Жанр: Любовные романы
Утро, день, ночь
... встретиться с ним в Роуз-Хилл. Но я
не знаю...
— Все это очень интересно, только относится к далекому прошлому, не так
ли? — встрял в разговор Вуди. — Давайте поговорим о завещании.
Оставил он нам что-нибудь или нет? — он нервно переплел пальцы.
— Почему бы нам не присесть? — предложил Тайлер.
Все сели в кресла. Фитцджералд расположился у стола, лицом к наследникам.
Открыв брифкейс, он начал доставать какие-то бумаги.
Вуди просто распирало от нетерпения.
— Ну? Ради Бога, оставил он нам что-нибудь или нет?
— Вуди... — попыталась одернуть его Кендолл.
— Я знаю ответ, — сердито бросил Вуди. — Нам он не оставил ни
цента.
Фитцджералд оглядел детей Стенфорда.
— На самом деле все состояние оставлено вам в равных долях.
Стив почувствовал эйфорию, мгновенно охватившую наследников.
Вуди вытаращился на Фитцджералда, открыв рот.
— Что? Вы серьезно? — Он вскочил. — Это фантастика!
— Вы слышали? — обратился он к остальным. — Старый поганец
все-таки сломался. — Вуди посмотрел на Саймона Фитцджералда. — И о
какой сумме ищет речь?
— Точной цифры я назвать не могу. Согласно последним данным,
приведенным журналом
Форбс
, корпорация
Стенфорд энтерпрайзез
тянет на
шесть миллиардов долларов. Большая часть этих денег инвестирована в
различные предприятия, но примерно четыреста миллионов приходится на
ликвидные активы.
Кендолл слушала как зачарованная.
То есть больше ста миллионов долларов на
каждого из нас. Я не могу в это поверить! Я свободна, — подумала
она. — Я смогу заплатить и избавлюсь от них навсегда
. Она посмотрела
на Марка. Ее лицо сияло. Она сжала ему руку.
— Поздравляю, — улыбнулся Марк. Он лучше других знал цену деньгам.
— Как вам известно, — продолжил Саймон Фитцджералд, —
девяносто девять процентов акций
Стенфорд энтерпрайзез
принадлежали вашему
отцу. Эти акции будут поровну разделены между вами. Теперь, после смерти
вашего отца, один процент акций, ранее находившийся в доверительном
управлении, переходит судье Стенфорду. Разумеется, придется утрясти кое-
какие формальности. Более того, я должен предупредить вас, что возможно
появление еще одного наследника.
— Еще одного наследника? — переспросил Тайлер.
— В завещании вашего отца специально оговорено, что его состояние
должно быть поделено поровну между всеми потомками.
На лице Пегги отразилось недоумение.
— Кого... А кто считается потомком? Ответил ей Тайлер.
— Дети, рожденные от усопшего и усыновленные или удочеренные им
законным путем. Фитцджералд кивнул.
— Совершенно верно. При этом любой ребенок, рожденный от вашего отца
вне брака, также считается потомком, и его права в полной мере защищаются
законом.
— Да что вы такое говорите? — не выдержал Буди.
— Я говорю, что на наследство может появиться еще один претендент.
— Кто? — спросила Кендолл. Саймон Фитцджералд помялся. Как бы сказать об этом тактичнее...
— Вы, несомненно, помните, что достаточно много лет тому назад
гувернантка, которая работала у вас, забеременела от вашего отца.
— Розмари Нелсон, — уточнил Тайлер.
— Да. Она родила дочь в больнице святого Иосифа в Милуоки. И назвала ее
Джулия.
Комната погрузилась в тяжелое молчание.
— Послушайте! — воскликнул Вуди. — С тех пор прошло двадцать
пять лет. Если точно, то двадцать шесть.
— Кто-нибудь знает, где она сейчас? — поинтересовалась Кендолл.
В голове Саймона Фитцджералда зазвучал голос Гарри Стенфорда:
Она написала
мне, что родилась девочка. Что ж, если она думает, будто сможет выжать из
меня хоть десятицентовик, то может катиться к чертовой матери
.
— Нет, — медленно ответил он. — Никто не знает, где она
сейчас.
