Жанр: Любовные романы
Предсказание небес
...вызвала внутри у нее сладкий
холодок. Идея была неплоха, в ней определенно что-то было. Но тут возникали
проблемы, потому что Грег, казалось, был прирожденным холостяком.
— Джил, ты выбрала, что ты будешь есть? — прервала Джанин ее
размышления.
— А? — Она вскинула голову. — Мне, пожалуйста, блинчики с
цыпленком и грибами, маленький салат с пармезановым соусом и белое
вино, — проговорила она, возвращая меню официанту.
— Мне то же самое, — решила Джанин. — Ну, так что с Грегом?
— Все в порядке, — уклончиво ответила Джил. — На этой неделе
мы закончим план новой книги.
Джанин покачала головой.
— Да ладно тебе! Когда ты, наконец, осознаешь, что любишь его?
Джил чуть не уронила бокал с водой, который она держала в руках.
— Ты говоришь об этом, как о болезни, — пожала плечами она.
— При том, что вы оба так демонстративно гордились своей свободой, вы
теперь проводите вместе все время, вместо восьмидесяти процентов, как это
было раньше. С таким же успехом могли бы уж и пожениться. Смотри на это как
на средство снижения налогов, — пошутила Джанин.
— Я не хочу ни для кого быть средством снижения налогов, —
огрызнулась Джил. С этого момента ее настроение резко упало.
Поев и выслушав совет Джанин как следует задуматься, Джил отправилась по
магазинам. Но даже это занятие навело ее на мысли о Греге и о том интервью,
которое у них взяли когда-то для писательского журнала. В ответ на вопрос о
хобби Грег жизнерадостно проинформировал журналистку, что хобби Джил —
покупать одежду.
Домой она вернулась с кучей свертков на заднем сиденье.
— Ну, что? Снова обчистила все магазины? — Грег увидел охапку
свертков в руках у Джил, которая проходила через его кабинет.
— Да, и часть еще в машине осталась, — объявила она.
Он понял намек.
— Слушаюсь, мадам.
Джил развешивала свои покупки, когда в спальню вошел Грег, неся оставшееся.
— По-моему, тебе нужен еще один гардероб. — Он бросил покупки на
кровать.
— Это не все мне, — таинственно объявила Джил, перебирая свои
свертки в поисках нужного. Она вытащила яркую красно-белую коробку с белым
бантом наверху. Неожиданно ее охватило смущение, хотя она не в первый раз
делала ему сюрприз. — Это тебе. — Джил избегала смотреть ему в
лицо.
Грег посмотрел на коробку, всунутую ему в руки. Он осторожно развязал узлы и
бросил ленточку на ковер. Следующей туда же полетела крышка, при этом был
извлечен заклеенный золотым ярлыком белый пакет, внутри которого оказался
жемчужно-серый свитер с голубыми крапинками. Шерсть была такой мягкой, что
напоминала ему волосы Джил.
— Он просто великолепен, солнышко. — Ему с трудом удалось
вытолкнуть слова из внезапно пересохшего горла. — В нем соединились
цвета наших глаз.
Она, наконец, отважилась взглянуть ему в лицо.
— Тебе нравится?
Грег неожиданно ухмыльнулся.
— Да уж он получше того комплекта нижнего белья для Санта-Клауса,
который ты мне как-то подарила. Нет, правда, нравится. — Он схватил ее
и крепко обнял.
— Грег, ты помнешь свой свитер, — запротестовала Джил, но не смогла не обнять его в ответ.
— Может быть, ты примеришь для меня свои покупки? — шепнул он ей
на ухо.
Однако дальше пары ботинок дело не пошло. На этом Грег положил примерке
конец, сорвав с Джил одежду, и они занялись любовью прямо посреди бумажных
пакетов и коробок с обувью.
Когда он умиротворенно затих, зажатый ее бедрами, она увидела написанное на
его лице упоение и поняла, что на ее лице можно прочесть то же самое. Джил
знала, что никто в мире больше не сможет дать ей такое счастье, и боязнь
потерять Грега, любовника и друга, опечалила ее. Смогут ли они сохранить
дружбу, когда их роман завершится? Но прервать роман сейчас, когда она так
любит его, было выше ее сил.
