Жанр: Любовные романы
Утро, день, ночь
... подал голос Боб Истман. — И
посмотрим, что из этого выйдет. Джулию охватила радость.
— Большое вам спасибо! Вы не пожалеете...
— Насчет жалованья, — перебил ее Макс Толкин. — К сожалению,
новичкам платить много мы не можем...
— Ничего страшного, — вырвалось у Джулии. — Я...
— Триста долларов в неделю, — теперь ее перебил Эл Питере.
Действительно немного. Но Джулия для себя уже все решила.
— Я согласна.
Они переглянулись, разом заулыбались.
— Отлично! — воскликнул Питере. — Позвольте показать вам наши
владения.
Экскурсия заняла лишь несколько секунд. Маленькая приемная и три комнаты,
обставленные мебелью, которая могла попасть сюда лишь со складов Армии
спасения. Туалет в конце коридора. Все трое были архитекторами, но Эл Питере
вел деловые переговоры, Боб Истман находил клиентов, а Макс Толкин курировал
строительство.
— Вы будете работать на нас всех, — предупредил ее Питере.
— Прекрасно. — Джулия знала, что скоро она станет незаменимой для
каждого.
Эл Питере посмотрел на часы.
— Половина первого. Как насчет ленча? Джулия была в восторге. Ее уже
приняли в команду и приглашают на ленч!
Питере повернулся к Джулии.
— В конце квартала есть кулинария. Мне принесите сэндвич на ржаном
хлебце с копченой говядиной и горчицей, картофельный салат и сухое печенье.
— О! — Вот тебе и приглашение на ленч.
— Мне, пожалуйста, сэндвич с охотничьими колбасками и куриный
суп, — заказал Толкин.
— Да, сэр.
— А мне ростбиф и бутылку прохладительного напитка, — вступил Боб
Истман.
— И проследите, чтобы говядина была постной, уточнил Эл Питере.
— Постная копченая говядина, — кивнула Джулия.
Суп должен быть горячим, — уточнил Макс Толкин.
— Ясно. Горячий куриный суп, — кивнула Джулия.
— Из прохладительных напитков я предпочитаю диет-колу, — уточнил
Боб Истман.
— Диет-кола, — кивнула Джулия.
— Вот вам деньги. — Эл Питере протянул ей двадцатку.
Десять минут спустя Джулия стояла перед прилавком в кулинарии.
— Мне, пожалуйста, один сэндвич на ржаном хлебце с постной копченой
говядиной и горчицей, картофельный салат и сухое печенье. Сэндвич с
охотничьими колбасками и очень горячий куриный суп. Ростбиф и бутылку диет-
колы.
Мужчина за прилавком кивнул.
— Вы работаете у Питерса, Истмана и Толкина, так?
На следующей неделе Джулия и Салли переехали в квартиру в Оверленд-парк.
Квартира эта, с двумя маленькими спальнями, гостиной, кухонькой и ванной,
перевидала многих жильцов.
С Ритцем
ее никогда не спутаешь
, —
подумала Джулия.
— Готовить будем по очереди, — предложила Салли.
— Согласна, — кивнула Джулия.
Первой готовила Салли, да так, что Джулия чуть ли не вылизала тарелку.
На следующий вечер пришел черед Джулии. Салли проглотила одну ложку и
посмотрела на подругу.
— Джулия, жизнь у меня одна, и пожить хочется подольше. Пожалуй, я буду
готовить, а ты — прибираться в квартире. Не возражаешь?
Подруги отлично ладили. По уик-эндам ходили в кино или по магазинам на Биннистер-
Молл. Одежду они покупали со скидкой в
Супер фли дисконт хаус
. Раз в
неделю обедали в дорогом ресторане
Олд эппл фарм
или в кафе
Макс
. Если
оставались деньги, заходили в
Чарли Чарлз
послушать джаз.
Джулии нравилась работа у Питерса, Истмана и Толкина. Фирма, однако,
переживала далеко не лучшие времена. Клиенты не ходили табуном. Джулия
чувствовала, что вносит не такую уж большую лепту в созидание голубых
городов, но ей нравились три ее босса. Каждый из них шел к ней со своими
проблемами. К тому же работать она умела и вскоре навела в конторе идеальный
порядок.
Джулия решила, что поток клиентов необходимо увеличить. Но как? Ответ она
нашла быстро. В
Канзас-Сити стар
появилась заметка о ленче для членов
новой организации, объединяющей женщин, которые занимали руководящие
должности. Возглавляла ее Сюзан Бенди.
