Жанр: Любовные романы
Полюбить ковбоя
...нственным внуком, единственной радостью, а для Хенка еще и постоянным
напоминанием о мальчике, которого он потерял.
— Тем не менее ему следует знать, как сидеть в седле.
— Не держась руками? Задрав ноги в воздух? — Эрин указала на голую
спину Кемосабе. — На этой лошади нет седла.
— Ему оно и не нужно. — У Денни дернулся мускул на щеке. — Мы
все учились без него. Сегодня перед ленчем я несколько раз провел Тима по
коралю, — он провел рукой по волосам, — потом мы опять немного
вздремнули, а после этого Тим...
— Стал умолять покататься еще.
— Он, конечно, знает, как добиться своего, — Денни посмотрел на
нее и не смог сдержать улыбки, — в этом он весь в тебя.
— Оставь свои ковбойские комплименты, я не куплюсь.
— Ты стала по-настоящему упрямой, Эрин. Должно быть, все время, что ты
раньше проводила с отцом, ты теперь проводишь с Кеном.
— Во всяком случае, ты для меня не авторитет.
Кемосабе топнул ногой, и Денни, недовольно хмыкнув, погладил бархатистую
морду лошади и расправил ей челку.
— Я думала, к этому времени тебя уже здесь не будет.
— Чудесно, — его глаза метнули молнии, — но почему бы тебе на
выстрелить из всех орудий разом и не покончить с этим одним махом? Тогда мы,
пожалуй, смогли бы снова начать разговаривать друг с другом, как разумные
человеческие существа. Таковыми мы были несколько минут вчера вечером.
— Я не хочу разговаривать, я хочу...
— Позволь мне так думать, — сказал он.
— Денни, он мог ушибиться. Или еще хуже, — добавила она и увидела,
как при этих словах лицо Денни окаменело. Теперь она не забудет и эту
поднятую руку. — Чтобы по-настоящему научить его ездить верхом на
быке...
— Я не учил. Когда ты подъехала, мы заканчивали прогулку по кругу. Я
держал уздечку накоротке и никогда не отпускал, лошадь шла не быстрее, чем
на неторопливой прогулке, и больше ничего не делала. За что ты набросилась
на меня, Эрин? Тимми здоровый парень.
— Со сломанной рукой?!
Его глаза вспыхнули, он придвинулся к ней и произнес с возмущением:
— А тебе когда-нибудь приходило в голову, что он может восхищаться
своим отцом? Что он хочет быть похожим на меня? Или это самое плохое, что ты
можешь пожелать ему в жизни? — Эрин открыла было рот, но Денни оборвал
ее: — Да, я полагаю, все обстоит именно так. — Окликнув Кемосабе, он
потянул лошадь вперед на дорожку, чуть не сбив с ног Эрин. — Тим сам
тщательно подбирал свои движения, я не говорил, что ему делать, не давал
никаких наставлений. — Он сделал паузу. — И если тебя нервирует,
что это приходит к нему само собой, как было со мной, как бывает со многими
мальчишками его возраста, то мне очень жаль. Я также чертовски сожалею, что
и ты не гордишься мной.
— Денни.
Положив руку на шею коня, он остановил его легким движением и ждал. Эрин
почувствовала, что слишком погорячилась, и ей стало стыдно, ведь она чуть
было не стала обвинять Денни в несчастье с Тревором.
— Не так легко воспитывать ребенка, — сказала она, — я
стараюсь изо всех сил, но понимаю, что иногда слишком сильно натягиваю
поводья.
— Это извинение? — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Вероятно,
тебе не следует просить прощения в одиночку.
Замотав уздечку за верхнюю планку изгороди кораля, Денни вернулся к ней в
более мирном настроении. Они услышали, как Мег, зовя их к обеду, один раз
прозвонила у дома в железный треугольник, и звук повис в тишине, так как
она, по-видимому, увидела их вместе.
— Эрин, я тоже часть его жизни.
— Надолго ли? До завтрашнего утра? — Она выдержала его
оскорбленный взгляд. — Как только Тимми привыкнет к тебе, ты уедешь.
Родео — вот что влечет тебя, Денни.
— Да, это так, — согласился он, не отводя глаз.
