Жанр: Любовные романы
Девушки Мечты
...sp;По сообщениям полиции, смерть наступила более суток назад, очевидно,
вследствие передозировки героина, — вещал корреспондент в
камеру. — Тело планируют перевезти на самолете в Детройт, где в
присутствии узкого круга лиц состоятся похороны.
СиСи и Мишель тупо уставились на экран телевизора, стоявшего на полу в
комнате Кертиса. Кертис, убитый горем, осушил для успокоения нервов целый
бокал виски. А наверху, в спальне, Дина изо всех сил пыталась утешить
Лоррелл, которая пропала на несколько часов, а потом объявилась у Тейлора в
еще более ужасном состоянии, чем в тот момент, когда узнала о смерти
любовника.
— Господи, — прошептала Дина, когда увидела Лоррелл, сидящую на
полу: волосы и одежда в беспорядке, косметика размазана по всему
лицу. — Кто-нибудь, помогите мне!
Кертис безучастно наблюдал за происходящим, пока СиСи и Мишель помогли Дине
довести Лоррелл по винтовой лестнице до хозяйской спальни. Лоррелл видеть
никого не могла и сначала долго просидела молча. У нее пересохло горло.
Девушка вдоволь накричалась в госпитале, куда водитель отвез ее почти сразу,
как только она услышала о смерти Джимми.
— Что значит — я не могу его увидеть? — спросила она со слезами,
пока охранник нервно перебирал бумажки на своем столе. Морг, где лежало тело
Джимми в ожидании официального опознания, находился за спиной охранника, за
стеклянными дверьми. — Мы с Джимми любили друг друга. Позвольте мне
увидеть его. попрощаться. ну что вам стоит. мистер, пожалуйста.
Тут двери распахнулись, и из морга вышел мужчина в белом халате, а за ним
Мельба. Она шла сгорбившись и сначала даже не заметила любовницу Джимми,
стоявшую прямо перед ней.
— Я очень сочувствую вашей утрате, миссис Эрли, — сказал коронер.
— Благодарю вас... — Мельба замолкла, поняв, что перед ней
Лоррелл. — А ты что тут делаешь? — Мельба произнесла это с такой
злобой, что из ее рта брызнула слюна и попала на лицо коронера.
— Я... я...
— Черт побери! — рявкнула Мельба. — Да как ты посмела явиться
сюда, словно тебя это хоть каким-то боком касается! А теперь послушай, что я
скажу, девочка. — Она подошла и ткнула пальцем в лицо Лоррелл. —
Слышишь. Это мой муж. Мой! А не твой!
— Но я любила его, — сказала Лоррелл слабым голосом. — Я
только хотела попрощаться.
— Пошла. Вон. Отсюда, — отчеканила Мельба и отвернулась к
коронеру: — Не позволяйте этой женщине приближаться к телу моего мужа, иначе
я подам в суд на вас или любого, кто работает в вашей замшелой больничке!
Эти слова все еще звенели в ушах Лоррелл, когда она лежала в объятиях Дины,
не понимая, как же сможет жить без своего любимого Джимми.
— Она даже не позволила мне увидеть его, Дина, — стонала Лоррелл,
пока Дина баюкала ее. — Она не позволила мне увидеть моего Джимми.
А внизу Кертис качал головой, глядя на экран:
— Как же так можно. Зачем они это показывают.
— Спасибо за напитки, — сказал СиСи, вставая и собираясь уйти.
Он помог Мишель подняться, старательно отводя глаза и не глядя на Кертиса.
— Скажи Лоррелл, что я зайду завтра, — сказала Мишель, беря СиСи
за руку.
— СиСи, неважно, какие у нас с тобой были разногласия, самое важное —
это семья, — сказал Кертис вслед СиСи.
Тот остановился, но не повернулся, пока не произнес три слова, которые собирался сказать весь день:
— Все кончено, Кертис.
— Джимми сам виноват! — крикнул Кертис. — И ты это знаешь!
СиСи было нечего больше добавить. Он просто взял Мишель за руку и ушел.
— Мишель, — резко сказал Кертис, — СиСи может уходить, а ты —
нет.
