело Мириам напряглось от невольного желания освободиться.
- Отпусти меня, Джек. Отпусти, или я... я закричу.
- Ты? - удивился он. - Только не ты, Мирри. Ты никогда не кричала и не
впадала в истерику. Скорее, ты позвонишь в
колокол и подымешь всех мертвецов из ада.
- Хорошо, - сказала она, хватая веревку причального колокола. - Я сейчас
позвоню и перебужу весь город.
- О да, и что скажут на это люди? - спросил он. - Они увидят, что мы стоим
рядом, держимся за руки и между нами не
происходит ничего предосудительного. Никто ничего не подумает, кроме твоего
нового возлюбленного. Вот он-то точно
ничего не сможет понять.
Она тут же выпустила колокол.
- Нет, Джек, - устало проговорила Мириам, - это ты должен понять.
- Я и так все понимаю, любовь моя, - сказал он. - Я понимаю, что ты и я...
- Нет, - твердо произнесла она. - Я не это имела в виду. Между нами все
кончено, Джек. Кончено навсегда.
Эти слова словно разверзли между ними пропасть.
- Значит, ты выбрасываешь меня, словно старую тряпку?
- Джек, я не...
- Неужели ты не вспоминала обо мне все эти четыре года?
- Да я вспоминала о тебе тысячи и тысячи раз! - воскликнула она со слезами на
глазах.
Она увидела, как расслабилось его лицо при этих словах.
- Я знал, что ты не забыла меня, любимая, - прошептал Джек. - Не нужно делать
вид, что ты меня уже не любишь.
Она отвела от него глаза, боясь услышать то, что больше не имела права
слушать.
- Джек, не начинай все сначала, - почти взмолилась она. - Просто... просто не
надо. Я больше не девочка и не жду от
тебя обещаний, которых ты не собираешься выполнять.
- Но я никогда не лгал тебе, Мирри, - медленно произнес он, - и не собираюсь
обманывать тебя теперь. У меня
множество планов для нас с тобой, любимая. Я мечтаю, что...
- Не надо, Джек, умоляю тебя! - перебила его Мириам. - Мне нужен человек, с
которым я смогу честно прожить свою
жизнь. Я хочу, чтобы мой муж не уезжал от меня на долгие годы, а всегда был
рядом со мной. Чилтон именно такой, и
поэтому я выхожу за него. И ты не сможешь ничего сказать или сделать, чтобы я от
этого отказалась.
Она повернулась и побежала прочь, не дожидаясь ответа Джека. Но он и не
пытался догнать ее. Мириам не знала,
испытывает она от этого облегчение или разочарование.
Не оглядываясь, девушка добежала до постоялого двора, заскочила в раскрытую
дверь кухни и на одном дыхании
взлетела на второй этаж в свою спальню. Не в силах больше сдерживать рыдания,
она упала на кровать и зарылась лицом в
подушку.
"О, Джек, почему ты вернулся именно сейчас? Неужели ты не мог приехать через
две недели, когда я уже буду замужем и
стану недоступна для тебя", - думала она.
Ее сердце стучало, а губы все еще хранили вкус его поцелуя. Мириам
чувствовала, что все тело горит от запретного
желания.
Все это плохо, плохо, плохо...
- Мириам? - раздался голос матери, которая вошла в комнату, держа в руке
зажженную свечу. - Ты тут, моя девочка?
- Да, мама, - ответила Мириам, поворачиваясь к матери и стараясь держать
голову в тени, чтобы не показать своих
заплаканных глаз. - В комнате очень жарко, поэтому я вышла на улицу, чтобы
немного освежиться. Но теперь я уже
вернулась и очень хочу спать.
Мириам широко зевнула, ненавидя себя за то, что врет собственной матери.
- Хорошо, - сказала мама, нахмурив брови. Ее лицо одновременно выражало
недоверие и тревогу. - Но отец говорит,
что слышал голоса, доносившиеся с пристани.
- Я ничего не слышала, - сказала Мириам, отворачиваясь. - Совсем ничего.
- Сэр, вы, случайно, не ищете местечко, где можно выпить настоящего рома? -
раздался позади Джека тоненький
мальчишеский голосок. - В "Зеленом льве" любой путник найдет все, что ему нужно,
слово чести.
- Да неужели? - сказал Джек, сомневаясь в том, что ему будут рады в "Зеленом
льве". Однако он действительно
направлялся в сторону постоялого двора в надежде еще раз увидеть Мириам. Он
машинально повернулся, чтобы взглянуть на
увязавшегося за ним мальчугана, и буквально остолбенел. Круглое личико ребенка,
его пшеничного цвета кудряшки и даже
насмешливая гримаска - все было точной копией Мириам. В растерянности Джек
пытался сообразить, сколько мальчику
лет. Пять, шесть или всего четыре? Черт побери, он никогда не мог определить
возраст у детей!
- Конечно, слово чести, - с энтузиазмом повторил мальчуган. - У моего отца
самый лучший постоялый двор к северу
от Бостона, а моя мама - самая лучшая повариха, и дьявол заберет того недоноска,
кто посмеет сказать обратное!
