Жанр: Любовные романы
Любовь выбирает нас
...тобы не отвлекаться от дел
мыслями об ее обнаженном теле, и в этом отношении, можно сказать, преуспел.
Роберт тщательно, детально и не спеша объяснял собеседницам каждый термин и
каждый пункт договора и приложенных к нему документов. Особое внимание он
уделял Дженнифер как новичку в области коммерческой юриспруденции, к тому же
отказавшейся от услуг адвоката для проверки правильности оформления
контракта и соблюдения ее интересов.
— Я вам доверяю, — сразу же сказала она, когда он впервые поднял
вопрос о ее собственном адвокате. При этом ее цыганские глаза игриво
сверкнули и насмешливая улыбка раздвинула чувственные губы. — До
определенных пределов. Только в деловых вопросах. — Голос звучал столь
мягко и соблазнительно, как будто она приглашала его заглянуть к себе в
спальню и войти в ее тело.
От крайностей Роберта спасало лишь понимание того, что деловой финал
приближается, а вместе с ним и время платить по другим счетам. Еще полчаса —
и контракт будет подписан. Будут поставлены все точки над
i
, соблюдены все
юридические формальности и правила. И он наконец откроет шлюзы для всех
своих безудержных эротических фантазий, для сумасшедшего праздника плотской
любви и наслаждений.
— Вам надо подписать все четыре экземпляра документов, — сказал
он, складывая вместе, в одну стопку, увесистые бумажные комплекты. —
Поставьте подпись и дату на каждом из них внизу, над линией, под которой
напечатана ваша фамилия. Вначале ты, бабуля. Теперь ваша очередь, мисс
Кресент. Прекрасно, поздравляю вас обеих. — Он искоса, многозначительно
и многообещающе посмотрел поверх очков на Дженнифер.
Она уловила его обжигающий, чувственный взгляд, ответила ему столь же
понимающим взглядом, почему-то вспыхнула от смущения и быстро отвернулась.
Потом с опаской посмотрела на миссис Кэррингтон, пытаясь угадать, уловила ли
пожилая леди сексуальный подтекст в последней ремарке внука. К счастью,
похоже, что нет. Хотя, конечно, трудно не заметить его похотливые,
нетерпеливые взгляды и эти эротические, гипнотические нотки в его голосе.
Черт побери, куда все это может ее завести? Во что она вляпывается?
Итак, надо сначала быстренько разобраться в своих чувствах, прежде чем
принять окончательное решение. Произвести экспресс-анализ собственного
я
на уровне сознания и подсознания. И сделать простые и понятные ей самой
выводы. А потом действовать так же быстро и просто.
Конечно, она очень хочет его. Она вынуждена признать этот факт сразу и
решительно. В течение последних двух недель она неустанно и ежедневно
внушала себе, что секс не игрушка. Нельзя относиться к нему слишком легко
только из-за того, что тебе кто-то безумно понравился и тебя к нему тянет.
Однако подобные ежедневные самовнушения нисколько не помогли. Пожалуй,
вожделение даже усилилось. И четко созрело намерение осуществить свое
желание. Так что надо думать об этом как об уже свершившемся факте и
прогнозировать возможное развитие ситуации на перспективу.
Следует исходить из того, что при всех своих возможных последствиях секс —
это просто секс. Если женщина не теряет головы, если держит в крепкой узде
свои эмоции и воображение, то что ей может серьезно угрожать?
Как относится к этой проблеме Роберт? Никаких иллюзий и излишних
переживаний. Все четко, по водоразделу — вначале бизнес, потом удовольствия.
И ни в коем случае не мешать одно с другим. А если мужчина может так
поступать, то с этим справится и она.
— Ну что ж, свершилось. Все формальности улажены. — Миссис
Кэррингтон подняла голову, оторвав взгляд от последнего подписанного ею
документа, и улыбнулась своей новой партнерше. — Поздравляю с созданием
новой компании, с новым опытом. Для меня это тоже впервые. Никогда раньше не
вкладывала деньги в косметический бизнес, если не считать расходы на
собственный макияж. — Она положила свой
паркер
с золотым пером на
стопку документов и придвинула все это к Дженнифер. — Это так
прекрасно, так стимулирует, не правда ли? Столько новых впечатлений!
