Жанр: Любовные романы
Яд бессмертия
...повздорили.
Его глаза вспыхнули и тут же потухли.
— Не знаю. Не помню. Наверное. Как же не повздорить?
— Совсем недавно Пандора уже являлась к вам без приглашения. Она
угрожала вам, набросилась на вашу теперешнюю приятельницу с кулаками.
— Это точно. Так и было! — Это Леонардо как раз помнил очень
хорошо. Какое облегчение — хоть что-то помнить!
— В каком настроении находилась Пандора, когда явилась к вам в этот
раз?
— Ясное дело, в плохом. Бесилась, должно быть. Я ведь, наверное, сказал
ей, что не брошу Мевис. Тут она полезла в бутылку, и... Даллас! — Его
взгляд снова обрел осмысленность. В глазах читалось отчаяние. —
Понимаете, я ничего не помню. Ничегошеньки! Сегодня утром я очнулся в
квартире Мевис. Вроде бы помню, как вошел, открыв дверь ключом... Я ужасно
нализался. Шел и пил, пил — и шел дальше. Вообще-то я редко пью, потому что,
когда пьянею, у меня случаются провалы в памяти. Просыпаюсь — и вижу
кровь...
Он вытянул перед собой кое-как перебинтованную руку.
— Кровь на ладонях, на одежде, запекшаяся кровь. Наверное, мы с ней
подрались и я ее убил...
— Где одежда, которая на вас была прошлой ночью?
— Я оставил ее в квартире Мевис. Я принял там душ и переоделся. Не
хотел, чтобы она пришла домой и застала меня в таком виде. Я ждал ее, ломал
голову, как быть. Потом включаю
Новости
— и все узнаю.
— По вашим словам, вы не помните, видели ли прошлой ночью Пандору.
Ссору с ней тем более не помните. Как убивали — тоже.
— Но, наверное, так все и было, как же иначе? Ведь она погибла у меня
дома.
— В котором часу вы ушли вчера вечером из дому?
— Точно не помню, уже тогда был пьяный. Много выпил. Я был очень
расстроен и зол.
— Вы кого-нибудь встречали, с кем-нибудь говорили?
— Я купил еще одну бутылку. Кажется, у уличного торговца.
— А мисс Фристоун вы вчера вечером видели?
— Нет, в этом я уверен. Если бы я ее повидал, если бы поговорил с ней,
ничего этого не случилось бы.
— Что, если я вам скажу, что вчера вечером Мевис была у вас дома?
— Мевис ко мне приходила? — Леонардо просиял. — Приходила?
Нет, не может быть. Такого я бы не забыл.
— Присутствовала ли Мевис при вашей ссоре с Пандорой? Была ли она
свидетельницей убийства?
— Нет, нет!
— Может быть, она появилась уже после смерти Пандоры, после того как вы
совершили убийство? Ведь вас, очевидно, охватила паника, вы пришли в ужас...
Настоящая паника охватила Леонардо только сейчас.
— Мевис не могла там оказаться!
— Тем не менее она была там. Она позвонила мне из вашей квартиры,
обнаружив труп.
— Мевис видела труп? — Меднолицый Леонардо сам сделался бледнее
всякого трупа. — Боже, только не это!
— Кто-то ударил Мевис по голове. Она некоторое время была без сознания.
Это вы ее ударили, Леонардо?
— Ее ударили? Она ранена?! — Он вскочил и с такой силой вцепился
себе в волосы, словно вознамерился содрать скальп. — Где она?
— Это были вы?
Леонардо вытянул перед собой руки и торжественно произнес:
— Я бы отрубил себе обе руки, прежде чем тронуть Мевис хотя бы пальцем!
Скажите мне, ради Христа, Даллас, где она? Я должен убедиться, что она цела.
— Как вы убили Пандору?
— Я... Репортер в
Новостях
сказал, что я забил ее до смерти. —
Он содрогнулся.
— Чем вы ее били? Каким орудием, предметом?
— Предметом? Нет, руками, наверное... Он снова показал руки, но Ева не
увидела на костяшках пальцев никаких повреждений. Это были прекрасные руки,
как будто вырезанные хорошим скульптором из дорогой древесины.