— Так какого черта мы о ней говорим? — выкрикнул Вуди.
— Я просто хочу, чтобы вы все знали, что она получит право на свою
часть наследства, если объявится.
— Не думаю, что мы должны из-за этого волноваться, — уверенно
заявил Вуди. — Она, скорее всего, знать не знает, кто ее отец.
Тайлер повернулся к Саймону Фитцджералду.
— Вы сказали, что не знаете точной цифры, которой оценивается состояние
отца. Позвольте спросить, почему?
— Потому что мы ведем только личные дела вашего отца. Его корпоративные
интересы представляют две другие юридические фирмы. Я уже связался с ними и
попросил как можно быстрее подготовить все финансовые декларации.
— И сколько времени им на это потребуется? — спросила Кендолл. В
письме говорилось:
В самое ближайшее время нам необходимы 100 тысяч
долларов для покрытия текущих расходов
.
— Вероятно, два или три месяца. Марк заметил тревогу, пробежавшую по
лицу жены, и обратился к Фитцджералду:
— А нельзя ли ускорить этот процесс?
— Боюсь, что нет, — ответил Стив Слоун. — Завещание должно
пройти через суд по делам о наследстве, а сейчас они загружены под завязку.
— Что такое суд по делам о наследстве? — вмешалась Пегги.
— Этот суд проверяет...
— Ей без разницы, что он там проверяет! — оборвал Слоуна
Вуди. — Почему мы не можем разделить денежки прямо сейчас?
Тайлер посмотрел на брата.
— Потому что таков закон. Если человек умирает, его завещание поступает
в специальный суд. До этого необходимо провести оценку всех активов:
недвижимости, акций, наличных, драгоценностей. Составляется подробная опись,
которая также поступает в суд. С наследства уплачиваются налоги. Потом
подается петиция на разрешение распределить остаток между наследниками.
Вуди усмехнулся.
— Ну и черт с ним. Я ждал сорок лет, чтобы стать миллионером. Смогу
подождать и еще месяц-другой. Саймон Фитцджералд поднялся.
— Основная доля наследства отписана вам, но есть еще мелкие суммы,
предназначенные другим людям. Они составляют лишь малую долю состояния
мистера Стенфорда. — Он оглядел сидящих. — Если больше вопросов
нет...
Тайлер тоже встал.
— Думаю, что нет. Благодарю вас, мистер Фитцджералд, мистер Слоун. Если
возникнут какие-нибудь проблемы, мы свяжемся с вами.
Фитцджералд кивнул.
— До свидания, дамы и господа. — Он повернулся и направился к
двери.
Стив Слоун последовал за ним. На подъездной дорожке Фитцджералд обернулся к
Стиву.
— С родственниками ты познакомился. Что скажешь?
— По-моему, у них скорее праздник, чем траур. Одно меня удивляет,
Саймон. Если отец ненавидел их так же, как они ненавидят его, почему он
оставил им все состояние?
Саймон Фитцджералд пожал плечами.
— Вот этого мы не узнаем никогда. Может, за этим он и вызвал меня,
чтобы переписать все деньги на кого-то еще.
В ту ночь никто из детей Гарри Стенфорда не спал, все они были погружены в
свои мысли.
Тайлер.
Это произошло. Действительно произошло! Теперь я могу положить к
ногам Ли весь мир. Все, что угодно! Все!
Кендолл.
Как только получу
деньги, я найду способ откупиться от них раз и навсегда. Чтобы больше они ко
мне не приставали
.
Вуди,
Я куплю собственных пони для поло. Хватит пользоваться чужими! Я
поднимусь до десятого разряда! — Он искоса глянул на Пегги, спящую
рядом с ним. — А прежде всего отделаюсь от этой дуры. Нет, этого я
сделать не смогу
.
Вуди вылез из постели и скрылся в ванной. Оттуда он вернулся в
наипрекраснейшем настроении.
За завтраком царила атмосфера праздника.
— Полагаю, ночью мы все строили грандиозные планы, — воскликнул Вуди. Марк пожал плечами.
— Что тут можно планировать? Такие деньги даже представить себе
невозможно. Тайлер оторвался от тарелки.