СиСи пытался понять, как Кертис может быть настолько бесчувственным и
расчетливым, да еще в такой момент — когда они потеряли человека, которого
любили как родного брата. Он отвез Мишель к себе домой, а сам поехал прямо в
аэропорт и первым же рейсом вылетел в Детройт, где колесил по улицам родного
города, вспоминая те дни, когда мальчишкой бегал здесь, пытаясь заставить
кого-нибудь — хоть кого-то — слушать свою музыку и голос сестры. Он проехал
мимо магазинчика, где впервые вместе с девочками выступил перед публикой —
кучкой пьянчуг, которые наскребали у магазина на бутылку. А чуть подальше,
во дворе, они с Эффи смотрели, как мимо проезжают машины, и он написал
третью песню —
Капризная девчонка
— в честь девочки, которая его
поцеловала, а потом ушла к другому. А вот и Детройтский кинотеатр, от
которого осталась только оболочка, полная воспоминаний. В те далекие времена
СиСи представить себе не мог, каково это услышать свои песни на радио, а тем
более увидеть их на верхушках чартов, а теперь, когда необъяснимое
случилось, он не совсем понимал, как же они дошли до жизни такой. Детройт в
развалинах. Группа распалась. Джимми умер. Как Кертис мог быть настолько
мелочным, да еще и его, СиСи, заразить своей мелочностью? СиСи все отдал,
чтобы идти за этим человеком: свою страсть к соул-музыке, свою творческую
жилку. Свою семью. Ему так хотелось быть сейчас с родными. Такое уж свойство
у смерти — когда кто-то умирает, вам хочется обнять тех, кто рядом с вами, и
тех, кого рядом нет. СиСи думал об Эффи: ему нужно было отыскать сестру и
сказать, что ему нужно ее прощение.
Отец проводил СиСи в квартиру сестры. Он прождал там около двух часов,
размышляя, как Эффи могла докатиться до такого.
— Но я же посылал ей деньги, она не получала?
— Получала.
— Не тратила? Я хотел сказать, что все эти годы посылал ей достаточно
денег, чтобы вести безбедное существование.
— Не тратила. — Отец открыл ящик комода, стоявшего в крошечной
гостиной, вытащил какую-то коробку, открыл и подошел к СиСи. В коробке
лежали письма — письма СиСи — в основном не раскрытые, и во всех деньги,
которые брат посылал ей. — Твоя сестра упрямая как осел.
СиСи покачал головой и обошел квартирку — посмотрел, как по полупустым
полкам шкафов на кухне бегают тараканы, провел рукой по стопочке одеял,
аккуратно сложенных на раздвижном диване; очевидно, здесь спала сама Эффи,
потому что спальня была только одна. Полная игрушек. Детская. СиСи сидел на
детской кроватке, когда услышал, как Эффи громко поздоровалась с кем-то из
соседей. Он подбежал, открыл дверь и увидел сестру и племянницу,
поднимавшихся по лестнице.
Мэджик перепрыгивала через две ступеньки.
— Мамочка, а что такое поминки?
— Это когда друзья собираются вместе, чтобы разделить свою любовь к
умершему другу, — ответила Эффи, с трудом передвигая ноги.
— Мамочка, почему ты всегда ползешь как улитка?
— Потому что я старая, — просто ответила Эффи, пропустив мимо ушей
обидное замечание дочки.
Она остановилась передохнуть, а Мэджик побежала наверх. Девочка
остановилась, увидев в дверях своей квартиры какого-то незнакомого дядю.
— Вы кто? — спросила она.
Эффи, заметив СиСи, стала спускаться, ее сердце заходилось от злости. СиСи
побежал за ней. Тут в дверях появился Рональд и взял внучку за руку.
— Кто это?
— Это твой дядя, малышка.
— Эффи! — снова крикнул СиСи.
Он услышал, как несколькими пролетами ниже с грохотом хлопнула дверь, и
выругался. Его сестра все всегда делает с душой. СиСи выбежал из подъезда в
темноту, но Эффи нигде не было видно. Если бы он поискал получше, то нашел
бы плачущую Эффи в тени старого дуба, под которым она когда-то спела песню
СиСи с такой страстью, что оба разревелись. Эффи любила СиСи и скучала по
нему, но слишком долго пребывала в плену у своей злости и просто не знала,
как теперь оттуда выбраться. Папа прав, подумала она, я упрямая как осел.
СиСи дотащился по лестнице до квартирки сестры, чтобы попрощаться с отцом.
— Не сдавайся, сынок, — сказал Рональд, обнимая сына. — Ты
нужен сестре как никогда, хоть она и виду не подает. Найди ее, сынок, чтобы
она поняла, что заслуживает лучшего.
