Жанр: Любовные романы
Как выйти замуж за вампира-миллионера
...о поддаваться
своим страхам.
— О, простите. — Лазло продолжил свою работу. — У меня все
еще нет машины. Я бросил ее около стоматологической клиники прошлым вечером
с VANNA в багажнике. Так что сейчас мне нечем заняться.
Ромэн вспомнил свои неудачные выводы относительно Vampire Artificial
Nutritional Needs Appliance. Эта игрушка заставила испытывать его сильнейшую
жажду крови. Она напомнит любому вампиру, как здорово это — укусить кого-то.
Ему очень не хотелось говорить Лазло, что его проект необходимо отложить,
особенно сейчас, когда парень проходит через ад. Может, после собрания.
— Ну вот. — Лазло удалил последний из проводков. — Все
сделано, сэр. Как ощущения?
Ромэн провел языком по зубам.
— Хорошо. Спасибо.
Теперь он не должен идти на собрание с шиной во рту. И Шэнна не сможет
использовать наличие шины как предлог не целоваться с ним. Не то чтобы он
особо надеялся на поцелуи...
Он посмотрел на часы в лаборатории. 3:30 утра. Он звонил Коннору каждые
полчаса, чтобы узнать новости, но никто не видел Шэнну. Она будто
испарилась.
Ромэн знал, что она умна и решительна. И у нее было распятие, которое
защитит ее. Но он все равно беспокоился. Он не мог сконцентрироваться на
работе. Его посылка из Китая прибыла, но даже это не могло отвлечь его от
нарастающего чувства неудовлетворенности и беспокойства.
— Я могу еще что-нибудь сделать? — Лазло продолжил крутить свою
пуговицу.
— Не хочешь помочь мне с текущим проектом? — Ромэн собрал кипу
бумаг со стола.
— Это будет честью для меня, сэр.
— Я работаю над формулой, которая позволит нам бодрствовать в течение
дня.
Ромэн вручил бумаги Лазло.
Его глаза расширились.
— Невероятно.
Он принялся изучать бумаги.
Ромэн вернулся к столу и открыл посылку.
— Это корень редкого растения, которое растет на Юге Китая. Он
оказывает отличный бодрящий действие.
Он порылся в куче пенопласта и вытащил высушенный корень, упакованный в
пластик.
— Могу я взглянуть? — Лазло потянулся к высушенному корню.
— Конечно.
Еще неделей раньше он был очарован этим проектом. Но сейчас Ромэн потерял
интерес. Зачем беспокоиться о бодрствовании в течение дня, если он не может
быть в это время с Шэнной? Кровь господня, он увлечен ею гораздо сильнее,
чем думал. И теперь, когда она ушла, он ничего не может сделать.
Два часа спустя Ромэн вернулся в свой особняк. Его гости из Европы были
благополучно размещены в комнатах для гостей на третьем и четвертом этаже.
Его так называемый гарем был наказан за грубость по отношению к Шэнне. Они
прятались в своих комнатах на втором этаже.
Он вошел в свой кабинет и направился к бару, чтобы перекусить перед сном.
Пока бутылка подогревалась в микроволновке, он прошелся до своего стола.
Воспоминания о Шэнне нахлынули на него. Он видел, как она лежит на кроваво-
красной бархатной кушетке. Видел, как они целуются перед дверью.
Он резко остановился. Там, на его столе была серебряная цепь и распятие.
Шэнна, нет
. Он потянулся к кресту, но он тотчас обжег его кожу.
Дерьмо!
Он положил его и изучил сожженную кожу на кончиках пальцев. Только
этого не хватало — напоминание о том, что бог оставил его. Проклятье. К
вечеру он исцелится, но что будет с Шэнной? Без серебряного креста ей нечем
защититься от русских вампиров.
Это его ошибка. Он должен был быть более честным. А сейчас в гневе она
бросила ту единственную вещь, которая так необходима ей для выживания.
Ромэн зажмурился и сконцентрировался. Прошлой ночью он был связан с ней
мысленно. И это была удивительно сильная, двухсторонняя связь. Возможно,
часть этой связи осталась.
Он потянулся к ней. Шэнна! Шэнна, где ты?
Кровь господня, он почувствовал себя таким одиноким и беспомощным.
