Жанр: Любовные романы
Клянусь, что исполню...
...оторую не портили развешанные на стенах призы и фотографии.
— Разумеется, у вас есть все основания так считать, — твердо
проговорила Энни, — но я думаю, что, когда вы узнаете все, что я
собираюсь вам рассказать, ваше мнение изменится.
Кэри откинулась на спинку стула, приняв непринужденно-элегантную позу. Она
хорошо помнила свою последнюю встречу с Энни и знала, что никогда не простит
друзьям Джимми своего унижения. Но в то же время она не могла не понимать,
что все это было делом рук Оливии Сегал. И теперь одно сознание того, что
Оливия в беде, вызывало в ней радостное возбуждение, и просьба Энни о помощи
музыкой звучала у нее в ушах.
— Если вы думаете, — надменно произнесла она, — что
существуют слова, которые могли бы убедить меня хоть пальцем шевельнуть ради
Оливии Сегал, то вы не сумасшедшая, а просто дура.
Энни невозмутимо проговорила:
— Я так понимаю, что у вас с Питером все кончено.
— Решительно и бесповоротно, только это не ваше дело. — Голос Кэри
зазвучал еще более холодно.
— Это действительно не мое дело, — признала Энни, — но, я
полагаю, вы надеетесь выжать из него все, что возможно. Видит бог, он того
заслуживает.
Кэри презрительно прищурила глаза:
— Несомненно, вы полагаете, что я тоже ничего хорошего не заслуживаю.
— В данный момент, — ответила Энни, — меня совершенно не
интересует, чего вы заслуживаете, а чего нет.
— Удивительно, — сказала Кэри. — Я хочу сказать, что вы меня
удивляете. Я всегда считала вас такой тихоней, серенькой мышкой. Энни Олдрич-
Томас — маленькая бессловесная подружка Джимми. Даже когда вы появились в
Ритц-Карлтоне
вместе с Оливией, я знала, что вы просто девочка на
побегушках. Что заставило вас настолько осмелеть?
Энни ощущала поразительное спокойствие.
— Даже мышку иногда следует принимать в расчет. — После паузы она
уверенно проговорила: — Кэри, у меня есть оружие против Питера. Оружие, о
котором вы можете только мечтать.
— Не думаю, что мне может потребоваться что-то еще, — доверительно
сообщила Кэри. — Питер уже успел продемонстрировать свою любовницу
половине Новой Англии и всему Манхэттену.
— Даже двенадцать любовниц ничто по сравнению с тем, что есть у меня,
Кэри, — сказала ей Энни. — Даже полдюжины незаконных детей.
В глазах Кэри наконец блеснула искра интереса.
— Продолжайте, — сказала она.
В без четверти семь, уже облаченный в ненавистный смокинг — Майкл всегда
говорил, что, если Луизе дать волю, она заставит всех домочадцев и гостей
мужского пола ходить во фраках с белой бабочкой, — Джим высморкался,
взглянул на часы и подумал, что у него еще есть время, чтобы позвонить
Оливии. Он не говорил с ней уже несколько дней, потому что в его комнате что-
то случилось с телефоном. Но теперь ему вдруг показалось, что ему легче
будет пережить этот вечер, если он немного послушает голос Оливии.
Он спустился по широкой мраморной лестнице, прошел мимо потрясающего Пюи де
Шаванна, которого отец Майкла собственноручно повесил на стену незадолго до
смерти. Луиза поставила под картиной большую вазу с белыми лилиями. Джим
оглядел просторный вестибюль, и ему показалось, что дом выглядит так, будто
в нем готовятся к свадьбе, а не к приему по случаю дня рождения мужчины.
Впрочем, Луиза как-то говорила ему, что она рассматривает любые торжества
как сферу деятельности женщин.
Только женщины понимают, — сказала она
тогда, — как показать людям, что им рады, заставить гостей чувствовать
себя легко и непринужденно. Женщины и, наверное, гомосексуалисты
.
Джим прошел в библиотеку, сел в темном углу рядом с телефоном и
почувствовал, что это как раз то, что было нужно его бедной больной голове.
