Жанр: Любовные романы
Большей любви не бывает
...ь все подряд двери
номеров, но решил сперва заглянуть в бар.
Совершенно пьяный Малкольм Стоун сидел за карточным столом, а Алексис стояла
рядом.
Она едва не умерла от страха, когда увидела Джорджа и Эдвину.
— Ой... я... — Слова застряли у нее в горле, Малкольм удивленно поднял
глаза.
— Какая приятная встреча! — сказал он, увидев Джорджа и Эдвину, и
пьяно улыбнулся. Джордж явно не разделял его мнения.
— В прошлый раз ты, очевидно, не понял меня. Алексис семнадцать лет, и,
если ты хоть когда-нибудь опять появишься рядом с ней, я вышвырну тебя из
города или посажу за решетку. В любом случае тебе придется навсегда забыть о
Голливуде. Надеюсь, тебе все ясно? Понял меня?
— Приношу свои извинения... Ошибся... Виноват...
— Чудесно. — Джордж снял пиджак и положил его на стул, а затем
дважды ударил Малкольма в челюсть. — Это чтобы ты больше не ошибался.
И, не оглядываясь на рухнувшего на пол Малкольма, Джордж взял пиджак, дернул
за руку Алексис и вышел из бара.
Глава 27
Возвращение в Лос-Анджелес оказалось безрадостным, особенно для Алексис. Она
проплакала всю дорогу — не столько из страха перед, наказанием, сколько от
растерянности и смущения.
Она слишком поздно поняла, что Малкольм обманул ее и не собирался везти
домой. Правда, он все еще нравился ей, нежный и ласковый, он называл ее
моя
дорогая крошка
, но как все-таки хорошо, что вся эта история позади и она
возвращается домой со своими.
— Больше ты сюда не приедешь, Алексис. — Джордж, безусловно, не
шутил. — Ты совершенно отбилась от рук, тебе нельзя доверять. На месте
Эдвины я бы отправил тебя в монастырь. Твое счастье, что я не живу с вами. И
разговор на этом закончен!
Но он еще долго не мог успокоиться, а когда Алексис легла спать, налил по
рюмке себе и Эдвине.
— Черт возьми, неужели так трудно понять, чего добивался этот парень?
Представляю, как она порадовала бы нас через девять месяцев... Он осушил
рюмку и плюхнулся на диван. Эдвина неодобрительно посмотрела на брата.
— Джордж!
— А чем, по-твоему, все это должно было кончиться? Неужели она не в
состоянии понять?
— По-моему, она уже поняла.
Как ни трудно было начинать разговор, но перед сном Алексис объяснилась с
Эдвиной. По-видимому, она так никогда и не станет взрослой: слишком глубокий
след в ее душе оставила смерть родителей и брата. И никто не в силах
возместить ей эти потери. Никогда в жизни она не забудет ту ужасную ночь,
когда за минуту до гибели судна ее сбросили с борта
Титаника
в шлюпку...
— Алексис говорит, он обещал отвезти ее обратно в отель чуть
позже, — сказала Эдвина. Джордж с мрачным видом пил виски. Он несколько
часов провел за рулем, у него ныла разбитая о челюсть Малкольма рука. Эдвина
не ожидала от брата такого решительного поведения и восхищалась им.
— Она, только когда увидела нас, перепугалась.
— Ей чертовски повезло. Люди, подобные Малкольму Стоуну, умеют ловко
обделывать свои делишки... Клянусь, что убью его, если он посмеет вновь к
ней приблизиться.
— Не посмеет. Завтра мы уедем в Сан-Франциско, а до следующего нашего
приезда он найдет себе кого-нибудь еще... Да, ну и город ты себе выбрал...
Она улыбнулась, а Джордж неожиданно рассмеялся. Все обошлось, и он
радовался, что с Алексис все в порядке.
— Здесь безопасно женщине моего возраста...
— Так оставайся, Вин.
Он с восхищением разглядывал сестру: она сидела перед ним с блестящими
глазами, с короткой стрижкой, изящно обрамляющей лицо. И вновь Джордж
пожалел о том, что она так и не вышла замуж.
— Черт побери, сестренка, если ты останешься здесь, найдем тебе такого
мужа!..
— Чудесная идея! — весело подхватила Эдвина. — Но знай: для
меня это не самая важная проблема. — Она куда больше беспокоилась по
поводу личной жизни своих братьев и сестер. — Или ты хочешь сказать,
что подыщешь мне кого-нибудь вроде Малкольма Стоуна? Тогда я готова бежать
отсюда прямо сейчас.
