Жанр: Любовные романы
Двойняшки
...dash; тебе же никогда не нравились бизнесмены. Но его темные
романтические глаза... поспешила добавить Джейн, чувствуя, что подруге нужно
поделиться с кем-то своими переживаниями, иначе она не позвонила бы в такую
рань. — Что ж, а теперь рассказывай мне все пикантные подробности.
Начнем с главного: он хорош в постели?
— Ну, я не знаю. В этом-то и проблема, — поколебавшись, начала
Энн. Сама не могу понять. Мне кажется, я ему нравлюсь, во всяком случае, я
чувствую, что он неравнодушен ко мне, ну, понимаешь...
А потом ничего не происходит.
— Что значит
ничего не происходит
? — засмеялась Джейн. —
Что такое
ничего
? У него не встает?
Он импотент? А может, он голубой?
Она стянула с себя остатки одежды, потягиваясь и изгибаясь, словно кошка.
— Я сейчас принимаю воздушную ванну, — пояснила она Энн. —
Тебе тоже советую, это очень полезно. Минимум двадцать минут каждый день. Но
продолжай, расскажи об этом загадочном сеньоре Портино. Если не считать его
пассивного члена, что еще? — Джейн рассмеялась своей шутке.
Энн тоже засмеялась. Ее подруга была такой шалуньей, что было просто
невозможно не развеселиться. Она поправила подушки под своей спиной и
продолжила:
— Вообще-то это довольно странно, но я постоянно всюду сталкиваюсь с
ним. Он приехал на выставку в Институт искусств в Чикаго в прошлом январе с
красивой девушкой, похожей на Одри Хепберн. Он купил две мои работы, которые
мне самой казались несколько сладковатыми, и подошел посоветоваться, в какие
рамы их лучше поместить и где это можно сделать. Затем через несколько
недель я снова столкнулась с ним в отеле
Палас
в Гштаде, когда играла в
триктрак с греческим судовладельцем. — Энн потянулась за стаканом
минеральной воды и продолжила:
— Кстати, я встретила там того шаха, и он пригласил меня в Тегеран на
празднование самого большого религиозного праздника, которое состоится в
следующем месяце. Может быть, мне удастся отведать знаменитой золотой икры,
которая подается только во дворце шаха?
— Bay, — завистливо сказала Джейн. — Подожди секунду, я
умираю с голоду. Я позавтракала только стаканом сока. Я сейчас.
Она бросилась к холодильнику и, окинув взглядом его содержимое, положила на
маленькую тарелку две булочки с сашими. Вернувшись к телефону, сказала:
— Продолжай.
— Я познакомила Декстера со своими друзьями в Гштаде, и на следующий
день мы все вместе обедали в клубе. Правда, в тот день он больше
интересовался Джеральдин, чем мной, — но мне было все равно.
Голос Энн звучал грустно, даже обреченно.
— А ты гадала об этом на Таро? — поинтересовалась Джейн. — У
тебя это так здорово получается. У тебя карты рассказывают все.
— Нет, дока нет, — ответила Энн. — Я только недавно поняла,
что нравлюсь Декстеру.
— Господи, я бы догадалась сразу же! — воскликнула Джейн. —
Но продолжай.
— В следующий раз мы встретились через два месяца в Лондоне во время
моей выставки. Он пригласил меня поужинать в
Аннабель
, но я отказалась,
потому что на вечер было намечено несколько встреч. А на следующий день он
прислал мне цветы, поздравив с замечательными отзывами в утренней прессе. Но
он начал мне по-настоящему нравиться только этим летом, когда я жила на яхте
Онассиса во Франции.
— Ага, — выдохнула Джейн, — кажется, мы приближаемся к
пикантным подробностям.
— Я же сказала тебе, что не было никаких пикантных подробностей,
раздражаясь, ответила Энн. — Впрочем, мы замечательно гуляли с ним на
Крите.
Декстер без ума от археологии, — с тоской в голосе закончила она.
— Гуляли?! — с поддельным ужасом воскликнула Джейн. — До чего
ты докатилась! Ты, которая заставляла всех мужчин Европы выстраиваться в
очередь, чтобы взглянуть на твой пупок... — Она осеклась. —
Извини, пожалуйста. Не вешай трубку. Кто-то звонит в дверь. Кого еще
принесло в такую рань? Пол все еще спит в своем кабинете. — Она
понизила голос до полушепота. — Мы с ним вчера передрались.
