Жанр: Любовные романы
Мечтатели
...dash; Не понимаю, о чем вы говорите, мистер Локвуд. Он что, ранен?
— Стивена закололи парой японских церемониальных мечей. Я не эксперт,
но думаю, что если будут привлечены специалисты, то они сразу определят,
кому они принадлежат, и назовут имя Хисахико Камагучи. И как вы объясните
полиции Гонолулу?
— Очень просто, мистер Локвуд. Эти мечи были потеряны во время войны. И
я впервые слышу о них. Если они принадлежат моему отцу, то я потребую их
возвращения.
Локвуд не прекращал поражаться самообладанию этой женщины. Она была вне
угроз и репрессалий и знала это.
— Зачем вы это сделали? Вы получили все, что хотели. Корпорация 4780
приобрела все японское имущество Стивена. Теперь вы приняты всеми
крупнейшими дзайбацу. Но вы нарушили свое слово.
— Вы не поняли, мистер Локвуд. Получить то, что Стивен украл, меня
удовлетворило. В этом смысле я не нарушила обещания, данного вам и мисс Мак-
Куин. Но не я одна была обманута Стивеном. Он использовал моего отца. Он
убедил его пожертвовать своей жизнью для того, чтобы такой ценой сохранить
жизни людей дзайбацу и для того, чтобы я получила возможность возродить
великую индустрию Камагучи. Такое предательство требует отмщения.
— И вы его совершили. Юкико молчала.
— Но почему тяжесть обвинения должна пасть на Кассандру? Она не имела
никакого отношения к тому, что произошло между вами и Стивеном. Она помогла
вам, ради Бога!
— То, что мисс Мак-Куин оказалась в это время в этом месте — ее
несчастье. Быть может, такова ее судьба. Она тоже не желала Стивену Толботу
ничего хорошего, мистер Локвуд. Она тоже искала мести за все то, что
причинил Стивен людям, которых она любила.
— Но не убийство!
— Все относительно, мистер Локвуд. Так или иначе, Стивен Толбот —
мертвец.
Николас подпрыгнул в кресле. Казалось, эту женщину невозможно было чем-либо
смутить. Он мог бы убедить гонолулскую полицию задержать и допросить Юкико.
Но она скажет им то, что сказала ему. И ее адвокаты (за хорошие деньги)
освободят ее.
— Кассандра невинна. Вы это знаете. Или заставить страдать невинного
тоже входит в ваше понятие чести? Это ваш долг отцу?
— Быть может, это плата ей за то, что она желала подобного. Нет, мистер
Локвуд, здесь я ничем не смогу помочь Кассандре Мак-Куин. И вы не в силах
заставить меня это сделать.
Юкико закрыла глаза:
— То, что происходит со Стивеном Толботом, теперь мне уже не
подвластно. И помните, в убийстве меня никто не заподозрит.
— Можете мне поверить, — сказал Николас, — я только сейчас об
этом думал и пришел к такому же заключению.
Шесть сообщений ждало Николаса, когда он вернулся к себе в отель. Одно было
от Кассандры, и Николас закрыл глаза, представив себе ее состояние
одиночества и безысходности. Остальные были от Эрика Голланта. Поскольку на
восточном побережье уже было утро, он позвонил ему в офис ЮСЭ. Всегда
спокойный и выдержанный, он был вне себя.
— Ник, что за нужда была отправиться туда? Здесь все только и говорят о
том, что Кассандра пыталась убить Стивена.
В двух словах Николас описал ему события, произошедшие с ними на Гавайях.
— Конечно же, она не пыталась его убить, — закончил он, — но
она оказалась на месте преступления сразу после покушения, и полиция
задержала ее. Ей нужен лучший адвокат, какого мы только можем найти.
— Я уже связался с одним, — сказал Эрик и назвал его имя, —
он готов взяться за дело прямо сейчас.
Последовала пауза.
— Что с тобой, Ник?
— Тот, кто пытался убить Стивена, здесь, на острове. Но полиция этого
не ведает.
— Мисс Мак-Куин...
Кассандра открыла глаза и увидела гавайца, склонившегося над ней.
— Кто вы? — спросила Кассандра, усаживаясь.
— Детектив Канеохо. Нам надо поговорить.
