Жанр: Любовные романы
Как выйти замуж за вампира-миллионера
...мывал сделку, Ангус и Жан-Люк суетились вокруг Ромэна.
— Что за дурь, mon ami? — прошептал Жан-Люк. — Когда в
последний раз ты практиковался с мечом?
Ромэн не смог вспомнить.
— Ты тренировал меня более сотни лет. У меня все получится.
— Но не без практики, парень. — Ангус с негодованием посмотрел на
него. — Ты слишком долго просидел в своей крошечной лаборатории.
— Exactement! — поддержал Жан-Люк. — Я пойду вместо тебя.
— Нет, — ответил Ромэн. — Я обратил тебя и не хочу рисковать твоей бессмертной душой.
Глаза Жан-Люка сузились.
— Вот в чем проблема! Ты все еще чувствуешь себя виноватым из-за нашего
превращения?
— Черт тебя побери! — зарычал Ангус. — Это будет нашим
выбором, если мы захотим рисковать своими душами. Какого черта ты себе
напридумывал?
Ромэн проигнорировал их и снова заговорил по телефону.
— Приходим по одному, Петровски. Только ты и я, и только один выживет.
Договорились?
— Да. Но только потому, что я все это время желал твоей смерти, более
пятисот лет. Вспоминай свои молитвы, священник. Сегодня вечером ты
умрешь! — Петровски повесил трубку.
Ромэн убрал телефон на место и встал.
— Ты не сделаешь этого, — вскричал Ангус. — Я не позволю!
Ромэн положил руку на плечо старого друга.
— Это мой выбор, Ангус. Я сохраню жизни моих друзей.
— Я — лучший фехтовальщик из нас. — Глаза Жан-Люка вспыхнули
ледяным синим светом. — Я просто требую отправить меня вместо тебя. И
это мое право!
— Не волнуйся, Жан-Люк. — Ромэн хлопнул француза по плечу. —
Ты отлично меня обучил. Не я ли нанес роковой удар Казимиру?
Жан-Люк хмуро посмотрел на него.
— Только потому, что я прикрывал твою спину.
— Как-то ты не совсем правильно размышляешь, — прервал их
Ангус. — Ты просто обезумел от того, что эта девчонка Вэлан оставила
тебя.
Ромэн с трудом сглотнул. Была ли правда в словах Ангуса? Если бы Шенна была
здесь, стал бы он так рисковать собой? Но ведь он не рассчитывал умирать, а
планировал победить.
Уничтожение Петровски могло бы приостановить движение Мальконцев, но не
положить ему конец. Он должен выжить, чтобы продолжать защищать своих людей.
— Я принял решение.
— Я тебя подстрахую, — заявил Коннор.
— Нет. Петровски и я договорились встретиться один на один.
— Он не выполнит соглашение, — ответил Ангус. — Ему нельзя
доверять. Ты знаешь об этом.
— Я не буду нарушать соглашение. И ни один из вас не будет. —
Ромэн посмотрел каждому из друзей в глаза. — Вы не знаете, где мы
встречаемся. И вы не будете следить за мной.
Они ответили ему взглядами, полными отчаяния. Ангус открыл, было, рот, чтобы
возразить.
— Поклянитесь мне, — Ромэн вмешался прежде, чем они стали
возражать, — Что вы не последуете за мной!
— Хорошо. — Ангус оглядел остальных со скорбным видом. — Мы
даем слово.
Ромэн направился к двери.
— Когда-то ты решил спасти целую деревню и в своей гордыне стал жертвой
Казимира. Теперь ты решил спасти всех нас.
Ромэн застыл на полпути к двери и оглянулся на Ангуса.
— Это не одно и то же.
— Уверен? — прошептал Ангус. — Остерегайся, мой старый друг.
Ты пал однажды от гордыни.
Шенна села в кровать и осмотрелась, пытаясь понять, где находится.
— Всё хорошо? — спросил Остин.
— Я... да. Я, должно быть, заснула. — Шенна была в гостиничном
номере с двумя сторожевыми псами. Вскоре после того, как они прибыли, к
Остину присоединилась молодая темноволосая женщина. Циферблат на часах у
кровати показывал восемь двадцать. Вот черт. Она проспала слишком долго. Но
после ночного бодрствования, она выдохлась.
— На улице уже темно?
