Жанр: Любовные романы
Одержимость
...p; Мы
избавились от тумана, воображая свет.
Ах, Роб, я была так напугана. —
Внезапно ее колени подогнулись, и она
села на пол.
Анна тоже поднималась, Льюис стонал.
— Ребята, вы в порядке? — дрожащим
голосом спросила Кейтлин, сидя на полу.
Роб запустил руку в свои взъерошенные
светлые волосы.
— У меня был ужаснейший кошмар...
— Затем он посмотрел на Кейт и
сказал: — Когда мы вернулись?
Сознание Кейт в миг опустело, что,
возможно, было и хорошо. Она была
слишком потрясена, чтобы соврать. Позади
нее Габриэль спокойно сказал:
— Кейтлин нужно было в туалет, она
не хотела идти одна, я ее довел.
Это была хорошая ложь. Роб и Анна
нашли туалет в конце побережья. Кейтлин
ощутила легкий триумф, когда Роб поверил
этому и кивнул.
— Очень галантно с твоей стороны,
— сказал он, криво улыбнувшись.
— К тому же мы вас спасли, —
добавил Габриэль многозначительно. — Кто
знает, что сделал бы этот туман.
— Да, — лицо Роба стало серьезным.
Он секунду потеребил свои волосы, затем
взглянул на Габриэля. — Спасибо. —
Его голос был искренним и полным
подлинного чувства.
Габриэль отвернулся.
Возникла неловкая пауза, а потом Анна
заговорила.
— Послушайте, почему бы вам не
объяснить, как именно вы
воображали
свет
? — предложила она. — Так мы
будем знать, что делать, если атака
повторится.
— А потом мы, возможно, снова
ляжем спать, — добавил Льюис.
Кейт все объяснила, не получив помощи
от Габриэля. К тому времени, как
она закончила, она уже широко зевала,
и ее глаза слезились.
Они укладывались спать, готовясь к
худшему, но той ночью больше ничего
не произошло, и Кейтлин ничего не
снилось.
Она проснулась утром от мысленного
восклицания Роба. Она поспешила выйти из
фургона и увидела его и Анну. Они
согнулись и смотрели на землю рядом
с фургоном.
Асфальт был покрыт тонким слоем песка,
принесенным с пляжа. На этом песке,
везде вокруг фургона, были четкие следы
и отпечатки лап.
— Это следы животных, — сказала
Анна. — Видите эти? Это следы
енота. — Она указала на отпечаток,
длинной три дюйма (Примечание: 3 дюйма
— около 7,5 см) с пятью
расходящимися пальцами, каждый из которых
заканчивался когтем. — А эти —
лисицы. — Она указала на ряд
четких отметок с четырьмя пальцами. —
А вон те, овальные — неподкованной
лошади, а маленькие — крысиные, —
закончила Анна и взглянула на Кейт.
Кейтлин даже не потрудилась произнести:
Но все эти животные не могли
прийти сюда прошлой ночью
.
Она прекрасно помнила, что Роб сказал
вчера:
Иногда жертвы пси-атак обнаруживают
следы людей или животных
.
— Отлично, — пробормотала Кейт. —
У меня ощущение, что нам надо
отсюда уезжать.
Роб поднялся, очищая руки от песка.
— Я согласен.
Однако это было не так легко, так
как фургон в это утро предпочел
быть непокорным. Роб и Льюис возились
с двигателем, но не нашли никаких
неполадок, и в конце концов тот завелся.
— Я поведу немного, — сказала
Анна. Она уже находилась на водительском
сидении, поворачивая ключ зажигания, когда
Роб говорил ей жать на газ. —
Просто скажите, куда ехать.
— Оставайся на сто первом, и мы
отправимся в Вашингтон, — проинструктировал
Льюис. — Но, может, нам сначала
лучше остановиться в Макдоналдсе и
позавтракать?
Кейтлин не сожалела, прощаясь с черным
базальтовым побережьем Орегона. Габриэль с
самого утра был раздраженным и
молчаливым. И она начала размышлять о
том, было ли ошибкой то, что она
сделала вчера ночью на пляже. Кейт
знала, что как-нибудь ей придется
выловить его и выяснить это, но
сама эта идея заставляла возникать в
ее животе нервную дрожь.
Пожалуйста, давайте поскорее найдем этот
белый дом
, — думала девушка. Затем,
испытывая угрызения совести, Кейт поняла,
что Габриэль был прав. Она действительно
слишком многого ждала от людей из
этого дома. А что, если они не
смогут решить все проблемы, которые она
им несет?
Кейт покачала головой и повернулась
посмотреть на унылый, серовато-синий день
за окном.