Он снял трубку и начал набирать номер.
В это мгновение дверь открылась, и вошел Майкл.
— Джимми, я как раз тебя ищу. — Он бросил на Джима извиняющийся
взгляд. — Это срочно? — Он показал глазами на телефон. — Или
можно отложить?
— Ничего срочного, — ответил Джим.
— Ты звонишь в офис?
Джим отрицательно покачал головой:
— Оливии.
— Пожалуй, поздновато. Ты не находишь?
— Да нет. Мы часто звоним друг другу в это время. — Джим
вопросительно взглянул на Майкла. — Что-нибудь нужно?
— Мне необходимо узнать твое мнение относительно шампанского. Мы с
Луизой только что выпили за мое здоровье, и у меня возникли сомнения в
качестве вина.
— Вряд ли я сегодня гожусь на роль дегустатора, — сказал
Джим. — Из-за этого проклятого насморка я не чувствую никакого вкуса.
— Ты единственный, кто способен мне помочь, — твердо заявил
Майкл, — представь, Питер заперся в спальне с мисс Рогоз. Кроме того,
шампанское — лучшее средство от простуды.
Джим встал:
— Да уж, вреда от него, по крайней мере, не будет. Майкл открыл дверь.
— Ты уверен, что можешь отложить разговор? А то я начинаю испытывать
угрызения совести.
Джим улыбнулся:
— Я позвоню Оливии завтра. Так будет даже лучше. Идем попробуем
шампанское.
— Я не верю, — сказала Кэри полчаса спустя. — Ни на грош.
— Я думаю, вам придется поверить, — ответила Энни. — Она
показала на пакет, лежавший перед ней на столе. — Там все есть. Все
доказательства.
Внезапно она ощутила безмерную усталость. Она изложила Кэри адаптированную
версию длинной и страшной истории и видела, как лицо Кэри все больше
вытягивается и бледнеет.
— Я вас расстроила? — тихо спросила она Кэри.
— Это слишком мягко сказано, — резким тоном ответила Кэри. —
За кого вы меня принимаете? Конечно, меня трудно назвать мягким человеком,
но даже я поджимаю хвост, когда речь идет об убийстве. — Она встряхнула
головой. — Господи, никак не могу поверить. Майкл! Непоколебимый, как
скалы в Испании, один из столпов общества. Майкл Ариас — убийца?
— Вы, без сомнения, должны понимать, — с расстановкой произнесла
Энни, — что, вне зависимости от того, захотите вы или не захотите
использовать эти сведения против Питера, вам гораздо лучше узнать обо всем
этом заранее. — Она немного помолчала. — Кэри, тем или иным путем
это обязательно выплывет на свет. И представьте себе, как будет относиться
общество к людям, связавшим жизнь с семейством Ариасов.
— Но все знают, что теперь я не имею к ним никакого отношения, —
задумчиво, словно оценивая ситуацию, проговорила Кэри.
— Формально вы жена Питера Ариаса.
— И что? — спросила Кэри, еще не до конца разобравшаяся в
ситуации.
— Было бы разумнее окончательно порвать с этой семьей, пока не
сложилось определенное общественное мнение.
— Мне кажется, вы немного преувеличиваете опасность, — поморщилась
Кэри. — В конце концов, кто подумает, что я хоть что-нибудь знала? Мы
даже не можем утверждать, что знал Питер.
Энни понимала: теперь она должна стрелять без промаха, пока Кэри не
оправилась от шока и просто-напросто не выставила ее за дверь.
— Давайте представим себе, — вкрадчиво проговорила она, — что
Питеру придется доказывать свою невиновность официально. — Выдержав
эффектную паузу, она продолжала: — Вы, надеюсь, хорошо представляете себе,
как относятся люди к женам подсудимых.
Кэри молчала.
— Разумеется, мы с Оливией можем вам помочь, — продолжала
Энни. — То есть мы можем подтвердить, если возникнет необходимость, что
вы ничего не знали ни о Ротенбергах, ни об аварии вертолета.
Голубые глаза Кэри стали холодными как лед.
