Жанр: Любовные романы
Нежность
...ианна, — теперь рассказывай.
— Столько всего произошло, — со вздохом призналась
Валентина, — что просто не знаю, с чего начать, а если с самого начала,
то мне, пожалуй, не хватит и нескольких дней, чтобы все рассказать, а то и
недель...
Подруга усмехнулась.
— Я ничуть не против, если ты погостишь у меня подольше.
— А может, лучше ты начнешь?
Марианна не заставила себя упрашивать. Валентина вспомнила, что и раньше
подруга охотно рассказывала о себе.
Первая же ее фраза повергла Валентину в изумление.
— Ты знаешь, — заговорила Марианна, — я, видимо, одна из тех
женщин, которые могут сказать, что вышли замуж удачно.
— Как? — вскричала Валентина. — Но ведь муж ушел от тебя!
— Не совсем так, — поправила Марианна. — Он не ушел, скорее я
сама выгнала его...
— И вместе с тем ты говоришь, что вышла замуж удачно?
— Да, — Марианна кивнула. — Ты вспомни, как я жила до
замужества. Конечно, у моих родителей был отдельный дом, но он никак не
походил на роскошные апартаменты, в которых я живу сейчас. — Марианна с
гордостью обвела вокруг рукой. — Двухэтажный особняк, прекрасный сад и
даже бассейн... А за домом есть гараж, где стоит мой собственный автомобиль.
Валентина подумала, что все это, или почти все, есть и у нее с Хосе.
Марианна с гордостью продолжала.
— Короче говоря, выйдя замуж, я сразу поднялась вверх по общественной
лестнице, и довольно высоко. — Глаза Марианны заблестели. — Я
окунулась в мир людей, перед которыми не стоят финансовые проблемы, и,
знаешь, этих людей деньги вовсе не портят.
— Однако твой муж, наверное, не очень хороший человек, если ты выгнала
его, — напомнила Валентина.
— Я выгнала его, это так, но это не значит, что он плохой. Быть может,
плохая я. Во всяком случае, я не жалею о том, что сделала. Ты знаешь, —
Марианна заглянула подруге в глаза и немного понизила голос, — иногда
мне приходит в голову, что мое замужество — это ничто иное, как выгодная
сделка. К чистой прибыли можно отнести все то, что меня окружает, а к
неизбежным, но небольшим убыткам — пару бессонных ночей, потерю мужа
и... — голос Марианны упал до шепота, — то, что у меня появился
ребенок.
Валентину поразили последние слова. Она сама скорее отнесла бы детей к
чистой прибыли, если вообще здесь уместно такое сравнение...
Валентина услышала, как в доме зазвонил телефон. Марианна даже не
пошевелилась.
Поймав недоуменный взгляд гостьи, она небрежно произнесла:
— Отвечать на телефонные звонки входит в обязанности служанки.
Оказывается, у Марианны есть еще и служанка...
— поразилась Валентина.
Телефонные звонки прекратились.
Спустя минуту из дома показалась пожилая женщина с радиотелефоном в руке.
Приблизившись к скамейке, она протянула аппарат Марианне.
— Сеньора, это вас.
Марианна взяла телефон и кивком отпустила служанку.
Валентину мало интересовал телефонный звонок, она смотрела на проснувшуюся
дочь. Маленькая девочка с интересом разглядывала лежащие перед ней игрушки.
— Посмотри, Вероника, какие у меня куклы, — обратилась к маленькой
гостье Аурора. — Мы будем играть все вместе — ты, я и эти куклы...
Маленькая Вероника обернулась к матери, и та ободряюще подмигнула ей. В то
же мгновение Валентина услышала:
— Алло! Да... а, это ты, Хосе?
Валентина вздрогнула.
Неужели муж или это простое совпадение?
— подумала
она. Оказалось, звонил муж. Он довольно быстро ее разыскал, позвонив сперва
Веронике, затем родителям Марианны и наконец самой Марианне.
— Привет, Марианна, — сказал Хосе, — давно тебя не слышал...
Моя жена у тебя?
— Валентина? — Марианна посмотрела на сидящую рядом
подругу. — Да, у меня.
Валентина замахала руками, показывая, что не желает разговаривать с мужем.