— Да, конечно. На самом деле очень волнительно, — улыбнулась
новоявленная бизнес-леди теплой и очаровательной улыбкой. Она повернула
голову и взглянула на Роберта. — Это правда очень эмоционально, и я с
трудом выдерживаю напряжение. — В ее словах явственно звучал подтекст,
предназначенный только для его ушей. Направленный на него взгляд носил явно
провоцирующий характер, как приглашение к зажигательному любовному танцу, на
праздник ликующей плоти, свободных фантазий и чувств.
Роберт был настоящим, живым мужчиной, жар желания быстро растекался по всему
его телу, от головы до пят, и концентрировался в самых чувствительных
местах.
Удовлетворенная его реакцией, Дженнифер перевела взгляд на хозяйку дома.
— Итак, я подписываю контракт, пока никто не передумал и не внес новые
изменения, — пошутила она.
— Никто, я полагаю, не собирается передумывать, — многозначительно
заверил ее Роберт своим гладким, как шелк, и опасным, как волчий рык,
голосом.
— Конечно нет, — подтвердила Жаклин счастливым, веселым голосом.
Давненько у меня не было таких развлечений. — Она помогла Дженнифер
ускорить процесс подписания, снимая со стопки уже подписанные документы и
открывая новые для подписи. Затем собрала все четыре копии и передала
Роберту, чтобы тот убрал их в свой портфель. — Ну что ж. Будем считать,
что официальная часть почти закончена. — Она протянула руку в сторону
ведерка со льдом, из которого торчало горлышко
Дом Периньона
. —
Роберт, дорогой, ты не возьмешь на себя почетную обязанность?
Внук быстро и умело, так, как будто полжизни работал сомелье, откупорил
бутылку шампанского. Затем аккуратно разлил содержимое по бокалам,
придерживая запотевшую емкость салфеткой.
— Насколько я помню, бабуля, ты собиралась устроить какую-то вечеринку
или прием по случаю такого события. Мне даже помнится, ты говорила что-то
про обед. Что-то про вечернюю форму одежды.
— Да. Я помню и не отказываюсь от своих слов. Думаю, что в эту субботу
мы сможем организовать обед в честь делового начинания. Дженнифер, вы уже
можете принять решение по этому вопросу или вам надо будет подумать? Я могу
направить вам приглашение.
— Э... да, суббота вполне подойдет. Я по субботам совершенно свободна.
— Вот и прекрасно. Значит, остановимся на субботе.
Роберт покачал головой.
— Боюсь, в субботу не получится. В субботу планируется проведение
благотворительного вечера в больнице, где мы оба должны
присутствовать, — напомнил он Жаклин.
— О боже, я совсем забыла! Вот что значит возраст. — Лицо миссис
Кэррингтон слегка помрачнело, но затем столь же быстро просветлело. —
Ничего, я думаю, мы просто внесем небольшие коррективы. Вместо обеда
организуем здесь небольшой коктейль а-ля фуршет. Его и подготовить проще. На
закуску канапе с копченой лососиной, с паюсной икрой, коктейль из креветок и
т. п. В любом случае прием в вечерних туалетах. Должны же мы, женщины,
получить возможность слегка нарядиться и похвастаться своими туалетами. А
потом все вместе отправимся на благотворительный вечер. Как вам мое
предложение, Дженнифер?
Дженнифер взяла в руки бокал с шампанским, покрутила его в руке и улыбнулась
хозяйке дома.
— Что касается коктейля, то звучит прекрасно. Но, боюсь, меня не
приглашали на благотворительную вечеринку, которую организует миссис Кросби.
Жаклин удивленно выгнула брови и многозначительно посмотрела на внука.
— Что значит
организует миссис Кросби
?
— Мы нарвались на нее в приемном отделении больницы, куда отвозили
Элен, у которой начались роды, — пояснил Роберт. Слегка отвернувшись от
Жаклин, он заговорщицки подмигнул Дженнифер, получив ответный понимающий
взгляд. — Она как раз возвращалась после встречи с администрацией
больницы по поводу сбора пожертвований. И любезно напомнила мне об этом
мероприятии, чтобы я его не пропустил.
Миссис Кэррингтон гневно фыркнула.
