Жанр: Любовные романы
К черту любовь!
...ash; В мои планы не входит влюбляться в вас. Что скажете, достаточно
ли вы хорошо меня знаете, чтобы согласиться на чашечку кофе?
Широко улыбаясь, я предложил ей руку, и мы вдвоем направились вниз по улице,
мимо окон химчистки, в одном из которых я увидел лицо миссис Литцер, которая
крайне подозрительно уставилась на нас.
Барбара
Викки тем временем переживала далеко не лучшие времена.
Так как если она думала, что до успеха книги
К черту любовь
ей было трудно
найти общий язык с мужчинами-редакторами, то ныне всякое сотрудничество с
ними стало абсолютно невозможным. Все они стали вести себя с ней в стиле К
Черту Викки.
Она надеялась, что теперь ей выделят заслуженное полноправное место за
столом заседаний.
Однако ей отчетливо дали понять, что не только не собираются наделить ее
правом решающего голоса, но и вообще не хотят видеть в зале заседаний.
Любое предложение Викки зарубали на корню.
— Не думаю, что нам стоит браться за переиздание этой книги,
Викки, — говорил ей Е. Г. — Игра явно не стоит свеч.
— Хорошо, — отвечала Викки, борясь с раздражением и изо всех сил
пытаясь соблюдать приличия. — Следовательно,
Баннер-хаус
отклоняет
рукописи Бетти Фрейдан
Загадка женшины
и Хелен Герли
Секс в жизни
незамужней девушки
.
Что бы она ни предложила, проект отклоняли. Кипя от негодования, однажды
Викки даже решилась на эксперимент, дабы проверить, не преувеличивает ли
степень их предвзятости.
— Итак, следующий проект. Манускрипт, написанный Богом, с преамбулой от
лица Джона Гленна...
— Нет-нет, Викки, — замахал рукой Е. Г., глядя в окно. — Это
не для нас.
— Я так и думала, — ответила Викки.
— Ты что, посеял еще одни очки? — спросил я Питера, подходя к
столику в ресторане
Красное дерево
.
Он как-то странно держал в руках меню, и со стороны было непонятно, читает
он его или нюхает.
— Нет, я прячусь, — объяснил Питер. — Там Викки с каким-то
парнем. — Он качнул головой в сторону одного из соседних столиков.
Значит, это та самая Викки. Только парень с ней был вовсе не
какой-то
.
— Это Джонни Трементус, защитник, — сообщил я Питеру тоном,
намекающим на то, что уж ему-то стыдно не знать такие вещи. Он уставился на
меня с немым вопросом в глазах. — Я имею в виду футбол, — пояснил
я. То же идиотское выражение лица. — Американский вид спорта.
— Да-да, понимаю, — очнулся Питер. Он знал о футболе все. Его
семья спонсировала одну из команд НФЛ. — Так что там этот Трементус —
он большая шишка?
— Ну, возможно, он не так хорошо известен, но считается неплохим
защитником. Тысяча четыреста тридцать два паса в общем зачете.
Питер выглянул из-за меню и сердито нахмурился.
— Да, а сейчас он, похоже, настроен на тысяча четыреста тридцать
третий.
Трементус обвел глазами комнату, как будто что-то искал; возможно, всего
лишь высматривал официанта, но этот взгляд спугнул трусишку Питера, и он
опять забаррикадировался за папкой с меню.
Я внимательно наблюдал за объектом обожания Питера и ее именитым спутником.
Викки наклонилась к Трементусу, держа незажженную сигарету в зубах. Спички.
Вот что он искал. Защитник похлопал себя по карманам, потом поднял
подсвечник на столе и поискал что-нибудь, чем можно было бы зажечь сигарету.
— Викки оставила свои тылы незащищенными, но Трементус, как ни странно,
промахивается, — прокомментировал я происходящее Питеру.
— А что это означает на языке непрофессионала? — спросил меня
Питер из-за папки с меню.
Джонни встал, дружески обнял Викки и в одиночку направился к выходу. То, что
он сделал или сказал, определенно ей не понравилось.
— Он уходит с поля, — сообщил я Питеру. — Это твой шанс. Ты
должен заменить его. Она не только не защищена, она повержена.
Питер положил локти на стол и оперся подбородком о руки.
— Нет, не могу. Она меня ненавидит.