— Конечно. — Остин кивнул на пиццу на столе между ним и
напарницей. — Хотите есть?
— Спасибо.
Значит, Ромэн уже проснулся. И готовится к войне с русскими? Если бы только
она могла с ним поговорить, убедиться, что у него все хорошо. Отец
конфисковал ее сотовый. Она посмотрела на стационарный телефон на тумбочке у
кровати. Все еще отключен. Остин выдернул разъем, как только они заселились.
Ей, безусловно, не доверяли. И едва ли стоит жаловаться, ведь они правы. При
первой же возможности, она собирается вернуться к Ромэну.
— Привет, я — Алиса, — представилась брюнетка. — Ваш отец
попросил, чтобы я захватила из вашей квартиры кое-что из вещей. — Она
придвинула чемоданам к кровати Шенны.
Шенна узнала свою старую сумку.
— Спасибо.
— Мы настраиваем телевизор, чтоб поймать ДВН. — Остин вскинул
вверх пульт и прибавил звук. — Взрыв в Роматэк стал большим событием в
их новостях. Они задаются вопросом, собирается ли Драганести сегодня вечером
принять ответные меры.
— Это вампирское телевидение удивительно! — Алиса отпила
диетическую колу. — У них крутят мыльные оперы точно так же, как у нас.
И что такое Шокоблуд?
— Напиток, сделанный из шоколада и крови, — объяснила
Шенна. — Он нравится леди, хотя я слышала, что это прибавляет им вес.
Алиса засмеялся.
— Вы разыгрываете меня!
— Нет. На самом деле Ромэн изобрел новый напиток, чтобы решить эту
проблему. Назвал его БлудЛайт.
На сей раз оба ее сторожевых пса засмеялись.
Остин тряхнул головой.
— Они не такие, как я ожидал.
— Согласна — не такие. — Алиса взяла кусочек пиццы. — Я
думала, они бледные и отвратительные, а на самом деле выглядят совершенно
нормальными.
— Ага, — согласился Остин. — И имеют свою культуру, несколько
другую, но все же так похожую на... людскую.
— Они и есть люди! Они чувствуют боль и страх, и... любовь. —
Шенна тут же подумала о Ромэне. Что сейчас чувствует он?
— Ну ладно. Только не говорите всё это своему отцу, — предупредила
Алиса. — Он считает их кучкой порочных психопатов.
— Кстати, где он? — спросила Шенна.
— Наблюдает за домом Петровски как обычно, — ответил Остин. —
Он люто ненавидит русских, особенно после того, как они напали на вас в том
ресторане.
Шенна зажмурилась.
— Извините, что?
— Ну, молодец, Остин, — пробормотала Алиса.
— Я думал, она знает. — Остин повернулся к Шенне. — Разве ФБР
не сообщило вам?
— Сообщило — что? — сердце Шенны заколотилось в груди. — Вы
говорите, что убийство моей подруги не было несчастным случаем?
Остин сдвинул брови.
— Это был ответный удар. Ваш отец засадил нескольких главарей русской
мафии в тюрьму. Ваша семья тайно вылетела из России. Никто не знал, где их
искать. Когда уцелевшие мафиози потребовали мести, вы были единственным
членом семьи, которого они смогли найти.
Шенна стряхнул волну оцепенения.
— Они пытались убить меня? То есть Карен погибла по моей вине?
— Это не ваша вина, — уточнила Алиса. — Вы всего лишь стали
целью, потому что были дочерью Шона Вэлана.
— Учитывая обстоятельства, — продолжил Остин, — работа в
нашей команде, будет лучшим выходом для вас. Будете находиться под
радиолокатором, будете неотслеживаемой. И вас еще обучат по самообороне.
Шенна рухнула на спину и уставилась в потолок. Все это время она думала, что
та ночь в ресторане была ужасной случайностью. Они просто оказались в
неправильном месте в неправильное время. Но оказывается, она была мишенью.
Умереть должна была она, а не Карен.
— С тобой всё хорошо? — забеспокоилась Алиса.
— Я чувствую себя ужасно из-за Карен, она погибла вместо меня...
— Так. — Остин с хлопком открыл банку содовой. — Если вам это
поможет, то мафия убила бы вас обеих, будь у них такая возможность. Они не
оставили бы ни одного свидетеля.
Почему-то это совсем не помогло. Шенна закрыла глаза.