На следующий день Джулия предупредила Эла Питерса, что задержится после
ленча.
Он улыбнулся.
— Нет проблем, Джулия, — и подумал, как им повезло с секретарем.
Джулия прямиком направилась в
Плаза-Инн
, нашла зал, снятый на ленч. У
двери за столиком сидела женщина.
— Могу я вам чем-нибудь помочь?
— Да. Я пришла на ленч
Женщин-руководительниц
.
— Ваше имя?
— Джулия Стенфорд.
Женщина справилась с лежащим перед ней списком.
— К сожаления, я не... Джулия лучезарно улыбнулась.
— Это так похоже на Сюзан. Придется поговорить с ней об этом. Я
исполнительный секретарь компании
Питере, Истман и Толкин
.
Женщина растерялась, не зная, что сказать.
— Ну...
— Не волнуйтесь. Я найду Сюзан, и мы во всем разберемся.
В банкетном зале несколько хорошо одетых женщин о чем-то щебетали между
собой. Джулия обратилась к одной из них:
— Вы не подскажете мне, кто тут Сюзан Бенди? Ей указали на высокую,
яркую женщину лет сорока с небольшим. Джулия подошла к ней.
— Привет. Я Джулия Стенфорд.
— Добрый день.
— Я работаю в
Питере, Истман и Толкин
. Уверена, вы о них слышали.
— Я..., э...
— В Канзас-Сити это наиболее динамично развивающаяся архитектурная
фирма.
— Понятно.
— У меня мало свободного времени, но я хотела бы оказать посильную
помощь нашей организации.
— Мы можем только приветствовать ваш энтузиазм, мисс...
— Стенфорд.
Вот так все и началось.
Женщины— руководители
объединяли сотрудников ведущих компаний Канзас-Сити,
и вскоре Джулия перезнакомилась со всеми. По крайней мере раз в неделю она
встречалась с кем-нибудь за ленчем.
— Наша компания собирается строить дом в Олате. Джулия немедленно
докладывала об этом боссам.
— Мистер Хэнки хочет построить летний коттедж в Тонганокси.
Питере, Истман и Толкин
получали заказы еще до того, как другие узнавали,
что кому-то требуются услуги архитекторов.
Боб Истман вызвал Джулию к себе.
— Ты заслуживаешь повышения, Джулия. Отлично работаешь. Потрясающий
секретарь!
— У меня есть к вам одна просьба.
— Я тебя слушаю.
— Называйте меня исполнительным секретарем. Это добавляет мне
солидности, знаете ли.
Время от времени Джулия читала газетные статьи о своем отце, видела его на
экране телевизора в ходе интервью или в выпусках новостей. Она не говорила о
нем ни Салли, ни работодателям.
В юности Джулия в мечтах видела себя Дороти
Героиня сериала Леймена Френка
Баума Волшебник страны Оз
В варианте А Волкова Волшебник изумрудного
города
девочка получила имя Элли.
, чудесным образом перенесенной из
Канзаса в прекрасную, удивительную страну, где ее ждали яхты, частные
самолеты, дворцы. Теперь же, со смертью отца, мечты обратились в прах. "Зато
канзасская часть сохранилась, — усмехнулась она.
— У меня нет семьи... Есть, — тут же поправила себя Джулия. —
У меня два сводных брата и сестра. Они моя семья. Не повидаться ли мне с
ними? Хорошая идея? Плохая? Интересно, что мы почувствуем при встрече?"
Принятое решение едва не стоило Джулии жизни.
Глава 12
Собирались незнакомцы. В последний раз они встречались, разговаривали по
телефону, переписывались много лет тому назад.
Судья Тайлер Стенфорд прилетел в Бостон на самолете из Чикаго Кендолл
Стенфорд Рено прилетела из Парижа. Марк Рено приехал поездом из Нью-Йорка.
Вуди Стенфорд и Пегги прибыли из Хоуб-Саунда на автомобиле.
Наследников известили, что панихида пройдет в Королевской часовне. Улицу у
церкви перегородили, полицейские сдерживали толпу зевак, собравшихся
поглазеть на знаменитостей. Прибыли вице-президент США, многие сенаторы и
конгрессмены, послы и государственные деятели из зарубежных стран, даже из
таких далеких, как Турция и Саудовская Аравия. Гарри Стенфорд оставил
заметный след на земле, и ни одно из семисот мест в часовне не пустовало.