Подожди, — попросила она еще раз и побежала к входной двери.
Вернувшись через секунду, она продолжила:
— Электрик. Я совсем о нем забыла. Обещала открыть дверь ровно через
восемь минут. Он ушел злой как черт. — Говоря это, Джейн поворачивалась
так и эдак перед большим зеркалом шкафа, придирчиво изучая свою
фигуру. — Но я же не могла прервать из-за него воздушную ванну.
Энн улыбнулась. Она знала, что ее подругу ничто не могло сбить с режима.
— А что произошло у вас с Полом? — озабоченно спросила она. —
Какие-то проблемы?
— Психотропные средства, — коротко ответила Джейн. — Терпеть
этого не могу. Мне от них становится плохо. А Пол считает, их нужно
принимать, чтобы вызвать вдохновение. Я не согласна. Вчера вечером я
попыталась его удержать, но... Не беспокойся. Все уладится. — Джейн
посмотрела в зеркало на синяки под своими глазами и подумала, что на самом
деле ничего не уладится. Пол слишком пристрастился к спиртному и
наркотикам. — Лучше рассказывай дальше про Декстера.
— Кажется, в следующий раз мы повстречались в Довиле, это было около
трех недель назад, — продолжила Энн. — Мы ходили в казино. Декстер
много выиграл в покер. А я играла в рулетку. Было очень весело. К сожалению,
я остановилась у Антуана в те выходные, и у меня не было никакой возможности
сбежать с Декстером и бросить его в казино. Ты ведь помнишь Антуана? Моего
маленького женоподобного друга? Он собрался покупать лошадей на ежегодной
продаже в Довиле и пригласил меня с собой. Я согласилась с радостью, потому
что давно хотела поснимать пляжи Нормандии. А сама вместо этого утром
отправилась на конную прогулку с Декстером на пляж. Я просто умирала от
желания пойти куда-нибудь вдвоем с Декстером этим вечером, но он меня не
пригласил!
Голос Энн зазвучал выше, почти истерично:
— Правда, вечером у него был матч в поло. Я смотрела его. Декстер очень
хорошо играет.
— Сеньор Портино набирает очки, — пробормотала Джейн, но Энн не
слушала ее.
— А на прошлой неделе он позвонил мне и пригласил в Зальцбург на обед с
фон Карояном и на его, концерт. А у меня на этот день было запланировано
несколько интервью, которые я не могла отменить.
Сюда, в Антиб, я приехала в четверг. Глупо, наверное, но Декстер не выходит
у меня из головы.
Энн вздохнула, посмотрела на ногти на ногах и подумала, что лучше бы она
покрасила их не в ярко-красный цвет, а в персиковый.
— Этот человек сбивает меня с толку... В тот вечер в Довиле я
чувствовала, что между нами пролетают искры, как только мы случайно
прикасаемся друг к другу. Бедняга Антуан был совсем некстати...
Энн на секунду замолчала, чтобы собраться с мыслями.
— Что со мной? — жалобно спросила она.
— Это гормоны, моя дорогая, — поставила диагноз Джейн. — Нам
необходимо как-то решить эту проблему. — Она на минуту задумалась над
идеей, которая начала формироваться в ее голове. Затем она разродилась
предложением, которому было суждено навсегда изменить жизнь Энн:
— Ты должна приехать сюда, в Палм-Бич. Это совершенно очевидно. Глупо,
что вы путешествуете по всему свету лишь для того, чтобы, встретившись в
очередной горячей точке, вести светские беседы. В твоем случае такой точкой
должен стать Палм-Бич. Здесь дом Декстера, и, кто знает, может, ему суждено
стать и твоим на этом этапе твоей романтической жизни. Кто знает...
Джейн вновь надела на себя одежду в порыве какой-то яростной энергии.
— Когда закончишь дегустировать икру со своим шахом, приезжай на виллу
Ла Палма
в октябре. Я буду ждать тебя там. Мне нужно в любом случае
убежать от самой себя. Давай сделаем это. А, Энн? — умоляющим голосом
сказала Джейн. Это было в ее характере — принимать решения под влиянием
момента. — Мама не приедет до Рождества, так что дом на несколько
месяцев в нашем распоряжении. Я уверена, что это будет самый простой и
быстрый способ разобраться в том, насколько серьезны твои чувства к
Декстеру. Да и мне не помешало бы пожить некоторое время без Пола и его
дурацких путешествий и посмотреть, смогут ли выжить наши чувства друг к
другу. Давай поедем в октябре. В Палм-Бич в это время штормовой сезон. Что
может быть лучше?