Шенна? Где ты? Она задохнулась и села. Остин и Алиса уставились на нее.
— Я, кхм, должна идти... — Шенна поспешила в туалет. Мой Бог,
Ромэн пытался установить с ней контакт? Неужели их связь так сильна, что
покроет такое большое расстояние? Она открыла воду в кранах, чтобы заглушить
свой голос.
— Ромэн, ты слышишь меня?
Да. Я — здесь. Его голос стал громче в ее голове, как будто он укрепил связь.
Где ты? — Я нахожусь в гостинице с парой членов команды моего отца.
Тебя удерживают? Или ты там по своей воле? — Со мной пока все хорошо. Не волнуйся обо мне. Как ты? Ты сегодня
вечером начнешь войну?
Сегодня все решится. Почему... почему ты позвонила своему отцу? Я
думал, ты решила остаться со мной. — Я не звонила ему! Он был снаружи, наблюдал за домом Петровски и
увидел, как я вошла. Подумал, что я в опасности и бросился спасать меня.
Ты собираешься остаться с ним? — Нет, предпочитаю быть с тобой, но пока я здесь, то смогу защитить
тебя.
Я не нуждаюсь в твоей защите! Его сердитый голос звенел в ее голове несколько секунд.
— Ромэн, я всегда буду любить тебя. И никогда бы не смогла предать.
Связь потрескивала от напряжения.
— Ромэн? Ты меня слышишь?
Новое чувство просочилось в связь. Отчаяние. Он был уязвлен. Шенна сжала его
серебряное распятие напротив сердца.
Если я выживу этой ночью, ты вернешься ко мне? Если он переживет ночь?
— Ромэн, что ты сказал? Ты участвуешь в сражении?
Ты вернешься ко мне? — Да! Да, я вернусь. Но Ромэн, не делай ничего рискованного.
Пожалуйста. — Она сильнее сдавила распятие.
Ответа не было.
— Ромэн! Не уходи! — Она подскочила, когда в дверь ванной
застучали.
— Шенна! — крикнул Остин. — Что с тобой?
— Всё нормально, — закричала она в ответ, потом сконцентрировалась
и послала умственное сообщение.
Ромэн. Ромэн, ты слышишь меня? Никакого ответа. Связь прервалась. Ромэн ушел.
Это совсем не гордыня. Ангус не прав. Ромэн знал, что Жан-Люк лучший
фехтовальщик. Ангус — лучший солдат. Или все же это могло быть гордыней, что
швыряет его вниз по наклонной плоскости? Ромэн не знал. Но одно знал
наверняка: он готов сделать что угодно, лишь бы спасти своих друзей и Шенну.
Ромэн сам обратил многих Горцев. Даже преобразовал Жан-Люка и Ангуса. Если
они погибнут, их души будут обречены на вечные муки по его вине. Он не
допустит этого, даже если самому придется погибнуть и вечно гореть в аду.
Сразу после одиннадцати Ромэн поднялся по каменным ступеням и открыл тяжелую
деревянную дверь церкви. Его шаги гулко отражались эхом в пустом приходе.
Огни от свечей вспыхивали в красных стеклах витражей. Статуи Святых и
Богородицы смущали пристальными взглядами, оспаривая его присутствие в
Божьем Храме. Он сам удивлялся этому не меньше. О чем он думал, приходя
сюда?
Ромэн пресек сомнения, когда подошел к чаше со святой водой. Чуть
замешкался, его рука застыла над купелью.
Вода пошла рябью и закипела. Пар поднимался вверх, обжигая кожу.
Он отдернул руку. Не стоит получать раны перед сражением на мечах. Вода тут
же перестала кипеть, а его сердце наполнилось отчаянием. Вот он и получил
ответ на свой вопрос. Его душа обречена.
Позади хлопнула входная дверь. Ромэн резко обернулся, но рассмотрев
вошедших, успокоился.
Коннор, Грегори и Лазло настороженно смотрели на него.
— Я думал, что высказался достаточно ясно. Не нужно следовать за мной!
Коннор пожал плечами.
— Мы решили, что сюда тебя проводить можем. Ты же не будешь драться в
церкви, так ведь?
— Кроме того, — добавил Грегори, — Мы все равно пришли бы
сюда, чтобы помолиться за тебя.
— Да. — Лазло перекрестился. — Мы пришли помолиться.