— Вот как? Любит по-прежнему совать везде свой нос и указывать, что
кому следует делать. Неудивительно, что от нее шарахаются все, даже
родственники. Во всяком случае, благотворительный вечер не ее
мероприятие. — Жаклин подняла бокал с шампанским, а свободной рукой
успокаивающе погладила по руке Дженнифер. — Вы приглашены на это
мероприятие, моя дорогая, вполне официально и гарантированно. Роберт
заказывает обычно целый стол, и там будут два свободных места. А теперь
давайте поднимем бокалы за компанию
Сильвер Кресент
! И за новых друзей!
Пусть наши отношения будут долгими и теплыми!
— За
Сильвер Кресент
! — эхом отозвалась Дженнифер, поднося бокал
к губам.
— За новые отношения! — сказал Роберт и осушил бокал одним большим
глотком, не отрывая глаз от новоявленного делового партнера.
Пять минут спустя они уже сидели в его
порше
. Оба были изрядно возбуждены,
заметно нервничали и даже слегка напуганы тем, через что им в скором времени
предстояло пройти.
— Так мы едем сейчас в банк? — наивным голосом спросила Дженнифер.
— Нет, мы не едем в банк.
— Тогда не могли бы вы меня подбросить домой? А потом поедете по своим
делам, например на тренировку.
— Я не собираюсь подбрасывать вас до дома. И не собираюсь на
тренировку.
— А чем же вы собираетесь заняться в таком случае?
Он удивленно покосился на нее, как бы не веря тому, что слышал.
— Вы что, действительно хотите, чтобы я это произнес вслух, по
буквам? — На его скулах даже выступили розовые пятна от избытка эмоций,
а руки сдавили руль так, что побелели костяшки пальцев.
В этот момент она осознала, что собеседник чувствует себя столь же
напряженно и неуверенно, как и она сама. И не знала, хорошо это или плохо
для нее. Конечно, приятно осознавать, что ты не одинока в своей лодке, что
ты на равных, но все-таки лучше, когда у одного из партнеров больше
уверенности, чтобы было на кого опереться. В любой стае должен быть вожак
или лидер.
— Да, произнесите. — С ее точки зрения, пожалуй, это было не
только желательно, но и необходимо. Чтобы не было никаких недоразумений
потом. — Скажите мне об этом честно и прямо.
Роберт дождался красного света светофора и остановил машину. Он повернул к
ней голову и, глядя прямо в глаза, медленно и отчетливо, низким, слегка
хрипловатым от волнения и очень интимным голосом произнес:
— Вначале я проверю, выполнил ли дворецкий мое распоряжение, то есть
покинул ли мой дом. Я предоставил ему выходной. Затем я занесу тебя на руках
прямо в спальню и, не спеша, сниму с тебя каждый клочок одежды. — Он не
отрывал от нее взгляда, произнося эти сладострастные, но и одновременно
тревожные и даже немного пугающие ее слова. — Я собираюсь расцеловать
каждый дюйм твоей кожи, все твои самые потайные места, чтобы ни одна
частичка твоего тела не осталась неизученной. А потом я войду в твое тело и
буду наслаждаться им сам и услаждать тебя, буду упиваться обладанием тобой,
всем твоим телом. Я буду вновь и вновь все глубже познавать твою сладость, с
каждым разом разжигая все сильнее наши чувства, пока мы не сгорим в пламени
наших эмоций.
Дженнифер почувствовала спазмы в горле. Сердце тоже сместилось неизвестно
куда, и она никак не могла его отыскать и вернуть на место. Боже мой. Такой
откровенности и такой страстности она никак не предполагала. Ее ждет самый
настоящий, горячий секс, о котором она нередко мечтала. Однако была одна
существенная деталь...
— Да, я хотела это услышать. Но дело в том, что я... — Она
заколебалась, не зная, как сказать то, что необходимо сказать, дабы не
разочаровывать этого мужчину и не стать самой жертвой сексуальной ошибки. И
надо это сделать срочно, прямо сейчас, пока она совсем не утратила здравый
смысл под натиском его и своих эмоций.
— Что-то мешает? — подтолкнул ее Роберт.