— Теперь я понимаю, почему вы обратились ко мне. Если я сейчас не
помогу Оливии, вы растрезвоните по всему свету, что я все знала, не так ли?
— Я этого не говорила, — возразила Энни с достоинством и
спокойствием, которого она отнюдь не ощущала.
— Как это хорошо у вас получается, — с усмешкой проговорила
Кэри. — Я имею в виду шантаж. Где вы так навострились?
Энни покраснела.
— Так что вы хотите, чтобы я сделала? — неприязненно проговорила
Кэри.
— Надо ехать со мной в Ньюпорт и помочь мне добраться до Джимми. Я
знаю, что он там, но нам не дают с ним поговорить.
— И вы думаете, что мне удастся убедить их вас впустить?
— Да.
— Когда?
— Сейчас.
— Сейчас? — Кэри явно удивилась. — Но сейчас уже половина
восьмого.
— Мы будем там около половины десятого, в крайнем случае в десять.
— Об этом не может быть и речи, — возмутилась Кэри, — у меня
назначены две встречи на этот вечер, и я не собираюсь их отменять.
Энни взглянула на Кэри и, увидев знакомый холодок в ее глазах, поняла, что
дело еще не выиграно.
— Кто-то должен предупредить Джимми, — спокойно проговорила
она. — Я понимаю, что вам нет дела до Оливии, но неужели вы хотите
оставить в опасности Джимми?
— Ну уж какая там опасность.
— Вы правда так думаете? — Энни устремила на Кэри
многозначительный взгляд.
Кэри опустила глаза, суетливо взглянула на часики от Картье, потом упрямо
встряхнула головой:
— Нет никакого смысла нестись сломя голову в Ньюпорт, потому что у
Луизы сегодня прием по случаю дня рождения Майкла.
— Вот и поедем его поздравить!
— Ариасы помешаны на безопасности. Туда нельзя прийти просто так, с
улицы. Если у вас нет приглашения, вас не пустят в дом, вот и все.
— Но вы все еще миссис Питер Ариас. — Помолчав, Энни добавила: —
Вы все еще Кэролайн Бомон-Ариас. Уж не хотите ли вы сказать, что жену Питера
не пустят на семейный праздник?
— Мне не нравится, когда на меня наезжают, Энни.
— А мне не нравится, когда двое моих лучших друзей подвергаются
опасности. Очень и очень реальной.
Наступило неловкое молчание.
— Вы действительно считаете, — наконец заговорила Кэри, — что
Майкл способен причинить зло двоюродному брату?
— Не знаю, — ответила Энни. — Хочется надеяться, что нет.
— Но если он организовал убийство собственного дяди... — Голос
Кэри замер.
— Вот именно, — сказала Энни и затаила дыхание в ожидании ответа.
Некоторое время Кэри напряженно размышляла и наконец решилась.
— Подождите меня в приемной, — попросила она. — Я должна
сделать несколько звонков.
Энни встала, взяла свою сумку.
— Вы поедете со мной, Кэри? Кэри посмотрела ей в глаза:
— Неужели вы думали, что я откажу себе в удовольствии посмотреть на
Ариасов в такой щекотливой ситуации?
Энни с трудом сдержала возглас облегчения и торжества.
— Значит, вы едете с мной?
— Только после того, как вы выйдете и дадите мне позвонить.
Первое препятствие встретило Энни и Кэри у ворот особняка Ариасов.
Привратник попросил их предъявить приглашения или назвать имена, чтобы он
мог свериться со списком. При этом на заднем плане маячили два вооруженных
телохранителя, как будто из багажника машины Кэри мог в любой момент
выскочить Аль Капоне.
— Прошу прошения, мэм, но вашего имени нет в списке, — доложил
привратник, склоняясь к окну машины. Теплый ночной бриз доносил звуки
музыки.
— Я и не говорила, что оно там есть, — усмехнулась Кэри.
— Сегодня мы принимаем только по приглашению. Извините, мэм. — У
старого слуги был почтительный и одновременно надменный вид.
— Вы хорошо расслышали, как меня зовут? — с мягкой язвительностью
спросила Кэри.