- Сильно сказано для такого малыша, как ты, - заметил Джек, едва найдя в себе
силы улыбнуться. Значит, малыш был
братом Мириам, а не ее сыном, то есть и не его сыном тоже. Впрочем, Закери
наверняка убил бы его, оставь он Мириам с
незаконнорожденным ребенком.
- Сомневаюсь, что твоей маме нравится, когда ты поминаешь в доме имя
нечистого.
Мальчик шмыгнул носом.
- Вообще-то да, - нехотя признался он. - Она меня все время воспитывает. Но
мой брат, Закери, говорит, что моряки
не считают за грех иной раз ругнуться, если только рядом нет женщин.
- Например, твоей мамы?
Мальчик кивнул.
- Особенно моей мамы, - сказал он, выделяя первое слово. - Но я хочу быть
моряком, как Закери, и, думаю, мне стоит
потренироваться. - Он повернулся к Джеку, прикрывая ладонью глаза от яркого
солнца, и принялся разглядывать золотые
серьги в его ушах и поношенные морские сапоги. - Спорим, ты слыхал о моем брате.
Он самый лучший моряк во всем
Уэстхеме и в конце этого года станет капитаном.
Джек готов был поспорить насчет "самого лучшего моряка", но мнение младшего
брата заслуживало уважения.
- О да, я знаю Закери, - сказал Джек, присаживаясь на корточки. В одной руке
тот держал большую корзину,
наполненную подобранным на берегу сушняком, а в другой - дохлого краба. Он не
был его сыном, но Джек все равно
чувствовал к нему огромную симпатию.
- Мы с Закери дружили с самого детства, - продолжал Джек, - и с твоей сестрой
Мириам тоже.
- С Мириам? - недоверчиво спросил мальчик. - Она не дружит с мужчинами, кроме
мистера Чаффа, но он ее жених,
это не считается. Моим другом он не будет, точно.
Джек просиял. Неудивительно, что мальчуган сразу ему понравился.
- Но тогда я счел бы за честь называться твоим другом, - сказал он, заключая
маленькую ладошку в свою руку. -
Меня зовут Джек Уайлдер, но ты можешь называть меня просто Джек.
Мальчик уставился на него с таким нескрываемым обожанием, что Джек сразу
догадался - о его похождениях было
известно даже малым детям.
- Меня зовут Генри, - наконец смог вымолвить мальчуган. - Генри Роу. К вашим
услугам, сэр.
- Никаких сэров, - запротестовал Джек. - Зови меня просто Джек.
- Да, Джек. - Мальчик покраснел от гордости. - Здравствуй, Джек.
- Здравствуй, Генри. - Джек заговорил тише, словно не желал, чтобы его слова
услышали посторонние: - А я могу
доказать, что знаю твою сестру. Она любит сливы больше, чем яблоки, а в чай и
молоко кладет столько патоки, что там
ложка может стоять. Поет она хуже осла, но зато умеет так ловко передразнивать
голоса птиц, что те сами к ней слетаются. А
еще у нее три маленькие родинки на левом колене, похожие на созвездие Ориона.
- Вот это да! - с изумлением выдохнул мальчик. - А я не знал о родинках!
- Тогда это будет нашим секретом, - произнес Джек почти шепотом. - Сам
знаешь, как леди щепетильны в таких
делах.
Генри согласно кивнул.
- Она все время жалуется маме, что я подглядываю, когда она моется.
- Думаю, она клевещет на тебя, - со вздохом заключил Джек. - Мир
несправедлив, Генри Роу, но помни, всегда нужно
уметь как следует прятаться. Кстати, я знаю еще один секрет Мириам. Она любит
охотиться за кладами.
- Мириам? - недоверчиво переспросил Генри. - Да как она может искать клады,
если больше всего не любит
пачкаться?
- Со мной она всегда здорово пачкалась, - признался Джек. - Искать клады - не
слишком чистая работа.
От возбуждения Генри завертелся на месте. Он взмахнул рукой, в которой был
зажат краб, и тот описал в воздухе дугу.
- А где вы искали клады? - спросил мальчик. - И сколько золота нашли?
- На острове Кармонди, что неподалеку отсюда, - сказал Джек и нарисовал
пальцем на песке побережье Уэстхема и
длинный узкий остров в устье реки. - Мы с Мириам и Закери перерыли его весь
вдоль и поперек, но не нашли ни цента.
Однако мой дядя постоянно твердил о том, что отец зарыл на этом острове
сокровища пиратов. "Пятьдесят шагов от высокой
воды", - повторял дядя Джо, а он никогда...
- Генри Роу, - раздался напряженный голос Мириам. - Ты прекрасно знаешь, что
тебе нельзя разговаривать с
незнакомцами.
- Мириам, но он не незнакомец! - воскликнул мальчик. - Это Джек Уайлдер, он
друг Закери, и твой тоже. А теперь он
и мой друг. Он рассказывал о...
- Немедленно отправляйся на кухню, - приказала Мириам, для убедительности
указывая пальцем в сторону постоялого
двора. - Мама уже полчаса ждет, когда ты принесешь дрова. Отправляйся сейчас же.
Джек широко улыбнулся. Мириам только что сама
...Закладка в соц.сетях
