Жанр: Любовные романы
Мой ангел
...м.
— Ты потеряла сознание.
— Как странно...
— Не вижу ничего странного, учитывая твои сегодняшние приключения.
Тут взору Хелен предстала самая невероятная картина — Марк улыбался, и это
был не намек, не легкое движение губ, не приглушенные полутона, не тень
чувств... Его улыбка была полной и живой — если в этом случае уместны
подобные сравнения. Она была ошеломлена этим видением и удивительным
преображением его лица.
— Вот уж не думала, что вы умеете это делать.
— Делать что? — уточнил он.
— Улыбаться, конечно. Выражать чувства, свойственные всем остальным
нормальным людям. — Хелен попыталась сесть, и тут же ей на колени
бухнулась мокрое полотенце.
— Зачем это? — Она откинула полотенце с колен и посмотрела на
мокрое пятно.
— Это был компресс, — пояснил Марк.
Хелен села в кровати, чувствуя, что туман еще не окончательно рассеялся в ее
голове. Из-за этого тумана она плохо ориентировалась в пространстве и
времени. Ей стало холодно. Хелен обхватила себя руками.
— Мне нужно в мою комнату.
— Придется подождать, пока ваш дядя проводит гостя и ляжет спать.
— Кстати, кто этот гость? Не Эндрю ли Адамс?
— Как вы догадались? — усмехнулся он.
— У меня отличная интуиция!
— Да, теперь я это знаю, мисс Гамильтон.
Как странно: она в его комнате, в его постели, ночью — и ее это нисколько не
беспокоит.
— Хелен, почему ты испытываешь такую явную антипатию к Эндрю Адамсу?
Это ведь не только из-за Одри?
— Не думаю, что человек, обозвавший меня дворняжкой, может рассчитывать
на что-то другое, — выпалила она.
Улыбка Марка тут же погасла, глаза сузились, и в них мелькнул какой-то
странный огонек. Хелен огорчилась, что стала виновницей этого. Могла бы
отвертеться от ответа и еще немного насладиться удивительным зрелищем.
— Но почему ты позволила так унизить себя?
— Мне довольно затруднительно было противостоять ему. Особенно
учитывая, что мне было тринадцать лет и я подслушивала разговор дяди Роберта
с Адамсом.
— Черт побери... Я сожалею, — тихо сказал он.
— Ничего, я уже это пережила.
Хелен прилегла на кровать, чувствуя сонливость и усталость.
— Поспи немного, я тебя разбужу.
— Хорошо, — покорно пробормотала она, сворачиваясь клубочком на
кровати, и зачем-то добавила: — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Хелен, — тихо ответил Марк, накрывая ее одеялом,
но измученная девушка уже этого не слышала, погрузившись в сон.
Хелен очень не хотелось просыпаться. Она нежилась в обволакивающем тепле
крепких объятий, дарящих покой и безопасность...
Она распахнула глаза и рывком села. Марк, потревоженный ее резкими
движениями, заворочался, тоже открыл глаза и, приподнявшись, огляделся.
— Черт побери, что вы здесь делаете?! — воскликнула она.
— Хелен, ты на моей территории, — как ни в чем не бывало напомнил он и рухнул на подушки.
— Ах! — Она все вспомнила и бросила взгляд на часы. — Шестой
час! — Хелен попыталась вскочить с кровати.
Марк, закинув руки за голову, безмолвно наблюдал за ее резкими
перемещениями. Его рубашка была распахнута, обнажая широкую поросшую
волосками грудь.
— Почему ты так нервничаешь?
— А вы как думаете? Мне нечасто приходится просыпаться в чужих
постелях!
— Точнее никогда.
Хелен развернулась к нему, впилась взглядом в лицо Марка, а он невозмутимо
пояснил:
— Мне кажется, это слово больше соответствует истинному положению
вещей.
— Черт побери, вам не следует быть уверенным в этом.
— А тебе не следует часто поминать черта. Особенно с утра.
— Вы такой набожный и вас это коробит?
— А ты слышала пословицу: помяни черта, и он тут как тут?
Хелен почти со страхом взглянула на дверь.
— Вы правы, — пробормотала она, — не стоит пренебрегать
народной мудростью.
