Жанр: Любовные романы
Книга теней
...ие,
которое она когда-либо получала. — Что за прием? Где? Кто будет?
Кэл рассмеялся, закинув назад голову, и сквозь расстегнутый ворот его
рубашки я увидела его сильную загорелую шею. Он носил на шее кожаный шнурок,
на котором висел амулет — серебряная пятиконечная звездочка в круге.
Интересно, что означает этот символ?
— Если позволит погода, я устрою вечеринку на улице, — ответил
Кэл. — Знаете, мне просто хочется поговорить с людьми за пределами
школы. Я приглашаю ребят и из младших, и из старших классов...
— В самом деле? — Бри изящно выгнула бровь.
— Ну да, многих, — заверил ее Кэл. — Думаю, мы можем
собраться на воздухе. Дождя вроде не предвидится. Там, за рынком, на окраине
города, есть подходящее поле. Думаю, мы могли бы поговорить, сев в кружок и
глядя на звезды...
Мы дружно уставились на него. Все обычно гуляли в парке, ходили в кино,
катались на аттракционах. Но никто еще не собирался в чистом поле за рынком.
— Это совсем не похоже на то, что вы обычно делаете? — будто
прочитав наши мысли, спросил Кэл.
— Совсем непохоже, — согласилась Бри. — Но звучит
многообещающе.
— Значит, договорились. Я напечатаю и раздам всем что-то вроде
инструкции. Надеюсь, вы все придете, друзья.
Он легко поднялся и ушел.
Я захотела, чтобы он стал моим.
Я была поражена: и как это мне могла прийти в голову подобная мысль? Я еще
никогда так не думала ни о ком. А Кэл Блэр совсем не подходил мне, и желать
его было просто глупо. Я тряхнула головой. Что за бред? Надо поскорее
отделаться от этого наваждения.
Когда он ушел, мои подруги принялись обсуждать будущую вечеринку.
— А интересно, что там будет? — размышляла Тамара.
— Думаю, будет очень круто, — заметила Бри.
— Полагаю, что в этот уик-энд мне придется уехать из города, —
сказала Дженис то ли с сожалением, то ли с облегчением.
Мы вчетвером наблюдали, как Кэл подошел к друзьям Бри, которые сидели на
скамейках, расставленных на лужайке. Поговорив с ними, он направился к
растаманам, толкавшимся у дверей кофейни. И странное дело: каждый раз он
выглядел точь-в-точь как те, с кем он разговаривал. Когда он общался с
такими
мозгами
, как я, Тамара и Дженис, он казался умным и проницательным.
С друзьями Бри он смотрелся небрежным, сдержанным, этаким законодателем мод.
А вот рядом с Рейвин и Чипом он становился парнем, выкуривающим косячок
каждый день после школы. Просто удивительно, как ему удается чувствовать
себя комфортно со всеми.
До некоторой степени я ему завидовала: я чувствую себя свободно только в
небольшой компании друзей. Моими лучшими друзьями были Бри и Робби, мы знали
друг друга с детства, когда жили в одном квартале. Но это было еще до того,
как семья Бри переехала в громадный современный дом с видом на реку, и
задолго до того, как мы стали принадлежать к разным слоям общества. Бри и я
были единственными в нашей школе, кто дружил по-прежнему, хотя мы стали
относиться к разным социальным группам.
А Кэл был каким-то... универсальным. И хотя я сильно нервничала, мне просто
загорелось пойти на ту вечеринку.
3. Круг
Не броди по ночам, потому что колдуны используют фазы луны, чтобы пустить в
ход свои чары. Сиди в безопасности дома, пока солнечный свет снова не
загонит нечисть в ее норы.
Я закинул сеть и молюсь за свою удачу, ибо шансы могут
увеличиться, и найдутся те, кого я ищу. Фонарь на крыльце отбрасывал светлые тени на газон перед нашим домом. Мы шли
по пожухлой осенней траве к моему автомобилю.
— А что с твоей машиной? — спросила я Бри.
— Какой-то странный стук в двигателе, — ответила она.
Я округлила глаза, надеясь, что Бри увидит это. Ее очень дорогой, шикарный
автомобиль то и дело выкидывал какие-то номера. Слишком уж часто для такой
навороченной машины.
