Жанр: Любовные романы
Оковы страсти
... многому
научилась, моя девочка, ты совсем не
знаешь, как это делать самой каждый час с разными мужчинами. Потому что знать,
как это делается, и видеть, как это делают
другие, совсем не то же самое, что делать это самой. Послушай, я последний раз
даю тебе совет. Почему бы тебе не
посмотреть правде в глаза? Ты дурочка, это ясно, и ты любишь этого ублюдка, за
которого вышла замуж, нравится тебе это
или нет. Почему бы тебе не прекратить вести себя, как капризная маленькая
девочка, устраивающая истерики для того, чтобы
привлечь к себе внимание, и вместо этого заняться тем, что ты действительно
хочешь! Вот что я бы сделала на твоем месте!
"Нет! - с возмущением думала Алекса, возвращаясь домой. - Нет, нет и нет!"
Как может тетя Соланж, которая и
знает-то ее всего несколько месяцев, понять ее чувства и эмоции? Она не любит
Николаса Дэмерона. И никогда не любила.
Все, что она чувствовала по отношению к нему, - это желание. Физическое желание.
Это чувство поражало ее тело, но не
затрагивало ее ум. Тем не менее, когда она пришла домой, она была довольно
задумчива, хотя и убеждала себя, что никогда
не отступит от своего решения.
- Его светлость уехали полчаса назад. Он просил меня напомнить вам, что вы
пригласили сегодня к обеду мисс
Ховард с Цейлона, и он просил вас передать ей его извинения за свое отсутствие,
поскольку он уже раньше договорился
пообедать в клубе. Повар хочет знать...
- Спасибо, Боулз. Пришли повара ко мне наверх через пятнадцать минут. И
проследи, пожалуйста, за тем, чтобы
ровно в семь часов за мисс Ховард послали карету.
Не было смысла плакать или устраивать истерики, ничего хорошего от этого
не будет. Он ясно объяснил ей, какие
отношения будут между ними отныне. И как позже сказала ей Хэриет, теперь она
замужняя женщина и должна принимать у
себя и ездить в гости, должна вести дом и выполнять общественные обязанности,
например, заниматься
благотворительностью.
- Ради Бога, тетя Хэри! Другими словами, ты мне советуешь погрязнуть в
скуке и рутине, пока я сама не стану
невыносимо скучной и перестану интересоваться вообще чем-нибудь!
- Дорогая, я завела этот разговор только потому, что, очевидно, у вас с
мужем не все в порядке. Иначе вы не стали бы
приглашать меня поехать с вами в деревню. А ведь у вас еще медовый месяц!
Алекса задумчиво потягивала вино, размышляя о том, не выдала ли она себя.
- Это потому, что медовый месяц... Это старомодно, в конце концов. Моя
свадьба с Эмбри... Это свадьба по
взаимному соглашению... У каждого из нас свои друзья и свои интересы. Вскоре я
собираюсь поехать в Испанию или
Португалию, а может, и на юг Франции... без Эмбри, конечно. Я думаю,
вдовствующая маркиза Аделина будет сопровождать
меня. Тебе не кажется, что это будет забавно? - Она весело рассмеялась, взглянув
на хмурую Хэриет. - Пожалуйста, тетя
Хэри. Почему бы тебе не поехать с нами? Мы бы прекрасно вместе провели время.
Аделина знает там абсолютно всех. Мы
будем останавливаться в замках, на виллах... О! Я уверена, тебе понравится.
Кроме того, я тебе доверяю, а ей нет. Мы только
используем друг друга, а мой... а Ньюбери не разрешает ей ехать в этом году без
меня, поэтому видишь...
- Я вижу, что ты плаваешь в очень опасной воде, моя дорогая, и я могу
только надеяться, что ты будешь достаточно
осторожна. А что твой муж думает об этих планах?
- Эмбри? Я ему еще не говорила, но ему все равно, он всегда так занят.
Пожалуйста, скажи, что поедешь, тетя Хэри.
И ты сможешь удержать меня от глупостей.