Именно об этом СиСи размышлял на следующий вечер, склонившись над бокалом с
содовой в клубе
Макс Вашингтон
, где детройтские музыканты собрались на джем-
сейшн в память о Джимми. Эффи сидела у самой сцены вместе с Марти, с которым
в последнее время снова начала общаться и работать. СиСи грустил в баре, не
зная, как подойти к ним, и понимая: что бы он ни сказал, слова не загладят
ту обиду, которую он позволил Кертису нанести этим двум дорогим для него
людям, поэтому просто сидел, пил и смотрел на них издалека.
— Ты знаешь, он тогда еще не был Громом, а был просто Малышом
Джимми, — сказала какая-то джазовая певица, готовясь исполнить песню в
память о старом друге. — Сколько ему тогда было, Марти?
— Не знаю. Лет двенадцать.
— Да, зато руки у него были как у двадцатипятилетнего, и он не
стеснялся ими пользоваться, — засмеялась певица.
— Да, Джимми был настоящим маленьким негодником... — кивнул
Марти. — Настоящим... маленьким негодником.
Марти душили слезы, и Эффи обняла его, а певица кивнула пианисту. Полилась
тихая приятная музыка, и женщина своим скрипучим голосом затянула любовную
песню об ушедшем друге:
— Я скучаю по тебе, друг мой...
Эффи поклялась больше не пить, и Марти обещал то же самое, только при этом
условии он согласился снова заняться ее карьерой. Марти, седеющий старик с
тяжким грузом воспоминаний, хотел вернуться в игру, но сделать это
правильно, ему не хотелось иметь дело с пороками, которые тормозят, а то и
разрушают — как в случае с Джимми — карьеру, поэтому он заставил пообещать
Эффи, что она и капли в рот не возьмет. Эффи была полна решимости сдержать
слово, но это не помогло сейчас, когда она сидела в баре, горюя из-за гибели
друга.
— Я возьму себе содовой, — сказала она, поднимаясь из-за
столика. — Хочешь чего-нибудь?
— Нет, спасибо, — покачал головой Марти.
Эффи подошла к барной стойке и боковым зрением увидела СиСи. Она
предчувствовала, что увидит брата, поскольку отец все уши прожужжал, но не
была готова поговорить с ним. На самом деле Эффи нечего было сказать, хотя
отец умолял ее по крайней мере выслушать СиСи.
— Он больше не работает с Кертисом, Эффи, — сообщил Рональд, когда
она наконец соизволила явиться домой после того, как впервые увидела СиСи в
дверях своей квартиры. — Он собирается сам писать песни и хочет помочь
тебе заключить контракт со звукозаписывающей компанией.
— Да мне он на фиг не нужен. — Эффи стояла на своем. — Тогда
не был нужен и теперь тоже.
— Еще как нужен, дорогая. Вы семья. Это никак не связано ни с деньгами,
ни с песнями, ни со всем, что случилось в прошлом. Он твой брат, твоя плоть
и кровь.
— Что-то СиСи про это не подумал, когда позволил Кертису вышвырнуть
меня из моей же группы и.
— А ты хотела, чтобы брат отказался от своей мечты, Эффи? Ты была бы
счастлива, если бы он поехал с тобой домой и упустил свой шанс? Все эти годы
он занимался тем, о чем мечтал, — писал хиты и слушал, как его песни
поют по всему миру. Неужели ты настолько эгоистична, что не хотела лучшей
доли для своего брата?
Эффи знала, что отец прав, но все еще не собиралась пускать СиСи обратно в
свою жизнь.
— Эффи, — сказал СиСи, подходя к сестре, пока та ждала содовую.
— Откуда такая наглость, СиСи? Явился не запылился после стольких
лет! — набросилась Эффи на брата.
— Эффи, мне нечего сказать. мы с тобой допустили ошибку.
— А я вот что тебе скажу. Я не позволю себя использовать! Ни тебе,
никому другому. Больше никогда!
— Я обещал написать для тебя хит, Эффи. Позволь выполнить это обещание
сейчас.
— Ты мне не нужен!
— Зато ты мне нужна. — СиСи придвинулся к сестре. — Мы
столько лет не виделись, а ты даже не поздоровалась. Я ведь твой брат, Эффи.
Знаешь, мне очень жаль. Я должен был прийти раньше.