— Звучит заманчиво, — сонным голосом согласилась Энн. — Очень
хочется сказать
да
, но я должна проверить свое расписание. — А перед
ее глазами стоял образ Декстера, полный магнетизма.
— К черту твои расписания! Просто лежи и мечтай о загадочном Декстере
сегодня ночью и перезвони мне. А моему Полу вообще на все наплевать. Он
живет в мире, в котором не существует счетов и чеков. Для него это просто
красивые разноцветные бумажки, как фантики.
Энн пробормотала спасибо и зачем-то пожелала Джейн спокойной ночи. Она
засыпала с приятным чувством, а в ее ушах звучали последние слова Джейн:
— Моя няня всегда говорила мне:
Никогда не говори нет
.
Глаза Энн светились от волнения; на щеках играл яркий румянец, а золотистые
волосы, каскадом падающие на обнаженные плечи и развевающиеся от дуновения
океанского бриза, делали ее похожей на русалку. Она стояла в нескольких
дюймах от Декстера на влажном песке и показывала ему, держа на ладони,
несколько ярких ракушек, которые она подобрала у берега. Необычайно яркие,
они привлекли ее внимание. Казалось, что воздух между ней и Декстером
пронизан какими-то магнитными волнами. А в улыбке Энн, в ее глазах светилось
такое острое желание, что Декстеру едва удавалось сдерживать себя. Кровь
кипела в его жилах. Но ему хотелось большего, чем просто торопливо взять ее
сейчас, здесь, на пляже у кромки воды. И он сдержался. Он молча наклонился,
поднял с песка снаряжение для подводного плавания, стал надевать его на Энн,
начав с маски.
Хотя на пляже и не было ни единой души, Декстер слишком долго ждал этого
дня, чтобы утолить свое желание так примитивно. Кто-нибудь появится, и все
его тщательно разработанные планы рухнут. В следующий раз, пообещал себе
Декстер. Не теперь...
Энн такая награда, ради которой можно и потерпеть.
Женщин Декстер понимал прекрасно. Он видел, что глаза Энн светились
страстью, и она была готова принять его; но ему хотелось, чтобы и для нее
этот день стал незабываемым.
Декстер понял тот безмолвный диалог, который вели между собой Джейн и Энн во
время легкого обеда, который состоялся незадолго до этого на вилле
Уитбернов. Он расшифровал взгляды и жесты подруг. Джейн извинилась и быстро
ушла, сославшись на то, что у нее встреча в Майами, и оставив Декстера и Энн
допивать кофе и загорать у бассейна. Декстер понял, что она хотела оставить
их наедине в доме.
Хотя он уже знал, что Энн разместилась в маленьком отдельном домике у
бассейна в противоположном конце сада. У них оставалась масса свободного
времени, и не было никакой нужды торопить события.
Прошлым летом, когда они встретились в Греции, Декстер рассказал Энн о
красоте и очаровании подводного мира и пообещал когда-нибудь показать ей все
это. И сегодня он принес с собой маску для подводного плавания, трубку и
ласты ее размера. Он заметил: Энн была польщена тем, что он не забыл о своем
обещании.
Декстер восхищался красотой Энн, пока она грациозно натягивала ласты на
ноги. Она наклонилась, и Декстер увидел ее пышную, с мягкими изгибами
большую грудь через лифчик ее розового бикини, плоский мягкий живот,
стройную талию... каждая из этих частей ее тела сводила его с ума, ему
хотелось немедленно и жестоко овладеть ею... Господи! Сегодня она еще более
восхитительна, чем когда бы то ни было! Пытаясь подавить возбуждение, он
взял руку Энн в свою, и они погрузились в воду.
Направляясь к рифу, Декстер сконцентрировался на том, что сейчас он
инструктор по подводному плаванию, и они медленно плыли по поверхности воды
лицом вниз, держались за руки и восхищались видами, которые им открывались.
Яркие краски и красота океанского дна настолько поразили Энн, что она остро
почувствовала признательность к Декстеру, который показал ей все это. И ее
вдруг пронзила догадка, что она целиком принадлежит этому человеку,
полагается на него и любит его, по-видимому, больше, чем ей самой кажется.