Кассандра проследовала за надзирательницей в туалетную комнату. Она
ополоснула лицо и хотела почистить зубы. Но когда посмотрела на себя в
зеркало, поняла, что нуждается гораздо в большем. Затем Кассандра
проследовала за детективом в комнату, где стоял один столик и несколько
кресел. У Кассандры свело желудок, когда она почувствовала запах кофе от
двух чашек на столе.
— Думаю, вы любите черный, — сказал Канеохо.
— Вы любезны, спасибо, — она посмотрела на детектива, — что
со Стивеном?
— Он скончался прежде, чем сказал, кто это сделал.
— И вы действительно думаете, что это сделала я? Канеохо вздохнул:
— Тогда объясните, мисс Мак-Куин, зачем вы приехали на Гавайи?
— Я имею право на присутствие адвоката?
Николас! Где он?
— Безусловно. Но позвольте рассказать вам, что мы имеем. Отпечатки
пальцев на одном из мечей. Бьюсь об заклад, они ваши. Служащий отеля
подтвердил, что вы звонили в Коблер-Пойнт незадолго до выезда туда. Нам
также известно, как и всем в Гонолулу, что вы с мистером Толботом находились
далеко не в лучших отношениях. Однажды вы пытались его уничтожить. Сейчас вы
повторили свою попытку. Может быть, он не хотел продавать, может быть, вам
это не понравилось. Может быть, что еще...
— Довольно, детектив.
В дверях комнаты появился какой-то мужчина. Прической и полузакрытыми
глазами он напоминал Кассандре медведя, проснувшегося от зимней спячки.
— Мое имя Хартли Натан, — приветливо представился он. — Я
буду вашим адвокатом.
Имя Кассандра узнала тотчас же. Уроженец Сан-Франциско, он считался одним из
лучших адвокатов Америки, не имеющим себе равных по числу оправданных.
— Я думал, вы уже в отставке, адвокат, — сказал Канеохе.
Натан зевнул:
— Но всегда в готовности, Чарли. Мне нужно поговорить с моим клиентом.
Детектив пожал плечами.
— Вы выбрали плохое время для возвращения.
— Кто вас прислал? — спросила Кассандра, когда они остались
наедине.
— Эрик Голлант. Он обладает даром убеждения. Кассандра вздохнула с
облегчением.
— Прошу, расскажите мне все, что случилось, — сказал Натан, —
не упустите ни одной детали. Хорошо?
Натан внимательно выслушал все, что рассказала Кассандра, прерывая ее
рассказ только тогда, когда требовалось что-либо уточнить. В то время, когда
он изучал свои заметки, вошел Чарли Канеохо и сунул ему отпечатки пальцев:
— Отпечатки на одной из рукояток меча принадлежат вашей клиентке,
адвокат. Как только у нас появится что-либо еще, я сразу же сообщу вам.
— Они обходятся со мной, будто я уже осуждена, — сказала Кассандра
с горечью.
Натан попытался ее успокоить:
— Стивен Толбот здесь очень влиятельный человек. Он купил себе большой
авторитет. Он нравился всем. И очень непросто изменить ход судебного
разбирательства на месте совершения преступления.
— Судебного разбирательства? Натан подался вперед:
— Мисс Мак-Куин, вы обвиняетесь в покушении на убийство. Против вас
говорит ряд фактов. Вы были в Коблер-Пойнт прошлой ночью. Полиция задержала
вас, когда вы покидали место преступления. Они обнаружили отпечатки ваших
пальцев на оружии убийства. Мы сделаем все возможное, конечно, но это будет
суд.
— Но я не делала этого! — закричала Кассандра. — Почему
полиция не ищет настоящего убийцу?
— Я собираюсь поговорить об этом с Канеохе, — пообещал Хартли
Натан. — Я также попытаюсь найти Николаса Локвуда и...
Натан прервался, когда в дверях появился Канеохе. Он жестом позвал Натана и
что-то шепотом сообщил ему. Кассандра услышала только слова:
— Скажите ей. Детектив поспешил к ней:
— Произошел несчастный случай, мисс Мак-Куин... в офисе
Юнайтед стейтс
экспресс
в Гонолулу взорвана бомба.
Разумеется, Николас Локвуд не в одиночку вел свои поиски. Хотя он и был
уверен в том, что Гарри Тейлор не вернется ни на одно из старых мест, он
заплатил владельцам отеля, где Гарри останавливался, и закусочной, где он
обедал, чтобы они сообщили ему, если он появится. Затем он направился в
Самаритянский госпиталь и прибыл туда как раз в то время, когда врачи давали
интервью прессе о состоянии здоровья Стивена.