— Она ненавидит не тебя, — возразил я. — Он ненавидит меня.
Хватит просиживать штаны. Вступай в игру.
— Ты действительно так думаешь?
— Сейчас или никогда. Как только ты опубликуешь мое публичное заявление
о Новак, она действительно тебя возненавидит и тогда время будет уже
потеряно.
Питер бросил на меня сердитый взгляд.
— Нет, вы только послушайте! Ты что, не можешь сойти с тропы войны,
объявленной Новак?
— Не-а. Ни за что. Я уже втерся в доверие врага. Теперь, если я войду к
ней в вигвам, то не застану ее врасплох. Говорю тебе, Кимо Сабе, если хочешь
получить приз в виде ожерелья из раковин, атакуй Викки прямо сейчас, пока не
слишком поздно. Питер закатил глаза к небу.
— Хорошо! Довольно футбола и войны! Я иду!
Я наблюдал за ним.
Бедный парень
, — мелькнуло у меня в голове. Он
приблизился к столу Викки с видом семиклассника на первом школьном балу.
У меня накопился весьма богатый опыт чтения по губам, так что я смог понять,
о чем они говорили.
Питер подошел к столу Викки в тот момент, когда она зажигала сигарету.
— Привет, Викки.
Молодец, Питер. Будь холоден и спокоен.
— Привет, Питер.
Однако вслед за этим Питер сразу же раскололся, как шалтай-болтай.
— Ты влюблена в этого футболиста? — выпалил он с горячностью.
Я поморщился. Бедняга просто не мог довести игру до конца.
— Больше нет! — Викки находилась на грани истерики. — Ему
нужно было только одно! — Она схватила со стола увесистую папку. —
Пропихнуть в издательство свою рукопись! Он даже не попытался хотя бы из
приличия соблазнить меня! Все, я сдаюсь! Сдаюсь как редактор и как женщина.
Мужчины, которые завидуют моему успеху, не оставляют меня в покое днем, а
мужчины, которые уважают мой успех, не способны удовлетворить меня ночью!
Питер сел за стол и взял ее руку в свою, будто собирался сделать
предложение.
— Не знаю, как насчет других мужчин, — искренне сказал он, —
но если бы у меня появился шанс, то я бы завидовал и уважал тебя днем и
ночью, ночью и днем!
Викки была потрясена.
— О, Питер! Это правда?
— Клянусь! — еще более искренне ответил он.
Она просияла:
— Даю тебе шанс.
Викки подняла бокал. В ответ Питер поднял свой стакан с коктейлем. Дзинь!
Гол!
Я покачал головой. Бедный Питер был, конечно, не в лучшей форме. Но каким-то
образом ему удалось забить гол в ворота Викки.
К столику подошел метрдотель, неся скотч со льдом.
— Ваш заказ, мистер Блок.
Очень вовремя, мне как раз не помешало бы выпить. Быть тренером — нелегкая
работа.
— Спасибо, Генри. Только с сегодняшнего дня, — я достал запасные
очки Питера из кармана и нацепил их на нос, — обращайся ко мне как к
майору Зипу Мартину. Сообщи об этом другим официантам, а также швейцару,
гардеробщикам, таксистам...
Генри даже не моргнул глазом.
— Будет сделано, — отозвался он, — майор.
Мы уже давненько с Генри друг друга знаем. Еще с тех самых старых добрых
дней. Я отсалютовал бокалом в знак благодарности.
Я торжествовала, потому что наконец-то начинала жить по разработанным мною
принципам теории
К черту любовь
.
Само собой, дать совет — это одно. А принять его к сведению и применить на практике — совсем другое.
Но теперь на горизонте появился маленький Зип, который поможет мне навести
порядок в собственной жизни. Если все пойдет так, как я планирую, то,
возможно, мне удастся провернуть это дельце, не потеряв голову от любви.
Дзинь!
Мы с Зипом чокнулись шампанским, сидя в ложе театра. Пузырьки щекотали мне
нос, пока я нарочито медленно пила и рассматривала своего ухажера поверх
бокала.
О чем можно еще мечтать: вечерний спектакль в лучшем бродвейском театре,
специально заказанная ложа и привлекательный мужчина. И все это без какой-
либо суеты и особых усилий с моей стороны. И даже если я и не прочь
закончить этот вечер маленькой порцией секса a la carte, то в этом нет
ничего зазорного — ведь я сама заказываю музыку.