— А я не мыслю себя без этого ранчо, твоей семьи, магазина. Каждый из
нас предпочитает свое, не так ли? Ты не хочешь бросить родео, а я не хочу
уезжать отсюда. Вот почему наша семейная жизнь никогда не складывалась.
— Она складывалась просто замечательно...
— Где? В постели?
— Неплохое начало, конечно, но мы были друзьями еще до того, как когда-
то оказались в постели друг с другом, хорошими друзьями.
— Тогда, быть может, нам не следовало никогда... спать вместе, — с
трудом выговорила Эрин, — потому что теперь мы перестали быть друзьями.
— Это ты прогоняешь меня, Эрин.
— Ты сам хочешь уехать.
— И каждый раз, когда я возвращаюсь, ты снова прогоняешь меня.
Эрин прикрыла глаза. Она так его любила, а он вынуждал ее быть с ним
холодной, бесчувственной, словно они враги.
— Вероятно, легче сказать, чтобы ты уехал, чем постоянно ждать тебя.
— Я думал, что когда родился Тим...
— Тебя там не было!
Денни взглянул на нее, потом на Кемосабе, переступавшего с ноги на ногу у
ограды, и пошел к изгороди.
— Ты меня удивляешь, — сказал он, отвязывая уздечку и открывая
ворота, — но если у тебя плохо с памятью, я напомню. Однако, я думаю,
ты все же права: задушевного разговора у нас никогда не получалось. —
Он вывел лошадь на пыльный двор. — Скажи маме, я приду, как только
отведу Сабе на пастбище и подброшу ему в корыто корм на вечер.
Эрин смотрела, как они шли — мужчина и лошадь. Величественные животные,
подумала она, оба одинокие и усталые, Денни слегка прихрамывал — значит, он
все еще чувствовал боль, и конь тоже двигался с осторожностью.
Пройдя всего несколько шагов, Денни повернулся и заставил лошадь сделать
небольшой круг, так что они оба оказались лицом к Эрин.
— Ты сходишь с ума не из-за того, что Тимми сидел на этой лошади, ты
прекрасно знаешь, что она не обидит мальчика. — От его потемневшего
пристального взгляда Эрин захотелось убежать. — Могу держать пари, ты
сходишь с ума из-за вчерашнего вечера и из-за своих воспоминаний о нашей
широкой постели, теперь такой одинокой.
Лучи заходящего солнца поблескивали на пестрой черно-белой шкуре лошади и
темных волосах человека; Денни погладил шею коня, потом прижался к ней
щекой. Мег, позабыв выключить горелку, на которой стояла пароварка с
брокколи, и не обращая внимания на то, что голодна, прижав руку к животу,
смотрела из кухонного окна на пастбище напротив, где ее сын прогуливал
лошадь, и не могла оторваться, пока ее не позвал Тим.
— Бабушка, ужин подгорает.
Тимми сам накрыл стол, положив ножи слева, вилки справа и совершенно позабыв
про ложки, и теперь сидел за кухонным столом, склонившись над цветным
карандашным рисунком, лежавшим рядом с его тарелкой, а в лице его не было ни
кровинки.
— Мама с папой ссорятся, — пожаловался он Мег.
Сопротивляясь настойчивому желанию расспросить его, она похвалила внука за
сервировку стола, дала ему пачку чистой бумаги и цветные карандаши,
выключила горелку на плите, отставила кастрюлю, достала из буфета миску,
нарезала в нее свежие овощи и зелень, добавила изрядную порцию масла, выжала
немного лимонного сока и решила, что один вопрос вполне уместен.
— Вы с папой хорошо провели сегодня день?
— Замечательно, — после довольно долгого раздумья ответил Тим,
засовывая цветные карандаши обратно в коробку. — Пока ты была у зубного
врача, а потом в церкви со своим женским клубом, мы читали, болтали, немного
погуляли, а перед тем как вздремнуть, он разрешил мне посидеть на
Кемосабе. — Тимми колебался, стоит ли договаривать. — А когда ты
готовила обед, мы это сделали еще раз... пока мама не приехала домой.
Так вот в чем дело, именно это она и подозревала.
— Значит, ей не понравилось, что ты скачешь с этим гипсом, да?
Мег за свою жизнь видела достаточно сломанных костей — у нее все-таки было
три сына.