— Пандора была сильной женщиной, — заметила Ева. — Не может
быть, чтобы она не сопротивлялась.
— Очевидно, она сопротивлялась. Иначе откуда же этот порез?
— Мы исследуем порез, а также одежду, оставшуюся, по вашим словам, в
квартире Мевис.
— Вы арестуете меня прямо сейчас?
— В данный момент вам не предъявляется обвинений. Тем не менее мне
придется вас задержать до получения результатов названных мной анализов.
Она заставила Леонардо повторить то же самое еще раз, уделяя особое внимание
адресам и времени его перемещений. Бедняга снова и снова натыкался на стену,
перегородившую его память. Так и не добившись толку, Ева прекратила допрос,
приказала отвести Леонардо в камеру и отдала распоряжение об анализах.
Теперь — к майору Уитни.
Отказавшись присесть, она осталась стоять, глядя на расположившегося в своем
кресле начальника. Выслушав короткий рапорт, Уитни сложил руки на груди и
устремил на Еву выжидательный взгляд. У него был зоркий глаз опытного
полицейского. В подчиненных он больше всего ценил самообладание, и Ева
постаралась ничем не выдать своего волнения и заинтересованности в этом
деле.
— Итак, у вас есть подозреваемый, сознавшийся в содеянном. У него были
мотивы и возможность совершить это убийство.
— Да, но он заявил, что не помнит, видел ли пострадавшую в эту ночь и
тем более — нанес ли ей смертельные удары.
— Полагаю, вы не впервые сталкиваетесь с преступником, избравшим такую
линию поведения, чтобы отвести от себя подозрение.
— Так точно, сэр. И все-таки я не верю, что убийца — Леонардо.
Возможно, результаты анализов опровергнут мое убеждение, но по складу
характера он не похож на преступника. Я была свидетелем другой стычки, когда
пострадавшая напала на Мевис Фристоун. Леонардо и в голову не пришло
применить силу. Вместо того чтобы их разнять, он остался стоять, заламывая
руки.
— Согласно его собственным показаниям, в ночь убийства он находился под
воздействием алкоголя. Алкоголь часто меняет людей.
— Так точно, сэр.
Доводы майора звучали разумно. Ева призналась себе, что ей и самой хотелось
бы повесить убийство на злополучного Леонардо, поверить его признанию и
действовать соответственно. Мевис, конечно, будет горевать, но по крайней
мере останется на свободе. Обвинение с нее будет снято...
— Это не он, — отчеканила Ева. — Я бы предложила некоторое
время подержать его у нас, чтобы стимулировать повторными допросами его
память. Но мы не можем предъявить ему обвинение в убийстве на том основании,
что он сам считает себя убийцей.
— Что ж, я согласен с вашим предложением, Даллас. Скоро мы получим
результаты анализов. Надеюсь, они все прояснят. Но учтите, они могут
дополнительно уличить Мевис Фристоун.
— Да, сэр, это я понимаю.
— Вы с ней давние друзья. Ваша репутация не пострадает, если вы
откажетесь от ведения следствия по этому делу. Думаю, так было бы лучше для
вас самой, да и логичнее.
— Нет, сэр, я не откажусь от этого дела. Вы имеете право меня от него
отстранить, но тогда я возьму отпуск и продолжу расследование как частное
лицо. При необходимости я даже готова подать в отставку.
Уитни потер обеими руками лоб.
— Ваше прошение об отставке будет отклонено. Сядьте, лейтенант. Черт бы
вас побрал, Даллас! — прикрикнул он, когда она осталась стоять. —
Хотите, чтобы я оформил это приказом?
— Слушаюсь, сэр.
Уитни вздохнул, стараясь успокоиться.
— Я знаю, что не так давно обидел вас, Ева. Мой выговор был неуместным
и незаслуженным, он испортил наши добрые отношения. Насколько я понимаю, вам
теперь тягостно служить под моим командованием...
— Вы — лучший командир из всех, кому мне доводилось подчиняться. Я
ничего не имею против вас как своего начальника.
