Жанр: Любовные романы
Одержимость
...ужи фургона.
Она могла его смутно чувствовать где-то еще, но она не могла определить, где
именно он был, и она не могла сказать, что же он делал.
Отлично. Хорошо. С внезапной решительностью Кейтлин медленно приподнялась и
постепенно стащила с себя одеяло. Так же медленно она села и затем поднялась
на ноги, согнувшись и направляясь боком к центральной двери фургона.
Она прошла мимо Анны, которая свернулась клубочком на своем небольшом месте,
черные волосы скрывали ее лицо. Складное сидение Льюиса было откинуто так
далеко, что ей пришлось согнуться под ним, чтобы открыть дверь. Но в итоге,
с металлическим лязгом дверь отворилась.
Кейтлин почувствовала, что все зашевелились, но потом успокоились. Она
проворно вышла из фургона и закрыла за собой дверь так тихо, как только
могла.
А сейчас она пойдет искать Габриэля. Всю ее энергиею от нервного потрясения
нужно бы с пользой применить. Она поговорит с ним, она напрямую спросит о
странности, которую почувствовала в нем, о том, что он делал, когда уходил
прошлой ночью. Это была подходящая возможность, пока остальные спали, у них
будет полное уединение. Хотя Габриэлю это, конечно, не понравится. Кейтлин
была взбудоражена и уже сама была готова поругаться с кем-нибудь.
Она повернулась и осмотрелась на стоянке. Все было погружено в темноту,
кроме большого количества освещенных туалетов. Было видно только три машины:
разбитый Фольксваген-Жук, низкий Шеврале Шеви и белый Кадиллак.
Но никаких признаков Габриэля. Кейтлин не могла определить его
местоположение. Она вглядывалась в темноту впереди и сзади себя, затем она
пожала плечами и начала идти.
Он был здесь... где-то. Просто огорожен стенами так, что она не могла его
почувствовать. Как будто бы он жил в своей собственной крепости. Ну что же,
она ему по-другому объяснит. Он часть их всех и не может продолжать это
отрицать.
И он не должен шататься один в темноте, как сейчас. Кейт прошла мимо Жука и
Шеви, рассеянно заметив, что на номерных знаках штата Орегон были горы. Она
прошла мимо Кадиллака, который был припаркован у последнего уличного фонаря.
Девушка, засомневавшись, остановилась на границе света и темноты.
В эту сторону... у нее был порыв идти в том направлении. Инстинкт. Если Кейт
чему-то недавно и научилась, так это доверять своей интуиции, но этот путь
выглядел пустынным и освещался лишь полумесяцем, который только начал
подниматься.
Взяв себя в руки, она начала осторожно двигаться вперед, сходя с дороги на
траву. Земля изгибалась книзу и вела к одиноко стоящим зарослям деревьев.
Кейтлин могла видеть верхние ветви на фоне более светлого ночного неба.
Было очень тихо. Кожа Кейтлин чувствовала покалывание, волоски на руках
поднимались. Ну, это не было удивительно, в Орегоне было прохладнее, чем в
Калифорнии. Это был просто ночной воздух.
Но где же был Габриэль? Кейтлин слепо двигалась к деревьям, это совсем не
было на него похоже — пойти посидеть под деревом. А может, интуиция подвела
ее в этот раз?
Хорошо, она просто дойдет до того первого дерева, она его неплохо видела, ее
глаза привыкали к темноте, а затем вернется. Кейт была достаточно далеко от
фургона, и она могла только очень смутно ощущать Роба, Льюиса и Анну,
девушка знала, что общение будет невозможным.
Я на самом деле одна, — думала она. — Единственный способ побыть в
одиночестве был выйти за пределы досягаемости. Возможно, поэтому Габриэль
бродит один по ночам. Я могу это понять. Просто побыть наедине с собой
.
Она себя в этом почти убедила, когда дошла до дерева.
То, что она обнаружила там, она сразу же ощутила всеми органами чувств. Ее
уши засекли едва слышный звук движения, свист неровного дыхания. Ее глаза с
трудом рассмотрели форму, полускрытую из-за деревьев. А ее экстрасенсорные
чувства ощутили беспокойство в сети, мерцание, как будто она прошла рядом с
заряженным электричеством полем.
В то же время Кейт с трудом смогла заставить себя поверить в то, что она
видела. Сердце безумно билось, она ступила ближе, обходя дерево.