Они проехали мимо насаждений, про
которые Анна сказала, что это была
ольха, выглядящая издалека как большие
розовые облака. Ветки ольхи были
фактически голыми, но там было немного
красноватых листьев, свисающих с конца
каждой ветки, что и придавало всему
насаждению красноватый оттенок.
С края от дороги были маленькие
киоски, в которых стояли огромные букеты
нарциссов, желтых, как весна. Вывеска на
киоске гласила:
1 ДОЛЛАР ЗА БУКЕТ
,
но там не было никого, кто бы
мог взять деньги.
Система честности
, — подумала Кейтлин.
Она очень хотела безупречные золотые
нарциссы, но она знала, что они не
могут тратить деньги.
Не важно, — подумала она. —
Вместо этого я лучше порисую
.
Она открыла свой набор и достала
сияющий желтый, один из ее любимых
цветов. Через несколько минут она уже
рисовала, время от времени отрывая
взгляд, пока они переезжали высокий мост
над рекой Колумбией. Вывеска гласила:
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ВАШИНГТОН
ВЕЧНОЗЕЛЕНЫЙ ШТАТ
— Вот ты и дома, Анна, —
сказал Роб.
— Пока нет. До Пьюджет-Саунд еще
далеко, если мы будем ехать по
побережью, — ответила Анна, но Кейтлин
по ее голосу могла понять, что та
улыбалась.
— Может, мы до туда и не
доберемся, — вставил Льюис. — Мы
можем сначала найти дом.
— Ну, он явно не здесь, —
коротко сказал Габриэль. — Посмотри на
воду.
Левая часть дороги, идущая вдоль океана,
сопровождалась большими коричневыми скалами и
валунами. Ничего похожего на серые скалы
из сна.
Кейтлин открыла рот, чтобы что-то
сказать, но ее рука начала судорожно
дергаться.
Тот самый вид зудящей судороги,
потребность, из-за которой она подняла
пастель, даже не поняв этого. Она
знала, что эти ощущения значат. Ее
дар рвался наружу. Что бы сейчас
она ни нарисовала, это будет
предчувствием, а не обычным рисунком.
Холодный серый и жженая умбра, стальной
и небесно-голубой. Кейтлин смотрела, как
ее рука наносит цвета точками и
штрихами, не представляя, что будет на
рисунке. Все, что она знала, что
вот здесь мазок сепии и два круга
по центру, наполненные ярко-красным цветом.
Когда девушка закончила, она уставилась
на рисунок, ощущая мурашки, бегущие межу
лопаток.
Козел. Из всех возможных вещей, она
нарисовала козла. Он стоял в чем-то
похожем на серебряно-серую реку, окруженный
сюрреалистичным туманом. Но не это
напугало Кейт. Это были глаза козла.
Глаза были всего лишь черточками на
рисунке. Но они были цвета горящего
угля, и, казалось, они прямо с
рисунка смотрят на Кейтлин.
Тихий голос Роба заставил ее подскочить.
— Что случилось, Кейт? И не говори
ничего
в этот раз, я знаю, что-
то не так.
Кейтлин молча протянула рисунок, чтобы
показать ему. Он рассматривал его
нахмурившись. Губы растянуты в одну
прямую линию.
— У тебя есть хоть какое-нибудь
представление, что это означает? —
спросил он.
Кейт растирала между пальцев пыль от
пастелей.
— Нет. Да я и никогда не
знаю, пока это не произойдет. Все,
что я знаю, что когда-то, как-то
увижу этого козла.
— Может быть, это символично, —
предположил Льюис, который нагнулся с
другого бокового сиденья, чтобы посмотреть.
Кейтлин пожала плечами.
— Может быть. — У нее было
навязчивое ощущение вины: хорош дар,
который дает вот такое предчувствие. Она
выполнила этот рисунок, она должна быть
способна сказать, что он значит. Может,
если бы она сконцентрировалась...
Она думала об этом, пока они
проезжали берег моря, полный плотного
песка, обнаженный из-за отлива... ничего
из этого не походило на место с
домом... и пока они покупали ланч
в Ред Эппл Маркет. Но вся эта
концентрация принесла только головную боль
и ощущение потребности сделать что-либо, что-
то руками, чтобы избавиться от напряжения.
— Теперь я поведу, — сказала она,
когда они вышли из магазина.
Роб взглянул на нее.
— Ты уверена? Ты же ненавидишь водить.
— Да, но это будет по-честному, —
сказала Кейтлин. — Вы все уже
побывали за рулем.
Вести фургон было не так трудно,
как она предполагала. Он не так
быстро реагировал, как машина Джойс, но
по дороге с односторонним движением,
фактически опустевшей, ехать было легко.
Правда, через какое-то время пошел
дождь. Он начинался как брызги,
принесенные бризом, которые создавали приятный
звук, но затем он становился все
хуже и хуже. Очень скоро пошел
сильный дождь, ливень который сделал
темным от воды лобовое стекло между
дворниками. Как будто кто-то обливал
стекло серебристой краской.