Я открыла дверцу со стороны водителя и села в прохладное, обитое
искусственной кожей кресло моего красавца
крайслера
модели 1971 года. Папа
шутил, что моя машина тяжелее подводной лодки и даже прозвал ее по-немецки
Das Boot
—
лодка
. Кстати, его любимым фильмом на все времена был фильм,
который так и назывался —
Лодка
. Бри села рядом со мной, и мы помахали на
прощание папе, который сгребал опавшие листья.
— Веди машину осторожно, солнышко! — крикнул он.
Я завела мотор и сквозь стекло посмотрела на небо. Луна шла на убыль, ее
тонкий серп закрыло темное облачко, но звезды сияли ярко.
— Куда же делся твой Крис? — спросила я, сворачивая на Ривердейл-
драйв.
Бри вздохнула:
— Я сказала ему, что обещала поехать с тобой.
— Ну надо же! — простонала я. — И все потому, что я боюсь
водить машину в темноте! Угадала?
Бри потерла лоб.
— Извини, — пробормотала она. — Он становится ужасным
собственником. И почему все парни так быстро меняются? Какое-то время ты
просто встречаешься с ним, и вдруг он начинает считать тебя своей
собственностью. — Она вздрогнула, хотя было вовсе не так уж
прохладно. — Сворачивай направо, на Вествуд.
Это был уже северный пригород. Бри помахала листком бумаги, на котором было
напечатано, как ехать.
— Мне жаль, что все так выходит. А вот Кэл... Он совсем не такой.
Верно? — спросила она.
— Угу, — пробормотала я.
Я потянулась к бутылке сельтерской, чтобы прекратить этот разговор. Не знаю
почему, но мне не хотелось говорить с Бри про Кэла.
— Все, это здесь! — возбужденно проговорила Бри через несколько
минут. — Тормози!
Она уже отстегнула ремень безопасности и взяла свою плетеную сумочку.
— Бри, — сказала я, оглядываясь кругом, — мы в каком-то
странном месте.
Если смотреть на вещи реально, то новые места часто кажутся странными. Но
эта заброшенная сельская дорога и на самом деле была странной. Слева
простиралось еще не убранное кукурузное поле. Справа шла широкая нескошенная
полоса луга, за которой виднелась зубчатая стена темного леса.
— Здесь написано, что надо парковаться под деревом, —
инструктировала меня Бри. — Давай.
Я вырулила свою
подводную лодку
и остановилась под громадным развесистым
дубом. И только теперь заметила по меньшей мере семь блестевших в лунном
свете машин, которые не были заметны с дороги.
Приметный красный
фольксваген
Робби, стоявший под деревом, светился в
темноте, словно гигантская божья коровка. Я увидела белый пикап Мэтта
Адлера, а рядом машину Шарон и фургон отца Тамары. Тут же пристроились
потрепанная черная машина Рейвин Мельцер, золотистый
форд-эксплорер
,
который, скорее всего, решила я, принадлежал Кэлу, и маленький зеленый
грузовичок Бет Нилсон, лучшей подруги Рейвин Мельцер. Никого не было видно,
лишь тонкой линией выделялась протоптанная в сухой высокой траве тропинка,
ведущая в лес.
— Думаю, нам надо идти туда, — как-то неуверенно проговорила Бри,
что было совсем для нее не характерно.
Я порадовалась тому, что она была рядом со мной. Если бы не она, не знаю,
как бы я справилась со своими нервами.
Мы пошли по тропинке, прохладный ночной ветерок шевелил мои волосы. Когда мы
подошли к лесу, Бри указала куда-то вперед. Было так темно, что я едва
заметила ее палец, но, приглядевшись повнимательнее, увидела лужайку и
силуэты людей, стоявших вокруг небольшого костра, обложенного камнями,
услышала тихий смех и почувствовала смолистый запах горящего дерева. И
неожиданно подумала: до чего же здорово — взять и вот так собрать всех на
открытом воздухе!
Мы осторожно шагали между деревьев, направляясь к костру. Я слышала, как Бри
тихонько чертыхалась: ее сандалии на платформе явно не подходили для ночных
странствий по лесу. Зато под моими деревянными сабо только похрустывали
веточки. Неожиданно я услышала за спиной какой-то шум и вздрогнула.
Обернувшись, я увидела, что за нами пробираются Итан Шарп и Алессандра
Спотфорд.
