Жанр: Любовные романы
Лучший из мужчин
...ых он мог бы использовать в своих
целях. Гриффин тряхнул головой. Ему почему-то вдруг вспомнилось то время,
когда они с Декланом были еще мальчишками. Тогда Гриффин был уверен, что
Деклан станет президентом Соединенных Штатов или каким-нибудь важным
генералом. В детстве Деклан во всем и всегда был заводилой, бесстрашным,
отчаянным, способным на неординарные поступки. К тому же его буквально
распирало от множества разных идей.
Давайте сделаем это!
— кричал Деклан,
и толпа восторженных мальчишек была готова воплотить в жизнь его идею.
Однажды Деклан организовал марш протеста против привычки родителей загонять
его, как, впрочем, и всех остальных мальчишек, домой в восемь тридцать
вечера. Человек двадцать ребят нарисовали плакаты и вышли с ними на Мейн-
стрит.
Но со временем проделки Деклана становились все опаснее. Он прыгал с высоких
деревьев в мелкую реку, перебегал через рельсы перед несущимся на большой
скорости поездом. А потом он начал кидать камни в кошек, мучить собак. Было
кое-что и похуже.
Гриффин снова тряхнул головой, стараясь избавиться от воспоминаний.
— Сейчас мы вернемся ко мне домой и сделаем то, что и собирались
сделать, — мы до самого утра больше не будем говорить о расследовании.
Для этого будет предостаточно времени завтра.
— Хочешь сказать, что ты сможешь спокойно уснуть? — Айви провела
рукой по своим мягким светло-каштановым волосам. — Мне кажется, я всю
ночь буду ворочаться с боку на бок. Вряд ли мне сегодня удастся выспаться.
— Я расскажу тебе какую-нибудь ужасно скучную историю, —
усмехнулся Гриффин. — И ты уснешь, даже не дослушав ее до конца.
Она улыбнулась, встала и убрала ручку и блокнот в свою сумочку.
— Мне почему-то кажется, что твои истории просто не могут быть
скучными.
— О, поверь мне, — сказал Гриффин, открывая перед Айви
дверь, — скучные истории — мой конек. Ты просто плохо меня знаешь. Я
расскажу тебе о своей последней поездке в Большой каньон. Я тщательно изучил
это место, его историю, геологическую карту. Ты уснешь через две секунды
после того, как я начну выкладывать тебе все это.
Айви весело рассмеялась, хотя и не ожидала от себя такой реакции.
— Может, ты и прав.
Двадцать минут спустя они уже входили в квартиру Гриффина. Айви не стала
заходить в свою спальню, а сразу же отправилась в комнату Гриффина и прямо в
одежде прилегла на его кровать. Взглянув на нее, он вдруг почувствовал, как
внутри у него потеплело.
Он был нужен ей. Уже очень давно у Гриффина не было подобного ощущения. Ведь
так давно в нем никто не нуждался.
Гриффин прилег рядом с ней; Айви прижалась к нему с трогательной
доверчивостью.
— Так что там насчет геологической карты?
Он улыбнулся:
— Ну, слушай. Итак, ширина Большого каньона — семь тысяч миль, а его
глубина — сорок семь футов, — проговорил он монотонным голосом,
лишенным какого-либо выражения. Гриффин и понятия не имел, каковы были на
самом деле размеры каньона, он придумал все эти цифры по ходу дела. —
Каждый год десятки тысяч туристов...
Он продолжал и продолжал говорить, придумывая все новые несуществующие
подробности, и наконец дыхание Айви замедлилось, стало ровным и глубоким.
Она заснула. Гриффину не хотелось вставать и уходить от нее. Ему нравилось
вдыхать аромат ее волос, нравилось ощущать, как ее рука во сне сжимает его
руку.
Айви проснулась от пульсирующей в правом виске боли и от запаха жареного
бекона. Казалось, этот запах каким-то странным образом усиливает ее боль.
Она медленно поднялась и села на кровати. В течение нескольких секунд Айви
не могла понять, где она находится. Но потом вспомнила — она, оказывается,
всю ночь проспала в постели Гриффина. В постели чужого мужчины. Перед ее
мысленным взором снова возникло его улыбающееся лицо с темными глазами. Она
увидела его губы, крупные, чувственные, красиво очерченные.
Он всю ночь держал ее в своих руках. Айви улыбнулась. Ему пришлось это
сделать.