— Ты никак не упомянул о... — Интересно, подумала она, почему ей
так трудно сказать? Ведь они собираются заняться любовью, и ему это
необходимо знать. Просто с практической точки зрения. Во всех женских
журналах говорится о том, что этот разговор должен состояться до того, как
обнаженные тела сплетутся вместе в постели. Не сказать об этом заранее будет
просто безответственностью с ее стороны. И может испортить ей на всю жизнь
представление о сексе...
В этот момент загорелся зеленый свет, позволяя ей выиграть еще немного
времени, чтобы собраться с мужеством и выговорить наконец эти трудные,
неподатливые слова.
Роберт тронул машину с места.
— Так что ты хочешь мне сказать? О чем я не упомянул?
Дженнифер смущенно уставилась на приборную доску, не поворачивая и не
поднимая головы.
— Ты не говорил о средствах предохранения. Про ответственный
секс. — Ее щеки залил отчаянный румянец, но она продолжила: — Про
презервативы. — Жар разливался по всему ее телу, даже грудь покраснела.
Извечное проклятие всех рыжих — слишком чувствительная кожа.
— Ну, об этом ты можешь не беспокоиться. Я никогда не заставляю женщину
рисковать. И я осторожно выбираю партнерш, так что риск в любом случае
минимальный. Уверен, что и ты была осторожна в выборе любовников.
— У меня их не было.
— Не было... чего?
— Не было любовников.
Роберт недоверчиво тряхнул головой, решив, что ослышался.
— Прости, я не понял, что ты сказала?
— У меня не было никаких любовников. — От смущения на щеках и на
носу очень четко проступили веснушки, как крошечные золотые монетки. —
Ты будешь первым.
11
К чести Роберта, он ни на секунду не усомнился в сказанных ею словах. Другой
человек, менее проницательный, менее чуткий, менее склонный менять
установившееся мнение, несмотря на вновь поступившую информацию, мог бы не
разглядеть за эффектным сексапильным экстерьером и раскованным, почти
богемным поведением ее реальной сущности. Мог бы продолжать считать, что
смелый флирт и сексуальное поддразнивание, которые она использовала с такой
легкостью, исключали бы самую возможность невинности. Но не таков был Роберт
Кэррингтон. Для него достаточно было посмотреть на пылающее от смущения
лицо, на встревоженное выражение ее лучистых и искренних карих глаз, чтобы
определить, что она говорит правду.
Современные мужчины в развитом, цивилизованном мире вроде не должны бы
заботиться о таком анахронизме, как женское целомудрие. Предполагается, что
значимость имеет только верность партнерши. Раньше он и в самом деле не
очень задумывался об этом вопросе. До тех пор пока женщина, с которой он
проводил время, сохраняла ему верность, любые ее предыдущие любовные
похождения его не трогали. За исключением, естественно, только санитарно-
гигиенической стороны дела. Или же если она переступила в прошлом незримую
черту и приобрела известность своей неразборчивостью в связях. Ему бы не
хотелось в этом случае пополнять собой колоду одержанных ею побед, став в
затылок длинной очереди ее любовников.
А теперь его несколько даже встревожило это внезапно проснувшееся
атавистическое, примитивное, темное чувство, которое до поры до времени
дремало где-то в самом дальнем уголке его души. Элемент подсознания в
психике самца. Он вдруг обнаружил, что девственность весьма соблазнительной
на вид мисс Дженнифер Кресент приобрела для него особую значимость. И его
это очень взбудоражило.
Он будет у нее первым!
А значит, в технологию своего поведения в постели следует немедленно внести
коррективы. Цивилизованный человек не должен грубо набрасываться на
девственницу. Есть соответствующие методики подготовки ее к восприятию
первого полового акта и плавного, постепенного свершения оного, чтобы не
отбить у бедной девушки на всю жизнь желания заниматься этим приятным и
полезным для тела и души делом. И здесь не имеет значения даже то, что сама
девственница неудержимо и страстно рвется по неопытности на жертвенное
заклание.
— Ну что ж. Пожалуй, мы можем заглянуть ко мне в берлогу и обсудить эту
тему за стаканчиком коньяка. — В этот момент они как раз подъехали к
его загородному дому.