- Посмотрим, посмотрим, - задумчиво сказала Хэриет, хотя все это ей очень
не понравилось. Однако она была рада,
что поедет вместе с девочкой в деревню, потому что ей явно надо, чтобы с ней
рядом кто-то был. За ее веселостью
чувствуется напряжение. У нее что-то случилось, но Хэриет не смогла прямо
спросить Алексу об этом. Ведь они как бы
заново начинают привыкать друг к другу. Возможно, когда они проведут вместе
побольше времени, Алекса расскажет ей все,
и тогда она сможет ей чем-нибудь помочь. Хэриет не могла избавиться от чувства
вины за то, что тогда случилось, и за то,
что могло случиться на Цейлоне, хотя она всегда и была убеждена, что все, что ни
делается, все к лучшему.
Глава 51
Скука и однообразие. Сначала в деревню к открытию охотничьего сезона,
который продолжается до тех пор, пока
зима полностью не вступит в свои права, затем Рождество, потом Европа, по
которой путешествуют для того, чтобы убить
время до начала следующего лондонского сезона. Вся жизнь расписана по часам на
годы вперед.
Алекса и Хэриет ехали в одной из карет, а лорд Эмбри, несмотря на мелкий
дождь, предпочел ехать в фаэтоне. Им
понадобились три кареты и старый дилижанс, чтобы погрузить весь свой багаж и
разместить слуг, которых они взяли с собой
в деревню. Алекса надела на себя три теплые нижние юбки, а поверх шерстяного
золотисто-коричневого платья толстую
кашемировую пелерину. Вся ее одежда была цвета осени, по выражению ее портного.
Даже Хэриет сказала Алексе, что ей
очень идут эти цвета.
- Боюсь, я никогда снова не смогу привыкнуть к английской погоде, -
поеживаясь, сказала Хэриет. - Я думаю, мне
лучше вернуться на Цейлон. Мартин ведет себя сейчас очень достойно, и я могу
позволить себе купить небольшой домик в
Коломбо или в Кэнди. Здесь слишком сыро для старых костей.
- Тогда тебе следует поехать со мной в Испанию в следующем месяце. В конце
концов, сначала ты можешь поехать с
нами, а? И я думаю, из Лиссабона уходит немало кораблей на Цейлон или в Индию.
Ну, хотя бы подумай об этом, ладно? Я
не хочу похоронить себя в деревне больше чем на неделю или максимум десять дней
и надеюсь оказаться в тепле еще до
конца ноября.
- Надеюсь, так и будет. Но, моя дорогая, я не знаю, готова ли я к жизни в
высшем свете и этой постоянной беготне.
Да и мой гардероб далек от совершенства, поэтому я постоянно буду чувствовать
себя не в своей тарелке.
- Ну а если я сама сниму виллу, где мы сможем просто отдыхать, загорать,
купаться, хотя бы ненадолго?
- Ладно, посмотрим! Но может быть, Эмбри захочет сопровождать тебя? В
конце концов, каким бы ни был ваш брак,
любой мужчина мечтает о сыне, который унаследует его имя и титул. Естественно...
- Поскольку ты будешь жить вместе с нами, тетя Хэриет, я думаю, будет
лучше, если я объясню тебе кое-что сама, не
дожидаясь слуг. - Хэриет никогда раньше не слышала такой горечи в голосе Алексы.
- Мой муж не приходит ни ко мне в
комнату, ни ко мне в постель. Фактически он старается избегать меня, насколько
это возможно. Я не думаю, что он
беспокоится о наследнике. Ему на это наплевать так же, как и на меня. Ему все
равно, куда я иду, как я развлекаюсь... Но это
не так важно. Суть в том, что он полностью безразличен ко мне. Ты сама в этом
скоро убедишься.
В ближайшие же несколько дней Хэриет убедилась, что Алекса глубоко
несчастна, несмотря на внешнюю веселость.
Она почти не видела лорда Эмбри, разве что за обедом, потому что обычно он
целыми днями ездил верхом или закрывался в
своем кабинете. Это был действительно странный брак, и Хэриет не могла понять,
как это получилось.