— Ты всегда был ребенком, — сказала она, проводя пальцем по ободку
бокала.
— Но я пытаюсь измениться.
— И я.
— Столько лет ушло на то, чтобы освободиться.
— Знаю. Я долго любила Кертиса после того, что произошло. Много времени
ушло на то, чтобы совладать с гневом. И я думала, что все уже прошло, но вот
ты приезжаешь, Джимми умирает, и все старые обиды поднимаются во мне.
— А я потратил все эти годы на то, чтобы найти себя и понять, что у
меня есть одна песня, настоящая песня. И я думаю, только ты сможешь спеть ее
как надо. Эффи, позволь мне помочь тебе, — сказал СиСи, обнимая
сестру. — Давай делать то, что мы всегда хотели делать — вместе.
Эффи дольно долго молчала, потягивая содовую. Они слушали
Забавную
валентинку
, песню, которую раньше пела Эффи, а СиСи подыгрывал ей на
стареньком разбитом пианино. Эффи закрыла глаза. У певицы был прекрасный
голос, но Эффи спела бы сочнее, заставила бы зрителей повскакивать с мест.
— Я слишком долго ждала, что ты мне это скажешь. Повтори, —
сказала Эффи, наконец открыв глаза.
— Эффи, спой мою песню так, как ее нужно спеть. — СиСи наклонился,
чтобы обнять сестру.
Они не стали тратить зря время. Марти обо всем договорился, а СиСи, все еще
получавший гонорары как композитор и певец, оплатил счет в студии
звукозаписи. Эффи постаралась на славу. Она прильнула к микрофону и дала
волю своему благозвучному сильному голосу.
СиСи сидел за пультом управления и крутил ручки микшера, записывая свою
песню — песню, которую пела сестра. Именно так, как ему всегда хотелось.
9
Мэджик сидела возле приемника и внимательно слушала, как поет мама. Эффи,
СиСи и Рональд смотрели на нее, гордясь песней не меньше, чем малышка своей
мамой. Мэджик украдкой посмотрела на Эффи, пытаясь связать такую знакомую
маму и незнакомый прекрасный голос, который слышала.
— Это была Эффи Уайт, некогда певшая в трио
Мечты
, с ее новым хитом
Одна лишь ночь
. Эффи Уайт — великолепный голос Великих озер! И вы услышите
его первыми, оставайтесь с нами!
СиСи, Эффи и Мэджик захлопали, когда диджей переключился на рекламу.
Пока Эффи вместе с семьей отмечала свой успех, Кертис сидел в офисе
Рэйнбоу
Рекордс
и слушал кассету с записью новой песни СиСи, которую Уэйн забрал у
Ники Кассаро, по просьбе Кертиса отслеживавшего успех нового хита. Висок
ломило безбожно. Кертис прищурился и выключил проигрыватель.
— Он думает, что облапошил меня, — сказал Кертис Уэйну.
— Ники говорит, что запись крутят пока только в Детройте, в основном
черные станции, но она начинает пользоваться популярностью.
— Если это песня СиСи, разве она не принадлежит мне? — спросил Кертис, наклоняясь вперед.
— Ну, технически да, по крайней мере, пока что у него контракт с нами.
Я попрошу адвокатов составить письмо и потребовать половину гонораров.
— Нет. Эта песня отлично подходит для новой аранжировки. Я хочу
записать ее с Диной и девочками.
Уэйн выгнул бровь. Он знал, что это нечестная игра, но впервые за время
своей работы у Кертиса прямо заявил об этом:
— Да ладно тебе, Кертис, они уже двигаются в чартах.
— И что с того? Я могу купить все, что угодно. Хоть хит, хоть мусор.
— Эй, но это же прорыв для Эффи, тебе что, мало других песен? —
уговаривал Уэйн.
— Это бизнес, Уэйн. Делай, как я говорю.
Они очень быстро переделали песню Эффи. Кертис отдал кассету своему новому
проекту — дуэту композиторов из Филли, известных как братья Пулли, которых
он нанял вместо СиСи. Братья добавили пару штрихов, чтобы песня в исполнении
Дины зазвучала более соблазнительно, но в духе поп-музыки — именно такое
звучание Кертис и искал, чтобы повести свой лейбл в новом направлении.