Шэнна застонала во сне, ей снился странный сон. Она была на работе, в кресле
был Томми, замучивший разговорами. Затем он превратился в Ромэна. Он поднял
свою руку ладонью вверх. Там лежал волчий клык в лужице крови.
Шэнна перевернулась. Нет, никакой крови.
В своем сне она взяла свои инструменты и заглянула в рот Ромэна и посмотрела
на зубное зеркало. Что? В зеркале отражалось пустое кресло, но ведь Ромэн
сидел на нем. Внезапно он поймал ее руку. Он взял зубное зеркало из ее руки
и бросил его на поднос.
— Пойдем со мной.
Внезапно они вернулись в кабинет Ромэна. Он взял ее на руки и прошептал
— Верь мне.
Шэнна почувствовала, что тает.
Затем он поцеловал ее, она хотела, чтобы эти поцелуи длились вечно, поцелуи
были такими страстными, что она столкнула одеяло с кровати. Он повел ее в
свою спальню и открыл дверь. Его огромной кровати не было.
В центре комнаты стоял черный гроб. Нет. Шэнна в ужасе уставилась на него.
Ромэн вытянул руку, приглашая ее пройти вперед. Она попятилась обратно в его
кабинет, но там оказался весь его гарем, который смеялся над ней. Среди них
была новенька — мертвая блондинка из последних новостей. Из двух проколов на
ее шеи сочилась кровь.
Вскочив, Шэнна села в кровати, тяжело дыша. О Боже, даже в собственном сне
она была ненормальной. Она обхватила руками голову и потерла виски.
Шэнна! Шэнна, где ты?
— Ромэн?
Она оглянулась, рассматривая темную комнату, почти ожидая, что одна из
темных теней двинется к ней. Часы на ночном столике показывали 5:30 утра.
Она включила лампу.
Здесь никого нет. Она глубоко вздохнула. Тем лучше. Ромэн не может помочь
ей. Ему нельзя было доверять. Она готова была расплакаться от расстройства.
Боже, она никогда не чувствовала себя такой одинокой и беспомощной.
Глава 14
Шенна скрывалась в комнате отеля почти весь следующий день, ожидая когда
придет время встретится с Бобом в безопасном месте. Её мысли постоянно
возвращались к Ромэну. Как она могла так ошибиться в нем?
Он был выдающимся ученым и потрясающим мужчиной. Он спас её не заботясь о
собственной безопасности. Он был очень добрый и благородный. И было кое-что
еще, что она ощущала внутри его. Она чувствовала его угрызения совести. Бог
свидетель — она каждый день жила с чувством вины и угрызениями совести.
Карен была бы сейчас живой, если бы она, из страха смерти, не побоялась
помочь ей.
Её инстинкты подсказывали ей, что Ромэн страдает от чего-то. Она чувствовала
связь с ним. Как будто их души были очень тесно связаны друг с другом. Он
дал ей надежду на будущее и, помоги ей Бог, она зареклась, что даст и ему
эту надежду. Это было так правильно, по отношению к нему...
Как же он мог быть распутным ублюдком с гаремом? Неужели её одиночество и
страх извратили её чувства так, что она больше не может понять сущность
человека? Неужели она запрограммировала себя на жалость к нему, сделав его
идеальней, чем он есть на самом деле? Кем на самом деле был Ромэн
Драганести?
Она так доверяла ему. Она думала, что он — идеальный мужчина. Она даже
подумала, что он — мужчина, в которого она способна влюбиться. По её щеке
скатилась слеза. Если быть честной, она уже начала влюбляться в него. Вот
почему её так сильно ранило наличие у него этих женщин.
После обеда она посетила компьютерную комнату в отеле. Она ничего не нашла о
Ромэне, зато сайт Роматек Индастрис нашла быстро, который был заполнен
фотографиями Уайт-Плейнс в Нью-Йорке. Это место выглядело просто
замечательно с ухоженным садом вокруг. Она распечатала страницу и положила
её в сумочку. Почему она это сделала??? Ведь она не хочет больше его видеть.
Он — распутная свинья. Или нет? Она вздохнула. Кем бы он не был, он довел её
до сумасшествия. И больше всего на свете она волновалась именно об этом. И о
том, чтобы остаться в живых.