Очертание... в свете луны оно выглядело как романтическое изображение Ромео
и Джульетты: парень, стоящий на коленях и держащий на руках обмякшую
девушку. Но звук, быстрое затрудненное дыхание, больше походил на животный.
То, что Кейт чувствовала по сети, тоже было животным. Голод.
Пожалуйста, только не это, — подумала Кейтлин. Ее начало трясти,
неконтролируемая дрожь образовалась у нее в ногах и распространилась по
всему телу. — Пожалуйста, Боже, я не хочу этого видеть...
Но затем парень поднял голову, и больше не было смысла это отрицать.
Габриэль. Это был Габриэль, и он держал в руках девушку, которая выглядела
так, будто была без сознания или мертва, и когда он поднял взгляд, он
посмотрел прямо Кейтлин в глаза.
Она видела потрясение на его лице, а по сети почувствовала град осколков.
Крушение стен, которые он сооружал вокруг себя как барьеры, они все рухнули.
Кейт застала его врасплох, и внезапно она могла все почувствовать.
Все, через что он проходит. Все, что он испытывает в этот момент.
— Габриэль! — воскликнула она вслух.
Голод
, — получила Кейтлин в ответ. Она чувствовала, как это билось об нее.
Голод и отчаяние. Невыносимая агонизирующая боль и надежда на облегчение,
находящаяся в этой девушке, которую он держал. Девушке, которая не умерла,
поняла Кейтлин, но была в коматозном состоянии, из нее вытекала жизненная
энергия. То, что Льюис назвал Ци.
— Габриэль, — снова сказала Кейт. Ее ноги подкашивались, долго они ее не
продержат. Она была ошеломлена потребностью, которую чувствовала, его
потребностью.
— Убирайся, — резко ответил Габриэль.
Кейтлин была удивлена, что он был способен говорить. В его присутствии в
сети было мало здравого смысла. То, что Кейт там ощущала, меньше всего
походило на Габриэля, скорее на акулу или изголодавшего волка. Отчаянный,
беспощадный охотник, готовый совершить убийство.
Беги, — что-то сказало внутри Кейтлин. — Он собирается убивать, и ты можешь
легко стать его жертвой, так же как и та девушка. Будь умницей, беги...
— Габриэль, послушай меня. Я не причиню тебе вреда, — Кейтлин резко
произносила эти слова, каждое с новым глотком воздуха. Но она даже смогла
протянуть к нему руки, не дрогнув при этом. — Габриэль, я понимаю, я могу
чувствовать, что тебе нужно. Но должен быть другой выход.
— Убирайся отсюда! — прорычал Габриэль.
Не обращая внимания на ужасающую боль, возникшую в животе, Кейтлин шагнула к
нему.
Думай, — яростно говорила она себе. — Думай, будь разумной, потому что он
сейчас определенно неразумен
.
Габриэль оскалился и дернул девушку ближе к себе. Как будто защищая свою жертву от незваной гостьи.
— Не подходи ближе, — прошипел он.
— Это энергия, да? — Кейтлин не осмелилась подойти ближе, поэтому вместо
этого она села на колени. Теперь она находилась на одном уровне с Габриэлем
и могла видеть, что его глаза были как два окна, открывающиеся в темноту. —
Это энергия нужна тебе. Я могу это чувствовать. Я чувствую, как это ранит...
— Ты не можешь ничего почувствовать! Убирайся, пока ты на самом деле не
пострадала! — это был мучительный крик, но почти сразу после него Габриэль
утих. На его лице отобразилось смертельное спокойствие, его глаза были как
черный лед. Кейтлин чувствовала его целеустремленность по сети.
Не смотря на Кейт, полностью игнорируя ее, он обратил все свое внимание на
девушку в его руках. У нее были слегка вьющиеся волосы.
Темный оттенок светлых волос, или светло-каштановые
, — думала Кейтлин.
Девушка выглядела почти мирно. Габриэль, определенно, как-то оглушил ее
своим сознанием.
Сейчас он повернул ее голову, отодвигая спутанные кудри со спины, оголяя
шею. Кейтлин в ужасе наблюдала за этим, замерев от холодной обдуманности его
движений.
— Вот здесь, — прошептал Габриэль и коснулся задней части шеи девушки,
указывая на место на спине прямо между позвонками. — Это точка передачи
энергии. Самое лучшее место, откуда можно брать энергию. Ты можешь остаться
и посмотреть, если хочешь.