Тайлер, Вуди с женой, Кендолл с мужем собрались в ризнице. Чувствовали они
себя неловко. У них не было ничего общего. Если их что и связывало, то это
тело мужчины в катафалке, стоящем у церкви.
— Это мой муж Марк, — нарушила затянувшуюся паузу Кендолл.
— Это моя жена Пегги. Пегги, моя сестра Кендолл, мой брат Тайлер.
Представляемые вежливо здоровались с остальными. Потом они стояли,
переглядываясь и изучая друг друга, пока не пришел служка.
— Извините, — прошептал он, — но служба сейчас начнется.
Пожалуйста, следуйте за мной.
Служка провел их к оставленной для ближайших родственников первой скамье.
Они сели в ожидании начала службы, каждый погруженный в свои мысли.
Возвращение в Бостон Тайлера не радовало. Хорошие воспоминания об этом
городе относились лишь к тем временам, когда были живы его мать и Розмари. В
одиннадцать лет Тайлер увидел репродукцию знаменитой картины Гойи
Сатурн,
пожирающий своего сына
. Потом Сатурн всегда ассоциировался у него с отцом.
И теперь, глядя на гроб, внесенный в церковь, в котором лежало тело его
отца, Тайлер думал:
Сатурн мертв
.
Я знаю твой грязный секрет
.
Священник взошел на знаменитую кафедру часов ни.
— Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и
умрет, оживет; и всякий живущий и верующий в Меня не умрет вовек
Иоанн,
11,25, 26.
.
Душа у Вуди пела. Перед тем как пойти в церковь, он надышался героином, и
наркотик еще действовал. Он искоса глянул на брата, потом на сестру.
Тайлер
сильно поправился, — подумал он. — Выглядит совсем как судья. А
вот Кендолл такая красотка, но чувствуется, что очень переживает. Неужели
из-за смерти отца? Нет. Она ненавидела его не меньше, чем я. — Он
посмотрел на жену, сидящую рядом. — Жаль, что я не показал ее старику.
Его бы хватил удар
.
— Как отец жалеет детей своих, — вещал священник, — так и
Господь Бог жалеет тех, кто боится его. Ибо Он знает, какие мы, Он помнит,
что мы — тлен.
Кендолл священника не слушала. Она думала о красном платье. Как-то раз отец позвонил ей в Нью-Йорк.
— Теперь ты у нас знаменитый модельер, не так ли? Что ж, давай
посмотрим, каково твое мастерство. В субботу вечером я иду с одной девицей
на благотворительный бал. У нее твои размеры. Я хочу, чтобы ты сшила для нее
платье.
— К субботе? Я не смогу, папа. Я...
— Сможешь.
И она сшила самое уродливое платье, какое только могла придумать. С большим
черным фартуком впереди и ярдами лент и кружев. Форменное чудовище. Она
послала платье отцу, и он позвонил ей вновь.
— Платье я получил. Между прочим, моя девушка в субботу занята, так что
со мной пойдешь ты и наденешь свое платье.
— Нет!
Последовала грозная фраза:
— Ты не хочешь разочаровать меня, не так ли? И она пошла, надела это
ужасное платье, в котором и провела самый унизительный вечер в своей жизни.
— Ибо мы ни с чем пришли в этот мир и, безусловно, ничего не сможем
унести из этого мира с собой. Бог дал, Бог и взял! Да будет благословенно
имя Божье!
Пегги Стенфорд сидела тихо, как мышка. Ее потрясло великолепие громадной
церкви, все эти элегантно одетые люди. В Бостон она попала впервые, для нее
этот город ассоциировался с миром Стенфордов, помпезностью и богатством.
Этим людям она не годилась и в подметки. Пегги взяла мужа за руку.
— Вся плоть — это трава, и отсюда вся красота — цветок на лугу... Трава
сохнет, цветок увядает, но слово Господа нашего остается вовеки.
Марк думал о шантажирующем письме, которое получила его жена. Тщательно
выверенные слова, нейтральный текст. Невозможно определить, кто за ним
стоит. Он посмотрел на сидящую рядом Кендолл. Бледную, напряженную. Сколько
же она сможет еще выдержать? Он придвинулся к ней.
— ...Милосердию Божьему и Его защите вверяем мы тебя.