— Ах, как это замечательно, — прошептала я. — Должно быть, мы
единственные в Нью-Йорке, кто еще не смотрел
Камелота
. — Я
улыбнулась, глядя на него, и отметила про себя, каким добропорядочным и
умным он выглядел в очках. — Ты ведь пригласил меня сюда не просто из
вежливости? Ты действительно еще не видел
Камелота
?
Зип посмотрел на меня и поднял руку.
— Могу поклясться, Барбара, что я его действительно еще не видел.
Он сказал это таким тоном, что мне почему-то захотелось рассмеяться, хотя
сама не понимала почему.
Однако у меня не было времени поразмышлять над этим, так как в зале погасили
свет, а зрителей попросили занять свои места.
Я никогда еще не смотрела спектакль из ложи, и меня переполняло пьянящее
чувство восторга. Оглядываясь по сторонам, я осторожно придвинулась чуть-
чуть поближе к Зипу.
Он улыбнулся, пододвинул свой стул... к перилам, сцепил руки в замок и
положил на них подбородок, чтобы лучше видеть сцену.
Конечно, это было не то, чего я ожидала, но я не могла не улыбнуться. Как
мило. Он действительно собирался смотреть эту пьесу.
Не в пример многим мужчинам, которые воспользовались бы уединением ложи и
перешли бы к более решительным действиям.
Но Зип Мартин играл по собственным правилам.
Впрочем, я тоже. И я собиралась повеселиться, взяв на себя роль лидера.
Следующие несколько недель были просто чудесными — лучше, чем я даже могла
себе представить. Мы с Зипом Мартином виделись каждый день. И постоянно куда-
то ходили. Рокфеллеровский центр. Универмаг
Мейси
на Геральд-сквер. Здание
ООН,
Автомат
, статуя Свободы.
А эти вечера и ночи в городе, залитом неоновым светом...
Боб Дилан в
Фолк-сити
. Трио Питер, Пол и Мэри в
Гринвич-гейт
. Барбра
Стрейзанд в клубе
Бон Суар
.
Таймс-сквер, Роузленд, Латинский квартал, Пигаль. Мы слушали пение Бадди
Рича и Каунта Бейси в Метрополе. Танцевали твист на конкурсе танцев в
Смолз
парадайз
.
Мы посещали столько мест, что у меня даже закончились наряды.
И вот в один прекрасный вечер мы сидели в Центральном парке и любовались
звездами. Это был прекрасный романтический момент, и я решила взять
инициативу на себя.
На мне было одно из самых моих любимых платьев — из красного шифона и без
бретелек, поверх я набросила классическую накидку голубого цвета. Мой
стилист утверждает, что голубой цвет идет к моим глазам.
Но даже если Зип тоже так считал, то был слишком робок, чтобы сказать об
этом.
— Это так здорово, Барбара, — застенчиво признался он. — Я
так рад, что встретил тебя, мое пребывание в Нью-Йорке показалось мне таким
приятным.
— И я тоже рада, Зип.
— Мне очень нравится проводить с тобой время. Я действительно чувствую,
что начинаю узнавать тебя получше.
— Замечательно, Зип. — Я глубоко вздохнула, а затем произнесла
слова, которые репетировала в течение целого дня: — Но, к сожалению, я тоже
со своей стороны узнаю тебя лучше. И чем больше узнаю, тем больше ты мне
нравишься. Так, к примеру, вчера я поймала себя на том, что думаю о тебе,
вместо того чтобы работать.
Зип с удивлением взглянул на меня.
— А разве это плохо?
Я грустно кивнула в ответ.
— Это идет вразрез с моими принципами. Я не могу позволить себе тратить
время на любовь, Зип. — Его лицо казалось таким мужественным в лунном
свете, что мое сердце чуть не дрогнуло. Но необходимо было придерживаться
собственного плана. — Хочу предупредить, что если начну влюбляться в
тебя, то буду вынуждена немедленно порвать нашу связь.
Зип посмотрел на меня глазами маленького щенка.
— О нет! Не говори так, Барбара! Не могла бы ты немного подождать и не
влюбляться в меня до тех пор, пока я не узнаю тебя еще чуть-чуть получше,
чтобы самому влюбиться в тебя?