Ромэн усмехнулся.
— Молитесь сколько угодно, проку от этого все равно не будет. — Он
пошел дальше по коридору к исповедальне. Вошел в кабинку и занял место.
Маленькая дверца скользнула в сторону, открываясь. С другой стороны окошка в
темноте Ромэн видел только очертания священника. Он казался старым и
сутулым.
— Благословите меня, святой отец, ибо я грешен. — Ромэн отвернулся
и пробормотал первую половину следующего предложения. — Уже более пяти
сотен и четырнадцать лет минуло с моей последней исповеди...
— Что вы сказали? — проскрежетал голос. Священник прочистил
горло. — Четырнадцать лет?
— Много больше. Я нарушил свои клятвы перед Богом. И совершил много
грехов. А сегодня вечером я могу умереть.
— Вы больны, сын мой?
— Нет. Вечером мне предстоит схватка с риском для жизни, чтобы спасти
моих друзей. — Ромэн откинул голову на деревянную стенку кабины. —
Но я не уверен, что Добро одержит победу над Злом, или, что я могу
представлять Добро. Бог покинул меня, так что я и есть Зло.
— Почему вы думаете, что Бог вас покинул?
— Однажды, давно, я полагал, что смогу спасти жителей целой деревни, но
я уступил греху гордыни и впал во тьму. С тех пор я там.
Священник прочистил горло еще раз и переместился на стуле. История,
рассказанная Ромэном, для священника звучала очень странно. Находясь здесь,
он впустую тратит свое время. Что он надеется найти?
— Позвольте мне сказать, правильно ли я понимаю, — сказал святой
отец. — Первый раз, когда вы пытались спасти людей, вы были уверены в
победе?
— Да. Меня затмила гордость, я знал, что не могу потерпеть неудачу.
— Тогда, по вашему мнению, вы ничем не рисковали. А сегодня вы уверены
в победе?
Ромэн всмотрелся в темноту кабинки.
— Нет, не уверен.
— Тогда зачем вы рискуете своей жизнью?
Слезы выступили на глазах Ромэна.
— Я не могу подставить их, рисковать их жизнями. Я... люблю их.
Священник глубоко вздохнул.
— Тогда у вас есть ответ. Вы делаете этот не из-за гордости, но из
любви. И поскольку любовь ниспослана нам Богом, Он не покинул вас.
Ромэн усмехнулся.
— Вы не представляете величину моих грехов.
— Возможно, вы не представляете величину прощения Бога.
Слеза скатилась по лицу Ромэна.
— Мне жаль, что я не могу поверить вам, святой отец. Но я совершил
большое зло. Боюсь, что для меня все слишком поздно...
Священник наклонился ближе к окошку.
— Сын мой, для истинно кающегося никогда не бывает поздно. Я сегодня
буду молиться за вас.
Глава 27
Было уже за полночь, когда зазвонил сотовый телефон Остина. По его
почтительному тону и по тому, как он мельком взглянул на нее, Шенна
заподозрила, что разговор ведется с ее отцом. Весь вечер она не находила
себе места из-за начала войны между вампирами. Ее попытки установить
мысленный контакт с Ромэном потерпели неудачу.
— Я понял, сэр — Остин передал телефон Шенне. — Ваш отец хочет
говорить с вами.
Она поднесла телефон к уху.
— Папа?
— Шенна, я подумал, что должен тебе сообщить о происходящем. Мы
перехватили звонок по телефону Петровски и слышали его разговор с
Драганести.
— Что происходит? Они готовятся к войне?
— Ну, кажется Драганести готов вступить в войну. Он утверждает, что у
него двести воинов. Петровски висел на телефоне весь вечер, призывая своих
сторонников явиться. Думаем, он соберет человек пятьдесят максимум.
Шенна с облегчением выдохнула.
— Ромэн превосходит его численностью...
— Все несколько иначе. Видишь ли, Драганести предложил Петровски
сделку. Они встречают в Центральном Парке. Вместо войны они договорились о
поединке на выживание один на один.
Колени Шенны подогнулись, и она рухнула на кровать.
— ЧТО?
— Да уж... они встречаются в Ист Грин в два утра. Схватка на серебряных
мечах, и только один уйдет живым.
Шенна судорожно вздохнула. Поединок Ромэна — вопрос жизни и смерти?