Дженнифер перебросила ремень своей вышитой сумки через плечо и последовала
вслед за ним по мраморному полу элегантного фойе, через холл, в глубину
дома. Они прошли в его уютную гостиную, пол в которой был покрыт огромным
афганским ковром, а мебель изготовлена из вишневого дерева. Роберт достал из
бара пузатую бутылку и две рюмки для коньяка и, даже не спрашивая ее,
наполнил их на треть темно-янтарной жидкостью.
— Я не вижу ничего такого, что нам стоило бы обсуждать, — ответила
Дженнифер. — Если только ты не передумал заниматься со мной сексом.
— Нет, я не передумал.
Пристроив сумочку на стоящее рядом кресло, Дженнифер сделала шаг ему
навстречу.
— Подожди. Дай еще пару минут на размышление.
— О чем?
— Ну хотя бы, чтобы перестроить свои фантазии. Как ты думаешь, какой я
представлял эту нашу встречу? Я мечтал о том, что буду делать с тобой и что
ты будешь творить со мной. Как мы будем наслаждаться друг другом...
— Да, могу представить. Ты мне об этом уже рассказывал по дороге.
Весьма откровенно.
— И ты хочешь сказать, что нисколько не нервничаешь и не боишься?
— Да нет. Конечно, боюсь. Но не из-за того, что мне предстоит пройти
через что-то, ранее не испытанное. Я не маленькая девочка и достаточно
знакома, хотя бы теоретически, с данной проблемой. Я только не знаю
практически, что ощущает женщина, когда мужчина входит в нее.
Роберт шагнул к ней, его глаза хищно светились, как у волка, почуявшего
добычу.
— Дженнифер...
Он стоял теперь вплотную к ней, весь напряженный, сердце как молот стучало в
груди. Перед ним была женщина — мечта любого мужчины, вся сотканная из
противоречий — из распутной невинности, страстной девственности и
сластолюбивой неопытности. И эта женщина хочет его, именно его.
Но с таким накалом чувств нельзя набрасываться на девственницу. Нужно
изливать их на нее осторожно и не спеша, проявляя заботу и чуткость, в
которых она нуждается. Хотя усмирение эмоций и плоти дается ему нелегко.
— Может быть, начнем все же не с постели, а с еды? — предложил
Роберт, пытаясь как-то замедлить процесс сближения и удержать в себе
готового вырваться на свободу зверя. — Всего в нескольких кварталах
отсюда есть очаровательное французское бистро. Можно прогуляться пешком до
него. Ты ведь практически ничего не ела, когда мы были у бабушки.
— Нет, спасибо. Я не голодна, — очаровательно улыбнулась
Дженнифер.
— Тогда, может быть, просто бокал шампанского?
— Не сейчас. Попозже. — Она протянула руку и провела пальцами по
волевому мужскому подбородку. — Лучше после того.
Роберт простонал и даже засунул руки в карманы брюк, чтобы не пустить их
немедленно в ход.
— Может быть, — наконец сказал он, — усмирим хотя бы немного
наше нетерпение постепенным раздеванием? Продлим удовольствие от
предвкушения? Каждый из нас поочередно будет снимать с себя что-то из
одежды, пока... — Роберт с удовлетворением ухмыльнулся и плотоядно
облизал губы.
Недолго думая, устремив на него хулиганско-насмешливый и одновременно такой
соблазнительно-женственный взгляд, Дженнифер энергичными движениями сбросила
сапожки. Роберт прорычал что-то невнятное, вздохнул, быстро и решительно
развязал и сбросил галстук, как будто избавлялся от удавки на шее.
Дженнифер, смело приподняв край юбки, начала снимать чулки. Под одним из них
обнажились золотое кольцо на пальце и золотой браслет на лодыжке, оба
украшенные крошечными полумесяцами из драгоценных камней. Затем на пол
полетел гребень из ее волос. Огненно-золотистая пышная грива рассыпалась
каскадом по плечам. Роберт тут же расстался с ботинками и носками. Снял
пиджак и жилетку от костюма-тройки.
Далее последовали кое-какие мелочи для поддержания на теле отдельных
предметов из мужского и дамского туалета, типа брючного ремня и пояса для
чулок. Потом оба расстались с некоторыми ювелирными украшениями — сережками
из дамских ушей и запонками из мужской рубашки.