Николас обдумывал происшедшие события. Гарри приехал на Гавайи, чтобы
отомстить за смерть своей семьи и Рама. Но кто-то — Гарри не знал, что это
была Юкико Камагучи — неожиданно опередил его. Николас понимал, что Гарри не
покинет Гавайи, пока окончательно не убедится, что делать ему здесь больше
нечего. И Николас все равно не мог остановить его. Но то, чего добивался
Гарри, способствовало бы тому, чтобы подозрения с Кассандры были сняты
полностью.
И тут Николас узнал его.
Белые лилии. О, Гарри, это в твоем стиле!
Николас наблюдал, как Гарри расплачивался за цветы. Затем продавец завернул
их и посторонился, пропуская Гарри. Тот вышел из магазина. Николас подождал,
пока Гарри отойдет дальше от дверей магазина.
— Здравствуй, Гарри.
70
Через два дня после покушения на Стивена Толбота в пять тридцать утра
детектив Чарли Канеохе ехал по бульвару Норт Винджэд, который был
административным сердцем Гонолулу. Было удивительно, что никто из туристов
не посещал ни собор Каваиаху, ни дворец Иолани, в котором жили король Давид
Калакана с супругой королевой Капиолани. Для Канеохе эта часть города была
духом древности Гавайев.
За дворцом, рядом с Капитолием, находилось здание с белоснежными колоннами.
Это было здание криминального суда. Канеохе припарковал машину и посмотрел
на огромные скульптуры, поддерживавшие портик здания: Соломон, Моисей,
король Камехамеха, богиня правосудия. Канеохе подумал, что если бы эти
статуи заговорили, то они проявили бы больше сострадания к Кассандре Мак-
Куин, чем она получила до сих пор. В газетах ее обливали грязью. У ворот
дворца правосудия собралась манифестация с плакатами, требующими самой
жестокой кары. Совершались акции вандализма против офисов ЮСЭ. После того
как был взорван офис ЮСЭ в Гонолулу, Канеохе взял под охрану его служащих.
У входа в здание суда в ожидании начала заседания собралась толпа, готовая
растерзать Кассандру. И если раньше его долгом было собрать против нее все
необходимые улики, так теперь его долгом было защитить ее от фанатиков и
безумцев.
В семь часов, за три часа до начала заседания, вызвали специальный наряд для
того, чтобы не допустить беспорядков на площади. Канеохе сам расставил своих
офицеров в коридоре, ведущем в зал правосудия. Само здание суда было
тщательнейшим образом проверено в поисках бомб и прочих подобных предметов.
Вдоль окон и у дверей здания Канеохе также выставил полицейских.
За несколько минут до начала заседания, назначенного на девять часов,
Канеохе был на месте. Однако он был неудовлетворен. Что-то не давало ему
покоя. Налицо были доводы обвинения. Мотивы, обстоятельства, отпечатки
пальцев. Никаких несоответствий в показаниях свидетелей.
Что же не дает мне покоя? — упрекал сам себя Канеохе.
За свои почти двадцать лет работы Канеохе научился доверять своему шестому
чувству.
Чарли Канеохе еще раз позвонил в госпиталь. Но ничего нового ему не
сообщили. Стивен Толбот так и не приходил в сознание. Детектив,
приставленный слушать бред больного, ничего не слышал.
Канеохе взглянул на свои часы. Уже было пора везти заключенную.
— Вы хорошо выглядите.
Кассандра посмотрела на Хартли Натана и изобразила улыбку. На ней был синий
костюм и розовая блузка с античной камеей. Вчера Хартли принес ей из отеля
одежду и, что куда важнее, записку от Николаса, измятую маленькую бумажку
(чтобы пронести ее в тюрьму, ее пришлось много раз сложить и перекрутить).
Не отчаивайся, — писал он. — Я с тобой. Все будет хорошо
.
И больше ни слова. Ни слова о том, нашел ли он Гарри и жив ли он вообще. Ни
даже намека о том, кто убил Стивена.
Но он бы никогда не доверил бумаге информацию подобного рода
, —
подумала она.
— Он будет там? — спросила она.
