Жанр: Любовные романы
Смерть не имеет лица
...ольше не пойду туда, — пообещала сама себе Ева. Она не могла
позволить себе снова вернуться в ад своего детства. Она должна была стоять
там, где стояла, и держать себя в руках.
— Кларисса говорит о Заке, — подала голос Пибоди. —
Использует довольно цветистый язык влюбленной. Рас—сказывает о том, как они
встретились, о том, что она по—чувствовала, когда узнала о его приезде...
Пибоди подняла голову и с некоторым облегчением увидела, что лицо Евы вновь
обрело нормальный цвет. Хотя она подозревала, что это, скорее всего,
результат воз—действия студеного ветра, но все-таки отважилась продол—жить
пересказ:
— Она описывает, как спустилась в мастерскую... Ну, дальше нам все
известно со слов их обоих. Я добралась почти до конца. Так... Она говорит,
что приобрела силы благодаря Заку и что наконец-то решилась бросить своего
мужа. Запись обрывается на том, как она упаковала свои вещи и собралась
позвонить Заку, чтобы затем начать новую, настоящую жизнь.
— Судя по всему, она не собиралась от нас убегать, — задумчиво
сказала Ева. — Эта запись должна была под—твердить правдивость ее
рассказа. Мне кажется, она сбе—жала потому, что испугалась предстоявшего
тестирования у Миры. Оно было для нее слишком рискованным.
— В любом случае, все это нам ничего не дает.
— Отчего же? Мы теперь больше узнали об этой женщине. Все, что мы здесь
видим, — внешняя сторона, фанеровка. — Ева закрыла окно и прошлась
по кабинету. — А под этой внешней оболочкой скрывается жесткая,
целе—направленная, кровожадная натура женщины, которая хочет, чтобы к ней
относились как к богине — с благогове—нием и страхом. Она не розовая! —
Ева ударила кулаком по атласной подушке.
— Она красная. Богатая, сильная и кроваво-красная. Это не мимоза, это
ядовитое создание — экзотическое, чувственное, но ядовитое. Думаю, она
терпеть не могла эту комнату и старалась проводить здесь как можно меньше
времени. Она приходила сюда, презирая все эти безделуш—ки. Но это — парадный
подъезд ее жизни, светская ловуш—ка, часть сцены, на которой она играет уже
годы. Эта ком—ната была предназначена для того, чтобы показать, на—сколько
мягкой и женственной является ее хозяйка. Но это не то место, где она
действительно работала.
— Остальные помещения в доме — гостевые комнаты, ванные, спальни и
кухни, — проверила Пибоди по описа—нию. — Если она работала не
здесь, то где?
— Это нам и следует выяснить. — Ева остановилась воз—ле маленького
стенного шкафа. — Хозяйская спальня на—ходится по ту сторону этой
стены?
— Да. С той стороны встроен стенной шкаф высотой с человеческий
рост, — ответила Пибоди, вновь сверившись с описанием.
— Здесь все встроенные шкафы высокие, кроме этого. Интересно, зачем это
она согласилась на такой маленький в углу?
Ева втиснулась внутрь и прощупала стену пальцами.
— Пибоди, зайди с той стороны стены, залезь в тот стенной шкаф и
постучи в стену. Сделай три хорошеньких удара и возвращайся сюда.
В ожидании стука Ева достала из своего
полевого на—бора
лупу и стала
осматривать стену.
Спустя какое-то время за спиной у Евы вновь послы—шался голос Пибоди:
— И зачем, спрашивается, я стучала?
— А ты хорошо стучала?
— Да, сэр. Отбила все костяшки.
— Я ничего не слышала.
— Потайная комната? — предположила Пибоди.
— Отойди назад. Заслоняешь мне свет... Здесь должен быть какой-то
механизм. Подожди-ка... Черт! Дай мне что-нибудь, чем можно поддеть.
Пибоди извлекла из своей сумки складной ножик.
— Ты что, была скаутом? — спросила Ева, беря у нее нож.
— Прошла с самого низа до уровня
орлов
!
Ева хмыкнула и вставила ножик в узкую щель в глянце—витой стене цвета
слоновой кости. Пока она смогла найти подходящий угол рычага, ножик
несколько раз выскольз—нул из стены. Наконец, после нескольких коротких
руга—тельств, она смогла продвинуть лезвие дальше. Из стены откинулась
маленькая крышка, под которой оказались кнопки управления.