— Осторожно, — прошипела Алессандра. — Ветка угодила мне
прямо в глаз!
Мы с Бри вышли на лужайку. Я увидела Тамару, Робби и даже Бена Реджио из
моего латинского класса и подошла к ним. А Бри откололась от меня и
присоединилась к Шарон, Сьюзен, Дженне и Мэтту. Костер отбрасывал золотистые
отблески на их лица, отчего девочки казались более хорошенькими, а парни —
мужественными и загадочными.
— Где Кэл? — спросила Бри, и тут же Крис, согнувшийся над ящиком
со льдом, резко выпрямился, держа в руках бутылку пива.
— А зачем он тебе? — зло спросил парень. Бри провела пальцами по
волосам:
— Он же наш хозяин.
Кэл появился на краю лужайки почти бесшумно.
Он нес большую плетеную корзину, которую и поставил возле костра.
— Привет, — сказал он, с улыбкой оглядывая всех нас. —
Спасибо, что приехали. Думаю, костер не даст нам замерзнуть:
Я представила себе, как прижимаюсь к нему, как он обнимает меня рукой за
плечи и тепло от его тела медленно проникает сквозь мой вязаный жилет. Я
торопливо моргнула, и видение исчезло.
— Я принес кое-что поесть и выпить, — проговорил Кэл, опускаясь на
колени и открывая корзину. — Здесь орехи, чипсы, кукурузные коржики и
охлажденные напитки.
— Мне надо было прихватить вино, — сказала Бри, и я вздрогнула от
неожиданности, увидев ее совсем рядом.
Кэл улыбнулся ей и наверняка подумал:
До чего же она красивая!
По крайней
мере, такая мысль сразу промелькнула в моей голове.
В следующие полчаса мы прогуливались по лесу, не отходя далеко от костра,
болтали, сидели у огня. Нас было около двадцати человек. Кэл прихватил
отличный яблочный сидр с корицей для тех, кто не любит пиво, и я была в их
числе.
Крис сидел рядом с Бри, обнимая ее за плечи. Она не смотрела на него, и
время от времени посылала мне взгляды, свидетельствующие о ее раздражении.
Тамара, Бен и я сидели так тесно, что наши колени соприкасались. Одна моя
рука ощущала приятное тепло от огня, а другая не менее приятную ночную
прохладу. Иногда с порывом ветерка до меня долетал голос Кэла.
— Я рад, что вы все приехали, — сказал Кэл, подходя и опускаясь на
колени рядом со мной.
Он говорил громко, чтобы все могли его слышать.
— Моя мама еще до того, как мы перебрались сюда, была знакома со
многими в вашем городе, поэтому друзей у нее хватает. Вот я и подумал, что
можно отметить праздник Мабон без нее.
Бри улыбнулась и наклонилась вперед:
— Что это за Мабон?
— Сегодня — ночь Мабон, — пояснил Кэл. — Это один из
важнейших дней у викканцев, своеобразный шабаш, на который собираются
последователи языческого культа Викка. Его еще называют белым ведьмовством.
А вообще, это день осеннего равноденствия.
Стало так тихо, что можно было услышать, как падают листья. Все мы
завороженно смотрели на его лицо, освещенное бликами костра, похожее в этот
момент на маску. Никто не проронил ни слова.
Кэл прекрасно понимал наше недоумение, но, казалось, это совсем не смущало
его. С хрустом надкусив яблоко, он продолжал:
— Видите ли, обычно в праздник Мабон рисуют особый круг. Чтобы принести
благодарность за урожай. А после дня Мабон начинают ждать Самхейн.
— Соуен? — чуть слышно переспросила Дженна Руис.
— Сам-хейн, — повторил по слогам Кэл. — Наш самый большой
праздник. Новый год у ведьм, тридцать первое октября. Большинство людей
называют его Хэллоуин.
В полной тишине было слышно только потрескивание горящего в костре полена.
Первым заговорил Крис.
— Так что же, парень, — сказал он с нервным смешком, — хочешь
сказать, что ты — ведьмак?
— Ну да, я последователь культа Викка.
— Это что, вроде как поклонение дьяволу? — спросила Алессандра,
наморщив носик.
— Нет, нет, вовсе нет, — спокойно ответил Кэл тоном, вовсе не
похожим на самооборону. — Никакого дьявола в учении Викка нет. Это
совершенно самодостаточная религия, обожествляющая природу.
