Жанр: Любовные романы
Одержимость
...nbsp; либо на северо-запад. Этот
остров что-то вроде большого овала, и
мы находимся в нижней части. И,
прежде чем вы спросите, тут нет
ничего похожего на наш Гриффинз Пит.
По всему побережью тысячи маленьких
мысов и прочего, и ничего, чтобы
их различить.
— Возможно, он слишком маленький, и
его даже нет на карте, — сказал
Роб. — Подбросьте монету, орел —
на восток, решка — на запад.
Кейтлин подбросила, выпал орел.
Они ехали по северо-востоку, следуя
линии побережья, останавливаясь каждые
несколько миль, чтобы осмотреть океан.
Они ехали до тех пор, пока не
стемнело, и они не нашли ничего
напоминающего место из их сна.
— Но океан такой, какой надо, —
сказала Анна, стоящая на скале и
смотрящая вниз на сине-серую воду.
Вокруг нее в плотный круг собрались
чайки, они улетали, как только Кейт
или остальные подходили ближе, но
терпимо относились к Анне, как если
бы она была птицей.
— Он почти такой, какой надо, —
сказала Кейт, сомневаясь. — Может, нам
еще немного проехать на север или
попытаться ехать на запад. — Было
очень грустно быть так близко с
этим местом, но не иметь возможности
почувствовать, где же оно.
— Ну, сегодня вечером мы ничего
уже не найдем, — произнес Габриэль.
— Стемнело.
Кейт услышала нотку напряжения в его
голосе. Не то, обычное напряжение
Габриэля, а острое лезвие, которое
говорило, что у него была проблема.
Весь день он был тише, чем обычно,
более замкнут, как если бы он
окутывал себя своей собственной болью.
Его контроль становился лучше, а вот
потребность только хуже. Прошло около
тридцати шести часов с того момента,
когда Кейтлин поймала его на пляже
в Орегоне.
И что же он будет делать сегодня
вечером?
— размышляла Кейтлин.
— Извини? — спросил Роб, быстро на
нее взглянув.
Она забыла, что нужно скрывать свои
мысли. Отчаянно надеясь, что он слышал
только последний кусочек, она сказала:
— Я размышляла, что же мы будем
делать сегодня вечером. Я имею в
виду, сон... у нас почти нет денег...
— А еще мы умираем с голода, — добавил Льюис.
— ... и определенно мы все не
сможем спать в этой машине.
— Нам нужно найти дешевый мотель,
— сказала Анна. — В любом случае
мы сможем себе позволить снять одну
комнату, так как сейчас мертвый сезон.
И нам лучше направиться в Викторию.
В Виктории они нашли гостиницу Ситка
Спрус, где им разрешили снять комнату
с двумя двухместными кроватями за
тридцать восемь долларов и не задавали
вопросов. В комнате обваливалась штукатурка,
а дверь в ванную нормально не
закрывалась, но как отметила Анна, там
все-таки были кровати.
По указанию Роба девушкам достались
кровати. Лидия предпочла спать с Анной.
Очевидно, она не забыла борьбу. Кейтлин
свернулась на другой кровати, натягивая
на себя тонкое покрывало. Парни, спавшие
на ковре, узурпировали все одеяла.
Она спала, но чутко. Весь вечер
Габриэль ее избегал, отказывался говорить
с ней. Кейт могла понять по его
холодной уверенности, он твердо решил
обходиться самостоятельно, и она не
думала, что он будет тут лежать и
снова молча терпеть боль сегодня
вечером. Но сейчас Кейт была достаточно
хорошо на него настроена. И она
считала, что проснется тогда же, когда
и он.
Это сработало. Почти. Кейтлин проснулась
в тот момент, когда дверь отеля с
щелчком закрылась. Она могла почувствовать,
что Габриэля нет в комнате.
Тайно слазить с кровати стало для
нее почти привычной рутиной. И только
когда Кейтлин посмотрела на другую
кровать и поняла, что на ней был
только один человек, она испытала шок.
Лидия ушла. Ее не было и в
ванной. Просто ушла.
Кейт незаметно вышла из комнаты,
чувствуя себя беспощадной.
Она отследила Габриэля по его
присутствию в сети, чувствуя, что он
движется прочь от ее преследования. Ей
было интересно, была ли Лидия с ним.
В конце концов, Кейтлин вышла к гавани.
Она не боялась ходить по необычным
и старомодным улицам Виктории. На улице
было несколько человек, и атмосфера
спящей безопасности окутала город. Здесь,
в гавани, было очень спокойно и
одиноко. Свет от суден и зданий
отражался на воде, но та все равно
была темной, а пристань — пустынной.
Кейт нашла Габриэля, бродившего в тени.
Он выглядел как дикое животное,
пойманный хищник, бродящий по территории
своей клетки. Как только Кейтлин
приблизилась, она смогла почувствовать силу
его голода.