— Миссис Питер Ариас, мэм.
— А вы знаете, кто такой Питер Ариас?
— Двоюродный брат мистера Майкла, мэм.
— А я его жена, — сказала Кэри.
— Да, мэм. — Привратник задумался.
— Так, может быть, вы сделаете исключение и пропустите нас?
— Нет, мэм, боюсь, я не могу этого сделать. — Голубые глаза Кэри
угрожающе сощурились, и он поспешно добавил: — Но я сейчас позвоню в дом.
— Прекрасно, спасибо, — сладко улыбнулась Кэри.
— Рад служить, мэм.
Меньше чем через четыре минуты они, получив соизволение Луизы, ехали по
длинной подъездной аллее к дому. Музыка с каждым мгновением становилась все
громче. Энни показалось, что это Дюк Эллингтон, хотя, конечно, это был не
он, потому что его не было в живых, а Луиза скорее рассталась бы с жизнью,
чем позволила своим гостям слушать записи.
— Вы были великолепны, — пролепетала Энни. Она все еще не могла
поверить, что ей удалось втравить Кэри в эту авантюру. Теперь же, когда она
увидела Кэри в полной боевой форме и при этом на своей стороне, она совсем
утратила ощущение реальности. — Без вас мне наверняка не удалось бы
прорваться.
— Скорее всего нет, — пожала плечами Кэри и нажала на тормоз.
— О боже, — прошептала Энни, — это Луиза.
Миссис Майкл Ариас стояла в дверях — безупречно стройная в своем
великолепном туалете из шелка кремового цвета. Ее силуэт слегка расплывался
в сиянии, создаваемом тысячами свечей, горящих в вестибюле.
— Вам лучше помалкивать, — прошептала Кэри. — Положитесь на
меня.
Она вылезла из машины, протянула ключи лакею и стала подниматься по каменным
ступеням. Энни держалась чуть-чуть сзади.
— Кэри! Какой приятный сюрприз, — приветливо проговорила Луиза.
Она наклонилась и расцеловала бывшую невестку в обе щеки. — И Энни
Томас. Как замечательно!
— Я надеюсь, вы не слишком шокированы, Луиза. — Энни протянула
руку хозяйке. — Я была в Бостоне и случайно встретила Кэри. Она
сказала, что едет к вам на вечер.
— Джимми не говорил нам, что вы в Бостоне, — сказала Луиза.
— Он не знал.
За спиной Луизы появился Майкл.
— Боже милосердный, — пробормотал он. — Это правда.
— С днем рождения, Майкл. — Кэри ослепительно улыбнулась. —
Можно нам войти?
— Конечно, можно. — Луиза любезно отступила назад. — Какая
приятная неожиданность, правда, Майкл?
Майкл с непроницаемым лицом закрыл дверь за Энни и Кэри. В огромном
вестибюле не было видно никого из гостей, только два официанта торопливо
направлялись к парадной лестнице. На Энни и Кэри волной нахлынули звуки и
запахи праздничного вечера.
— Я боюсь, обед в самом разгаре, — сказала Луиза.
— Собственно говоря, чем обязаны? — сухо поинтересовался Майкл.
— Майкл! — Луиза закатила глаза. — Что с тобой? Ты забываешь
о правилах гостеприимства.
— У нас прием, — резонно возразил Майкл, — а они не одеты.
— Это я беру на себя. — Луиза тепло улыбнулась Кэри. — Если
вы не возражаете, Кэри, я могу одолжить вам что-нибудь из моего гардероба.
— Спасибо, Луиза, — ответила Кэри, — вы очень добры, но я
считаю, что костюм от Баленсиага годится для чего угодно, даже для вашего
приема.
— Мне тоже вполне удобно, — пробормотала Энни, хотя она
чувствовала себя довольно неловко в дневном костюме от Эскады, в котором еще
утром вышла из отеля. Впрочем, сейчас ее больше беспокоило другое. — Я
приехала только для того, чтобы повидаться с Джимми.
— Вообще-то надо бы устроить небольшое семейное собрание, —
неодобрительно взглянув на Энни, сказала Кэри.