Солнце не появлялось вот уже три дня, и хотя их постоянно приглашали на
обеды, музыкальные вечера и на партию
виста, Алекса под разными предлогами отказывалась от этих приглашений. Все эти
серые дни она проводила в своей
комнате, где ходила из угла в угол до тех пор, пока не уставала, а затем
ложилась спать. Иногда она играла в шахматы с
Хэриет, писала письма и пила чай. Мужа она видела за обеденным столом, изредка
они встречались на лестнице и
обменивались вежливыми приветствиями, иногда она наблюдала за ним из окна, как
он едет кататься верхом на вороном
жеребце с белой звездочкой на лбу, на котором и она бы не отказалась покататься.
Она видела, как он возвращается назад,
промокший до нитки, и идет сушиться в конюшню, где болтает с конюхами и пьет с
ними бренди. Она знала об этом от
Бриджит, по словам которой, мистер Боулз считает неприличным для его светлости
пить бренди вместе со слугами!
Сегодня Алекса не отошла от окна, как обычно, а осталась стоять, глядя на
освещенные окна конюшни. Ей было
интересно, о чем он говорит с этими людьми, почему ему нравится их общество?
"Что мне делать, - думала она. - Я имею
все, что когда-то хотела, и не имею ничего из того, что хочу сейчас".
- Моя дорогая, ты не сможешь постоянно придумывать причины и отказываться
от предложений, - сказала Хэриет,
когда они сидели в гостиной в ожидании обеда. - Даже если ты собираешься отсюда
уехать в скором времени, все равно
тебе не помешает с ними познакомиться на будущее, для того чтобы в следующем
году...
В следующем году? И так год за годом, год за годом. Провинция, Европа,
Лондон... Она будет тщательно выбирать
любовников и менять их, как только они ей будут надоедать. И вскоре она научится
не давать волю чувствам и слабости,
даже перестанет ощущать пустоту внутри себя.
- Алекса, дорогая, тепло ли ты одета? Ты дрожишь как в лихорадке. Ты не
заболела?
Алекса засмеялась:
- Тогда кому-то придется ухаживать за моей могилой... В тот вечер за
обедом лорд Эмбри сказал:
- Я сегодня беседовал с одним крестьянином, он сказал, что завтра погода
должна проясниться. Может быть, вы,
леди, хотите нанести кому-нибудь визиты? Наши ближайшие соседи - сквайр с женой,
миссис Иден, которая молода и
всегда рада обществу кого-нибудь, близкого ей по возрасту. Она прекрасно ездит
верхом, дружелюбна и очень обаятельна.
Алекса промолчала, поэтому пришлось ответить Хэриет:
- Тогда мы обязательно съездим к ней, тем более что и Алекса очень любит
ездить верхом и, надо сказать, прекрасно
это делает. Хотя, наверное, вы об этом уже знаете.
- Ты никогда не видел, как я ездила верхом в Ротген-Роу, Эмбри? Сначала
все думали, что я новичок в этом деле, а
потом даже спорили, кто лучше ездит - твоя подруга Скиттлз или я!
На долю секунды Алексе показалось, что она заметила удивление в его
глазах, но он тут же заговорил абсолютно
безразличным голосом:
- Неужели? В таком случае, моя дорогая, я думаю, что ты вышла победителем
из того спора. Но видишь ли, ездить в
Роттен-Роу - это одно, а в провинции - совсем другое. Нужно быть уверенным, что
лошадь не понесет. Возможно, Мэри
Иден сможет помочь тебе и покажет места, где безопаснее всего кататься.
Хэриет ожидала, что Алекса сейчас взорвется. Но к ее удивлению, Алекса
ответила совершенно спокойно:
- Всегда лучше узнать у кого-нибудь дорогу, когда катаешься в незнакомом
месте, и всегда приятно иметь такую
знающую соседку, как миссис Иден. А что ты можешь сказать об ее муже? Он тоже
ездит верхом?
- Сквайр Иден когда-то давно был прекрасным охотником, но потом неудачно
упал и повредил позвоночник. Теперь
он не встает с кресла.
- О, как печально. Но его жена все еще может кататься, поэтому она должна
быть счастлива, что у нее такой
понимающий муж, который не заставляет ее сидеть подле себя.
