Жанр: Любовные романы
Звездная пыль
... прекратилась. Линде почудилось, будто ее поднимают с кровати.
Она улыбнулась бледному, испуганному брату, стоявшему над ней.
— Да, — слабо произнесла она сквозь сладкую вялость, объявшую ее
утомленное тело. — Хорошо... Мне будет хорошо...
Через мгновение, показавшееся Райкеру вечностью, он услышал вдалеке громкий,
отчетливый вой санитарной сирены. Линда не слышала его.
Линда уже никогда больше ничего не услышит.
Позже в это же самое утро Си Си Маккарти разбудил шум у въездных ворот. Он
сбросил простыни, надел джинсы и побрел вниз. В доме стояла тишина. Не было
видно ни Бадди, ни Майкла. Никого. Си Си открыл входную дверь и увидел
полицейские автомобили.
Бадди шел по двору, убирая в кобуру пистолет.
— Что случилось? — спросил его Си Си.
Улыбнувшись, как обычно, Бадди ответил:
— Ничего такого, о чем бы следовало беспокоиться. Какой-то психованный
подросток проник в ломбард, стащил пистолет и появился здесь на рассвете,
пытаясь перелезть через ограду. — Он положил свою массивную руку на
голое плечо Си Си и повел его назад в дом.
— Что он хотел?
Бадди прокашлялся.
— Он сказал, что собирается убить тебя за то, что ты сделал с его
сестрой.
Си Си нахмурился:
— Как зовут этого мальчика?
— Этот маленький ублюдок отказался говорить. Полицейские забрали его с
собой в участок, думаю, они узнают, кто он такой. На вид ему не больше двенадцати-
тринадцати лет. Просто какой-то взбесившийся негодяй.
Си Си кивнул и, зевая, почесал живот.
— Ты уже завтракал?
Летом Си Си записал еще четыре пластинки, а на экраны вышел еще один
отснятый студией
А-Кей-Оу
мюзикл
Человек-банджо
. Кинотеатры по всей
стране были переполнены. Фотографии суперзвезды красовались на обложках
таких журналов, как
Лайф
,
Лук
,
Тайм
,
Ньюсуик
, не говоря уже о
кинематографических. Популярность Вождя росла с каждым днем. Так же, как и
его богатство.
Большой любитель автомобилей, Си Си купил себе серый
мерседес
с острыми,
как у чайки, крыльями и потратил целое утро, полируя его на посыпанной
галькой аллее перед
Мюзиклендом
. Но когда он выезжал из ворот, его
поклонники, стремившиеся прикоснуться ко всему, что принадлежит их кумиру,
хватались жадными руками за блестящую полировку и бежали рядом с медленно
двигающимся
мерседесом
. Си Си, помахивая им рукой и улыбаясь, отказался от
намерения проехаться на автомобиле. Повернув назад к дому, он сказал:
— Господи Иисусе, да они когда-нибудь своей любовью доведут меня до
смерти, Бад.
— Да, — ухмыльнулся Бадди, — особенно женщины.
— Особенно женщины, — смеясь повторил Си Си и подумал, сможет ли
он когда-нибудь выбрать свою женщину среди всех, любивших его.
Иногда он страстно хотел, чтобы в его жизнь вошла девушка его мечты. Он был
уверен, что сразу узнает ее. Она должна быть милой, красивой и непорочной.
Си Си хотел, чтобы его женой и матерью его детей стала невинная девушка. Он
хотел знать, что является единственным мужчиной в ее жизни и будет всегда
этим единственным мужчиной. Он хотел сам научить ее любви. Он мечтал о
женщине, которая была бы верна ему так же, как его любимая мамочка была
верна отцу.
Си Си вздохнул. У него было несколько... сотен женщин... за последние
несколько лет. Но ни одной не удалось завладеть его сердцем.
И вот он встретил Каролину.
Глава 14
Каролина Луиза Мэнсфилд, коренная, в пятом поколении, жительница Далласа, с
самого детства хорошо знала историю своей семьи. Ее отец, старший коммодор
Томас Ф. Мэнсфилд, человек с пепельными волосами, ушел в отставку из военно-
морского флота и работал в страховой компании. В тридцать лет он женился на
изящной Ленор Джесси Ли, когда ей было только восемнадцать.
Ленор Джесси Мэнсфилд царила в величественном особняке Мэнсфилдов на Армстронг-
шоссе, как королева в своем замке, но у нее не было королевских наследников.