Такая логика показалась мне довольно странной, однако я вздохнула и сказала:
— Попробую.
Он пододвинулся ко мне поближе.
— Ты позволишь мне как-нибудь загладить свою вину? — шепнул он мне
на ухо.
— О да, если ты этого хочешь.
Я закрыла глаза, ожидая поцелуя, о котором мечтала последние несколько
недель.
Потом почувствовала, что Зип что-то положил мне в руку.
Я открыла глаза и посмотрела вниз.
В моей руке поблескивал серебристый фантик маленькой конфетки в виде
сердечка под названием
Шоколадный поцелуй
.
Разочарованная, я развернула конфетку и запихала шоколад в рот.
— Я так благодарен тебе за терпение, Барбара, — смущенно сказал
Зип. — Любая другая девушка в этом городе уже давно бы высказала все,
что думает о моих старомодных принципах.
Жуя шоколад, я положила голову ему на плечо и стала смотреть на самодельную
удочку, закинутую им в озеро Центрального парка.
По крайней мере, я нашла кого-то, с кем мне приятно сидеть вместе в обнимку.
К тому же мы так весело проводили время. Однако в проповеднице a la carte
просыпался сексуальный голод.
Что же я делала не так?
Когда Питер позвонил мне в офис из дома и попросил срочно приехать, я тотчас
сменил рубашку и примчался к нему. Он открыл дверь в фартуке и ткнул мне в
нос суповой половник.
— Быстро! Попробуй соус. Слишком острый?
Я не поверил своим ушам.
— И для этого ты просил меня срочно приехать?
Питер повернулся и побежал на кухню. Я поспешно последовал за ним.
— Да! — воскликнул он. — Я пригласил Викки на ужин, и все
должно быть превосходным. Пусть она сочтет меня неотразимым. Это позволит
мне перейти к более решительным действиям.
Вот оно что!
— Тебе давно уже надо перейти к решительным действиям, Мак. Говорю же,
основной принцип этих сексуальных вампирш —
одно свидание, никаких
ожиданий
.
— Что ж, может, они и вправду привыкли заниматься сексом как мужчина,
но я не такой. — Он снова протянул мне половник. — Может, слишком
сладкий?
Я отвел половник в сторону, даже не попробовав соус.
— Кому что нравится.
Питер открыл крышку кастрюли на плите и помешал свое варево.
— Я так понимаю, вы с Новак все еще ведете свою игру под кодовым
названием
К черту любовь
. Я имею в виду, у вас ведь было — сколько... по-
моему, двадцать девять свиданий за прошедшие двадцать три дня.
— Да, однако я следую своему плану. Я подвожу к тому, чтобы она
захотела не только секса, но и чего-то большего, а по нынешним временам,
чтобы заставить девушку сказать
нет
, нужно основательно постараться.
Питер искоса взглянул на меня.
— А может, тебе просто нравится проводить с ней время? Может быть, это
вынужденное воздержание и моногамия дали тебе возможность понять, что
Барбара Новак потенциально твоя идеальная женщина?
Неисправимый мечтатель.
— Спустись на землю, дружище. У тебя горит пирог.
Питер схватил рукавицы со стола и ринулся к духовке спасать суфле. Пока я
внимательно наблюдал за ним, мне в голову пришла сумасшедшая мысль. Конечно,
на первый взгляд это был полный абсурд, но, возможно — только
возможно, — я мог кое-чему научиться у Питера. В отношении женщин.
— А что такой парень, как ты, обычно делает перед свиданием?
Питер поставил суфле на подставку.
— Нет, я так никогда не делал. Но в соответствующей ситуации делал бы
то, что сейчас и делаю. Что напомнило мне о том, чего я не сделал. Мне надо
позвонить Викки и сообщить ей свой адрес.
— У меня есть идея получше. Пригласи Викки ко мне. Сделай вид, что это
твоя квартира. Ты знаешь, где я храню запасной ключ.
По лицу Питера расползлась хитрая улыбка.
— Ты разрешишь мне использовать твой секретный ключ, о котором известно только твоим подружкам?
— Ну, хоть кому-нибудь он пригодится. Он уже покрылся пылью, с тех пор
как Новак вышла на первое место в списке бестселлеров.
— Но я же пригласил Викки на домашний ужин, — обеспокоенно
возразил Питер.