Джил повернулась и уставилась на мерцающие на электронных часах красные
цифры: три ноль-ноль. Она посмотрела на Грега. Тот еще спал. Она улыбнулась,
глядя на лежащего на животе мужчину: его рука обнимала подушку, на лоб упала
прядь волос. В такие минуты Джил хотелось приникнуть к Грегу всем телом и на
пять-десять лет впасть в спячку. Она могла бы разбудить его и провести сцену
обольщения, но было одно небольшое препятствие: Джил так сильно хотела
курить, что за одну сигарету была готова на убийство. Она опять взглянула на
часы. Три ноль-одна.
Джил перевернулась на спину и уставилась на псевдоотпечаток на потолке.
Когда она показала его Грегу, тот рассмеялся и сказал, что сходство
действительно есть, но хотя он и обладает хорошей спортивной подготовкой,
однако не до такой степени.
Три ноль-две. Джил чувствовала себя так, как будто все ее внутренности
стянуты гигантским узлом, который с каждым мгновением затягивается все туже.
В три ноль-три она с совершенно помутившимся рассудком сбросила простыню и
поежилась от свежего воздуха, коснувшегося ее обнаженного тела. Джил
нашарила зеленый шерстяной свитер Грега, лежавший на ковре, и натянула через
голову. Она оглянулась, чтобы убедиться, что Грег по-прежнему спит, и тихо
выскользнула из комнаты.
Благодаря светившему у основания лестницы ночнику, Джил без труда спустилась
вниз. Добравшись до своего кабинета, она зажгла настольную лампу и начала
последовательно обыскивать все ящики. Покончив со столом, она перешла к
тумбочке, присев на корточки и балансируя на пятках в ходе исследования ее
отдаленных регионов.
— Здесь ничего нет.
Джил взвизгнула и от неожиданности, потеряв равновесие, шлепнулась на пол.
— У меня может быть разрыв сердца от таких выходок! — возмутилась
она.
Казалось, Грегу была не страшна прохлада. Он был в одних джинсах с
незастегнутой кнопкой, державшихся только на
молнии
. Он скрестил руки на
груди и смотрел мимо нее. Грег выглядел не рассерженным, а скорее
расстроенным, и печаль в его глазах огорчила ее больше, чем любая бурная
сцена.
— Э-э, я искала страницы, над которыми мы сегодня работали, —
выдавила она, запинаясь.
Он устало покачал головой.
— Мы ведь оба знаем, что это не так, Джил. Иди ляг в постель.
— Перестань строить из себя добренького! — закричала она, стуча
кулаками по ковру. — Я ненавижу тебя, когда ты начинаешь подставлять
левую щеку! И нечего улыбаться и говорить мне, что у меня просто такой
период! — бросила она, грозя ему кулаком.
Грег медленно направился к ней, как лев, подкрадывающийся к своей добыче.
Подойдя, он нагнулся, взял ее за локти и дернул вверх, поставив на колени.
— У тебя сейчас трудное время, — спокойно объяснил он, присев
перед ней на корточки. — Тебе нужно было меня разбудить, и мы бы
поговорили.
— Я не хочу разговаривать, — упиралась она. — Я хочу
сигарету.
— Тебе нельзя! — заорал он в ответ, потеряв, наконец,
терпение. — Ты обещала бросить на полгода, и так и будет, хоть ты умри!
— А ты бы обрадовался, да? — Джил вся пылала. — Я готова
умереть за сигарету, а тебе наплевать. Ты не понимаешь, как мне тяжело, как
же ты можешь мне помочь?
— Все я прекрасно понимаю, — Грег выпрямился, прежде чем
нагнуться, чтобы поднять ее на ноги. — Я начал курить в пятнадцать лет,
потому что все мои друзья курили. Через три года я выкуривал по три пачки в
день. В двадцать один год я понял, что занятия бегом и курение несовместимы,
и бросил курить. Несколько месяцев я сходил с ума. Я и сейчас иногда
выкуриваю сигарету.
Джил открыла рот, услышав это признание.