Его голос был как арктический ветер, а его присутствие в сети было похоже на
лед. Он смотрел на шею девушки с холодным чувством голода, сузив глаза, губы
приоткрыты.
И затем, пока Кейтлин смотрела, он наклонился, чтобы коснуться губами шеи
девушки.
Нет!
Кейт не знала, что сделать, пока не совершила это. Внезапно она двинулась,
фактически бросив себя к Габриэлю. Она пыталась руками оградить Габриэля от
девушки, одна ладонь на ее шее, другая на лице парня. Кейтлин почувствовала
прикосновение его губ, а затем зубов.
Не лезь в это!
— мысленный крик Габриэля был таким мощным, что он отправил
ударные волны по ней. Но она не сдвинулась с места. —
Отдай ее мне!
—
проорал он. Зрение Кейтлин вспыхнуло красным, она ничего не могла видеть,
ничего не могла чувствовать, кроме всеохватывающего голода Габриэля. Сейчас
он был рычащим и царапающимся животным, а она боролась с ним.
И проигрывала. Она была слабее. Физически и психически. Он был совершенно
безжалостен. Он отбирал у нее девушку, его сознание... черная дыра, готовая
поглощать...
Нет, Габриэль
, — подумала Кейт и поцеловала его.
В любом случае это было результатом ее стремительного движения. Она
намеревалась совершить другое соприкосновение: лоб ко лбу, то, как Роб
касался ее, когда перемещал энергию. Но при прикосновении их губ она
почувствовала совсем другое потрясение, и потребовалось некоторое время,
прежде чем она смогла оторваться от него, чтобы занять правильное место.
Она поразила и Габриэля... поразила его так, что он замер. Он казался
слишком изумленным, чтобы бороться с ней или чтобы оттолкнуть ее. Он просто
сидел, замерев, когда Кейтлин закрыла глаза, вцепилась в его плечи и
коснулась своим лбом его.
Ах
.
Это простое прикосновение, кожа с кожей, третий глаз с третьим глазом,
выдало ей самое большое потрясение из всех. Удар, прошедший по Кейтлин
подобно молнии, как будто два конца электрического провода соединились,
обращая в движение мощный поток электричества.
Ах, — думала она. — Ах
.
Это пугало, пугало своей мощью. И в первый миг было больно. Она чувствовала
разрыв в теле, в потоке крови, как будто из нее что-то вытаскивали.
Жизненная боль в корнях ее существа. Смутно часть ее сознания, которая была
способна думать, вспомнила, что Габриэль как-то сказал.
Люди боялись, что он украдет их души.
Очень походило на это.
Но еще, в то же самое время, это было непреодолимо. Ощущение охватило ее, не
дав возможность устоять перед ним. Оно требовало, чтобы она сдалась...
Ты хотела помочь ему, — снова сказала та часть Кейт, которая еще была
способна мыслить. — Так помоги ему. Дай. Дай то, что ему нужно
.
Кейтлин почувствовала выкручивание и затем разрыв. Как если бы какой-то
барьер в ней сломался, разорвался от давления. Она сильно дрожала и
почувствовала, как она отдает.
Было все еще больно, но теперь по-другому. Странным образом, почти принося
удовольствие. Как выпускание чего-то болезненного, заблокированного...
запертого.
Кейт до этого получала экстрасенсорную энергию, принимая целительную энергию
Роба, когда она была измотана и измождена. Но она никогда ее не отдавала, не
в таких масштабах. Сейчас она чувствовала поток энергии, текущий от нее к
Габриэлю, как поток золотых искр. И она чувствовала, как он на это отвечает:
жадно, благодарно берет эту энергию. Темнота в нем... черная дыра начинала
гореть золотом.
Жизнь, — с головокружением думала Кейтлин. — Это я на самом деле даю ему
жизнь. Он нуждается в этом, иначе он умрет. — И затем: — Это то, как ощущают
себя целители? Ах, не удивительно, что Робу нравится делать это. Нет ничего
сравнимого с этим, ничего... особенно, если ты хочешь помочь
.
Но в большей степени она вообще не могла думать. Она просто испытывала...
чувствовала, как голод Габриэля постепенно утоляется, горящая потребность
медленно охлаждается, будучи удовлетворенной, ощущала его удивление,
изумление.
Сейчас он меньше походил на животное и больше на Габриэля.Сообщение
Того Габриэля, который пытался защитить ее от боли, вызванной великим
кристаллом мистера Зитса, того Габриэля, у которого были слезы в глазах,
когда он рассказывал о своем прошлом. Кейтлин внезапно поняла, что она снова
попала за его стены. Она видела и касалась того Габриэля, которого он
скрывал от мира.