— Но мы больше не друзья... — Ева ничего не ответила, и он грустно
кивнул, сочтя ее молчание за знак согласия. — Однако вы, очевидно,
помните мое поведение во время расследования дела, в котором я был лично
заинтересован. И догадываетесь, как хорошо я понимаю ваши теперешние
чувства. Я тоже знаю, что значит разрываться между долгом и личной
преданностью, Даллас. Полагаю, вы не станете делиться со мной своим
отношением к текущему делу, поэтому настоятельно советую облегчить душу в
разговоре с человеком, заслуживающим вашего доверия. Ошибка, которую я
допустил в прошлом расследовании, в том и состояла, что я ни с кем не
поделился своей ношей... Смотрите, не совершите той же ошибки.
— Я знаю одно: Мевис никого не убивала. Нет таких улик, которые смогли
бы меня переубедить. Но поверьте, я буду делать все, что положено, господин
майор. И найду настоящего убийцу.
— Не сомневаюсь в вашей добросовестности, лейтенант, как и в вашей
самоотверженности. Обещаю вам свою поддержку — независимо от того, захотите
ли вы ей воспользоваться.
— Спасибо, сэр. У меня есть просьба, касающаяся другого дела.
— А именно?
— Дела Йоханнсена.
Уитни не удержался от глубокого вздоха.
— У вас мертвая хватка, Даллас. С этим не приходилось спорить. Впрочем,
Ева расценила его слова как комплимент.
— Вы располагаете моим рапортом об уликах, которые мы обнаружили в
ночлежке Бумера. Полной формулы найденного там наркотического средства пока
не получено. Я попыталась самостоятельно выяснить, что это за
вещество. — Она достала из сумочки дискету. — Мне удалось
установить, что это новая высокоэффективная смесь, превосходящая
длительностью действия стандартную продукцию с улицы. Действие средней дозы
продолжается четыре-шесть часов. Разовая передозировка в восьмидесяти восьми
процентах случаев приводит к летальному исходу.
Уитни крутил в руках дискету, поджав губы.
— Самостоятельное расследование, говорите?
— Я использовала свои знакомства... Вы ведь сами сказали, что я должна
спешить, сэр. Наша лаборатория еще не дала ответа, хотя и определила
некоторые составные части и их соотношение. Мой главный вывод — вещество
крайне доходное, раз небольшая доза дает верный результат. Быстро приводит к
возникновению зависимости, создает ощущение силы, мощи, что-то вроде эйфории
— но не спокойной, а порождаемой уверенностью в своей власти над
окружающими. Кроме того, в состав входит какое-то неизвестное пока вещество,
способствующее регенерации клеток. Я подсчитала эффект от длительного
приема. Ежедневное употребление на протяжении пяти лет должно с вероятностью
в девяносто шесть процентов привести к внезапному и полному отказу нервной
системы. То есть к смерти.
— Господи Иисусе! Так это яд?
— В конечном итоге — да. Изготовители наверняка это знают,
следовательно, они повинны не только в незаконном сбыте наркотического
средства, но и в предумышленных убийствах.
Она дала Уитни время переварить информацию. Оба знали, какой разразится
скандал, когда — и если — пресса пронюхает о ее находке.
— Неизвестно, знал ли Бумер о данной особенности препарата, —
продолжила Ева, — однако он знал достаточно, чтобы поплатиться жизнью.
Я хотела бы продолжить расследование этого дела. А поскольку у меня есть еще
несколько следственных дел, я бы просила приставить ко мне в качестве
ассистентки сержанта Пибоди вплоть до раскрытия убийства.
— У Пибоди мало опыта по части наркотиков и убийств, лейтенант.
— Зато у нее хорошая голова и масса рвения. Я могла бы поручить ей
координировать мои действия с действиями лейтенанта Касто из отдела по
борьбе с наркотиками. Он тоже использовал Бумера в качестве осведомителя.
— Согласен. А к расследованию убийства Пандоры привлеките Фини. —
Майор приподнял бровь. — Впрочем, как я погляжу, вы это и так делаете.
Будем считать, что я уже отдал соответствующее распоряжение, только надо все
официально оформить. Ведь вам придется иметь дело с прессой.
— Ничего, я начинаю к этому привыкать. Надин Ферст как раз вернулась из
отпуска. Я буду снабжать ее избранной информацией. Она и
Канал 75
мои
должники. — Ева встала. — Не беспокойтесь, шеф. У меня есть с кем
посоветоваться. К тому же мне поможет Фини.