- Но в таком случае, - быстро вставила Хэриет, - может быть, для этого
джентльмена будет слишком утомительно
принимать незнакомых гостей?
- Уверяю вас, они оба очень любят гостей и, если вы решите навестить их,
они будут рады вам.
- Я завтра же пошлю им письмо и спрошу, когда им будет удобнее принять
нас. Поскольку мы никогда раньше не
встречались, будет неловко, если мы приедем без предупреждения. Или, может быть,
ты поедешь с нами и представишь нас
друг другу?
- На самом деле я сегодня утром уже был у Иденов, - ответил Николас. -
Поэтому они знают, что вы можете к ним
заехать, и ждут вас. Если, конечно, вы не передумаете или если решите, что вам
будет скучно в обществе людей, которые
предпочитают провинцию Лондону. Идены очень естественны и честны. Боюсь, они не
придерживаются церемоний и
формальностей. Чаще всего они даже не переодеваются к обеду. Они подают всего
три-четыре блюда, причем Мэри Иден
любит готовить сама. Если вы познакомитесь с ними, то поймете, что они просты и
откровенны. - Внезапно, как будто
поняв, что сказал слишком много, он пожал плечами и беспечно добавил: - Впрочем,
поступайте как хотите. Я больше не
буду говорить об этом.
Взглянув на Алексу, Хэриет подумала, что она выглядит так, как будто ее
ударили, ее глаза казались бездонными и
огромными на бледном лице, потом она медленно опустила голову, делая вид, что
ест. Когда она вновь подняла глаза, ей уже
удалось справиться с собой, и на лице ее была ничего не выражающая маска, такая
же бесстрастная, как и ее голос:
- Господи! В конце концов, я только спросила, поедешь ли ты завтра вместе
с нами навестить твоих друзей. У меня и
мысли не было...
- Я приношу свои извинения. - Он тоже взял себя в руки. - Мне следовало
сказать вам раньше, что завтра я
планирую поехать в одну маленькую деревушку посмотреть там лошадь. Мы поедем с
одним из грумов. Поэтому завтра меня
не будет дома, а послезавтра я, наверное, поеду на денек в Лондон.
- Дорогая, - сказала Хэриет, когда они остались вдвоем, - именно от этого
ты так несчастна? От мысли, что у него
может быть другая женщина?
Алекса подумала, что если позволит себе сейчас рассмеяться, то этот смех
перейдет в истерику, которая никогда не
кончится. "Другая женщина" - так сказала Хэриет. Мэри Иден, общество которой он
предпочитает ее обществу и которой
он только что пел дифирамбы? Он говорил, что перестал что-либо чувствовать, но,
может быть, он перестал что-либо
чувствовать только по отношению к ней? Почему она тоже не может перестать
чувствовать?
- Алекса! - резко сказала Хэриет, пытаясь скрыть охватившую ее тревогу,
когда племянница, вместо того чтобы
ответить, посмотрела на нее пустыми глазами и бессознательно сжала виски руками.
- А теперь послушай меня, девочка! Я
не позволю тебе развалиться на мелкие кусочки, слышишь меня? Где твой
воинствующий дух? Или ты забыла, как
использовать мозги, данные тебе Богом? Не важно, что не хочешь мне говорить,
почему у вас такие отношения, но я могу
сказать, что тебе нужно заняться делом, тебе нужно действие. И нечего тратить
свои силы на бессмысленные страдания, ты
сейчас похожа на глупого маленького мотылька, летящего на огонь! Что случилось с
твоим характером, Боже ты мой? Тебе
уже давно пора было бы понять, что чем раньше ты посмотришь правде в глаза, тем
тебе же будет лучше. Именно поэтому я
и предлагаю тебе завтра поехать к Иденам, хотя бы просто из любопытства.
Простое любопытство. Что же еще? Просто эти три скучных дня, которые она
провела, не выходя из дома, немного
вывели ее из равновесия. Алекса убеждала себя в этом, когда Бриджит помогала ей
раздеться перед сном. Нет, она не
испытывала ревности к Мэри Иден, которая, по описанию мужа, была воплощением
всех добродетелей. А насколько она
знала своего мужа, ему всегда больше нравились грехи, чем добродетели! Но тем не
менее не будет никакого вреда, если она
поедет и немного покатается верхом, а заодно посмотрит, что же так притягивает
его в этом доме. Или все-таки его
притягивает только Мэри Иден?