Тем временем Хосе поинтересовался:
— Ну как ты живешь? Постарела, наверное!
— Постарела? — Марианна усмехнулась. — Но, думаю, и ты не стал моложе за эти годы...
— О чем же вы там беседуете? — с некоторым волнением осведомился
Хосе. — Не обо мне ли?
— Какая самонадеянность! — язвительно ответила Марианна. —
Неужели ты думаешь, что нам не о чем больше поговорить?
— Ну, ладно, — пробормотал Карреньо, — передай, пожалуйста,
трубку Валентине.
Марианна зажала микрофон ладонью и шепнула подруге:
— Он просит тебя.
Валентина не скрывала раздражения.
— Придется подойти, раз уж ты сказала, что я здесь...
Марианна пожала плечами и протянула ей аппарат.
Валентина с опаской взяла радиотелефон, осторожно приложила к уху и услышала
голос Хосе, который как ни в чем не бывало спросил:
— Как дела, Валентина?
— Дела? У меня все хорошо. — Валентина быстро взглянула на
подругу. Ей неожиданно захотелось, чтобы никто не слышал, о чем она будет
говорить с мужем.
Она встала и отошла подальше от скамейки.
— У меня все хорошо, — повторила Валентина, с трудом удержавшись
от вопроса, который чуть не слетел у нее с языка:
А у тебя-то как?
— А я думал, тебя слегка мучает совесть, — проговорил Хосе.
— Что?! — воскликнула Валентина. — Можно подумать, что это я
виновата в том, что произошло!
— А что, я виноват? — вскричал муж.
— Ну как ты не понимаешь? — Валентина проклинала себя за то, что
продолжает этот неприятный разговор. — Ведь я видела вас... Видела тебя
и ее!
— Нет, я не могу этого понять! — нервничал муж. — Что из
того, что ты видела меня с одной из моих студенток? Ты знаешь, сколько у
меня их в группе? Более десяти! И... я просто не рассказывал тебе об этом
раньше... Ведь почти каждая считает, что может рассчитывать на мою
взаимность! Но что я могу поделать, если им нравлюсь? Превратиться в пугало,
что ли!
— Хосе, но ведь ты не единственный преподаватель университета и даже не
единственный симпатичный преподаватель, — отвечала Валентина. — Ты
хочешь сказать, что все они целыми днями пропадают в университете и
частенько не приходят домой ночевать? Я этому ни за что не поверю!
— Значит, ты меня не любишь! — вскричал муж. — Ты давно меня
разлюбила и только искала повода, чтобы уйти от меня!
— Хосе, ну как ты можешь так говорить? — воскликнула Валентина
обиженным тоном. — Ты просто злобный человек и к тому же эгоист... Ты
совершенно не думаешь о семье!
— Значит так, дорогая женушка! — оборвал ее Хосе. — Чтобы ты
раз и навсегда перестала подозревать меня в измене, сообщаю тебе, что дал
согласие на перевод в Монтеррей...
— Как?! — воскликнула Валентина.
— Да, я согласился работать в этой глухомани... Мы уедем в Монтеррей, и
все связи, в которых ты подозреваешь меня, оборвутся... Кстати, я согласился
на это место, поставив непременным условием, чтобы мне сразу дали кафедру.
Так вот, мы с тобой начнем на новом месте с нуля, и пусть это будет, так
сказать, равноценный вариант для нас обоих: ты перестанешь подозревать меня,
а я — тебя.
Валентина была в смятении. Если бы ее совесть была чиста, она ответила бы
да
. Но она не могла так просто согласиться, ведь ей нужно было еще
обдумать, как поступить с Сильвио Уркиди.
Валентина глубоко вздохнула и торопливо проговорила:
— Давай обсудим это позднее. Я должна все обдумать, — она прервала
разговор, нажав на кнопку.
Слезы навернулись на глаза Валентины, она повертела в руках радиотелефон и с
отвращением отбросила его. Трубка упала на стоящее рядом кресло-качалку.
Валентина обхватила голову руками. К ней уже спешила взволнованная Марианна:
— Подружка, что случилось?