— Тут есть вполне нормальные люди.
— Отлично. Когда найдешь, тогда я и приеду. А пока, дорогой мой брат...
Она встала и потянулась. Было уже поздно, и они оба очень устали.
— Я лучше поживу в Сан-Франциско, где главным развлечением остается
ужин в ресторане, а покупка нового автомобиля или косой взгляд на чью-то
жену в театре — уже предлог для скандала.
— Боже, — простонал он, — до сих пор не жалею, что перебрался
сюда.
— Но там по крайней мере не похищают девушек...
— Нет худа без добра. Спокойной ночи, Вин!
— Спокойной ночи, братишка... Спасибо за помощь.
— К вашим услугам.
Он чмокнул ее в щеку и направился к машине. Его любимый
Линкольн
был весь
в пыли. Джордж медленно вел машину к дому, размышляя о том, какая
замечательная женщина, его старшая сестра.
Через два месяца Джордж неожиданно приехал в Сан-Франциско. Все это время он
не звонил, и Эдвина думала, что брат очень занят. Но оказалось, что он
улаживал личные дела. Наконец они с Хелен решили пожениться, и Джордж счел
необходимым лично сообщить это сестре.
Он буквально светился от счастья, и она заплакала от радости, услышав эту
новость.
— А как насчет работы у Сэма? Джордж ответил мальчишеской улыбкой. Она
знала, сколь важно для него это сотрудничество.
— Хелен и Сэм думают так же, как и ты. Я поговорил с ними, и Сэм
заявил, что, похоже, я сошел с ума. Он никогда не сомневался, что я люблю
его дочь, и вместе с тем он видит во мне отличного компаньона. — Джордж
улыбнулся, и Эдвина радостно воскликнула:
— Ура! Когда свадьба?
Был июнь, и Хелен сказала, что нужно время, чтобы как следует подготовиться
к торжественному событию.
— В сентябре. Хелен утверждает, что быстрее не получится. —
Свадьба обещала быть грандиозным событием в жизни Голливуда. — Но я
хочу обсудить с тобой еще одну проблему. Возможно, ты решишь, что я спятил,
но мне нужен твой совет.
— В чем дело, Джордж? — Эдвина чувствовала себя польщенной.
— Уже два года мы откладываем съемки одного фильма. Не можем найти
подходящую актрису. Но недавно Сэму пришла в голову безумная мысль. Не знаю,
понравится ли она тебе. — Он никак не решался высказать ее, и она
нахмурилась в предчувствии недоброго. — Как думаешь, если попробовать
Алексис?
На секунду она растерялась. Они вместе смеялись, когда человек из
Фоке
продакшнз
сделал Алексис подобное предложение, а теперь он сам...
С другой стороны, под бдительным оком Джорджа девочка не может попасть в
беду.
— Знаю, что ты удивлена, но эта роль словно специально создана для нее,
и она ведь так хотела сниматься. Кто знает? А вдруг она права. Может, у нее
есть талант? — Он заметно нервничал, но искушение было слишком велико.
— Не знаю. — Эдвина колебалась, обдумывая предложение
брата. — Я тоже размышляла на эту тему. Алексис так рвется в актрисы.
Но два месяца назад ты не хотел даже слышать об этом. Что изменилось? —
Она волновалась за сестру, но в то же время доверяла Джорджу.
— Это правда, — сказал он задумчиво. — Я никогда не хотел,
чтобы эксплуатировали ее внешность, не хочу этого и сейчас. Но если она
подпишет с нами эксклюзивный контракт, мы, вероятно, сумеем взять дело
полностью в свои руки. Если, — с нажимом повторил он, вопросительно
глядя на сестру, — если мы сможем контролировать ее. Как ты считаешь,
она будет слушаться нас?
Джордж не забыл историю с Малкольмом и боялся ее повторения.
— Будет, если не спускать с нее глаз. Она утверждает, что постоянная
забота ей необходима, чтобы нормально чувствовать себя.
Он с облегчением улыбнулся.
— Нечто подобное я слышал в Голливуде от каждой кинозвезды. Алексис уже
всецело соответствует стандартам.
— Когда начнутся съемки?
— Через пару недель, в конце июня. А к осени она освободится.