И только в год своего сорокалетия она родила Каролину. Тогда же ее выбрали
главой техасского отделения Великой хартии вольностей женщин,
привилегированной организации, основанной в 1215 году, так как Ленор Джесси
смогла доказать свое родство как минимум по отношению к трем знаменитым
баронам.
Мэнсфилды в Техасе были неотъемлемой частью правящей верхушки общества.
Прилагательное
ослепительная
лучше других подходило к восемнадцатилетней
Каролине Мэнсфилд. Она была самой очаровательной дебютанткой во время своего
первого выхода в свет в 1958 году. Блестящие изумрудные глаза и губы цвета
спелой вишни вызывали учащенное сердцебиение у многих мужчин.
Ослепительная Каролина с самого детства, насколько себя помнила, была
влюблена в Тру Янблуда. Третий сын богатого нефтяного магната, Тру Янблуд,
выпускник Южного методического университета, был красив, белокур и предан
Каролине. Отличная партия для нее, говорили подруги.
И Каролина, и Тру были общительными, веселыми молодыми людьми. Каролина
характером во многом походила на отца. Верная, добрая, беззаботная и
уравновешенная, она стремилась делать приятное людям, которых любила. Была
она похожа и на свою знатную, с несгибаемой царственной осанкой и все еще
привлекательную мать. Она наслаждалась наполненностью своей
привилегированной жизни. Постоянные вечера, балы, обеды, концерты и оперы.
Дорогие наряды, величественный старый дом в Хайленде и всеобщее внимание
Каролина воспринимала как должное.
Но по крайней мере в одном вопросе она походила на всех остальных подростков
в стране. Каролина просто сходила с ума от Вождя. Фотографии, десятки
фотографий Си Си Маккарти украшали стены ее спальни. Его диски непрерывно
крутились на ее проигрывателе. Она неоднократно смотрела оба фильма с
участием Си Си. И тоже, хотя Ленор Джесси об этом ничего не знала и никогда
бы это не одобрила, околачивалась со своими подружками у
Музыкальных ворот
в надежде поймать мимолетный взгляд Темного Бога.
— Каролина.
— А... а?
— Ты бы что предпочла, чтобы Вождь пел для тебя или чтобы он занимался
с тобой любовью? — задумчиво спросила Диана Хэррисон. Подруги лежали
поперек кровати Каролины на бело-желтом ситцевом покрывале и слушали сочный
голос своего идола, раздававшийся из проигрывателя.
Каролина перевернулась на живот, оперлась рукой о подбородок и улыбнулась.
— Я думаю, — лениво промолвила она, — мне бы понравилось,
если бы Вождь пел, занимаясь со мной любовью.
Она скосила на подругу свои большие зеленые глаза.
— Разве существует еще какой-нибудь способ оставить время и для музыки
тоже?
Девушки громко рассмеялись.
— Ты можешь поверить, — вдруг мечтательно сказала Диана, —
что мы наконец увидим его сегодня вечером во плоти?
Каролина с Тру Янблудом и Диана с Джастином собирались пойти вчетвером в зал
Феэ-Парк
по одному стодолларовому билету на благотворительный концерт,
деньги от которого пойдут в фонд помощи больным церебральным параличом.
Разрекламированным и единственным исполнителем, жертвующим свое драгоценное
время ради такого благородного дела, был сам Вождь, Си Си Маккарти.
Девушки уже несколько недель ждали этого вечера, лелея надежду прикоснуться
к обожаемому певцу и получить его автограф.
На Каролине было открытое белое платье без бретелек, с белоснежными
кружевами, пышной длинной юбкой, стягивающей талию. Оно подчеркивало красоту
ее загорелых плеч и спины.
Си Си воткнул темно-красную розу в атласный лацкан смокинга, в последний раз
затянулся сигаретой, раздавил окурок носком лакированного ботинка и небрежно
шагнул на сцену. В это время оркестр играл попурри из его хитов.
Празднично одетая публика в черных галстуках и вечерних платьях
приветствовала его овацией. Си Си широко улыбался, выпрямившись во весь
почти двухметровый рост, стройный, самоуверенный и мужественный. Он поднял
микрофон, расстегнул смокинг, сунул смуглую руку в карман своих брюк —
каждое его движение невольно гипнотизировало эту интеллигентную публику,
как, впрочем, и любую другую на его концертах.
В порыве благоговения она теряла контроль над собой.