Бриджит, которая уже привыкла к деревенскому распорядку дня, начала
зевать, и Алекса отпустила ее. Только десять
часов, а все уже легли. Она не могла заснуть так рано, поэтому обычно долго
читала перед сном. И сегодня, взяв книгу с
туалетного столика, Алекса вспомнила, что закончила ее читать прошлой ночью, а
новую забыла взять в библиотеке.
Некоторое время она колебалась, но, не желая лежать без сна наедине со своими
мыслями, накинула халат и, взяв свечу,
спустилась вниз. Она думала о том, что, наверное, лучше всего ей сейчас почитать
какое-нибудь философское сочинение,
чтобы отвлечься от своих мыслей, поразмышлять немного.
В библиотеке все еще горел камин, и она была окутана клубами дыма. Лишь
через несколько секунд Алекса узнала
знакомый сладковатый запах и остановилась. Тут же она услышала его голос:
- Какого черта ты здесь делаешь, когда уже давно должна была лечь?
Недовольные нотки в его голосе заставили Алексу напрячься, и она медленно
повернулась к нему. Он сидел в кресле
рядом с камином, вытянув ноги.
- Я могу задать тебе тот же самый вопрос, но поскольку я уже знаю ответ,
то не буду ни о чем спрашивать. И если
ваша светлость не возражает, я постараюсь найти книгу, которая мне нужна, как
можно быстрее и оставлю вас наедине с
вашими наркотическими видениями.
Почти ослепленная вихрем нахлынувших на нее эмоций, Алекса взяла первую
попавшуюся книгу и пошла к двери. Но
вдруг она повернулась и увидела, как вновь вспыхнул огонек его сигареты, у нее
задрожали руки, и ей пришлось поставить
канделябр на стол. Лишь потом она заговорила полным силы голосом:
- Как ты смеешь называть других лицемерами и трусами, когда сам ты -
худший из них? Как я рада, что пришла
сюда сегодня и поняла, наконец, кто ты есть на самом деле! Вот что стало твоей
жизнью, не так ли? Тебе легче спрятаться в
клубах своего дыма, чем иметь дело с настоящими чувствами и эмоциями, правда?
Что ж, тогда продолжай прятаться в своем
эгоистичном маленьком мирке и люби свои наркотики! И в будущем тебе не придется
больше избегать меня, потому что...
потому что я не буду больше стоять на твоем пути! Спокойной ночи, наслаждайся
своими видениями!
Он, конечно же, не мог знать, что, придя в комнату, она швырнула книгу в
стену с такой силой, на какую только была
способна, а потом, дрожа от горя и разочарования, бросилась на кровать, и лишь
через некоторое время из ее глаз полились
слезы, которые принесли, наконец, облегчение. Выплакавшись, она заснула, даже во
сне всхлипывая, как потерянное дитя.
Алекса заснула так крепко, что не слышала, как дверь ее комнаты открылась, не
почувствовала нежного прикосновения
пальцев к своей щеке.
Лежа зарывшись лицом в подушку, она выглядела совсем ребенком, маленьким и
беззащитным. Его бедная маленькая
русалка, которая в душе так и осталась невинным ребенком, живущим в мире сказок!
Неужели действительно он был
первым, кто вывел ее за стены сказочного королевства? Сам не желая того, Николас
вдруг вспомнил, как в первый раз увидел
ее плачущей. Он выругался про себя и поправил на ней одеяло, наполовину радуясь,
наполовину сожалея, что нашел ее так
крепко спящей. Он вообще не собирался заходить к ней в комнату, не хотел даже
останавливаться около ее двери. Наоборот,
он хотел, как обычно, пройти мимо. Но ее маленькая речь сегодня что-то разбудила
в нем, что заставило его отбросить свое
упрямство и своенравие и прийти к ней, чтобы выяснить, действительно ли она
думает так, как говорила. Наверное, хорошо,
что все так получилось. Она, кажется, привыкла к своему новому окружению, о
котором, возможно, всегда мечтала.
