Жанр: Любовные романы
Сила Трех
...явления. Вот и
нашел способ совместить эти два увлечения.
— С чем вас и поздравляю. — Она обвела взглядом горы коробок.
Гостиная напоминала взорванное помещение радиостанции. — Все это
высокая технология. Бьюсь об заклад, они стоят кучу денег.
— Угу... — рассеянно ответил Бук. Его включенный прибор регистрировал
присутствие небольшой, но ощутимой энергии.
— Вам дают на них гранты?
— Может быть, и дали бы, но я никогда не просил. Видите ли, я богатый
заклинатель змей.
— Серьезно? Тогда не говорите об этом Майе, то она поднимет плату за
жилье.
Рипли бродила между коробками. Коттедже очень понравился. Она начинала
жалеть, что не смогла переехать сюда, но, похоже, с Макаллистером Буком не
потягаешься. Ишь ты, богатый заклинатель змей.
— Послушайте, обычно я не лезу в чужие дела и не испытываю ни малейшего
интереса к тому, чем интересуетесь вы, но должна признать, что концы с
концами у меня не сходятся. Профессор оккультных наук, богатый, мастер на
все руки, и вдруг останавливается в каком-то желтом коттедже... Зачем вы
приехали сюда?
Бук больше не улыбался. Его лицо слегка напряглось.
— За ответами.
— За какими ответами?
— За всеми, которые смогу найти... У вас поразительные глаза.
— Что?
— Я только что это заметил. Зеленые. Не серые не голубые, а ярко-
зеленые. Красиво...
Рипли склонила голову.
— Заклинатель змей, вы подбиваете под меня клинья?
— Нет. — Он вспыхнул. — Просто заметил, вот и все. Я часто
высказываю свои мысли вслух. На-верно, потому что много времени провожу в
одиночестве и привык разговаривать сам с собой.
— Ясно. Ну что ж, мне пора.
Мак сунул прибор в карман, забыв отключить его.
— Спасибо за помощь. Вы на меня не обиделись, нет?
— Нет. — Рипли протянула руку.
Едва их пальцы соприкоснулись, как прибор громко запищал.
— Ой! Подождите.
Рипли попыталась выдернуть руку, но его хватка оказалась удивительно
сильной. Свободной рукой Бук вынул из кармана прибор.
— Гляньте-ка! — Его голос стал хриплым от возбуждения. — Он
никогда не регистрировал столь мощное поле. Чуть не зашкалило!
Мак потащил ее на другой конец комнаты, бормоча какие-то цифры, одновременно
пытаясь их запомнить.
— Полегче, дружище. Что вы делаете?
— Мне нужно зафиксировать данные. Сколько сейчас времени? Два часа
двадцать три минуты шестнадцать секунд. — Бук как зачарованный провел
прибором над их соединенными руками. — О боже! Вы только посмотрите на
этот скачок! Ну разве; не удивительно?
— Отпустите. Сейчас же. Или мне придется вас ударить.
— Что? — Мак посмотрел на нее сверху вниз и растерянно замигал. В
глазах, которыми он восхищался, светилась твердая решимость выполнить
обещанное. — Простите...
Бук тут же выпустил ее руку, и писк прибора начал ослабевать.
— Простите, — повторил он. — Я увлекся. Это настоящий
феномен. Дайте мне минуту, чтобы зафиксировать данные, а потом подсоединить
прибор к компьютеру.
— Можете возиться со своими игрушками сколько угодно. Я не собираюсь
тратить на это время. — Рипли сердито посмотрела на прибор. — По-
моему, вам нужно проверить свое оборудование.
— Я так не думаю. — Бук протянул ладонь, в которой только что
держал руку Рипли. — Она вибрирует. А как ваша?
— Я не понимаю, о чем вы говорите.
— Десять минут, — сказал он. — Дайте мне десять минут, чтобы
все пришло в норму, а потом сделаем еще одну попытку. Я хочу измерить наши
основные параметры. Температуру тела и окружающей среды.
— Я не позволяю мужчинам измерять свои параметры, пока они не угостят
меня обедом. — Она подняла палец. — Не стойте на дороге.
Мак отошел в сторону.
— Я угощу вас обедом.
— Нет, спасибо. — Она, не оглядываясь, пошла к выходу. — Вы
не в моем вкусе.