Айви продолжала улыбаться, хотя ее голова просто раскалывалась от боли. Она
вспомнила, как Гриффин рассказывал ей о Большом каньоне.
А потом она вспомнила о телефонном звонке.
Не лезь в мои дела, Айви, иначе мне придется убить и тебя, и моего брата
.
Она прижала пальцы к вискам и слегка потерла их. Да, ей трудно было поверить
в то, что Деклан — убийца. Одна ее часть, разумная, мыслящая логически,
говорила ей, что Деклан и есть тот самый человек, который убил Дженнифер
Лексингтон. Но другая ее часть, та, которая любила Деклана, которая мечтала
о будущем с этим человеком, никак не могла примириться с мыслью о том, что
ее бывший жених — преступник. Но так было до тех пор, пока она не услышала
его голос в трубке. Голос, который угрожал ей. Угрожал Гриффину. Деклан
угрожал своему собственному брату.
Айви закрыла глаза и попыталась снова погрузиться в то безмятежное,
спокойное состояние, которое она испытывала, лежа в объятиях Гриффина.
Вернуть то ощущение безопасности. Большие и крепкие руки Гриффина обнимали
ее и защищали, баюкали, ласкали. С ней такого никогда раньше не бывало.
Айви очень рано поняла, что рядом с ней никогда не будет ее
папочки
. И
смирилась с этим, хотя это было совсем не просто. Она должна была привыкнуть
не только к физическому отсутствию отца рядом с ней, но и к отсутствию
защищенности, к тому холодному ветру, который так часто врывался в ее жизнь.
Возможно, в мужчинах она искала именно защиту, надежность и безопасность.
Отношения с Декланом много значили для нее, но он не мог дать ей защиты. У
Айви даже начало появляться такое ощущение, что эту самую защиту она должна
была обеспечить для Деклана. И вероятно, поэтому существовавший в их связи
глубинный дискомфорт заставлял ее время от времени сомневаться в
правильности своего выбора.
Айви росла без отца, но и отношения с матерью тоже трудно было назвать
близкими. Дана предпочитала проводить время со своими подругами, ходить на
вечеринки, ездить отдыхать на природу. Мать не интересовала всякая
ерунда
,
касающаяся жизни ее дочери: кто кого обидел в школе, кто кого толкнул, на
какую тему им задали писать сочинение, почему Айви солгала учительнице. И
это тоже способствовало укреплению дружбы между Айви и Аланной. Айви могла
во всем положиться на свою подругу. Эта дружба помогала Айви преодолевать
все кризисы, случавшиеся в ее жизни.
Уже в школе Айви научилась полагаться только на себя. И еще на свою подругу.
В средних классах школы Айви часто обижали мальчишки. Встретив ее в коридоре
или на улице, они, бывало, кричали ей:
Эй, Гладильная Доска, где твои
сиськи? Может, ты и не девчонка вовсе? Давайте-ка проверим
. И пытались
залезть ей под платье. Сначала после такого Айви прибегала домой вся в
слезах и долго рыдала, чего, впрочем, никто не замечал. Но потом она поняла,
что ее обидчики — просто отбросы общества, и в дальнейшем такие подростки
становятся преступниками, ворами и убийцами. Может, для того, чтобы бороться
с этими подонками и мучителями, она и пошла работать в полицию. В старших
классах она стала много читать. С жадностью проглатывала самые разные книги
— и художественную литературу, и научные труды по праву и криминалистике.
Уже в то время Айви знала, что она обязательно будет работать в
правоохранительных органах. Вот тогда-то она сумеет ответить своим
мучителям. Глупых хихикающих девчонок она просто не будет замечать. А если
ее будут обижать парни, она сможет поставить их на место при помощи какого-
нибудь приема карате.
Став взрослой, Айви смогла избавиться от своих детских комплексов и стать
уверенной в себе женщиной. Но она никак не ожидала, что у того мужчины, за
которого она собиралась выйти замуж, существует и другая сторона — черная,
пугающая, отталкивающая. Она не привыкла к тому, чтобы ее защищали и
опекали. Хотя, конечно же, ей очень хотелось этого. Это, черт возьми, так
приятно.
