Жанр: Любовные романы
Поцелуй вампира: Вампирвилль
...к никогда раньше, — сказала я, почти
веря в собственный вымысел.
— У меня получилось похоже, но у тебя-то была настоящая любовь.
— Да, ведь я полюбила Александра с первого взгляда.
На сей раз я сказала правду.
— Да, он парень видный, — кивнула Луна, а потом, словно поверяя мне
сердечную тайну, перешла на шепот: — А на меня, можно сказать, один тип
просто напал.
— Что за тип?
— Так, знакомый Джаггера, я его почти не знала. Но он был с волевым
подбородком, мускулистой грудью, голубыми глазами и огненно-рыжими волосами.
Ну вот, завел он меня на склад, мы стали целоваться. Губы у него были как
бархат. Я и не заметила, как он меня укусил.
— Bay!
Я ловила каждое ее слово.
— Мы не находились на освященной земле, поэтому вечной связи между нами не
установилось. Я его больше не видела.
— Печальная история, — произнесла я с искренним сочувствием.
— Тебе-то повезло, ты встретила Александра, поэтому должна понимать, как
важен для меня Тревор. Когда Джаггер нас познакомил, я заглянула в его небесно-
зеленые глаза и мигом ощутила влечение. Он симпатичный и спортивный.
Насколько я поняла и почувствовала, ему не хватает только одного — истинной
любви. Вот что привлекло меня к нему. Я ищу кого-нибудь, чтобы утолять мою
жажду целую вечность. — Она потеребила пальцами розовый амулет. — У Джаггера
иные потребности, чем у меня. Он охотник, постоянно испытывает голод. Ему
нужна новая добыча. Он приходит в экстаз, когда очередной смертный, сам того
не желая, преображается в кровожадного вампира. Но я — другое дело, охота
меня не интересует. Текущая кровь — вот что меня по-настоящему возбуждает.
Ее сладкий вкус, смешанный с солоноватым, вид того, как она растекается
разводами по коже моего возлюбленного. Осознание того, что кто-то жаждет
меня так же сильно, как и я его, стремление вечно насыщаться и насыщать друг
друга. Мне нужен кто-то, способный навеки удовлетворить мой голод.
— Но Тревор тебя недостоин! — пылко заявила я. — Ты заслуживаешь лучшего! —
(Луна недоверчиво воззрилась на меня.) — Тебе нужен кто-то умный,
чувствительный, зрелый, смелый.
— Он как раз такой. Ты не знаешь его так, как я.
Я понимала, что мне пора уходить. Ведь Александр ждал меня на кладбище и
наверняка удивлялся моему отсутствию. Но мне хотелось побольше узнать о
Луне, о том, как она обратилась. Каково это, стать в наше время вампиром?
Мне хотелось узнать многое, что напрямую касалось меня. Неизвестно было,
представится ли другая подобная возможность.
— Тебе нравится вампирская жизнь? — спросила я с неподдельным интересом.
— Я ждала этого с нетерпением. В моей семье все поголовно вампиры. Когда
родился мой младший братишка Валентин, я мечтала, что хоть он будет
смертным, как я, но не тут-то было. Я прокляла тот день, когда он появился
на свет. Последней смертной в моей семье была прапрабабушка. Я ее даже не
знала. Моя жизнь протекала при дневном свете, когда все мои родичи спали. Я
не принадлежала к их миру.
— Как же ты справлялась с одиночеством? — подивилась я.
— Я пыталась замаскировать это, старалась быть во всем первой, самой
популярной девчонкой в школе, но это делало напряженными наши отношения с
Джаггером. Я завидовала ему, а он — мне.
Мне трудно было представить, чтобы Джаггер кому-то завидовал.
— Я видела это на его лице всякий раз, когда он поднимался из гроба. Мы
могли провести вместе совсем немного времени. Ведь к ночи мне надо было
отправляться спать. Мы сидели с ним в моей ярко-розовой спальне, и я
рассказывала ему во всех подробностях, что произошло за день в школе.
— Что интересного может произойти в школе? — фыркнула я.
— Джаггер особенно увлекался спортом. В Европе он очень популярен, и брат
мечтал быть тем, кем не мог, — звездой футбола. Он следил за всеми матчами,
знал игроков и тренеров, но ведь ему хотелось самому быть звездой, а не
болельщиком. К тому же сверстникам он казался странным. Что это за малый,
который в школу не ходит, бледный как смерть, тощий и одевается как
последний придурок? Никто не брал его в свою компанию. Даже сейчас, наблюдая
за тем, как Тревор гоняет мяч, брат втайне ему завидует. Может быть, именно
поэтому он и присмотрел Тревора для меня.