Это отличается, таким вот образом. — Мысль была почти шепотом. Но она
потрясла Кейтлин своей силой. Своей напряженностью. Девушка могла
почувствовать изумленную благодарность, стоящую за ней, и что-то похожее на
трепет. — Не похоже на то, как я брал энергию раньше... когда я брал ее
прошлой ночью, это было совсем не так
.
И так как мысли Габриэля были открыты ей, Кейтлин знала, что он имел в виду.
Она видела девушку из прошлой ночи, ту, со всклоченными волосами и тату с
единорогом. Она ощущала страх девушки, ее муку и отвращение.
Она не желала этого, — сказала она Габриэлю. — Ты заставил ее, она не хотела тебе помочь. А я хочу
Почему?
Одно слово по силе равное удару. Кейтлин почувствовала, как руки Габриэля
сильнее сжали ее плечи, пока он отправлял мысль. Она какое-то время не
ощущала своего тела, но сейчас поняла, что они с Габриэлем прижимались друг
к другу, все еще соприкасаясь в точке передачи энергии. Девушка с кучерявыми
волосами, новая жертва, упала или свалилась где-то рядом.
Почему?
— Габриэль повторил, почти резко, требуя ответа.
Потому что я забочусь о тебе! — выпалила Кейт. Сила первого обмена энергией
прошла, но она могла почувствовать, как та перетекла от нее к нему. И
девушка отдаленно ощущала приближение головокружения, слабости. Она
проигнорировала это. — Потому что я забочусь о том, что произойдет с
тобой... Потому что я...
Резко и без предупреждения, Габриэль отодвинулся. Что бы там Кейтлин ни
хотела сказать, это было потеряно.
Потрясение от разорванной связи было фактически таким же болезненным, как и
начало. Глаза Кейт распахнулись. Она снова могла видеть мир, но она
чувствовала себя ослепшей. Ослепшей и ужасно одинокой. Даже ощущение
Габриэля в сети, не шло ни в какое сравнение с близостью от прямой передачи
энергии.
Габриэль...
— Этого достаточно, — сказал он, произнося слова вслух вместо
телепатического общения. Она чувствовала, как он снова пытается собрать свои
стены. — Я в порядке. Ты сделала то, что хотела.
— Габриэль, — снова сказала она, внутри нее была ужасающая тоска. Не думая,
она подняла руку, чтобы коснуться его лица.
Габриэль отдернулся.
Обида и утрата наполнили Кейт. Она сжала губы.
— Не надо, — сказал Габриэль. Затем он отвернулся, качая головой. — Черт
побери, я не пытаюсь обидеть тебя, — сказал он резко. — Просто... неужели ты
не понимаешь, насколько это было опасно? Я мог полностью осушить тебя. Я мог
тебя убить. — Он повернулся и снова посмотрел прямо ей в глаза, с внезапной
жестокостью, которая пугала Кейтлин. — Я мог тебя убить, — повторил он со
злым ударением на каждом слове.
— Нет, ты не мог. Я прекрасно себя чувствую. — Головокружение прошло, а
может, оно и не наступало. Она пристально посмотрела на Габриэля. В лунном
свете его глаза были такими же черными, как и волосы, и его бледное лицо
было почти сверхъестественно прекрасным. — У меня же экстрасенсорные
способности, поэтому у меня больше энергии, чем у обычных людей. Очевидно, у
меня есть достаточно, чтобы делиться.
— Тем не менее, это было опасно. И если ты коснешься меня, будет риск, что я
возьму еще.
— Но ты же сейчас в порядке. Ты сам так сказал, и я тоже это чувствую. Тебе
больше не нужно. Ты в порядке.
Возникла пауза и Габриэль опустил глаза. Затем медленно и почти с неохотой
сказал:
— Да. — Кейтлин, чувствовала, что он пытается думать, чувствовала его
замешательство. — И... я благодарен, — наконец сказал он. Он произнес это
так неловко, будто у него не было практики в произнесении таких фраз, но
когда Габриэль снова поднял глаза, Кейт увидела, что он действительно
подразумевал это. Она могла так же ощутить по-детски простую, восторгающуюся
благодарность, которая шла вразрез с точеными чертами лица и мрачным ртом.