— Так, у нас мало времени, работаем быстро, — сказал Эдди Пулли в
микрофон. — Я проиграю музыку, чтобы вы поняли ритмический рисунок, а
потом Раймонд раздаст вам слова.
Никто из девушек не узнал эту песню, поскольку они не слышали версию Эффи.
Через неделю, опять-таки с помощью Ники, песня была готова для релиза.
Детройтский диджей Элвис Келли рассекал на новеньком
кадиллаке
, а новый
хит Дины Джонс и трио
Мечты
Одна лишь ночь
звучал на радио. Когда группа
выпорхнула на залитую ярким светом сцену модного танцевального клуба в Нью-
Йорке, Кертис широко улыбнулся из VIP-ложи, расположенной над танцполом. С
первой ноты он понял, что во второй раз наткнулся на золотую жилу.
Это было ясно и Эффи, СиСи, Марти и даже Мэджик, когда они смотрели, как
самый ужасный из их кошмаров воплощается на экране телевизора. Они уже
слышали песню по радио, некоторые диджеи даже проигрывали две версии подряд
и спрашивали дозвонившихся слушателей, какая им больше нравится. Но сейчас,
в шоу Джонни Карсона, Кертис выигрывал войну с каждой новой нотой. Снова.
Дина, еще более эффектная, чем когда-либо, в роскошном серебристом платье до
пят, стояла перед Лоррелл и Мишель и пела слова — слова из песни
Эффи, — потряхивая искусственной шевелюрой до плеч.
Мэджик заметила разочарование, даже злость на лице мамы.
— Мне так жаль, Эффи, — сказал СиСи.
Эффи сжала его руку: я тебя не виню. Ей пришлось чуть ли не в аду побывать в
погоне за мечтой, а Кертис украл все, ради чего она так старалась. В этот
раз Эффи была сильной. Чертовски злой, но сильной. Она знала: отольются
кошке мышкины слезы. Все узнают, как Кертис с ней по-свински поступил. Эффи
видела, как Мэджик побрела в свою комнату, уткнулась личиком в подушку и
заплакала. Малышка понимала, что ее мечта — увидеть мамин успех — чуть было
не сбылась. Девочке казалось, что мама наконец взялась за ум, наконец
сделала что-то, чтобы изменить их жизнь, вытащить их из гетто. Стать кем-то.
Но мечты потерпели крах. На самом деле мама никакая не сильная, она
слабачка, думала Мэджик. Не может ничего сделать как надо, не может вытащить
ее из нищеты — единственное, что знала девочка в свои семь лет.
Пока Мэджик пропитывала слезами подушку, в павильоне Эн-Би-Си Дина за кулисами сорвала с себя парик.
— Почему меня никто не предупредил, что он собирается спрашивать меня
про песню Эффи? — набросилась она на своих помощников и PR-менеджера,
которые сопровождали группу на передачу. Никто не ответил. — Он мог с
таким же успехом обвинить нас в том, что мы ее украли!
— А мы, по-твоему, что сделали? — пробормотала Лоррелл.
— Что ты сказала? — Дина повернулась к ней лицом.
— То, что слышала. А ты думала, никто не поймет, какой за всем этим
стоит расклад? Песню Эффи крутят по радио, тут мы записываем свою версию и
тоже запускаем на радио. Эффи раздавлена. Снова. Да эта программа почище
любой мыльной оперы будет!
— Леди, может быть, мы поговорим об этом в студии? — вмешался PR-
менеджер.
— Соберите мои вещи! — заорала Дина, хватая пальто. — Я
уезжаю. Немедленно!
Слуга открыл бутылку шампанского и наполнил бокал Дины, пока Кертис с
упоением рассказывал про
Клеопатру
слушавшей вполуха жене. Это была не та
роль, о которой она мечтала, но Дина не могла подобрать нужные слова и
сообщить мужу, что сегодня, после бесчисленных тайных встреч и переговоров с
Уолшем и Райтом, подписала контракт, согласившись исполнить главную роль в
Последней игре
. Она знала, что Кертис придет в ярость, ведь он столько
времени и энергии угрохал в этот фильм, что почти забросил музыку. Он
надеялся, что новое направление лейбла — диско — принесет свои плоды и
станет настолько успешным, что заработанных денег хватит не только на
финансирование фильма, но и на запись новых альбомов. Кертис хотел подписать
контракт с кем-то из молодых талантливых исполнителей, чтобы продержаться на
плаву, потому что поп-чарты пестрели разнообразными песнями в стиле диско.