Бог благословит и сохранит тебя. Бог обратит к тебе свое сияющее лицо, и
прольется на тебя Его благодать. Бог примет тебя к Себе, дабы успокоилась
душа твоя и пребывала в мире сейчас и во веки веков. Аминь.
После окончания панихиды священник объявил:
Похороны будут закрытыми..., только для родственников
.
Тайлер стоял у гроба и думал о лежащем в нем теле. Прошлым вечером из
аэропорта он сразу поехал в похоронное бюро до того, как гроб заколотили: он
хотел увидеть отца мертвым.
Вуди наблюдал, как гроб выносят из церкви мимо людей, съехавшихся на
похороны со всего света, и улыбался, главное — дать людям то, что им
хочется.
Служба у могилы на кладбище Маунт-Обурн в Кембридже заняла лишь несколько
минут. Под взглядами родственников гроб с телом Гарри Стенфорда опустили в
могилу, закидали его землей.
— Вам нет нужды оставаться здесь дольше, чем вы того хотите, —
подвел черту священник. Вуди кивнул.
— И это правильно. — Действие героина сходило на нет, его начало
трясти. — Пора выметаться отсюда.
— И куда мы поедем? — спросил Марк. Тайлер оглядел стоящих у
могилы.
— Мы остановимся в Роуз-Хилл. К нашему приезду все готово. Побудем там до оглашения завещания.
Вскоре лимузины уже везли их в поместье Стенфордов.
В Бостоне строгая социальная иерархия соблюдается неукоснительно. Нувориши
живут на авеню Содружества, поднявшиеся по социальной лестнице — на Ныобюри-
стрит. Менее влиятельные семьи, ведущие свой род со времен революции, —
на Марлборо-стрит. Бэк-Бей — самый престижный район, но цитаделью богатейших
и знатнейших семей Бостона остается Бикон-Хилл. Россыпь викторианских
городских домов, особняков, старинных церквей, шикарных магазинов.
Поместье Стенфордов Роуз-Хилл занимало три акра на Бикон-Хилл. Дом, в
котором выросли дети, оставил у них неприятные воспоминания. Когда лимузины
остановились у парадного входа, пассажиры вылезли из машин и долго смотрели
на старые стены.
— Не могу поверить, что отца нет, что он не дожидается нас, —
вырвалось у Кендолл. Вуди усмехнулся.
— Он сейчас слишком занят в аду. Тайлер глубоко вздохнул.
— Пошли.
Едва они подошли к двери, как та распахнулась и на пороге возник Кларк,
дворецкий. В Роуз-Хилл он прослужил больше тридцати лет. Однако и в свои
семьдесят с небольшим без труда справлялся со своими обязанностями. Дети
выросли у него на глазах, он был живым свидетелем всех скандалов.
Кларк просиял, увидев, кто к ним приехал.
— Добрый день! Кендолл обняла старика.
— Кларк, как хорошо увидеть тебя вновь.
— Давненько вы не заглядывали к нам, мисс Кендолл.
— Теперь миссис Рено. Это мой муж Марк.
— Добрый день, сэр.
— Моя жена много рассказывала о вас.
— Надеюсь, я не предстал в ее рассказах чудовищем, сэр.
— Наоборот, она помнит о вас только хорошее.
— Благодарю вас, сэр. — Кларк повернулся к Тайлеру. — Добрый
день, судья Стенфорд.
— Привет, Кларк.
— Рад видеть вас, сэр.
— Спасибо тебе. Ты прекрасно выглядишь.
— И вы тоже, сэр. Я весьма сожалею о случившемся.
— Благодарю за сочувствие. Но ты сможешь позаботиться о нас?
— Да, сэр. Я уверен, что вы все останетесь довольны приемом.
— Мне отвели мою прежнюю комнату? Кларк улыбнулся.
— Совершенно верно. — Он посмотрел на Вуди. — Рад видеть вас,
мистер Вудро. Я хочу... Вуди схватил Пегги за руку.
— Пошли. Мне надо освежиться. Остальные наблюдали, как Вуди тащит Пегги
на второй этаж.
Кларк, Тайлер, Кендолл и Марк прошли в огромную гостиную. Взгляд входящего
прежде всего останавливался на двух больших шкафах эпохи Людовика XIV. А уж
потом замечались стол из золоченого дерева с мраморной столешницей,
антикварные кресла и диваны. С высокого потолка свисала бронзовая люстра.