Когда она захлопнула за собой дверь, Мак быстренько нашел диктофон и стал
анализировать полученные данные.
— Рипли Тодд, — наконец произнес он, нажав запись. — Помощник
шерифа, возраст — примерно двадцать восемь. Несговорчивая, подозрительная,
иногда грубоватая. Инцидент произошел в результате физического контакта.
Рукопожатия. Личные физические ощущения — покалывание и тепло в точке
соприкосновения, распространяющиеся по правому предплечью до самого плеча.
Учащение пульса и временная эйфория. Физическая реакция помощника шерифа
Тодд не установлена. Однако складывается впечатление, что она испытала
примерно то же самое, что вызвало у нее недовольство и даже гнев.
Мак сел на ручку дивана и задумался.
— Первая гипотеза, сделанная на основе предварительного изучения,
личных наблюдений и зафиксированных данных, заключается в том, что Рипли
Тодд является еще одним прямым потомком одной из трех легендарных сестер.
Мак выпятил губы и выключил диктофон.
— По-моему, именно это ей и не нравится.
Остаток дня и весь вечер Мак распаковывал и устанавливал оборудование. Когда
он наконец угомонился, гостиная напоминала современную научную лабораторию с
мониторами, клавиатурами, камерами и приборами, каждому из которых было
отведено свое место.
Свободного пространства почти не осталось, но устраивать здесь приемы он не
собирался.
Он сдвинул немногочисленную мебель в угол и проверил каждый прибор. Когда
все было закончено, камин давно догорел, а сам Мак умирал с голоду.
Вспомнив про пиццерию, Бук схватил пальто, выскочил на крыльцо.
И тут же оказался в кромешной тьме, которую нарушал лишь свет луны и звезд.
Дома поселка, который, как он помнил, находился в четверти мили к югу, в
свете уличных фонарей казались темными силуэтами.
Сбитый с толку, Бук посмотрел на часы и чертыхнулся. Двенадцатый час. По
деревенским понятиям, глубокая ночь.
Стало быть, на пиццу можно не рассчитывать...
Пустой желудок бурно запротестовал. Маку уже приходилось голодать, чаще
всего благодаря собственной забывчивости, но это нисколько его не радовало.
Он вернулся в дом и без особой надежды начал искать на кухне что-нибудь
съедобное. Может быть в его чемоданчике завалялся пакет леденцов или пачка
печенья... Но в холодильнике Мака ждал ценный приз. Он нашел коробку с
надписью
Похлебка из моллюсков
и подробными указаниями, как ее разогреть.
Да здравствует Нелл Тодд и ее фирма!
— Обожаю Нелл Тодд. Я ее раб. — Довольный до умопомрачения, он
поставил похлебку в микроволновую печь и набрал нужное время и температу-ру.
Ощутив божественный аромат. Он встал из-за стола только тогда, когда коробка
опустела.
Сытый, довольный и оживший, Мак решил прогуляться по берегу.
Ему всегда нравился шум прибоя, особенно по ночам, когда казалось, что,
кроме моря, нет ничего на свете. Холодный ветер бодрил, а бархатная тем-нота
успокаивала.
На ходу он прикидывал, что предстоит сделав завтра. Бук понимал, что забудет
если не все, многое, но его это не останавливало.
Нужно будет запастись продуктами, для удобства перевести в местный банк
некую сумму, договориться о том, чтобы подключили телефон и установили
почтовый ящик, как следует порыться в родословной Тоддов по всем линиям.
Удастся ли ему что-нибудь выкачать из Майи? Ясно, что отношения с помощником
шерифа у нее, довольно напряженные. Интересно, чем вызвана эта
напряженность?
Нужно провести больше времени с ними обеими, хотя и та и другая — далеко не
подарок...
Мурашки, побежавшие по шее Бука, заставили его остановиться и медленно
обернуться.
Она светилась. Слабая аура окружала ее тело, лицо и пряди длинных волос. Ее
зеленые кошачьи глаза сияли во тьме и следили за ним, упорно и терпеливо.
— Рипли... — Напугать Бука было нелегко, но ей это удалось. — Я не
знал, что здесь кто-то есть.
Он шагнул к ней. Воздух дрогнул, под ногами заскрипел песок. Мак увидел, что
по ее щеке скатилась одинокая слеза, яркая, как бриллиант, а потом Рипли
исчезла. Растаяла как дым.