Си Си пел целый час, потом отошел от микрофона и, легко спрыгнув со сцены,
направился к счастливцам, сидевшим в первых рядах. В зале творилось нечто
невообразимое — крики, визги, свист. Нетерпеливые пальцы тянулись к нему,
чтобы прикоснуться, пожать, зацепиться.
Красивая молодая девушка в легком белом кружевном платье схватила его за
руку и попросила автограф. Си Си, ослепительно улыбаясь, двигался дальше
вдоль ряда, кивая, пожимая руки и раздавая автографы.
Потом он снова поднялся на сцену, взгляд его был прикован к девушке в белом
кружевном платье. Она ему очень понравилась. И когда Си Си собрался петь
последнюю песню перед антрактом, он незаметно кивнул ей.
Это был самый тяжелый час в его жизни, потому что он не мог дотронуться до
ангельского видения в белых кружевах. Когда началось вступление к его
последней песне, Си Си спустился в зал.
Не обращая внимания на все тянущиеся к нему руки, он подошел прямо к ней.
Вынув кроваво-красную розу из лацкана, Си Си аккуратно воткнул ее в
блестящие золотистые волосы прямо над левым ушком девушки.
— Останься со мной, любимая, — сказал он.
Они набросились друг на друга, словно пара диких животных, как только
закрылась тяжелая дверца автомобиля. Пока водитель направлял лимузин в поток
машин, развозивших общество из
Феэ-Парка
, Си Си и Каролина, презрев гудки
и крики, жадно целовались, тесно прижавшись друг к другу на просторном
заднем сиденье.
— ...вообще-то не надо было так делать, — лепетала Каролина в
перерывах между долгими поцелуями, — ...нечестно по отношению к моему
другу... хотел погулять со мной в этот вечер и никак не предполагал, что ему
придется возвращаться из Мидленда...
— М-м-м, — промычал в ответ Си Си, снова захватывая губами ее
губы. Потом его губы скользнули к ее подбородку, к шее, беззастенчиво
переместились на вздымающиеся холмики грудей над белым кружевным корсажем.
— Вождь... — выдохнула она и уступила его желанию.
Опытные ласки сводили ее с ума. Дрожа от возбуждения, словно в лихорадке,
она не остановила Си Си, когда он провел рукой по пылающей коже внутренней
поверхности бедер, а потом медленно и искусно снял с нее трусики.
Си Си наблюдал за лицом Каролины, одновременно прикасаясь к ее телу.
Красивые изумрудные глаза были полузакрыты, а губы, напротив, приоткрыты,
дыхание прерывистое. Наконец ее плоский живот напрягся, а спина выгнулась
дугой. Каролина застыла и задержала дыхание.
Си Си остановился и пристально посмотрел на нее.
— Боже мой, ты — девственница?
— Да, Вождь, — прошептала она. — Ты будешь моим первым
мужчиной.
Долгое время он сидел молча. Потом поцеловал полуоткрытые губы Каролины и
произнес:
— И последним. Надевай свои трусики, крошка. Я собираюсь жениться на
тебе.
— Она что, высосала все твои мозги через одно место? — язвительно
спросил Эшфорд.
Си Си вспыхнул:
— Она не такая, Эш! Она милая и невинная юная девушка, и я люблю ее.
— Любишь ее? Си Си, да ты даже не знаешь ее.
— Я знаю, что люблю ее и собираюсь жениться на ней.
Эш осуждающе вздохнул:
— Черт возьми, Си Си, да ты сам еще ребенок. И ты хочешь связать себя?
Си Си пожал плечами и ухмыльнулся:
— Она должна быть моей.
Эш подошел к бару и достал шотландское виски.
— Ты хочешь ее? Проклятие, но ведь ты можешь обладать ею. Таким же
способом, как и всеми остальными женщинами. — Он улыбнулся, чтобы
придать своему голосу спокойный тон и выразительность. — Привези
девушку сюда, в
Мюзикленд
, на пару недель, тебе надоест...
— Эш, я собираюсь жениться на Каролине Мэнсфилд.
Эшфорд почувствовал, как что-то сдавило грудь. Он налил себе на два пальца
виски, сделал глоток и сел на мягкий кожаный диван рядом с вытянувшим
длинные ноги Си Си.
— Как ты думаешь, почему я возражаю против этого брака? — спросил
Эш.