— Поверь, десять минут в моей квартире — и вы оба забудете об ужине.
Питер взволнованно переспросил:
— Десять минут?
Я кинул в ответ:
— Десять минут.
Я загорала на балконе в
трали-вали, тили-тини, в горошек желтеньком
бикини
, желтой шляпе и солнечных очках в стиле Жаклин Кеннеди. Все это было
куплено во время одного из походов в
Блумингдейлз
. Примеряя купальник в
раздевалке одного из отделов, я решила выйти и показаться Зипу во всей
красе, а заодно спросить совета.
Зип бросил на меня чувственный взгляд, после чего поспешно затолкал обратно
в раздевалку, а сам, извинившись, ушел покупать газету и затем стал ждать
моего возвращения на улице. Я расценила его поведение как комплимент.
Теперь же я загорала и пыталась думать о своей новой книге. Но не могла
сосредоточиться. Мне мешал Зип.
Я выражаюсь фигурально, конечно, хотя не возражала бы, если...
Но — увы! — мне приходилось довольствоваться только мыслями о нем. И
эти мысли не помогали продвинуться в работе над новой книгой ни на йоту.
Тут вдруг зазвонил телефон, и я кинулась к аппарату, на ходу сунув босые
ноги в домашние тапочки на каблуках.
— Алло?
— Привет, Барбара. Это Зип.
Я буквально растаяла от звуков его голоса. В трубке был слышен шум
струящейся воды. Боже, он наверняка только что вышел из душа, чистый и
благоухающий, как ирландская весна. Я представляла себе, как капельки воды
стекают по его мокрым черным волосам и разгоряченной смуглой коже...
— Привет, Зип, — сказала я с теплотой в голосе.
Готова поклясться, он сейчас вытирал узкие бедра мягким махровым полотенцем
с вышитой буквой
Z
— в стиле Зорро.
Во время экскурсии по Диснейленду вам рассказывают о том, что скоро у всех
на земле будут телефоны с большим экраном, размером где-то с телевизор.
Но сейчас мне такой был даже не нужен, я прекрасно справлялась сама.
— Хочу попросить тебя об одной особенной услуге, — сказал он
глубоким, почти страдальческим голосом.
Я уронила очки на пол и нагнулась поднять их. Стоя на коленях, я вдруг
явственно услышала, как Зип насухо вытирает тело полотенцем. Сцена, которая
мне представилась в данный момент, заставила кровь прилить к щекам. Я начала
дуть на очки, потом сглотнула и подумала, что все-таки неплохо было бы иметь
телефон с экраном.
— Конечно, Зип, — ответила я ему двусмысленным тоном. — Все,
что захочешь, — именно это я имела в виду.
— Знаю, мы планировали пойти повеселиться, — начал он.
О нет, только не это! Он что, хотел отменить нашу встречу — в тот момент,
когда так был мне нужен?
— А потом подумал, может быть, лучше остаться дома, — он
растягивал слова в свойственной ему манере.
Дома — это хорошо. Список вещей, которые можно делать дома, хм, достаточно
велик.
Тут я опять услышала кое-какие шумы в телефоне и попыталась определить их
происхождение.
Кажется, он делал приседания.
Мое тело горело, и хотя на мне было всего лишь бикини, возникло чувство, что я слишком тепло одета.
— Мне бы хотелось... — сказал он, задыхаясь от усилий.
Я закрыла глаза. М-м-м, чего бы тебе хотелось, Зип?
— ... Поужинать по-домашнему.
Бам! Его слова подействовали на меня так, будто бы мне за шиворот вылили
коктейль.
— Майор Мартин, — резко отозвалась я, — знаю, что вы не
читали мою книгу, но позвольте объяснить раз и навсегда: у меня нет ни
малейшего намерения вкалывать, как рабыня, у плиты и убирать грязные тарелки
со стола.
Высказав все это, я, чтобы немного успокоиться, выгнула спину и стала делать
наклоны назад, пытаясь дотянуться руками до пола. Это одно из моих самых
любимых гимнастических упражнений; оно успокаивает нервы, подтягивает
животик и держит все мышцы в тонусе и полной боевой готовности для секса a
la carte.
— Ах нет, Барбара. Ты неправильно меня поняла, — поспешно объяснил
Зип. — Когда я сказал
поужинать по-домашнему
, то имел в виду
пригласить тебя к себе. — В его голосе прорезались интимные
нотки. — Л собираюсь готовить для тебя.