— Постарайтесь со всем этим разобраться, прежде чем отправитесь в
свадебное путешествие. — На лице Евы отразилась такая гамма
противоречивых чувств — замешательства, радости, страха, — что майор
Уитни довольно хмыкнул. — Ничего, переживете, Даллас, я вам это
гарантирую.
— Тем более что модельер, взявшийся сшить мне свадебное платье,
находится в предварительном заключении, — пробормотала Ева. —
Благодарю вас, господин майор.
Уитни проводил ее взглядом. Возможно, Ева этого еще не осознала, но ему
показалось, что стена, разделявшая их в последнее время, рухнула. И он был
этим чрезвычайно доволен.
— Представляю, в каком восторге будет моя жена! Фини с удовольствием
доверил Еве руль и теперь блаженно бездельничал. Улицы были не слишком
загружены, а на помехи, создаваемые туристическим транспортом, он, как
уроженец Нью-Йорка, давно перестал обращать внимание.
— Черт, они же обещали починить мне машину! Ты слышишь, Фини? Что это
за жужжание?
Фини послушно прислушался к посторонним шумам, проникающим в салон.
— Похоже на гудение пчелиного роя.
— Три дня! — не унималась Ева. — Продержать машину три дня в
ремонте — и никакого толку! Стало даже хуже, чем было.
— Брось, Даллас! — Он похлопал ее по руке. — Научись смотреть
правде в глаза. Смирись с простым фактом: твоя машина — груда металлолома.
Купи себе новую.
— Не хочу новую! — Ева ударила кулаком по приборной панели. —
Хочу ездить на этой, только без шумового сопровождения.
Она резко затормозила на светофоре и принялась нетерпеливо барабанить
пальцами по рулю. Звуки были такими угрожающими, что Ева не была уверена,
доберутся ли они до места.
— Где этот чертов дом 582 на Сентрал Парк-Саут? — Жужжание стало
еще громче, и она снова ударила кулаком по панели. — Мы что,
заблудились?
— Да, не повезло твоей технике с хозяйкой, — усмехнулся
Фини. — Потому, наверное, она тебя все время и подводит. Так я и
говорю, — зачастил он, не дав Еве огрызнуться, — моя жена будет в
полном восторге. Этот Джастин Янг играл любовника в
Ночных водопадах
.
— Мыльная опера? — Ева скорчила гримасу. — Вы что, смотрите
мыло
?
— Подумаешь, эстетка! Да, я иногда включаю
мыльный
канал, чтобы
отдохнуть. Все так делают. В общем, моя жена от него без ума. Сейчас он
снимается в кино, и она приобретает все фильмы с его участием. Славный тип!
А уж Джерри Фитцджеральд... — Фини мечтательно улыбнулся.
— Оставь свои разнузданные фантазии при себе, приятель.
— Это же не телосложение, а сказка! Не то что у остальных манекенщиц —
кожа да кости. — Он причмокнул и облизнулся, словно только что съел
большую порцию мороженого. — Знаешь, почему мне нравится с тобой
сотрудничать, Даллас?
— Потому что я хороша собой и чертовски умна?
— Это само собой. — Он закатил глаза. — А еще потому, что,
вернувшись домой, я бегу к жене и первым делом выкладываю, кого допросил за
день. Тут тебе и миллиардер, и сенатор, и итальянские аристократы, и
кинозвезды. Это невероятно поднимает мой престиж!
— Я рада, что могу тебе помочь. — Ева втиснула свой помятый
полицейский рыдван между мини-Роллсом и степенным
Мерседесом
. —
Главное, держи себя в руках, когда мы будем допрашивать этого актера по
третьей категории.
— Я все-таки профессионал. — Фини вылез из машины и ухмыльнулся,
разглядывая мраморный фасад роскошного здания. — Нет, ты оглядись!
Хотелось бы тебе здесь жить? Ох, извини, я забыл: теперь это для тебя все
равно что трущобы.
— Пошел к черту, Фини!
— Ладно, детка, не ерепенься. — Он положил руку ей на плечо и
повел к парадному. — Быть невестой богатейшего человека в мире совсем
не стыдно.