Натан пожал плечами. Он встретил его и говорил с ним, поняв, насколько важен
этот мужчина для Кассандры. То, что Николас не сказал ему, и то, что Натан
как государственный служащий не хотел знать, это как Николас предполагает
доказать невиновность Кассандры.
Натан услышал, как дверь изолятора отворилась, и поднялся.
— Пора, — сказал он, протянув руку Кассандре. — Помните: не
стоит ждать симпатии от судей. Пукуи — один из тех гавайцев, кто упрямо
лавирует в судопроизводстве белых. У него свое мнение о правительстве, едва
Гавайи стали штатом. Прокурор Кавена — тоже крепкий орешек, он хочет стать
главным прокурором судебного округа. Этот процесс имеет политический смысл
для обоих.
— Спасибо за информацию, — сказала Кассандра.
— Итак, вы знаете, с кем предстоит иметь дело. Но меня это не пугает.
Натан взял Кассандру за плечи:
— Сюда вы больше не вернетесь. Вспомните мои слова, когда будете
возвращаться домой.
Кассандра попыталась держаться непринужденно, когда они шли в зал судебных
заседаний в сопровождении детектива Канеохе.
В зале сразу поднялся шум. Кассандра попыталась не смотреть на толпу. Ее
глаза цеплялись за незначительные детали интерьера, она слышала голоса,
шелест газет. В конце концов, она осмелилась взглянуть на зрителей. Все
взгляды были устремлены на нее, холодные осуждающие взгляды, ни в одном ни
жалости, ни сострадания.
— Встать! Суд идет. Главный судья Самуэль Пукуи!
— Прокурор готов? — спросил Пукуи.
Даниел Кавена, одетый в темно-голубой костюм, ответил:
— Все готовы, ваша честь.
— Защита?
— Защита готова, ваша честь, — ответил Натан.
— Мисс Мак-Куин, вы обвиняетесь в попытке убийства Стивена Толбота. Вы признаете себя виновной?
Кассандра собрала все свои силы и, глядя прямо на Пукуи, ответила:
— Не виновна, ваша честь!
Юкико Камагучи сидела на террасе отеля, вслушиваясь в шум волн. Позади нее
Николас Локвуд смотрел на часы.
— Звоните.
Юкико не шелохнулась. Николас подвинул телефон поближе.
— Звоните, — тихо сказал он, — время пошло.
Самаритянский госпиталь был самым современным медицинским учреждением
острова во многом благодаря пожертвованиям Стивена Толбота. Этот факт не
остался в стороне от обслуживающего персонала, окружившего филантропа особым
уходом.
После операции Стивена поместили в отдельной палате на первом этаже с окном
в сад. За ним были закреплены три сестры, установившие у его постели
круглосуточное дежурство на случай неотложной помощи. За дверью постоянно
находился детектив, чьей обязанностью было только слушать, если он начнет
что-либо говорить. Но Стивен не приходил в сознание и не произнес ни слова.
Магнитофон был всегда наготове.
Гарри Тейлор знал все это и даже больше. Охрану можно было бы усилить, если
бы полиция не была убеждена, что у них за решеткой сидит преступник. Николас
Локвуд предупреждал, что они могут просчитаться.
Одетый в униформу обслуживающего персонала, Гарри стоял на тропинке, ведущей
в сад. Окно Толбота было в нескольких шагах. Оно было слегка приоткрыто, так
что можно было слышать все, что происходило внутри. Он взглянул на часы.
Оставалось несколько минут.
Дверь в палату открылась, и Гарри услышал, как детектив сказал, что сестру
срочно вызывают к телефону. Сестра взглянула на пациента и побежала к
телефону. Как и ожидалось, детектив не занял ее место, а остался в коридоре.
Несомненно, ему наскучили долгие часы ожидания, пока Толбот придет в себя.
Гарри принялся за работу. Открыть окно было делом только одной секунды.
Гарри тихо проник внутрь и подошел к кровати, где лежало тело.
Сестра начинала беспокоиться. Телефонистка сказала, что звонок был откуда-то
издалека, но линия разъединилась. Сейчас она снова набирает номер, но линия
занята.
Сестра взглянула на часы. Она и так уже отсутствовала слишком долго. Если
кто из докторов заметит ее, то будут неприятности.