— Отлично! Теперь давай сладим с этой хреновиной.
Минут пять она упорно возилась с непонятным ей уст—ройством, приседая на
колени и время от времени вытирая со лба пот. Затем решила повторить
попытку.
— Даллас, почему бы мне не попробовать?
— Ты не больше меня разбираешься в электронике. Будь оно неладно! Отступи-
ка...
Ева выпрямилась и достала свое оружие.
— О, сэр! Не надо этого делать...
Не слушая ее, Ева выстрелила в щиток, в котором тут же все заискрило.
Разлетелись чипы, и начала рассыпаться закрывавшая вход панель цвета
слоновой кости.
— Как там в сказке? Сим-сим, откройся, так?
Ева вошла в маленькую комнатку, напоминавшую чем-то отрезанный кусок пирога.
Первое, что она увидела, был пульт управления и впечатляющая аппаратура,
которая, к неудовольствию Евы, вызывала ассоциацию с оборудова—нием,
спрятанным в особой комнате у Рорка.
— Вот где работала
Кассандра
!
Ева попробовала кнопки, но аппаратура не реагировала.
— Должно быть, все закодировано, — пробормотала она. — И,
естественно, не зарегистрировано.
— Может, вызвать Фини? — предложила Пибоди.
— Нет. У меня есть специалист в пяти минутах хода от—сюда.
Ева достала свой сотовый и позвонила Рорку.
Посмотрев на разбитый выстрелом щиток, Рорк пока—чал головой:
— Позвала бы меня.
— Но я ведь так и сделала.
— Да, но должен же я был сказать что-нибудь из дели—катности.
— Твоя деликатность несравненна. Я не хотела бы торо—пить тебя, но...
— Вот и не торопи. Поставь свою ночную вспышку, пока я не налажу здесь
свет.
Рорк вошел в комнатку и остановился, давая глазам привыкнуть к тусклому
свету. Затем он достал из кармана фонарик в виде авторучки и зажал его
зубами так, чтобы луч падал на приборы — как это в фильмах делали
взлом—щики. Ева увидела, как в глазах Пибоди засветилось вос—хищение, и
поспешно встала между ней и Рорком.
— Пибоди, возьми машину и поезжай в мой домашний кабинет. Приготовься
записывать информацию. То, что нам попадется, мы сразу перешлем туда. И
приведи в го—товность остальную часть нашей команды.
— Есть, сэр, — неохотно ответила Пибоди и все-таки попыталась
взглянуть через плечо Евы на то, что делал Рорк.
Он скинул куртку и закатал рукава своей белой шелко—вой рубашки. В движениях
его рук чувствовалась реши—мость — и явный опыт в подобных делах.
— А вы уверены, что вам не понадобится моя помощь? — все еще
медлила Пибоди.
— Проваливай! — рыкнула Ева, доставая из своей поле—вой сумки
полицейский фонарь. Затем сменила тон на зловеще мягкий: — Я все еще вижу
твои ботинки. Означает ли это, что остальная часть тебя отправилась
выполнять приказ?
Ботинки развернулись и зашагали прочь.
— Тебе обязательно надо выглядеть таким сексуаль—ным, когда ты
занимаешься противозаконными дела—ми? — обратилась Ева к Рорку. —
Ты смущаешь мою помощницу.
— Это мелочи жизни... Так, мне твой фонарь уже не по—надобится.
В комнатке загорелся свет.
— Отлично, — сказала Ева. — Попробуй в первую оче—редь
открыть вот тот ящик. Я прострелила щиток и могла повредить командное
устройство.
— Потерпи чуточку, сейчас я до него доберусь. Слушай, а у нее
прекрасный вкус на оборудование. Это же моя ап—паратура!
Рорк поколдовал с замком, и наконец послышался щелчок.
— Так просто? — воскликнула Ева.
— Дальше так просто уже не получится. И пожалуйста, создай мне здесь на какое-то время тишину.