На лице Алессандры появилось скептическое выражение.
— Так вот, — сказал Кэл, — я хотел бы, чтобы этой ночью кто-
нибудь из вас начертил круг вместе со мной.
Тишина.
Кэл огляделся: все молчали, потрясенные столь неожиданным предложением.
Однако Кэл не выказал никакого смущения.
— Послушайте, начертить круг вовсе не означает присоединиться к Викке.
Это не значит, что вы идете против своей веры и принятых вами жизненных
правил. Вы никуда не вступаете, не беспокойтесь об этом. Я просто подумал:
может, кому-нибудь это покажется интересным.
Я посмотрела на Тамару. Ее темно-карие глаза были широко раскрыты. Бри
повернулась ко мне, и мы обменялись такими взглядами, которые были
красноречивее всяких слов. Да, мы обе были удивлены и настроены скептически,
но в то же время сильно заинтригованы. Взгляд Бри сказал мне, что ей все это
ужасно интересно. Я чувствовала то же самое.
— А что означает этот круг? — Только через несколько секунд я
осознала, что это прозвучал мой голос.
— Мы все станем в круг, возьмемся за руки и вознесем хвалу Богине и
Богу за то, что они дали нам урожай. Мы отпразднуем плодородие весны и лета
и будем готовиться к суровой зиме. Будем водить хоровод.
— Ты что, шутишь? — спросил Тодд Элсворт, потягивая пиво.
Кэл спокойно посмотрел на него:
— Да нет, не шучу. Но если ты против, дело твое.
— Господи, да он это всерьез, — произнес Крис, ни к кому не
обращаясь.
Бри осторожно сняла его руку со своего плеча, и он искоса взглянул на нее.
— Скоро десять, — сказал Кэл, поднимаясь на ноги. — Кто
хочет, пусть остается, остальные могут расходиться. Благодарю всех за то,
что приехали, мы хорошо провели время.
Рейвин встала и подошла к Кэлу, не отрывая от него взгляда своих темных
глаз.
— Я остаюсь, — сказала она и, повернувшись к остальным, бросила: —
Что, слабо?
— А я все-таки ухожу, — шепнула мне Тамара, вставая.
— Я еще побуду, — тихо ответила я. Тамара кивнула, помахала Кэлу
рукой и ушла.
— Я отваливаю, — заявил Крис, бросив пивную бутылку в кусты и
вставая на ноги. — Бри, идем!
— Я приехала с Морган, — ответила Бри, подвигаясь ближе ко
мне, — с ней и уеду.
— Приехала с ней, а уедешь со мной, — стоял на своем Крис.
— Нет уж, спасибо, — снова отказалась Бри, взглянув на меня.
Я ответила ей слабой улыбкой одобрения.
Крис выругался и с шумом начал продираться сквозь кусты.
Я взглянула на Кэла. Он сидел, опираясь локтями о колени. В его позе не было
заметно никакого напряжения: он просто ждал.
Рейвин, Бри и я остались. Бен Реджио уехал. Дженна осталась, а значит, и
Мэтт тоже. Робби не ушел, это хорошо. Остались Бет Нилсон, Шарон Гудфайн и
Итан Шарп. Алессандра было заколебалась, но все же осталась, как и Сьюзен с
Тоддом.
После того как все, кто хотел, ушли, нас оказалось тринадцать человек.
— Прекрасно, — сказал Кэл, поднимаясь. — Начнем!
Они пляшут обнаженными под кровавой луной в своих бесовских ритмах, опасные
для любого, кто подсмотрит их пляски, потому что увидевший их тут же
превращается в камень.
Мы толпились в нерешительности, а Кэл взял палку и начертил на земле
большой, правильный, но незамкнутый круг. Прежде чем соединить концы, он
жестом пригласил нас войти в круг, а потом замкнул его, словно закрыл за
нами дверь. И я почувствовала себя овцой в загоне.
Потом Кэл взял соль и посыпал ею землю за границей начерченного круга.
— Этой солью я очищаю наш круг, — объяснил он.
Мы с Бри посмотрели друг на друга и вопросительно улыбнулись.
— А теперь возьмемся за руки, — проговорил Кэл, протягивая нам
руки.