Марк усмехнулся.
— Мне нравится твоя покладистость. Почему ты раньше редко
демонстрировала ее?
— Не было повода! Марк, хватит разговоров. Откройте дверь, мне нужно в
мою комнату!
— Боитесь, что дядя застукает вас на месте преступления? Или опасаетесь
меня и тех глупостей, что мы можем натворить?
— Странные, однако, у вас представления о подобных вещах — это вовсе не
глупости. Но, отвечая на ваш вопрос, скажу, что насчет вас я и правда не
переживаю. Вы не переспали бы со мной.
— Почему? — поинтересовался он.
— Я знаю, что вы в курсе, кто я...
— Довольно запутанно, но я вас понял. Вы племянница моего работодателя.
— Вот именно, а вы не хотите потерять работу.
— А как одно связано с другим?
— Не стройте из себя идиота.
— Но я действительно не понимаю... И, к твоему сведению, готов
рискнуть.
Хелен задержала взгляд на его лице, а потом медленно сказала:
— Если вы не боитесь ни потерять эту работу, ни нарваться на
неприятности, значит, вы не тот, за кого себя выдаете. И я все больше
склоняюсь к этому мнению.
— Интересный вывод, — заметил он.
— Марк, беседа с вами занятие занимательное, но мне и правда пора.
— Так и быть, провожу тебя.
— Как это мило, — пробурчала Хелен себе под нос, но Марк услышал и
усмехнулся, бросив на нее короткий взгляд.
Добравшись до своей комнаты, Хелен заперла дверь и забралась в кровать. Было
еще рано, и она надеялась подремать пару часов. На столике лежала раскрытая
книга японской поэзии. Краем полусонного сознания она отметила, что не в ее
привычках оставлять книгу в таком виде. Хелен потянулась, чтобы захлопнуть
том, но прежде успела прочитать название стихотворения —
Смерть придворной
красавицы
. Глаза Хелен закрылись, и она провалилась в сон...
Она проснулась от трелей телефонного аппарата. Хелен со стоном схватила
трубку.
— Алло? — пробормотала она хриплым со сна голосом.
— Хелен, вы собираетесь завтракать?
Она узнала насмешливый голос Марка и оцепенела. Почему он звонит ей по
телефону и о каком завтраке говорит?
— Вы... откуда вы звоните? — растерянно поинтересовалась она.
— Из столовой. — Ей показалось, что в его голосе слышится смех.
— Из какой столовой? — еще тише спросила она, чувствуя себя
последней идиоткой.
— Которая находится на первом этаже этого дома.
— О!.. — только и смогла произнести Хелен и броси
Она привела себя в порядок и отправилась в столовую, где обнаружила весьма
довольного собой Марка. Она молча уселась за стол, и Марк подвинул к ней
тарелку с тостами, вазочку с джемом и бутылку минеральной воды.
— Я все правильно сделал? — поинтересовался он, и Хелен кивнула.
— Зачем потребовался столь экстравагантный способ будить меня? Вы могли
просто постучать в мою дверь.
— Я стучал. Два раза, но вы не среагировали, а выбивать дверь я
побоялся. Поэтому оставался лишь один безопасный способ поднять вас с ложа.
Звонок телефона в вашей комнате очень напоминает звонок будильника.
— Очень изобретательно, — пробормотала она.
— Чем хотите заняться после завтрака? — спросил он, и Хелен чуть
не поперхнулась от этого вопроса.
— Главной обязанностью для вас по-прежнему остается контроль за моими
передвижениями?
— Представьте себе. И я заметил, что мне это нравится все больше и
больше.
Хелен быстро огляделась.
— Прекратите, — прошипела она, — вы что, с ума сошли?
— Ваш дядя уже уехал.
— Ну и что? Это не может служить оправданием вашей легкомысленности.
Будет странно, если дядя не заметит перемен, произошедших с вами!
— Это вполне возможно, но не неизбежно. Чем вы сегодня собираетесь
заниматься? — спросил он, резко сменив тему.
Хелен пожала плечами.
— Что-нибудь придумаю, — без особого воодушевления сказала она.
— Постарайтесь больше не пускаться в авантюры, потому что сегодня я не
смогу прийти вам на помощь.
— Почему?