Ева вынула ящик с бумагами и пошла с ним в кабинет. Сидя на диване, она
слышала попискивание и зуммеры аппаратуры, над которой работал Рорк. Ева не
могла ска—зать, почему это действовало на нее успокаивающе, но она почему-то
испытывала удовлетворение от того, что он сидел в соседнем помещении и
работал вместе с ней.
Однако, занявшись изучением содержимого папок, она тут же забыла о Рорке и
вообще обо всем.
Ей встретились написанные отчетливым размашистым почерком письма Джеймса
Роувана своей дочери, которую он называл не Шарлоттой, а Кассандрой. В этих
письмах не было ничего сентиментального — они больше походили на резкие,
властные приказания командира солдату.
Ты знаешь, что война необходима. Нынешнее правление должно быть свергнуто
ради освобождения масс, которые находятся сейчас под сапогом узурпаторов. Мы
победим, и когда минует мое время, ты займешь мое место. Кассандра, моя юная
богиня, ты — мое будущее! Твой брат слишком слаб, чтобы нести бремя
ответственности. Он слишком похож на свою мать, маменькин сынок. Зато ты —
вся в меня!
Всегда помни, что у победы есть своя цена. Ты должна без колебаний
платить по ней. Действуй, как фурия, как богиня. Займи свое место в
истории!
Другие письма были выдержаны в том же духе. Дочь действительно являлась его
солдатом, его сменой. Он ле—пил из нее подобие себе. Одно божество хотело
передать свою силу другому божеству.
В другой папке оказались копии свидетельств о рожде—нии Шарлотты и ее брата
и их свидетельства о смерти, а также вырезки из газет и журналов, касавшиеся
Аполло—на
и ее отца. Были здесь и его фотографии. Часть из них была
сделана на публике, где Джеймс Роуван был запечат—лен в своем имидже
политика, с приглаженными волосами и широкой дружелюбной улыбкой. Часть
снимков носила частный характер. На них он был в полной боевой экипи—ровке,
с маскировочными масками на лице и холодным взглядом. Ева сразу узнала глаза
убийцы — ей сотни раз приходилось смотреть в такие глаза.
На семейных фотографиях почти нельзя было встретить мальчика: всюду Джеймс
Роуван и его дочь. Девочка вы—глядела словно на иллюстрации к сборнику
страшных ска—зок: с ленточкой в волосах и с винтовкой в руках, со злой
улыбкой и глазами отца.
В папке оказались также данные о Клариссе Стэнли, с номерами удостоверений
личности, датами рождения и смерти.
На одной из фотографий Ева увидела Шарлотту уже в возрасте молодой женщины.
Одетая в военную форму, она стояла рядом с мрачным мужчиной в кепке с
капитански—ми звездочками, затенявшей глаза козырьком. Они были сняты на
фоне впечатляющей гряды снежных горных вер—шин. Еве показалось, что когда-то
она уже встречала это лицо. Она вновь достала свою лупу, чтобы получше
раз—глядеть снимок.
— Хенсон, — пробормотала она. — Уильям Дженкинс.
Ева вызвала через коммуникатор справочные данные, чтобы освежить память.
Уильям Дженкинс Хенсон. Место рождения — Биллингс, штат Монтана. Жена —
Джессика Дилс. Дочь — Мэйдия. Руководитель компании Джеймса Роувана...
— Стоп! — сказала сама себе Ева и поднялась.
Делая круги по комнате, она вновь пыталась соединить куски головоломки. У
Хенсона была дочь того же возраста, что и Шарлотта. Со времени взрыва в
Бостоне она не упо—миналась ни в каких записях и учетах. Так, может быть,
тело девочки, найденной в развалинах бостонской штаб-квартиры, было телом
дочери Хенсона, а не Роувана, как это было официально установлено
следствием? В таком случае, вполне логично, что Уильям Дженкинс Хенсон взял
к себе дочь Роувана взамен своего ребенка и довершил ее воспитание.
Ева опять опустилась на диван и стала просматривать бумаги в поисках еще каких-
то писем, фотографий и дру—гих свидетельств. Она обнаружила еще одну пачку
писем Роувана и начала читать.
— Ева! Я пролез туда. По-моему, тебе нужно взглянуть на это, —
услышала она из потайной комнатки.