Валентина не знала, что ей делать, — плакать или смеяться? Ей хотелось
плакать оттого, что Хосе считал, будто в их размолвке виновата она, а
радостное чувство вызывала надежда на то, что их жизнь с мужем наладится на
новом месте.
— Что случилось? — повторила свой вопрос Марианна.
— Хосе говорит, что ему дали новую работу в Монтеррее. Знаешь, где это?
Это штат Нуэво-Леон. Теперь он будет заведующим кафедрой испанского
языка... — вздохнув, ответила Валентина.
— Это замечательно! — улыбнулась Марианна. — Зачем же так
расстраиваться?
— Я еще не рассказала тебе всего, — с трудом проговорила Валентина
и, взяв подругу под руку, вернулась с ней к скамейке. — Понимаешь,
Марианна, с некоторых пор я стала подозревать, что Хосе изменяет мне...
— Постой, дорогая! — Марианна подняла руку в протестующем
жесте. — Можешь дальше не продолжать. Твоя история стара, как мир...
Нечто похожее происходило и у нас с мужем. И я в этой ситуации поступила
просто: выгнала его и не жалею об этом. Почему бы тебе не поступить так же?
Валентина посмотрела на подругу с сожалением.
— Ты не подумала, Марианна, что такое решение не сделало тебя
счастливой, а, главное, Аурору?
Марианна с досадой поморщилась.
— Вот в том-то и дело, — кивнула Валентина. — Я не могу уйти
от мужа или сказать, чтобы он ушел...
— Но почему? — Марианна презрительно скривила губы. — Тебе что, не хватает силы воли?
— Сама не знаю почему, но я не могу разрушить нашу семью... —
призналась Валентина.
Марианна задумалась.
— Ну тогда переезжай вместе с мужем в этот город, — сказала
она. — По-моему, это хороший вариант... Не потащит же твой Хосе вместе
с собой любовницу...
Валентина опустила голову и вздохнула.
Хосе не потащит, — подумала
она, — но и я не потащу...
Когда Валентина подняла голову, ее лицо выражало спокойствие. Она решила не
говорить Марианне о том, что поведение мужа толкнуло на измену ее, и что у
нее появился любовник.
Энрико и Альберто, вволю накупавшись, лежали и грелись на солнышке.
Валентина взглянула на часы и вдруг поняла, что ей не терпится вернуться к
матери. Она отдала себе отчет в том, что хочет, в случае если снова позвонит
муж, рядом с ней была не Марианна, а Вероника.
— Извини, пожалуйста, подружка, — сказала Валентина, — я,
пожалуй, вернусь домой.
На лице Марианны появилась тень обиды.
— Но ведь ты только приехала?
Скрепя сердце Валентина пробыла у подруги до обеда, каждую секунду она ждала
звонка из Морелии, и потому почти не слушала ее болтовни.
Хосе позвонил вечером, и Валентина сказала мужу, что вернется завтра.
Вероника слушала телефонный разговор дочери с мужем и хмурилась. В глубине
души она все-таки надеялась, что Валентина порвет с Хосе, и теперь
испытывала разочарование.
Насколько сыновья радовались поездке в Мехико, настолько же они были
недовольны скорым возвращением в Морелию. Особенно негодовал Альберто.
Мальчишка демонстративно отворачивался от матери, когда Валентина обращалась
к нему, не помогали и уговоры Вероники. Альберто несколько успокоился только
после того, как мать сообщила ему, что вскоре им предстоит переезд всей
семьей в Монтеррей, на новое место жительства.
По дороге домой Валентина, бросая взгляд на спидометр, с удивлением отмечала
про себя, что ведет машину гораздо быстрее, чем на пути в Мехико.
Неужели я так соскучилась по Хосе?
— мысленно подсмеивалась над собой
Валентина.
Хосе ждал на улице и, увидев издали автомобиль, радостно замахал рукой.
Валентина подумала, что муж наверняка сидел у окна и караулил их с самого
утра. Эта мысль согрела ей сердце, но она знала, что лед не сломан,
размолвка еще не забыта.
Хосе открыл ворота и посторонился. Въезжая во двор, Валентина постаралась не
смотреть на мужа. Она остановила автомобиль у входа и опустила голову на
руль.