Вечером, без пятнадцати восемь, она уже готова была ехать в безопасное место
— на встречу. Одежда, которую Рэдинка купила для нее без примерки, не
соответствовала случаю. С её ярко розовыми штанами и кофточкой и большой
хлопковой рубашкой оранжевого и розового оттенка она должна быть ярким
пятном в толпе. Она подумала было, что надо бы это изменить, но затем решила
оставить все так, как есть. В конце концов, никто не ожидает от нее, что она
будет выглядеть как ярко розовая версия Мэрлин Монро.
Она собрала свои вещи и вызвала лифт в вестибюль. Посидела немного в такси —
собралась с мыслями. Солнце уже село, но город был по-прежнему освещен —
достаточно освещен, чтобы Шенна заметила черный джип, припаркованный на
другой стороне улицы. Она затаила дыхание — это всего лишь совпадение. В
городе Нью-Йорке существует больше сотни черных джипов.
Следующее такси было её. Она забралась в него и немедленно почувствовала
запах копченой говядины. Она наклонилась к водителю, чтобы дать ему адрес и
заметила, что его наполовину съеденный сэндвич лежал завернутый в мятую
фольгу на заднем сиденье.
— Новый Рочлейд? — спросил водитель, когда они повернули к
северной стороне Центрального парка.
Шенна обернулась — джип следовал за ними на небольшом расстоянии. О нет! Её
такси повернула направо. Она сделала глубокий вдох и опять оглянулась — джип
тоже поворачивал. Черт!
Она наклонилась к водителю:
— Вы видите этот черный джип позади нас? Он нас преследует!
Водитель взглянул в зеркало заднего виденья:
— Нет, все в порядке.
Она не смогла разобрать его акцент, но его цвет лица подсказывал ей, что он
либо африканец, либо выходец Карибского острова. Она взглянула на его
идентификационную карточку.
— Оринго, я не шучу. Заверните здесь и вы поймете, что это правда.
Он пожал плечами:
— Как хотите.
Он свернул налево и ухмыльнулся:
— Видите? Никакого черного джипа.
Но черный джип вскоре тоже свернул. Улыбка Оринго увяла.
— Вы беспокоитесь, мисс?
— Начну, если они поймают меня. Вы поможете мне избавится от них?
— Вы имеете в ввиду, как в фильмах?
— Да, точно.
— Мы в фильме? Оринго начал озираться по сторонам, как будто ожидая
появления камер.
— Нет, но если вы мне поможете, я дам вам дополнительно пятьдесят
долларов. — Шенна лихорадочно начала вспоминать сколько у неё денег.
Проклятье, оплата на такси — это было все, что у нее было!
— Хорошо. Оринго нажал на педаль газа и машина промчалась две улицы,
повернув направо. Шенна опять обернулась, нащупав ремень безопасности.
— Черт, они все ещё за нами. Оринго перестроился в правый ряд. Сейчас
они ехали на юг — в противоположное направление.
— Что с вами произошло?
— Это долгая история...
— Хм... Оринго оборвал свою мысль, припарковавшись на улице.
— Я знаю, где вы сможете приобрести хороший Ролекс. Или сумку Прада.
Очень дешево. Посмотрите правде в глаза.
— Я вам очень благодарна, но у меня сейчас нет времени делать покупки.
Шенна вздрогнула, когда мимо промчалось какое то такси.
— Очень плохо. — Она увидела улыбку Оринго в зеркале. — Вы
выглядите как очень хороший покупатель.
— Спасибо. — Шенна обернулась — черный джип был здесь... Она
посмотрела на часы — было пятнадцать минут восьмого. Она хотела прибыть в
безопасное место немного позже.
Если она вообще туда попадет...
Ромэн приехал в Роматек в двадцать минут восьмого. Бал должен был начаться
ровно в девять. Он прогуливался в бальном зале. Куча воздушных шариков
парила под потолком — черного и белого цвета. Он мысленно стонал. Почему его
гостям нравится эта отвратительная атмосфера? У него не было совершенно
никакого настроения веселится, когда все вокруг напоминает тебе, что ты
мертв.
Столы были покрыты черной скатертью, с нарисованным белым крестом в
середине. Черные вазы, с белыми похоронными лилиями, стояли в конце каждого
стола. В центре каждого стола было освобождено место — позже туда поставят
ледяные статуи.
Позади каждого третьего стула стоял черный гроб. Но он был не атласный
внутри — на самом деле, это был огромный ледяной ящик. В каждой бутылке были
маленькие одинаковые кусочки льда — сегодня будут подавать Шипучую Кровь и
Кровавое Латте.