Взяв с собой письма, Ева пошла к Рорку и уже на ходу стала рассказывать:
— Роуван начал ее натаскивать еще с детского возраста. Представь себе,
он называл ее Кассандрой! А когда он погиб, ее взял к себе Хенсон. Мне
попалась фотография, сделанная не менее чем через десять лет после взрыва в
Бостоне.
— Ее неплохо натаскали, — заметил Рорк.
Он с трудом скрывал свое восхищение искушенностью Клариссы в обращении с
аппаратурой, в зашифровке све—дений, в изобретении всякого рода ловушек для
взломщиков.
— Я обнаружил здесь записи сообщений, переданных кому-то в Монтану.
Возможно, этим адресатом являлся Хенсон. Никаких имен не упоминается, но она
держала его в курсе своих дел.
Ева взглянула на монитор.
Дорогой товарищ!..
— прочитала она вслух.
Пробежав глазами первое сообщение, Ева воскликнула:
— Как жаль, что я не разбираюсь в политике! Что они хотят доказать?
Кого они из себя строят?
— Коммунизм, марксизм, социализм, фашизм... — Рорк передернул
плечами. — Демократия, республика, мо—нархия... Все это жонглирование
словами, а на самом деле у них одна цель: власть. Революция ради революции.
Для некоторых политика или религия — лишь способ самоут—верждения.
— Завоевать и править? — недоумевала Ева.
— Кормиться. Посмотри: схемы, чертежи, шифровые коды защиты, данные.
Это объекты, выбранные
Аполло—ном
, начиная с Центра Кеннеди.
— Они сохранили записи, — тихо проговорила Ева. — Ущерб,
нанесенный собственности, ее стоимость, количе—ство убитых... Боже! Они даже
составили поименные списки!
— Это военный учет: сколько убили мы, сколько — они. Как в накладной.
Без крови война теряет свою притяга—тельность. А вот последующие данные. Это
сведения о Ра—дио-сити, фотоснимки. Обрати внимание на красные точки. Ими
помечены места закладки зарядов.
— Идет по следам папочки...
— Я нашел имена и адреса членов группы.
— Перегони их на мой домашний компьютер для Пибоди. Начнем окружение. Объекты все перечислены?
— Мне пока не удалось пройти больше двух.
— Ладно, сначала перегони все Пибоди. Потом пойдем дальше.
Пока Рорк занимался передачей данных, Ева снова взяла в руки принесенное с
собой письмо и вдруг почувст—вовала, как у нее в жилах застыла кровь.
— Боже мой! Оказывается, филиал Пентагона не был их следующей целью. У
них сорвалась одна попытка после взрыва на стадионе. Здесь не сказано, какой
именно объект. Упоминаются только проблемы с оборудованием и финансовые
трудности.
Деньги — неизбежное зло. Выставляйте ваши сундуки
. — Ева
отшвырнула письмо. — Так что же после стадиона? Что там было следующим
по списку
Аполлона
?
Рорк стал искать. Экран какое-то время оставался чис—тым, но наконец
высветились буквы.
— Памятник Вашингтону! Планировалось взорвать его через два дня после
акции на стадионе.
Ева стиснула пальцами плечо Рорка.
— Они будут действовать сегодня, самое позднее завтра. Они не будут
ждать, не пойдут на контакт — для них это риск. Так что же выбрано объектом?
Ты думаешь, снова какой-нибудь памятник? Но какой?
Рорк снова вызвал данные, и на экране появились три снимка.
— Выбирай, — сказал он.
Ева выхватила из кармана коммуникатор.
— Пибоди, подними на ноги три бригады из
взрывно—го отдела
. Одну
направь в Эмпайр стейт билдинг, дру—гую — к Близнецам, третью — на Либерти-
Айленд, к статуе Свободы. Вы с Макнабом берете на себя Эмпайр, Фини пусть
едет к Близнецам. Возьмите с собой новые сканеры из тех, что приготовлены
для меня. Я сейчас еду домой. Прошу всех действовать быстро. Штурмовая
экипировка, все с оружием. Немедленная эвакуация. Оцепить все три района, не
впускать никого из штатских в эти зоны в ра—диусе трех городских кварталов.
Выключив коммуникатор, Ева спросила Рорка:
— За сколько мы доберемся на твоем волшебном верто—лете до Либерти-
Айленда?