— Она отослала меня домой, — Тимми покачал головой, — и
ничего не сказала, пока я не ушел. — Он снова сделал паузу. — Но я
видел через заднюю дверь, как папа повел Сабе на пастбище, и выглядел он
так, словно получил взбучку.
— Твоя мама волнуется за тебя.
— Мы, укротители быков...
— Тимми, давай отложим это ненадолго, пока тебе не снимут гипс. До
этого бессмысленно говорить о скачках на быках. — Мег ласково коснулась
его волос, заметив, как у него задрожал подбородок.
— Она не может запретить мне участвовать в родео.
Мег, всегда гордившаяся успехами Денни, не стала бы ее винить, если бы Эрин
постаралась это сделать. Иногда ей казалось, что тяга к этому опасному
занятию была врожденной и не нуждалась в поощрении. А со временем ее
уверенность в том, что эта тяга приведет к трагедии, становилась гораздо
больше, чем когда-то была вероятность трагического исхода катания маленького
мальчика на необученной лошади в корале... мальчика такого, как сейчас
Тимми.
— Бабушка?
— Что?
— Ты скучаешь по дедушке?
— Все время скучаю. А почему ты спрашиваешь?
— У тебя грустный вид. — Его подбородок все еще дрожал, когда он
смотрел на нее снизу вверх. — Или ты переживаешь из-за папы с мамой?
Ее уже давно огорчали отношения Эрин и Денни, она не знала, как можно решить
их проблему, если только Эрин не ждет невероятного: что мужчина, который
любит родео всем своим существом, откажется от него и вернется домой, приняв
условия Эрин.
— Мне бы хотелось, чтобы твои родители покончили со всеми
недоразумениями и снова были вместе. — Перед обедом в кухне ароматно
пахло жареным цыпленком — пора было его вынимать и разделывать. Нагнувшись к
духовке, она слегка улыбнулась. — Когда они были детьми, в твоем
возрасте и немного постарше, они были неразлучны, все время вместе, —
продолжала Мег, — а когда еще повзрослели, то обратили внимание друг на
друга.
— Как кавалер и его девушка?
— Вот именно. На них приятно было смотреть, казалось, они просто
счастливы вместе.
— Почему же теперь они не любят друг друга?
— Быть может, в один прекрасный день все опять будет как прежде. —
Поставив цыпленка на стол, она снова выглянула в окошко и увидела, что Эрин
идет через двор, а Денни, понурив голову и опустив плечи, смотрит ей вслед с
пастбища, снимая с Кемосабе уздечку.
— И тогда папочка будет жить дома с нами? И он, и мама будут спать
вместе в ее комнате?
— Разве это не было бы чудесно? — пробормотала Мег.
Целое мгновение, пока Тим снова не заговорил, она была полна радужных
надежд: дом снова был бы полон смеха, прибавился бы еще один или двое
малышей, которых можно баловать, Денни мог бы заняться хозяйством, которое
забросил Хенк, укрепил бы заборы и отремонтировал конюшни, вырастил бы
несколько быков-призеров...
Маленькое личико Тима было таким серьезным и внимательным, что Мег
почудилось, будто он видит все ее горести и несбыточные мечты, ее страх
перед собственным будущим без Хенка, без тех, кого она любит.
— А что, если мы им поможем?
— Поможем?
— Конечно. — Он произнес это в точности как Денни и повернулся на
стуле. — Как бы нам это сделать, бабушка?
— Не знаю, — ответила она, но затем призадумалась. — Хотя, пожалуй, кое-что мы можем.
— Мы с тобой можем пойти в кино еще раз посмотреть
Король-лев
, и дядя
Кен тоже может пойти с нами. Тогда мама и папа останутся здесь вдвоем, и они
должны полюбить друг друга, ведь им будет одиноко без нас.
— Наверное, можем, — согласилась Мег, прикрыв глаза.
— Тогда папа будет маминым любимым, как я у тебя, да?
Она не хотела обнадеживать мальчика, но...
— Да, Тимми.
— И мама поцелует его, — он повел плечами, словно вздрогнув от
отвращения, — и они будут любить.
— Надеюсь, так и будет, — прошептала Мег, услышав шаги Эрин на
нижней ступеньке заднего крыльца.
— И мы с тобой будем влюбленными, так, да?
Устами младенца...