— Они наверняка изменят нашу жизнь. Вуди кивнул.
— Этот подонок мог отдать их нам при жизни, чтобы мы и тогда могли
насладиться богатством. Нехорошо ненавидеть мертвых, но вот что я должен вам
сказать...
— Вуди... — в голосе Кендолл слышался упрек. В столовую вошел Кларк и
остановился с виноватым видом, ожидая, пока его заметят.
— Прошу меня извинить. Приехала некая мисс Джулия Стенфорд.
ДЕНЬ
— Джулия Стенфорд?
Наследники переглянулись, потрясенные до глубины души.
— Никакая она не Джулия! — взорвался Вуди.
— Я предлагаю встретиться с ней в библиотеке, — быстро нашелся
Тайлер. Он повернулся к Кларку. — Пожалуйста, пригласите туда эту
молодую особу.
Она застыла в дверях, переводя взгляд с одного на другого. Чувствовалось,
что ей не по себе.
— Я... Наверное, мне не стоило приезжать!
— Вы чертовски правы! — воскликнул Вуди. — Кто вы, черт бы
вас побрал?
— Я Джулия Стенфорд. — От волнения она начала заикаться.
— Нет. Кто вы на самом деле?
Она хотела что-то сказать, затем покачала головой.
— Я... Моя мать — Розмари Нелсон. Гарри Стенфорд был моим отцом.
Дети Стенфорда вновь переглянулись.
— У вас есть доказательства? — спросил Тайлер. Она шумно
сглотнула.
Вещественных доказательств у меня нет.
— Естественно, нет, — рявкнул Вуди. — Да как вам хватило
наглости...
Его прервала Кендолл:
— Вы, конечно, понимаете, что мы потрясены вашим появлением. Если вы
говорите правду, тогда вы..., наша сводная сестра.
Джулия кивнула.
— Вы Кендолл. — Она повернулась к Тайлеру. — Вы
Тайлер. — Посмотрела на Вуди. — Вы Вудро. Но все называют вас
Вуди.
— Об этом каждый мог прочитать в журнале
Пипл
, — саркастически
бросил Вуди.
— Я уверен, вы понимаете всю сложность нашего положения, мисс..., э...
— Произносить ее фамилию Тайлер не стал. — Не получив
доказательств, мы не можем принять вас как...
— Я понимаю. — Она нервно огляделась. — Не знаю, что
заставило меня приехать.
— Знаете, — усмехнулся Вуди. — Причина очевидна — деньги.
— Деньги меня не интересуют, — негодующе ответила она. — По
правде говоря... Я приехала в надежде обрести семью.
Кендолл пристально смотрела на нее.
— А где ваша мать?
— Она умерла. Когда я прочитала о смерти моего отца...
— Вы решили разыскать нас, — насмешливо закончил Вуди.
— Вы говорите, у вас нет признаваемых законом доказательств, четко
указывающих на то, что вы дочь Гарри Стенфорда? — спросил Тайлер.
— Признаваемых законом? Я... Полагаю, что нет. Я как-то об этом не
думала. Но есть факты, которые я могла узнать только от матери.
— Например? — бросил Марк. Джулия задумалась.
— Я помню, что моя мать рассказывала мне о теплице за домом. Она любила
растения и цветы и проводила там...
— Фотографии этой теплицы печатались в десятке журналов, — оборвал
ее Вуди.
— Что еще рассказывала вам мать? — подал голос Тайлер.
— Много чего! Мама любила говорить о вас и о жизни в вашем доме. —
Она помолчала. — Как-то раз, когда вы были совсем маленькие, она взяла
вас покататься на лодке. Один из вас едва не свалился в воду. Кто, не помню.
Вуди и Кендолл посмотрели на Тайлера.
— Я, — признал он.
— Она взяла вас с собой, когда пошла за покупками в
Файлин
. Один из
вас потерялся, и была ужасная паника.
— В тот день потерялась я, — вырвалось у Кендолл.
— Еще? Что еще? — наседал Тайлер.
— Мама взяла вас в
Устричный дом
, где вы впервые попробовали устрицы.
Потом вас тошнило.
— Я это помню.