Айви почувствовала, что головная боль начала постепенно отступать. Она
прислонилась к спинке кровати и окинула взглядом комнату Гриффина. Эта
комната отражала характер своего хозяина. Все здесь выглядело добротным,
функциональным и целесообразным. Простым и в то же время красивым. И
надежным. Айви снова легла и натянула одеяло до самого подбородка. Кажется,
она могла бы вот так пролежать целый день до самого вечера. Никогда раньше у
нее не было такого чувства, что все свои дела можно взять и переложить на
кого-то другого, кто знает, что такое взаимовыручка. А Гриффин был именно
таким — он мог взять ответственность на себя. И еще он отлично готовил, что
доказывал несущийся с кухни аппетитный запах.
Айви выбралась из кровати, быстро сполоснулась под душем и слегка
подкрасилась. Так, немного тонального крема, чтобы скрыть темные круги под
глазами, и чуть-чуть румян, чтобы придать лицу свежий вид. Потом она
подкрасила ресницы. Все, теперь она выглядела бодрее. Через минуту Айви была
уже в своей комнате. Она надела черные джинсы, черные туфли без каблуков,
белую рубашку на пуговицах и отправилась на кухню, куда разносившийся по
всей квартире запах еды влек ее все сильнее и сильнее.
— Доброе утро, — весело проговорил Гриффин, раскладывая яичницу по
тарелкам. — Надеюсь, ты проголодалась?
— Да, и очень сильно. Как это ни удивительно. — Айви улыбнулась.
Вернувшийся к ней аппетит был хорошим знаком — она приходила в себя. События
последних двух дней странным образом начинали бледнеть в ее памяти и
отступать на задний план. Даже угрозы Деклана сейчас уже не пугали ее. Ведь
с ней Гриффин, и на него она могла положиться. — Спасибо, —
сказала она и села за стол. Гриффин сварил и кофе. И еще он поставил перед
ней стакан апельсинового сока и вазочку с красным виноградом.
— Хорошо спала? — спросил он и отпил глоток кофе.
— Да, благодаря тебе, — ответила она.
Гриффин пристально посмотрел ей в глаза. У него было такое выражение лица,
как будто он не ожидал услышать от нее эти слова. Айви тоже смотрела на
него. Пробивающиеся сквозь жалюзи лучи света поблескивали в его черных
волосах. На нем был темно-зеленый свитер с треугольным вырезом, в котором
виднелась белая футболка. Голубые джинсы выглядели слегка потертыми и очень
сексуальными. Он был пугающе красивым, его мужское начало заявляло о себе
громко и недвусмысленно. Айви отвернулась.
Настало время заняться делами. Эту ночь она провела в объятиях Гриффина,
забыв обо всех своих неприятностях и проблемах. Но яркий утренний свет снова
заставлял ее вернуться к реальности.
— Гриффин, Деклан сказал, что я не должна
лезть в его дела
. Как ты
думаешь, о каких делах идет речь? О его любовной жизни? Или о чем-то еще?
Он положил в рот кусочек бекона.
— Его любовная жизнь — это его бизнес. Мое начальство считает, что в
ближайшие пару дней мы должны вести себя тихо. Залечь на дно, так сказать.
Пусть Деклан думает, будто ему удалось испугать нас.
— И тогда у него возникнет ощущение уверенности в своих силах и ему
будет казаться, что он в безопасности. — Айви кивнула. — Правда,
при сложившихся обстоятельствах нам будет трудно ничего не делать. И все же,
хочу признаться, я рада, что мы сможем немного передохнуть.
Неожиданно в дверь постучали. Гриффин быстро встал и жестом приказал Айви
пройти в гостиную. Сам он на цыпочках подошел к входной двери и достал
пистолет.
— Кто там? — спросил он.
— Счастливая парочка! — послышался бойкий мальчишеский голос.
Гриффин убрал пистолет и бросил на Айви успокаивающий взгляд. Затем открыл
дверь, и в квартиру вошел Джоуи с хорошенькой блондиночкой с косичками и в
очень короткой юбке.
— Мы обручились! — объявил Джоуи и поднял вверх их с девушкой
переплетенные руки. На ее пальце поблескивало скромное металлическое
колечко.
Обручены? Но ведь Джоуи еще даже не закончил школу! Ему только что
исполнилось восемнадцать.
— Это, — Джоуи обнял свою подружку, — Джулианна. Моя невеста.
Черт, как мне нравится это говорить. Моя невеста, моя невеста...