Горло Кейтлин сжалось. Все, что она могла сделать, — это не дать себе снова
потянуться к Габриэлю. Вместо этого она сказала, настолько бесстрастно,
насколько смогла:
— Габриэль, это из-за кристалла?
— Что? — он снова отвернулся от нее, будто понимая, что слишком многое
раскрыл.
— Ты раньше не был таким. Тебе не нужна была энергия, до того как мистер
Зитс инициировал тот контакт с кристаллом. А сейчас у тебя след на лбу, и ты
изменился...
— Изменился и стал настоящим энергетическим вампиром. — Габриэль отрывисто
рассмеялся. — Как раз, как говорили в исследовательском центре в Дареме, но
они понятия не имели, да? Ведь никто не может знать, что из себя
представляет реальность.
— Это не то, что я хотела сказать. Я имела в виду, что ты изменился, и я это
заметила еще раньше, до сегодня. Я думаю, ты стал более сильным, ты можешь
соединяться с сознаниями за пределами сети, а раньше не мог.
Габриэль рассеянно, но с силой тер лоб.
— Думаю, да, это из-за кристалла, — ответил он. — Кто знает, может, он для
этого и нужен. Может, это как раз то, что хочет мистер Зитс... Чтобы мы все
были рабами... этой потребности.
Эта идея поразила Кейтлин. Она думала об этой потребности как о побочном
эффекте, что-то, что случайно произошло, потому что кристалл сжег слишком
много энергии Габриэля. Но мысль о том, что кто-то сделает это намерено, с
целью сотворить с человеком такое...
— Это отвратительно, не так ли? — поддержал разговор Габриэль. — То, чем я
стал отвратительно. И я боюсь, это навсегда, или, по крайней мере, я не вижу
ни одной причины, почему это не должно быть постоянным.
Он увидел ее ужас и был этим задет. Кейтлин попыталась придумать, как
заставить его почувствовать себя лучше, и остановилась на привычной
оживленности.
— Ну, по крайней мере, мы знаем, как с этим справляться, — сказала она. — А
пока нам стоит отнести девушку туда, откуда она пришла, ты так не думаешь? А
еще нам нужно рассказать Робу. Он захочет помочь и, возможно, он что-нибудь
придумает...
Кейт не закончила говорить, выдохнув от удивления. Она начала подниматься на
ноги, когда Габриэль стащил ее назад, на землю, одним сильным рывком.
Кейтлин уставилась в его глаза, которые были черны, в них сверкала злобная
ярость.
Глава 7
— Нет, — прорычал Габриэль. — Робу, мы ничего не расскажем.
Кейтлин была сбита с толку.
— Но остальные же должны знать...
— Они не должны знать ничего. Они не мои смотрители.
— Габриэль, они захотят узнать. Они тоже о тебе заботятся. А Роб, возможно,
сможет тебе помочь.
— Я не хочу помощи от него.
Это было сказано решительно и абсолютно окончательно. Кейтлин поняла, что в
этом вопросе Габриэль был непреклонен, и нет смысла спорить с ним.
Но он все равно продолжил говорить, на тот случай, если ее нужно было
убедить.
— Разумеется, я не могу заставить тебя не рассказывать им, — произнес он,
отпуская ее руку и направляя на девушку неожиданно обезоруживающую улыбку. —
Но если ты расскажешь, то, боюсь, я буду вынужден покинуть эту маленькую
экспедицию... и нашу группу... навсегда.
Кейтлин потерла руку.
— Хорошо, Габриэль. Я тебя поняла. И, — добавила она с внезапной
убежденностью, — я все же буду тебе помогать. Но ты должен позволить мне
помогать. Ты должен мне говорить, когда ты себя чувствуешь... так, как
сегодня. Ты должен прийти ко мне, вместо того, чтобы бродить в поисках
девушек, на которых можно напасть.
Лицо Габриэля вдруг стало безрадостным.
— А может... я и от тебя помощи не хочу? — сказал он с каменным выражением.
Затем он выпалил: — А как ты думаешь, как долго ты сможешь это продолжать?
Это пожертвование? Даже у человека со сверхспособностями не бесконечная
энергия. А что... если ты ослабнешь?
Вот поэтому-то я и хотела рассказать Робу
, — подумала Кейтлин, но она не
такая дура, чтобы возобновлять спор. Девушка просто сказала: — Мы справимся
с этим, когда это произойдет. — Она пыталась утаить проблеск беспокойства,
который появился в ней. Что они сделают, если у Габриэля возникнет один из
этих приступов, а она будет слишком слаба, чтобы помочь ему. Он убьет
обычного человека, осушит его полностью.