Они переглянулись. В который уж раз.
Джулия повернулась к Вуди.
— Вы с мамой отправились на военно-морскую базу в Чарлзтауне, чтобы
посмотреть на авианосец
Конституция
. Вы не хотели уходить. Ей пришлось
тащить вас силком. — Она посмотрела на Кендолл. — В Городском саду
вы однажды рвали цветы на клумбах. Вас чуть не арестовали.
Кендолл кивнула.
— Все так.
Они слушали как зачарованные, не отрывая глаз от Джулии.
— Однажды мама повела вас в Палеонтологический музей. Вы испугались
скелетов мастодонта и морского змея.
— Никто из нас не спал в ту ночь, — тихо произнесла Кендолл.
Джулия посмотрела на Вуди.
— Как-то на Рождество мама повела вас на каток. Вы упали и вышибли зуб.
Когда вам было семь лет, вы свалились с дерева и так сильно поранили ногу,
что пришлось накладывать швы. Остался шрам.
— Остался, — с неохотой признал Вуди. Она повернулась к остальным.
— Одного из вас укусила собака, кого точно, я забыла. Маме пришлось
отвезти этого ребенка в пункт срочной медицинской помощи в Центральной
больнице Массачусетса.
Тайлер кивнул.
— Мне делали уколы против бешенства. Теперь слова лились потоком.
— Вуди, вы убежали из дома, когда вам было восемь. Хотели добраться до
Голливуда и стать актером. Ваш отец пришел в ярость и отправил вас в спальню
без обеда. Моя мать тайком принесла вам еды. Вуди молча кивнул.
— Я..., не знаю, что мне еще сказать. Я... — Тут ее осенило. — У
меня с собой фотография. — Она раскрыла сумочку, достала снимок и
протянула Кендолл.
Тайлер и Вуди подошли, чтобы взглянуть на фото. Трое детей рядом с
симпатичной женщиной в униформе гувернантки.
— Ее дала мне мама.
— Оставила она вам что-нибудь еще? — спросил Тайлер.
Джулия покачала головой.
— Нет, к сожалению. Она не хотела, чтобы какие-то вещи в доме напоминали ей о Гарри Стенфорде.
— Разумеется, кроме вас, — добавил Вуди.
С воинственным видом она повернулась к нему.
— Мне все равно, верите вы моим словам или нет. Вы просто не
понимаете... Я... Я так надеялась... — У нее перехватило дыхание.
— Как уже сказала моя сестра, — прервал молчание Тайлер, —
для нас ваше появление — настоящий шок. Я хочу сказать..., приходит
совершенно незнакомый человек и заявляет, что он член семьи... Надеюсь, вы
понимаете всю сложность нашего положения. Я думаю, нам нужно время, чтобы
обсудить создавшуюся ситуацию.
— Разумеется, понимаю.
— Где вы остановились?
— В
Тремонт-Хаус
.
— Почему бы вам не вернуться туда? Вас отвезут на машине. В самое
ближайшее время мы с вами свяжемся.
Она кивнула.
— Хорошо. — Ее взгляд задержался на каждом. — Что бы вы обо
мне ни думали, вы моя семья.
— Я провожу вас, — вызвалась Кендолл. Джулия улыбнулась.
— Не надо. Дорогу я найду. У меня такое чувство, будто это мой родной
дом.
Под их взглядами она вышла из библиотеки.
— Что ж! — Кендолл шумно выдохнула. — Похоже, у нас появилась
сестра.
— Я в это не верю, — фыркнул Вуди.
— Мне кажется... — подал голос Марк. Все заговорили одновременно.
Тайлер поднял руку.
— Так мы ни к чему не придем. Попробуем подойти к проблеме объективно.
В некотором роде эта женщина — подсудимая, а мы — присяжные. Именно нам
решать, говорит она правду или лжет. В суде присяжных действует принцип
единогласия. То есть мы все должны прийти к общему мнению.
Вуди кивнул.
— Хорошо.
— Тогда приступим к первому голосованию, — продолжил
Тайлер. — Я считаю, что эта женщина — мошенница.