Остров Трех Сестер был тихим, белым и идеально круглым, как искусственный
снежок, лежавший на полке местного магазина сувениров. Во всяком случае, так
казалось Рипли. Буря, пронесшаяся над островом ночью, чисто вымела берег,
газоны и улицы. Деревья в горностаевых мантиях застыли, словно нарисованные;
воздух был неподвижным, как в церкви.
Ей очень не хотелось портить эту картину.
Однако Зак уже позвонил Дику Стьюбенсу и попросил его вывести на улицы
снегоочиститель. Вскоре мир снова придет в движение. Но пока что он тих и
безмолвен. Безукоризнен.
Несколько футов выпавшего снега были одной из немногих причин, которые
мешали ей совершить утреннюю пробежку вдоль берега. Рипли надела на плечо
спортивную сумку, в последний раз принюхалась, определяя, что сегодня печет
ее невестка, и выскользнула из дома.
По пути к гостинице и клубу здоровья остров будет принадлежать только ей.
Из каминных труб поднимался дым. Окна кухонь были освещены. На плитах кипела
овсянка и шипел бекон. А внутри этих аккуратных домиков плясали от радости
дети. Никаких занятий. Сегодняшний день был создан для игры в снежки,
строительства снежных крепостей, катания на санках и кружек с горячим
шоколадом, стоящих на кухонном столе.
Когда-то ее жизнь была такой же незамысловатой.
Она шла к поселку, оставляя за собой следы. Небо было пасмурным; казалось,
оно раздумывало, не добавить ли к выпавшему снегу еще несколько сантиметров
для ровного счета.
Проведу часок в спортивном зале, — думала
Рипли, — а потом вернусь и помогу Заку откопать патрульную машину и
автомобиль Нелл
.
Свернув к поселку, она нахмурилась. Здесь снег уже не был безукоризненно
белым, как она надеялась. Кто-то тоже вышел ни свет ни заря и оставил после
себя узкую тропинку.
Она с досадой пнула снег ногой и пошла дальше.
Чужая тропа, как и ее собственная, тянулась к готическому каменному зданию
гостиницы
Мэд-жик-Инн
, то есть
Волшебная
.
Видно, какой-то гость с материка вышел из своего номера, чтобы полюбоваться
настоящей новоанглийской деревней, занесенной снегом. Конечно, осуждать
этого человека не за что, но ей-богу он мог бы подождать еще часок... Рипли
поднялась на несколько ступенек, потопала ногами, сбивая с ботинок снег, и
вошла внутрь.
Она махнула рукой портье, сняла с плеча сумку и поднялась на второй этаж.
Рипли была членом местного клуба здоровья, регулярно платила взносы и
пользовалась положенными привилегиями. Вообще-то она предпочитала заниматься
физическими упражнениями на свежем воздухе, летом плавала в море, а не в
бассейне, и услугами гостиницы не злоупотребляла.
Она свернула налево и направилась в женскую раздевалку. Если она не
ошибалась, постояльцев на этой неделе кот наплакал. Так что, скорее всего,
зал и бассейн будут в ее полном распоряжении.
Она сняла верхнюю одежду, повесила ее в шкафчик, разделась, оставшись в
черном спортивном лифчике и велосипедных трусах, натянула носки и кроссовки.
При мысли о возможности как следует поработать с тренажерами и отягощениями
у нее поднялось настроение. Аэробику Рипли презирала и обычно заменяла ее
хорошим заплывом в гостиничном бассейне.
Она подошла к двери в спортивный зал и услышала лязг металла раньше, чем
увидела того, кто производил этот шум. Настроение у, нее снова испортилось.
Этот человек включил телевизор, настроив его на какое-то утреннее шоу,
полное дурацкой болтовни и хихиканья.
Лично она предпочитала заниматься физическими упражнениями под громкую
музыку.
Но стоило Рипли посмотреть на скамью для выжимания штанги в положении лежа,
как ее мрачность бесследно исчезла. Видно отсюда было немного, но то, что
она видела, заслуживало одобрения.
Длинные ноги, загорелые, мускулистые и покрытые капельками пота. Длинные
руки с гладкими мускулами, равномерно поднимавшие и опускавшие штангу. И
кроссовки хорошей марки, стильные, но не новые.
Он без усилий выжимал пятидесятикилограммовую штангу. Все лучше и лучше...