Я наконец умудрилась встать на мостик и застыла в этой позиции, впитывая в
себя, как губка, приятные слова Зипа и испытывая при этом неземное
блаженство.
— О, Зип! — простонала я; мои мышцы напряглись при
выпрямлении. — Ни один мужчина еще не делал для меня... такого. Как
хорошо, что ты об этом подумал... это так приятно...
На счастье, шнур телефона был достаточно длинным для того, чтобы я могла
дойти до диванчика. Я буквально рухнула на него без чувств, ощущая себя
полностью открытой этому непредсказуемому и удивительному мужчине.
— Итак, ты согласна? — Теперь он размеренно дышал в трубку: по
всей видимости, перешел на отжимания.
— Да... да... да! — воскликнула я на грани экстаза.
— О, не могу дождаться этого момента. — Он глубоко вздохнул и, как
мне показалось, тоже откинулся на спину в состоянии глубокого
удовлетворения... от нашего разговора.
Я лежала на диванчике, глядя на ярко-голубое небо на фоне окна, и
наслаждалась приятным ощущением от общения с самым сексуальным мужчиной на
свете... пусть хоть и по телефону. Я представляла, как он, удовлетворенный,
лежит рядом со мной.
Вот бы проделать все наши спортивные упражнения в другой обстановке...
Мы помолчали еще с минуту, затем Зип вздохнул и дал мне свой адрес:
— Семьдесят третья авеню на пересечении с парком.
Я лениво подняла ногу и записала адрес в воздухе маленьким наманикюренным
пальчиком.
М-м-м. Еще один способ сохранять мышцы в тонусе.
— И... Барбара! — прошептал Зип в трубку.
— Да, Зип? — томно отозвалась я.
— Спасибо за уступчивость.
— Нет, Зип, — проворковала я. — Спасибо тебе.
Я послала ему воздушный поцелуй, которого Зип не мог ни видеть, ни слышать,
и подождала, пока он первым повесит трубку.
Но тут раздался звук открываемой зажигалки, как раз в тот момент, когда я
сама потянулась за сигаретой. Похоже, после интимного разговора нам обоим
требовалось расслабление.
Я широко улыбнулась и выдохнула дым.
Думаю, наша беседа по телефону была для него такой же приятной, как и для
меня.
Итак, в тот вечер я пришла на квартиру к Зипу, как мы и договорились. Смею
вас уверить, я в жизни никогда и ничему так не удивлялась.
Это были
Основы ведения домашнего хозяйства
и
Космополитен
в одном
флаконе.
Однако разрешите рассказать обо всем по порядку. Во-первых, он открыл мне
дверь в фартуке с оборочками, повязанном вокруг стройных бедер. Казалось,
его ни малейшим образом не заботит мысль о том, что такой внешний вид не
производит впечатления мужественности.
Вслед за тем он провел меня в глубь своей потрясающей квартиры. Она была
обставлена очень современно, однако в чисто мужском стиле. Книги, картины,
антиквариат, пианино... Я задумалась над тем, снял ли он ее уже
меблированной или обстановка была его собственной заслугой?
В любом случае он чувствовал себя здесь в своей тарелке.
В довершение ко всему, в квартире было очень чисто. Не знаю, убиралась ли у
него приходящая домработница, но если да, то я бы записала ее телефончик.
Ужин был уже накрыт, поэтому он сразу провел меня к столу и
предусмотрительно отодвинул стул.
Я села и с восхищением уставилась на стол. Белая скатерть, красивая посуда,
свечи, цветы... такой сервировке позавидовала бы любая домохозяйка.
Какой приятный сюрприз.
Некоторые мужчины почувствовали бы себя довольно неловко в такой ситуации.
Но только не этот.
То, что он так легко справлялся с женскими обязанностями, и даже фартук с
кружавчиками, повязанный вокруг бедер, — все это только прибавляло ему
мужского шарма в моих глазах.
— О Зип, все так замечательно! — воскликнула я, естественно
включая и его в это
все
.
Улыбаясь, он взял салфетку со стола, аккуратно расправил ее и положил мне на колени. Я откашлялась.
— У меня такое чувство, что у тебя большой опыт в области того, как
следует устраи
...Закладка в соц.сетях