— Это... этого не может быть... Мы должны остановить их!
— Не думаю, что у нас получится, дорогая. Но я несколько беспокоюсь за
твоего друга. Видишь ли, мы услышали, как Петровски приказал своим людям
собраться этим вечером. Насколько могу предположить, Драганести придет один,
а Петровски приведет с собой целую армию.
Шенна ахнула.
— Мой Бог!
— А из услышанного могу сообщить, что люди Драганести не знают, где
состоится поединок. Так что и они ему не помогут. Весьма прискорбно. По мне,
так резню напоминает.
Шенна вспоминала, что узнала из разговора. Два утра, Ист Грин, Центральный
Парк. Она должна сообщить Горцам.
— Пора идти, дорогая. Только хотел сообщить тебе последние новости.
Пока.
— Пока. — Шенна крепко прижала к себе телефон и посмотрела на
Остина и Алису. — Мне нужно позвонить.
Алиса встала.
— Нельзя, Шенна.
Остин развалился на второй кровати.
— Что в этом плохого? Даже заключенным разрешают один звонок.
Алиса повернулась к Остину.
— Ты с ума сошел?
— Нет. — Остин пристально смотрел на нее.
Шенна быстро набрала номер в доме Ромэна. Она понимала, что все это слишком
странно. Слишком гладко. Сначала отец сообщил ей информацию, а теперь Остин
позволил ей воспользоваться своим телефон.
Ну и пусть! Она должна спасти Ромэна.
— Слушаю?
— Коннор?
— Да. Шенна? Мы волновались за тебя.
— Ты... хм... можешь сделать кое-что через телефон?
— Телепортацию? Да. Ты где?
— В гостиничном номере. Поспеши. Я буду говорить без остановки. —
Шенна поглядела на Остина и Алису. — Здесь еще два человека, но я не
думаю, что это может быть...
Коннор появился возле нее.
— Ё-пэ-рэ-сэ-тэ!! — Остин вскочил с кровати.
У Алисы отвалилась челюсть.
— Сожалею о вторжении. — Коннор забрал у Шенны телефон. — Ян,
ты там?
— Он... он носит килт? — прошептала Алиса.
— Ношу. — Коннор пристально осмотрел женщину-агента ЦРУ. — И
ты, девушка Бонни.
Алиса фыркнула.
— Как, черт возьми, вы сделали это? — спросил Остин.
— Уфф, почти также как сделаю это сейчас. — Коннор обхватил Шенну.
Она крепче прижалась к нему, когда все потемнело...
Когда чернота исчезла, Шенна очутилась в холле дома Ромэна. Первый этаж был
забит Горцами, вооруженными до зубов. Атмосфера напряженности нависла над
ними, пока они мерили холл шагами.
Ангус Маккей вышел к ней навстречу.
— Коннор, зачем ты принес её сюда?
Прежде чем Коннор смог ответить, Шенна выпалила:
— У меня есть новости. Ромэн и Петровски сегодня вечером встречаются на
поединке.
— Это никакая не новость, девушка. — Коннор посмотрел на нее с
печалью.
— Но Петровски приведет армию! Вы должны помочь Ромэну.
— Ничтожество, — пробормотал Ангус. — Я знал, что этот
ублюдок не сдержит слово.
— Как ты узнала это, Шенна? — уточнил Коннор.
— Мой отец прослушивает дом Петровски. Он слышал их планы и передал
мне. Я должна была предупредить вас. Ромэн встречается с Петровски на Ист
Грин, в Центральном Парке в два утра.
Шотландцы обменялись отчаянными взглядами.
Ангус затряс головой.
— Это бесполезно, красавица. Мы пообещали не следовать за ним.
— Я не оставлю его одного! — Шенна схватила меч Коннора. — И
я не давала никаких обещаний, так что я иду.
— Постойте! — вскрикнул Коннор. — Если Шенна пойдет, мы можем
последовать за ней. Так мы не нарушим обещание.
— Ага! — усмехнулся Ангус. — И девушке потребуется наша
защита. Ромэн захотел бы, чтоб мы были рядом с ней.
— Аллилуйя. — Шенна встала перед Горцами и подняла меч в воздух. — Следуйте за мной!
Маленькая искра надежды, которую Ромэн получил после исповеди, быстро
угасла, как только он достиг Ист Грина. Петровски нарушил слово. Он пришел
не один.
