Жанр: Любовные романы
Одержимость
...то место было так
знакомо...
— Я никогда не был в Канаде,
— сказал Льюис.
— А вы не помните, ГДЕ именно
они были? — спрашивала Кейтлин миссис
Вайтрейвэн.
— Нет, дорогая. Боюсь, что нет.
Это было давно. — Мама Анны слегка
закусила губу, хмуро смотря на рисунок.
Затем она вздохнула и покачала головой.
— Неважно, — произнес Роб, в его
глазах сиял восторг. — По крайней
мере, мы знаем место в общем. И
кто-то на острове уж точно должен
знать, где это расположено. Мы будем
спрашивать.
Мама Анны опустила листок.
— Так, минутку, — сказала она,
обмениваясь взглядами с мужем.
Кейтлин смотрела то на одного, то
на другого. У нее возникло тянущее
на дно ощущение.
— Так, — сказала миссис Вайтрейвэн,
отворачиваясь от мужа. — Вы, ребята,
до сих пор были очень отважными и
находчивыми. Но эта ваша идея о
том, что надо найти тот белый
дом... она непрактична. Это дело не
детей.
— Нет, — сказал мистер Вайтрейвэн.
Он просматривал документы, которые принес
Роб. — Это дело властей. Здесь
достаточно доказательств, чтобы надолго
упрятать вашего мистера Зитса.
— Но вы не понимаете, насколько он
влиятелен, — сказала Анна. — У
него повсюду друзья. И брат Марисоль
сказал, что только магией можно победить
магию...
— Я крайне сомневаюсь, что брат
Марисоль — эксперт, — резко ответила
ее мама. — В первую очередь вы
должны были поехать к родителям. Кстати,
это напоминает мне о том, что
сейчас вы должны позвонить своим
родителям, все вы.
Кейт придала голосу твердости.
— Мы не можем им рассказать
ничего, что поможет им почувствовать
себя лучше. А если у мистера Зитса
есть какой-то способ прослушивать телефоны,
тогда он узнает, где именно мы
находимся.
— Если он, конечно, еще не знает,
— мягко добавила Анна.
— Но... — начала миссис Вайтрейвэн
и вздохнула, снова обмениваясь взглядами
с мужем. — Хорошо, я сама позвоню
им утром, мне не нужно говорить
им, где именно вы находитесь, пока
мы все не уладим.
— Уладим как, мэм? — спросил Роб.
Его глаза потемнели.
— Мы поговорим со старейшинами, а
затем с полицией, — твердо сказала
мама Анны. — Это то, что нужно
сделать.
Анна, было, открыла рот, но тут же
захлопнула его.
Это плохо
, — беспомощно сказала она
остальным.
Да, это точно
, — согласился Роб.
Льюис произнес:
Черт, я думаю, мы должны испытывать
облегчение, но...
Кейтлин поняла, что он имел в
виду. Взрослые теперь в курсе, заправляя
всем, улаживая. Все расскажут властям.
Им пятерым больше не о чем
беспокоиться. Она должна быть рада.
Но почему так сдавило грудь?
У нее в голове бились две мысли.
Первая была:
После того как мы
так далеко зашли...
А вторая:
Они
не знают мистера Зи
.
— А сейчас нам нужно придумать,
где вы будете спать, — оживленно
говорила мама Анны. — Вы, мальчики,
можете разместиться в комнате близнецов.
А ваш друг Габриэль будет спать на
диване. Анна может спать в своей
комнате с Кейт, а Лидия — в
комнате для гостей.
— Лидия не будет спать здесь, —
сболтнула Кейт, не подумав о том,
как грубо это прозвучит. — Она не
одна из нас, она просто нас подвезла.
Миссис Вайтрейвэн выглядела удивленной.
— Ну, вы же не ждете, что
она сейчас отправится в такой долгий
путь одна? Уже довольно поздно, и
перед ужином она сказала мне, что
очень устала. Я уже пригласила ее
остаться на ночь.
Кейтлин застонала, а потом поняла, что
Роб, Анна и особенно Льюис с
упреком смотрят на нее. По сети
она могла чувствовать их замешательство:
они не могли понять, что она имела
против Лидии.
О, ну хорошо. Да какая вообще
разница?
— Кейт пожала плечами и
наклонила голову.
Габриэль и Лидия медленно зашли в
дом несколько минут спустя. Лидия не
выглядела особенно разочарованной из-за того,
что пропустила кухонную конференцию. Она
продолжала смотреть на Габриэля из-под
ресниц: уловка, которая, казалось, забавляла
Габриэля и раздражала Льюиса. Кейт и
Анна ушли помогать застилать постель в
комнате для гостей, чтобы дать Робу
рассказать Габриэлю о том, что произошло.
Так наш квест окончен?
— спросил
Габриэль. Кейтлин прекрасно могла его
слышать, даже несмотря на то, что
он был на кухне, а она в это
время взбивала подушку Лидии.