— А я и не стыжусь. Просто не хочу об этом распространяться...
Зажиточные обитатели дома могли себе позволить и электронную систему охраны,
и внушительного по размерам привратника. Показав полицейские значки, Ева и
Фини вошли в сияющий мраморный вестибюль, заставленный раскидистыми
папоротниками и экзотическими цветами в огромных напольных вазах.
— Показуха, — пробормотала Ева.
— Видишь, как ты зазналась! — Фини подошел к внутреннему экрану
охранной системы. — Лейтенант Даллас и капитан Фини, к Джастину Янгу.
— Одну минуту, пожалуйста, — прошелестел вкрадчивый голос и через
несколько секунд добавил:
— Мистер Янг вас ожидает. Просьба пройти в лифт номер три. Всего
наилучшего!
Глава 6
— В какую игру ты предпочитаешь сыграть? — спросил Фини по пути
наверх, косясь на крохотную камеру в углу лифта. — Как обычно — в злого
полицейского и доброго полицейского?
— Как ни странно, это чаще всего срабатывает.
— Точно. Гражданские лица клюют с ходу.
— Давай начнем просто: мол, извините за беспокойство, мы ценим ваше
сотрудничество, и так далее. А если почувствуем, что он темнит, возьмем его
в оборот.
— Только, чур, я буду злодеем!
— Согласись, Фини, злодей из тебя никудышный. Он устремил на нее
возмущенный взгляд.
— Зато я старше тебя по званию, Даллас.
— Но следствие веду я. Кроме того, у меня лучше получается злодейская
роль. Придется тебе с этим смириться.
— Вечно мне приходится изображать добренького! — простонал он,
выходя следом за Евой в ярко освещенный холл, тоже выложенный мрамором.
Джастин Янг распахнул дверь, словно подкарауливал гостей. Ева сразу
определила про себя, что одежду он тщательно продумал. Все должно было
свидетельствовать о том, что добропорядочный и благополучный гражданин
намерен выступить в роли покладистого свидетеля: дорогие свободные брюки,
расшитая шелковая рубашка в тон брюкам, модные сандалии на толстых подошвах.
— Рад познакомиться, лейтенант Даллас, капитан Фини. — Серьезное
выражение на красивом лице с правильными чертами, неотразимые черные глаза,
волнистая шевелюра, широкое кольцо с ониксом на пальце протянутой для
пожатия руки. — Прошу.
— Спасибо, что согласились без промедления нас принять, мистер Янг.
Возможно, Ева действительно зазналась, но квартира произвела на нее
неблагоприятное впечатление: ей всегда казалось, что выставленное напоказ
богатство свидетельствует о неважном вкусе.
— Такая трагедия, такой ужас!
Хозяин жестом предложил гостям присесть на L-образный диван, заваленный
разноцветными атласными подушками. Напротив дивана висела огромная картина,
изображающая тропический пляж на закате. Этот мирный пейзаж настраивал на
спокойный, задумчивый лад.
— Просто не верится, что ее больше нет! Это произошло так внезапно и
при таких кошмарных обстоятельствах...
— Извините нас за вторжение, — начал Фини, играя свою роль доброго
полицейского и стараясь не таращиться на многочисленные сувениры и цветные
стекла. — Мы понимаем, какое тяжелое горе вы сейчас переживаете.
— Действительно, мы с Пандорой были хорошими друзьями. Что вам
предложить? — поинтересовался Янг, восседая в глубоком кресле.
— Ничего не надо, благодарю. — Ева никак не могла принять удобную
позу среди россыпи подушечек.
— А я, с вашего позволения, выпью кофе. Я живу на нервах с того
момента, как узнал о несчастье. — Янг наклонился к столику, отделявшему
его кресло от дивана, и надавил на кнопку. — Один кофе,
пожалуйста. — Он откинулся на спинку и через силу улыбнулся. —
Видимо, вас интересует, где я находился в момент ее смерти? Я столько раз
исполнял роль полицейского, подозреваемого, даже потерпевшего, что знаю все
наизусть. Но у меня всегда было амплуа невиновного!
Горничная, одетая в классическую униформу, внесла стеклянный поднос с одной-
единственной чашечкой на блюдце. Джастин обеими руками поднес чашку ко рту.