Си Си вынул из пачки сигарету
Вайсрой
, сунул пробковый фильтр в рот и
покрутил его своими пухлыми губами.
— Вы беспокоитесь за меня.
С лица Эша исчезло недовольное выражение.
— За твою карьеру, сынок, — мягко сказал он. — Миллионы
женщин влюблены в тебя. Они мечтают о тебе вечерами, они покупают твои
пластинки, ходят на твои концерты и фильмы с твоим участием. Пока ты
остаешься холостым, ты...
— Мои поклонники не оставят меня только потому, что я женюсь. — Си
Си глубоко затянулся.
Эш допил виски.
— Ты не прав, Си Си, поклонницы очень изменчивы. Они любят тебя сейчас,
потому что ты их живая, дышащая сексуальная фантазия. Ты красивый и
мужественный. И что самое важное — ты одинок. Нет ничего возбуждающего в
степенном, женатом человеке. Женщины хотят чувствовать, что ты их любишь и
принадлежишь им.
— Думаю, Эш, что доля истины в ваших словах есть, но я поступлю все-
таки по-своему.
Эш заскрипел ровными белыми зубами.
— Си Си, есть множество агентов в нашем бизнесе, которые попытались бы
сделать из тебя гомосексуалиста, лишь бы никогда не возникло такой проблемы.
Си Си изумленно округлил глаза.
— Это правда, ведь мы с тобой уже видели такое, — продолжал
Эш, — но я никогда не предлагал тебе ничего подобного, не так ли?
— Нет, но этого не будет...
— Хорошо, хорошо, тебе не надо опускаться до этого. По-моему, я с тобой
был всегда честен во всех вопросах, не так ли?
— Да, так.
— Поэтому послушай меня и не делай этого. Не женись. Это самоубийство
для твоей карьеры.
— Значит, пусть будет так, — произнес охваченный страстью Си Си
Маккарти.
Эш попробовал нажать другую кнопку:
— Какую жизнь ты готовишь для своей девушки?
— Ее имя Каролина, Эш. Каролина Мэнсфилд. Надеюсь, ее ждет прекрасная
жизнь. Я люблю ее и дам ей...
— А понравится ли Каролине делить тебя с другими женщинами? —
прервал его Эш. — Или ты полагаешь, что женщины перестанут вешаться на
тебя просто потому, что у тебя есть жена?
Эшфорд покачал серебристой головой.
— Похоже, ничего подобного не произойдет, Си Си. Женщины будут по-
прежнему хотеть тебя, независимо от того, женат ты или нет.
— Я никому не буду принадлежать, кроме Каролины.
Эш нервно улыбнулся:
— А как долго сможет полный жизни юноша, такой, как ты, противостоять
горячим, энергичным красоткам?
Си Си не шелохнувшись ответил:
— Вечно. Пока у меня есть Каролина.
— Ты сошла с ума?
Ленор Джесси Мэнсфилд была шокирована неприятными новостями.
— Да! — неистовствовала Каролина. — Да, да, да! Я сошла с ума
от радости!
— Боже, дорогая, ты совсем не понимаешь, что делаешь! Будем считать,
что это твоя очередная детская шутка. Ты выйдешь замуж за Тру Янблуда сразу
же, как только закончишь Южный методический и получишь диплом!
— Нет, мама, я выйду замуж за Вождя и не хочу никакого диплома. Я буду
путешествовать со своим мужем, и у меня не останется времени для института.
Ленор Джесси густо покраснела и протянула свои хрупкие руки к мужу.
— Томас, скажи ей, что об этом не может быть и речи! Скажи, что мы
запрещаем это!
Коммодор Мэнсфилд был расстроен почти так же, как его жена, но подошел к вопросу более дипломатично:
— Почему бы тебе не обдумать это хорошенько, Каролина? Ты так молода и
едва знакома с этим юношей. Это довольно опрометчиво — выходить замуж за
незнакомого человека.
Каролина улыбнулась своему заслуженному, стареющему отцу.
— Папа, а ты разве не влюбился в маму в первый же вечер, как только
познакомился с ней?
— Ну, я не помню... возможно... — На его лице появилась легкая
улыбка, навеянная воспоминаниями, и он посмотрел на Ленор Джесси. —
Дорогая, ребенок прав. Вспомни тот первый вечер, когда ты пришла сюда
пообедать и мы отправились...
— Томас!
Зеленые глаза Леноры Джесси метали молнии. Ее царственная голова снова
повернулась к дочери.