— подумала она, прислушиваясь, как Эрин открывает дверь
и вслед за ней по ступенькам стучат сапоги Денни.
— Да, безусловно, — улыбнулась Мег.
— Я уже люблю тебя, ба. — Откинув назад голову и задрав вверх
упрямый подбородок, Тимми радостно улыбнулся ей.
Мег не могла сказать, от кого из родителей он уна-следовал этот подбородок,
от Денни или от Эрин, но если никто из них не знал, чего они хотят, то Тимми
знал, и Мег знала. Так, может быть, нет ничего невозможного? Она взяла внука
рукой под подбородок и поспешила запечатлеть поцелуй на его щеке, пока он не
увернулся.
— Я тоже люблю тебя, дорогой малыш.
Глава 6
Два дня спустя Эрин утром открывала магазин и ругалась про себя, потому что
взятый ею на лето помощник уже в который раз не явился вовремя. Ей пришлось
отбросить воспоминания о жарком полудне, проведенном давным-давно в постели
с Денни, забыть ощущение его рук на своем теле, когда они, оба совершенно
нагие, в первый раз оказались в кровати после долгих месяцев тайных
страстных свиданий в амбаре, в рабочем сарае, в дальнем уголке пастбища, в
старом погребе на холме.
Эрин не понимала, что значит любить, пока не полюбила Денни. У нее в жизни
был только один любовник, и даже сейчас она не мечтала о другом! Эрин
бросило в жар, но она свалила все на слишком теплую погоду, по прогнозу этот
день должен быть первым жарким днем в сезоне.
Ей следует поворачиваться побыстрее, и если она не отбросит сны наяву, она
никогда на приберет в магазине, не начнет инвентаризацию. Сегодня из-за
опоздания Джейсона Баркера, которое вошло у него в привычку, с тех пор как
он в мае окончил среднюю школу, она вынуждена будет взять работу домой,
потому что расчеты необходимо закончить к концу месяца, а теперь, когда ей
придется выполнять еще и подсобную работу Джейсона, днем у нее совсем не
будет времени.
Эрин казалось, что она догадывается, почему он опаздывал, она могла назвать
даже две причины, и это только усиливало ее раздражение. Своей одержимостью
родео и влюбчивостью он напоминал ей половину местных мальчишек и Денни в
молодости.
Зачем она опять вспоминает о вызывающем заявлении Денни и о том, что этому
предшествовало?
Ты сходишь с ума не из-за того, что Тим сидел на этой лошади... ты
сходишь с ума из-за вчерашнего вечера. Звякнул колокольчик, и входная дверь магазина распахнулась, пропуская внутрь
струю горячего летнего воздуха и Дейзи Четворт, давнюю подругу Эрин.
У вошедшей женщины, как и у Эрин, лицо блестело от пота, ее длинные влажные
волосы прилипли к вискам и шее, а на губах сияла улыбка.
— Что ты так суетишься? Сегодня утром, похоже, ты работаешь в одиночку.
А где же Джейсон?
— Он уже трижды за прошлую неделю не появлялся вовремя, — криво
усмехнулась Эрин. — Не знаешь, где он может быть? Но из-за того, что я
плачу ему нищен-скую зарплату, у меня нет никаких прав жаловаться.
— Ты рассуждаешь, как женщина, стоящая на пороге банкротства.
— Все может быть.
— В чем дело? Новый мотив обреченности? — Дейзи, прохаживаясь
среди полок, брала в руки то кусок туалетного мыла, то колоду бело-красных
игральных карт.
Эрин оперлась о щетку и, ничего не отвечая, наблюдала за ней, очевидно, на
уме у Дейзи было что-то другое, а не покупки. Ну и что же в этом странного?
Половина покупателей магазина приходила, надеясь обсудить местные сплетни, и
подчас уходила, так ничего и не узнав, во всяком случае, от Эрин, или купив
какую-нибудь ерунду.
— Разве библиотека сегодня не работает? — вопросом на вопрос
ответила Эрин.
— Господи, конечно, работает.