— Мошенница? Как такое может быть? — не согласилась
Кендолл. — Все эти подробности она могла узнать только у своей матери.
Тайлер повернулся к ней.
— Кендолл, сколько слуг работало в доме, когда мы были детьми?
Кендолл недоуменно посмотрела на него.
— А что?
— Десятки, не правда ли? И некоторые могли знать все то, о чем
рассказала нам эта юная дама. Служанки, шоферы, садовники, повара. И
фотографию она могла получить от кого угодно.
— Ты хочешь сказать..., ее проталкивают в наследники?
— Вполне возможно. Не забывай, что речь идет об очень больших деньгах.
— Она говорит, что деньги ее не интересуют, — напомнил Марк.
Вуди вновь кивнул.
— Говорит, это точно. — Он повернулся к Тайлеру. — Но как мы
докажем, что она не та, за кого себя выдает? У нас нет возможности...
— Такая возможность есть, — прервал его Тайлер. Все взгляды
скрестились на нем.
— И какова же она? — спросил Марк.
— Завтра я дам вам ответ.
— Вы говорите, что Джулия Стенфорд объявилась после стольких
лет? — недоверчиво произнес Саймон Фитцджералд.
— Объявилась женщина, которая утверждает, что она Джулия Стенфорд, — поправил его Тайлер.
— И вы ей не верите? — поинтересовался Стив.
— Абсолютно не верим. В качестве доказательств истинности своих слов
она предложила случаи из нашего детства, о которых известно как минимум
десятку бывших слуг, и старую фотографию, на которой изображены мы и Розмари
Нелсон. Это ни о чем не говорит. Она может быть в сговоре с кем-то из слуг.
Я намерен доказать, что она мошенница. Стив нахмурился.
— И как же вы собираетесь это сделать?
— Просто. Проверкой ДНК.
На лице Стива Слоуна отразилось удивление.
— Для этого придется эксгумировать тело вашего отца.
— Да. — Тайлер повернулся к Саймону Фитцджералду. — Могут
возникнуть какие-то сложности?
— При сложившихся обстоятельствах я, скорее всего, получу ордер на
эксгумацию. Эта женщина согласится на проверку?
— Я ее еще не спрашивал. Но отказ будет означать, что она боится
результатов. — Тайлер помолчал. — Должен признать, что затевать
все это мне не хочется. Но я думаю, это единственный способ установить
истину.
Фитцджералд на мгновение задумался.
— Очень хорошо. — Он повернулся к Стиву. — Ты этим займешься?
— Разумеется. — Стив посмотрел на Тайлера. — Вы, вероятно,
знакомы с процедурой. Ближайший родственник, в вашем случае — любой из детей
усопшего, подает заявление в управление коронера
Следователь, специальной
функцией которого является расследование случаев насильственной или
внезапной смерти.
с просьбой разрешить эксгумацию тела. В заявлении
указывается причина, побудившая вас к проведению эксгумации. При
положительном решении управление коронера уведомляет похоронное бюро и
разрешает выкопать тело. При эксгумации должен присутствовать представитель
коронера.
— Сколько это займет времени? — задал вопрос Тайлер.
— Три или четыре дня уйдет на получение разрешения. Сегодня у нас
среда. Мы сможем провести эксгумацию в понедельник.
— Хорошо. — Тайлер помялся. — Нам понадобится эксперт по
проверке ДНК, к мнению которого прислушается суд, если до этого дойдет дело.
Надеюсь, вы можете порекомендовать такого специалиста.
— Могу, — кивнул Стив. — Его зовут Перри Уингер. Живет в
Бостоне. Неоднократно приглашался в качестве эксперта различными судами по
всей стране. Я ему позвоню.
— Буду вам очень признателен. Чем скорее мы с этим разберемся, тем
лучше.
На следующее утро, ровно в десять, Тайлер вошел в библиотеку Роуз-Хилл, где
его уже ждали Вуди, Пегги, Кендолл и Марк.
— Я хочу представить вам Перри Уингера.
— Кто он? — полюбопытствовал Вуди.
— Эксперт по проверке ДНК. Кендолл повернулась к Тайлеру.
— А с чего это нам понадобился эксперт по проверке ДНК?