— Ты никогда не говорил мне.
— Ты бы и сама могла догадаться. — Он усмехнулся, обнимая ее за
шею. — Бывшие курильщики — самые страшные враги курения.
— Тогда ты должен был мне больше сочувствовать, — Джил снова
начинала распаляться.
— Джил, ты самая вздорная баба из всех, кого я знаю, — взорвался
Грег. — Почему я хочу жениться на такой неуравновешенной женщине, ума
не приложу!
— Я не... — смысл его слов внезапно дошел до нее. Джил резко
замолчала, затем нерешительно переспросила: — Ты хочешь жениться на
мне? — Она чувствовала себя так, как будто на нее упала многотонная
глыба.
— С какой стати мне этого хотеть, если ты стервенеешь каждый раз, когда
я пытаюсь тебе помочь? — возбужденно говорил он, расхаживая взад и
вперед. — И что я получаю за все свои старания? Ты либо орешь на меня,
либо препираешься по пустякам. Я ни от кого не потерпел бы такого, почему я
должен терпеть это от тебя? — Он повернулся к ней, его ярость все не
утихала.
— Грег, почему ты хочешь жениться на мне? — тихо спросила Джил,
протягивая руку, чтобы остановить его беспорядочное метание.
— Почему? Это действительно загадка, Джил, даже для меня самого, —
издевался он. — Может быть, потому, что я мазохист, и мне нравится, как
ты изводишь меня двадцать четыре часа в сутки. А может быть, потому, что я
не встретил никого, кто был бы таким нежным и любящим, как ты, когда у тебя
есть настроение, и никого, с кем я хотел бы провести всю оставшуюся жизнь.
Проще всего объяснить это тем, что я тебя люблю! — заорал он во все
горло.
— Я тоже тебя люблю, — заорала Джил в ответ, а потом, затихнув,
хихикнула. — А почему мы так вопим?
Грег покачал головой.
— Наверное, потому, что это у нас лучше всего получается.
Она иронически выгнула бровь.
— Если это у нас получается лучше всего, с нами беда.
Грег остановился и поднял ее на руки.
— Ну, ладно, тогда посмотрим, кто из нас прав, — пробормотал он и
потерся об ее нос. — Нос холодный — пес здоровый.
Грег отнес ее в общую комнату и посадил на овальный столик.
— Грег, что ты делаешь? — Она дернулась, коснувшись обнаженным
телом холодного дерева.
— Я воплощаю в жизнь одну из моих эротических фантазий, — объяснил
он, расстегивая
молнию
и сбрасывая джинсы. — Многие месяцы я мечтал
заняться с тобой любовью на этом столе. Именно это я теперь и сделаю.
Джил рассмеялась.
— Не слишком ли здесь холодно? — Она увидела, что ее бедра
покрылись гусиной кожей.
— Я тебя быстро согрею. — Грег уже проскользнул между ее
раздвинутыми коленями, и она почувствовала своими бедрами прикосновение его
возбужденной плоти. Его язык скользнул у нее по щеке и вниз к губам. —
Какая ты всегда вкусная, — пробормотал он.
Джил почувствовала, что у нее участилось дыхание.
— Это, наверное, мой клубничный шампунь, — выдохнула она,
высовывая свой язык навстречу его.
— Я всегда любил клубнику. — Его язык потерся об ее и дал увлечь
себя в теплую глубь ее рта. — Особенно на тебе.
Когда их языки снова встретились, Грег просунул руки под прикрывавший Джил
свитер и сжал руками ее бедра, почувствовав их шелковистую кожу.
Джил обхватила обеими руками голову Грега, ее розовые ногти погрузились в
его мягкие темные волосы. С ее уст срывался тихий шепот, который Грег тут же
подхватывал губами. Одной рукой он ласкающим движением скользнул по ее
животу вверх к груди.
— Ласкай меня, Грег, — просила она каким-то горловым голосом,
который он слышал от нее только в такие мгновения. — Люби меня.
— Я бы и сам догадался сделать это, — выдохнул он, ухватив зубами
мочку ее уха и слегка потянув за нее.