Дина все это отлично знала, поскольку начала активнее интересоваться своим
будущим и наводила справки, чтобы понять, что же именно планирует муж для
лейбла, а значит, и для нее. Несколько дней назад она проскользнула в его
кабинет и стала нервно рыться в бумагах в столе и папках. Она сама толком не
знала, что ищет, но устала оттого, что Кертис использует ее втемную, устала
чувствовать себя его вещью, которая не имеет права знать, каков будет ее
следующий шаг, пока Кертис не поделится планами. Ей нужна была информация.
Ей хотелось власти. Хотелось свободы. И она знала — все это можно найти в
кабинете мужа. Дрожащими пальцами Дина листала записи Кертиса, касавшиеся
ближайшего турне группы, приуроченного к выходу нового альбома, и очень
обрадовалась, обнаружив, что помимо турне ничего больше не предполагалось.
Кроме того, роясь во всевозможных старых счетах, фотографиях, билетах и
записках, сохранившихся со времен зарождения лейбла, она обнаружила
несколько шокирующих документов, но ничего, связанного с их сегодняшним
разговором. Однако Дине не хотелось говорить о прошлом, ей хотелось говорить
о будущем. Она готова была признаться, что подписала контракт, и пыталась
найти слова, чтобы сообщить мужу, который полностью распоряжался ее судьбой
с семнадцати лет, что самостоятельно приняла решение о своей будущей
карьере. Дина осмотрела столовую. Изысканный резной стол на двенадцать
персон, элегантный фарфоровый сервиз, на котором им подали мастерски
сервированную жареную утку с картофельным пюре. Ее взгляд задержался на их с
Кертисом портрете, висевшем над дорогим вишневым буфетом: Кертис сидит в
кресле в стиле Людовика XIV, а Дина, как верноподданная, стоит позади,
положив руку на плечо своему королю. Слуга. Марионетка. Не так-то просто
будет сказать, что она порвала ниточки.
— ...и в конце концов Сесил Озборн согласился, — услышала она
голос мужа, когда наконец сосредоточила внимание на его словах. — Он
затребовал у меня миллион баксов, но это того стоит, парень умеет поладить с
актерами. Это твой первый фильм, милая, и с тобой будут работать самые
лучшие профессионалы. — Слуга наполнил бокал Кертиса и незаметно
удалился. Дина нервно мяла салфетку. — Что такое?
— Ничего, Кертис, я просто не думала, что это случится.
Кертис улыбнулся:
— Это случится благодаря тебе, детка. — Он вонзил нож в мясо
птицы. — Ты королева диско.
— Может, я просто устала. — начала Дина.
— Конечно, ты устала, такое сумасшедшее время. Интервью, фотосессия для
Вог
, да еще все эти встречи у бассейна.
Дина в шоке подняла голову.
Господи, как он догадался?
— хотелось крикнуть
ей.
— А ты думаешь, я совсем тупой? — спросил Кертис, спокойно поднося
бокал к губам и приподняв брови. Он отпил шампанское. — Когда ты
собиралась мне сообщить?
— Прости, Кертис, мне стоило поговорить с тобой раньше, просто. это
замечательная роль, именно в таком фильме я хотела бы сняться. — Кертис
молчал. — Никто не знает музыку, как ты, — с жаром заговорила
Дина, пытаясь подсластить пилюлю в надежде, что муж, судя по виду
расстроенный, успокоится. — Музыка у тебя в крови, но кино — это совсем
другой бизнес.
— Ты знаешь, почему я выбрал тебя солисткой? — спросил Кертис,
пропустив мимо ушей слова жены. — Твой голос лишен индивидуальности.
Лишен глубины. Индивидуальность и глубину добавил я. — У Дины сердце
перевернулось, когда до нее дошел смысл сказанного. Он хотел обидеть, и ему
удалось. — Никто не понимает тебя так, как я.
Дина задумалась над подтекстом — муж прямо в лицо заявил, что она себя не
понимает, а так не пойдет. Теперь уже Дина рассвирепела.
— Мне предложили роль, и я согласилась.
— Да что ты? Перечитай-ка свой контракт. Детка, да ты даже в туалет не
можешь сходить без моего разрешения, — тихо заметил он.
— Я найму адвоката. — Ее голос прозвучал твердо, хотя в душе она
не чувствова
...Закладка в соц.сетях