— Через пару часов мне нужно будет уехать по делам. И, Хелен, вы должны кое-что пообещать мне.
— Что именно?
— Быть осторожной и по возможности не покидать дом.
— Я постараюсь следовать вашим рекомендациям, — официальным тоном
сказала Хелен, пытаясь представить, чем может занять себя на целый день.
Закончив завтрак, она вернулась в свою комнату. На столике лежала раскрытая
книга японской поэзии. Хелен машинально подняла ее и прочитала название
стихотворения.
Смерть придворной красавицы
. Хелен выронила книгу из рук и
поспешно отступила. Этого не может быть! На той же самой странице книга была
открыта, когда она ложилась спать. Но она захлопнула ее, Хелен помнила это
довольно отчетливо!
Она вышла из комнаты и поспешила к кабинету Марка.
— Марк... — Он поднял голову, и Хелен замерла в дверном проеме.
— Хелен? Что-то случилось?
— Марк, я...
С ней и правда что-то случилось, когда она увидела его обеспокоенное лицо.
Он поднялся из-за стола и пошел к ней, напряженно всматриваясь в лицо
девушки. Хелен оцепенела, ощутив уже знакомые жар и волнение.
— Не смотрите так, — тихо и напряженно проговорил он.
— Как? — выдохнула Хелен, не понимая, что на нее вдруг нашло.
Похоже, что она снова сейчас свалится в обмороке.
— Хелен! — Она почти упала на него и все потому, что Марк слишком
резко привлек ее к себе. — Вам опять плохо?
Он обнял Хелен за плечи и увлек в комнату, где усадил на диван.
— Наклоните голову и дышите глубже, — резко сказал он, усаживаясь
рядом. Широкой ладонью Марк обхватил ее затылок и наклонил голову
Хелен. — Дышите, — приказал он.
— Я пытаюсь, но вы мне сейчас голову оторвете.
Марк тут же отпустил ее, и Хелен разогнулась и потерла шею.
— Мне уже лучше, — сказала она и поморщилась. — Но кто вас
учил именно так оказывать первую помощь при полуобморочном состоянии?
— Но ведь помогло.
— Да, — призналась она. — Простите, что это опять случилось.
— Глупо просить прощения за то, в чем вы не виноваты. Как часто у вас
случаются подобные приступы?
— Никогда. Вчера был первый.
— Вам нужно показаться врачу.
— Наверное, вы правы.
— Хелен, я не шучу. — Он даже слегка встряхнул ее за плечи.
Голова Хелен запрокинулась, и Марк вдруг замер, неотрывно глядя в ее лицо.
— Что? — успела выговорить Хелен.
Марк медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление, склонился над
ней, и его горячие и твердые губы коснулись ее рта. Он сразу же отпрянул, а
Хелен смотрела на него широко раскрытыми глазами.
— Это тоже относится к оказанию первой помощи? — хрипловато
спросила она и коснулась кончиками пальцев своих губ. — Было довольно
приятно... но не слишком действенно.
— Черт возьми, — пробормотал он и ринулся на нее, словно слова
Хелен прорвали плотину его терпения.
Марк навалился, прижав Хелен к спинке дивана, и впился в ее губы. Хелен
охнула, и тут же все мысли смешались в ее голове. Она почувствовала себя
совершенно беспомощной перед этим напором и застонала слабо и жалобно,
словно просила пощады. Хелен мотнула головой, пытаясь освободиться от его
хватки. Видимо, в этот момент до Марка дошло, что Хелен вовсе не
приветствует его нападение. На мгновение он замер, а потом оторвался от ее
губ.
— Хелен... — прошептал он возле ее уха, а потом чуть прикусил
мочку. Хелен вздрогнула. — Извини, не хотел тебя напугать.
Хрипловатый, жаркий шепот; движение горячих губ; руки, переставшие сжимать
ее стальными клещами и нежно скользнувшие по бокам, добравшиеся до груди...
— Я так долго хотел этого... — его пальцы, едва касаясь шеи Хелен,
пробежали вниз и очертили вырез блузки...
Хелен задрожала и невольно потянулась к нему. Марк слегка отстранился и
коснулся ее сосков.