Если уж делить с кем-то спортивный зал и тренажеры, то пусть это будет
сильный, потный и сексуальный мужчина.
Как раз того типа, который мне по душе
, — с удовольствием подумала
Рипли. Она соскучилась по мужчинам —я по сексу. Можно будет полюбоваться на
Спортсмена и проверить, насколько содержание соответствует форме.
Она схватила полотенце, накинула его на плечи и вошла в зал.
— Свидетель не нужен?.. — начала она, но при виде Мака потеряла
дар речи и уставилась на него сверху вниз.
Бук хмыкнул и опустил штангу на рогульки.
— Как дела? Похоже, ночью был сильный снегопад.
— Да, снега хватает. — Она недовольно отвернулась и приступила к
разминке. Ну вот, вечно одно и то же... Стоит только пошире раскрыть глаза,
как мистер Спортсмен превращается в доктора Заклинателя Змей.
— Хороший клуб, — заметил он и снова начал с придыханием выжимать
штангу. — Меня удивило, что он пустует.
— В это время года в гостинице народу немного. — Рипли покосилась
на Бука.
Он был небрит, и темная щетина добавляла его лицу сексуальности. Надо же, книжный червь со штангой.
Черт побери, он действительно был сексуален.
— Вы внесли членский взнос? — спросила она.
— Да... Проклятие, я сбился со счета. Ну и ладно. — Он опустил
штангу на рогульки и сел. — Вы ходите сюда регулярно?
— Нет. Предпочитаю заниматься на свежем воздухе. У меня есть своя
штанга. Марки
Боуфлекс
. Но когда погода препятствует, я с удовольствием
пользуюсь местными тренажерами и бассейном... Вы смотрите эту чушь?
Мак, набиравший на другом тренажере нагрузку и время, посмотрел на экран
телевизора.
— Вообще-то нет.
Восприняв это как знак согласия, она выключила телевизор и включила громкую
музыку, исключавшую возможность беседы.
Ничуть не смутившийся Мак занимался своим делом, а она своим. И все же он
следил за Рипли краем глаза. Пялиться на женщин в клубах здоровья не
следует. Это невежливо. Но человек есть человек. Их здесь всего двое, а тело
у нее превосходное. Сильное и стройное.
Что естественно, то не стыдно.
Бук думал о том, что увидел на берегу два вечера назад. На мгновение ему
показалось, что это Рипли, но он тут же опомнился. Конечно, нет. Глаза были
почти такими же. Мрачными и ярко-зелеными. Но у той женщины на берегу не
было такого крепкого, накачанного тела. А ее волосы, темные и длинные,
вились кольцами, в то время как волосы Рипли были прямыми, словно струи
дождя.
Лицо этой женщины или видения имело сходство с лицом Рипли, но было более
круглым, нежным и печальным.
Кроме того, Рипли Тодд едва ли стала бы стоять в темноте на берегу и
плакать. Да и исчезнуть в воздухе столь земной женщине, пожалуй,
затруднительно.
Мак, пристально изучивший местную легенду, был уверен, что видел одну из
сестер. И готов был держать пари, что зовут ее Земля.
И все же помощник шерифа Тодд имела к этому какое-то отношение. Тут он тоже
готов держать пари.
Не было уверенности в другом. Удастся ли преодолеть стойкое сопротивление
Рипли, найти общий язык и поработать с ней? Поскольку он твердо решил
настоять на своем, их одновременный приход в клуб не был совпадением.
Когда Рипли перешла на другой тренажер, Бук занял соседний.
Они оказались рядом. На таком расстоянии можно было разговаривать, не
напрягая голос и не рискуя показаться идиотом.
— Как кормят в здешнем ресторане?
— Прилично. Вообще-то тут два ресторана. Один подешевле, другой
подороже.
— Не позавтракаете со мной? Я угощаю. Рипли покосилась на него.
— Спасибо, но мне пора возвращаться.
Мак видел, что Рипли посмотрела на его гантели. Он работал с
десятикилограммовыми, Рипли — с пятикилограммовыми, но их движения,
выполнявшиеся под музыку, совпадали как в зеркале.
— Я подключил оборудование, — не снижая темпа, небрежно сказал
он. — Вам следовало бы прийти и посмотреть.
— С какой стати?
— Из любопытства. Если вы испытываете неловкость из-за того, что
произошло в прошлый раз, то я могу пообещать, что не прикоснусь к вам.