Меня обдало волной смущения, когда я сообразила, что стою слева от него. Он
взял меня за левую руку, Рейвин подошла с другой стороны и крепко схватила
его правую руку. Рядом со мной оказалась Бри. Мэтт, Бет, Тодд, Сьюзен,
Шарон, Итан стояли с другой стороны, а Робби замыкал круг, держа за руку
Рейвин.
Кэл поднял мою руку, и все повторили его движение, воздев руки к небу.
— Возблагодарим Богиню, — громко провозгласил Кэл и окинул
взглядом всех нас. Теперь все повторяйте за мной.
— Возблагодарим Богиню, — сказали мы, но мой голос был таким
тихим, что едва ли был слышен в этом хоре. К тому же я гадала, что это за
Богиня.
— Возблагодарим Бога, — продолжал Кэл, и мы послушно повторили его
слова.
— Сегодня сравнялись день и ночь, — сказал Кэл. — Сегодня
солнце вступило в знак Весов, наступило равновесие тьмы и света.
Тодд хмыкнул, и Кэл покосился на него.
Я ощущала целый миллиард нервных окончаний в своей левой руке и старалась не
думать, держу ли я руку Кэла слишком крепко или слабо и не стала ли она
влажной от моих переживаний.
— С сегодняшнего дня тьма начнет побеждать свет, — говорил
Кэл. — Сегодня осеннее равноденствие — время уборки урожая, время,
когда собирают злаки. Мы благодарим Мать-Землю, которая кормит нас. Он снова
оглядел наш круг.
— Теперь скажите:
Будь благословенна!
— Будь благословенна, — повторили мы.
А я молилась, чтобы моя рука, та, что была в руке Кэла, не начала потеть.
Его рука была сильной и твердой и крепко держала мою руку, однако не
причиняя мне боли. Не слишком ли вялой кажется ему моя рука?
— Время собирать семена, — спокойно произнес Кэл. — Мы
собираем семена, чтобы получить урожай в следующем году. Жизненные циклы
природы неутомимо и постоянно дают нам пищу. Теперь мы все скажем снова:
Будь благословенна!
— Будь благословенна, — произнесли мы.
— Мы возносим благодарность Богу, который принес себя в жертву, чтобы
возродиться вновь, — сказал Кэл.
Я нахмурилась. Мне не понравилось слово
жертва
. Он кивнул нам.
— Будь благословенна, — произнесли мы.
— А теперь давайте подышим, — скомандовал Кэл.
Он нагнул голову и закрыл глаза, и мы один за другим сделали то же самое.
Я слышала, что Сьюзен дышала слишком уж громко, и, открыв глаза, заметила,
что Тодд глупо ухмыляется. Его реакция раздражала меня.
— Хорошо, — сказал Кэл через несколько минут.
Он был совершенно спокоен, скорее всего, намеренно не обращая внимания на
Тодда и Сьюзен.
— А теперь прочтем очистительные стихи и пойдем по кругу против часовой
стрелки.
Кэл осторожно подтолкнул меня в нужную сторону, и мы двинулись в хороводе.
Кэл повторял нараспев слова, которые все мы быстро выучили и присоединились
к нему:
Через несколько минут все это уже не казалось нам странным, и скоро я
почувствовала, что практически бегу по кругу, воздев руки к луне. Бри
казалась такой счастливой и оживленной, что, глядя на нее, я не смогла
сдержать улыбки.
А немного спустя — не знаю, прошло еще несколько минут или целых
полчаса, — я ощутила какое-то странное головокружение. Я из тех людей,
которые не выдерживают круговых движений и никогда не катаются на карусели и
других аттракционах. Это было как-то связано со средним ухом. Я
почувствовала головокружение, но не могла остановиться.
В тот момент, когда я подумала, как же мне все-таки быть, Кэл спросил:
— Рейвин, от чего ты хотела бы избавиться, если бы могла? Что ты хотела
бы изгнать из себя? Скажи об этом сейчас.
Рейвин улыбнулась и на мгновение показалась мне даже хорошенькой.
— Я избавилась бы от мелких помыслов.
— Дженна? — прозвучал голос Кэла, когда мы снова двинулись по
кругу.
— Я избавилась бы от ненависти, — ответила та после небольшой паузы и посмотрела на Мэтта.