— Тебе не удастся переубедить нас! Выйти замуж за эстрадную звезду! Все
нормальные люди нанимают артистов для развлечения на свадьбах, но никто не
женится на них и не выходит за них замуж.
Каролина вновь разъярилась:
— А я горжусь, что человек, который будет моим мужем, — артист,
причем очень знаменитый. Я буду самой счастливой девушкой на свете! Миллионы
женщин отдали бы все, чтобы оказаться на моем месте.
Но Ленор Джесси не собиралась сдавать позиции!
— Твой
знаменитый артист
родом из
поселений
западного Далласа, или
ты забыла этот факт его биографии? Люди его круга невежественны и
необразованны, это отбросы белого общества, которые живут в крайней нищете
и...
— Прекрати! Прекрати, мама! Я больше не хочу ничего слышать! Мне
восемнадцать лет, и я достаточно взрослая, чтобы выйти замуж без вашего
согласия. Я выйду за Си Си Маккарти, даже если для этого мне придется
убежать с ним. — Каролина вскочила и выбежала из комнаты.
Тру Янблуд, отвергнутый жених, воспринял неприятные новости, как и
полагается благородному молодому джентльмену. Воспитанный с самого рождения
в духе традиций Янблудов, он никогда не выказывал никаких эмоций, что бы ни
случилось. Тру вежливо шагнул в сторону, тщательно скрывая уязвленную
гордость.
— У каждого своя судьба, Каролина. Ты всегда будешь мне дорога, поэтому
приходи в любое время, когда я тебе понадоблюсь. Я буду ждать тебя.
Шаферы в визитках. Подружки невесты в темно-красных бархатных платьях. Цветы
флердоранжа, затаенное дыхание, высокие белые свечи. Друзья и доброжелатели
все прибывали и прибывали в длинных черных лимузинах к величественной
готической пресвитерианской церкви на Университетском бульваре.
Фотографы со всех концов света толпились, сверкая вспышками фотоаппаратов.
Сотни поклонников заполнили территорию церкви и близлежащее пространство,
надеясь хоть мельком увидеть своего идола и его невесту. Полицейские, пешие
и конные, оттесняли толпу, образуя своими телами тоннель, по которому смогла
бы благополучно пройти знаменитая пара. Телохранители и агенты безопасности
с пистолетами и подозрительными взглядами сопровождали жениха до боковых
дверей часовни.
Наконец сияющая улыбкой невеста высадилась из белого прогулочного
мерседеса
. Она представляла собой ослепительный образец невинности в
атласном платье цвета слоновой кости, сшитом в старинном стиле. Трехметровая
фата тянулась за ней по красному ковру церковной лестницы. Золотистые волосы
блестели из-под шляпы с вуалью, изумрудные глаза искрились от счастья.
Ровно в восемь утра, в субботу, 15 ноября 1958 года от Рождества Христова,
Клиффорд Клайд Маккарти обменялся торжественной клятвой с Каролиной Луизой
Мэнсфилд перед лицом трехсот привилегированных гостей. Здесь был Эш со своей
женой Шарман и дочерью Анной Элизабет. Ухмыляющийся шафер Бадди. Самая
близкая подруга Каролины, Диана Хэррисон, которая не могла сдержать слез.
На следующий после пышного празднества день они отправились в свадебное
путешествие.
Для Си Си это было первое трансатлантическое путешествие, хотя его молодая
жена давно потеряла счет таким поездкам через океан, совершаемым вместе с
Томасом и Ленор Джесси.
Когда корабль
Иль-де-Франс
подходил к берегу Неаполя, Каролина подумала,
что это их место назначения. И коттедж, о котором говорил ей муж,
несомненно, расположен на красивом островке Капри. Она была в восторге.
Но Каролина ошиблась.
— Югославия? — недоверчиво повторила она в десятый раз, когда
через два дня переступила порог гостиной уединенного оштукатуренного домика,
прилепившегося над крутыми каменистыми скалами в черногорском городке Будва.
Си Си добродушно рассмеялся и обнял ее.
— Это отличное место, разве ты не согласна? На следующий день после
нашего знакомства я позвонил в агентство по продаже недвижимости Эбби
Холидэй. Я попросил ее подыскать место, где никто и не подумал бы искать
нас.
— И ты действительно купил этот дом?
— Да, любимая, — гордо ответил Си Си. — Этот дом принадлежит
нам.