— О времени убийства точно не сообщается, но я могу отчитаться о своих
занятиях на протяжении всего вечера и ночи. Примерно до полуночи я находился
у Пандоры: она устроила небольшую вечеринку. Мы с Джерри — Джерри
Фитцджеральд — ушли вместе, чтобы выпить в частном клубе неподалеку. Там,
конечно, подтвердят, что видели нас. Из клуба мы вышли примерно в час ночи.
Сначала хотели зайти еще куда-нибудь, но, честно говоря, и так достаточно
выпили и наобщались с людьми. Поэтому мы поехали прямо сюда и не выходили до
десяти утра. У Джерри была назначена репетиция. Когда она ушла, я налил себе
кофе, включил
Новости
— и узнал про бедняжку Пандору.
— Что ж, это похоже на алиби, — пробормотала Ева; ей показалось,
что рассказ прозвучал как-то слишком заученно. — Но нам придется
допросить мисс Фитцджеральд, чтобы все подтвердить.
— Разумеется. Не хотите ли сделать это немедленно? Она сейчас отдыхает
в соседней комнате: смерть Пандоры явилась для нее потрясением.
— Пускай отдохнет еще, — разрешила Ева. — Вы сказали, что
были с Пандорой хорошими друзьями. Может быть, любовниками?
— Иногда случалось, но в этом не было ничего серьезного. Важнее, что мы
с ней вращались в одних и тех же кругах. И если уж совсем начистоту, Пандора
предпочитала мужчин, которыми можно помыкать, которых легко взять на
испуг. — Янг снисходительно улыбнулся, давая понять, что сам к этой
категории мужчин не принадлежит. — Она чаще обращала внимание на
неудачников, чем на тех, кто добился успеха. Пандора не любила, чтобы кто-то
мешал ей греться в лучах славы, отвлекая внимание на себя.
— С кем же она состояла в романтической связи к моменту смерти? —
осведомился Фини в тон рассказчику.
— Полагаю, сразу с несколькими. С одним — она называла его
антрепренером, но, по-моему, иронически — она познакомилась на каком-то
курорте. Кажется, на Гаити. Был еще начинающий модельер — по словам Джерри,
подающий большие надежды. То ли Микеланджело, то ли Пуччини, то ли
Леонардо... Что-то в этом роде. Потом Пол Редфорд, видеопродюсер, он как раз
был с нами в тот вечер...
Янг отхлебнул еще кофе и наморщил лоб.
— Да, точно, Леонардо... Между прочим, на нашей вечеринке из-за него
случился скандал. Вломилась какая-то женщина и устроила с Пандорой настоящую
драку. Это было бы даже забавно, если бы все присутствующие так не
смутились.
Он удивленно и даже довольно весело развел холеными руками.
Недурно, —
подумала Ева. — Хорошо отрепетировано, каждому словечку — свое время и
место
.
— Нам с Полом пришлось их разнимать.
— Женщина вломилась в квартиру Пандоры и набросилась на нее? —
осведомилась Ева.
— Не совсем так. Бедняжка была чем-то удручена, умоляла Пандору
сжалиться, но та начала обзывать ее грязными словами, а потом
ударила. — Джастин взмахнул кулаком. — Эта женщина невысока
ростом, но ей тоже палец в рот не клади: она сумела устоять на ногах и
вцепилась Пандоре в волосы. В общем, зрелище не из приятных. Когда Пандора
схватила ее за горло, мы их разняли. Та женщина убралась вся в крови.
Немудрено: ногти у Пандоры были как кинжалы.
— Пандора исцарапала ей лицо?
— Нет, на лице, я думаю, останется только синяк. Я запомнил несколько
длинных царапин у нее на шее. Боюсь, я не смогу назвать вам имя той женщины:
Пандора звала ее только сукой и прочими ласковыми словечками. Уходя, она еле
сдерживала слезы и пригрозила Пандоре, что та пожалеет о своем поступке. Это
была бы неплохая реплика под занавес, если бы она не испортила все
впечатление, крикнув, что любовь не знает преград.
"Вполне в духе Мевис, — подумала Ева.
— Как вела себя Пандора после ее
...Закладка в соц.сетях