Время было выбрано удачно: у Фанни и Тедди только что начались каникулы, а
Алексис уже окончила школу и не собиралась поступать в колледж, так что в
августе все смогут вернуться домой.
— Придется отказаться от поездки на Тахо, но можно провести несколько
дней в Дель-Коронадо или Каталине. Так или иначе, вы все равно должны
приехать ко мне на свадьбу. Что ты на это скажешь? Дело, конечно, не в том,
где проводить отпуск, но как нам быть с Алексис?
Эдвина медленно подошла к окну. В саду посреди разбитой ею клумбы цвели
любимые мамины розы.
Она повернулась к брату.
— Думаю, можно попробовать.
— Почему ты так решила, Эдвина? — Джордж до сих пор колебался.
— Потому что иначе она всю жизнь будет на нас в обиде.
— Но можно же не говорить ей об этом.
— Можно, — согласилась Эдвина и снова села. — Но я думаю, что
мы не вправе лишать ее такого шанса, тем более что Сан-Франциско слишком
скучен для нее. Ты только посмотри, какая Алексис красивая. — Она гордо
посмотрела на Джорджа, и он улыбнулся в ответ, вполне разделяя ее
чувства. — Не знаю. Быть может, нам еще придется пожалеть об этом, но
пусть попробует. А если она позволит себе слишком многое, мы привезем ее
домой и будем держать под замком.
Они обменялись улыбками, но затем Эдвина вновь серьезно посмотрела на брата.
— Думаю, каждый имеет право хотя бы раз использовать свой шанс. Как ты.
— А ты? — Джордж нежно посмотрел на нее, и она снова улыбнулась.
— Я всем довольна... Пусть Алексис попробует.
Джордж кивнул. Они решили поговорить с Алексис перед ужином. Та только что
вернулась из города после прогулки: с очередным воздыхателем, бывшим
одноклассником, они ходили по магазинам. Алексис и Фанни не слишком
преуспели в науках. Эдвина, Филип и Тедди, как прежде их отец, проявили куда
больше прилежания и способностей, и Джордж, безусловно, преуспел в Лос-
Анджелесе. Он нашел себе профессию по вкусу и никогда не жалел, что бросил
Гарвард.
— Что-то случилось? — с тревогой спросила Алексис, и Джордж вновь
отметил про себя ее потрясающую красоту и то, что она удивительно подходит
для будущей роли в их фильме.
— Нет-нет, — Эдвина ласково ей улыбнулась, — у Джорджа есть
для тебя предложение, которому ты, вероятно, обрадуешься.
Алексис была очень заинтригована и с интересом смотрела на них.
— Решил жениться? — сообразила она, и Джордж кивнул, расплывшись в
счастливой улыбке.
— Но мы позвали тебя не за этим. Свадьба лишь в сентябре. Есть новость,
касающаяся лично тебя...
На секунду Алексис помрачнела, решив, что они собираются отправить ее в
пансион, а это отнюдь не входило в намерения девушки.
— Ты не хотела бы поехать в Лос-Анджелес, — начал он, заметив
безмерное удивление на ее лице, — чтобы сняться в кино?
Некоторое время она молчала, а затем стремительно подлетела к Джорджу и
повисла у него на шее.
— Это правда?.. В самом деле?.. — Она обернулась к Эдвине. —
Можно?.. Ты разрешаешь? — Алексис пришла в неописуемый восторг и чуть
не задушила брата в объятиях.
Джордж и Эдвина, улыбаясь, смотрели на сестру.
— Ну хватит, хватит... — Он высвободился и погрозил ей пальцем:
— Но смотри у меня. Благодари Эдвину за эту возможность. После того,
что ты выкинула с тем негодяем, я не слишком-то тебе доверяю.
Алексис потупилась. Раскаяние все еще мучило ее.
— Если подобное повторится, я посажу тебя под замок и выброшу ключ,
поэтому постарайся не повторять своих ошибок.
Она вновь обвила его руками.
— Клянусь тебе, Джордж!.. Я никогда больше... А после съемок мы
останемся жить в Голливуде?
Вопрос прозвучал совершенно неожиданно.
— Ты же знаешь, детям нужно в школу, да и тебе надо еще учиться, —
вмешалась Эдвина.
— Учиться можно и в Лос-Анджелесе, — парировала она. — А
кроме того, вы можете вернуться, а я останусь с Хелен и Джорджем.
Джордж ахнул, а Эдвина рассмеялась.