— Намного быстрее, чем на тех игрушках, которые име—ются в вашем
управлении.
— Тогда давай поспешим.
За руль сел Рорк.
— Думаешь, они нацелились на статую? — спросил он.
— Скорее всего. Им нужен символ, причем самый боль—шой, какой у нас
есть. Статуя выполнена в женском образе и имеет политический смысл. Даю
голову на отсечение, они собираются разрушить именно ее!
Рорк так гнал машину, что Еву вдавило в сиденье.
ГЛАВА 22
— Лейтенант! Даллас! Сэр! — с этим криком Пибоди вылетела из
парадной двери прежде, чем Ева успела выйти из машины.
— Рорк, иди, я тебя догоню, — сказала Ева, чтобы вы—слушать
помощницу.
— Ваша информация все еще поступает. Я пересылаю ее в Центральное.
Подразделения собраны.
Ева взяла сканер и напомнила:
— Все должны быть в полной штурмовой экипировке. Перед выходом всех
осмотри. Я не хочу больше никого те—рять.
— Есть, сэр. Босс хочет знать место, куда вы направляе—тесь, и ваше
расчетное время прибытия.
Ева обернулась, услышав рокот двигателя вертолета, выруливавшего из мини-
ангара.
— Да поможет мне бог. Полечу на этой штуке на Либерти-Айленд. Узнаешь
время моего прибытия, когда я доберусь до места.
Прикрывая лицо от поднятого вертолетом ветра, Ева сунула сканер Рорку, затем
уцепилась за ручку дверцы и поставила ногу на колесо. Никто, кроме Рорка, не
знал, как она боялась высоты и не выносила все средства пере—движения по
воздуху.
— Не нравится мне эта часть дела, — пробормотала она.
Рорк только улыбнулся, а когда она взобралась на место, предупредил:
— Пристегнись ремнем и проверь, хорошо ли закрыта дверь. Нам недолго
добираться.
— Знаю. Но эта часть мне не нравится.
Во время крутого вертикального взлета Еве показалось, что у нее сейчас
оборвутся внутренности. Дав себе не—множко привыкнуть к такому состоянию,
она набрала но—мер Уитни.
— Сэр, я следую на Либерти-Айленд. Сейчас к вам должна поступать
информация...
— Она поступает. К каждому объекту подтягиваются подразделения
поддержки и бригады
взрывного отдела
. Расчетное время прибытия на Либерти-
Аиленд — через двенадцать минут. Когда вы будете на острове?
— Рорк, через сколько мы доберемся?
Урча мотором, вертолет поднялся над деревьями, дома—ми. Рорк стрельнул в нее
быстрым взглядом голубых озор—ных глаз:
— Через три минуты.
— Но это...
Еве с трудом удалось сдержать крик, когда Рорк вклю—чил реактивные
ускорители. Урчание мотора превратилось в рык пантеры, и вертолет прорезал
воздух, словно камень, выпущенный из рогатки. Ева изо всех сил держалась
побе—левшими пальцами за подлокотники, внутренне повторяя:
Черт, черт,
черт...
.
— Мы будем там в пределах трех минут, — ответила она боссу,
стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Сообщите по прибытии.
Ева выключила коммуникатор, с трудом дыша сквозь стиснутые зубы.
— Рорк, мне нужно добраться до места живой.
— Положись на меня, дорогая.
Он положил машину в крутой вираж. Крен при этом был настолько сильным, что
Еве почудилось, будто у нее глаза перекатились на затылок. Тем не менее, она
взяла в руки сканер и рассмотрела его.
— Я раньше никогда не пользовалась такой аппарату—рой.
Рорк протянул руку и нажал выключатель в нижней па—нели устройства. Сканер
издал жужжащий звук.
— О господи! Держи свои лапы на управлении! — за—кричала Ева.
— Если мне вдруг понадобится шантажировать тебя, я могу пригрозить тебе
тем, что расскажу твоим сослужив—цам, как ты патологически боишься высоты и
высоких скоростей.
— Напомни, чтобы я обидела тебя, если мы останемся в живых.
Она вытерла о бедра липкие ладони и достала свое ору—жие.
— Я, пожалуй, отдам тебе это
средство захвата
. Ты не можешь идти
безоружным.