Вот и все, — подумалось ей, — чувство свободы, которое я
испытывала в последние дни, исчезло. Сейчас мне кажется, будто я снова в
тюрьме. Ну что же, надо надеяться, что после того как наши с Хосе отношения
наладятся, все изменится
.
Мальчики бросились к отцу. Хосе присел на корточки и обнял сыновей. Они
уткнулись головами отцу в грудь, Хосе поцеловал их в макушку.
Валентина взяла на руки маленькую Веронику и не спеша приблизилась к ним.
Удивительно, что наш с Хосе разлад совершенно не влияет на отношение
Альберто и Энрико к отцу
, — размышляла она, наблюдая за мужем и
сыновьями. Хосе отпустил мальчиков и выпрямился. Валентина отметила, как муж
побледнел. Его губы дрогнули, но он не произнес ни слова. С минуту стояла
тишина. Первой нарушила молчание Валентина.
— Помоги мне выгрузить вещи, — раздраженно распорядилась она,
решив, что ей следует разговаривать с мужем именно в таком тоне.
Не хватало еще, чтобы он подумал, будто я приехала искать
примирения
, — подумала Валентина.
Хосе двинулся было к машине, но передумал и укоризненно посмотрел на жену.
— Мы что, будем продолжать ссориться? — спросил он.
Валентина пожала плечами.
— Мне кажется, после того, что между нами произошло, я имею право хотя
бы обидеться, — с горечью произнесла она.
Вздохнув, Хосе направился к машине, но сделав пару шагов, остановился и
снова обратился к жене.
— Знаешь, на то, чтобы дуться, у тебя нет времени. Если мы начнем прямо
сейчас, то для того, чтобы все упаковать, нам придется потратить не меньше
недели.
Хосе вынул из багажника чемоданы, отнес их на крыльцо и подошел к жене,
смело выдержав ее сердитый взгляд.
Валентина протянула мужу Веронику.
Он взял дочь на руки и нежно поцеловал ее. Девочка обняла отца за шею и
прижалась к его щеке.
— Странно, — заметила Валентина, — она еще помнит, кто ее
отец.
Хосе оставил ее колкость без внимания и через мгновение, прервав неловкое
молчание, заметил:
— Между прочим, перед тобой стоит заведующий кафедрой.
— Да знаю, знаю, — махнула рукой Валентина. — Ну, показывай,
как ты здесь без нас живешь... Небось в доме полный беспорядок! Постель не
убрана, в раковине гора немытой посуды...
Хосе улыбнулся и повел жену в дом.
Погода в Мехико по-прежнему была прекрасной, однако Вероника почувствовала,
что над ней сгущаются тучи.
Возможно, о тучах говорить было еще рано, но безоблачное настроение ее
покинуло.
После отъезда дочери прошло несколько дней.
Казалось бы, причин для волнения не было, если у Валентины дома все
наладилось. Однако Вероника тревожилась не за ее судьбу, а за свою
собственную.
Габриэль Альварадо с того момента, как оставил Веронику в компании дочери,
так ни разу и не позвонил. Вероника несколько раз видела его из окна, но
сразу отходила в глубину комнаты.
Она могла в любую минуту набрать номер соседа и услышать его голос, но не
хотела этого делать.
Вероника решила испытать чувства Габриэля. Однако уже через день пожалела о
своем решении, хоть и не собиралась отступать...
К чему это испытание, — думала Вероника, — если мне самой
приходится страдать...
Еще за день до приезда дочери все было так хорошо, что Вероника ждала:
Габриэль вот-вот сделает ей предложение. Однако теперь надежды на это почти
не осталось.
Все чаще в голову приходила мысль о том, что было бы неплохо восстановить
отношения, даже без законного их оформления.
Вероника помнила, что многие мужчины бегут от женщин, едва те заговаривают о
браке... Но она любила Габриэля, и в глубине души надеялась, что ее
избранник не из таких.
Жизнь все расставит на свои места, — повторяла
себе Вероника, — хотя, возможно, мне не станет от этого легче...
Однажды она в задумчивости бродила по саду. Ноги сами привели ее к беседке,
где когда-то она пила чай и услышала веселые крики Альварадо, которые
доносились из его душевой.