— Ну, знаешь!.. — воскликнул он. — Ты уже к Рождеству
доведешь меня до развода или тюрьмы. И как это Эдвина ухитряется жить с
вами? Нет, тебе нечего делать в нашем доме...
На секунду Алексис приуныла, но тут же нашла выход:
— Но если я стану кинозвездой, почему бы мне не купить собственный дом?
Как у Полы Негри?.. Обзаведусь горничными, дворецким... приобрету машину
вроде твоей и двух овчарок... — Забыв обо всем, она предалась сладким
грезам.
Джордж улыбнулся и посмотрел на Эдвину.
— Возможно, мы еще пожалеем о своем решении. Я сказал Сэму, что подам в
суд, если с моей сестрой что-нибудь случится.
— И что он ответил? — улыбнулась Эдвина. Она плохо знала этого
человека, но ей нравилось то, что рассказывал о нем Джордж:
— Сказал, что уже выполнил свой долг перед богом и теперь настал мой
черед заботиться о жене и о сестре. — Впрочем, по лицу Джорджа было
видно, что он и сам так считает.
— Вполне разумно. — Эдвина встала, приглашая всех ужинать.
— Сэм вообще человек разумный. Он приглашает нас отпраздновать
помолвку.
— Что ж, — Эдвина, проходя мимо, поцеловала брата в щеку, —
хорошая идея.
Младшие Уинфилды бурно радовались, узнав о помолвке и о предстоящей поездке
в Лос-Анджелес. Эдвина опасалась, что Фанни станет завидовать сестре, но та
радостно подбежала к Алексис, обняла ее и спросила, можно ли будет
присутствовать на съемках. Затем она обернулась к Эдвине.
— Но мы ведь вернемся? Сюда, в Сан-Франциско? — Она родилась в
этом городе и очень любила его.
— Конечно, Фанни, — сказала Эдвина. Голливудская жизнь, такая
шумная и суматошная, ее тоже не слишком-то привлекала.
— Хорошо! — Фанни села на стул и счастливо улыбнулась, оставив
Эдвину в недоумении по поводу полного несходства характеров двух родных
сестер.
Через две недели они приехали в Лос-Анджелес и остановились у Джорджа. Ему
не хотелось, чтобы Алексис вновь искушала судьбу в отеле, а кроме того, так
было удобнее Эдвине. На время их пребывания Джордж взял напрокат еще один
автомобиль.
Тедди проявил огромный энтузиазм, узнав, что у брата есть теперь лошади, и
на следующий день отправился кататься верхом.
Эдвина тоже вышла прогуляться. Не успела она сделать и нескольких шагов, как
к дому подъехал черный
Ролле-Ройс
. Она не разглядела сидевшего внутри и
решила, что это кто-то из друзей или подруг Джорджа.
Одетый в ливрею шофер открыл дверцу, и из машины вылез высокий широкоплечий
мужчина. Он повернулся, внимательно посмотрел на Эдвину. Одетая в темно-
синее шелковое платье, она казалась высокой и очень стройной. Они
внимательно изучали друг друга, и, внезапно ощутив всю нелепость ситуации,
Эдвина бросила недокуренную сигарету и улыбнулась.
— Извините. Я не сразу вас узнала. Мистер Горовиц? — Она протянула
руку.
Он улыбнулся. Очаровательная и изящная, она была красивой женщиной. Они
встречались лишь однажды, с тех пор прошло уже несколько лет, но благодаря
рассказам Джорджа он был в курсе дел их семьи, испытывал к Эдвине самые
теплые чувства.
— Это я должен извиниться... — Сэмюэль слегка смутился. — Я сперва
никак не мог взять в толк, что делает такая молодая и красивая женщина в
доме моего будущего зятя.
Он явно любовался ею. Подобно матери, Эдвина всегда одевалась со вкусом и
теперь благодаря тете Лиз могла позволить себе покупать все, что понравится.
— Мне давно хотелось повидать вас. Знаю, как рад вашему приезду Джордж.
Мы все надеемся, что вы придете посмотреть съемки.
Недюжинная сила удивительным образом сочеталась в нем с добротой и
мягкостью. Никакой претенциозности, самодовольства или высокомерия.
Некоторое время они вместе наблюдали за Тедди. Мальчик очень хорошо держался
в седле. Он помахал им, и Сэм махнул ему в ответ. Он еще не видел младших
Уинфилдов, но знал, что Джордж их очень любит. Он знал также, как нелегко
пришлось Эдвине, и восхищался тем, что она сделала для братьев и сестер.