— Я едва не сошел с ума, когда увидел тебя перед тем ужином... —
Его указательный палец, легко поглаживая, проник в ложбинку, а губы
коснулись виска, щеки и вновь приникли к уху Хелен.
— Хотел коснуться тебя... — Первая пуговичка оказалась
расстегнутой, и палец проник еще глубже.
— Хотел гладить тебя... — Его зубы опять прикусили мочку, а блузка оказалась расстегнутой.
— Целовать... — Его губы вновь приникли к губам Хелен, но на этот
раз она приветствовала вторжение его языка.
Он двигался то медленно и обволакивающе, то затевал сумасшедшую эротическую
пляску. Хелен беспомощно застонала, обхватив широкие плечи Марка и
подчиняясь его умелым рукам. Этот звук, казалось, вдохновил его. Ладонь
Марка потерла напрягшийся сосок, отделенный только кружевом бюстгальтера, и
жаркая волна пробежала по телу Хелен. Она выгнулась, а Марк обхватил девушку
руками и вмял ее в себя.
— Нет, не так... — прорычал он, опрокинул Хелен на спину и прижал
ее тонкие руки к дивану. — Вот так... Так, Хелен...
Его глаза ненасытно блуждали по ее телу, а потом он склонился и принялся
ласкать губами ее грудь через тонкое кружево. Хелен забилась в его руках, но
Марк продолжал свою утонченную пытку, не давая Хелен ни секунды передышки.
Хелен казалось, что она сейчас просто взорвется, не выдержав столь сильных
ощущений, она была полна темной жажды и жаркого томления. Низ живота сковала
тупая ноющая боль, и только один человек мог дать ей освобождение.
— О, Марк, пожалуйста...
Марк пробормотал какое-то проклятие и рванул тонкое кружево. Раздался треск,
но даже этот резкий звук не вывел Хелен из сумеречного состояния, в котором
она пребывала. Ее груди оказались высвобождены, и, когда Марк принялся
ласкать их, она закричала от неистовости своих чувств. Его ладонь закрыла ей
рот, и Хелен в чувственном безумии впилась в его пальцы зубами. Марк,
казалось, даже не заметил этого.
Какой-то звук настойчиво пробивался в его сознание. Марк пытался отмахнуться
от него, но он упрямо лез в уши. Телефонный звонок.
Тяжело дыша, Марк замер и прижался лбом ко лбу Хелен. Его лицо было мокрым
от пота, а в полузакрытых глазах все еще тлело чувственное безумие.
Телефон перестал звонить.
— Хелен, мы должны притормозить... Пока еще можем это сделать, —
выговорил он.
Это были слова из другой реальности, и Хелен замотала головой, отказываясь
возвращаться в обыденный мир. Ее волосы волной рассыпались по светлой обивке
дивана, губы горели от поцелуев, и Марк зажмурился, чтобы окончательно не
потерять голову.
— Почему? — прошелестела она, и Марк почувствовал ее боль.
— Не хочу, чтобы это прошло так... второпях, тайком, словно мы воруем
время по капле. Я хочу получить все до конца, я не желаю довольствоваться
крохами... И ты еще вполне можешь передумать.
— Я не передумаю. — Хелен вцепилась пальцами в его плечи.
Она поняла, что это наконец случилось с ней. Стоило ждать все эти годы,
чтобы найти своего ангела!
Марк приподнялся, а потом сел, бережно усаживая Хелен, прижимая ее к груди и
вздрагивая от пробегающих по телу волн еще не утихшего желания.
— Я давлю на тебя, только ты этого по неопытности не понимаешь.
— Просто дай мне обещание, что это все-таки случится, а потом заткнись.
— Я совсем рехнулся.
— Не исключено. Так ты обещаешь?
— Даю слово. Довольна?
— Буду довольна, когда ты сдержишь его.
— Мне кажется, что ты чересчур осмелела, женщина.
— Я очень испугалась. Испугалась, что этого никогда не случится, что мы
пройдем мимо и так ничего и не узнаем.
— Не думал, что ты скажешь мне эти слова. Надеюсь, ты отдаешь себе
отчет...
— Ты уже струсил?..
— ...что тебе придется ответить за каждое из них.