— Чтобы доказать, что женщина, заявившаяся к нам вчера, мошенница. Я
считаю необходимым наказать ее.
— Так ты хочешь вырыть старика? — спросил Буди.
— Совершенно верно. Наши адвокаты сейчас получают ордер на эксгумацию.
Если эта женщина — наша сводная сестра, проверка ДНК это подтвердит. Если
нет, ДНК покажет и это.
— Боюсь, я что-то здесь не понимаю, — подал голос Марк.
Перри Уингер откашлялся.
— Попросту говоря, дезоксирибонуклеиновая кислота — молекула
наследственности. ДНК содержит уникальный генетический код индивидуума. Ее
можно выделить из следов крови, спермы, слюны, корней волос, даже из кости.
ДНК можно определить в течение пятидесяти лет после смерти человека.
— Понятно, — кивнул Марк. — Значит, это действительно просто.
Перри Уингер нахмурился.
— Поверьте мне, нет. Есть два способа проверки ДНК. PCR-тест, на
получение результатов которого требуется три дня, и более сложный RFLP-тест,
на который уходит от шести до восьми недель. Для наших целей вполне
достаточно PCR-теста.
— Как проводится проверка? — спросила Кендолл.
— Она состоит из нескольких этапов. На первом берется образец ткани и
ДНК делится на фрагменты. Фрагменты сортируют по длине, помещая их в гель и
пропуская через него электрический ток. ДНК, отрицательно заряженная,
движется к положительному полюсу, и через несколько часов фрагменты сами
выстраиваются по длине. — Ему явно нравилось читать лекции. —
Щелочные реактивы используются для разделения фрагментов, затем фрагменты
переносятся на нейлоновое полотно, помещенное в раствор, и радиоактивные зонды-
Глаза слушателей начали туманиться.
— Насколько точны результаты проверки? — прервал эксперта Вуди.
— Проверка обеспечивает стопроцентную точность в случае, если мужчина
не является отцом. Если результаты проверки положительные, точность
составляет девяносто девять и девять десятых процента.
Вуди повернулся к брату.
— Тайлер, ты у нас судья. Допустим, она действительно дочь Гарри
Стенфорда. Ее мать и наш отец официально не оформляли своих отношений. С
какой стати она претендует на долю наследства?
— В том случае, если будет установлено, что Гарри — ее отец, —
объяснил Тайлер, — по закону она имеет полное право на равную с нами
долю наследства.
— Тогда давайте скорее проверим эту чертову ДНК и покажем всем, что она
мошенница!
Тайлер, Вуди, Кендолл, Марк и Джулия сидели за столиком в ресторане
Тремонт-
Хаус
. Пегги осталась в Роуз-Хилл.
— От этих разговоров о вырывании трупа у меня мурашки бегут по
коже, — заявила она.
Теперь все смотрели на женщину, называющую себя Джулия Стенфорд.
— Я не понимаю, чего вы от меня хотите.
— Все просто, — ответил ей Тайлер. — Доктор возьмет у вас
образец кожи, чтобы сравнить его с кожей нашего отца. Совпадение ДНК
докажет, что вы действительно его дочь. С другой стороны, если вы не
согласны на проверку.
— Я..., не нравится мне все это...
— Почему? — вмешался Вуди.
— Не знаю. — Она содрогнулась. — Вырывать теле моего отца,
чтобы...
— ...чтобы доказать, что вы его дочь.
Она переводила взгляд с одного лица на другое.
— Как бы я хотела...
— Что?
— Другого способа убедить вас, что я его дочь, нет?
— Нет, — кивнул Тайлер. — Только проверка ДНК. Последовало
долгое молчание.
— Хорошо. Я согласна.
Получить ордер на эксгумацию оказалось достаточно сложно. Саймону
Фитцджералду пришлось лично обращаться к коронеру.
— Нет, — упирался тот. — Ради Бога, Саймон! Ты же знаешь,
какая поднимется вонь. Мы имеем дело не с каким-то никому не известным
типом. Речь идет о Гарри Стенфорде! Если об этом прознают, можешь
представить себе, какой праздник будет у прессы!
—&nbs
...Закладка в соц.сетях