Стены украшали потемневшие от времени старинные картины.
Кларк повернулся к Тайлеру.
— Судья Стенфорд, мистер Саймон Фитцджералд просит вас позвонить ему в
любое удобное вам время, чтобы договориться о встрече с членами семьи.
— Кто такой Саймон Фитцджералд? — спросил Марк Рено.
— Семейный адвокат, — ответила Кендолл. — Он ведет личные
дела отца с незапамятных времен, но мы его никогда не видели.
— Полагаю, он хочет обсудить с нами завещание. — Тайлер оглядел
остальных. — Если вы не возражаете, я назначу встречу на завтрашнее
утро.
— Очень хорошо, — кивнула Кендолл.
— Шеф-повар готовит обед, — сообщил им Кларк. — Я
распоряжусь, чтобы его подали в восемь часов, если вы не возражаете.
— Нас это вполне устраивает, — ответил Тайлер. — Спасибо
тебе.
— Ева и Милли покажут вам ваши комнаты. Тайлер повернулся к сестре и ее
мужу.
— Увидимся в восемь.
— С тобой все в порядке? — спросила Пегги мужа, как только они
вошли в спальню.
— Естественно, — огрызнулся Вуди. — Оставь меня в покое.
Он стремглав бросился в ванную и захлопнул за собой дверь. Пегги осталась в
спальне.
Вуди появился десять минут спустя, улыбаясь во весь рот.
— Привет, крошка.
— Привет.
— Как тебе наш дом?
— Он..., такой огромный.
— Просто чудовищный. — Он подошел к кровати, обнял Пегги. —
Это моя комната. Стены я увешивал спортивными плакатами.
Медведи
,
Кельты
,
Красные носки
. Я хотел стать спортсменом. Мечтал о славе. В
выпускном классе школы я был капитаном футбольной команды. Меня приглашали в
шесть колледжей, — И какой же ты выбрал? Он покачал головой.
— Седьмой. Отец сказал, будто им хочется, чтобы у них учился Стенфорд,
и ничего больше. Они, мол, рассчитывают получить от него деньги. И послал
меня в технический колледж, в котором не играли в футбол. — Вуди
помолчал. — Я мог бы сражаться...
— Что-что? — переспросила Пегги. Он повернулся к ней.
— Ты не видела фильм
На набережной
?
— Нет.
— Эту фразу произносит Марлон Брандо. А смысл в том, что жизнь наша не
удалась.
— Твой отец, видать, был суровым человеком. Вуди хохотнул.
— Он бы воспринял эти слова как комплимент. Помнится, еще ребенком я
свалился с лошади. Я хотел опять залезть на нее и скакать дальше, но отец не
разрешил.
Всадником тебе не быть, — заявил он. — Слишком ты
неуклюжий
. — Вуди посмотрел на жену. — Вот почему я играю в поло
по девятому разряду.
К обеденному столу они вышли одновременно, молча расселись. Они были
незнакомцами друг для друга, если что их и связывало, так это тягостные
воспоминания детства.
Кендолл огляделась. Французский обеденный стол времен Людовика XV, стулья
эпохи Директории. В одном углу французский шкаф. На стенах картины Ватто
Ватто, Антуан (1684 — 1721), французский живописец и рисовальщик.
и
Фрагонара
Фраготар, Онорс (1732-1806), французский живописец и график.
.
Кендолл повернулась к Тайлеру.
— Я читала о твоем решении по делу Фиорелло. Он заслужил наказание,
которое ты ему определил.
— Как это интересно, быть судьей! — воскликнула Пегги.
— Иной раз я готов с вами согласиться.
— Какие вы ведете процессы? — поинтересовался Марк.
— Криминальные. Изнасилования, наркотики, убийства.
Кендолл побледнела, хотела что-то сказать, но Марк схватил ее за руку и
крепко сжал, предупреждая, что лучше бы помолчать.
А Тайлер уже смотрел на сестру.
— Ты стала известным модельером.
— Да, — с трудом удалось выдохнуть Кендолл.
— А вы, Марк, чем занимаетесь?
— Работаю в брокерском доме.
— А, так вы один из молодых уолл-стритовских миллионеров.
— Не совсем, судья. Я только в начале пути. Тайлер покивал.
— Тогда вам повезло с женой. Она уже многого добилась.