Гриффин и Айви переглянулись. Гриффин облегченно выдохнул, но Айви все еще
чувствовала себя несколько напряженно.
— И вы первые узнали об этом! — торжественно объявил Джоуи и
провел рукой по своей голове. Из-за взлохмаченных волос он выглядел сейчас
еще моложе, чем был на самом деле. — Мы даже нашим родителям еще не
сказали. Нам нравится, что у нас есть секрет.
— Приятно познакомиться, Джулианна. — Гриффин пожал руку своей
гостье, а затем представил Джулианне Айви, и все четверо отправились на
кухню завтракать.
Айви была готова поклясться, что эта парочка давно уже ничего не ела. Никто
из них и готовить-то, наверное, не умеет, подумала она. Возможно, у них и
денег нет.
— Классное колечко, да? — спросила Джулианна и положила на тост
яичницу с куском бекона. — Мы купили его всего за двадцать баксов.
Взгляд Айви скользнул по голове Джулианны. Ее светлые волосы были заплетены
в несколько косичек, торчащих в разные стороны. Вид эти косички имели какой-
то неестественный, к тому же они почему-то не двигались, когда Джулианна
мотала головой. На ней было надето сразу несколько кофточек, чуть раскосые
глаза подведены черными толстыми стрелками. И несмотря на все это, Джулианне
не удалось себя испортить. Она все равно была красивой, хотя эта красота и
казалась слишком уж экзотической и экстравагантной.
— А когда у меня будет хорошая работа, я куплю ей вместо этого кольца
кольцо с настоящим бриллиантом. В один карат, — добавил Джоуи. Кусок
бекона с молниеносной скоростью исчез у него во рту. — Ну и вкуснятина!
Нам тоже придется научиться готовить, когда мы будем жить вместе, —
пробубнил Джоуи с набитым ртом и потянулся к Джулианне, чтобы поцеловать ее
в щеку.
— А где вы собираетесь жить вместе, — спросил Гриффин, — если
Джулианна делит квартиру со своими подружками?
Челюсти Джоуи на мгновение перестали двигаться.
— Мы будем только приходить ночевать в ее комнату, а потом найдем себе
какую-нибудь маленькую квартирку. Мы уже кое-что присмотрели.
— Но ведь это недешево. Наверное, как минимум долларов двести
пятьдесят, — сказал Гриффин. — Если, конечно, вы хотите без
тараканов.
Джулианна сморщила свой хорошенький носик.
— Ненавижу тараканов и клопов.
— Не волнуйся, — сказал Джоуи. — Как только я найду работу,
наш общий доход сразу же значительно увеличится, и мы сможем снять что-то
типа студии. Там будет чудесно. И никаких тараканов.
Если вам и удастся это сделать, то только не в этом городе
, — хотела
сказать им Айви, но прикусила язык. Джоуи и Джулианна неизбежно столкнутся с
реальностью, как только откроют любую газету с объявлениями о продаже и
аренде недвижимости. Айви с трудом сдерживалась, чтобы не подскочить к этим
благодушно настроенным инопланетянам и не закричать:
Господи, детки, да вы
точно сошли с ума! Вы еще слишком молоды! Что вы знаете о жизни? Джоуи, ты
должен закончить школу. И забудьте о всяких глупостях типа обручения и
женитьбы лет до... тридцати!
— Если ты и найдешь себе какую-нибудь работу и будешь подрабатывать по
вечерам, это все равно не решит вашей проблемы с деньгами. Много за такое не
заплатят. — Гриффин тоже едва сдерживал себя. — Может, лучше
отложить свадьбу и совместное проживание до тех пор, пока Джоуи не закончит
школу?
— Со школой уже все закончено, — сказал Джоуи, подкладывая себе в
тарелку еще кусок яичницы. — Я бросил ее.
Гриффин похолодел.
— Что?! — хрипло крикнул он. — За три месяца до окончания?
Это невозможно, Джоуи. Твой отец не одобрил бы этого.
Черт, мысленно одернул себя Гриффин. Он не собирался разыгрывать карту
отец
бы не одобрил
, но сама ситуация толкнула его на это. Да ведь это и в самом
деле было правдой.
Щеки Джоуи вспыхнули.
— Послушай, Гриффин, я очень уважаю тебя, но ты не можешь знать, что
одобрил бы и чего не одобрил мой отец. Я думаю, что прежде всего он хотел бы
видеть меня счастливым. А Джулианна делает меня счастливым. Мне уже
восемнадцать, и я могу поступать так, как хочу.