Небольшая сцена находилась напротив комнаты со стеклянными окнами,
выходящими в сад. Группа была уже здесь — они устанавливали оборудование.
Пара одинаковых дверей внезапно распахнулась. Рабочие держали двери, пока
остальные ввозили скульптуры. Около каждой скульптуры был большой ажиотаж —
все очень волновались.
Ромэн никогда не был так подавлен. Его смокинг был неудобным. Накидка —
нелепа. Самое главное- ничего не было известно о Шенне. Она исчезла, оставив
зазубренную рану на его старом сердце. Он приказал Коннору следить за домом
Петровсого всю ночь. Шотландец согласился, несмотря на то, что из-за этого
он должен был пропустить Бал. Пока Ромэн мог сказать точно только одно —
ПОКА русские её еще не нашли.
Рэдинка стояла неподалеку от него:
— Неужели это не стоит даже похвалы???? Это должна получится самая
лучшая вечеринка.
Он пожал плечами:
— Я догадываюсь. Он взглянул в глаза Рэдинки и заметил вспышку:
— Это выглядит грандиозно. Ты проделала великолепную работу.
Она фыркнула.
— Когда я начала работать на тебя — я это знала. Ты самый изворотливый
лгун на свете. Подойдя к нему, она поправила его волосы.
— Это трудно делать без зеркала. Кроме того, в монастыре не было такой
одежды.
Рэдинка остановилась:
— Так это правда? Ты был монахом?
— Я не хочу вспоминать это время. Я нарушил все мои клятвы.
Все, кроме
одной
Рэдинка выдохнула:
— Ты до сих пор остался хорошим человеком. Я перед тобой в неоплатном
долгу.
— Никаких сожалений? — Мягко спросил Ромэн.
Её глаза заблестели от слез.
— Нет! Никогда! Он бы умер, если бы не ты....
Неужели она была довольна тем, что он вернул ей сына демоном? Ромэн
сомневался, что она хочет услышать этот жестокий вопрос.
Рэдинка отступила на шаг и моргнула своими ясными глазами.
— Ты делаешь меня такой впечатлительной. Не делай этого — мне еще
предстоит сделать очень много работы.
Ромэн кивнул:
— Мы её еще не нашли.
— Шенну? Не волнуйся. Она вернется. Она должна вернуться. Она — твое
будущее.
Рэдинка прикоснулась к его лбу.
— Я видела это.
Ромэн вздохнул:
— Я так хочу верить тебе. Очень хочу! Но я потерял свою веру много лет
назад.
— И ты обратился к науке?
— Да, она заслуживает доверия. Она дает мне ответы.
И она не может
бросить меня, как Бог. Или изменить, как Элиза. Или сбежать, как Шенна...
Рэдинка покачала головой, посмотрев на него очень печально:
— Для очень старого человека тебе надо многому еще научится. — Она
поджала губы — Если ты хочешь иметь хоть какое-нибудь будущее с Шенной, ты
должен избавиться от своего гарема.
— Шенна ушла. Думаю на этом можно поставить точку.
Рэдинка сузила глаза:
— Боже мой, почему ты так легко отступаешь от неё? Насколько мне
известно, ты решил игнорировать эту проблему.
— А ты решила игнорировать мою личную жизнь, помнишь?
— Как я могу игнорировать её, если ты выглядишь так жалко!
Ромэн сделал глубокий вздох. Одну из ледяных скульптур поставили на место.
Кровь господня, это был один из самых отвратительных гоблинов, каких он когда-
либо видел.
— Главный мастер ДОЛЖЕН иметь гарем. Это очень старая традиция. Гарем —
символ его власти и престижа.
Рэдинка пристально посмотрела на него:
— Это часть вампирского имущества, да?
Она скрестила руки на груди.
— В таком случае, я надеюсь, что мой сын никогда не станет главным
мастером.
— Они не смогут выжить без меня. У них нет никаких навыков.
— Они живут за твой счет.
Ромэн поднял бровь:
— Им нужно место, где жить и кровь, чтобы пить. А я нуждаюсь в
существовании гарема. Пока всё работает хорошо.
— Это только показуха, да? Ты ведь не занимаешься ними сексом?
Ромэн переступил с одной ноги на другую. Он ослабил галстук, как будто он
мог задушить его.
— Не путай эти вещи!