Усмехнувшись, Дейзи оторвалась от витрины с цветными ленточками для волос,
хотя раньше они никогда не интересовали ее. В неизменных простых джинсах,
подчеркивавших практически полное отсутствие бедер, и синей блузке из шамбре
с короткими рукавами, которая скрывала почти отсутствующую грудь, Дейзи
выглядела такой очаровательной, какой всегда стремилась быть. Она совсем не
изменилась со времени учебы в средней школе и оставалась все такой же —
высокой, изящной, со спортивной мальчишеской фигурой, как и подобает бывшему
чемпиону по скачкам с препятствиями.
— Сегодня день летнего чтения, — объяснила Дейзи, — поэтому я
оставила своих подростков-помощников выслушивать пересказы всех этих книжек
про динозавров и черепашек-ниньдзя.
— О проклятие, — выругалась Эрин, отставляя в сторону щетку;
взбудораженная присутствием Денни на ранчо, она напрочь забыла о реальной
жизни. — Я не напомнила Мег, что сегодня нужно отвезти Тимми, ведь он
за эту неделю прочитал три книги.
— И одна из них, конечно же, про родео.
У Дейзи была фотографическая память, она, наверное, помнила, что отметил
галочкой каждый городской мальчик.
Расспросив о руке Тимми и изучив свое отражение в блестящем медном дне
кастрюли в отделе товаров для дома, Дейзи задала следующий вопрос:
— До меня дошли слухи, что Денни вернулся в Парадиз-Вэлли, это правда?
— Ну вот, — отозвалась Эрин, — а я все ждала, когда же ты
доберешься до истинной цели своего визита. Значит, ты из-за этого улизнула
из библиотеки?
— Я не хочу слушать сплетни, меня интересует сам первоисточник.
— Тогда пойди навести Денни.
— Так это правда? Он действительно дома?
— Я не сказала
дома
, — буркнула Эрин, — но, в общем, да, он
приехал на несколько дней навестить Тимми.
— Все никак не придешь в себя после путешествия Тимми в Страну
Исполнения Желаний? — Дейзи взглянула на подругу, стараясь не
рассмеяться. — Ты уже купила ему лошадь?
— Нет, и не собираюсь. — Но шлюз прорвало, и Эрин, не в силах
больше сдерживаться, рассказала Дейзи об уроке верховой езды, а закончив,
снова со вздохом прислонилась спиной к прилавку возле кассового
аппарата. — Я знаю, он рад видеть Денни, Мег тоже.
— А ты?
Дейзи и Эрин всю жизнь были друзьями, начиная с первых дней учебы в школе, и
никогда не лгали друг другу, с Денни у Дейзи тоже были дружеские отношения.
— Он все еще хорошо выглядит, — продолжала Эрин, — даже более
чем хорошо, но я, по существу, так и остаюсь матерью-одиночкой без всяких
иллюзий. — Она помолчала. — Я знаю от Тимми, что несколько дней
назад звонил Люк Хастингс, и если в ближайшее время Денни не уедет, Люк
явится к нам, чтобы забрать его.
— Люк просто никчемный бродяга, Денни не такой. — Покинув секцию
товаров для дома, которые ее больше не интересовали, Дейзи прошла в другой
отдел магазина. — Ты, Эрин, не хуже меня знаешь, почему он уехал из
дома, и произошло это еще задолго до того, как ты вышла за него замуж.
— Мне хотелось бы, чтобы он помирился с отцом, пока тот был жив.
— Быть может, если бы ты немного приласкала его, Денни остался бы.
— Ох, Дейзи, сомневаюсь, что это возможно, даже если бы я захотела.
— Его мать, несомненно, хочет, чтобы он вернулся, могу поспорить.
— А Кен?
— Ну, Кен... — неопределенно ответила Дейзи. — А чего ты
ожидала?
— Кен всегда хорошо относился и к Тимми, и ко мне. — Как обычно,
Эрин стала защищать его, но замолчала, не решаясь высказаться до
конца. — Однако в последнее время я замечаю...
— Что?
Эрин вздрогнула от резкого возгласа Дейзи.
— Не знаю, как объяснить. То, как он смотрит на нас, на меня. —
Она посмотрела на пол, где лежали комочки мусора, который она смела щеткой,
и смахнула с прилавка несколько пушинок. — Быть может, я воображаю то,
чего нет, но я точно знаю, что он не хочет видеть брата рядом. На следующий
вечер после приезда Денни Кен предложил ему уехать.
— Денни, должно быть, пришел в восторг.