Об этом мы завтра поговорим
, —
угрюмо ответила ему Кейт. Она устала.
И она беспокоилась о Габриэле. Снова.
По-прежнему. Кейтлин могла понять, что
он испытывал боль, она могла чувствовать
напряжение, мерцающее внутри него. Но почему-
то она думала, что он не разрешит
ей помочь сегодня.
Он и не разрешил. Он и говорить
об этом не захотел, даже когда
Кейт умудрилась улучить момент, чтобы
остаться с ним наедине, пока остальные
готовились ко сну.
— Но что же ты будешь делать?
— у нее возникли ужасные образы
того, как он тайком проникает в
спальню родителей Анны, слишком обезумевший,
чтобы понимать, что же он делает.
— Ничего, — коротко ответил он, а
затем добавил с ледяной яростью: —
Я здесь гость.
Он уловил ее образ. А у него
есть свой собственный кодекс чести. Но
это совсем не означает, что он
сможет продержаться всю ночь.
Он уже уходил.
Кейтлин забралась на большую двухместную
кровать Анны, ощущая беспокойство и уныние.
Был еще только рассвет, когда Кейт
проснулась. Она обнаружила себя смотрящей
на святящиеся цифры на радио-часах Анны,
в ее животе скрутился узел. Кейтлин
чувствовала, что остальные спят, даже
Габриэль. Он был таким тревожным, что
она могла с уверенностью сказать, что
он никуда не выходил.
Странно, из всех возможных вещей, о
которых она должна волноваться, Кейт
беспокоилась именно о Лидии.
Забудь о ней
, — сказала она
себе. Но ее разум продолжал задавать
все те же вопросы. Кто эта Лидия?
Почему она так жаждала поехать с
ними? Что с ней было не так?
И почему ей продолжало казаться, что
той нельзя доверять?
Должен быть какой-то способ узнать, —
думала Кейт. — Какая-то проверка или что-
то в этом роде
. Кейтлин села.
Затем быстро, но украдкой, слезла с
кровати и взяла свою сумку. Она
отнесла ее в ванную и закрыла за
собой дверь.
При включенном свете Кейт копалась в
сумке, пока не нашла свой набор
для рисования. Закрытая пластиковая упаковка
пережила падение в ручей, и ее
пастели и ластики не пострадали. Хотя
альбом промок.
О, ну, что же, масляные пастели
нормально реагировали на влажность. Кейтлин
подняла пастельный мелок черного цвета,
ровно держа его над пустой страницей,
и закрыла глаза.
Она никогда раньше этого не делала,
не пыталась создать рисунок, когда у
нее не было потребности рисовать. Сейчас
она воспользовалась некоторыми методами Джойс,
намеренно расслабляясь и отключаясь от
окружающего мира.
Очисть сознание. Думай о Лидии. Думай
о изображении Лидии... Пусть появится
рисунок...
Внизу стали возникать черные линии.
Кейтлин увидела образ и позволила руке
перенести его на бумагу. Сейчас туда
вмешался цвет темного винограда. Голубой
для прядей. Это все были волосы
Лидии. Затем бледные телесные цвета для
ее лица, и серовато-зеленые для глаз.
Но она снова чувствовала потребность в
черном цвете. Плотные мазки черного,
множество мазков вокруг портрета Лидии.
Они образовывали силуэт, который, казалось,
обрамлял ее, окружал.
Глаза Кейтлин полностью открылись, и она
уставилась на рисунок. Широкоплечий силуэт
с чертами тела, ниспадающими вниз, как
у человека в пальто...
В одно яростное движение она поднялась
на ноги.
Я убью ее. О Боже, я на
самом деле прибью ее
.
Кейт распахнула дверь ванны и
направилась в комнату для гостей.
Под покрывалами было видно стройную
фигуру Лидии. Кейтлин перевернула ее и
схватила за горло.
Лидия издала звук как мышонок Джордж.
Ее глаза казались белыми в темноте.
— Ты, отвратительная, шпионящая, подлая
проныра, — произнесла Кейт и тряхнула
девушку пару раз. Она говорила тихо,
чтобы не разбудить родителей Анны, и
вложила большую часть энергии в толчки.
Лидия издала еще больше звуков. Кейт
показалось, что та пыталась сказать:
О
чем ты говоришь?
— Я скажу тебе, о чем я
говорю, — произнесла она, сопровождая
каждое слово встряской. Лидия хваталась
за запястья Кейт обеими руками, но
она была слишком слаба, чтобы разомкнуть
хватку девушки. — Ты работаешь на
мистера Зитса, ты, маленькое ничтожество.
Немощно попискивая, Лидия пыталась покачать
головой.
— Работаешь. Уж я-то знаю. У меня
же сверхспособности, помнишь, да?