На какой-то миг Джаггер и Луна показались мне не вампирами, а просто
тинейджерами вроде меня, которым надоело быть аутсайдерами.
— Как тебе нравится быть вампиром? — спросила она.
— Я... я балдею! — нашлась я с ответом.
— Но ведь теперь ты не такая, как твои родные.
— Увидела бы ты мою семью и сразу все поняла бы, — рассмеялась я.
Луна подхватила мой смех, словно мы были знакомы много лет, а не всего
несколько минут.
— Мой младший братишка — полный тупица, — заявила я, испытывая желание
поделиться с ней насущным.
— Сколько ему лет?
— Одиннадцать.
— Как и Валентину. Я так рада новому знакомству. Мне не хватало кого-нибудь
вроде тебя. Ты способна понять, каково жить в обоих мирах, но тяготеть к
темному.
Луна вытащила из-за корзинки сумочку
Розовый псих
.
— Хочешь сладенького? — спросила она и протянула мне мятную конфетку.
Я кивнула, и, пока разворачивала угощение, она выудила еще и расческу.
— Расскажи мне про Александра, — попросила Луна, придвинулась ко мне и вдруг
как ни в чем не бывало принялась расчесывать мне волосы, словно мы с ней
сестры или давние сердечные подруги.
Я растерялась, поскольку такая раскованность у нас в Занудвилле была не в
чести. Наши девчонки никогда вот так не расчесывали одна другую. Однако Луна
вообще была существом нездешним, она походила на фею гораздо больше, чем
любая девушка, когда-либо виденная мною. Когда она поглаживала мои волосы, я
расслабилась, почти как под гипнозом. Ощущение было как в детстве, когда
мама аккуратно расчесывала мягким гребнем мои спутавшиеся космы.
— Александр такой милый. У него глаза как молочный шоколад. В его мансарде
полно рисунков. Он рисовал меня и своих родных. — Я глупо захихикала. — Но
есть, признаюсь, и неприятные моменты. Лучше бы мы могли отражаться. Я
хотела бы, чтобы на прикроватной тумбочке стояло наше совместное фото.
— Да, это неудобство, но не слишком высокая цена за возможность провести
вместе вечность. — Луна приподняла мои волосы с плеч и начала заплетать
косу. — А где ранка от укуса Александра? — с любопытством спросила она.
Я быстро прикрыла шею ладошкой. Она отпустила мои волосы, подняла свои
великолепные светлые локоны и показала две пурпурные отметины на бледной
худой шее.
— Говорят, они сходят только за год. Но мне хотелось бы, чтобы они остались
навеки.
— Ага, а на моей шее их нет, — поддразнила ее я.
— Ах ты злюка! — усмехнулась она, но тут же сделалась серьезной. — Клянусь
тебе, Джаггер сказал, что сам видел, как Александр укусил тебя в шею.
— Мне правда пора, — сказала я, поднимаясь. — Александр будет беспокоиться.
Я направилась к велосипеду. Луна последовала за мной.
— Давай встретимся завтра на закате, — предложила она.
— На завтра у нас с Александром уже есть планы, — ответила я, идя по
парковой дорожке.
— А послезавтра?
— Посмотрим, — сказала я и взялась за руль.
— Зачем ты едешь, если можно лететь?
— Чтобы не выдать себя.
— Хорошая мысль, — сказала она и подмигнула мне. — Пока.
— Пока, — откликнулась я, вспрыгивая на велосипед.
Крутя педали, я оглянулась, чтобы помахать рукой, но амфитеатр был уже пуст.
12
Должна признать, что роль вампира мне очень нравилась. Луна не просто
считала меня принадлежащей к потустороннему миру, но и хотела со мной
подружиться. Домой я летела через весь город словно не на велосипеде, а на
крыльях, воображая себе вампирскую жизнь.
Может быть, мои понятливые родители согласились бы переоборудовать наш
подвал, забить досками окна, убрать белые напольные покрытия и добавить для
колорита жучков и паутины? Я могла бы спать в черном гробу с пурпурной
каймой и серебряными гвоздями. Еще лучше, чтобы мы с Александром поселились
вдвоем на кладбище, в супер-пупер-шикарном готическом гробу с подушками,
уютными одеялами, встроенным в крышку теликом с плоским экраном и
стереофоническими микрофонами в стенках.