Броня, которая скрывала ее от внешнего мира, постепенно исчезала, будто
уносимая прочь океанскими волнами.
Рука, сжимавшая ее кисть, была сильной и мужественной, и Энн захотелось,
чтобы она ласкала ее.
Встав на ноги в неглубокой воде, она сняла маску.
Солнце нещадно опалило ее мокрые волосы и плечи, а лифчик ее купальника
сбился на сторону, обнажив красивую грудь. А когда Декстер вынырнул рядом с
ней и, стянув с лица маску, увидел молочного цвета кожу на ее груди и
напрягшиеся соски, она со счастливым смехом расстегнула лифчик и отбросила
его в сторону. Губы Декстера в ту же секунду оказались у нее на груди, он
целовал ее соски жадно, но с большой нежностью; его губы поднялись к ее шее,
а потом переместились за ухо, затем он неторопливо поцеловал ее в губы,
подвергнув сладкой муке, его рука обхватила ее талию, и он сильно прижал ее
к себе. Их поцелуй стал еще глубже. Энн чувствовала силу его желания и его
напрягшуюся плоть, она придвинулась к нему ближе, дразня его своим телом,
лаская и маня... Ее рука скользнула в его плавки, и у нее перехватило
дыхание от удовольствия, когда она взяла в руку его тугой член. Декстер
продолжал целовать ее и играть языком с ее губами. Он не спускал глаз с ее
лица, тем временем опустив руку сзади на ее бедра, погладил их и поднимал
руку все выше и выше, пока его ладонь не оказалась у нее между ног... Она
застонала, когда он через трусики коснулся пальцами ее зовущего лона. Она
задрожала всем телом и захотела его так сильно, как, пожалуй, не хотела
никого с подросткового возраста. Внезапно она услышала охрипший голос
Декстера.
— Энн, ты так красива. Я хочу знать твой вкус... твой запах...
пробормотал он, — давай вернемся в дом.
У Энн подкосились ноги. Ей так хотелось остаться здесь, в объятиях его
сильных рук; чувствовать силу его страсти; она желала подчиниться его воле и
двигаться в такт плещущимся волнам. Ей хотелось утонуть в его бездонных
глазах. Но он сказал эти слова командным тоном, в котором чувствовалась,
такая сексуальность, что вся ее женская сущность не могла не подчиниться.
Она отодвинулась от него и бросилась из воды на берег, обнаженная и
прекрасная. Декстер обернул ее полотенцем, и они, словно мальчик и девочка,
со счастливым смехом побежали по тоннелю, который шел с пляжа к вилле под
Южноокеанским бульваром.
Они остановились у бассейна, глядя на наготу друг друга, словно в трансе.
Энн хотела его так, что, казалось, ее сердце билось где-то в горле. Она
задрожала, когда Декстер коснулся кончиками пальцев ее шеи, погладил грудь,
соски, низ живота. Его рука скользнула между ее ног. Он погладил ее по
внутренней стороне бедер и прошептал:
— Мягкая... как бархат.
Во внезапном порыве страсти он поцеловал ее и прижал своим сильным телом к
стене. Он схватил ее ягодицы руками и притянул ее к себе; ее грудь пылала, а
между ног она ощутила влагу и сильное желание почувствовать его. Декстер
приподнял ее за ягодицы, она обхватила ногами его талию, а он позволил себе
слегка ввести плоть в ее влажное влагалище. Он еще немного помучил ее, пока
наконец не вошел в нее со всей силой. Она закричала от удовольствия, а он
глубокими и медленными движениями довел ее до такого оргазма, о котором она
мечтала все последние месяцы. Затем Декстер поднял ее на руки и понес к
постели. Она продолжала вздрагивать и постанывать.
Он погрузил в нее язык, пробуя на вкус ее экстаз.