— Где Лидия? — спросила она.
Он повернулся посмотреть на нее.
— Не можешь оставить меня в покое?
— Ты один?
Секунду не было никаких звуков, кроме
мягкого всплеска воды. Затем Габриэль
сказал с тщательной четкостью.
— Не имею ни малейшего понятия,
где Лидия. Я пришел сюда сам.
— А она была тогда в кровати?
— Я не посмотрел.
Кейтлин вдохнула.
Тогда, хорошо, забудь о Лидии. Ты
ничего не сможешь сделать
.
— На самом деле я пришла сюда
поговорить о тебе.
Габриэль обдал ее обжигающим взглядом.
Все, что он сказал, было:
— Нет.
— Габриэль...
— Это больше не может продолжаться,
Кейтлин. Разве ты этого не понимаешь?
Почему ты не можешь позволить мне
со всем справляться своим способом?
— Потому что, твой способ означает
ранить людей.
Он замер. Затем отчетливо произнес:
— Твой тоже.
Кейтлин не поняла. Она и не знала,
хочет ли понять. Габриэль казался...
уязвимым... прямо сейчас. Она отбросила
странную, невероятную мысль, которая у
нее возникла, и сказала:
— Если ты имеешь в виду меня,
я могу с этим справиться. Если ты
имеешь в виду Роба...
В ту же секунду уязвимость исчезла
с его лица. Габриэль выпрямился и
одарил ее одной из своих самых
тревожных улыбок.
— Допустим, я имел в виду Роба,
— сказал парень. — Что же он
сделает, когда узнает?
— Он поймет. Я бы хотела, чтобы
ты позволил мне рассказать ему. Он,
возможно, сможет помочь.
Улыбка Габриэля становилась все более
неприятной.
— Ты так думаешь?
— Я уверена. Роб обожает помогать
людям. И, хочешь верь, хочешь нет,
я считпю, ты ему нравишься. И если
бы ты не был таким раздражительным...
Габриэль замахал рукой, жестом выражая
острый отказ.
— Я не хочу говорить о нем.
— Отлично. Давай поговорим о том,
что ты будешь делать сегодня ночью.
Пойдешь охотиться? Найдешь какую-нибудь
девушку, гуляющую в одиночестве, и
схватишь ее? — Кейтлин приближалась,
пока говорила. Несмотря на тусклое
освещение, она увидела, как лицо
Габриэля мгновенно стало осторожным.
Вот, — подумала она. — Все, что
мне нужно сделать, подобраться достаточно
близко, его контроль близок к тому,
чтобы исчезнуть
.
Габриэль ничего не сказал, поэтому она
продолжила:
— Кем бы она ни была, она не
поймет, что ты делаешь. Девушка будет
бороться с тобой и это только
ранит ее. А быть может, у нее
будет недостаточно энергии, поэтому, возможно,
ты ее убьешь...
Кейтлин теперь была уже очень близко.
Она могла видеть глаза Габриэля, видеть
в них мучительную борьбу. Она могла
почувствовать быстро вспыхнувшую и тут
же скрытую мысль:
Опасность
. Тихо она
сказала:
— Разве ты хочешь, чтобы это произошло?
Мускул на его подбородке дрогнул.
— Ты же знаешь, что нет, —
раздраженно ответил он, так же тихо,
как она. — Но другого выбора нет...
— О, Габриэль, не будь дураком, —
сказала Кейтлин и обняла его.
Он умудрился сопротивляться ей ровно
полторы секунды.
Затем, трясущимися руками он убрал с
ее шеи волосы. Его губы уже и
так были близки к этому месту,
Кейтлин наклонила голову, чтобы облегчить
это для него.
Ощущение чего-то открывающегося, распахивающегося...
и затем чего-то высвобождающегося. Чего-то,
подобного электричеству или вспышке света.
Кейтлин расслабилась, охотно отдавая.
Она ощутила, как ее чувства всплыли
ближе к поверхности, как кровь,
поднимающаяся к поверхности разгоряченной
кожи. Ее забота о Габриэле, ее
желание помочь ему. Она также могла
ощутить его чувства.
И только тогда она осознала, вспомнила,
какая истинная опасность заключалась в
этом. Только тогда она поняла, что
же означали предупреждения Габриэля.
Потому что Кейт могла чувствовать то
же, что и он. И вместе с
благодарностью, полным удовлетворением и
облегчением там были и другие эмоции.
Признательность, радость, удивление, и... ох,
Боже мой, любовь...
Габриэль любил ее.
Она могла видеть себя в его
мыслях. Ее образ, настолько скрытый
чарами, с неземной привлекательностью, что
она едва могла узнать себя. Девушка
с рыже-золотистыми волосами, похожими на
след метеора, и дымчато-голубыми глазами
с необычными кольцами в них. Экзотичное
создание, горящее как интенсивное пламя.