Подумай об этом позже
, — велела она себе. А затем Кейт обратилась к старой
надежде, которая утешала ее с тех самых пор, как они покинули Институт.
— А может, люди в белом доме смогут помочь, — сказала она. — Может, они
знают способ излечить тебя, обратить вспять то, что сделал кристалл.
— Если, это сделал кристалл, — сказал Габриэль. Со слабой самоироничной
улыбкой он добавил: — Мне что-то кажется, что мы очень многого ожидаем от
этих людей в белом доме.
Это просто потому, что у нас нет никакой другой надежды
, — Кейтлин не
сказала это вслух, но она знала, что Габриэль понял ее. Иногда они прекрасно
понимали друг друга.
— Давай отнесем девушку назад. Из какой она машины? — спросила Кейт,
отворачиваясь от этих ироничных темно-серых глаз.
Они усадили девушку назад в Кадиллак. По словам Габриэля, она была одна, что
было удачно. Никто бы не заметил, что она пропала и не вызвал бы полицию. И
Габриэль сказал, что она его не видела, он подошел сзади и усыпил ее при
помощи своего сознания.
— Мне кажется, у меня с каждым часом развиваются новые способности, — сказал
он и улыбнулся.
Кейтлин совсем не было весело, но она должна признаться, что испытала
облегчение. Девушка просто подумает, что заснула и уедет, не зная, что с ней
случилось. По крайней мере, это было то, на что надеялась Кейт.
— Тебе лучше вернуться к нам в фургон, — сказала она. — Тебе нужно поспать.
Габриэль не возражал. Спустя несколько минут, он устраивался на втором
переднем сидении, в то время как Кейтлин снова прокрадывалась в заднюю часть
фургона.
Мне тоже нужно поспать, — подумала она, устраиваясь рядом с теплым телом
Роба, испытывая чувство благодарности. — И, пожалуйста, пожалуйста, сегодня
больше не нужно никаких снов
.
Когда Кейтлин проснулась, был уже день, Роб поднимался, и все вокруг было
заполнено шумом шевелящихся и зевающих людей.
— Вы как? — спросил Роб. Его светлые волосы были взъерошены, и он выглядел
ужасно юным, обратила внимание Кейтлин. Юным и уязвимым, особенно если
сравнить его сонные золотые глаза с теми темно-серыми, в которые она
смотрела прошлой ночью...
— Так, будто меня отпинали, — простонал Льюис с переднего сидения. Он дергал
плечами. Сама Кейтлин тоже получила несколько пинков от сидения и увидела,
что Габриэль осторожно потягивался.
— Ты переживешь, — сказала Анна и поднялась. Она открыла боковую дверь и
легко выпрыгнула из автомобиля, без какого-либо признака онемения тела.
— У меня такое ощущение, что я проглотил комок шерсти, — сказал Роб, проводя
языком по зубам. — У кого-нибудь...
О Боже! Что это?
Восклицание пришло снаружи от Анны. Все четверо тут же прекратили все свои дела и поспешили к двери.
Что случилось, Анна?
— подумала Кейтлин, перед тем как вышла.
Я ничего подобного раньше не видела
.
Темные глаза Анны были широко распахнуты, взгляд зафиксирован на самом
фургоне. Кейтлин повернулась и посмотрела туда, вначале она не могла понять,
что она видит. Сначала это выглядело почти красиво.
Вся машина была обмотана блестящим ленточками, как будто кто-то нарисовал
сверкающие линии по всей машине, даже на окнах. В прямом солнечном свете
полосы переливались всеми цветами радуги. Там были сотни полосок,
пересекающих друг друга.
В то же самое время это не казалось красивым. Это вызывало в Кейт чувство
отвращения. Когда она внимательно посмотрела на полоски, она увидела, что
они были липкими... даже вязкими. Как... как слизь...
— Следы слизней, — сказал Роб и оттащил Кейтлин от фургона.
Желудок Кейт сжался. Она была рада, что прошлым вечером мало поела.
— Следы слизней... но этого не может быть, — произнес Габриэль, его голос
звучал зло. — Оглянись, тут нигде нет никаких следов, кроме как на фургоне.
Так и было. Кейтлин сглотнула и сказала:
— Я никогда не видела слизня, который был бы такого размера, чтобы оставлять
такие следы.
&mdash
...Закладка в соц.сетях