— Звучит как угроза, но я согласна. Ты едва не свел меня с ума, —
робко призналась она, сбиваясь со своего тона, и Марку захотелось зацеловать
ее до потери сознания, в груди его все сжалось от нежности. — Но,
кажется, мне пора. — Хелен слегка оттолкнулась от него и поднялась на
дрожащие ноги. — Увидимся вечером.
21
Хелен провела этот день словно в розовом тумане, вспоминая, как это было, и
тихонько вздрагивая в предчувствии, как это будет дальше. Это было так
непохоже на ее обычное состояние, что иногда Хелен испытывала острый приступ
паники из-за того, что все может оказаться самообманом. Она пыталась читать,
но, задумавшись, пыталась разобраться, как могло случиться так, что Марк за
одни только сутки перестал быть ее надсмотрщиком и едва не превратился в
любовника. Ей понадобилось несколько часов для раздумий и анализа
собственных ощущений, слов, сказанных в той комнате, чтобы в краткий миг
озарения понять истинный смысл всего происходящего: это и есть то, чего она
ждала и боялась, — любовь.
Она всегда посмеивалась над влюбчивой Одри, когда та страдала по очередному
мужчине, но теперь вдруг поняла, что это такое. Жажда, желание быть рядом,
нежность, страх и еще много чувств, волнующих и пугающих, которым не было
названия и которые сплетались в один тугой и горячий комок и жгли сердце.
Хелен, никогда не верившая в судьбу, вдруг отчетливо поняла, что эта встреча
была ей предопределена, и к этой встрече она так долго шла, ища его, своего
любимого мужчину...
Телефонный звонок Одри вырвал ее из этого блаженного состояния. Хелен
почувствовала себя так, словно с разбегу врезалась в стену. Она
расслабилась, но ведь еще ничего не кончилось! Она вдруг вспомнила, что Одри
обещала заехать, однако так и не сделала этого.
— Одри, почему ты не приехала?
— Я хотела позвонить и предупредить, но не смогла.
— Почему ты говоришь шепотом? — спросила Хелен, тоже переходя на
шепот. — С тобой все в порядке?
— И да, и нет.
— Я не понимаю.
— Хелен, мне нужно кое-что сказать тебе, но я не могу разговаривать
сейчас.
— Ты... не одна?
— Да.
— Кто это, Адамс?
— Потом, Хелен. Пока... Ой!.. — Жаркий шепот Одри сорвался, словно
у девушки перехватило дыхание.
Сначала раздался грохот, словно трубку изо всех сил бросили на рычаг, а
потом короткие гудки, возвестившие о том, что абонент отключился.
Но перед этим... Хелен была почти уверена, что слышала чей-то грубый окрик.
Она набрала номер Одри. Пусть просто Одри ответит, и она успокоится. Но
звучали только длинные гудки, трубку не брали. Хелен показалось, что сердце
у нее проваливается в пятки. Она швырнула трубку на рычаг и, забыв обо всем,
бросилась к двери.
Какой-то инстинкт заставил Хелен действовать иначе, чем обычно. Она
попросила остановить такси на соседней улице и пошла пешком. Дом Одри был
темен, словно его покинули все обитатели. Хелен вспомнила, что сестра и мать
Одри отправились в гости. Не горел фонарь над крыльцом, и в окнах не было ни
единого проблеска. Одри не могла сидеть в кромешной темноте! Хелен нервно
оглянулась на темные заросли ухоженной живой изгороди. Ей казалось, что из
этой черной массы перепутанных и переплетенных ветвей за ней следит некто
страшный и опасный. Она передернула плечами и осторожно двинулась вперед.
Она скорее почувствовала, чем увидела или услышала, что сзади кто-то есть.
Ей стало холодно от ужаса, так что все волоски на теле встали дыбом. Хелен
резко вдохнула, чтобы в следующий миг испустить пронзительный вопль, который
перебудит всю округу в радиусе мили, но тут широкая сильная ладонь зажала ей
рот, а другая рука сжала ее как стальными клещами. Хелен в ужасе забилась в
этих стальных руках, а когда они сжались еще крепче, — впилась в ладонь
нападавшего зубами.
— Черт, Хелен, это я! Только не кричи! — Марк убрал ладонь.