Я свернула к дому и вдруг увидела поджидавшего меня на крыльце Александра,
как всегда великолепного, в черных брюках и рубашке с длинными рукавами.
— Где ты была? — озабоченно спросил он. — Прислала записку, назначила
свидание на кладбище, а сама там не появилась.
— Мне тоже пришло письмо, — сказала я, показывая красный конверт. — От тебя,
чтобы мы встретились в парке.
— Но я ничего тебе не писал.
— И я тебе тоже.
— Кто же тогда писал?
— Твоя отвергнутая возлюбленная.
— Луна? Она никогда не была моей возлюбленной.
— Знаю. Я просто дразнюсь.
— А откуда ты знаешь, что это она?
— Она сама мне сказала, когда мы встретились в парке.
— Она тебя не обидела?
— Нет, хотя собиралась. Все это было задумано из-за Тревора. Она хочет,
чтобы я держалась от него подальше.
— Это вообще никуда не годится, — сказал Александр. — Я поговорю с ней.
— Не стоит. Дело в том, что она считает меня вампиршей, — не без гордости
сообщила я, взяв его за руку. — Представляешь? Мы с ней болтали словно
лучшие подруги.
— У Луны с Джаггером нет и быть не может ни друзей, ни подруг. Нам надо
держаться начеку. Никто не знает, что они могут выкинуть.
— Но я ей на самом деле нравлюсь, — настаивала я.
— Не сомневаюсь, так оно и есть, — с улыбкой проговорил Александр. — Но доверять им все-таки нельзя.
— А вот она мне доверяет.
— Потому что ты заслуживаешь доверия. Рэйвен, я знаю все их семейство.
Пойми, они вампиры. Настоящие вампиры.
— Меня она тоже считает вампиром. Джаггер тоже так думает. — Я выдержала
паузу, глядя на своего возлюбленного вампира. — Почему же ты не можешь
принять меня в этом качестве?
Улыбка Александра стаяла, он нахмурился.
— Я принимаю тебя такой, какая ты есть. Так было всегда.
Он отвернулся от меня.
— Мне не хотелось тебя огорчать, — сказала я, потянулась к нему и прижала к
себе изо всех сил. — Просто все это так меня напрягает, что я даже плохо
соображаю и, наверное, кажусь тебе недоразвитой.
Александр смягчился и погладил меня по волосам.
— Ты же знаешь, как я о тебе думаю. — Он заглянул мне в глаза своими
шоколадными очами, после чего взял меня за подбородок и нежно поцеловал.
— Не знаю, сколько еще это может продолжаться. Когда мы наконец сможем
просто быть вместе, только ты и я, не беспокоясь насчет Джаггера, Луны и
Тревора?
— А почему не сейчас? — вдруг сказал Александр и улыбнулся. — Я хочу, чтобы
у тебя было это.
Он вручил мне деревянную шкатулочку в форме сердечка. Мои глаза вспыхнули.
— Ты прелесть! А я эгоистка!
Я открыла шкатулку. В ней находилась серебряная цепочка с подвеской — черные
губы с крохотным вампирским клыком.
— Это вампирский поцелуй, — с гордостью сказал он.
— Какая прелесть! Я буду носить его всю жизнь.
Александр расстегнул мои ониксовые бусы, заменил их этим бесценным
сокровищем, после чего на прощание одарил меня еще и долгим, нежным
поцелуем.
— Скажи мне, будь я вампиром, нам было бы легче?
Но тут на подъездную дорожку заехал автомобиль отца, и Александр быстро
отступил в тень. Я подождала, пока папа поднимется на переднее крыльцо.
— А куда делся Александр? Я хотел поздороваться с ним.
— Решил, что ему пора домой, пока машина в тыкву не превратилась.
Вконец вымотанная, я вошла в свою темную спальню, зажгла светильник
Эдвард
Руки-ножницы
и чуть не выпрыгнула из собственной шкуры! Прямо на моей
кровати расселся Джаггер, и вид у него был более зловещий, чем обычно.
Я вскрикнула. У жуткого гостя это вызвало усмешку.
— Рэйвен? — послышался снизу голос мамы. — Что случилось?
— Ничего! — крикнула я в ответ. — Просто палец ушибла.
Потом я повернулась к Джаггеру и прошипела:
— Как ты сюда попал?
— Летучие мыши проникают повсюду. Тебе пора бы это знать.