Когда Кейт закончила говорить, она
почувствовала движение у себя за спиной.
Это были ее единомышленники, толпящиеся
в дверном проходе. Так много эмоций,
и так близко, что они проникли
даже в их сон.
— Эй! Что ты делаешь? —
обеспокоено говорил Льюис, а Роб добавил:
— Кейт, что происходит? Ты всех
разбудила.
Кейтлин едва обернулась.
— Она шпион.
— Что? — Очаровательный в своей
слишком большой пижаме Роб подошел и
встал рядом с кроватью. Когда он
увидел хватку Кейт на шее Лидии,
он инстинктивно к ней потянулся. Льюис
стоял прямо за ними.
— Не надо, ребята. Она шпион, ведь
так? — Кейтлин пыталась ударить голову
Лидии о переднюю спинку кровати, но
ей не хватило сил для этого.
— Эй!
— Кейт, просто остынь!
— Признай это! — сказала Кейтлин,
обращаясь к борющейся с ней Лидией.
— Признай, и я тебя отпущу.
Как раз когда Роб обхватил Кейт
руками, пытаясь оттащить ее, Лидия
кивнула. Кейтлин отпустила ее.
— Я выполнила рисунок, который
показывает, что она работает на мистера
Зитса, — пояснила она Робу, а
Лидии добавила: — Скажи им!
Лидия кашляла и давилась, пытаясь
вдохнуть достаточно воздуха. Наконец, она
смогла с хрипом произнести:
— Я шпион.
Роб опустил руки. Льюис выглядел почти
комично потрясенным.
— Что?
Волна ужасной эмоции пришла от Габриэля,
образы о порубленной на кусочки и
выброшенной в океан Лидии. Кейтлин
поморщилась и только сейчас поняла, что
ее ладони болели.
Остальные собрались вокруг кровати. Анна
была серьезной, Льюис выглядел обиженным
и преданным. Роб скрестил руки на груди.
— Хорошо, — сказал он Лидии. —
Рассказывай.
Лидия села. Маленькая, похожая на
призрака в своей белой ночнушке, она
посмотрела на всю пятерку, на довольно
угрожающе выглядящие фигуры, окружающие ее
кровать.
— Я шпион, — сказала она. —
Но я не работаю на мистера Зитса.
— Да хватит тебе! — сказала Кейт.
А Габриэль произнес:
— Ну, разумеется, ты на него не
работаешь. — В своей самой льстивой,
и злой манере.
— Я не работаю. Я не работаю
на него... Я его дочь.
Кейтлин почувствовала, как отвисла ее челюсть.
Невероятно... но подождите-ка. Джойс на
самом деле упоминала, что у мистера
Зитса есть дочь...
Она говорила, дочь была подругой
Марисоль
, — согласился Роб.
Кейтлин помнила об этом. Она также
помнила, как размышляла, что дочь
мистера Зитса должна была бы быть
взрослой, слишком взрослой, чтобы дружить
с Марисоль.
— Сколько тебе лет? — с
подозрением спросила она Лидию.
— В прошлом месяце исполнилось
восемнадцать. Посмотрите, если не верите,
мои права в сумочке.
Габриэль подобрал маленькую черную сумочку
Шанель с пола и высыпал ее
содержимое на кровать, не обращая
внимания на бормотание Лидии, выражающее
протест. Он достал бумажник.
—Лидия Зитс, — прочитал он и
показал права остальным.
— Как ты сюда добралась? —
потребовал Роб
Лидия моргнула и сглотнула.
Она либо была готова разрыдаться, либо
была превосходной актрисой
, — подумала
Кейтлин.
— Я прилетела. На самолете.
— На астральном самолете? — спросил
Габриэль. Он был очень зол.
— На реактивном, — ответила она. —
Мой отец отправил меня, а машину
мне дал один из его друзей,
директор компании Боинг. Отец позвонил и
сказал, где вы будете...
— А это он знал, потому что
устроил нам ловушку, — перебил Роб,
ухватившись за то, что она сказала.
— Ловушку с козлом, он знал, что,
даже если мы не погибнем в
несчастном случае, мы окажемся в
затруднительном положении...
— Да. И предполагалось, что я буду
сопровождать вас и помогать вам, если
кто-нибудь из вас выживет.
— Ты... маленькая... — Кейтлин не
хватало слов. Она снова попыталась
схватить Лидию за горло, но Габриэль
оказался быстрее.
— Не беспокойся. Я об этом
позабочусь, — сказал он. Кейт
почувствовала холодный голод.
Все в сети знали, что он имеет
в виду. Интересно было то, что,
казалось, Лидия тоже понимала, что он
подразумевает. Она отпрянула, быстро
отодвигаясь к спинке кровати.
— Вы не понимаете! Я вам не
враг! — воскликнула она, ее голос
был охвачен чистой паникой.
— Конечно же не враг
...Закладка в соц.сетях