— Не хотите чашку чаю? — спросила Эдвина. Он кивнул. В Голливуде
обычно предпочитали более крепкие напитки, но Сэм не являлся поклонником
этой традиции. Идя следом за ней в дом, он с трудом заставил себя отвести
взгляд от ее стройных ног и бедер.
Эдвина велела дворецкому принести чай, и, миновав библиотеку, они вышли в
сад.
— Вам нравится Лос-Анджелес? — спросил он.
— Да, очень. Мы с удовольствием приезжаем сюда. А этот раз совсем
особенный: наши младшие в восторге от того, что их сестра будет сниматься в
кино. Ей очень повезло.
— Ей повезло, что у нее есть вы. — Сэм улыбнулся. — Жаль, у
Хелен не было таких братьев и сестер. Она ведь росла в одиночестве.
Он заметил, что Эдвина погрустнела.
— Обе наши семьи понесли тяжелые утраты. — Она знала, что Хелен
была еще совсем ребенком, когда погибла ее мать. — Но мы продолжаем
жить.
Эдвина улыбнулась, и Сэм ощутил прилив нежности к ней. Исключительная
женщина! Красота и мягкость сочетались в ней со способностью стойко
противостоять жизненным невзгодам. Еще в прошлый раз он отметил это
качество, но теперь оно произвело на него особенно сильное впечатление.
— Что вы собираетесь делать в Голливуде? Хотите посмотреть город?
Побывать в театре? — Его интересовали ее планы, и она, безусловно,
очень нравилась ему. Он чем-то напоминал свою дочь, и наивность его вопроса
заставила Эдвину рассмеяться. Он слишком плохо знал Алексис.
— Я буду присматривать за нашей юной кинозвездой, мистер Горовиц.
Они улыбнулись друг другу. Он понимал, что она имеет в виду. Хотя Хелен
никогда не позволяла себе слишком многого, тем не менее ему иногда тоже
приходилось проводить с ней воспитательные беседы.
— Сегодня она с Джорджем, поэтому я здесь с младшими, но с завтрашнего
дня я стану костюмером, телохранителем и воспитателем одновременно.
— Нелегкая работа. — Он улыбнулся, поставил чашку и вытянул вперед
свои длинные ноги.
Он тоже ей очень нравился. Несмотря на солидный возраст, Сэмюэль Горовиц
выглядел очень молодо, может быть, благодаря энергии, которая переполняла
его. Он держался непринужденно и с любопытством взглянул на вошедшего Тедди.
Эдвина представила их друг другу, Тедди вежливо пожал Сэму руку и сразу
начал рассказывать о лошадях:
— Потрясающе, Вин! Я ездил на двух, они просто великолепны! —
Сначала он катался на арабском скакуне, но затем, по совету конюха, пересел
на более спокойного коня. — Как ты думаешь, где Джордж их купил?
— Не имею представления.
— Одного он приобрел у меня. Того самого серого жеребца, который тебе
так понравился. Хорош, правда? Я очень скучаю по нему и иногда жалею, что
продал. — Сэм говорил с Тедди так же тепло и дружелюбно, как и с
Эдвиной.
— А почему вы его продали? — Тедди вообще был любопытен, а лошади,
не менее чем автомобили, составляли особый предмет его интересов — Решил,
что Джорджу и Хелен он нужнее, чем мне. Они иногда выезжают вдвоем, а у меня
совершенно нет на это времени. И кроме того, — Сэм грустно
улыбнулся, — я становлюсь слишком старым для верховой езды. — Он
притворно закряхтел, и Эдвина возразила:
— Не говорите чепухи, мистер Горовиц.
— Лучше называйте меня Сэмом, иначе я чувствую себя еще старше. Я и так
уже почти дедушка! — заявил он, и все дружно засмеялись.
— Вот как? А мне Джордж ничего не говорил. Но на этот раз они просто
поддразнивали друг друга. Сэм выразил надежду, что Джордж и Хелен не
заставят его долго ждать, зная, как он хочет внуков. Ему нравились
многодетные семьи, и сам он когда-то мечтал о такой... но погибла мать
Хелен, и он больше так и не женился.
— Интересно, что же это такое — быть тетей? — задумчиво сказала
Эдвина и вновь наполнила чашки.