— А тебе пора бы отсюда убраться! — заявила я.
— Я ненадолго. Луна говорит, что ей очень нравится с тобой общаться. Она в
восторге. Ее послушать, так она нашла лучшую подругу.
— Может быть, и так.
— Она говорит, что вы с ней судачите о всяких девичьих штучках, мальчишках,
прическах, вампирских укусах.
Я поймала свое отражение в зеркале и отступила в сторону. Джаггер баловался
с ночником, то включая, то выключая его.
— Кончай дурить! — потребовала я, а потом поняла, что чего-то не хватает. —
Эй, а где Кошмарка?
Кто-то скребся в выдвижном ящике компьютерного стола. Я подбежала, открыла
его и взяла на руки свою черную кошечку.
— Кошмарочка! Бедная девочка!
— Странно, — заметил он. — Она на тебя не шипит.
— Она и на Александра не шипит, — парировала я. — У нее есть вкус.
Джаггер развалился на моей постели, прямо на покрывале, прямо в обуви.
— Удобная кровать.
— Убери ноги! — крикнула я.
— Где твой гроб? — спросил Джаггер. — Случайно, не там?
Он поднялся, скользнул к встроенному шкафу, неторопливо открыл дверцу,
взглянул и констатировал:
— Нет, не там. Может, он спрятан под твоими платьями? — Он злорадно
ухмыльнулся.
— Он в подвале.
— Забавно. Я его там не видел.
Кровь моя вскипела. Я была в ярости. Этот тип завалился сюда без спросу и
шастал по всему дому, когда в нем находились мои родные!
— Он спрятан! А ты убирайся!
— Конечно, только сперва ты покажешь мне кое-что.
— Тебе как удобнее, через дверь или в окно?
Я отодвинула занавеску и открыла окно. Джаггер не двинулся.
— Приятели Тревора говорили, что ты была в школе. Любопытно, да? Что же это
за вампир, который не боится появиться на солнце?
— А ты поверил болтовне пижонов-футболистов? Да по части сплетен они
переплюнут
Нэшнл инкуайрер
.
— Ладно, — буркнул Джаггер, оглядывая меня своими несочетающимися глазами. —
Я и сам заметил, что они падки на слухи.
Мне стало полегче, но только на миг.
— Я четко помню, что в кино Александр укусил тебя в шею. Кровь лилась прямо-
таки водопадом, да и пахло ею сильно. Но Луна сказала, что не видела раны.
Можно, я быстренько взгляну?
— Может быть, ты быстренько уйдешь?
Он подступил ближе. Его пронизывающие глаза, голубой и зеленый, заглядывали
мне в самую душу.
— Покажи мне свои клыки, а я покажу тебе свои.
— Я показываю их только Александру.
— Что за глупости, на самом-то деле. — Он придвинулся еще ближе, прижав меня
к компьютерному столу. — И как тебе нравится вся эта ложь?
— Ложь?
— Ну да, она самая. — Он глянул мне прямо в глаза, словно собирался прочесть
правду в моей душе. — Разве это не ложь, притворяться тем, кем не являешься?
У меня перехватило дыхание, сердце мое упало. Я отвела взгляд, прикусила
черную губу и стала шарить у себя за спиной в поисках чего-нибудь, что могло
бы послужить оружием. Джаггер в любой момент мог заглянуть мне в глаза,
загипнотизировать меня и снова утащить на городское кладбище. Мои пальцы
нащупали энциклопедию, весившую, наверное, пару тонн.
— Думаю, ты получаешь удовольствие, мороча людям головы, — сказал он,
прикасаясь к цепочке с вампирским поцелуем. — Заставляя своих близких
думать, будто ты все еще смертная.
Я с облегчением, глубоко вздохнула. В дверь постучали.
— Мне нужна моя энциклопедия.
— Билли, отвали!
— Ты взяла ее почитать два месяца назад!
— Билли, кому сказано, отвали!
Джаггер отступил на шаг, и я бросилась в обход его. Билли открыл дверь. Я
оглянулась. Слегка колыхались занавески. Джаггер исчез.
— Что-то не так. Раньше ты не больно-то называла меня по имени.
Я закрыла окно, подбежала к брату и крепко его обняла.
— Никогда не думала, что это нужно.
На следующий вечер, свернув за угол на пути к Бенсон-Хилл, я приметила в
тени у ворот какую-то фигуру и продолжила путь по раздолбанной боковой
дорожке. Не хватало еще, чтобы Тревор или Джаггер меня напугали. Я подошла
поближе и увидела готическую фею с белыми и розовыми прядями волос,
прислонившуюся к дереву.