Кендолл покраснела, прошептала на ухо Марку:
Не обращай внимания. Помни, я тебя люблю
.
Действие наркотика начало сказываться на Вуди. Он повернулся к жене.
— Пегги могла бы носить более приличные платья. Но ей без разницы, как
она выглядит. Не так ли, мой ангел?
Пегги смутилась, не зная, что ответить.
— Может, тебе будет к лицу наряд официантки? — продолжал Вуди.
— Извините, — Пегги поднялась и умчалась наверх. Все смотрели на
Вуди. Он улыбался.
— Очень уж она чувствительная. Значит, завтра мы обсудим завещание?
— Совершенно верно, — кивнул Тайлер.
— Готов спорить, старикан не оставил нам ни цента.
— Но, если наследство столь велико... — подал голос Марк.
Вуди пренебрежительно фыркнул.
— Вы не знали нашего отца. Полагаю, нам достанутся его старые пиджаки и
коробка сигар. Ему нравилось держать нас в узде, напоминая о деньгах. Чего
стоила его любимая фраза:
Ты не хочешь разочаровать меня, не так ли?
И мы
вели себя как добропорядочные детки, потому что, как вы сказали, у него было
очень много денег. Но я уверен, что старик нашел способ забрать их с собой.
— Завтра мы все узнаем, — поставил точку в дискуссии Тайлер.
На следующее утро Саймон Фитцджералд прибыл в Роуз-Хилл в сопровождении
Стива Слоуна. Кларк проводил их в библиотеку.
— Я сообщу родственникам о вашем прибытии.
— Благодарю.
Из библиотеки стеклянные двери вели в сад. Вдоль стен, отделанных темными
дубовыми панелями, стояли полки с книгами в кожаных переплетах. Удобные
кресла, итальянские торшеры. Один угол занимал большой шкаф красного дерева,
где хранилась коллекция револьверов, которой очень гордился Гарри Стенфорд.
Патроны лежали в нижних ящиках.
— Интересное будет утро, — нарушил молчание Стив. —
Посмотрим, как они отреагируют на завещание.
— Ждать осталось недолго, — ответил Саймон.
Фитцджералд.
Кендолл и Марк прибыли первыми.
— Доброе утро, — поздоровался Фитцджералд. — Я Саймон
Фитцджералд. Это мой помощник Стив Слоун.
— Я Кендолл Стенфорд. Мой муж Марк. Мужчины обменялись рукопожатием. В
библиотеку вошли Вуди и Пегги.
— Вуди, это мистер Фитцджералд и мистер Слоун, — представила
адвокатов Кендолл.
Вуди кивнул.
— Привет. Вы принесли деньги с собой?
— Мы всего лишь...
— Я пошутил. Это моя жена, Пегги, — Вуди посмотрел на
Стива. — Старик мне что-нибудь оставил или... Появился Тайлер.
— Доброе утро.
— Судья Стенфорд?
— Да.
— Я Саймон Фитцджералд, а это Стив Слоун, мой помощник. Именно Стив
доставил тело вашего отца с Корсики.
Тайлер повернулся к Стиву.
— Премного вам благодарен. Мы так и не знаем, что же произошло на самом
деле. Пресса сообщила несколько версий. Его не могли убить?
— Нет. Судя по всему, это несчастный случай. Яхта вашего отца попала в
жестокий шторм у берегов Корсики. По словам Дмитрия Камински, телохранителя
вашего отца, он стоял на палубной веранде, примыкающей к его каюте, и ветер
вырвал у него из руки какие-то бумаги. Ваш отец попытался их схватить,
потерял равновесие и упал за борт. Когда нашли тело, он уже захлебнулся.
— Какая ужасная смерть. — По телу Кендолл пробежала дрожь.
— Вы говорили с этим Камински? — спросил Тайлер.
— К сожалению, нет. Ко времени моего прибытия на Корсику он уже покинул
остров.
— Капитан яхты советовал вашему отцу не выходить в море, поскольку
синоптики дали штормовое предупреждение, — добавил Саймон
Фитцджералд, — но он но какой-то причине торопился вернуться домой.
Договорился о том, что вертолет с Корсики доставит его в аэропорт, откуда он
намеревался вылететь в Бостон. Что-то заставляло его спешить.
— Что именно, вы не знаете? — поинтересовался Тайлер.
— Нет. Я прервал свой отпуск, чтобы
...Закладка в соц.сетях