Постояв на пороге, Вероника зашла в беседку и опустилась на скамью.
Неожиданно снаружи послышался шум. Кто-то продирался, ломая ветки, сквозь
кусты, а потом зашагал по дорожке.
— Вероника! — раздался голос Габриэля. — Вероника, где ты?
Ее сердце затрепетало. Вскочив, она отозвалась:
— Я здесь, Габриэль!
— Где?
— Да здесь, в беседке! — Вероника закрыла глаза и постаралась
унять охватившее ее волнение.
Шаги приближались. На пороге беседки появился Альварадо.
— Привет, сосед! — с легкой иронией произнесла Вероника. —
Сколько дней мы не виделись? Два?
Габриэль считал, загибая пальцы.
— Я не силен в математике, но, по-моему, прошло три дня.
Вероника невесело рассмеялась.
— Мне казалось, что подсчетами занималась только я... А что делал ты в
эти дни — неизвестно.
Габриэль вошел в беседку и, попросив у Вероники разрешения сесть, устроился
напротив нее. Уперев локти в колени, опустив подбородок на ладони, он
пристально вглядывался в лицо Вероники.
Она отвела глаза.
— Твои дети все еще здесь? — поинтересовался Габриэль. Вероника
покачала головой.
— Нет, они уехали. Если бы ты был более наблюдательным, ты бы заметил,
что машины во дворе уже нет.
— Ах, да, — нахмурился Альварадо, — действительно!
Вероника сложила на груди руки и откинулась на спинку скамейки. Габриэль
взглянул на нее исподлобья и произнес неожиданную фразу:
— Ты, наверное, догадываешься, что я хочу тебе сказать.
Вероника ответила не сразу. Конечно, она столько передумала за эти несколько
дней; чтобы он сейчас ни сказал, это не явится для нее сюрпризом.
— Не догадываюсь, — тихо сказала она.
Альварадо выпрямился и хлопнул ладонями себя по коленям.
— Ты необыкновенная женщина, — начал он, — однако...
Внезапно Габриэль замолчал и потупил глаза.
— ... Я не подхожу тебе, — договорил он, и после этих слов ему как
будто стало легче говорить, словно плотину прорвало. — Я не подхожу
тебе, потому что не подхожу никому вообще... — скороговоркой продолжал
Альварадо. — Я умею ухаживать, но моей галантности хватает ненадолго...
Мне действительно пришлось много потрудиться в молодости, но взамен я ждал
почестей и рассчитывал на них. Именно тогда я стал таким, каким ты знаешь
меня теперь. Я не люблю, когда мне противоречат, прихожу в раздражение, если
не получаю то, чего хочу... Некоторые называют это капризами старого
холостяка, некоторые, кто более откровенен, как ты, называют это эгоизмом, и
они правы. В любом случае, — Габриэль сокрушенно вздохнул, — я не
имею права обременять тебя...
— Почему? — прервала его Вероника.
— Потому что мне жаль нервов, которые ты на меня будешь тратить...
— И поэтому ты решил из моего друга превратиться опять в простого
соседа? — произнесла с расстановкой Вероника.
— Да, — быстро кивнул мужчина, — именно так я и решил... Пока
еще не поздно...
Вероника помолчала.
— Ты просто не представляешь, как тебе будет меня не хватать... —
пробормотала она, из последних сил сдерживая слезы.
— Может быть, — согласился Габриэль и снова пустился в объяснения.
— Понимаешь, Вероника, ты отличаешься от других хотя бы тем, что мне с
тобой хочется быть откровенным. Я не собираюсь тебе льстить, но раньше у
меня никогда не возникало такого желания...
Веронике подумалось, что Габриэль, пожалуй, слегка кривит душой.
Хотя,
возможно, то, как он вел себя со мной, по сравнению с тем, как он держал
себя с другими, и в самом деле называется откровенностью
, — решила она
затем. Альварадо внезапно начал нервничать. Он ждал от Вероники совсем иной
реакции. Ее самообладание удивляло его и даже казалось обидным...
— Понимаешь, — он повысил голос, — я поймал себя на мысли,
что у меня появились какие-то обязанности, но ведь мы соседи, живем рядом, я
вижу тебя постоянно...