Широко раскинув ноги, Энн положила голову на бедро Декстера и взяла в рот
его член. Ее губы и язык знали, что ему нужно. Она нежно посасывала его
плоть, а пальцы мягко поглаживали ее. Не выпуская его плоть изо рта, Энн со
вздохом предвкушения повернулась и подставила себя его губам. Она видела,
что он тоже на грани оргазма, и поражалась его выдержке — он не позволял
себе дойти до конца. Они лежали и целовали друг друга в самые интимные
места. Энн почувствовала, чего хотелось Декстеру. Ее тело вновь запылало от
желания, и она забралась на него сверху и направила его в себя. Затем она
резко и глубоко опустилась, выпрямив спину, ее глаза были широко раскрыты,
волосы растрепаны, а глаза Декстера закрыты от наслаждения. Медленно и
лениво она начала двигаться, сжимая бедра и внутренние мышцы, пока ей самой
снова не захотелось добраться до вершины. Тогда она задвигалась быстрее,
позволяя ему входить глубже и глубже, и наконец закричала, испытав очередной
оргазм. Глядя на эту великолепную женщину, которая занималась с ним любовью
с таким неистовством, на ее белую кожу, так контрастировавшую с его
загорелым телом, на ее пышную грудь, которая вздрагивала под его ладонями,
Декстер почувствовал, что больше не в силах сдерживать себя, и с громким
стоном кончил, задрожав от наслаждения.
Энн продолжала сидеть в позе амазонки, наслаждаясь теплом, разлившимся
внутри нее. Затем она соскользнула с него и устроилась в его объятиях.
Они отправились в бассейн, и их тела вновь загорелись, прикоснувшись друг к
другу. Магическое, ненасытное желание вновь наполнило их, и они вновь
занялись любовью, страстно и дико. Стянув трусики купальника Энн и отшвырнув
их в сторону, Декстер взял кончик ее груди в рот и вошел в нее с такой
силой, что у нее перехватило дыхание.
Шел час за часом, а волшебство этого дня не кончалось. Энн лежала,
откинувшись в шезлонге, рядом с Декстером, загорая в лучах закатного солнца.
Внезапно Декстер сказал:
— Завтра утром я уезжаю в Калифорнию.
Энн охватила паника. Неужели этот замечательный мужчина исчезнет из ее
жизни? Позвонит ли он ей, когда вернется обратно? Может быть, то, что
произошло сегодня между ними, всего лишь волнительное сексуальное
приключение, не более того? А он уже так холоден и так контролирует свои
чувства.
Декстер изучал ее лицо. Молодость и невинность, смешанные со страстностью,
которую он обнаружил в ней сегодня. Женщинами так легко манипулировать,
подумал он, мысленно улыбнувшись. То, что она запаниковала, он заметил в ту
же секунду.
Декстер наклонился к ней, чтобы поцеловать ее на прощание. Она взяла его
руку и опустила ее себе между ног.
— Невероятно, но я снова тебя хочу, — сказала она и крепко сжала
его пальцы.
Декстер посмотрел на нее с видом победителя, улыбнулся и ответил:
— Так и должно быть.
Да, она попалась на крючок, подумал он. Ему больше не надо играть с ней в
игры. Она вся в его власти.
Декстер уходил с виллы широкими, упругими шагами. Его голова была занята
мыслями о том, когда и где лучше организовать свадьбу.
Лучи восходящего солнца проникали сквозь кружево полога, накрывавшего
кроватку, над которой, склонившись, стояла Энн. Две спящие малышки лежали в
одинаковых позах, держа друг друга за кончики маленьких пальчиков.
Радужные солнечные блики играли в их золотистых кудряшках, и Энн вновь
ощутила поднимающуюся в ней волну безмерной радости и счастья, которая часто
захлестывала ее после той волнующей ночи — три месяца назад. На какое-то
неуловимое мгновение загадка жизни и смерти стала прозрачной для нее, как
стекло. Это произошло в момент рождения детей. С их первым криком все ее
существо наполнилось безграничной любовью.
Энн с неохотой выпрямилась и взглянула на вторую кроватку, которая так и
оставалась пустой с того момента, как малюток привезли домой, —
казалось, двойняшки не могут существовать друг без друга, они отказывались
спать отдельно. Она улыбнулась, глядя на свою бессмысленную покупку, и
расправила на спинке кровати две кружевные накидки, которые она в начале
месяца приобрела для крестин в магазине Брауна на Уорт-авеню.
Она вздрогнула, вспомнив вдруг, что Декстер просил разбудить его в десять.
Энн направилась в спальню, по пути задержавшись на секунду, чтобы
полюбоваться прекрасным видом на озеро, который открывался через стеклянные
раздвижные двери, ведущие в полный цветов внутренний дворик с бассейном. По
глади озера гордо скользил трехмачтовый парусник. Энн вдруг вспомнила
легенду об огромном лебеде, который медленно и величественно плавал по реке
времени.