— А она не могла найти что-нибудь немного... чуть-чуть... поближе к
дому?
— Конечно, могла, но это самое лучшее место. Мы уехали на полмира от
всех, кого знаем.
Си Си взял Каролину за руку и провел ее через высокие стеклянные французские
двери на плоский каменный балкон. Со стороны Африки дул сильный полуденный
ветер. Высокие буруны бились о скалы далеко внизу.
Си Си сразу же влюбился в это место.
— Я хочу, — весело сказал он, пожирая глазами бурное Адриатическое
море, — чтобы мы могли остаться здесь навсегда.
Каролина не выказывала своих чувств, но и не разделяла его энтузиазм. Место,
которое Си Си находил таким трогательно интимным, романтическим и
привлекательным, для его избалованной восемнадцатилетней жены казалось
просто убогой деревней.
Они должны были провести здесь месяц, а уехали через неделю. Каролина
тосковала по дому. Приближались праздники. Не могли бы они сделать себе
приятное и отправиться в Даллас на Рождество?
— Конечно, крошка, все будет так, как ты пожелаешь.
Быть замужем за Вождем оказалось совсем не просто. Каролина повсюду
путешествовала с мужем, живя в роскошных отелях и купаясь в лучах его славы.
Любящий веселье Даллас закружился в вихре аншлаговых концертов, вечеринок
звезд и пребывал в постоянном возбуждении. Где бы ни появлялись супруги, их
машину окружали фанаты, провожая до следующей остановки. Они были самой
популярной парой в Америке, их общества искали и тепло принимали в самых
богатых и влиятельных домах.
Си Си был страстно влюблен в Каролину, нежен и заботлив. Поэтому, когда со
времени свадьбы прошло почти четыре месяца и Каролина сообщила ему, что
беременна, он был в неописуемом восторге. Си Си радовался, даже несмотря на
то что эта беременность означала скорое расставание. Он весело заметил
Каролине, что после рождения ребенка они снова будут путешествовать вместе.
Си Си начал сниматься в новом фильме, и Каролина вернулась в Даллас.
Одиночество в
Мюзикленде
после блистательных поездок по стране с одним из
самых знаменитых мужчин было ужасно.
Си Си тоже страдал. При первой возможности он мчался домой. Расставания были
болезненными, а воссоединения сладостными.
Он был несказанно счастлив.
Валентина Трент в это время не была счастлива.
Одетая в платье от Мэйнбекера, скромно прикрывающее колени, она безучастно
сидела в своем
кадиллаке
с шофером и устало вздыхала. По дороге на
официальный завтрак с администрацией
Бэйлор Оксилари хоспитал
в
Лэйквуд
кантри клаб
она думала вовсе не о предстоящем ленче. Мысли ее были заняты
Си Си Маккарти.
Открыв сумочку из кожи ящерицы, она вынула золотой портсигар, украшенный
оправленными в платину бриллиантами по восемнадцать карат. Достала сигарету
Олд Голд
и раздраженно постучала по крышке.
Почему, недоумевала она, Си Си, имея все шансы попасть на студию
Блубоннет
, отказал ей? И почему этот отказ все еще продолжает ее
беспокоить? Если б она повела себя иначе, пришел бы он к ней тогда или нет?
Если бы она подписала с ним контракт, ничего не требуя взамен, нашел бы Си
Си ее более привлекательной? Стали бы они в результате любовниками? Могла бы
сегодня Валентина стать миссис Си Си Маккарти вместо этой золотоволосой,
имевшей пять поколений знатных предков богатой девицы из Хайленд-Парка?
Валентина печально улыбнулась. Видит Бог, они с Си Си были бы самой
подходящей парой. Ведь они так похожи. Оба поднялись наверх из низов, так
как что-то собой представляли. Она стряхнула со своих ног пыль долины Рио-
Гранде, а он выкарабкался из трясины западного Далласа. Они оба...
Валентина загасила сигарету в пепельнице и тут же закурила новую.
К черту Си Си Маккарти! Он ей не нужен, она его не желает. Валентина больше
не могла слышать о нем, не могла читать о нем всякий раз, как брала в руки
газету или журнал. Она устала от его неповторимого знойного голоса, который
раздавался, едва только включалось радио.
Если потребуется, Валентина расправится с ним навсегда. Сейчас весь мир у
ног этого самонадеянного ублюдка, но это ненадолго. А когда он опять
окажется в западном Далл
...Закладка в соц.сетях