Его ковен располагался поблизости, полукругом обступив поляну. Ромэн
насчитал около пятидесяти вампиров, в основном мужчин. Приблизительно две
дюжины держали факелы.
Петровски выступил вперед.
— Будет удовольствием убить тебя.
Ромэн обхватил рукоятку меча.
— Я вижу, ты побоялся прийти один. Даже привел с собой нескольких
женщин, чтобы они вытерли твой нос.
— Я не боюсь. Я дал слово и не уничтожу никого из твоих людей, но никто
не обещал, что мои последователи не прикончат тебя, если я буду убит. Как
видишь, Драганести, так или иначе, сегодня вечером ты умрешь.
Ромэн с трудом сглотнул. Он уже представил себе это. Молитв одного
священника и трех друзей недостаточно. Бог давно его покинул.
— Так ты готов? — Петровски вытащил меч.
Ромэн достал свой. Подарок от Жан-Люка, острое как бритва, стальное лезвие,
покрытое чистым серебром. Рукоятка была стальной, обтянутой кожей и
подогнанной по его руке. Он взмахнул лезвием, рассекая воздух, и
поприветствовал Петровски. Одна, последняя мысль о Шенне, которую он
позволил себе, а затем сосредоточил все свое внимание на одной единственной
цели — выжить.
Когда Шенна бежала на Ист Грин, оттуда послышался звон мечей. Звук вызывал
ужас, но и обнадеживал. Если Ромэн сражается, значит, все еще жив.
— Стой! — Ангус остановился возле нее. — Я знаю, что мы, как
и полагается, следуем за тобой, девушка, но хотелось бы побыстрее. — Он
подхватил ее на руки.
Деревья слились для Шенны в одну сплошную стену. Горцы передвигались со
скоростью вампиров, пока не достигли поляны.
Ангус опустил ее на ноги.
— Мне жаль, что я недооценивал тебя. Держи. — Он вручил ей
меч. — Теперь мы будем следовать за тобой.
— Спасибо. — Она вышла на поляну.
Воины рассредоточились позади нее во главе с Ангусом Маккеем и Жан-Люком
Эшарпом. Ромэн и Иван Петровски кружились друг против друга на середине
поляны. Насколько Шенна мог судить, Ромэн был цел. Одежда Ивана была
рассечена в нескольких местах. Кровь сочилась из раны на левой руке.
Петровски заметил её и чертыхнулся.
— Ты, ублюдок, она все время была у тебя! И ты притащил сюда свою
чертову армию.
Ромэн чуть отступил и быстро оглянулся на Шенну и Горцев. Снова
сосредоточился на Петровски и закричал:
— Ангус, ты дал мне слово! Ты не должен был следовать за мной.
— А мы и не следуем за тобой, — крикнул ему Ангус. — Откуда
нам было знать, где ты будешь? Это всё девчонка! Мы шли за ней.
Ромэн сделал выпад вправо, отвлекая Петровски, затем отклонился и вонзил меч
русскому в бедро. Иван вскрикнул и зажал рукой рану.
— Шенна! — крикнул Ромэн. — Уходи отсюда!
— Я не оставлю тебя! — Она вышла вперед. — И не позволю тебе
умереть.
Иван смотрел на кровь, струящуюся сквозь пальцы.
— Ты думаешь, что побеждаешь, а, Драганести? Но ты ошибаешься. Как
ошибся и в Казимире!
Ромэн передвигался вокруг него.
— Казимир мертв.
— Да что ты? — Иван поворачивался, стараясь удерживать Ромэна в
поле зрения. — Ты видел, как он умер?
— Он упал перед самым восходом солнца.
— И ты со своими друзьями сбежал, чтобы спрятаться. И не видел, что
случалось потом! Я отнес Казимира в свое тайное логово.
Возмущение эхом прокатилось среди Горцев.
— Ты лжешь! — побледнев, прошептал Ромэн. — Казимир мертв.
— Он жив. И создает армию, чтобы отомстить! — Иван дернулся вперед
и мечом зацепил живот Ромэна.
Ромэн отпрыгнул, но полученная рана дала себя знать. Просочилась кровь. Он
запнулся и упал.
Шенна ахнула при виде истекающего кровью Ромэна. Позади него она заметила
двух русских, достающих свое оружие.
— Ромэн!
Закладка в соц.сетях