А на другом конце линии Юкико Камагучи также посмотрела на часы. Когда
секундная стрелка прошла свой третий круг, она положила трубку.
Очень осторожно Гарри достал из-под головы Стивена подушку. Без ругани или
молитвы он закрыл ею лицо Стивена и надавил изо всех сил. Он досчитал до
пятнадцати, прежде чем остановился пульс.
Не дождавшись разговора, сестра торопилась по коридору к комнате Стивена
Толбота.
— Все в порядке? — спросил детектив.
— Не знаю. Мы не поговорили.
Сестра вошла в комнату, и у нее задрожали колени. Мгновение она не могла
прийти в себя. Обернувшись, она увидела, что окно открыто. Первым делом она
бросилась к пациенту. И, увидев, что Стивен Толбот закатил глаза, она
пронзительно закричала.
Портье принес багаж к автомобилю, ожидавшему у портика. Счет был уже оплачен
одним из телохранителей. Николас усадил Юкико Камагучи в автомобиль.
Закрывая дверь машины, он сказал:
— Езжайте прямо в аэропорт и садитесь в свой самолет. Не ждите никого и
ничего.
— А что, если...
— Он будет там, — отрывисто ответил Николас. — Все, что вы
должны сделать — доставить его в Сингапур. Там он уже сам позаботится о
себе. И позвонит мне в условленное время.
— Будьте уверены, мистер Локвуд: все будет сделано, — сказала
Юкико.
Николас быстро взглянул на нее. Его взгляд выражал признательность. После
этого Николас сел в свой автомобиль и поехал к зданию суда.
Задачей Кассандры было попытаться не задевать зрителей. Собравшиеся и без
того были исполнены праведного гнева. Один или два раза громко кричали:
Позор!
Пукуи призывал к спокойствию:
— Спокойствие. Суд не может работать в такой обстановке. Слово
предоставляется...
И он жестом показал в сторону прокурора.
— Общественность настаивает на отказе в выдаче подсудимой под
залог, — патетически произнес Даниел Кавена. — Мисс Мак-Куин
обвиняется в самом тяжком преступлении, какое только знала наша столица,
если мистер Толбот умрет. Она не связана с нашим обществом, и ее солидное
имущественное положение позволило бы ей не только сделать все, чтобы
выплатить залог, каким бы он ни был установлен, но и тем самым избежать
правосудия этого суда. И по этой причине я настаиваю на том, чтобы она
оставалась под стражей до окончания разбирательства.
— Мистер Натан?
— Ваша честь, совершенно справедливо, что мой клиент состоятелен и не
вписывается в специфические отношения на Гавайях. Гавайцы, мисс Мак-Куин,
глава исполнительной власти
Юнайтед стейтс экспресс
, личность
экстраординарная. Ее деловые интересы как руководителя ЮСЭ, которые требуют
ее присутствия, сосредоточены в континентальной части США. И было бы
неразумным полагать, что кто-то может знать о том, что она попытается
скрыться. По этой причине я настаиваю на том, чтобы мой клиент был
освобожден из-под стражи под свое собственное обязательство.
Шум недовольства раздался в зале. Возгласы
убийца
и
лгунья
летели в
Кассандру, когда она шла к месту между столом защиты и зрителями.
Когда Пукуи наконец восстановил порядок, он посмотрел на Натана и спросил:
— Адвокат верит, что этот суд предоставит вашей клиентке освобождение
под безоговорочное поручительство?
— Если это справедливый суд, то да, ваша честь. Пукуи сморщился.
— В поручительстве отказано, — резко сказал он. — Обвиняемая
направляется под надзор полиции Гонолулу до объявления даты судебного
разбирательства...
Но не успел Пукуи закончить, как к нему подбежал клерк и что-то сообщил.
Судья закрыл бумагу и побледнел.
— Суд прерывает свое заседание, — сообщил он, голос его
дрожал. — Помощники шерифа возьмут под опеку заключенную, но она
остается здесь. Адвокаты, в мою комнату, пожалуйста.
Приглушенный шум в зале нарастал, прежде чем судья оставил свое место.
Репортеры и зрители кинулись к Кассандре, помощники шерифа сдерживали их.
Кассандра не отвечала ни на какие вопросы, пытаясь понять, что же произошло.
Затем Кассандра увидела Николаса, продиравшегося к ней сквозь толпу. Их
взгляды встретились, и его спокойный выдержанный взгляд сказал ей все, что
ей было нужно.