Рэдинка встряхнула его за руки. Ослепительно взглянув на него, она сказала:
— Не удивляйся, если Шенна будет рассержена на тебя.
— Они ничего не значат для меня.
— И ты думаешь, это тебя извинит? — Рэдинка хмыкнула — Мужчины!
Даже вампиры — вы все одинаковы.
Она посмотрела в сторону:
— Кстати, о вампирах — они уже прибыли. А я должна идти работать.
Она подошла к одному из столов.
— Рэдинка! — она оглянулась на него.
— Спасибо! Ты превзошла сама себя. Она кисло улыбнулась:
— Неплохо для смертного, да?
— Превосходно! — Он надеялся, что она знает, что это не лесть.
Он ожидал мужчин, которые направлялись к нему. Жан-Люк, Грегори и Лазло
подходили к нему. Позади шли Ангус и его горцы.
Ангус МакКей был мужчиной огромного роста, воин, который мало смягчился за
несколько столетий. Он был в обычной одежде горцев — черный жакет поверх
белой рубашки со шнурками на шее и рукавах. Поскольку это был Черно-Белый
Бал, горцы надели черные и белые шотландские килты, горцы Дугласа были в
серых шотландках (клетчатая шерстяная материя). Их сумки были сделаны из
черного меха ондатры. Кивком головы Ангус рассредоточил своих горцев. Они
разошлись, чтобы охранять здание.
Стараясь выглядеть более цивилизованным, Ангус завязал свои каштановые
волосы в косичку и вплел в них черную кожаную ленту. Черная рукоятка кинжала
была видна в его черных чулках. Ангус никогда не выходил никуда безоружным.
Фактически Ромэн был копией своего старого друга.
Жан-люк был полной противоположностью этих двоих, по сравнению с ними он был
очень веселым. Жан-Люк Ишар был очень изысканным. Он был самым
величественным мастером в Западной Европе. Он был всемирно известным
модельером. Сначала, Жан-Люк специализировался на вечерней одежде, потому
что он и его приближенные бодрствовали только ночью. Но когда знаменитые
киноактеры начали заказывать у него одежду, его бизнес начал расти как грибы
после дождя. Сейчас его марка была самой знаменитой в линии Квик Коттун.
Жан-Люк был в черном спортивном смокинге с черной шелковой накидкой в серую
полоску. Он привез с собой всю одежду, которая ему была нужна. Это был самый
живой
вампир, которого Ромэн когда-либо встречал. Высокий и стройный, он
мог столкнуться со зданием, не моргнув глазом. Его кудрявые черные волосы
были взъерошены, и его сверкающие голубые глаз смотрели на всех с вызовом.
Жан-Люк выглядел очень живым, но Ромэн знал — француз может стать мертвым в
течение секунды.
Ромэн кивнул своим друзьям:
— Пройдем в мой кабинет?
— Ага, — Ангус ответил за всех, — Ангус сказал мне, что у
тебя есть выпивка для сегодняшней вечеринки.
— Да, это последняя
модель
Плавленой Кухни. — Ромэн проводил
всех через холл в свой кабинет. — Для начала шипучая кровь — это смесь
крови и шампанского. Это будет реклама выпивки.
— Это чудовищно, mon ami — Жан-Люк улыбнулся, — я плохо переношу
шампанское.
— Боюсь, на вкус это все еще напоминает кровь, — продолжал
Ромэн, — но шипит как шампанское. И там есть доля алкоголя. Не стоит им
злоупотреблять.
— Я могу поручится за это, — добавил Грегори, — я был
добровольцем при тестировании этого напитка. Хорошая штука.
Он ухмыльнулся: — Я больше не помню ничего о той ночи.
Лазло оторвал пуговицу на своем смокинге.
— Мы катали вас как на машине в офисном кресле.
Мужчины засмеялись. Лазло засмущался. Ромэн подумал, что химику не очень
удобно быть в обществе трех могущественных мастеров. Хотя, с другой стороны,
он всегда выглядел немного нервным.
— Ты выпил виски, которое я тебе отправил? — спросил Ангус.
— Да. — Ромэн ударил своего старого друга по плечу. — Твое
виски и кровь — следующие в нашем списке.
— Это хорошо. — Ответил Ангус.
— Я устал от Шоколадной крови. — Сказал Жан-Люк, сморщив свой
галльский нос. — Это было так сладко для меня, но моим леди это
нравится.