Буйство тропической растительности вокруг, пальмы, бугенвиллеи, огромные
цветы гибискуса, казалось, добавляли этому зрелищу нечто мистическое.
Она окинула взглядом комнату, полную роскошных букетов лилий и роз, со
вкусом расставленных в ней. Они прекрасно смотрелись на фоне плетеной и
ротанговой мебели. Да, Декстер не упускал из виду ни одной мелочи. В доме
слышалась музыка — значит, Декстер уже встал.
Он причесывал взъерошенные после сна волосы и улыбался загадочной улыбкой
своему отражению в зеркале. Склонив голову набок, он внимательно изучал свои
мускулы. Его ежедневные тренировки окупались с лихвой. Он с удовольствием
думал о событиях предстоящего дня: его жена и дети будут выглядеть
восхитительно на снимках первых полос газет.
А после церемонии все те, кто что-то представляет собой, соберутся в его
доме. Им подадут икру и шампанское. А потом он отправится в поло-клуб и
продолжит празднование со своими аргентинскими друзьями. Да, сегодняшнее
событие надолго растревожит этот муравейник — Палм-Бич! На его свежевыбритом
лице появилось надменное выражение.
Энн вошла в просторную ванную комнату, отделанную белым и розовым мрамором,
и улыбнулась, увидев, как Декстер прихорашивается. Ей нравились его
движения, полные чувства собственного достоинства и мужской уверенности. А
невероятная сексуальность так и сочилась из каждой клеточки его тела.
Энн сбросила с плеч пеньюар, обнажив стройное загорелое тело, спрятала
длинные светлые волосы под купальной шапочкой. Почувствовав на своей груди
тяжелый взгляд Декстера, она медленно погрузилась в пенящуюся ванну и
медленно откинулась назад, вдыхая запах ароматических масел. Она знала, что
Декстер готов забраться к ней в любую секунду.
Энн положила голову на край ванны и подумала о счастье, переполнявшем ее.
Если бы пятнадцать месяцев назад ей кто-нибудь сказал, что она быстро и
легко бросит свою карьеру — хотя сейчас она верила, что это только на
время, — и станет матерью и страстно любящей женой, она бы просто
рассмеялась этому человеку в лицо. Но сейчас ее захватил бешеный ураган
чувств, и ей нравилось каждое мгновение ее новой жизни.
Ее мысли были прерваны легким всплеском воды.
Не открывая глаз, она почувствовала, как руки Декстера нежно намыливают ее
тело. Она взглянула в его гипнотизирующие темные зрачки и, тихо вздохнув от
удовольствия, вытянулась в сказочно приятной воде.
Декстер припарковал свой черный
астон мартин
на Кантри-роуд, и они с Энн
вошли на ухоженную территорию, окружавшую церковь, и направились к толпе
людей, которые стояли под арочным входом внутрь. Энн и Декстер выглядели
великолепно. Чуть сзади за ними следовали одетые в одинаковую яркую униформу
две няни, державшие на руках двойняшек.
К воротам церкви один за другим подъезжали караваном
роллс-ройсы
,
бентли
,
мерседесы
. За рулем большинства авто сидели вышколенные шоферы,
остановившись, они выбегали на тротуар, чтобы открыть дверцы и высадить
пассажиров. Очень скоро на ступеньках церкви выстроился парад — разноцветие
роскошных шелковых платьев от купюр, над которыми колыхались широкополые
шляпки. Дам сопровождали кавалеры в тщательно отутюженных брюках и строгих
сюртуках. Сюртуки и платья пара за парой с важным видом входили внутрь.
Декстер заметил в толпе своего секретаря и человека, который помогал ему
общаться с прессой. Он поприветствовал их благосклонным кивком. Декстер был
польщен: журнал
Таун энд кантри
прислал двух фоторепортеров, журналисты из
Палм-Бич шайни шит
буквально роились вокруг виновников торжества, а из нью-
йоркских газет приехали именно те, на кого он рассчитывал. Завтра будет
много всяких подробностей в колонках светской хроники.
Декстер с гордым видом взглянул на Энн, которая стояла у алтаря, держа на
руках детей, и подумал, что это тоже будет прекрасный кадр для газет. Желтое
платье от Сен-Лорана, которое он специально к крещению заказал в Париже,
подчеркивало ее высо
...Закладка в соц.сетях