Уже много лет слово
дети
для нее привычно ассоциировалось с младшими
братьями и сестрами, и мысль, что у них тоже могут появиться дети, казалась
ей странной.
Сэм пригласил их на ужин. Как выяснилось, это была главная цель его визита.
— Но удобно ли это, мистер... извините, Сэм? — Она покраснела и
смущенно улыбнулась.
— Даже более чем. И, пожалуйста, прихватите с собой Тедди, Фанни,
Алексис, ну и, естественно, Джорджа. Я никого не забыл? — спросил он,
поднимаясь, и она с восхищением посмотрела на него. Он был очень высок и
удивительно ладно скроен — В семь я пришлю за вами машину, так как знаю,
сколь ненадежен мой компаньон в подобных вещах. Вероятнее всего, он захочет
приехать прямо из офиса. — Сэм улыбнулся, и она кивнула.
— Большое спасибо.
Эдвина проводила его до машины, а Тедди прыгал рядом, точно ошалевший от
радости щенок.
— Итак, жду вас вечером у себя.
Сэм помедлил, а затем пожал Эдвине руку и сел в машину. Шофер завел
двигатель, Сэм помахал на прощание и уехал, разминувшись с вышедшей из дома
Фанни.
— Кто это? — спросила она, впрочем, без особого интереса.
— Отец Хелен, — ответила Эдвина.
Тедди начал восторженно рассказывать о верховой прогулке, но вдруг без
видимой связи заявил, что ему очень понравился Сэм, а затем, столь же
неожиданно, сказал, что ему надо еще разок прокатиться. Эдвина не разделяла
его восторгов и попросила Тедди впредь быть осторожнее с лошадьми.
— А я и так осторожен, — сказал он обиженно, но она строго
посмотрела на младшего брата.
— Не всегда.
— Ну... ладно, — Тедди решил не спорить. — Я постараюсь.
— Хочу надеяться.
— Нам обязательно надо идти на этот ужин? — спросила Фанни.
Подобно старшей сестре, она не очень любила бывать в обществе, но Эдвина
считала, что такой юной девушке непростительно запираться в четырех стенах.
— Поедем. Будет весело. — Эдвина не сомневалась в этом. А кроме
того, ведь Сэм приехал, чтобы лично пригласить их, разве удобно ему
отказать?
Зато Алексис пришла в восторг, узнав о приглашении, она страшно
разволновалась по поводу своего наряда и попросила Эдвину одолжить ей одно
из вечерних платьев. Сегодня она провела чудесный день на съемочной
площадке, а потом они с Джорджем подписали контракт.
— До которого часа мы можем оставаться там? — Одеваясь, она
несколько раз повторила этот вопрос и совершенно обомлела, когда увидела
остановившийся у ворот роскошный автомобиль Сэма.
Джордж пообещал приехать на своей машине, предупредив, что они с Хелен могут
опоздать.
Роскошный дом Сэма Горовица произвел сильное впечатление на Эдвину.
Антикварная мебель из Франции и Англии, высокие потолки, огромные комнаты,
стены которых украшали полотна импрессионистов, мраморные полы, покрытые
роскошными коврами. Хозяин дома непринужденно приветствовал гостей, а Эдвину
поцеловал в щеку, словно она была его давней знакомой. Сразу же установилась
дружеская атмосфера, и даже застенчивая Хелен чувствовала себя легко и
свободно. С радушием приветливой хозяйки она показывала гостям дом. Она
отвела Фанни в спальню и показала свои старые куклы, которые бережно
хранила, а Алексис пришла в восторг от ее ванны из розового мрамора Тем
временем Сэм с Эдвиной и Тедди пошли смотреть лошадей. Сэм держал только
чистокровных арабских скакунов, чемпионов из Кентукки. Теперь Эдвина поняла,
почему Джордж так долго не решался сделать Хелен предложение. К счастью,
роскошь совсем не испортила ее, и Эдвина вынуждена была признать: они с
Джорджем составляют великолепную пару. Хелен чем-то напоминала Фанни: круг
ее интересов замыкался домом и семьей.
Алексис долго слушала, как Эдвина обсуждала с Джорджем и Хелен их будущую
семейную жизнь, а потом нахмурилась и заявила, что они все, похоже, совсем
спятили.
— А чем бы хотела заниматься ты? — спросил Сэм, улыбаясь.
— Она не замедлила с
...Закладка в соц.сетях