Дженнифер довольно долго копалась под своим свитером, расстегивая
бюстгальтер, стаскивая бретельки с плеч и продергивая их через рукава. И все
это под пристальным, немигающим взглядом строгого контролера, явно вошедшего
во вкус игры. Роберт довольно долго и с особым интересом разглядывал упавший
на пол бюстгальтер из тонкого красного шелка с отделкой из черных кружев.
Он, несомненно, грезил наяву, представляя, что этот изящный предмет только
что прикрывал два полушария ослепительной женской плоти, увенчанные
рубиновыми звездами сосков.
Роберт расстался с белой рубашкой, под которой открылось тело, сплошь
состоящее из атлетически развитых мышц, покрытых на груди и ребристо-плоском
животе довольно густой растительностью. Открывшееся Дженнифер зрелище
мускулистого, хорошо тренированного мужского торса произвело на нее шоковое
воздействие. Она просто плюхнулась на попу, откинулась назад, опершись на
руку.
— Роберт, — едва слышно произнесла Дженнифер. Голос слегка дрожал,
но в нем ясно звучало приглашение. Ее густые, бархатистые ресницы стыдливо
опустились вниз, затеняя ослепительно яркое свечение зрачков. Она нервно
облизала внезапно пересохшие губы. — Роберт, пожалуйста, — вновь
умоляюще простонала она.
Ее слова явились последним нажимом, сорвавшим запор в металлической клетке с
волком. Зверь выскочил на свободу. Он будет осторожным в обращении с этой
самкой, но обязательно овладеет ею, ибо это то, чего страстно хотят они оба.
От его внезапного движения у Дженнифер вырвался крик и она несколько неловко
отклонилась назад и повалилась спиной на пол. Она почувствовала, как его
нетерпеливые руки скользят вверх по ее ногам, задирая юбку все выше и выше.
А затем тяжелое мужское тело оказалось сверху, прямо на ней, распластывая ее
по полу своим немалым весом. Ее обнаженные бедра широко раздвинулись, вмещая
между ними крепкие, мускулистые ноги рвущегося к добыче зверя, ее нежные
груди придавила его твердая волосатая грудь.
Одной рукой он приподнял ее голову от пола сзади, чтобы их губы могли
слиться в длинном и чувственном поцелуе.
Его рот был влажным, нетерпеливо-требовательным и грубоватым. Она
почувствовала, как его язык ритмично пульсирует в глубине ее рта, имитируя
сексуальные, возвратно-поступательные движения. Ее ноги ослабели, и все
тело, как будто отключаясь и превращаясь в желе, повиновалось натиску этой
грубой, безжалостной и одновременно нежной притягательной мужской силы.
Она обхватила его за плечи и прижала к себе, стремясь как бы укрыться под
ним от окружающего мира, раствориться в нем без остатка, отдавая всю себя на
милость щедрого и терпеливого победителя, без оглядки доверяя ему душу и
тело.
Он поцеловал ее еще раз, и еще, и еще. Он целовал ее полураскрытые, сочные,
чувственные губы. Он целовал ее пылающие щеки, ее закрытые глаза, нежную
кожу под подбородком и на шее, ниже мочки уха, и саму мочку уха, и ямочку
спереди, у основания шеи. А его руки двигались по всему ее телу в унисон с
его губами именно так, как она себе это представляла, как ей давно
мечталось.
Его пальцы прошлись по нежной внутренней поверхности ляжки, скользнули по
крутому изгибу бедра, слегка прикрытому шелковой тканью трусиков, потом
поползли вверх, лаская кожу на небольшой выпуклости живота, и замерли под
свитером, обхватив ладонью ее грудь.
Дженнифер слегка постанывала, извиваясь и прогибаясь, чутко реагируя на
малейшую ласку, целуя его жадно и требовательно, как опытная любовница. Ее
руки тоже безостановочно перемещались по мужскому телу, по обнаженной спине
и плечам, оставляя местами глубокие царапины от ногтей.
Роберт не забыл о своем намерении быть осторожным в обращении с
девственницей, хотя темная страсть, овладевшая им, туманила его сознание.
Какое-то шестое чувство подсказывало Роберту — уже ничто не испугает ее, она
сама нах
...Закладка в соц.сетях