— Луна, что ты здесь делаешь?
— Рэйвен! — воскликнула она, бросаясь мне на шею и сжимая в объятиях. — Я уж
думала, что не найду тебя.
— Вообще-то я собираюсь встретиться с Александром, — промямлила я, чуть ли
не извиняясь.
— Знаю, но я думала, что мы чуточку поболтаем.
Мой взгляд поднялся к особняку. Мансардное окошко было темным.
— Если только чуточку.
Мы присели перед воротами особняка.
— У Тревора тест по истории, мы с ним не увидимся до выходных. А Джаггер
тебя вчера видел. Он мне сказал об этом, — призналась Луна.
— А он упомянул о том, где именно меня видел?
— В твоей спальне.
— Скажи ему, чтобы больше этого не делал. Он может напугать моих родных.
— Но ты ведь пробиралась в комнату Тревора.
Тут она, конечно, попала в точку.
— Это другое дело. У меня репутация.
— Джаггер такой ловкач, — не без гордости заявила Луна. — С тех пор как я
обратилась, он учит меня всяким штучкам.
— Полагаю, это неплохие фокусы, — хмыкнула я.
— Я балдею от твоей вещички, — сказала Луна, дотронувшись до ручки моей
сумочки
Труп невесты
. — Можно посмотреть?
— Конечно.
До сих пор моя манера одеваться, как и все мои аксессуары, не вызывали
восхищения ни у кого, даже у Беки. Я была рада тому, что их наконец-то
оценили.
Она надела сумочку себе на руку и повертела ее.
— Какой мрак! Я в нее просто влюбилась!
— Спасибо. Я заказала ее по Интернету. Может, и тебе раздобуду.
— Я за такую штуковину убить готова! — С восторгом заявила она. — Есть что-
нибудь сладенькое? Я вчера отдала тебе то, что у меня было.
— По-моему, есть жевательная резинка.
Луна расстегнула молнию сумочки.
— Не пугайся, там у меня бардак, — предупредила я.
— Без этого круто не бывает, — улыбнулась Луна.
Я запрокинула голову и любовалась мерцающими звездами. Луна залезла в мою
сумочку, вытащила пачку жвачки, достала из нее пару пластинок и вернула
пачку на место. Я ничего не имела против того, что она роется в сумке. Скрывать-
то мне нечего. Или есть что?
— А это что такое? — спросила она, вытаскивая пудреницу с зеркальцем,
позаимствованную мною у Руби. Сердце мое сжалось. — Зачем тебе зеркальце? —
спросила Луна, постукивая пальцем по белой пластиковой крышке с красной
буквой
Р
.
— Это фамильное достояние, — придумала я, пытаясь вернуть пудреницу.
— А с виду совсем не похоже на антиквариат, — удивилась она.
Тут на дорогу выкатил
мустанг
и остановился возле особняка. Я схватила
зеркальце, сумочку и припустила к машине.
— Мэтт! Беки! Как дела, ребята?
— Привет, Рэйвен. А у тебя? — спросил Мэтт.
— Привет, Беки, — улыбаясь, сказала я.
Луна придвинулась ко мне.
— Привет, Беки.
Она тоже ухмыльнулась. Улыбка Беки сделалась напряженной. Моя лучшая
подруга, обычно такая дружелюбная, взирала на меня с неудовольствием.
— Я думала, ты гуляешь с Александром, — сказала Беки.
— Э-э... ну да, я как раз к нему и иду.
— Мы просто остановились посекретничать, — встряла Луна.
У меня это вызвало раздражение. Этой девице было вовсе незачем пытаться
вызвать у Беки ревность.
— Пожалуй, я сейчас пойду и загляну к Александру, — сказала я наконец. — До
завтра, Беки.
— Ага, — откликнулась подружка.
Я отступила от машины. Луна обняла меня и помахала Беки. Та вежливо помахала
в ответ.
Мустанг
тронулся с места. Александр предупреждал меня о мотивах
Джаггера и Луны.
— Пока, Луна, — сказала я и направилась к особняку.
На сей раз исчезнуть следовало мне.
На следующий день Беки, обычно ранняя пташка, припозднилась. Я приняла душ,
поела, оделась и сидела на крыльце, обмотав куртку вокруг талии и сочиняя
любовные послания Александру. Мне уже начало казаться, что со школой я
пролетела, когда подружка наконец подъехала. Я села в ее пикап, и она
буркнула что-то вроде приветствия.