— После этого я нашла его в корале. — Эрин подняла взгляд. —
Дейзи, он выглядел таким... истерзанным. Не из-за Кена, нет. Я уверена, он
знал, что все так и будет, но Денни никогда не отступится от того, что
задумал, если ему по-настоящему этого хочется. — Она покачала
головой. — Он все еще мучается из-за Тревора, и я попыталась сказать,
что понимаю его, что тоже до сих пор переживаю.
— А потом?
— Я не собиралась, — голос Эрин стал совсем тихим, — но это
все же произошло — я поцеловала его, но не страстно.
— Бык дрогнул?
— Как тебе сказать... и да и нет.
— Выкладывай, раз начала. — Дейзи, наклонившись, заглянула в
подавленное лицо Эрин. — Это же я, твоя подруга, которая была с тобой и
в старших классах школы, и во время величайшего романа твоей юности,
помнишь? Я же знаю, что вы с Денни занимались сексом с того момента, как ты
достигла половой зрелости.
— Все библиотекари такие задушевные, такие тактичные?
— Только самые лучшие.
— Почему мне хочется сегодня вечером приехать домой и обнаружить, что
подъездная аллея пуста, что в ней нет других автомобилей, кроме машин Мег и
Кена? — закрыв глаза, спрашивала Эрин. — Почему мне хочется, чтобы
этот серый наемный автомобиль, припаркованный у заднего крыльца, не стал
обычным явлением? Почему я в то же время боюсь, что увижу вместо него пустое
место?
Дейзи не отвечала, да Эрин и понимала, что ответа не могло быть, но в
следующее мгновение он уже был ей не нужен.
Колокольчик звякнул, дверь снова открылась, и в магазин, тяжело дыша,
ввалился Джейсон Баркер с красным лицом и растрепанными темными волосами.
— Ты слишком торопишься по такой жаре, парень, — сказала
Дейзи, — и можешь упасть замертво еще до того, как солжешь в первый
раз.
— Дейзи! — укоризненно воскликнула Эрин.
— Здравствуйте, мисс Четворт. — Голубые глаза Джейсона
сияли. — Почему вы не в библиотеке, почему не слушаете этих дурацких
ребячьих рассказов о книгах, которых они не читали?
— Я уже иду. — Проходя мимо Джейсона, она пригладила ему
волосы. — Почему бы тебе хоть раз не прийти вовремя на работу?
Эрин не сказала ни слова, и Джейсон, густо покраснев от смущения,
отвернулся.
— Простите, — сказал он, встретившись взглядом с Эрин, — я
проспал.
— Я дам тебе новый будильник, но смотри, чтобы больше этого не
повторялось, о'кей?
Джейсон кивнул и, взяв щетку, направился в дальний конец магазина.
Скорее всего, — подумала Эрин, — вчера вечером у него было
свидание
, — и крикнула ему вдогонку:
— Я не могу позволить себе взять на работу еще кого-нибудь.
Она обернулась к Дейзи, державшейся за ручку двери с простодушным видом и,
по-видимому, собиравшейся еще что-то сказать перед уходом.
— Передай Денни, чтобы он зашел проведать меня и поболтать о днях наших
школьных родео, быть может, благодаря этому он подольше задержится в городе.
Да, и скажи Тиму, что я тоже хочу расписаться на его гипсе.
Помахав ей на прощание, Эрин со вздохом прошла за прилавок достать вчерашнюю
выручку из деревянного ящичка, в котором она ее хранила, и вопреки самым
лучшим намерениям снова вернулась к грезам и размышлениям о своей одинокой
постели.
Вечером Денни был встречен дразнящими аппетитными запахами и запиской,
лежавшей на кухонном столе.
Уехали в город на день рождения. Еда в духовке, на двоих хватит.
Кен работает допоздна, а потом обедает в Ротари клайб
в Диллоне. С
любовью, мама и Тимми. Заглянув в духовку, куда мать всегда ставила обед, чтобы он сохранялся
теплым, Денни нашел там фаршированный перец и свежий яблочный пирог.
— Эрин? — на всякий случай позвал он, хотя знал, что она еще не
вернулась, потому что ее автомобиля не было возле дома.
Ему просто хотелось нарушить тишину в доме, которая, как и недавний от
...Закладка в соц.сетях