— Сегодня? — В первый раз за все это время с лица Луизы исчезло
приветливое выражение. — Неужели вы говорите серьезно?
— Нет, нет, в другой раз, — твердо заявил Майкл.
— Нет, именно сегодня, — как ни в чем не бывало проговорила Кэри.
Луиза понизила голос:
— Кэри, я знаю, что у вас есть причины для враждебных чувств по
отношению к Питеру, но видит бог, день рождения Майкла не самое подходящее
время для их демонстрации.
— А по-моему, вполне подходящее, — настаивала Кэри. — Тем
более что мои чувства к Питеру тут ни при чем. А кстати, где мой муж?
Уединился со своей новой любовницей?
— Я не знаю. — На скулах Луизы проступили красные пятна. — Я
думаю, он в саду. Обедает.
— Если вы приехали сюда с намерением устроить скандал, — вмешался
Майкл, — мы будем вынуждены попросить вас удалиться.
— Никакого скандала, Майкл, — ответила Энни вместо Кэри. — Просто семейное собрание.
— Вы не имеете к нашей семье никакого отношения. — Майкл уже не
скрывал раздражения.
— По-моему, вы хотели повидаться с Джимми? — подхватила Луиза.
— Хотела, — согласилась Энни. — Вы знаете, где он, Луиза?
— Джимми сильно простужен, — быстро произнес Майкл. — Я
только что отправил его в постель.
— Правда? — удивилась Луиза. — А мне кажется, он танцевал.
— Луиза, может быть, вы его поищете? — предложила Кэри.
— Если вы не возражаете, я сделаю это сама, — сказала Энни.
— Тогда позовите Питера, — обратилась Кэри к Майклу. — Нам
надо поговорить всем вместе, и как можно скорее.
— Об этом не может быть и речи, — твердо возразил Майкл.
Луиза окончательно растерялась.
— Мы же не можем бросить гостей, — в смятении проговорила
она. — Кэри, даже вы должны это понимать.
— Луиза, я не раз слышала, как вы говорили, что если вечер хорошо
организован, то хозяева могут сидеть сложа руки. — Кэри умолкла,
прислушалась к звукам, доносящимся из сада. — По-моему, они неплохо
себя чувствуют и без вас.
— Довольно. — Майкл уже не пытался сдерживать гнев. — Вам
придется уехать.
— И не подумаю, — спокойно проговорила Кэри.
— Иначе мне придется вышвырнуть вас за дверь.
— Майкл, прошу тебя, — вмешалась Луиза, — не устраивай сцену.
— Не беспокойтесь, Луиза. — Кэри доверительно склонилась к
ней. — Он нас не выгонит. Он же не захочет, чтобы мы вернулись вместе с
полицией.
— Ради бога, Кэри, прекратите! — в отчаянии воскликнула
Луиза. — Вы переходите всякие границы. Я хотела пригласить вас на
сегодняшний вечер, но Майкл сказал, что от вас можно ждать только
неприятностей. Не заставляйте меня думать, что он был прав.
— А без неприятностей не обойтись, — небрежно заметила
Кэри. — Только я тут ни при чем.
Энни молчала, предоставив действовать Кэри. Но сейчас она поняла, что пора
вмешаться.
— Почему вы не спрашиваете об Оливии, Майкл? — громко произнесла
она.
В темных глазах Майкла мелькнуло какое-то непонятное выражение.
— А почему я должен о ней спрашивать?
— С Оливией что-нибудь случилось? — в полном замешательстве
спросила Луиза.
— Она неважно себя чувствует после несчастного случая, — ответила
Энни.
— О боже, — пролепетала Луиза. — Надеюсь, ничего серьезного?
— Могло быть гораздо хуже. — Энни набрала в грудь побольше
воздуха. — Ее сбила машина. — Она посмотрела прямо в глаза
Майклу. — Может быть, теперь вы не откажетесь поговорить?
— Я предлагаю библиотеку, — быстро произнесла Кэри.
— А я предлагаю вам, причем в последний раз, покинуть мой дом, —
сказал Майкл.