— Где ты была? — спросила я. — Проспала? А может, проехала полдороги до
школы и вспомнила, что не заехала за мной?
Беки не ответила, она молча вела машину в направлении школы. После
нескольких ни к чему не обязывающих фраз, ответами на которые служили кивки
и слова типа
ага
,
угу
и
хм
, я не выдержала.
— Что это с тобой? Язык проглотила?
— Ничего, — буркнула Беки и направила тачку на дорогу, ведущую к школе.
— Ты себя плохо чувствуешь?
— Прекрасно чувствую.
— Тогда что ты дергаешься?
— Я не дергаюсь.
Беки включила радио, я его выключила.
— Ладно. Давай разберемся. В чем дело?
Беки остановила машину на свободном парковочном месте и заглушила двигатель.
— Это выглядит странно, — мягко начала она. — Ты так быстро ушла от Хэтси, а
следом за тобой, почти сразу же, отбыли и Джаггер с Луной. Я слышала, вы с
Луной болтались в парке. И вообще, складывается впечатление, что она для
тебя лучшая пара, чем я.
— Никакая она мне не лучшая пара.
— Я знаю, что у тебя с ней гораздо больше общего, — не унималась Беки. — И
готский прикид, и сатанинская музыка. Наверное, она и вампиров любит.
Да уж, если и может быть что-нибудь хуже ревности между влюбленными, так
это ревность между подругами
, — подумала я.
— Мне не нужна подружка, похожая на меня, — заявила я, когда мы направлялись
к школе. — Я предпочитаю кого-то вроде тебя.
За все годы нашей дружбы Беки ни разу не высказывала суждений ни о моей
манере одеваться, ни о музыке, которую я слушаю. Она никогда не просила меня
меняться и принимала такой, какой я была.
— Хочешь знать правду? — спросила я.
— Конечно.
— Ты права, я должна тебе рассказать.
Мы с Беки вышли на боковую лестницу и спрятались под пролетом.
— Что ж, приступим.
Беки выглядела встревоженной, словно ожидала услышать:
Да, я нашла себе
новую лучшую подругу, а ты катись на все четыре стороны
.
— Это страшная тайна, — начала я.
— Валяй дальше.
— Ладно.
Я набрала воздуха в легкие.
— Так вот, Луна с Джаггером — вампиры, — шепотом произнесла я. — Они
задумали превратить Тревора в одного из них. Мы с Александром рванули от
Хэтси, потому что хотели убрать их гробы из древесного домика Генри и
вынудить их уехать в Румынию.
Я глубоко вздохнула, испытывая облегчение от того, что наконец смогла
поделиться мрачными секретами со своей лучшей подругой.
Беки воззрилась на меня, а потом покатилась со смеху.
— Ты и правда решила, что я поверю?
— Ну...
— Конечно, так интереснее, чем просто сказать, что Луна с Джаггером приехали
из Румынии, достают твоего парня, а ты чувствуешь себя обязанной ему помочь.
— Да, — соврала я. — Это разочаровывает.
Мы обе рассмеялись.
— Извини, я просто немного приревновала, — призналась Беки.
— Извини, если я дала тебе для этого повод. Надеюсь, мы снова лучшие
подруги?
— Навсегда, — заверила она.
— На целую вечность, — подтвердила я и улыбнулась.
Я запихивала свои тетрадки в шкафчик, обклеенный изнутри изображениями
черных роз, пауков и гробов, когда вдруг заметила, как Тревор раздавал
школьным пижонам и красоткам какие-то красные бумажки. Заодно он
фотографировал их на камеру своего мобильника. Вот уж не знала, что Тревор
вернулся в школу. Я отступила в дверной проем, и он меня не заметил.
Прозвенел звонок, и школьники начали расходиться. Из тетрадки футболиста,
направлявшегося в кабинет биологии, выпал красный листок, и я из любопытства
подобрала его. Черными буквами на нем был напечатан следующий текст:
КЛАДБИЩЕНСКИЙ ПРАЗДНИК Церемония обручения для тех, кто не побоится станцевать с
мертвецами. День — суббота. Время — закат. Форма одежды — кошмарная. Приди или умри. Ничего себе! Я, можно сказать, всю жизнь провела на этом кладбище сама с
собой. Теперь в мое убежище собралась завалит
...Закладка в соц.сетях