— Они так сильно его любят. — Ромэн открыл дверь своего
офиса. — Вот почему я придумал вторичную выпивку для этой ночи.
Облегченная Кровь
.
— Диетическая выпивка? — спросил Жан-Люк, входя в кабинет.
— Да. — Ромэн оставался в дверях, пока все мужчины не вошли
внутрь. — Я получил множество жалоб от моих женщин. Они полнеют и винят
меня в этом.
— Хм. — Ангус сел напротив стола Ромэна. — Мои женщины тоже
ворчат, но это не мешает им хотеть твой напиток.
— Он им нравится. — Грегори сел на край стола Ромэна. —
Продажи выросли втрое за последний квартал.
— Мы надеемся, Облегченная Кровь решит проблемы с весом. В ней низкий
процент холестерина и также чрезвычайно низкое количество сахара.
Когда Ромэн увидел, что Лазло задержался в дверях, он положил руку ему на
плечо:
— Лазло самый одаренный химик. Прошлой ночью он подвергался смертельной
опасности.
Ангус поерзал в своем кресле и взглянул на Лазло:
— Кто мог угрожать этому человеку.
— Мы полагаем, что это был Иван Петровский. — Ромэн закрыл дверь и прошел к своему столу.
— Да? — Ангус нахмурился. — Русский мастер в Америке.
Согласно моим данным, он работает наемным убийцей. Но кто мог заказать
убийство обычного химика?
— Возможно, Малконец хотел убить кого-нибудь, кто связан с
производством синтетической крови. — предположил Жан-Люк.
— Да, возможно, — согласился Ангус, — это и есть причина?
Ромэн сидел за столом:
— Мы не слышали о них с прошлого октября, когда они преподнес мне
подарок в прошлый Хэллоуин.
— Ты имеешь в виду взрывчатку? — Жан-Люк повернулся к шотландцу —
Ты в этом эксперт. Как ты думаешь, кто ими руководил?
— Круг подозреваемых сузился до трех лиц. — Ангус расслабил
шнуровку вокруг шеи. — Я полагаю, мы можем обсудить это на конференции.
У нас кое-что есть о них.
— Я согласен, — ответил Жан-Люк. Он занервничал, но у него были на
это причины — Малконец его тоже пытался убить.
Ромэн сложил свои руки на столе:
— Если в твоем списке подозреваемых еще нет Ивана Петровского, то тебе
следует добавить его.
— Он уже возглавляет список, — заметил Ангус, — но почему он
угрожал твоему химику? Ты должен быть для него более желанной добычей.
— Я уверен, что он займется мной, как только разрешится ситуация, в
которую я случайно влез.
Ангус сузил глаза:
— Объяснись, пожалуйста.
Ромэн заерзал на стуле.
— Это очень длинная история.
— Это всегда так. — Жан-Люк улыбнулся знающей улыбкой. — И в
эти истории всегда вовлечены женщины, разве это не так?
— В этом случае — да. — Ромэн сделал глубокий вздох. — Её
зовут Шенна Вэлон. Её заказали Ивану Петровскому. Русская мафия хочет её
смерти, и Иван работает на них.
— Ты дал этой женщине свою защиту? — Спросил Ангус.
— Ну конечно! — Пожал плечами Жан-Люк. — Если она член его
ковена, он обязан дать ей защиту.
— Лазло помог ей сбежать. — Объяснил Грегори. — Вот почему Петровски хочет убить его.
Со стоном Лазло уронил очередную пуговицу на пол.
— Так, мы сможем защитить и леди, и химика. — Ангус пробарабанил
пальцами по стулу. — Это довольно щекотливая ситуация, но, я уверен,
один из нас должен помочь. Одной из наших священных обязанностей, как
мастеров ковена, является защита наших последователей.
Ромэн шумно сглотнул. Это было как удар под дых.
— Она не член моего ковена.
Ангус и Жан-Люк пялились на него целых пять секунд.
— Она — смертная.
Жан-Люк моргнул. Ангус стучал костяшками пальцев пока они не побледнели. Они
обменялись осторожными взглядами.
Наконец-то Ангус прочистил горло.
— Ты ввязался в проблемы смертной?
— Да. Я дал ей убежище. Я почувствовал, что это необходимо, как только
понял, что за ней ведется охота.
Жан-Люк положил обе
...Закладка в соц.сетях