— Ты... — выдохнула она, — ты перепугал меня до смерти! Зачем
ты сюда явился?
— Успокоилась? А теперь твоя очередь отвечать на вопросы! — Вмиг
его голос стал стальным, и Хелен невольно сжалась. — Кто тебе позволил
покидать дом? Мне кажется, ты дала мне слово, что не сделаешь этого.
— Но Одри... — беспомощно выдохнула Хелен.
— Заткнись! — Теперь его голос прерывался от бешенства.
— Но, Марк! Одри... с ней что-то случилось, я знаю... — Слезы
брызнули из глаз Хелен и заструились по щекам. — Марк, пожалуйста...
— Не плачь, — жестко сказал он, но в его голосе уже не было
прежней злости. — Оставайся здесь и никуда ни шагу. Поняла? Посмеешь
ослушаться, больше ни единому твоему слову не поверю!
Марк вернулся минут через десять с каким-то свертком в руках, схватил Хелен
и потащил в темноту.
— Одри... Ты видел ее? Что она сказала?
— Ничего!
— Что? — Колени Хелен подогнулись от страха. — Что с ней?! О
боже! Она?..
— Она жива! — жестко сказал он. — Я вызвал службу спасения...
— Но что с ней?!
— Я же сказал, что она жива.
— Я должна быть с ней!
— Нет, — рявкнул он, — приедет полиция, начнут задавать
вопросы, на которые у тебя не будет внятных ответов. Чем ты можешь помочь
сейчас, если тебя там не было? В качестве подруги Одри тебя все равно
допросят!
Он говорил и волок Хелен, она спотыкалась в темноте, наталкивалась на его
спину и наступала ему на пятки. Он только чертыхался вполголоса. Через две
улицы стояла припаркованная машина, и Марк втолкнул Хелен в салон.
— Сиди здесь и жди меня.
— А ты?
— Сейчас вернусь.
Марк снова исчез, а Хелен осталась его ждать. От волнения и страха у нее
взмокла спина, а ноги жутко замерзли. Ей казалось, что прошла вечность, а
потом тишину взорвали звуки полицейской сирены. И тут же у машины возникло
привидение. Хелен вздрогнула и вжалась в спинку кресла, прежде чем поняла,
что это Марк. Он уселся за руль, завел двигатель.
— Куда мы едем?
— Домой.
— Ты снова... следил за мной?
— Нет! — Марк бросал слова резким тоном, и они падали на Хелен как
жесткие и холодные градины.
— Вылезай, — приказал он, когда они доехали до дома. — Возьми
ключи.
— Зачем?
— Роберт позвонил и сказал, что уезжает по делам и всем дается
выходной.
— Но мне он ничего не говорил... — растерянно произнесла
Хелен. — А ты... куда-то едешь?
— Загоню машину в гараж.
Хелен взбежала по ступеням и отперла дверь. Через несколько минут появился
Марк. Он вошел так тихо, что Хелен не услышала. Обернувшись, она вздрогнула
при виде темной фигуры, застывшей у дверей.
— Ты встречалась сегодня с Одри?
— Допрос продолжается?
— Хелен, просто отвечай!
— Нет. Она обещала приехать... Но не приехала, а позвонила вечером.
— Зачем ты поехала к ней?
— Она говорила шепотом и казалась напуганной. А потом мне послышался
какой-то крик.
— И ты решила проверить?
— Ну да.
— Поздно вечером, одна?
— Зачем ты задаешь эти вопросы?
— Вы снова поссорились?
— Нет, я же сказала...
— А что значит эта запись? — медленно и четко выговорил он и
потряс перед носом Хелен кассетой автоответчика.
— К-к-какая запись?
— Здесь записан ваш с Одри разговор. Ты кричишь, и не вызывает
сомнений, что вы поссорились из-за мужчины.
— Я не понимаю... — выговорила Хелен, — мы никогда не
ссорились из-за... мужчин. Только вчера...
— Что вчера?
— Я увидела, что она целовалась с Эндрю Адамсом, и накричала на нее.
Что ты так смотришь?
— Хелен, — медленно сказал он, — какое отношение имеет Адамс
ко всей этой истории?
— Одри переспала с ним. А п
...Закладка в соц.сетях