Наверное, лучшее, что он может для нее сделать, это оставить все, как было.
Когда дверь за ним захлопнулась, Алекса слегка
пошевелилась, но не проснулась, хотя ей что-то снилось.
Может быть, именно эти полузабытые сны явились причиной того, что на
следующий день Алекса была так
молчалива. Мечты или, может, сожаления... Сожаления о том, что было, и о том,
что это уже не повторится.
Хэриет подумала, что Алекса заболела, и предложила в таком случае никуда
не выезжать.
- Я совсем здорова, мне просто приснился ужасный сон, я даже плакала во
сне, но сейчас уже не помню, что мне
снилось.
Алекса сказала первое, что пришло ей в голову. Она не сказала Хэриет, что
утром сегодня опять плакала, когда
Бриджит, как ни старалась, не смогла затянуть ей до конца корсет, и теперь она
не сможет надеть свое любимое платье. Не
сказала она Хэриет и о той мысли, которая пришла ей в голову, когда она заметила
удивленный и одновременно несчастный
взгляд Бриджит. Зачем мучить Хэриет своими проблемами? Она должна справиться со
всем сама, хотя ей очень хотелось
поделиться с кем-нибудь, рассказать о своем затруднительном положении или хотя
бы просто опереться на кого-то.
Алекса тут же напомнила себе, что нельзя поддаваться слабости и
предаваться бессмысленным размышлениям, и,
повернувшись к Хэриет, весело сказала, что они обязательно должны сегодня
воспользоваться хорошей погодой и навестить
сквайра Идена и его жену Мэри.
- Ну, дорогая, - сказала Хэриет, - я думаю, здесь тебе не о чем
беспокоиться. Нужно признать, что она довольно
симпатичная женщина с хорошей фигурой, но не ветреная. И я думаю, ее преданность
своему мужу абсолютно искренняя,
так же как и его к ней. Я почувствовала, что они счастливы вместе. Что ты
думаешь?
- Мы с Мэри Иден собираемся завтра поехать верхом, если не будет дождя. -
Алекса избежала прямого ответа на
вопрос. - Я думаю, они чувствуют себя очень уютно в том мире, который сами для
себя создали, и вполне довольны
жизнью. Но мне легче будет сказать что-нибудь более определенное, после того как
я поговорю с ней немного один на один.
Одно могу сказать: она мне понравилась. Спокойной ночи, тетя Хэри.
Она пошла спать, оставив Хэриет в глубокой задумчивости.
Однажды, когда Алексе было лет десять, кто-то из гостей, с красным лицом и
пугающими усами пытался обучить ее
карточным фокусам. Простым, конечно. Больше всего внимания и терпения потребовал
фокус, в котором нужно было
ставить на ребро одной карты другую, причем делать это надо было очень
осторожно, чтобы получился высокий карточный
домик. И если ты случайно задеваешь одну из карт, то все рушится и приходится
начинать сначала. Потом она узнала, что
такие же домики можно строить и из домино, но все равно Алекса никогда не
забывала об этом фокусе и всегда помнила, как
легко, одним неосторожным движением, можно разрушить все, что построил с таким
трудом и терпением.
И ты уже ничего не можешь сделать, разве что начать все заново, если у
тебя хватит на это сил. Именно в таком свете
позже вспоминала Алекса этот день. Но тогда, проснувшись рано утром, она
заметила, что дождь прекратился и сквозь низко
висящие темные тучи кое-где проглядывает солнышко. Решив, что вполне может
покататься верхом, Алекса пришла в
хорошее расположение духа.
- Я думаю, сегодня мы покатаемся недолго, - сказала Мэри Иден, когда они
отправились на прогулку. - Я обещала
мужу вернуться домой до дождя, и вам тоже следует это сделать. Очень опасно
ездить верхом под дождем, потому что
скользко, да и дорогу плохо видно. Поэтому, пожалуйста, простите меня, если я
поверну назад, как только начнет моросить.
Я думаю, у нас с вами еще будет возможность покататься до зимы.