— У меня есть все, что требуется, — мрачно улыбнулся он в ответ.
Вертолет пролетал уже над водой.
— Я попросила Фини рассчитать возможное располо—жение зарядов. Он
считает, что их должно быть пять на всем расстоянии по вертикали — от
фундамента статуи до венца. Как ты думаешь, сколько времени потребуется,
чтобы обезвредить все это, если наши
клиенты
будут следовать
предполагаемой логике?
— Это зависит от конкретных обстоятельств. Я не могу сказать, пока не
увижу эти заряды.
— Поддержка прибудет на девять минут позже нас. Если статуя
действительно является объектом, мне остает—ся надеяться только на тебя.
— Разве я тебя когда-нибудь подводил? — усмехнулся Рорк. —
Сейчас я включу дальний сенсор и монитор.
Экран замерцал, и появилось какое-то изображение в виде теней и условных
обозначений. Мельком взглянув на монитор, Рорк сказал:
— Вот она, твоя цель, — два человека, два дройда и одно
транспортное средство.
— Они уже запустили устройство?
— С этой аппаратурой я не могу определить состояние взрывных зарядов.
Но они там.
Ева пальцем ткнула в экран:
— Дройды здесь и здесь?
— Да, в районе основания. Ты была когда-нибудь на статуе?
— Нет.
— Как тебе не стыдно! — пожурил он. — Внизу распо—ложены
музеи, но всего внутри статуи двадцать два эта—жа — вернее, обзорные
площадки. Там есть лифты, но в данных обстоятельствах я бы не советовал
пользоваться ими. Есть лестница — узкая, винтовая. Она поднимается на самый
верх, к венцу. Там устроена последняя площадка, откуда можно подняться в
факел.
— А ты никогда не хотел приобрести Свободу в собст—венность?
— Никто не может быть ее собственником.
— Согласна. Снижайся. — Скрежеща зубами, она от—стегнула
ремень. — Рорк, будь поближе, чтобы в случае че—го помочь вырубить
дройдов.
Он нажал кнопку под пультом управления. В открывшемся отделении оказалась
дальнобойная лазерная вин—товка с прицелом ночного видения.
— Вместо своей игрушки лучше используй это.
Ева всполошилась:
— Дьявол! Ты получил бы минимум пять лет самого строгого режима за
перевозку такого!
Рорк улыбнулся, глядя, как она достала оружие из ящичка и попробовала его на
вес.
— Надеюсь, сначала ты покончишь с дройдами.
— Постарайся держать эту леталку ровнее, — борясь с тошнотой,
сказала Ева.
Она отодвинула дверь, стиснула зубы от ворвавшегося холодного ветра и
улеглась животом на пол кабины. Еще раз взглянув на экран, Рорк сообщил:
— Один из дройдов обходит статую справа, другой идет слева. Сначала
берем того, который справа, затем я сделаю круг. Так что будь готова к
этому.
— Главное, сделай так, чтобы я оказалась в радиусе стрельбы.
Великий символ, Свобода, вздымалась над темнотой, над молочной дымкой
городских улиц, над людской суе—той, держа факел в твердой, уверенной руке.
Ее лицо было спокойным и умиротворяющим. Огни сияли вокруг нее, словно
подчеркивая высокое предназначение статуи. Скольких же людей встречало это
приветствие, когда они пересекали океан, выбравшись из кошмара
беспросвет—ности в новый мир, чтобы начать другую жизнь? Сколько раз сама
Ева видела этот монумент, но лишь теперь поня—ла, что просто привыкла видеть
его на месте. И в этот мо—мент она поклялась себе, что Свобода будет стоять
здесь всегда.
Первое, что она увидела, был грузовой вертолет, кото—рый приземлился на
теневой стороне статуи. Он высветился в видоискателе красным цветом на
зеленом фоне.
— Теперь мы в радиусе стрельбы, видишь? — предупре—дил Рорк.
— Взяла одного ублюдка на мушку... Ближе, подонок, чуть ближе... —
шепотом произнесла она, словно боясь спугнуть цель.
Ева выстрелила и отчетливо увидела, что попала в сере—дину туловища дройда.
Она даже не успела почувствовать отдачу от выстрела в плечо, как Рорк
положил в
...Закладка в соц.сетях