Луиза нервно поправила свои безукоризненно причесанные каштановые волосы.
— Ради бога, дорогой, давай поговорим с ними и покончим с этим. —
Она взглянула на Кэри. — Сколько времени это займет? Мне действительно
пора вернуться к гостям.
— Почему бы тебе не вернуться к ним прямо сейчас? — сказал
Майкл. — Я поговорю с ними сам.
— Нет, Майкл, так дело не пойдет, — возразила Кэри.
Энни непроизвольным движением коснулась руки Луизы. Рука была холодна как
лед. Энни вдруг подумала, что Луиза ни в чем не виновата, и почувствовала к
ней глубокую жалость.
— Я думаю, вам следует остаться, Луиза, — тихо проговорила она.
— Ради всего святого, позволь мне вышвырнуть их вон, — обратился к
жене Майкл. — Я всегда говорил, что Кэри — чудовище.
— Это смотря с кем сравнивать, — не моргнув глазом заявила Кэри.
— Я иду за Джимми, — отрывисто произнесла Энни.
Джим танцевал с Дейзи. Простуда на время отступила под влиянием шампанского
и изысканно-праздничной атмосферы, которую создавала выбранная Луизой тема
белых лилий. Белые лилии прекрасной и чистой линией тянулись по всему дому,
и по саду, и везде, где бы ни ступали гости. От вестибюля до бассейна их
окружала целомудренная и в то же время обольстительная белизна цветов,
превращая все окружающее в безымянную экзотическую страну, где правят
красота и радость и нет места будничным заботам.
— Я хочу поплавать, — сказала Дейзи.
— Правда? — Джим взглянул на нее с удивлением. — И испортить
эту великолепную прическу? Это на тебя не похоже.
— Наверное, я немного пьяна.
— В последние дни ты часто бываешь немного пьяна, Дейзи Ариас.
— Наверное, все дело в компании.
— Ну спасибо, — сказал Джим.
— О, разумеется, тебя я не имела в виду.
— А я думал, тебе нравится быть в кругу семьи, — добродушно
заметил Джим, чувствуя, что первая жена Питера нравится ему все больше и
больше.
— Обычно нравится, — ответила Дейзи, чуть сильнее прижимаясь к
нему. — Но на этот раз не особенно, и совсем не из-за Питера с Энджи.
— А из-за чего?
— Из-за того, что Майкл какой-то мрачный.
— Правда? — Джим этого не замечал.
— Ты тоже сам не свой, — продолжала Дейзи, — но тут дело,
наверное, просто в простуде.
— Прости, — сказал Джим.
— Ну ты же не виноват, — великодушно заметила Дейзи.
Музыка умолкла.
— Здравствуй, Джимми!
Джим отпустил Дейзи и оглянулся.
— Энни! — На его лице появилась удивленная и радостная улыбка, но
она тут же увяла, когда он увидел выражение лица Энни. — Что случилось?
Первый раз с той минуты, как она вслед за Кэри вошла в особняк Ариасов, Энни
изменило самообладание. Она почувствовала, что ноги у нее подкашиваются, а к
горлу подступают рыдания.
— О Джимми, — прошептала она, — слава богу, я тебя нашла.
Около четырех утра Оливию разбудил звон бьющегося стекла. Она проснулась
мгновенно — с абсолютно ясной головой и ощущением ледяного ужаса, —
включила настольную лампу у кровати.
Кошка тоже проснулась. Она стояла у двери, шерсть поднялась дыбом, хвост
торчал вверх, а огромные, черные, расширенные до предела зрачки полностью
поглотили зелень глаз.
— Все в порядке, Клео, — шепнула Оливия.
Снова звон стекла.
Оливия потянулась к телефону, набрала
100
— номер полиции — и ничего не
услышала. Прижав трубку подбородком, она нажала и отпустила рычаг. Гудка не
было.
— О боже, — проговорила она, потом вспомнила о сотовом телефоне.
Он лежал на тумбочке рядом с кроватью. Оливия схватила его и поняла, что
батарейка села, а запасная была в кабинете. — О боже,
...Закладка в соц.сетях