— Может, лучше кому-нибудь другому
повести? — предложил Габриэль с сиденья
позади Кейтлин. Он оставил переднее
место, как только Кейт села за
руль, как она, в общем, и подозревала.
Кейт взглянула на Роба, который сел
на освободившееся сидение. Если бы это
было его предложением, она могла бы
согласиться. Но у Габриэля был такой
насмешливый, раздражающий способ выражения
мыслей, который заставлял хотеть сделать
все с точностью до наоборот.
— Я в порядке, — сказала она.
— Думаю, дождь слабеет.
— Она в порядке, — сказал Роб,
выдавая одну из своих ленивых
заразительных улыбок. — Она справится.
И теперь, разумеется, Кейтлин не изменит
решения вести машину. Прижав язык к
зубам, она вглядывалась в дождь и
делала все, что было в ее силах,
чтобы доказать, что Роб прав. Дорога
выпрямилась, и девушка поехала быстрее,
пытаясь продемонстрировать свою непринужденную
компетентность.
Когда это произошло, оно произошло
совершенно внезапно. Позже Кейтлин размышляла
о том, изменилось бы что-нибудь, если
бы за рулем был Роб. Но она
так не думала. Никто не смог бы
справиться с тем, что появилось на
узкой дороге.
Кейтлин почти убедила себя в своей
компетентности, когда она увидела очертание
на дороге. Оно было прямо перед
ней, но достаточно далеко впереди, чтобы
избежать столкновения.
Серое очертание. Низкое, рогатое очертание.
Козел.
Если бы Кейт раньше его не видела,
она бы не поняла, было слишком
мало времени. Но она-то знала каждую
черточку этого козла, девушка пялилась
на него несколько часов этим утром.
И он был в точности таким, как
на ее рисунке, вплоть до красных
глаз. Казалось, они, сверкая, смотрят на
нее, единственное мерцание цвета в сером
и дождливом пейзаже.
Серебряный
, — безумно думала какая-то
часть разума Кейтлин. Серебряно-серая река
вовсе не была рекой, а дорогой.
Туман же был просто испарениями от
дождя, поднимающимися с земли.
Но большая часть ее сознания не
думала вовсе, она реагировала.
Тормоза
, — говорила она.
Кейт ударила по тормозам, давя и
отпуская так, как ей советовал
инструктор по вождению во время плохой
погоды.
Ничего не произошло.
Выражая полное пренебрежение к тому,
чему учил ее инструктор, она вдарила
по тормозам. И снова ничего не
произошло. Фургон не затормозил, даже не
замедлился хоть чуток.
Козел был прямо перед ней. Не было
времени, чтобы закричать, даже чтобы
подумать. Не было времени, чтобы
обратить внимание на шум, возникший в
сети, когда остальные поняли, что что-то
не так.
Кейтлин резко повернула руль. Машина
наклонилась и сдвинулась влево, на
противоположную часть дороги. У Кейтлин
пред глазами вспыхнули приближающиеся деревья.
Поверни направо! Назад!
Кейтлин не была уверена, чья это
мысль, но она уже подчинялась. Она
повернула направо. Но слишком далеко.
Я съеду с дороги
, — подумала она
с удивительным спокойствием.
Затем все превратилось в неразбериху.
Кейт не помнила, что произошло, кроме
того, что это было ужасно. Деревья
хлестали их. Ветки ударили по лобовому
стеклу. Затем последовал удар... шокирующий...
но, похоже, и он не замедлил их.
Затем, казалось, машина подпрыгивала и
стремительно неслась вниз.
У Кейт было ощущение треска, будто
горох в жестяной банке. Она могла
слышать крик. Она думала, что это
мог быть ее собственный голос. А
затем был еще один удар, а потом
все потемнело.
Глава 10
Кейтлин могла слышать воду, мелодичный
булькающий звук. Он был умиротворяющим,
и часть ее хотела слушать его и
отдыхать.
Но она не могла. Было что-то... кто-
то, о ком ей нужно было
беспокоиться. Кто-то...
Роб
.
Но не только Роб. Остальные. Что-то
ужасное произошло, и она должна
убедиться, что с ними все в порядке.
Странно, она совсем не была уверенна,
что именно случилось. Все, что она
знала, так это то, что это было
ужасно. И она должна была понять,
что это за ужасная вещь по тому,
что она видела вокруг себя.
Открыв глаза, Кейт обнаружила, что она
была в фургоне Марисоль. Фургон не
двигался и даже больше не находился
на дороге. Через лобовое стекло она
могла видеть деревья, их ветки, покрытые
зеленым мхом. Если потянуться вперед,
она могла видеть&nb
...Закладка в соц.сетях