Больше похожа на ведьму, чем на
человека.
Как же она могла быть такой дурой?
Ей никогда не приходило в голову,
что Габриэль, вспыльчивый недотрога Габриэль,
мог вообще в кого-то влюбиться. Он
изменился с тех пор, как полюбил
Айрис, а потом убил ее. Он стал
слишком суровым, слишком ожесточенным.
Только вот на самом деле он не
стал таким.
Возможность недопонимания была исключена...
Кейтлин отчетливо могла ощущать его
эмоции, она была окружена ими, погружена
в них, два дня воздержания от
потребления энергии, его контроль распался,
и его барьеры совсем исчезли. Он
понял, что именно она видела, но
не мог это остановить, потому что
он отчаянно нуждался в энергии, чтобы
бороться.
У Кейтлин возникло ощущение, что они
пристально смотрят друг на друга через
узкую расщелину, оба замерли на одном
месте, неспособные спрятаться друг от
друга. Она видела обнаженную душу
Габриэля. И это было неправильно,
нечестно, потому что она знала, что
он видит в ней. Дружбу и заботу,
и все. Она не могла любить
Габриэля, она уже была влюблена...
Но с чувствами Габриэля, кружащимися
вокруг нее, обрушивающимися на них двоих
подобно шторму, нарастающей волне, было
трудно помнить хоть что-то. Было трудно
удерживать хоть какую-то рациональную мысль
в голове. Любовь Габриэля тянула ее,
дергала ее, требуя взаимности. Чтобы она
полностью отдалась чувству, открылась и
отдала ему все...
Что ты с ней делаешь?
Сердце Кейтлин остановилось.
Это был голос Роба, и он потряс
мир Кейтлин, подобно удару молнии. Через
секунду теплота от страсти Габриэля,
словно смытая морской волной, исчезла.
Связь между ними была разорвана, и
они отпрянули друг от друга...
Как виноватые влюбленные
, — подумала
Кейтлин.
Роб стоял прямо под одним из
кованных железных викторианских фонарей. Он
был полностью одет, но его волосы
были взъерошены ото сна, как львиная
грива. Он выглядел сердитым и сбитым
с толку.
И, несмотря на свои слова, он не
схватил Габриэля и не попытался оттащить
их друг от друга. Это означало то,
что он знал. Должно быть, он
почувствовал по сети, что на Кейтлин
не напали.
Возникла долгая пауза, во время которой
троица просто стояла.
Как статуи, — безумно думала Кейтлин.
— Соляные столпы
. (Примечание: Соляные
столбы — это проявление процесса
соляного диапиризма. При больших давлениях
соль начинает вести себя как очень
вязкая жидкость. Из областей с высоким
давлением она перетекает в области с
низким, образуя там скопления, и, как
результат, начинает стремиться наружу, выходя
на поверхность в виде столба, или
горы.) Она знала, что каждая секунда,
на которую она откладывала объяснение,
только усугубляет ситуацию. Но Кейт все
еще не могла поверить, что это на
самом деле происходит.
Казалось, Габриэль тоже был в шоке.
Он стоял так же парализовано, как
и Кейт, его серые глаза были расширены.
Наконец, Кейтлин смогла произнести сквозь
пересохшие губы:
— Роб, я хотела тебе рассказать...
Ужасный подбор слов. Лицо Роба
побледнело, а его золотые глаза стали
такими темными, что фактически потеряли цвет.
— Тебе не нужно, — произнес он.
— Я видел. — Он сглотнул и
сказал странным, хриплым голосом: — Я
понимаю.
Затем он быстро повернулся и побежал.
Побежал прочь.
Роб! Нет! Я не это имела в
виду! Роб, подожди!
Но Роб уже фактически был на
бетонной лестнице, ведущей с гавани на
улицу, торопясь выбраться из радиуса
телепатической сети.
Кейтлин бросила в его сторону один
безумный взгляд. Затем она посмотрела на
Габриэля, который так и стоял, не
сдвинувшись, в тени. Его лицо ничего
не выражало, но Кейтлин могла
чувствовать его боль.
Ее сердце билось как сумасшедшее. Они
оба нуждались в ней, а она могла
помочь только одному из них. На
принятие решения у нее было не
больше секунды.
Бросив на Габриэля полный боли взгляд,
она повернулась и побежала за Робом.
Она догнала Роба между двух других
фонарей, с одного из них свисали
корзины с цветами, прикрепленные к
перекладине.
— Роб, пожалуйста... ты должен меня
выслушать. Ты...
Она фактически была в истерике. Не
в состоянии закончить предложения. Он
повернулся, его большие глаза, были
обиженными гла
...Закладка в соц.сетях