— Как это? Он убит? — сотрясал воздух Кавена. — А где была
полиция?
Но судья Пукуи его как холодной водой окатил:
— Вспомните лучше, где были вы, сэр. А что касается полиции, то только
вы ответственны в том, что не были приняты дополнительные меры
предосторожности.
Кавена выдержал атаку, но от своего не отступал.
— Но смерть мистера Толбота ничего не меняет, — он повернулся к
Хартли Натану, — за исключением того, что ваш клиент теперь уже не
убийца одиночка!
У Натана поднялись брови.
— Неужели? Мистер Толбот был убит полчаса тому назад. Мой клиент все это время был под стражей.
— У нее могли быть сообщники, — заключил Кавена.
— У вас нет оснований для подобных заявлений, — спокойно сказал
Натан, — нет никаких доказательств того, что Кассандра Мак-Куин
вступила с кем-либо в заговор с целью убийства мистера Толбота. В данном
случае мы имеем дело с убийцей или убийцами, нам неизвестными. С теми, кто
напал на мистера Толбота.
Натан повернулся к судье:
— Ваша честь, при всем моем почтении, обвинение несостоятельно. По всей
очевидности, мой клиент не может далее оставаться под подозрением.
— Да нет, может, — не унимался Кавена, — у нас отпечатки ее
пальцев на мече...
— Появление которых, вы знаете, я могу объяснить. Но еще до того, как
Натан пустился в объяснения, в комнату вошел детектив Канеохе.
— Извините меня, ваша честь. Это доставил посыльный несколько минут
назад. Адресовано вам.
Трое мужчин уставились на упаковку размером с коробку из-под шоколада,
обернутую невзрачной серой бумагой.
Содержимое ее выложили на стол: магнитофонная кассета и стеклянный стакан,
заботливо обернутый целлофаном.
— И что же нам могли прислать? — пробормотал Пукуи, — ваши
соображения, господа?
Обе стороны пожали плечами.
— Тогда послушаем, — и Пукуи вставил кассету в диктофон.
Джентльмены, мое имя Гарри Тейлор. Я, и только я один, совершил убийство
Стивена Толбота. Я не достиг успеха в первый раз и повторил попытку. И вы
теперь знаете о результатах. Сейчас я хочу объяснить вам почему...
Гарри, не известный своим слушателям, так же как и они ему, не скрывал
ничего. Он рассказал в деталях все обстоятельства похищения Кассандры,
преступления Стивена в катакомбах, то, как он убил Мишель Мак-Куин. Потом о
том, как он сам скрывался и наконец попал в Сингапур. Он сообщил, что
ответственен за насыщение рынка поддельными чеками
Глобал
с целью
разорения Стивена Толбота. И, когда Стивен Толбот узнал об этом, он убил всю
его семью. Его последние слова были о том, как он планировал свою месть.
Если вы сомневаетесь в том, что я сказал вам, то можете сравнить отпечатки
пальцев на этом стакане и на оконном проеме, ночном столике и в других
местах палаты Стивена Толбота
.
Кассета еще крутилась несколько минут, потом диктофон выключился. Все
четверо молчали. Затем судья Пукуи поднял голову и посмотрел на прокурора и
детектива. Чарли Канеохе узнал, что говорил ему инстинкт.
После часовой задержки суда зрители начали раздражаться. Кассандра была
озадачена. Хартли Натан не вернулся в зал, и Николас куда-то исчез. Ни она,
никто другой не знали, что драма разрешилась за кулисами.
Детектив Канеохе вывел Николаса из зала суда и привел его в комнату судьи.
Он спросил, не знает ли он Гарри Тейлора. Когда тот ответил, что знает,
детектив дал ему прослушать ленту.
— У вас есть соображения, где он может быть? — спросил Канеохе.
Николас рассказал, как он следил за Гарри на острове.
— Я не имел желания задержать его, особенно после того, что случилось
со Стивеном Толботом, — язвительно добавил он.
— Почему вы не рассказали нам о нем? — спросил его Кавена.
— Вы все были так уверены, что виновата Кассандра, — ответил
холодно Николас, — и не хотели ничего слушать о том, что, может быть,
виноват кто-нибудь другой. К тому же, у меня не было никаких доказательств
причастности
Закладка в соц.сетях