— Никакой неловкости я не испытываю.
Сварливая нотка, прозвучавшая в голосе Рипли, подсказала ему нужный подход.
Одни женщины гордятся своей внешностью, другие — умом. Мисс Тодд гордилась
своим бесстрашием.
— Я не удивляюсь тому, что вы не хотите прийти. Другая на вашем месте
даже разговаривать со мной не стала бы. — Его улыбка была добродушной и
бесхитростной. — Я вечно забываю, что обычные люди не привыкли к
паранормальным событиям. Это их пугает.
— По-вашему, я испугалась? — Рипли заскрежетала зубами, но
продолжила упражнение. — Бук, я не боюсь ни вас, ни ваших дурацких
игрушек!
— Рад слышать, — довольным тоном сказал он, встал и перешел к
другому тренажеру. — А то я слегка встревожился, когда вы убежали.
— Я не убежала, а ушла! — огрызнулась Рипли, разминая трицепсы.
— Пусть будет так, — мирно согласился Мак.
— Я была на работе, — Рипли даже слегка повысила голос.
— Конечно, конечно.
Она со свистом втянула в себя воздух и представила себе, что бьет гантелей
по этой издевательски улыбающейся физиономии.
— Это вы из богатеньких, а я сама зарабатываю себе на жизнь!
— Совершенно верно. Если вас не пугает тот выброс энергии, то я хотел
бы, чтобы вы вернулись. Теперь я буду во всеоружии, и мы проверим, не
удастся ли повторить событие.
— Меня это не интересует.
— Я заплачу вам за потраченное время.
— Мне не нужны ваши деньги.
— И все же они не помешают. Подумайте как следует. — Мак решил
закончить занятия и дать ей время прийти в себя. — Кстати, примите мои
поздравления. У вас великолепный пресс, — добавил он, уходя.
В ответ Рипли оскалила зубы в подобие улыбки.
Надо же, этот болван решил, что я испугалась, подумала она, завершая
упражнение. Просто смешно. А его предложение заплатить мне за участие в каких-
то дурацких научных экспериментах, или как они там называются, —
настоящее оскорбление.
И как обидно, как чертовски обидно, что этот мужчина — самый симпатичный и
хорошо сложенный из всех, кого она видела за последние несколько месяцев.
Если бы он не был таким отчаянным занудой, они могли бы заняться физическими
упражнениями совсем другого рода.
А теперь придется избегать его всеми способами. Конечно, это будет нелегко,
но она что-нибудь придумает.
Ощущая приятную усталость, Рипли вернулась в раздевалку, приняла душ, надела
купальник и отправилась в бассейн.
И тут же поняла, что этого следовало ждать. Он уже был в бассейне и, не
торопясь, если не сказать лениво, плавал взад и вперед. Ее удивило, что
каждый квадратный сантиметр тела Мака покрыт загаром. Точнее, каждый
квадратный сантиметр того, что она видела. Впрочем, черные плавки марки
Спидо
скрывали не так уж много.
Рипли не отказалась от заплыва, хотя это означало, что они будут плавать
рядом. Она бросила чистое полотенце на бортик и прыгнула в воду.
Когда она вынырнула, Бук оказался на расстоянии вытянутой руки.
— У меня возникла идея, — небрежно сказал он.
— Держу пари, что у вас их полным-полно. — Рипли отвела в сторону
мокрые волосы. — Послушайте, я хочу поплавать и уйти. Бассейн большой.
Оставайтесь на этой стороне, а я поплыву на другую.
— Точнее, это не идея, а предложение.
— Бук, не выводите меня из себя!
— Я не имел в виду...
Румянец, вспыхнувший на его небритых щеках, был обворожителен. У Рипли
заныло все тело, намекая на неосуществленные желания.
— Я не собирался... — Он сделал два глубоких вдоха, понимая, что иначе
начнет заикаться. — Я имел в виду соревнование.
Он понял, что задел ее за живое. Глаза Рипли вспыхнули, однако она
отвернулась и поплыла в Другую сторону.
— Совершенно ни к чему. Глупая затея.
— Я дам вам фору в четверть дистанции.
— Нет, я вижу, что вы и в самом деле решили вывести меня из себя.