Взгляды Гриффина и Джоуи встретились.
— Да, ты действительно можешь поступать, как хочешь. Но быть взрослым —
значит, по-взрослому решать проблемы и ответственно подходить к своему
выбору. То, что ты выбрал сейчас, может разрушить твое будущее.
Джоуи пожал плечами и положил еще один кусочек бекона на свою тарелку.
— У меня все будет в порядке.
Гриффин посмотрел на Айви, потом снова на Джоуи:
— Где ты ночевал прошлой ночью? Ты домой заходил?
Джоуи сжал губы, его вилка с куском бекона застыла на полпути ко рту.
— Нет.
— Родители, вероятно, просто сходят с ума от беспокойства, —
заметила Айви.
— Они беспокоятся только о себе! — зло бросил Джоуи. — Им на
меня наплевать. И на моего отца. Кроме отца, у меня нет родных. Мне
восемнадцать, и я сам решу, что для меня лучше.
— И что же, по твоему мнению, для тебя лучше? — поинтересовался
Гриффин.
— Для меня лучше, если мой отец будет жить вместе со мной. С
нами, — стиснув руку Джулианны, добавил он.
Айви заметила, что по лицу Джулианны разлилась меловая бледность. Она тоже
положила свой кусок бекона на тарелку. Похоже, и у нее исчез аппетит. Айви
была убеждена, что все эти прекраснодушные мечтания юных любовников тут же
улетучатся, едва в окно ударит ветер суровой действительности.
Джулианна вдруг поднялась со своего стула и стала расхаживать взад и вперед
по кухне. Потом снова села. Айви смотрела на нее и думала о том, что
девушку, похоже, волновали сейчас вовсе не помолвка и предстояшее
замужество, способное коренным образом изменить ее судьбу и судьбу Джоуи, а
разворачивающаяся в данную минуту на кухне Гриффина драма. Джоуи тоже
беспокоился совсем не о том, о чем, казалось бы, следовало. Больше всего его
занимал вопрос, будет ли его отец жить с ним и с его невестой или он
навсегда останется в доме престарелых. Но ведь не нужно быть провидцем,
чтобы понимать, что очень скоро Джулианне надоест эта проблема с отцом
Джоуи, а потом ей надоест и сам Джоуи. И это будет началом конца.
— Мы прямо сейчас пойдем к моим родителям и все им расскажем, —
сказал Джоуи. — Они, конечно, начнут беситься, но мы готовы к этому.
Гриффин выдохнул:
— Джоуи, я не узнаю тебя.
— Ничего удивительного. Я стал другим, — сказал Джоуи. —
Пошли, Джул.
— Ты не сможешь устроиться на хорошую работу без школьного
аттестата, — предупредил его Гриффин. — И тогда о приличной
квартире можешь даже не мечтать. И о деньгах можешь забыть, и о еде, и обо
всем другом.
— Я получу аттестат, — возразил Джоуи. — И поступлю в
колледж. Это все, конечно, займет немного больше времени, но...
Гриффин покачал головой:
— Знаешь, что ты делаешь сейчас? Рубишь сук, на котором сидишь. Не надо
настраивать родителей против себя. Ты просто разрушаешь свое будущее. Но
хуже всего то, что в этой ситуации сильнее всего пострадаешь ты сам.
— Черт, — разочарованно пробормотал Джоуи, — я-то думал, ты
на моей стороне. — Он поднялся из-за стола и взял еще один тост. —
Пошли, Джул. Уходим отсюда.
Джулианна улыбнулась Айви и Гриффину:
— Спасибо за завтрак.
Когда за парочкой закрылась входная дверь, Гриффин закатил глаза и
раздраженно фыркнул:
— Ишь, какая разговорчивая!
Спасибо за завтрак!
И это все, что она
сказала!
— Еще она сказала, что кольцо стоило двадцать баксов, — заметила
Айви.
— Он не бросит школу, — сказал Гриффин. — Только через мой
труп.
На лице Айви мелькнула улыбка.
— Тебе, я вижу, действительно небезразлична судьба этого парня.
Гриффин плюхнулся на диван и откинулся на его спинку.
— Да, небезразлична.