Наконец Вероника не выдержала.
— Это все пустые слова, Габриэль! — вскричала она. —
Отговорки, которые мне просто неловко слышать от такого решительного
человека, как ты!
Альварадо беспомощно развел руками.
— Извини, может быть, ты и права... Но совесть или какое-то еще чувство
мешает мне сказать другие слова. — Он медленно поднялся. — Мне
будет не хватать тебя.
Вероника осталась сидеть.
— Да, — произнесла она, не глядя на Габриэля, — ты добился
своего...
Альварадо замер.
— Чего я добился? Что ты имеешь в виду?
Вероника подняла на него взгляд.
— Ты унизил меня... Только и всего, — пояснила она.
Альварадо ждал слез, но глаза Вероники были сухими. В них не было ни мольбы,
ни презрения, лишь насмешка.
— Ну что ж, желаю всего наилучшего, — произнесла Вероника и
прощально взмахнула рукой.
Альварадо, казалось, хотел что-то сказать, но сдержался.
Вероника отвернулась. Она ждала каких-то важных слов, которые могли бы все
изменить, так, как еще в жизни не ждала, но прошло несколько секунд, и
Вероника услышала удаляющиеся шаги. Они звучали бесконечно долго и наконец
стихли.
Вероника поднялась, вышла из беседки. Прищурившись, она взглянула на солнце
и беззаботной, легкой походкой направилась к дому. Отперла дверь, закрыла ее
за собой, прошла в спальню и только там, опустившись на постель, дала волю
слезам.
Жена Сильвио Уркиди подозвала супруга к телефону.
— Кто звонит? — спросил Сильвио.
— Какая-то женщина, — довольно равнодушно ответила жена и передала
ему трубку.
Уркиди прижал трубку к уху.
— Алло! — сказал он и услышал в ответ голос возлюбленной.
— Привет, Сильвио! Это я, Валентина.
Он почувствовал, как краснеет. К счастью, жена в этот момент вышла из
комнаты.
— Валентина, ты с ума сошла, — испуганно зашептал в трубку
Уркиди. — Как ты могла позвонить мне домой? Ведь к телефону подошла
жена!.. Это просто удача, что она не заподозрила...
— Прости, Сильвио, — произнесла Валентина. — Я виновата перед
тобой, это больше не повторится.
— Хорошо, хорошо, — отозвался он. — Я не сержусь...
Ему было невдомек, какой смысл вложила Валентина в последние слова.
— Сильвио, нам нужно встретиться, — продолжала она.
— Разумеется... Я тоже очень хочу тебя видеть. Давай встретимся завтра
в полдень в том кафе, напротив банка.
— Нет, Сильвио, — возразила Валентина, — не завтра, а
сегодня.
— Сегодня? — Уркиди поднял брови. — Почему такая спешка?
— Дело в том, что завтра меня не будет в городе.
— Ничего страшного, увидимся, когда ты вернешься.
— Я больше не вернусь, Сильвио, — сказала Валентина. — Я хочу
встретиться с тобой в последний раз...
Сильный дождь потоками заливал стекла автомобиля.
Дворники
не работали,
видимость была отвратительной, но, несмотря на это, Сильвио вовсю гнал
машину.
Подъехав к банку, он увидел Валентину, которая одиноко стояла под зонтиком у
края тротуара.
Сев в машину, Валентина отметила, что вид у Сильвио подавленный, хоть он и
старался это скрыть.
— Куда поедем? — спросил Уркиди.
— Не нужно никуда ехать, Сильвио, — мягко сказала женщина, —
давай просто посидим и поговорим.
— Я слушаю тебя, — вздохнув, проговорил он.
— Понимаешь, мужу предложили новую работу, — начала
Валентина. — Он будет заведующим кафедрой испанского языка в
университете города Монтеррей... Мы должны переехать туда.
— И ты дала свое согласие?
— Да, я согласилась.
— А как же я? — жалобно спросил Сильвио.
В этот момент он напоминал Валентине большого ребенка.
— Сильвио, ты хороший человек, и я с удовольствием буду вспоминать наши
встречи
...Закладка в соц.сетях