Джил опустила руку вниз, чтобы приласкать его горячую бархатистую плоть,
пульсирующую под ее прикосновениями. Она гладила его, зная как свести Грега
с ума, и, улыбаясь, слушала бессвязные слова, которые он шептал ей на ухо.
Одним резким движением Грег задрал свитер вверх и сорвал его с Джил. Он взял
в рот ее сосок и потягивал его до тех пор, пока возникшие электрические
разряды не проникли в самую глубь женской сущности Джил. Она вскрикнула,
прижавшись к нему бедрами и обнимая его ногами вокруг талии. Наклонив
голову, она отыскала среди его темных курчавых волос темный сосок и нежным
ртом пробудила в нем жизнь. Она терзала его языком и зубами, пока он не
сделался таким же выпуклым и твердым, как ее собственный, и заставила Грега
испытать такую же сладкую боль.
— Давай же, Джил, — тяжело дыша, сказал он. — Покажи, что ты
хочешь меня точно так же, как хочу тебя я.
Она взяла его кончиками пальцев и повела в путешествие по жаркому
трепещущему миру. Он закончил начатое ею. После того как Джил указала ему
направление, он глубоко вошел в нее раз и еще раз, пока она не была вся
заполнена его мощью. Их губы сливались вместе так же бурно, как и их тела.
Любовь заставляла их сдерживать грубую жадность, гнавшую их вперед.
Джил знала, что она приближается к кульминации и что Грег идет с ней вместе.
В какой-то момент они одновременно вскрикнули и замерли, сжимая друг друга
по мере того, как слабые толчки продолжали время от времени сотрясать их.
Джил уткнулась лицом в плечо Грега, провела губами по его влажной коже.
— Ты вправду любишь меня? — прошептал он, поглаживая ее по спине.
— Да. — Она поцеловала его в плечо. — Давай хотя бы не
обсуждать этот вопрос. Ты знаешь, мы всю жизнь будем спорить.
— Но зато сколько всего хорошего нам предстоит. — Он прижался
щекой к ее волосам. — Как бы я ни хотел здесь оставаться, но у меня
совершенно замерз зад.
Грег взял Джил на руки и отнес ее наверх в их теплую постель. Уютно
расположившись, они принялись строить планы на будущее.
— Мы можем снести разделительную стенку и сделать одну большую
квартиру, — предложила Джил, сладко зевая. Их бурные ласки и ее
бессонная ночь, наконец, сделали свое дело.
— Я хотел повести тебя в подходящий ресторан и сделать предложение в
романтичной атмосфере, — извиняющимся тоном сказал Грег, и на лице его
было раскаяние. — Прости, что я так прокричал его.
— Ты потом за все расплатился, — возразила она, скользнув рукой по
его широкой груди, вниз к плоскому животу и положив голову ему на плечо. Она
набрала воздуху и призналась. — Я проиграла пари, Грег, как если бы я и
вправду закурила.
— Но ты же не курила, — уточнил он.
— Нет, но если бы я нашла сигарету, я бы ее обязательно
выкурила. — Джил вздохнула. — Поэтому я должна тебе ужин в Париже.
Она потянулась через его грудь к телефону.
— Что ты делаешь? — спросил Грег, наблюдая, как она набирает
номер, разместив аппарат на его животе.
Джил подняла руку, призывая к тишине.
— Алло. Я хочу заказать два билета в первом классе. — Она
улыбнулась Грегу. — До Парижа. Скажите, это рейс до Далласа или до
Хьюстона? Алло! — Джил увидела, как пальцы Грега опустились на рычаг.
— Даллас и Хьюстон в Техасе, — проинформировал он ее.
— И Париж там же. — Она поцеловала его в нос и соскользнула к
губам. — Ты же не уточнял, какой Париж. И потом, — шептала Джил,
прижавшись к его губам, — все мечтают попасть в столицу Франции на какой-
то особенный ужин. А много ли кто думает о тихом захолустном Париже в
Техасе?
— Я знал, что есть причина, по которой я хочу жениться на тебе, —
ответил он.
— Докажи.
И он доказал.
Закладка в соц.сетях