— Мне кажется, все кончится гораздо раньше и благополучнее, чем ты
думаешь. Вряд ли Джоуи бросит школу или сбежит в Лас-Вегас. Ты видел лицо
Джулианны, когда Джоуи сказал о том, что его отец будет жить с ними?
Гриффин одобрительно посмотрел на Айви:
— Вот это хорошая работа, офицер Айви Седжуик.
Айви грустно улыбнулась:
— Она разобьет ему сердце. Очень скоро. И все эти грандиозные планы,
касающиеся переселения отца Джоуи, улетучатся, как утренний туман. Ему будет
очень больно. Вот тогда-то ты будешь ему нужен.
Гриффин кивнул:
— И я буду рядом. Если он, конечно, не бросит школу. Этого я не смогу
принять. — Он глубоко вздохнул. — В свое время Деклан тоже бросил
школу. Ты знала об этом?
Нет, Айви этого не знала. Она покачала головой:
— Мне он говорил, что учится на последнем курсе Нью-Йоркского
университета и что он отличник. — Айви села рядом с Гриффином, тоже
откинулась на спинку дивана и стала рассматривать потолок. — Я, как
последняя дура, верила всему, что он говорил. Он ведь работал в
Седжуик
энтерпрайзис
, так что у меня не было причин сомневаться в правдивости его
заявлений. Все выглядело естественно, и казалось, что так и должно быть.
— Ему оставался год до окончания школы, — сказал Гриффин. — Я
тогда уже учился в колледже, а вечерами подрабатывал. Я всеми силами
старался заставить Деклана закончить последний класс. Даже предложил ему
жить вместе со мной. Но он, видимо, решил, что отчима с матерью обманывать
легче, чем меня. Деклан продолжал жить с матерью и отчимом и продолжал
вешать им лапшу на уши о своей замечательной работе. Он говорил им, что
занимается составлением компьютерных программ для Ай-би-эм и
Майкрософт
.
— Но тогда он должен был приносить домой деньги.
— Он начинал как ростовщик, потом связался с бандой, занимавшейся
угоном машин. Но очень скоро Деклан понял, что куда проще получать деньги от
влюбленных в него богатых и ничего не подозревающих женщин.
По спине Айви пробежал холодок. Она нахмурилась.
— Послушай, я не имел в виду...
Айви взяла себя в руки и спокойно улыбнулась:
— Я знаю, что ты не имел в виду меня. Я не богатая женщина, и в
ближайшее время богатство на меня не обрушится. Я всего лишь офицер полиции,
получающий весьма скромную зарплату.
— Значит, ты абсолютно уверена в том, что отец не оставил тебе
денег? — задал вопрос Гриффин.
Айви кивнула:
— В этом у меня нет никаких сомнений. Но все равно я хочу сходить к
адвокату отца и взять у него копию письма, которое я так и не прочитала.
Зазвонил сотовый телефон Айви. Это оказалась Аланна.
— Айви, у меня плохие новости.
Опять плохие новости? Айви похолодела.
— Говори.
— У тебя в доме кто-то побывал, — сказала Аланна. — Там все
перевернуто вверх дном. Картина ужасная, — добавила она. Айви
показалось, что Аланна хотела сказать что-то еще, но потом передумала.
— Что-то еще?
— Новое послание для тебя. На этот раз записку напечатали на листе
бумаги.
— И что там написано? — стараясь придать своему голосу твердость,
спросила Айви и закрыла глаза.
— Эта записка была приколота к стене. Мне кажется, Айви, тебе нужно
поехать домой. И пусть с тобой поедет детектив.
— Аланна, что там написано? — повторила свой вопрос Айви, ее голос задрожал от напряжения.
Аланна все еще колебалась. Наконец она проговорила:
— Хорошо. Передаю дословно:
Я не думал, что спать с братьями — это
твой стиль, мисс Ханжа. Но это даже к лучшему. Мне будет легче убить шлюху.
Одной пулей обоих
.
Глава 11
Гриффин и Айви тут же направились к ней домой. Оба пребывали в подавленном
настроении. Теперь было совершенно ясно, что кто-то задался целью
терроризировать Айви до тех пор, пока она не перестанет заниматься
расследованием убийства вместе с Гриффином. Пока она не перестанет
лезть
в
дела Деклана. Гриффин сказал Айви, что это вторжение в ее дом лишь
...Закладка в соц.сетях