— Четыре круга, — продолжил он, вцепившись в эту мысль, как собака
вцепляется в кость. — Если выиграете вы, я больше не буду вас
беспокоить. Если выиграю я, вы посвятите мне час своего времени. Один час
против трех месяцев. По-моему, это очень выгодные для вас условия.
Рипли открыла рот, чтобы отшить его. Он и не будет ее беспокоить. Просто она
ему этого не позволит. Но существовало одно маленькое препятствие. Она не
умела противостоять искушению.
— Четыре круга, без всякой форы. — Она надела очки для плавания и
поправила их. — Если я выиграю, вы будете держаться как можно дальше,
не упоминать при мне о своих проектах, или как вы их там называете, и
бросите попытки ухаживать за мной.
— Помощник шерифа, последнее требование совершенно ужасно, но я
согласен. Если выиграю я, то вы придете в коттедж и поможете мне провести
несколько тестов. Если вы согласитесь сотрудничать, на это уйдет не больше
часа.
— Договорились. — Бук протянул руку, но Рипли смерила его ледяным
взглядом.
— Никаких рукопожатий, — сурово произнесла она. Они вместе
подплыли к стенке бассейна, и Рилли сделала несколько глубоких вдохов,
пытаясь успокоиться.
— Вольный стиль?
— О'кей. По счету три?
Она кивнула.
— Раз, два...
Когда прозвучало слово
три
, они оттолкнулись от стенки и начали буравить
воду. Рипли не собиралась проигрывать. У нее не было даже мысли об этом.
Зря, что ли, она плавала почти каждый день и считалась чемпионкой острова!
На первом круге она все время видела его рядом. Бук плыл неплохо, но она
лучше.
Они коснулись стенки и пошли на второй круг.
Наблюдать за ней было одно удовольствие, и Мак надеялся, что ему еще
представится такая возможность в менее обязывающих обстоятельствах. Тело у
нее не только сильное, заметил Бук, но тренированное и грациозное, как у
настоящего спортсмена.
Он не питал иллюзий и никогда не считал себя настоящим спортсменом. Но
плавание давалось ему легко. Поэтому Мак не ожидал, что они окажутся ровней.
Он был выше на добрых восемнадцать сантиметров и имел более длинный гребок,
но у этой женщины был очень мощный толчок ногами.
На третьем круге он попробовал взвинтить темп. Рипли приняла его. Мак ощущал
азарт и умиление одновременно. Уступать она не собиралась. Он еще раз
увеличил скорость и подумал:
Черт побери, как хорошо, что она отказалась от
форы
.
Этот сукин сын плавает как угорь
, — думала Рипли.
Когда они голова в голову плыли последний круг, она поняла, что серьезно
недооценила его возможности. Собрав все силы, она поднажала и обогнала Мака
на четверть корпуса, чувствуя, что в крови бушует адреналин.
И с изумлением и невольным восхищением увидела, как он проскользнул мимо и
опередил ее на два гребка.
Тяжело дыша, она вынырнула из воды и сорвала с себя очки. Никто, даже Зак,
не мог обогнать ее на четырех кругах. От этого можно было прийти в отчаяние.
— Ну вот... — Мак отдышался и пригладил волосы. — Сегодня. Какое
время вас устраивает?
Этот ублюдок даже не торжествовал, что делало поражение еще более обидным.
Бук был так любезен, словно наглотался успокоительного. Разве человек может
совладать со своими эмоциями без помощи химии?
Она слегка успокоилась, расчистив снег и утешив раненое самолюбие фирменным
изделием Нелл — булочками с корицей. И все же досада грызла Рипли весь день.
Вызовов хватало, и она все время была занята машины сползали в кюветы; кто-
то случайно разбил снежком окно дети, освобожденные от занятий в школе,
озорничали, как бывает всегда после обильного снегопада.
Но на душе у Рипли скребли кошки.
Сидя в участке, Зак прислушивался к ее сдавленным проклятиям, глядя, как она
наливает себе очередную чашку кофе. Он был терпеливым человеком и знал свою
сестру. В тот день их дороги пересекались несколько раз, и Зак видел, что в
ней кипит гнев.
Поскольку Рипли продолжала отмалчиваться, требовалось ее слегка поддразнить.
Похоже, время для этого наступило!
Зак тоже налил себе чашечку и положил ноги на письменный стол.
— Ну что, будешь переживать в одиночку или все-таки расколешься? Кто
задел тебя за ж
...Закладка в соц.сетях