— Я избавился бы от ревности, — ответил он. Крепко держа Кэла и
Бри за руки, я двигалась вокруг костра то бегом, то пританцовывая,
одновременно меня тянули вперед и подталкивали сзади. Я была словно мыльная
пена в водовороте ванны, которая крутится и крутится без остановки. Но я не
проваливалась в сточное отверстие. Центробежная сила все поднимала и
поднимала меня. Голова моя кружилась, но я была как-то странно счастлива.
— Я изгоняю гнев! — выкрикнул Робби.
— Я изгоняю школу, — сказал Тодд.
Что за идиот?
— подумала я.
— Я изгоняю клетчатые брюки для гольфа, — вступила Сьюзен.
Я почувствовала, как Кэл чуть сильнее сжал мою руку.
К моему удивлению, следующей оказалась Шарон:
— Я изгоняю глупость.
— Я изгоняю мачеху! — смеясь, завопил Итан.
— Я изгоняю слабость! — прокричала Бет. Бри рядом со мной
воскликнула:
— Я изгоняю страх!
Что, настала моя очередь?
— смутно подумала я.
Кэл крепко сжал мою руку. Чего я боюсь? Странное дело: я не могла вспомнить
ни одного из своих страхов. На самом деле я боялась многого: провалиться на
экзамене, говорить на публике, смерти моих родителей, критических дней,
когда на мне белое, но никак не могла придумать, как мне включиться в этот
крут запретов.
— М-м-м, — промямлила я.
— Давай же! — прокричал Робби, его голос доносился словно
издалека.
— Давай! — сказала Бри, глядя на меня своими черными глазами.
— Говори, — прошептал мне Кэл, будто увлекая меня в какое-то
обособленное пространство, где были только мы, вдвоем.
— Изгоняю ограничения! — вырвалось у меня само собой.
Вот это и случилось. Словно подчиняясь знаку дирижера, мы разомкнули руки и
воздели их к небу, оставаясь там, где стояли. И в следующее мгновение я
ощутила острую боль в груди, которая пронзила меня насквозь. Я задохнулась,
схватившись за грудь, ноги мои подкосились.
— Что это с ней? — услышала я крик Рейвин, опускаясь на колени и крепко держась за грудь.
— Перебрала пива, — предположил Тодд.
Бри тронула меня за плечо. Я с трудом поднялась на ноги. Меня прошиб пот, я
тяжело дышала и была чуть ли не на грани обморока.
— Ты в порядке? Что случилось? — с тревогой спросила Бри.
Она обняла меня и притянула к себе, словно прикрывая своим телом. Я с
благодарностью прижалась к ней. В моих глазах стоял туман, и оттого все
вокруг казалось размытым, потерявшим свои очертания. Я заморгала и сделала
глотательное движение, мне захотелось совсем по-детски заплакать. С каждым
вздохом боль в груди утихала. Только теперь я увидела, что вся наша компания
столпилась вокруг меня. Я ощущала на себе их недоуменные и встревоженные
взгляды.
— Я в порядке, — сказала я низким, хриплым голосом.
Тепло волнами исходило от тела Бри, темные волосы упали ей на лоб. А мои
волосы свисали длинными некрасивыми прядями. Я была вся в поту и все же
дрожала от холода.
— Что это со мной, может, я заболела? — пролепетала я.
— Похоже на болезнь ведьм, — ядовито заметила Сьюзен.
Ее загорелое лицо в лунном свете казалось вылепленным из пластилина.
Я выпрямилась и поняла, что боль почти прошла.
— Не пойму, что со мной было: что-то вроде судороги, — сказала я
и, освободившись от объятий Бри, попробовала сделать шаг, но тут же поняла:
что-то неладное происходит с моими глазами.
Я моргнула несколько раз и посмотрела вверх, на небо. Мне показалось, что
вокруг стало ярче, хотя луна, как и прежде, была на исходе и выглядела как
узкий серп. Я перевела взгляд на лес и увидела его как на самой четкой
фотографии: каждую иголочку на сосне, каждый желудь и каждую упавшую
веточку. Потом закрыла глаза и поняла, что различаю малейший звук в ночном
лесу: слышу насекомых, зверей, птиц, дыхание моих друзей и даже течение
крови в моих венах. Жужжание сверчков распалось на тысячи разных звуков.
Я снова моргнула и посмотрела на лица окруживших меня ребят, хорошо различая
...Закладка в соц.сетях