Алекса хотела поехать на вороном жеребце, исключительно для того, чтобы
показать мужу свое мастерство, но
старший конюх сказал, что Нэро не подпускает к себе никого, кроме своего
хозяина. Алекса еще больше расстроилась, когда
Мэри Иден тихо сказала:
- Извините, но он прав. Нэро иногда бывает очень опасным, и в такую
погоду, как сегодня, вы не сможете справиться
с ним, даже если вы самая лучшая наездница в мире. Выберите какую-нибудь другую
лошадь, они все такие красивые и
резвые.
В конце концов, Алекса выбрала гнедую кобылу арабских кровей. Конюх тут же
сказал, что эта лошадь слишком уж
резва и упряма, поэтому он предлагает взять кого-нибудь поспокойнее. И кто
получше берет препятствия, что очень важно, а
эта гнедая кобыла не любит прыгать.
- Я думаю, леди Эмбри знает, что делает, и не будет заставлять ее
преодолевать препятствия, - сказала Мэри Иден.
- В любом случае я только хочу доехать до нашего поместья, показать леди Эмбри
самый короткий путь, чтобы она могла
почаще навещать нас.
Тяжело вздохнув, конюх согласился и даже помог Алексе сесть на лошадь, на
прощание сказав, что, по его мнению,
кобыла беременна, и поэтому надо ехать потише.
- Спасибо, - вежливо ответила Алекса. - Я постараюсь учесть все ваши
пожелания.
- Боюсь, он был не очень любезен с вами, - сказала Мэри, как только они
отъехали. - Но он начал работать здесь
очень давно, еще в пору юности последнего маркиза Ньюберского. Он действительно
понимает и любит лошадей. И он
самый лучший ветеринар во всей округе! Поэтому простите его за отсутствие
хороших манер!
Не очень Искренно Алекса ответила, что ничуть не обиделась, и с
наслаждением поскакала вперед. По пути Мэри
показала ей две тропинки, ведущие к дому, один путь был значительно короче, но
Мэри сказала, что в такую погоду эта
тропа слишком уж размыта и, кроме того, на дороге валяется много срубленных
деревьев, поэтому ехать этим путем совсем
небезопасно.
- Я очень рада, что Николас женился на такой женщине, как вы, - неожиданно
сказала миссис Идеи и покраснела.
- Вы не возражаете, если я буду называть его так? Мы так близко знакомы, что
странно называть его как-то иначе. Но
знаете, он всегда кажется мне таким одиноким! Как будто он за всем происходящим
наблюдает со стороны, вместо того
чтобы... Глупо, с моей стороны, рассказывать вам о вашем же муже, уж вы-то
знаете его значительно лучше.
- Одинок? - эхом отозвалась Алекса, это слово поразило ее.
- Да. И я думаю, вы знаете, как и я, что острее всего одиночество
ощущается именно тогда, когда находишься в толпе
людей малознакомых или совсем незнакомых. Первым сделал это открытие мой муж,
когда они вспоминали Калифорнию. А
потом и я тоже заметила. А когда уж муж спросил, какого черта Николас делает
здесь, в этом мире лжи и лицемерия,
который совершенно чужд ему... - Взглянув на Алексу, Мэри извиняющимся тоном
продолжала: - Боюсь, что иногда мой
муж бывает слишком уж прямолинеен, но это только в том случае, если он
действительно любит кого-то! Вот тогда-то
Николас и признался, что не собирается оставаться здесь надолго. И я очень рада,
что он встретил вас до того, как уехал. И,
простите уж мне мою сентиментальность, я счастлива, что ему удалось найти
женщину, которая готова отказаться от блеска
и комфорта Лондона и Европы для того, чтобы поехать с любимым человеком к нему
на родину. - На глазах Мэри блестели
слезы, она вытерла их рукой и неожиданно нагнулась и поцеловала Алексу. - Но я
надеюсь, теперь мы с вами будем
видеться почаще, пока вы не уехали. Обещаете?
- Конечно, обещаю, - автоматически сказала Алекса, заботясь лишь о том,
чтобы на ее лице не отрази
...Закладка в соц.сетях
